Глава 49 / Джек / Киман Вячеслав
 

Глава 49

0.00
 
Глава 49

Время шло своим чередом, закрыв очередную неделю теми событиями, которым суждено было случиться, и открыв новую, давая жаркому лету набирать свои обороты. Каждый был, вроде бы, на своём месте в посёлке, занимался своим делом. Вот пастух в длинном коричневом плаще щёлкает хлыстом и подгоняет медлительное стадо коров на водопой. Люди спешат, кто в центр, кто на комбинат, на поля или в гости — у всех свои дела. Оля спешит в магазин, чтобы с утра до вечера здороваться с поселковыми и, улыбаясь, выдавать буханки хлеба и что-то ещё, по мелочам. Марина с Павлом идут под руку до развилки, где расходятся в разные стороны, чмокнув друг друга в губы.

Женя поливает свои прекрасные цветы и думает о Вите, а тот уже соскочил с кровати и строчит что-то карандашом в тетради, кое-как продрав глаза. Даже Маслик занят делами — он лежит в кровати с загипсованной ногой и плюёт в потолок. Жизнь продолжается, нежное лето радует глаз, только не всех оно коснулось своим ласковым теплом.

Зоя Георгиевна перенесла операцию на сердце и находилась в реанимации. Она приходила в себя и пыталась через докторов как-то узнать о внуке Стеньке, но ей ничего не могли сообщить. Волноваться ей запретили, как и разговаривать. Из реанимации её перевели в палату интенсивного наблюдения, где она лежала в полной тишине, чаще с капельницей и кислородной трубкой у носа. Мысль о Стеньке, который остался один со своим мучителем, не давала ей успокоиться и дать лечению сделать своё дело. Медсёстры отмахивались от любой попытки Зои Георгиевны заговорить о своей проблеме, а главврач только сухо буркнул один раз: «Всё будет хорошо, вы успокойтесь, женщина!» Ей только не понятно было, как же это он всё устроит?

Три медсестры по очереди дежурили на этаже, где лежала Зоя Георгиевна. Две из них имели более-менее сносный характер, даже иногда разговаривали с больными на житейские темы. Они уже давно ответили, что ничего не знают про её родственников и помочь, вряд ли, смогут. Но третья медсестра имела такой непроницаемый взгляд, веющий холодом и безразличием из-под толстых стёкол очков в огромной чёрной оправе, что Зоя Георгиевна невольно закрывала глаза и притворялась спящей, когда та входила. Медсестра выполняла свои обязанности, после чего пристально глядела на Зою Георгиевну, вздыхала и уходила прочь.

Однажды, когда дежурство выпало той медсестре в больших очках, Зоя Георгиевна повела себя, как обычно. Она закрыла глаза и не открывала их всё время, пока дежурная делала свои дела. Перед самым своим уходом она снова посмотрела на больную, вздохнула и сказала:

— Я знаю, что вы не спите. Вы — Дементьева?

Зоя Георгиевна вздрогнула от неожиданности и взглянула на медсестру.

— Меня не стоит уж настолько презирать. Я хорошо выполняю свою работу, но это не значит, что я бессердечное существо.

— Простите меня, ради бога, — прошептала Зоя Георгиевна и попыталась улыбнуться. — Как вас зовут?

— Нина я. Пациенты меня недолюбливают за мою холодность, но каждому своё. Они приходят и уходят, а я остаюсь.

— Нина, вы не обязаны быть другой для них. Вы правы — это ваша работа, и вы делаете всё правильно.

— Да, это, конечно, так. Но я не должна делать им хуже, а получается, что сделала. Вот и вам я не помогла, а ведь могла, хоть и нельзя вам волноваться…

Зоя Георгиевна попробовала привстать на локте, но тут же отказалась от этой попытки, так как острая боль в грудной клетке дала о себе знать.

— Прошу вас… Я вас очень прошу… Нина, дорогая!

Медсестра присела на краешек кровати, опёрлась ладошками в колени и задумалась о чём-то, будто решая что-то, взвешивая все «за» и «против» и, наконец, решилась после глубокого вздоха.

— Вот вы постоянно спрашиваете о своём внуке, просите разузнать, как он, весточку передать хотите. Ваше беспокойство не даёт вам поправляться, и хотя я не лечащий врач, а только сиделка, но я кое-что понимаю. Лучше уж я выполню вашу просьбу, чем видеть, как вы тут угасаете.

Зоя Георгиевна с тревогой, сменяющейся искоркой надежды в глазах, смотрела на медсестру и боялась сказать лишнее слово.

— Вы только не беспокойтесь, если я вам скажу, что… хотя, нет, не так построю я свою фразу, боюсь я за вас. Итак, у меня есть, кого попросить проверить, как там ваш внук.

Нина в последний момент спохватилась и решила не говорить про парнишку, грязного и замученного, который прорывался в больничные покои. «Это точно не улучшит состояние больной, но может убить её».

— Я попрошу одного молодого человека, он сержант, в нашей милиции служит. Он поможет всё разузнать. А теперь, отдыхайте, Зоя Георгиевна. Я люблю порядок во всём, но и у меня есть сердце.

— Спасибо вам, Нина. Вы хороший человек, простите меня за всё.

Медсестра улыбнулась, а стеклянный взгляд за толстыми стёклами очков вдруг показался не таким уж и холодным. Зоя Георгиевна больше не закрывала глаза, когда в палату входила Нина. Она была рада ей и заметно шла на поправку.

  • 4. автор Стеклянный еж - Дорога на эшафот / Этот удивительный зверячий мир - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Анакина Анна
  • Колдунья / Стихи / Магура Цукерман
  • Война с мертвыми / Блокнот Птицелова. Моя маленькая война / П. Фрагорийский (Птицелов)
  • Поэтическая соринка 015. О лжи. / Фурсин Олег
  • Чучела пережитого счастья / БРОНЗОВАЯ САМКА ГНУ / Светлана Молчанова
  • Опять сзимовать / Уна Ирина
  • Близнецы / Трещёв Дмитрий
  • Зомбоферма / Злая Ведьма
  • Афоризм 589. О душе. / Фурсин Олег
  • Валентинка №22. Для Арманта, Илинара (Романова Леона) / Лонгмоб «Мечты и реальность — 2» / Крыжовникова Капитолина
  • И камни хранят память / По следам Лонгмобов-2 / Армант, Илинар

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль