Глава 35 г. То, чего могло не быть

Старый лорд нас вычислил и приехал познакомиться. Я ведь тогда не знала, какую роль он сыграл в исчезновении Ханса, и отнеслась к его визиту с интересом, хоть сначала немного испугалась. Но старик был вежлив, мил и дружелюбен. Между прочим, он сказал мне, что у него родился замечательный внук – Сигурд, которому требуется нянька, и он рад был бы видеть меня на этой должности.

Не знаю, согласилась бы я тогда или нет, но я вдруг увидела, как он смотрит на Персиваля, как берёт его к себе на колени, как играет с ним… В глазах старого лорда стояли неподдельные слёзы, и надо сказать, что он впоследствии всегда хорошо относился к Перси. Мне бы и в голову не пришло, что этот замечательный дедушка мог быть когда-то чёрствым и жестоким, но после всего услышанного, я теперь не знаю, что и думать?

— Он чуть не умер за полгода до этого, — объяснил доктор. – Я сам лечил его. Сердце, обычное дело! Чудо было то, что ему удалось выжить, но, встав со смертного одра, он и впрямь переменился. Стал вдруг мягче со всеми, добрее и человечнее, чем удивил и родню, и слуг, и меня грешного. Я думаю, его мучила совесть, по поводу того, как он поступил с Хансом, которого считал своим первым внуком. В любом случае, в старом лорде и впрямь проснулись человеческие чувства!

— Как бы то ни было, я переехала с сыном в роскошный дворец Хольсунгов, — снова заговорила Мурси. – Мне не впервой было скрывать ушки под чепчиком, а Перси должен был учиться жить среди людей, носить парик или берет, скрывать хвостик, благо он был такой же, как у Ханса – коротенький. Труднее всего было отучить его показывать когти, но он и с этим справился. Они у него поменьше от природы, не такие, как эти кинжалы!

Мурси улыбнулась и искоса поглядела на руки старшего сына. Тот смутился окончательно и спрятал руки в карманы.

— Вообще, всё тогда складывалось к лучшему, — вновь продолжила Мурси. – Мы подружились с матушкой Сигурда. Она прекрасно ко мне относилась, несмотря на то, что знала кто я. Кстати, она была единственным человеком в доме, кроме Артура и старого лорда, кто знал, что я представляю собой, по сути. Ведь даже Сигурд, которого я вынянчила с младенчества, видит меня такой, какая я есть, сегодня впервые.

— Ты оказывается такая красивая, нянюшка! – искренне заявил Сигурд и поцеловал руку Мурси, а она в ответ ласково погладила его по щеке.

— Спокойная, почти счастливая жизнь продолжалась до тех пор, пока родители Сигурда не умерли один за другим, — тяжело вздохнула Мурси, обняв своего воспитанника. – И вот настал этот ужасный день, точнее ночь, наполненная воплями и пламенем! Я проснулась от истошных криков, раздававшихся со всех сторон, и сразу почувствовала запах гари и услышала рёв пламени. Дворец Хольсунгов пылал, как костёр!

Я бросилась в комнаты мальчиков, но Сигурда нигде не было, а Перси встретился мне по дороге – он спешил в покои старого лорда, которые горели жарче всего. Я тоже побежала туда, но пройти по пылающим коридорам было невозможно! Когда на следующий день пожар потушили, старика нашли сидящим в кресле. Говорят, что на коленях у него лежал меч Хольсунгов – древняя реликвия, передававшаяся от отца к сыну в их семье вот уже несколько столетий. Лорд как будто был готов к смерти!

Причину пожара установить так и не удалось. Полицейские эксперты разводили руками, и в один голос утверждали, что здание как будто загорелось само собой. Но не это волновало меня тогда, а то, что мои мальчики пропали! Сигурд так и не нашёлся в ту ночь, а утром куда-то исчез Перси. Я не знала, что делать, куда идти и, наверное, пропала бы сама, если б мне на помощь не пришёл сэр Момас Тор.

(Я как раз сделал ещё один глоток настойки кошачьей мяты, и едва не подавился, поперхнувшись обжигающей жидкостью.)

— В доме оставаться было нельзя – те из помещений, которые уцелели, настолько пропитались гарью, что там едва можно было дышать. Другая часть, наиболее пострадавшая от огня, была тем более недоступна, так-как могла в любой момент обрушиться. Слуги разбрелись кто куда. Те, кто приходил на работу во дворец из соседних деревень, отправились по домам, те, кто жил во дворце постоянно, уехали в гостиницу, в небольшой город неподалёку.

Я с ними не поехала. Я всё бродила по великолепному парку, разбитому перед дворцом и звала мальчиков по именам в бесплодной надежде, что они откликнутся. Я чувствовала, что схожу с ума, но ничего не могла с собой поделать! Солнце начало клониться к закату, когда я поняла, что забрела слишком далеко, и вряд ли смогу вернуться к дому до темноты. Ко всему прочему, я почувствовала вдруг страшную усталость, ведь я почти не спала предыдущую ночь и ничего в тот день не ела. Оглянувшись в поисках скамейки, чтобы присесть и отдохнуть, я не нашла ни одной, но увидела прекрасный фонтан с мраморными нимфами, играющими с тритоном, трубившим в морскую раковину. Из этой раковины, а также из ритонов, которые держали нимфы, низвергались в огромную чашу фонтана кристальные струи воды. Смотритель парка, видимо забыл отдать распоряжение отключить это чудо садового искусства, и оно продолжало работать, словно ожидало прихода своих хозяев.

Я присела на край мраморной чаши и вспомнила, как совсем недавно, а на самом деле уже несколько лет назад, мальчики играли здесь в кораблики, устроив настоящее морское сражение. Перси тогда так увлёкся, что чуть не свалился в воду, а Сигурд не свалился только потому, что я держала его сзади за пояс штанишек… Слёзы потекли у меня сами собой, и я зарыдала, чувствуя, что могла бы всё отдать за то, чтобы вернуть эти дни!

«Вы такая красивая, когда плачете! – вдруг услышала я странно знакомый голос. – Но я всё же предпочёл бы видеть вас улыбающейся, ведь улыбка у вас всегда была такая солнечная!»

Я оглянулась – вокруг не было ни души.

«Вот что значит, редко видеться! – опять прозвучал таинственный голос. – Да посмотрите же вниз, я здесь, в воде!»

Я опустила глаза и увидела голову, делавшую движения длинными волосами, как медуза своим капюшоном. Это был ни кто иной, как сэр Момас Тор собственной персоной! Вы не представляете, как я была тогда ему рада, ведь мне было так одиноко!

«Сэр Момас...» — начала, было, я, но продолжить уже не смогла.

«Тише, тише, тише! – участливо заговорил он. – Не надо мне ничего рассказывать, я уже всё знаю. Ведь там, где вода, там и я! Не всегда, конечно, но на сей раз пожарные именно мной потушили огонь».

«Вы знаете, где мои мальчики?» — воскликнула я и подалась к нему так поспешно, что сэр Момас даже слегка отплыл в глубину чаши.

«Знаю, — ответил он. – И первым делом спешу сообщить вам, что они живы, но в какой степени здоровы, этого я сказать не могу».

«Где они?!» – взвизгнула я, чуть сама не рухнув в воду.

«В руках вашего бывшего мужа, — был ответ. – Возможно, избиты, возможно, связаны, но живы. Пока живы...»

Вы не представляете себе, что со мной делалось тогда! Противоречивые чувства буквально раздирали меня на части, доводя до полуобморочного состояния. Наверное, я бы совсем лишилась чувств или наделала бы глупостей, если бы сэр Момас не обрызгал меня водой, высунув на поверхность невероятно вытянутые губы.

«Простите, милая леди, что я был вынужден освежить вас таким способом, — извинился он в своей обычной изысканной манере, когда я отряхнулась и успокоилась. – К сожалению, иные методы мне недоступны. Я думаю, вы хотите вернуть своего сына и воспитанника, который вам дорог не менее чем родной ребёнок? Если так, то слушайте – сегодня вы совершите подвиг. Да-да, ни больше, ни меньше! Вам надлежит немедленно вернуться во дворец, и пока ещё не окончательно стемнело, пройти в гараж, вы знаете, где он находится. Там вы возьмёте переносной электрический фонарь, респиратор для покрасочных работ, очки-консервы, набор инструментов, лом и небольшую кувалду, либо крупный молоток. Затем, вы наденете респиратор на себя и пройдёте в сгоревшую часть дворца. Только не забудьте надеть респиратор, а то задохнётесь! И будьте крайне осторожны – балки и доски там основательно пострадали, вы можете провалиться или быть заваленной рухнувшими сверху обломками. Ваша цель – барельеф с гербом Хольсунгов. Вы должны были его видеть неподалёку от покоев его светлости лорда Ричарда. Там ещё табличка внизу, как в музее, на которой написано, что это работа знаменитого скульптора четырёхсотлетней давности. Смело ломайте – это подделка! Настоящий барельеф погиб после прямого попадания пушечного ядра во время восстания против короля, которое Хольсунги отказались поддерживать, а потом разгромили не без помощи своих соседей – Котеков. За барельефом вы обнаружите небольшой сейф с простым кодовым замком. Шифр – дата знаменитой битвы семисотлетней давности, в которой предок Хольсунгов, обычный рыцарь, так отличился, что тогдашний король, от избытка чувств, объявил его своим названным братом и наградил его титулом герцога и соответствующими землями и привилегиями. К сожалению, я не могу подсказать вам эти цифры, так-как здесь сведения мои не полны. Покопайтесь в памяти, вам ведь наверняка рассказывали эту историю, очень популярную в этом семействе. Если хотите, то можете обратиться к архиву, он, кажется, уцелел, но это займёт слишком много времени. Впрочем, в архив вам всё равно придётся наведаться, чтобы взять подробные карты графства Котек, так-как ваши дети теперь там. Причём, берите все карты, какие найдутся – и старые, и новые, ведь в них случаются несовпадения, и присутствуют такие подробности, которые крайне важны для ведения военных действий. Но это я отвлёкся! Вернёмся к сейфу – когда вы его откроете, внутри найдёте немного денег, заряженный пистолет, заполненную чековую книжку на очень значительную сумму, а самое главное – небольшой листок бумаги с написанными в колонку словами: «Армия – 1», «Армия – 2», «Армия – 3» и «Армия – 4». Напротив каждой из «армий» написан телефонный номер. Под «армиями» есть слово – «стратег», и тоже свой телефонный номер. Кроме того, в самом низу имеется особый номер в скобочках. Он имеет ключевое значение – при разговоре со «стратегом» или при вызове любой из армий, вы можете назваться каким угодно именем, хоть Моной Лизой, но первым делом говорите этот самый номер и будьте готовы, что вас попросят его повторить. Когда вы добудете всё это, найдите любой телефон и звоните! Телефоны во дворце наверняка не работают, так что вам придётся воспользоваться телефоном, который найдёте в городе, либо в какой-нибудь из близ лежащих деревень, выбирать вам. Добраться туда можете на любой из машин, стоящих в гараже, но я рекомендую вам взять джип вашего второго мужа, виконта Хольсунга. (Простите, леди, но я просто называю вещи своими именами – отец вашего младшего сына никакой вам не любовник, а самый настоящий муж, судя по тому, какое участие он принимал в вашей жизни. Просто он муж многих жён, такое бывает!)

Но я опять отвлёкся, извините! Итак, забирайте всё из сейфа без сомнения – вы это делаете во имя спасения наследника Хольсунгов и всего их рода, включая вашего собственного сына, который тоже Хольсунг, хоть и не имеет прав на титул, что несправедливо, но это уже детали. А потому, стесняться нечего, забирайте джип покойного сэра Артура, нагрузите его всем, что посчитаете нужным взять с собой, и вперёд! Сначала позвоните «стратегу», объясните ситуацию и посоветуйтесь, какую из «армий» вызвать в первую очередь. Скорее всего, он посоветует первую, но я бы на вашем месте вызвал сразу третью – они безжалостнее… То есть, я хотел сказать – мобильнее. Поставьте им чёткие задачи – найти ваших парней, после чего отправляйтесь в тот самый затерянный в буреломе дом, где родился ваш первенец, чтобы скрытно и тайно руководить спасением тех, кого ещё можно спасти...»

«Вы знаете, что с ним случилось?» — тут же спросила я, имя в виду Ханса.

«Н-не могу вас ничем порадовать, — ответствовал сэр Момас, как бы замявшись. – Граф Котек совсем не наделён отцовскими чувствами, а потому… Эх, бедный малыш давно уже мёртв, хоть я и слышал, что граф хотел продать его цыганам для показа на ярмарках. Но это его намерение не было выполнено. Боюсь, что ребёнок оказался жертвой изуверских экспериментов сумасшедшего мага-учёного… Если вы пожелаете, то я могу узнать для вас подробности, но мне кажется, что сейчас правильнее думать о живых детях, нежели о мёртвых.

Повторяю ещё раз – пусть совесть не мучает вас по поводу вскрытого сейфа – это страховочная мера покойного лорда на случай кризиса. А что происходит сейчас с семейством Хольсунг, как ни кризис, грозящий полным уничтожением фамилии? Последний совет – не используйте четвёртую армию – с ней можно сделать государственный переворот или захватить соседнюю страну, но вызывать её в вашем случае, это всё равно, что пытаться защитить стадо овец, стреляя по волкам из танковой пушки. Однако, в конечном счёте, решать вам и «стратегу», что и как использовать и кого задействовать для дела. Теперь — вперёд! Ничего не бойтесь, разбудите в себе ваше коттеровское начало, вы же настоящий коттер – хищник до мозга костей! А чтобы всё у вас получилось быстрее и легче, опустите руку ко мне в воду, как тогда!»

Я послушалась, и он, как в прошлый раз легонько укусил меня своими треугольными зубами. Правда, на этот раз у меня не было провала в памяти, кроме разве что нескольких минут. Когда я договаривалась потом с солдатами и «стратегом», оказалось, что их контракты уже оплачены и чековая книжка понадобилась мне только для рутинных дел и оплаты премиальных. Я пообещала кругленькую сумму той группе, которая доставит мне моих мальчиков живыми и здоровыми...

— Ты уверена, что говорила тогда именно это? – прервал я её. – Наёмники, с которыми мы имели столкновения, говорили только о призе за голову Сигурда и совершенно не собирались захватывать его живым. О Персивале вообще речь не шла. Припомни хорошенько, что именно ты им обещала?

— Я хотела… – начала было Мурси, и вдруг побледнела, как полотно, а потом заговорила совсем не своим голосом. – Неужели я?.. Нет, не может быть!.. Я почему-то не помню… А что, если?.. Ох!..

Она вдруг закрыла лицо руками и задрожала всем телом, так что Мяуки, давно спавшая у неё на коленях, пробудилась и в изумлении прижалась к ней, как перепуганный детёныш! Мне стало страшно за Мурси, ведь узнать о себе такое не шутка!

Выходило, что она сама наняла головорезов, чтобы убить своих детей, будучи уверенной, что спасает их! Что ж, благодаря общим усилиям и благосклонности фортуны Сигурд жив, но что с Перси?

— Мурси, если Персиваль жив, то мы его достанем и заберём из рук врага, — сказал я, как можно увереннее. – А теперь, соберись и расскажи нам, сколько народу сейчас рыщет по графству и где они могут находиться, а также, как вы общаетесь? И ещё, Мурси, не вини во всём себя! Мы все стали жертвами хитро разработанного и умело осуществлённого плана, который, возможно, прорабатывался давно и тщательно, в течение жизни многих поколений. Но я прошу тебя – поверь мне! На сей раз у наших врагов нашла коса на камень. Да, они заставили нас стрелять друг в друга, да, были жертвы, но сейчас мы вместе, и в этом их огромнейший проигрыш.