Первая часть "Легко ли быть ведьмой"

А радость — что? — одно мгновение,

Улыбка дня, полёт мечты.

Приходит ночи откровение:

Коль боли нет — мертва и ты.

Пролог

— Нельзя так! — воскликнул он возмущённо и поднял голову от игры. Его длинные волосы разлетелись крыльями ворона, открывая светящийся лик. Черты лика, перетекая из одного в другое миллионами масок, сменялись очень быстро, оставляя неизменными чёрные глаза с алыми, пылающими зрачками. В ответ она рассыпчато рассмеялась, будто уронила горсть стеклянных бусинок на металлическую поверхность; её прозрачная фигура чуть изогнулась, ладошка прикрыла рот, а шелковистые локоны взметнулись огненным облаком.

— Да что ты? Тебе можно, а мне нельзя?

— Ты часто мухлюешь, и мне приходится…

Но договорить он не успел. Девушка звонко вскрикнула:

— Посмотри сюда! — и ткнула пальцем в игру.

— Что там, Лилишт? — спросил мужчина с тёмными крыльями за спиной и наклонился к хрустальной доске. Внутри неё струилось время сквозь тонкую сеть событий, по которой двигались фишки. Он внимательно вгляделся, но изменений не заметил и поднял пылающий взор на девушку.

— Птичка моя, ты о чём?

Однако обращался он к пустоте, от прозрачного силуэта партнёрши остались лишь воспоминания в виде осыпающихся золотистых искорок. Он покачал головой и пробурчал в пустоту:

— Это неправильно, Лилишт. Когда ты чувствуешь, что проигрываешь, начинаешь хитрить.

В ответ тишина.

— Ну, хорошо, — сказал он, растягивая губы во множестве загадочных улыбок. — Раз ты предпочитаешь сбегать, я подкорректирую правила. — И взлетел, раскрывая огромные опахала крыльев. Он поднимался всё выше, выше, а потом сложил крылья и ринулся соколом вниз, на лету превращаясь в сверкающую песчинку. Песчинка влетела внутрь хрустальной доски, сливаясь с одним из узелков на сети событий.