Глава 24 а. В шаге до свободы

Когда мы вышли во двор, уже вовсю светило солнце. Взглянув на усталые сонные лица детей, я вдруг понял, насколько устал сам. Мы не спали и ничего не ели около суток. А ещё, за эти сутки мы побывали в двух разных мирах, успели повоевать и там, и там, приняли участие в алхимическом опыте, а вот сейчас пытаемся провернуть операцию с побегом из логова бандитов.

Сигурд держался, но, явно был на грани, а Мяуки вообще, выглядела так, будто вот-вот упадёт. Эх, похоже, придётся её всё-таки нести, но это лучше, чем, если она свалится и этим выдаст наше присутствие.

Другой проблемой были убитые вчера бандиты. Первый из них погиб сам, сломав себе шею на лестнице, а вот двое других были убиты мной лично, причём, так, что это нельзя было списать на несчастный случай. Кроме того, оружие всех троих было конфисковано в пользу нашего отряда. (Один из обрезов охотничьих винтовок я привязал к рыцарской перчатке на левой руке, превратив её в подобие конечности боевого монстра из комиксов для подростков. Другой заткнул за пояс сзади – спереди места уже не было.)

Сейчас я шёл и гадал про себя – надёжно ли спрятал тела последних двух… И тут я ахнул! (Мысленно, конечно.) Как же я мог забыть про трактор на самой верхушке смотровой башни?! Даже отсюда была хорошо видна его кабина, возвышающаяся над каменными зубцами.

Итак, надежда на то, что наше присутствие останется незамеченным, благополучно провалилась. Едва мы сделали пару шагов по двору, как это очевидное обстоятельство предстало перед нами в виде стоящих в кружок бандитов, числом не меньше тридцати. В центре круга лежали все три давешних дохлых разбойника, а стоящие вокруг их товарищи бурно обсуждали, как такое могло случиться? В другое время я бы остановился послушать их разговоры, воспользовавшись своей относительной невидимостью, но сейчас надо было уносить ноги.

Увы, подойти незаметно к источнику не получилось – там расположилось несколько бандитов, имеющих видимо статус повыше. Сэр Момас скорчил недовольную гримасу, но промолчал. Он был, по-прежнему, в сферическом аквариуме, обвязанном верёвками, чтобы его можно было нести в одной руке. Я сделал знак Сигурду и передал ему эту ношу, а сам взял на руки Мяуки, которая тут же уснула у меня на плече. В таком виде мы двинулись к воротам, стараясь ступать, как можно тише.

Вожделенный выход был прямо перед нами, и моё сердце радостно забилось, когда я увидел, что возле ворот никого нет! (Часовые тоже пошли посмотреть на тела погибших, вытащенных во двор.) И хоть сами ворота были заперты, малая калика оказалась открыта настежь, и мост опущен. До спасения оставалось шагов пятнадцать-двадцать.

Жизненный опыт подсказывает, что именно в таких случаях и происходит частенько что-нибудь непредвиденное. Так вышло и на этот раз.

— Ой, хто ето? – вдруг сказал один из негодяев, указывая куда-то вглубь двора.

— Крыса? – предположил другой, не слишком уверенно.

Я кинул взгляд в ту сторону и буквально обмер от ужаса – через двор к нам мчался челот! Я ведь совсем забыл о зверьке, который удрал, перепугавшись безголового тела сэра Момаса. Теперь он хотел к нам, и грех было винить его за это. Но для нас его несвоевременное проявление любви и преданности означало разоблачение, что и случилось мгновение спустя. Челот с ходу запрыгнул ко мне на руки, втиснулся между мною и Мяуки и обнял её всеми четырьмя лапками, спрятав мордочку под мышку избранной им хозяйки. Произошла немая сцена, во время которой я, наверное, глупо улыбался разбойникам, Сигурд и сэр Момас застыли с одинаковыми ошарашенными физиономиями, а Мяуки продолжала спать.

— А чо ета за мужик с дитём? – спросил всё тот же бандит, который первым увидел челота.

— Ня знаю! – ответил ему кто-то голосом умственно отсталого подростка.

— Братва, да ето-ж тот пацан! – вдруг заорал один из гопников, и все разом уставились на Сигурда.

— Чо рты раззявили? Вали его! – крикнул бандюган, показавшийся на пороге павильона с источником, и сам выстрелил первым.

Общеизвестно, что гангстеры, вопреки своему названию, стрелки отвратительные, и этот главшпан не был исключением. Пуля, выпущенная с небольшого расстояния, прошла, слава Богу, мимо цели, и ударила в аквариум с головой сэра Момаса Тора, который мальчик держал за верёвочную ручку! Этот удар вырвал из руки парня его ношу, при этом аквариум разлетелся на мелкие осколки ещё в воздухе, от чего на землю обрушилось несколько литров воды. Я ожидал, что голова сэра Момаса упадёт на землю безжизненной тыквой и покатится по камням, но… она вдруг расплескалась, ушла вместе с водой в щели между плитами, и через секунду там остался только мокрый след!..

Размышлять над судьбой нашего необычного друга было некогда, а потому я тут же выстрелил в ответ из обреза, привязанного к левой руке, и главарь, стоявший на пороге павильона, рухнул, как подкошенный! Выстрел переполошил Мяуки, и она инстинктивно сжала руками челота, издавшего неподражаемый вой!

Однако мне сейчас было не до этого. Буквально в последний миг я толкнул Сигурда за груду каких-то ящиков, набитых камнями, оставленных во дворе много лет назад, юркнул туда сам, сжимая Мяуки, как она челота, и над нами тут же пронёсся свинцовый ураган, взорвавший своим грохотом барабанные перепонки!

Едва этот шквал стих, я ответил огнём из автоматического пистолета, высадив всю обойму в густую толпу бандитов. Очнувшийся от ступора Сигурд, просунул между ящиками ствол винтовки и методично выпускал во врагов пулю за пулей. На таком расстоянии сбитая мушка стрельбе не мешала, и практически все выстрелы нашли свою цель. Разбежавшиеся бандиты оставили на поле боя семь трупов, и сколько-то там ещё было ранено.

Первая победа была за нами, но врагов оставалось слишком много, даже если считать только тех, кто был во дворе, а ведь кто-то из них мог находиться во внутренних помещениях замка. Но самым скверным было то, что мы сейчас сидели за весьма ненадёжным укрытием, на открытом месте, простреливаемым со всех сторон, под прицелом нескольких десятков стволов. Вожделенная дверь была рядом – протяни руку и вот она, но… Даже при всей своей косорукости и кривоглазии, бандиты сделали бы из нас решето раньше, чем мы успели бы до неё добежать. Пока я соображал, как быть, в нас снова начали постреливать.

Нам повезло, что в ящиках оказались камни и строительное оборудование, когда-то брошенное рабочими во время недоделанного ремонта. Благодаря этому они представляли собой хорошую защиту, не только от пистолетных, но и от винтовочных пуль. А вот высовываться из этого укрытия было опасно. Пусть наши враги были дрянными стрелками, но при каждом с нашей стороны неосторожном движении давали нестройный залп, увеличивая, таким образом, шансы зацепить кого-нибудь из нас. Мы с Сигурдом тоже не оставались в долгу, но надо было экономить патроны. Моё правое запястье взрывалось болью при каждом выстреле. Я старался не обращать на это внимание, но вскоре понял, что если так пойдёт дальше, то скоро я не смогу держать оружие.