Глава 31 б. Откровения челота

— В общем, всё складывалось хорошо, — продолжил он свой рассказ. – Коттеры нас не обижали, даже содержали в своих жилищах, как домашних животных, что многих из моего народа устраивало. Но, в один прекрасный, а точнее, очень несчастный день появились эти радужные дыры, и нашему общему благополучию пришёл конец! Дело даже не в том, что стране грозит голод, а граждане становятся жертвами монстров, явившихся то ли из прошлых эпох, то ли из иных миров. Вы правильно заметили во время беседы с профессором Кысом, что коттеры пока не умеют справляться с этими проблемами, но это не значит, что они не могут научиться справляться с ними! И они учатся, вы сами видели – совершают ошибки, идут на чудовищные жертвы, но учатся! Но дело не в этом...

Дело в том, что может случиться так, что весь Коттерхилл, когда-нибудь превратится в одну радужную дыру, а чем это закончится, даже нам, челотам, при всей нашей многотысячелетней мудрости, неизвестно! Можно только предположить, что ваш мир тоже будет затронут, ведь связь с ним, посредством этих порталов имеется, а значит, она способна вырасти до непредсказуемых размеров!

— Это значит, что на головы людей обрушится дождь из динозавров? – предположил я.

— И коттеров, и челотов, и всего того, что есть в Коттерхилле! – ответил мой собеседник. – Я сам не берусь предположить, что тогда произойдёт, но ничего хорошего от такого катаклизма не жду.

— Когда же это случится? – уже по-настоящему испугавшись, спросил я. – И можно ли этого избежать?

— Это может произойти прямо сейчас, а может через пару столетий или тысячелетий, я не знаю! – вздохнул челот. – Всё зависит от того, как пойдёт процесс стихийного формирования антиматерии, какие реакции, распространяющиеся бесконтрольно возникнут тут и там...

— Нельзя ли несколько проще передать вашу мысль, — прервал я его рассуждения. – Что вы имеете в виду, когда толкуете о каких-то процессах и реакциях?

— Дело в том, — замялся челот. – что в возникновении радужных дыр… виноваты мы – челоты! Не смотрите на меня так – я их не делал! Просто нашим предкам не удалось остановить работу некоего оборудования, которое создали, м-м, их предки. Тогда было решено это оборудование, просто запечатать и оставить в покое, надеясь на то, что через века оно остановится само. Никто тогда не думал, что бесконтрольно протекающие процессы, породят реакции, пожирающие пространство и время, и проделывающие в нём дыры!

— Есть возможность это остановить? — спросил я, не слишком надеясь на положительный ответ.

— Я думаю – да, — оптимистично выдохнул челот. – Но нужна сила, которую челоты уже потеряли, а коттеры, ещё не приобрели. Потому я и сказал, что вся надежда только на вас и на ваших друзей, граф Котек!

Я промолчал. Хорош спаситель! Разобраться бы с собственными проблемами...

— Осталось ещё кое-что, — сказал я, не желая пока развивать эту тему. – Вы обещали рассказать, что же тогда произошло во дворе замка.

— Я уже сказал, что старался спасти мисс Мяуки, которой грозила крайняя опасность, — ответил челот с некоторым удивлением. – Иными словами, в неё целились, но я её толкнул, и смерть пролетела мимо!

— Но ведь она была невидима для бандитов.

— Для того, кто целился, видима, как для вас и для меня.

— Но я не слышал выстрела. Хотите сказать, что убийца стрелял из бесшумного оружия?

— Нет, в неё вообще никто не стрелял. В мисс Мяуки плюнули!

— Что?!

— Плюнули отравленной слюной, целясь точно в ухо, чтобы яд побыстрее распространился по телу. Если бы плевок достиг цели, девочка умерла бы через несколько секунд.

— Но, кто?.. – спросил я страшным шёпотом, желая и не желая услышать ответ.

— А вы не догадываетесь? – чуть подбоченился челот. – Кто ненавидит коттеров всеми фибрами души за проделку, которую учинил один ловкий малый несколько столетий тому назад? Кто может изменять свою форму, состав, плотность, и, хоть и кажется чем-то твёрдым, но на деле является жидкостью? Кто может делать воду целебной? Я думаю вам не надо объяснять, что одно и то же вещество способно быть и ядом, и лекарством одновременно...

— Сэр Момас Тор? – почти вскрикнул я, насторожив своих спутников. – Но ведь он же в это время находился в стеклянном аквариуме, и не высовывался оттуда!

— А вы видели его губы? Я понимаю, что вам было не этого. Так вот — они были вытянуты вверх и вперёд, и прицельно направлены в голову девочки, уснувшей на вашем плече.

— Поверить не могу!

— Берусь представить вам все возможные доказательства, — заявил челот с видом учёного, вступившего в научный диспут. – Поймите – он не человек! Он уже не был вполне человеком, когда некий ловкий коттер в сапогах ухитрился стащить его голову. Но при этом он сохранил человеческий разум, чувства, логику, интуицию и хитрость. И, тем не менее, он совершенно безумен! Как вы думаете, откуда я о нём так много знаю, помимо того, что мы слышали с вами вместе?

— Теряюсь в догадках.

— Я купил у него многие секреты в обмен на птиц! – рассмеялся челот. – Он их обожает! Иногда ловит сам, но это ему редко удаётся. В общем, за обычного голубя он мне выкладывал по две-три своих страшных тайны, а за утку готов трещать секретами, высыпая их, как горох из открытого ларя своей памяти, даже если его никто об этом не просит. Вы и сами должны были заметить, как он болтлив!

— Признаюсь, вы меня поразили, — перевёл я дух, как после долгого бега. – Кстати, вот что я хотел узнать в связи с этим...

Но мой следующий вопрос остался незаданным. Капрал Льюис вдруг бросил мотоцикл, издал неопределённый, но всем понятный звук – «Пст!», и спрятал лампу, освещавшую нам рабочее место. Все замерли, и в наступившей тишине ржаво и басовито прозвучали петли, открывающихся ворот гаража.

Я обругал себя кретином, за то, что не закрыл их изнутри, и потянулся к оружию. В темноте блеснул толстый кожух ствола пулемёта «льюиса», и я уже приготовился к звуковому удару по своим барабанным перепонкам, от его громоподобной очереди, как вдруг в открывшемся светлом проёме показался тёмный силуэт, кого-то очень высокого роста, мощного сложения и с большой головой, увенчанной кошачьими ушами на макушке.

— Ханс!