Глава 15. Выйду ночью полуконем.

Запах блинов заполнил весь дом.

Север потянулся под одеялом и сел на постели — непривычно маленькой, даже ноги вылезали за край. Комната тоже казалась теснее. Но все здесь было как раньше, словно он никогда не уезжал, а просто повзрослел за одну ночь. На стенах остались рисунки с чудовищами. На единственной полке пылились истрепанные книжки — в основном сказки, но были и большие красивые энциклопедии по средневековому оружию и тропическим животным. Из большого ящика у стены торчали кривые рукояти самодельных мечей. На столе среди рогаток валялись выструганные лошадки и чудища.

Север выглянул в окно на соседский сад. Несмотря на позднюю осень, яблони стояли в самом цвету и по-летнему сверкали на солнце как драгоценные камни.

Сегодняшний день тоже можно было назвать драгоценным. Они с мамой и сестрой наконец-то переезжали в город.

Север отправился на первый этаж. Он сбежал по лестнице, по привычке скользя рукой по стене, хотя ступеньки больше не казались огромными.

Коридор был заставлен мешками и замотанными веревкой толстыми чемоданами — мама и сестра собрали вещи. Сами только куда-то пропали. Наверное, пошли к соседям, похвастаться, что князь за Севкину службу подарил им жилье аж в крепостной стене.

Север был ужасно доволен собой: уехал неумехой и трусом, а вернулся героем. Теперь мама гордилась им, а сестра не высмеивала. Не жизнь, а сказка.

Позавтракав блинами с вареньем, он надел огородные калоши и вышел на улицу. Мир блестел под солнцем. В сверкающих лужах плескались воробьи, пахло весенним теплом и печным дымом.

Север сделал всего пару шагов к калитке, и деревню вдруг накрыла холодная тень. Небо затянуло низкими узловатыми тучами. Поднялся ветер, срывая с деревьев листву.

Север решил вернуться и накинуть куртку. Развернулся и не узнал свой дом — на его месте стоял дырявый обвислый барак с тряпкой вместо двери. А кругом темный лес.

***

Север моргнул и увидел черный потолок.

Снаружи шумел дождь. Пахло конюшней. На улице только-только светало и утренняя серость, проникавшая через щели, выделяла смутные очертания опор и свай под крышей.

Север вспомнил про оборотня и резко сел.

На этот раз Влад был на месте. Рядом с кентавром. Двое потенциально опасных друг для друга монстров спокойно спали в обнимку, несмотря на компанию такого же потенциально опасного для них охотника.

Похоже на начало анекдота.

Поминая свою, толком не начавшую жизнь и уже почившую охотничью честь, Север подошел к спящим чудовищам. Йур даже ухом не повел. Вряд ли от большого доверия, скорее от безразличия. Север взял из кармана Влада телефон, включил фонарик и посветил в лица спящей парочке.

— Вставайте, друзья! Нас ждет долгая дорога!

— Ты иди, мы потом, — пробормотал Влад в лошадиный бок, натягивая капюшон.

Север слегка пнул его по ноге.

— Подъем, говорю.

— Еще сорок пять минуточек.

— Ладно. Оставайся. С конем надежно и тепло. Всегда при яблоках. Ай! — получив копытом по ноге, он выронил телефон.

Влад от грохота резко поднял голову.

— Ой! — вскочил он. — Прости, пожалуйста.

— Ты-то причем? — шипел Север в позе цапли.

— Да я не тебе. А Йуру, — пояснил Влад, подбирая телефон и выключая фонарик. — Не знаю, как я тут оказался. Я не хотел мешать.

— Ты не мешал, — зевнул Йур.

Влад поежился от холода.

— Может тогда продолжим? В смысле подождем нормальную погоду.

— Пересмешников ты подождешь, — проворчал Север, потирая отбитую ногу о другую.

— Ладно-ладно. Пойду в душ, на горшок и собирать чемоданы.

Влад забрал телефон и вышел.

— Где мой рюкзак, конина? — строго потребовал Север.

— Это плата за проживание.

— Ничего, что за твое проживание мы заплатим своими жизнями? Я-то ладно, но Разве тебе не жалко Влада?

— Я же вас пřовожу.

— Черт с тобой. Сам найду, — упрямо отрезал Север и вышел из землянки.

— Забиřай, ежели отыщешь, — хмыкнул кентавр ему вслед.

Снаружи было мокро и темно. Лишь отблески света от телефона пробегали по мокрой траве и деревьям, пока Влад возился у потухшего костра. Север стал искать чутьем рюкзак, и оно упрямо вело его куда-то наверх.

— Что ты там ищешь? — окликнул он Влада.

— Хотел грибов взять, чтобы отгонять пересмешников по пути. Но походу все, поздняк.

— Обойдемся. Дай-ка телефон. Фонарь нужен.

— Не долго только. Зарядка последний день доживает, — предупредил Влад, протягивая телефон с включенным фонариком.

Север направил его на деревья. Рюкзак подмигнул ему пряжкой из-за сосновых ветвей, метрах в четырех от земли.

— Картавая сволочь.

Рядом с рюкзаком сверкнули зрачки. Север чуть телефон не выронил.

— Обглод!

Он заозирался, ища, чем запустить в зверя.

— Следи за ним!

Отдав Владу телефон, Север пошел копаться в инструментах у дома. Обглод тем временем сдернул с ветки, спрыгнул с дерева на пухлый зад и, шипя на бьющий в морду свет фонарика, дернулся к добыче. Но мешок вдруг накрыли вилы. Не собираясь делиться, зверь вцепился зубами за лямку и рванул ее из-под вил.

Север принялся отгонять его, стараясь не подходить близко.

Влад наблюдал за битвой, светя на чудного зверя, который действительно походил на медведя и барсука одновременно. Грязная мокрая шкура тряслась на боках словно чужая, надетая.

Обглод уловил момент и вцепился зубами в черенок, вырвав вилы из рук охотника. После чего бросил отобранное оружие, схватил рюкзак и шустро потащил в лес.

Север метнулся поднимать вилы, как вдруг у него перед носом пролетела стрела, со стуком воткнувшись в дерево.

— Ты че творишь! — рявкнул он на Йура.

— В обглода стřеляю! А ты че лезешь! Он ушел из-за тебя! Тепеřь иди и забиřай свой řюкзак сам!

— Да больно надо ноги по темноте ломать, — отмахнулся Север с напускным безразличием. — Главное, что он тебе не достался.

— Пф! Я его выслежу.

— Вперед.

***

Отправились голодные и злые.

Погода портилась на глазах. Мелкая колючая морось все яростнее царапала лицо. Ледяной ветер пробирал сквозь одежду. Куртка у Влада хоть и не промокала, но и не грела. Поэтому он жался ближе к Йуру, от которого шел ощутимый жар, как от печки.

Кентавр был еще и надежным поводырем. Внизу, под сенью высоких деревьев все цвета смешались в грязно-черную мглу. Держась за густую шерсть Йура, Влад спокойно шел через темный лес, не боясь переломать ноги. Мягкий перестук копыт уводил сознание в усыпляющий ритм, а каждый сбой в нем подсказывал Владу, что нужно открыть глаза и перешагнуть корень или камень.

Север тоже ориентировался на Йура, но на другую его часть. Всю дорогу перед охотником покачивался пушистый зад, а лохматый хвост помахивал репьями. Дождинки бусинами сверкали на конской шерсти, собирались в большие капли и скатывались на землю, не намочив шкуры. В этом было свое завораживающее таинство, которое отвлекало от холода и усталости.

— Мы прямо в город идем? — спросил Влад. — Далеко?

— Гоřод далеко. Тут řядом две деřевни.

— Три, — поправил Север.

— Ну řаз ты такой умный, может мне и не идти?

Север промолчал.

Про деревни он и сам знал. Но у чутья была одна неприятная особенность. Оно подсказывало направление или определенное место, где можно повстречать искомый объект, но не показывал дорогу к нему. Если нужно было отыскать белого кролика в черное пятнышко, то чутье говорило: “Нора его на юге, среди красных цветов по правую сторону реки”. А то, кентавр экономил им несколько часов, а то и дней пути.

***

Когда наконец рассвело и лес стал прозрачным, Йур остановился.

— На закат пойдете — за беřезовым лесом будет маленькая деřевня. Там никто не живет. Втоřая туда по řеке. Далеко, но там есть люди.

— Ясно. Спасибо, — бросил Север на ходу, но через несколько шагов вынужден был остановиться, потому что Влад опять прилип к своему кентавру.

— Будь остоřожен, — сказал Йур. — Он хоть и тупоřылый пустобřех, но все-таки охотник. Ему нельзя верить.

— Если ты такой сердобольный, лучше бы арбалет и дротики вернул! — огрызнулся Север.

— Замолкни! — деловито цыкнул жеребец и топнул копытом.

— Спасибо тебе, — сказал Влад, отвлекая Йура от ссоры. — Ты самая красивая златовласая русалка, которую я встречал.

Йур засмеялся. Север закатил глаза и отвернулся.

— Вы еще поцелуйтесь там.

— А ты молча завидуй! — отозвался Влад.

— Деřжи, — сказал Йур, протягивая ему лук и колчан со стрелами. — Остřожно. Они ядовитые. На пеřесмешников действуют не сřазу, но насмеřть. Охотнику не давай. Это только тебе.

— Понял, — с благодарностью ответил Влад, пожимая ему руку. — Спасибо.

— Ага… И… тебе. Заходи в гости. Только без охотника, — кентавр развернулся и поскакал прочь.

Влад проводил его взглядом и догнал Севра, который с угрюмым видом подпирал осинку.

— На, не куксись, — подбодрил Влад, мимоходом всучив Севру лук и колчан.

***

Они пошли долгой дорогой. Правильнее было пойти в безлюдную деревню, без лишних глаз отдохнуть и собраться в дорогу. Но чутье тянуло во вторую.

Причесанная ветром река то разливалась вширь, пряча дальний берег за дымкой тумана, то вилась, огибая крутые скалы и маленькие островки. А потом разделилась на два русла. Широкий рукав исчез за поворотом, а мелкий, бурный поток вертким ужом повел путников дальше.

Парни шли не по самому берегу, а чуть углубившись в лес, чтобы не чвакать по грязи у самой воды на виду у пересмешников. И чтобы не привлекать речных тварей вроде водяных и выпи. Хотя Владу было любопытно на них посмотреть, он не испытывал судьбу и терпение Севра. Хватало того, что приходилось все чаще прятаться и тщательнее выбирать дорогу без кустов и высокой травы, чтобы не шуршать и не хрустеть.

За полдня они не увидели даже намека на человеческую деятельность. Ни одного спиленного пня, ни мостка на берегу, ни жалкой будки для ночевки. Влад уже начал отчаиваться.

— Может найдем убежище, а завтра дойдем? — прошептал Влад во время очередной остановки под елью.

— Нет. Я понял, что это за река, — прошептал Север, не скрывая радости. — И тропинку эту помню!

— И лесок? В поле каждый колосок?

— Чего? Короче. Мы идем в Моховку. Ко мне домой. Представляешь? Наконец отогреемся, поедим нормально, отдохнем. А потом в город кто-нибудь отвезет. Разве не здорово?

— Зря ты так радуешься. Значит точно все будет наоборот.

— Не правда, — довольно возразил Север. — В этот раз все будет хорошо.