Rainer Rilke, благовещенье

Не то, что ангел вдруг возник (усвой)

ЕЁ сразило. Ведь не раз-другой,

как солнца луч или восход луны

бывали в тесной комнатке сильны,

уже являлись ангелы при свете —

ОНА не ужасалась никогда.

И невдомёк ЕЙ то, что встречи эти

давались им совсем не без труда.

(когда б мы знали, как ОНА чиста!

случалось, лань, лишь ДЕВУ увидала,

не отрывала взгляда до того,

что в ней единорога существо

от света тем же часом зарождалось)

Не что ВОЗНИК, а ТО, что лик склонил

он, ангел, к НЕЙ и стал настолько близок,

что взгляд его и взгляд ответный снизу,

настолько сшиблись, кажется, они,

что опустело вдруг со всех сторон

и всё, что видят-ладят миллионы,

в НИХ всё сгустилось: лишь ОНА и он;

взор и воззренье, глаз и окоём

нигде, как только здесь — вместить попробуй —

вот что разит. И содрогнулись оба.

Потом запел уж ангел о своём.