Rainer Rilke, смерть поэта

Поэт лежал. И был пристроен лик,

Противно-блёклый, на подушках боком

С тех пор, как мир и с миром вся морока

От чувств пооторвались ненароком

И в безучастный год назад сошли.

Не знали те, кто так его застал,

Как был поэт един со всем на свете;

Ведь это всё: луга, глубины эти

И воды — всё в лица его чертах.

Лицо его — вся эта даль шатром,

Что и теперь спешит к нему, спасая;

А маска та, что робко угасает,

Открыта и ранима, как нутро

Плода, что, будь разломлен, раскисает.