"ЗВЕЗДА ИНГЛИИ" Глава 11 ХРАНИТЕЛЬ

0.00
 
"ЗВЕЗДА ИНГЛИИ" Глава 11 ХРАНИТЕЛЬ
Часть 2. Глава 11

ГЛАВА 11. «ХРАНИТЕЛЬ».

Рада проснулась от любимого аромата, наполнившего палатку. Запах, пропитал насквозь, не только одежду, но и стенки матерчатого шатра. Всё ещё с закрытыми глазами, девушка, приподняла корпус в полусидящее положение и носом вдыхала пьянящий запах земляники. Приоткрыв один глаз, потом другой, она стала искать — источник «земляничного духа». Наконец, глаза нашли то, что искали; прямо над ней, в матерчатом кармашке шатра, виднелся силуэт кружки. Она протянула руку, вытащила кружку из кармана. К неописуемому восторгу, посудина, доверху была наполнена лесной земляникой; отсыпала горсточку ягод на ладонь, и, зажмурившись от удовольствия, положила ягоды в рот.

— Интересно…, — подумала Рада — …и кто же это, так «мастерски задабривает» меня?

Бросив на плечо полотенце, «умывательные» принадлежности, прихватив баночку с «зубным порошком», вылезла из палатки; кружку с «сокровищем», припрятала снова в карман. Оглядев лагерь, убедилась, что все ещё спят. Девушка прошла в крытую матерчатым пологом «полевую кухню», набрала воды в котелок и отправилась, осуществлять первую половину утренних «водных процедур»; вторая половина — намечалась сразу, после первой. Река прекрасно заменяла душ. И хотя, у девушки, с детства развилась фобия — «боязни потери дна», без водных процедур, обходиться она не могла. Исследовав за несколько дней фарватер реки, нашла себе довольно удобную местность, с ровным, неглубоким дном, и эта часть реки, стала «ванной-купальней» со всеми удобствами. Учитывая, что Рада «закоренелая нелюбительница» ранних подъемов, но, вынужденное лишение благ цивилизации, заставляло «Аргусово испытание», просыпаться за час до рассвета, чтобы без посторонних глаз, осуществлять «жизненно важные потребности». Когда она приходила к реке, солнышко уже показывало свои ласковые лучики из-за горизонта. Свершив «походный заплыв», возвращалась в лагерь. И по настроению, выбирала для себя два варианта «утреннего режима»: досыпала ещё пару часов до утренней побудки; либо готовила медитативную «чайную церемонию».

Сегодня «досыпание» отменялось. Пропитанный земляничным ароматом воздух, заставил её не только проснуться; но, и начать «чайную церемонию» раньше обычного. Она, вновь «нырнула в палатку», бросила в кармашек «умывательные принадлежности». Достала кружку с ягодами. Аккуратно, переступив через ноги Арины, Светланы и Эммы, девушка выбралась наружу. Палатка-шатёр — очень просторна, и удобна для размещения путешественников; особенно, когда в поход идут лица, обоих полов.

Как только Рада подняла глаза в сторону костра, её «мозгом» возобладала инстинктивная реакция — «НАЗАД!». Однако, повернув голову в сторону «входа» в палатку, поняла:

«…Метаться поздно. Расстояние от входа пройдено приличное, её появление уже замечено».

Логического объяснения, «почему это, вдруг, она, с кружкой наперевес метнулась обратно в шатёр», не находилось. А потому, постояв некоторое время в позе «застывшей статуи с кружкой», ей, не оставалось ничего другого, как продолжить путь.

Теперь надо было «сию секундно» определиться «…продолжить путь куда?»: мимо костра, и сидящего рядом с ним человека; либо, прямиком направиться к такому же «раннему жаворонку». (Жаль, только этот «жаворонок» не в курсе, что она — «сова ранняя» — вынужденно).

Рада, глубоко вдохнула, потом выдохнула. Попыталась изобразить на лице совершенную «непринуждённость». Однако, если бы она, видела себя со стороны в этот момент… Состроенная намеренно — «непринуждённость», скорее походила на «раздувшего щёки хомяка, спрятавшего во рту пару орехов».

Девушка медленно шла к костру. Комично выглядящая гордая «непринуждённость», на лице Рады, развеселила Светодара; от нахмуренных бровей, сжатых губ хранителя, не осталось и следа.

— Доброе утро, «суровая охотница»! — смеясь, поприветствовал хранитель. Как ваше самочувствие и настроение?

— Великолепное! — натянуто улыбнулась девушка, «комичная маска» бесследно испарилась с её лица.

 

— И вам уважаемый, Светодар утро доброе! — воспитанно ответила Рада.

— Надеюсь, вас порадовал мой «утренний сюрприз»? — мужчина, кивнул на кружку.

— Очень порадовал! Благодарю, за столь трепетное внимание к моей персоне…

(Тем более что земляничный аромат, мой самый любимый).

Последнюю фразу, Рада «додумала мысленно».

(— Я, знаю, ваши вкусы… и предпочтения тоже — вторя, мыслям собеседницы, отметил про себя хранитель).

Ещё, не осознав до конца, что они продолжают общаться мысленно, девушка вслух произнесла:

— Откуда же, вы, можете знать мои вкусы и предпочтения?

— Всё, очень просто! — Светодар, заулыбался.

— Во-первых, я тоже люблю землянику. Во-вторых, мы с вами, прекрасно считываем мысли друг у друга!

Не зная, что ответить, Рада возмущенно поджала губы (от чего щёки снова надулись).

Искоса, наблюдая за эмоциями отображаемыми на лице девушки, Светодар продолжал веселиться (ну, не мог он, ничего поделать с собой… Одно её присутствие, вызывало в душе веселье).

— Хотел спросить у вас, Ваше сиятельство… Разве вчера, Вас не испугало то, что с вами происходит? — лицо хранителя стало серьёзным.

Рада разжала губы.

— Даже не поняла я, что со мной происходит; показалось, что уснула и вижу сон. Мне часто снятся «странные» сны, поэтому и не испугалась. Девушка немного помолчала, потом добавила:

— Прошу, не называйте меня на «Вы» и уж тем более «Ваше сиятельство». За тринадцать с половиной лет, я отвыкла от титулованных обращений, и на Вы, меня называет только мой учитель Меземир, когда сердится.

Кроме того, никто из моих друзей (кроме двух хранителей), и в школе тоже, не знают о моём происхождении.

 

Мужчина, пропустил «мимо ушей» просьбу Рады, и продолжал серьёзным тоном вещать:

— А вот я…, — Светодар, протянул кружку с горячим чаем, — в отличие от вас, очень испугался «за ва...». Хранитель запнулся на полуслове, потом договорил: — за тебя.

Ещё мгновение, и леди, могла бы исчезнуть из этого мира навсегда и безвозвратно.

Потому что у неё нет, ни навыков, как перемещаться «во временных пространствах» мироздания, ни даже понятия, что это такое.

— А-ааа…, что же мне теперь «со всем этим» делать? — спросила Рада растерянно, уставившись в кружку с чаем, словно хотела найти ответ именно там.

— То же, что делают все одарённые! УЧИТЬСЯ!

Улыбнувшись, хранитель посмотрел на неё и подвёл итог:

— К вашему сведению, у леди — нет выбора! Этим даром, вы наделены с рождения. Избавиться от него (или… — мысленно отметил хранитель — заблокировать каким-то образом) — не получится. Он уже просыпается в вас. Вопрос времени, когда начнутся «спонтанные перемещения», и уж лучше бы вы, Ваше сиятельство, были к ним готовы.

Девушка замолчала, в голове снова образовалась неприятная «пустота».

Заметив, что брови Рады нахмурились, Светодар продолжил вещать:

 

— С этого дня, нравится вам это, или нет… Придётся привыкать, к моему постоянному присутствию рядом с вами. Собственно, только для этой цели, Агнехрон отправил меня в путешествие. Сопровождать, лично «ВАС». За всех остальных, он был спокоен.

 

— Ах, вот так значит! «Восхитительно! Просто в голове не укладывается»! — сердито сетовала Рада, — Агнехрон, значит, знает о «моих странностях», и только я «о себе» ничего не знаю! Девушка резко поставила кружку с чаем на землю, расплескав содержимое себе на ноги; обхватив поджатые ноги обеими руками, она уткнулась лбом в колени.

Хранитель допил чай. Протянул руку к ногам девушки, отряхнул расплескавшуюся жидкость с её брюк, комментируя «производимые» действия:

 

— И, первое, чему придётся учиться моей «подопечной» — контролировать свои эмоции, — «неуравновешенный странник», больше и чаще других попадает в неприятности, путешествуя по «Сварге Великой».

— Кстати, о «странностях» ваших, Агнехрону рассказал я, спокойно сообщил Светодар.

Рада подняла голову от колен, уставилась на мужчину «расширенными» от удивления глазами. Потом отвела взгляд от его лица, глубоко вдохнула воздух, и медленно выдохнула.

— И, что всё это значит?! — нетерпеливо осведомилась, она.

В отличие от Рады, мужчина оставался совершенно спокойным, как снаружи, так и внутри.

 

— А, значит «ЭТО», — продолжал вещать хранитель, жутко раздражая Раду «таинственно-спокойными» репликами — что, знаю я о вас даже то, чего Вы сами о себе не знаете.

Последняя фраза Светодара, стала и последней «каплей в чаше терпения» Рады; рассерженная, она вскочила на ноги, общаясь сама с собой:

 

— Всёёёёё…! Хватит с меня! — сердито бормотала она, направляясь к палатке. Мысленно повторив: «С меня хватит!

Вдруг, вспомнила что-то, остановилась и, развернувшись, пошла обратно к костру. Не обращая внимания на «ухмыляющегося» хранителя, она подняла с земли забытую кружку «с сокровищем» и снова направилась к палатке.

— «Ваше сиятельство»… А Вы случайно не вспомните, где оставили своё воспитание? — (укоризненно обратился к Раде хранитель, мысленно).

Вслух же, громко произнёс, чтобы девушка отчётливо его расслышала: «Благодарю вас за чай, уважаемый Светодар...».

Рада залезла в палатку-шатёр. Секунду спустя, оттуда донеслось:

— На здороооовье, многоуважаемая Рааааада! — передразнив хранителя, Рада забралась в «постель», засунув в рот ещё одну горсть земляники.

Она, никак не могла понять, что так раздражало её в этом человеке?

На «вредное поведение» девушки, Хранитель отреагировал искренним смехом. Продолжая сидеть у костра, он снова и снова перебирал в памяти диалог, вспоминая каждую деталь в поведении подопечной.

Утренняя «побудка» состоялась в установленное Аргусом время, ни секундой раньше и даже не позже… Точность суточных часов, можно было проверять по Аргусу.

Молодые женщины проснулись и приводили в порядок растрёпанные за ночь волосы. Рада, даже не подумала вылезать из-под одеяла. Накрывшись им с головой, она усердно закрывала уши, чтобы не слышать «утренней возни» подруг, вперемешку с болтливостью. Эмма, натянула тонкую майку на «пышный бюст», и кивком, указала на «спрятавшуюся под одеялом» особу.

Арина, взялась рукой за кончик одеяла, попыталась стянуть его с девушки, ничего не вышло. Предвидя, такой вариант «надоедливости», Рада, завернулась в него, словно в коврик; чтобы никто не беспокоил её.

— Ой! Как изумительно пахнет земляникой! — вдохнула аромат Светлана …

— И правда, — согласилась Эмма. Только вот, откуда он, этот запах?

Послышался голос из-под одеяла:

— Из кружки моей … Угощу, если перестанете надоедать.

Женщины переглянулись и сразу же, согласились «на подкуп».

Они отлично знали: «Через некоторое время, в палатку заглянет Агнес…».

Так оно и случилось…

Пока «растрёпанные сони» делили между собой оставшиеся в кружке ягоды, полог шатра откинулся, вошла Агнес.

— Это что ещё, такое? — раздражённо вопрошала хранительница, глядя на

«всё ещё непричесанных дам».

— А ну-ка, поднялись, все! Разом! И быстро вышли на «утреннее построение»!

В последнее время, Аргус утешал себя, очень нужной деятельностью: прививал путешественникам внутреннюю «полувоенную дисциплину»! Потеряв лидерство в «военной сфере» (контроль, над экстремальными условиями), он чувствовал себя «потерянным». А потому, чтобы не обижать пожилого воина-хранителя, Светодар — «СДЕЛАЛ ЕГО СВОЕЙ ПРАВОЙ РУКОЙ», полностью передав Аргусу полномочия «светского князя»: воспитание «гражданского общества» (…в смысле, военной дисциплины внутри сообщества путешественников) и разрешение конфликтов (если вдруг, таковые, возникнут).

На Святослава (чтобы он, не чувствовал себя обделённым властными полномочиями), возложили контроль над «разведывательной деятельностью», координацией и планированием маршрутов передвижения.

Агнес досталось самое трудное «властное полномочие» и задача, — привести в соответствие «военному Уставу», дисциплину женской половины сообщества.

Абсолютно все путешественники, всё понимали, и потому, исправно исполняли требования нового «военного Устава»; разработанного лидерским составом «сообщества Путешественников».

Услышав приказ хранительницы, женщины тут же вскочили на ноги, ожидая своей очереди «на выход из шатра». Следом, «почти мгновенно», выскочила из-под одеяла Рада. Но, запутавшись одной ногой в одеяле, она нечаянно толкнула Эмму… И понеслась «цепная реакция»: Эмма, со всего размаха врезалась в Арину, та, передала «инерцию» Светлане.

От неожиданного толчка, Светлана, упала в руки Агнес.

В общем… На «утреннем построении», случился конфуз.

Молодые люди (мужская половина сообщества), давно построившись на площадке лагеря, с весельем наблюдали картину «воинской выправки» — женской половины общества (…особенно, когда из шатра, выпала первая «амазонка», угодив в руки Агнес).

Хранительница поддержала Светлану, заботливо поинтересовалась:

— Не ушиблась? Ничего страшного… Со всеми бывает.

Потом, провожая «амазонок» до площадки, проследовала за ними.

Аргус окинул взглядом, вверенное под его командование «светское общество», раздал команды, распределил обязанности.

Всё это время, Светодар стоял в стороне, в излюбленной позе — «облокотившись плечом о дерево, сложив на груди руки».

Почему-то, Раду, от возмущения «так и распирало».

 

— «Стоило этому «выскочке» спасти её от неприятностей, как он, тут же «перетянул на себя лидерство»! А другие, чем хуже?! Подумаешь, герой нашёлся! — исподлобья поглядывая на хранителя, сердито возмущалась Рада (разговаривая сама с собой мысленно).

Заметив, как на лице Светодара «расплывается» самодовольная улыбка, она тут же одёрнула себя.

— Вот незадача! Ещё и за мыслями моими шпионит… — раздосадовано сетовала девушка, — надо срочно переключиться на кого-то или что-то, пока руки мои «не зачесались от творчества» (под руками, естественно, подразумевались мысли).

Считывая мысли Рады, хранитель, уже не просто улыбался…

Опустив голову, прикрывая «козырьком» ладонью лоб, мужчина сдержанно смеялся. Посмотреть на Раду он «не решился»; опасался, что её вид, вызовет у него «истерический хохот». Объяснять присутствующим, что (или кто) вызвало смех, он не был готов.

Как только закончилось «утреннее построение» и все участники экспедиции получили задания; Аргус отдал команды «вольно» и «разойтись».

После завтрака был объявлен «общий сбор», для постановки вопроса о дальнейших планах действий.

Завтрак прошёл довольно дружно. Собравшись в «отдельную группу», мужское сообщество, рассказывало друг другу «байки» и анекдоты; поэтому молодые люди, пребывали в веселом расположении духа. Святослав, повеселившись со всеми, поднялся из-за стола и направился к хранителю (тот, как всегда, следуя «странной привычке», завтракал отдельно от всех). Присел рядом с ним.

 

— Не помешаю? — вежливо спросил Святослав. Мне, любопытно, а почему ты всегда принимаешь пищу отдельно от других?

 

— Это же очевидно, — хранитель усмехнулся, — даже во время приёма пищи, ничто не должно «отвлекать» от прямых обязанностей. Это, во-первых. Во-вторых, со стороны, намного удобнее отслеживать «места расположения» и перемещения в пространстве, охраняемого объекта.

В-третьих, и это самое нелёгкое условие: необходимо, постоянно находиться в пределах досягаемости, по отношению к «подопечной».

Учитывая, что ваша сестра испытывает ко мне, «не самые благожелательные чувства»; у меня нет желания, раздражать её своим присутствием без особого на то повода.

Разъяснения, вполне устроили Святослава.

— Вы, уже приняли решение, относительно дальнейшего пребывания в «походных условиях»? — снова поинтересовался Святослав.

Хранитель, отпил из чашки чай, и «хмыкнув» в знак неопределённости, ответил:

 

— Всё будет зависеть… — он перевёл взгляд на Раду, — от поведения «подопечной».

Если она и дальше, будет усложнять выполнение моей задачи — «осуществление охраны» её персоны; не останется ничего другого, как вернуться в Китеж-Град.

Вот и донесите, уважаемый Святослав «сию мысль», до сознания вашей сестры. И желательно, чтобы в момент общего сбора, она уже «определилась с линией поведения».

Немного помолчав, хранитель добавил:

— «ОБЕЩАНИЕ» — вести себя, как полагается охраняемому лицу», должны слышать ВСЕ! Под её личное «честное слово». Только в этом случае, мы сможем продолжить путешествие.

— Благодарю, Святослав, за составленную компанию… — хранитель поднялся из-за стола «полевой кухни», — пора приступать к обязанностям. Мужчина, не дождавшись ответа от собеседника, направился вглубь лагеря.

Святослав продолжал сидеть за столом, ожидая Раду и её напарницу. Девушки, как обычно, исполняли прямые обязанности (уборка посуды, после приёма пищи).

Святослав отозвал сестру в сторонку, и кратко изложил требования выдвинутые хранителем. Заодно, довёл до её сознания — "УСЛОВИЕ дальнейшего пребывания в походе», — в точности, передав фразы изложенные Светодаром.

Насупившись, Рада, сложила руки на груди. Чуть опустив голову, она «бесцельно блуждала взглядом», то по своей обуви, то по обуви брата; пока тот «дипломатично» излагал «условия ультиматума».

Пропуская мимо ушей, «фразы отдельных тирад» внушаемых ей братом; она мысленно, дала волю своим «неудовольствиям»:

 

— Ишь… Раскомандовался! «Туда не ходи… сюда не ходи», без его присутствия! Если так дальше пойдёт, начнёт указывать, что мне есть и с кем спать.

Пока Святослав усердно «вершил внушения», а Рада — «мысленно гневалась» на хранителя; до её «сознания» донеслась фраза:

 

— У «милой леди», всегда есть право выбора: продолжить интересное путешествие, исполняя мои требования; либо вернуться домой, «под опеку брата».

Как только Рада уловила, передаваемые «шпионским способом» мысли Светодара, рот её раскрылся от возмущения. Она перенесла руки на пояс (упёршись ими в бока), и стоя «в позе сахарницы», искала взглядом «возмутителя ЕЁ спокойствия».

Поворачиваясь вокруг своей оси, девушка тщетно пыталась обнаружить «препротивнейшего» хранителя, чтобы хоть как-то наказать это «чудовище», за чтение её мыслей без спроса.

Святослав заметил резкую перемену в поведении сестры, взволнованно спросил:

 

— Милая, что с тобой? Ты вообще слышала, о чём я толковал сейчас?

— Слышала!… Всё я поняла. Сердито «буркнула» Рада.

Потом она снова обернулась, поискала глазами хранителя; всё было напрасно.

Светодар стоял на другом конце палаточного лагеря; укрывшись от «гневного взора» подопечной за широким деревом, весело посмеивался.

Когда уборка закончилась, обе девушки присоединились к «общему собранию» путешественников.

Лидеры, определились с основными задачами и целями.

Оставалось «дело за малым» — получить под честное слово «ОБЕЩАНИЕ» — вести себя, как полагается «лицу, взятому под усиленную охрану».

Как только Рада явилась на «СОВЕТ», все взоры, мгновенно устремились на её персону. Чувствуя, как внутри «закипает злость» (памятуя злостно-шпионские выходки хранителя), девушка усиленно пыталась взять под контроль «тягу к творчеству»; и чтобы не выдать «истинных намерений», пришлось начать говорить.

— Обещаю… вести себя «правильно» — как, полагается «охраняемому лицу».Даю честное слово! — нудно произносила Рада «клятвенное обещание».

Как только она закончила излагать клятвенное обещание, взгляды присутствующих «разом» переместились на Светодара. По всей видимости, хранитель, остался вполне удовлетворённым; потому что, без лишних эмоций и слов, перешёл к обсуждению «нового маршрута». Прежние планы пришлось изменить, в связи с открывшимися «способностями» у одной из путешественниц.

Перед Радой же, возникла трудная задача. Теперь, чтобы хоть, как-то насолить «злостному шпиону», нужно было «умудриться» не дать ему читать свои мысли.

Она стала внимательно наблюдать и фиксировать моменты, когда Светодар поглощён другими размышлениями либо увлечён беседой.

 

Знала по собственному опыту: «Невозможно — одновременно беседовать с кем-то, и считывать информацию из биополя другого человека. Так же, как если думать о чём-то серьёзном, и пытаться считать мысли собеседника».

 

Светодар, конечно же, расслабился, получив от «подопечной» желаемую клятву. В одном он был уверен: «осложнять выполнение охранных задач, она не станет». И потому, сейчас он чувствовал себя вполне спокойно и умировотворённо.

Лидеры «сообщества» продолжали сидеть под пологом «шатра-столовой», мирно обсуждали планы на ближайшие дни. Кое-кто из друзей-путешественников уже намеревался покинуть «общий сбор», поднимался из-за стола и вдруг…

Совершенно нежданно для всех, послышался треск. Широкая крыша шатра, без видимых причин, полностью накрыла собой всех, кто в этот момент сидел и стоял под ним.

Послышался командный голос Святослава, призывающий «всех сохранять спокойствие» и не суетиться под обвалившейся крышей.

Люди, копошась, выбирались из-под материи; недоумевая, «что же такое произошло» с их столовой.

Первыми, выкарабкались Святослав, Агнес и Светодар. С другой стороны, на четвереньках, вылезали Аргус, Огневед, Владимир, Алекс. Второй хранитель, оставался под пологом, для осуществления контроля над оставшимися людьми, и координации их поведения.

Все, кто выбрались первыми, срочно начали процедуру эвакуации остальных — экстренно сворачивать широкую материю, для высвобождения «заложников» и установления причин, обрушения конструкции.

Когда материя была свёрнута, Аргус внимательно стал осматривать деревянные шесты (привезённые с собой из города; на них крепилась матерчатая крыша).

 

— Странно… — бормотал хранитель…— очень странно. Аргус наклонил голову к шесту и зачем-то понюхал его. Святослав, следуя примеру Аргуса, проделал то же самое.

 

— Ничего не понимаю… — озадаченно ворчал хранитель, — шесты не имеют следов «подгнивания», довольно толстые, прочные. Все как будто «срезаны» острым мечом.

 

— Посмотрите! Срез абсолютно ровный и плоский! — Аргус ткнул один из шестов под нос Святославу, потом Светодару (оба мужчины, едва успели отклониться назад) — словно его что-то «СРУБИЛО». Но что? Как?! Теряюсь в догадках…

В диалог вклинился Огневед, в очередной раз, всех поражая своей проницательностью.

— Может это снова «ДУХ»? Ну, как тот… «пещерный»?

Святослав, Аргус и Светодар переглянулись.

 

— Что ты хочешь сказать, — разгневанно спросила Агнес, — что этот скверный «вредоносный дух», продолжает преследовать нас? И что же он не остался «в своей пещере», когда мы останавливались на плато, возвращаясь в лагерь?

Минуту молчания, прервал Святослав:

— Друзья мои… Давайте начнём восстанавливать нашу столовую, а то нам негде будет трапезничать…

А с «вредоносным духом», разберёмся позже.

Агнес, Светодар, Огневед и Аргус, удивлённо подняли глаза на Святослава. Тот же, не обращая внимания на вопросительные взоры друзей, сделал глубокий вдох, потом выдох, и отправился к Алексу и второму хранителю, помогать укреплять шесты заново.

Мужчины закрепили шесты, натянули «крышу-полог». В общем и целом, столовая-шатёр оставалась прежней, за одним лишь исключением: теперь всем мужчинам (чуть выше среднего роста) приходилось «кланяться» (…в смысле наклоняться), перед тем, как войти в столовую и сесть за стол (чтобы не задевать головой крышу). А поскольку, «абсолютно все хранители» мужского пола обладали ростом выше среднего, в том числе Владимир и Святослав; «кланяться» (т.е. наклоняться), им приходилось гораздо ниже, всех остальных.

 

Всё бы ничего… Однако, новый способ «вхождения на трапезу» так смешил Раду, что ей волей-неволей приходилось «щипать себя» за что угодно (только бы заглушить болевым рефлексом, вырывающийся смех).

Исследования местности решили продолжить, только после «проведения разведывательной операции». Светодар, категорично настоял на том, чтобы перед очередным выходом «на маршрут», провести поверхностное обследование местности, на наличие «геопатогенных зон» в районе пути следования.

Ему очень не хотелось, снова попасть в ситуацию, с нежданно открывшимся «временным разломом реальности». И потому, взяв с собой двоих «разведчиков» (Алекса и Огневеда, напросившихся для этой миссии), прихватив Раду (как элемент катализатор, вызывающий «патогенную активность»); четверо путешественников водрузились верхом на лошадей, отправились разведывать маршрут.

Неторопливо всадники продвигались вперёд, следуя по пути которым должны пройти путешественники;

Алекс и Рада впереди, Огневед и Светодар позади.

Огневед не унимался, «проницательно» расписывая истории из жизни «трёх друзей» (главным героем которых, конечно же, был он сам…второстепенные, ехали впереди). Светодар усердно делал вид, что внимательно слушает его (периодически, удостоверяя «внимание», улыбкой).

 

— Скажи, Андрей…— нежданно, включился в беседу Светодар, (сознательно понизив тембр голоса, почти до шёпота). Вот вы, трое «неразлучных», учились вместе много лет, поддерживаете крепкие узы дружбы до сих пор; но никто из вас, даже близкие родственники (Светодар демонстративно указал пальцем на Раду), не знаете о способностях «моей подопечной» влиять на «временные разломы». Как же так получилось?

Огневед, почесал затылок.

 

— Да не проявляла Рада, никаких таких «сверхспособностей», когда мы учились. Она, вообще была «ОБЫЧНОЙ»… Конечно, кроме её «страсти к одиночеству».

Светодар вопросительно посмотрел на Огневеда, придавая молодому человеку «вдохновение» для «обширного ответа» на поставленный вопрос.

 

— Ну, в смысле, Рада никогда не походила и не походит на других девушек

(Андрей заулыбался). Она словно, не от «мира сего». Вместо развлекательных вечеринок (которые часто устраивались для учеников школы по выходным), предпочитала сидеть со своими книжками, где-нибудь в укромном месте, чтоб только никто не «доставал её» своим вниманием.

Зато потом, когда нужно было, что-то понять или разъяснить, наша «ходячая энциклопедия, за словом никогда не лезла в карман».

Видимо, из-за этих «неординарных качеств», мой друг… — Огневед, кивнул на Александра, — и влюбился в неё «без памяти».

Брови Светодара, от удивления «взлетели» вверх.

 

— Что-то не замечал за ним, «пылких и страстных эмоций» по отношению к моей «подопечной», — вслух прокомментировал мысли Светодар.

 

— А он и не показывает эмоций на людях. Однако, если Вы попробуете чем-нибудь обидеть или оскорбить, его любимую женщину, — Огневед весело рассмеялся, — он «сию секундно» вызовет Вас на дуэль; не задумываясь, что «лично с ним может произойти».

Или, например, понаблюдайте за моим другом, когда Рады нет рядом долгое время. У Алекса, тут же включается режим «паника». И пока она снова не окажется рядом или в пределах его видимости, режим «паника» не выключится.

Брови хранителя, нахмурились. То, что он услышал от Огневеда, ему явно не понравилось.

Пока Светодар, мысленно осмысливал полученную информацию, что-то произошло у ехавших впереди всадников. В состояние осознанности, мужчину привёл нервный храп животного. Лошадь всадницы встала на дыбы. Рада, с силой напрягла ноги и упёрлась в стремена, чтобы не дать скинуть себя на землю.

Разнервничавшаяся лошадь, больше не желала идти вперёд. Храп, сопровождающийся беспокойным ржанием, показывал, что животное чем-то напугано. Алекс, схватил лошадь под уздцы, чтобы успокоить. Бережно похлопывая, и разговаривая с лошадью, Рада спешилась.

Её примеру, последовали остальные всадники. Привязав «благородный транспорт» за деревья, «разведчики» решили бросить жребий, кому достанется «роль сторожа».

Хранитель подобрал с земли сухой прут, разломил на четыре части. Четвёртую обломил наполовину. Перед тем, как тянуть жребий, мужчина окинул взглядом спутников, затем в упор посмотрел на девушку.

 

— А кто вздумает «жульничать», проявляя неуместное творчество, назначается «сторожем» без участия в процессе отбора — нравоучительно произнёс Светодар, подставив под нос Рады кулак, с зажатыми в нём палочками…

Девушка, чувствуя на себе взгляд «препротивнейшего», потянула палочку, и чуть было не запрыгала от радости. Вспомнив, однако, что она «вроде как» уже не маленькая, сумела сдержать бурное выражение радостной эмоции; ограничилась широкой улыбкой.

Следующим вытянул жребий Огневед и подобно Раде «засиял». Осталось двое. Хранитель поднёс кулак Алексу.

 

— Ну, ясно… — пессимистично промямлил Александр, — … ясно кому придётся сторожить «транспорт» Он потянул из кулака палочку, и вытянул «обломленный четвёртый вариант».

Рада с жалостью посмотрела на друга, и тут же предложила:

 

— Я стану вашим «сторожем». Рядом с лошадьми, со мной ничего не «приключится». И если, уважаемому хранителю так будет спокойнее, могу даже привязать себя поводьями к лошади; уж с лошадью и деревом, меня точно никуда не «унесёт».

Светодар вопросительно посмотрел на девушку, мысленно прокомментировав «немой вопрос»:

«Ваше Сиятельство, Вы уверены, что хотите этого? Жребий честный…».

 

— Уверена! — заулыбалась Рада, идите на разведку, а я подожду здесь.

Она, демонстративно устроилась под деревом, рядом с жующими траву лошадьми, и провожала взглядом уходящих вглубь леса спутников. Прежде чем скрыться из виду, хранитель оглянулся, посмотрел на подопечную.

— Если что, зови… и не только мысленно, — шпионским способом сказал Светодар. Чтобы успокоить его, девушка помахала рукой, в знак того, что информация принята к сведению.

К огромному удивлению Рады, друзья вернулись довольно быстро. Огневед и Алекс, что-то бурно обсуждали, размахивая и жестикулируя руками.

— Ну вот, теперь ясно чего испугалась твоя лошадь, — обращаясь к подруге, комментировал «разведку боем» Огневед.

— Там волк лежит, в капкан попался. Уже мёртвый почти. Давайте продолжим разведывать маршрут, а то скоро темнеть начнёт. Надо ещё до лагеря добраться.

Мужчины, принялись отвязывать лошадей от дерева, чтобы продолжить путь.

 

— Вы, что же это… — сердито возмутилась Рада, — собираетесь бросить животное вот так, умирать в капкане? — она подняла глаза на Огневеда, потом перевела взгляд на Алекса. Молодые люди, тут же устремили взоры в сторону хранителя. Светодар почувствовал на себе взгляды с «немыми вопросами», спокойно разъяснил:

 

— Нам необходимо успеть провести разведку оставшегося маршрута до сумерек. На обратном пути высвободим животное из капкана. Тем более, что у нас сейчас нет с собой приспособления, чтобы его разжать.

 

— А вы, друзья мои, можете продолжать разведывать маршрут, — подражая тону хранителя, спокойно объявила девушка. Лично я, остаюсь здесь.

Подожду, когда вернётесь, найдёте для капкана приспособление, и освободите животное.

Светодар опустил глаза и стоял молча, держась за отвязанные поводья. Потом медленно стал привязывать поводья, обратно к дереву.

 

— Милая… — в «конфликт» вмешался Алекс, — животное, почти мертво. Скорее всего, оно лежит так дней пять. Даже если нам посчастливиться освободить его сейчас, оно не выживет.

 

— Ничего не желаю слышать! — гневно сверкнув глазами, громко заявила Рада. От «звука» её голоса, сидящие на деревьях птицы, «шумными стаями» взмыли вверх.

— Теперь Алекс, твоя очередь «охранять транспорт», — а я пойду, контролировать процесс освобождения.

Светодар, Огневед и Рада направились к лежащему неподалёку, умирающему животному.

Пока возвращались к месту «трагедии», Светодар усиленно искал палку, из которой можно было соорудить «рычаг». Наконец, нашёл «приспособление» на молодом дереве. Аккуратно срезав крепкий сук, заострил ножом с одного конца.

Рада увидела волка сразу, как только они спустились в низину. Она ускорила шаг, и, опередив мужчин, опустилась на колени рядом с ним.

Это было совсем ещё молодое животное, и к тому же волчица. Обычно, матёрые волки, попадая в капкан, отгрызают конечность и уходят на свободу.

По всей видимости, это был волк-подросток, не обладающий достаточным жизненным опытом, либо «омега самка», изгнанная из стаи (в подобных случаях, «омега» изгои вынуждены вести одиночный образ жизни, если в стае для них не нашлось места).

Огневед и Светодар, прилагая усилия, просунули в капкан заостренную палку; через пару минут нога животного была высвобождена из плена. Рада положила на брюхо волчицы руки, закрыла глаза.

Животное ослабло от голода и боли, но в нём всё ещё теплилась жизнь.

 

— Мы должны взять её с собой… Я не оставлю её здесь одну. Рада попыталась поднять волчицу на руки, но не знала с какой стороны подступиться.

— Не переживай… Я сам понесу её. — Светодар, подал девушке руку, чтобы помочь подняться на ноги.

В обратный путь, друзья двинулись сразу; разведывательная деятельность была временно прекращена.

Истощавшего волка, везли на руках по очереди. Без всадника на спине, лошади отказывались «иметь прямой контакт» с полуживым хищником.

Не нужно даже упоминать, как и насколько сильно была удивлена «управляющая элита сообщества путешественников», столь раннему возвращению «разведчиков» в лагерь. Хранитель спешился, подошёл к спутнице, чтобы снять с её рук животное.

Друзья тут же собрались в кучку, с удивлением наблюдали за происходящими событиями.

Разведчики распрягли лошадей, увели их подальше от места, где предполагалось сделать «временное пристанище» для больного волка. Пока Александр и Андрей, чистили и кормили «транспорт», Светодар мастерил шалаш для зверя. Рада, скинула с плеч курточку, уселась рядом с волчицей; положила руки на брюхо животному.

— И что всё это значит? — нервно поглядывая на волка, спросил Святослав у хранителя.

 

— Скажите, уважаемый Святослав… — зажав в зубах верёвку и не поворачивая голову к вопрошающему, комментировал Светодар… — вот лично Вы, когда-нибудь пытались заставить вашу сестру делать то, чего она не желает? Или, например, отказаться от возникших идей в её голове? Хранитель продолжал закручивать верёвку, вокруг палок-опор.

— Мда… — вопросов к хранителю, у Святослава больше не было. Он развернулся в сторону Аргуса и Агнес, стоявших неподалёку, и зашагал им навстречу.

Полечив волчицу, Рада решила соорудить для неё, что-то вроде «соски», чтобы хоть как-то начать подкармливать «пациента», но из этой затеи у неё ничего не вышло. Девушка отправилась на «полевую-кухню», взяла из лотка пару сырых яиц, и кружку. Потом подошла к Алексу и Огневеду, и попросила помочь ей разжать волку зубы.

— Милая, я очень люблю собачек… — занервничал Александр, — но совать свои руки в пасть волку, я не намерен… Прости, родная. Огневед молча, замотал головой и замахал руками, в знак солидарности с другом.

Рада не стала больше упрашивать; прекрасно понимала, что от помощников панически страшащихся волков, толку будет мало. Она вернулась к волчице.

— Как же зубы-то разжать тебе, маленькая ты моя? (подумала про себя Рада).

(В голове, тут же отозвался «ответ» на её немой вопрос)

 

— Если, Ваше Сиятельство, пообещает прислушиваться к советам старшего товарища, т.е. меня, я буду помогать ухаживать за подопечной.

 

— Хорошо…(так же мысленно ответила девушка), я буду прислушиваться к советам старшего товарища… Помогите мне уже, разжать животному зубы! Пожалуйста…

 

Светодар закончил мастерить шалаш, вымыл руки. Подошёл к волку, присел рядом на одно колено, обхватил морду животного руками; потом просунул между зубами большие пальцы, аккуратно разжал животному пасть. Рада влила в пасть сырое яйцо из кружки, а хранитель продолжал удерживать голову волка, немного навесу, чтобы тот не захлебнулся. Сглотнув яйцо, волк облизал языком остатки, попавшие на морду. Так спасители кормили животное, до тех пор, пока оно не стало, самостоятельно лакать пищу из миски. Подниматься на ноги, волк пока был не в состоянии. Но, после каждого лечения и прикорма, он становился всё крепче, сильнее. Теперь, с каждым появлением Рады, «собачка» начинала вилять хвостом и поскуливать, то ли от благодарности, то ли от безграничного чувства любви. Практически всю оставшуюся неделю, пока остальные путешественники исследовали новые местности, и маршруты, девушка не отходила от своей пациентки. Результат не заставил себя долго ждать. К концу недели, волк не только окреп и уверенно стоял на ногах, но уже с удовольствием поедал сырое мясо, и глодал косточки (припрятываемые для него целительницей).

 

— Если так и дальше пойдёт, — возмущался раздосадованный Аргус… — нам придётся ходить в лес за кабаном, чтобы прокормить этого «проглота». Он съел весь наш недельный запас!

— Ну, не ворчи, Аргус… — успокаивала хранителя Рада, — волчица ест, мой личный «мясной паёк», а я мясо не ем вообще!

— Как же, твой личный! Эта морда, съедает мяса «за четверых»! Как будто у него не желудок, а «бездонное дно»!

— Не у него, а у неё… — поправила хранителя девушка, — у моей малышки, растущий организм и очень хороший аппетит!

Аргус, посмотрел на Раду, глубоко вздохнул, и от бессилия перед «женской логикой», демонстративно махнул рукой.

 

Последнюю стоянку, решено было сделать на том же горном плато, где путешественники впервые соединились в единую группу. За две недели путешествий, маршрут, запланированный для исследований, они практически освоили. На обратном пути в Китеж-Град, решили заночевать в знакомой местности, без приключений.

 

— Что же Вы, Ваше сиятельство…(мысленно спросил Светодар), отправлялись путешествовать по интересным местам, а сами просидели в лагере всё это время.

 

— Всё, что мне было нужно, я увидела и услышала (так же мысленно ответила ему Рада). А общение с благородным и сильным животным, привнесло в мою жизнь неописуемый восторг и радость.

Девушка, впервые подняла глаза на хранителя и улыбнулась; такую же искреннюю улыбку, она получила в ответ.

Вечером, сидя у костра, друзья подводили итоги занимательного путешествия; обсуждали места силы, делились впечатлениями. Рада тихонько тронула рукой, плечо Алекса и поманила его за собой. Друг поднялся на ноги, последовал за любимой девушкой. Светодар, всё это время, молча, наблюдал за «охраняемым объектом».

Девушка отвела друга в сторону, чтобы никто не мог их услышать, и ласково заглядывая в глаза Алекса, завела «таинственную речь».

 

— Миленький, а у нас, случайно, нет возможности обзавестись собственным домовладением? Я, конечно, люблю комфорт… Но, жить в собственном доме, по-моему, гораздо полезнее для здоровья…

Алекс, не понял к чему это, любимая, завела такой странный диспут.

И искренне, стал соображать на тему «приобретения собственного дома».

 

— Конечно же, у нас есть возможность купить домовладение! Уже несколько лет, я не делал крупных покупок, и не отлучался из родного города. Те, поощрительные премии, которые выплачиваются за мои достижения и творческие успехи, остаются нетронутыми и ежегодно копятся на моём индивидуальном счёте Раведы. Мы с тобой можем купить сейчас не только домовладение, но даже целую «ферму с лошадьми», Александр рассмеялся, и крепко прижал Раду к себе.

 

Пока он нежно обнимал любимую женщину, она, тихонько прошептала:

— А…ещё, мы можем завести себе собачку…

После услышанного шёпота про собачку, у Алекса инстинктивно подкосились ноги. Веселье и радостные предвкушения «от покупки собственного домовладения», мгновенно испарились; вместо них, на лбу выступила испарина.

— Рада… Девочка моя… Только не говори мне, что ты намерена «завести нам» вот эту собачку! — вытянув руку в сторону лежащей под деревом волчицы, Алекс показывал на неё указательным пальцем.

— Ты у меня такой проницательный и чуткий! — девушка обвила руками шею друга, и, чтобы не дать возможности воспротивиться «прекрасной идее», стала целовать его в губы.

Почувствовав, как от поцелуев любимой женщины, внутри тела разгорается сладострастный жар; вместо, нравоучительных убеждений, Алекс сжал подругу в объятиях. Не говоря ни слова, покрывал поцелуями её лицо и шею.

Выждав немного и убедившись, что Александр созрел для принятия решения, девушка подвела итог «страстному общению»:

— Всегда знала, что только ты меня понимаешь и любишь, несмотря на мои странности! Когда вернёмся в Китеж, сразу начнём поиски подходящего домовладения! — Рада мастерски вывернулась из-под рук мужчины.

Неторопливо подошла к волчице, села рядом с ней на траву. Александр, разволновавшийся от нахлынувшей страсти, обхватил руками ствол дерева (к которому, ещё мгновение назад, страстно целуя, прижимал Раду) упёрся в него лбом; сдерживать внутри себя смех, уже было невозможно.

— За столько лет общения, — смеясь, бормотал Алекс, — так и не научился «противостоять твоему природному оружию».

— Ладно… — сдался Алекс, — лучше разъясни мне, где ты собираешься прятать эту «собачку», пока мы подыскиваем для приобретения, собственный дом? К тому же, милая, это волк… А волки, как известно, не поддаются одомашниванию, «они всегда в лес смотрят, сколько их не корми». И дрессировке, тоже не поддаются.

— А я и не собираюсь её дрессировать…— простодушно ответила Рада. Мы с ней прекрасно понимаем, друг друга, и она станет членом нашей семьи. И тебя, обязательно научу с ней общаться.

Александр подошёл поближе, присел на корточки (не решаясь протянуть руку и погладить волка), посмотрел на «собачку» и вслух произнёс:

— Похоже, у меня нет выбора. Придётся считать тебя «членом» своей семьи. Только для начала, неплохо было бы отмыть этот «едкий запах псины».

Побеседовав друг с другом «наедине», Алекс и Рада, вернулись к костру; «новообретённый член семьи» продолжал лежать под деревом, обгладывая припрятанную вчера «сахарную косточку».

***

Всё это время, с интересом наблюдая за вверенной под охрану девушкой, Светодар, к собственному негодованию заметил, что стал проявлять очень «нехорошую» эмоцию (которой, вообще не должно быть в профессиональной деятельности).

Что только не предпринимал он, чтобы избавиться от эгоистического чувства ревности. Однако, никакие «уговоры и приказы самому себе», не возымели должного воздействия.

Хранитель, то и дело мысленно ловил себя на том, что «подсознательно» ищет способы расстроить «романтическую идиллию», обнимающейся у дерева парочки.

Возможно, всё было бы гораздо проще и прозаичнее, если бы дело касалось иной, вверенной под его охрану женщины. Но, только не в случае с Радой. Он, единственный, кто владел ещё одной «неразгаданной тайной», практически исчезнувшей монархической династии.

Вот и сейчас, наблюдая со стороны за проявлениями нежностей Александром, у хранителя напряглись все части тела.

Внешне, Светодар оставался «спокойным», но выступающие на скулах желваки, определённо указывали на то, что мужчина нервничает. Его лицо обрело умировотворение, лишь, когда парочка вернулась к костру.

«Нужно, что-то делать… предпринимать… — рассеянно, Светодар перебирал мысли в своей голове —… пока не стало поздно».

Сложно найти подходящие варианты действий, когда у тебя есть все права на женщину, но отсутствует самое важное качество — её «эмоциональная привязанность». Составляющая, без которой, практически невозможно внушить к себе, любовь женщины.

В отношениях Александра и Рады, эмоциональная привязанность «лепилась» годами. И за время обучения в Раведе превратилась в крепкую дружбу, переросшую в романтическую любовь и близкие, родные отношения.

Он же (Светодар, имел в виду себя), свалился словно «снег на голову»; вызвал «шквал» непонятных девушке эмоций, заставил нервничать в его присутствии.

В результате… С её стороны он получил «бурный протест» против себя самого, вперемешку со стойким раздражением.

И чтобы, хоть как-то исправить негативную ситуацию и развернуть «жизненный поток в правильное русло», ему (Светодару), нужны верные союзники; а ещё больше, необходим — «его Величество Случай».

 

После прекрасно проведённого вечера у костра и сытного ужина, друзья расходились по палаткам. На ночной «охранный» пост, первыми заступили Святослав и Аргус. Поскольку, местность уже обжита, обход территории лагеря, на этот раз решили не делать.

Наконец-то, сообщество путешественников «угомонилось», погрузившись в царство-Морфея. Стражи подбросили хворост в костёр, уютно пристроились рядом для «несения ночного караула».

Аргус, задремал, прижавшись спиной к кучке мешков, в которых хранилась «подручная бытовая утварь» первой необходимости. Заслышав его сонное «похрапывание», Святослав, понимающе улыбнулся и заботливо укрыл стареющего друга, мягким шерстяным пледом (ещё час назад, в него куталась Рада, потом оставила у костра, на тот случай, если кто-то из охранников, продрогнет).

Святослав, мысленно погрузился в прошлое: перед глазами проплывали «ожившие картины» детства и юности, отчетливые образы родителей и старшего брата. От нахлынувших воспоминаний, защемило в груди. Чтобы не доводить себя до «предательских слёз», усилием воли, он отогнал от себя мысли о «детстве и юности», переключив сознание на более счастливые периоды, прошлой жизни.

Погрузившись в воспоминания, Святослав не заметил, как из дальней палатки выбрался человек, и направлялся к костру. Приблизившаяся фигура хранителя, полностью отогнала «образы прошлого».

— Не спится, что-то… — прошептал мужчина. Налил в кружку чай и удобно, устроившись рядом со Святославом, отпивал ароматный травяной настой, маленькими глотками.

— Скажите, пожалуйста, Святослав.… А вы уже обдумывали, как «защищать» сестру от спонтанных перемещений в пространстве и времени, по возвращении в Китеж-Град? И потом, ей придется вернуться в Раведу, для очередного цикла обучения. Как быть, если «пробуждающиеся таланты» начнут проявляться, в самые неподходящие моменты?

— Если честно… — так же тихо прошептал, Святослав, —… я даже думать об этом «боюсь». Надеюсь, что жрецы школы, хоть что-то посоветуют. К тому же, Рада, живёт сейчас у Алекса, я сам отпустил её к нему. Доверил сестру, будущему зятю.

От последней фразы Святослава, хранитель сжал кружку пальцами так, что они вдавились в металлическую поверхность, побелев на косточках.

Взяв эмоции под контроль, мужчина старался выглядеть, как можно спокойнее. Немного помедлив, он сосредоточил внимание на «уравновешивании состояния», чтобы голос оставался естественным и непринужденным.

— Вам придётся вернуть сестру домой, — спокойным тоном произнёс Светодар. Не давая оппоненту возможности, приводить доводы в противовес выдвинутой идее, хранитель продолжал внушать старшему брату девушки собственные «взгляды» на охранные мероприятия.

— При любом раскладе ситуации и до того момента пока не найдётся разумное решение «возникшей проблемы», я должен находиться с ней рядом.

А это возможно, лишь в вашем доме. Когда Рада вернётся в школу, будет немного проще осуществлять охрану. Там, для меня уже выделено две комнаты: одна из них — жилая, где я буду непосредственно проживать;

вторая — для дежурств (в жилом здании для учениц), на случай непредвиденных обстоятельств.

С момента возвращения в школу, у Рады начнутся новые «обучающие мероприятия» — прямо связанные с её способностями.

Как только она освоит механизмы и правила безопасности, перемещения в пространстве, мои услуги больше не понадобятся.

— Легко тебе рассуждать, «вернуть домой», — повысив голос, нервно хмыкнул Святослав, — попробуй, объясни это Раде! А если она заупрямится и не захочет возвращаться? Как можно заставить её сделать это? Святослав с вопрошающим взглядом, уставился на хранителя.

Светодар медленно отпивал чай из кружки, выдерживая паузу, для придания «важности» собственным речам.

— Объяснить ей, что это временная и вынужденная мера. До тех пор, пока она «нуждается в моей опеке».

Святослав задумался, и спустя некоторое время подвёл итог дискуссии:

— Боюсь, что убедить Раду в «нужности твоей опеки», впрочем, как и в необходимости вернуться домой, может только один человек. По крайней мере, уж одно я знаю точно; только он обладает «удивительной способностью» влиять на поведение и решения Рады.

Хранитель смотрел на Святослава удивлённо приподняв брови, ожидал «уточнения личности» влиятельного человека.

— Я всегда считал, что Рада прислушивается только к твоему мнению и советам, — не услышав того, что хотелось, Светодар поддел собеседника «ехидным» комментарием.

— И в этом, твоё глубокое заблуждение! — не отреагировав на «язвительное замечание» хранителя, Святослав «прояснил ему истину».

— Ты прав лишь в одном… Рада всегда прислушивается к моему мнению и советам, потому, что любит меня и уважает.

Но, когда дело касается «решений», их она принимает сама; руководствуясь собственными взглядами и мировоззрением.

Никто не может влиять на неё. За всю свою сознательную жизнь, я знал только двух людей, способных влиять на волю Рады: наш отец и Алекс.

От такого неожиданного откровения, хранитель поперхнулся чаем. Откашлявшись в кулак, он переспросил:

— Ты сказал, Алекс?! Я не ослышался? — продолжая кашлять, Светодар искренне рассмеялся, впервые обратившись к собеседнику на "ты".

 

Однако, лицо Святослава, почему-то оставалось серьёзным. Веселья хранителя, он не разделил.

— Да. Именно Алекс, — спокойно продолжил вещать Святослав. Он, тот, кто в состоянии справиться с характером моей сестры, и тот — единственный в этом мире человек, кто «сказочным образом» влияет на её волю.

 

Именно поэтому, я полностью доверил ему жизнь Рады и согласился на их совместное проживание.

— Интерееееесно… И как же Александр собирается защищать и сопровождать Раду, в её «путешествиях» по многомерным мирам мироздания? — комментировал вслух свои мысли хранитель, даже не скрывал иронического сарказма в голосе.

— Уверен… Алекс, обязательно решит и эту «задачу». Потому, что Рада для него — центр Вселенной и любит он её больше собственной жизни.

Именно поэтому они столько лет вместе и он не сбежал от моей сестры, «познакомившись поближе» с её природными талантами!

 

На этот раз, искренне смеялся Святослав. Чего нельзя было сказать о хранителе. От последних слов собеседника брови Светодара нахмурились.

Выждав момент когда Святослав перестанет веселиться, хранитель посмотрел на него исподлобья и нарочито вызывающе, спросил:

— Ваше сиятельство, а Вы осведомлены о природе происхождения шрама на левом запястье вашей сестры?

В воздухе «повисла неприятная пауза». Хранитель пристально «сверлил взглядом» глаза сиятельства и вовсе не собирался отводить в сторону.

Святослав почувствовал, как по телу пробежал неприятный холодок. Но прятать глаза от пронзительного взгляда Хранителя, он был не намерен. Продолжая смотреть на собеседника в упор, Святослав процедил сквозь зубы:

 

— Нет, не знаю о его происхождении… Этот шрам на запястье у Рады с детства. Предполагаю, что она просто порезалась, когда была малюткой. Никогда не интересовался откуда он появился на её руке и не спрашивал у родителей.

Хранитель уловил "гневные нотки" в голосе Святослава. Чтобы не доводить «сиятельство» до враждебного отношения к себе, первым опустил взгляд.

Немного помолчав, Светодар продолжил беседу.

— Простите, Ваше сиятельство за дерзость с моей стороны, но Вы напрасно не поинтересовались у своего отца, откуда у Рады появилась эта отметина. Это не простой порез. Природа шрама на её руке, не так проста, как может показаться на первый взгляд. Его происхождение имеет довольно глубокие корни.

— Послушайте, уважаемый! — с раздражением в голосе, обратился к хранителю Святослав. Почему бы Вам не перестать «водить меня за нос» своими загадочными изречениями и не рассказать то, что Вы знаете!

Мне порядком надоели ваши «таинственные комментарии» и витиеватые подходы. Если есть, что сказать — говорите!

 

— Не сердитесь, Ваше сиятельство. О важных обстоятельствах я помалкиваю только потому, что доказательства моих слов находятся не при мне.

В «просто слова» и повествование, Вы вряд ли поверите.

А потому, то, что я должен рассказать, будет рассказано: при предъявлении соответствующих документов и в присутствии Верховного жреца Раведы.

— Каких ещё документов?! — глаза Святослава округлились и последний вопрос он выкрикнул так, что разбудил заснувшего Аргуса.

Аргус вскочил с места точно пружина, по привычке схватился за меч, лежащий рядом. Озираясь по сторонам, стареющий хранитель вращался вокруг своей оси наперевес с мечом и искал глазами, напавших на лагерь врагов.

Устыдившись неподобающего «сиятельству» поведения, Святослав резко поднялся на ноги, подошел к «пробуждённому» его выкриком хранителю. Обняв старого друга за плечи, стал успокаивать и извиняться за свою несдержанность.

Долив в кружку чай из походного чайника, Светодар продолжал сидеть у костра.

Святослав успокоил разволновавшегося «хранителя-стража» и настоятельно проводил в палатку, досматривать «приятные сны»; сославшись на тот факт, что вместо него уже дежурит Светодар.

Убедившись, что молодой лидер подменил его на "боевом посту", Аргус преспокойно отправился почивать.

Возвращаясь к собеседнику, Святослав чувствовал, что ещё немного и он потеряет контроль над эмоциями.

Успокаивая друга он немного отвлёкся. Но одно упоминание о «документах», заставили его изрядно занервничать вновь.

Медленно приближаясь к костру, он тщательно подыскивал слова для продолжения дискуссии; необходимо было «выудить» из Хранителя хоть намёк на содержание документов, на которые он сослался в разговоре.

Святослав подобрал с земли сброшенный Аргусом плед и вернулся на своё место у костра. Прежде чем накинуть плед себе на плечи, он протянул его хранителю. И это вовсе не было жестом «дружественной заботы о собеседнике». Скорее, он руководствовался воинской привычкой — "сначала предложи уют, боевому товарищу".

Мужчина поблагодарил «сиятельство» за заботу, вежливо отказался. Святослав набросил плед на плечи, уселся на прежнее место, в прежнее положение.

Чтобы разрядить накалившуюся до предела обстановку, Святослав попытался сгладить «остроту беседы». Ему было очень важно, подойти к нужной теме разговора, усыпив бдительность хранителя.

— А почему так резко изменилось твоё обращение ко мне? — как можно спокойнее спросил Святослав. Сначала, обращение по имени… И вдруг: «Ваше сиятельство».

 

Хранитель улыбнулся, пожал плечами.

— Вероятно, беседа наша приобрела серьёзный характер, вот и перешёл по привычке на титульное обращение.

— Давай обойдёмся без «титулов». Не хочу, чтобы кто-нибудь из непосвящённых, случайно услышал и начал задавать неуместные вопросы.

Светодар, кивнул в знак согласия.

— И всё же… — осторожно подбирая слова, Святослав вновь завёл разговор на «тревожащую» его тему.

— До того момента, когда мы вернёмся в Китеж-Град, хотелось бы прояснить важный момент. Какое отношение ваши бумаги, имеют к моей сестре?

Насколько точно я владею информацией, все архивные документы (в том числе: дубликаты оригиналов, хранимые в архивах Святого Престола), касающиеся нашей семьи, были вывезены в первую очередь и спрятаны в надёжном месте.

 

— Верно, — хранитель вновь кивнул головой, —… однако, не все «семейные бумаги» хранились во Франкии. Основная часть оригиналов, изначально хранилась здесь в Ассии, и только эта часть бумаг, касается законного престолонаследия Вашей сестры.

Глаза Святослава вновь округлились. Он привстал, налил в кружку воду и залпом выпил.

— Причём тут «престолонаследие»? По законам Франкии и монаршему Уставу, потомки нашего Рода наследуют престол и всё, что с ним связано в равных долях; если монарх-Родитель не оставит особого «завещательного распоряжения» относительно порядка наследования.

В завещании отца нет такого распоряжения. К тому же, и самого «Престола» больше не существует. Последнюю фразу Святослав выдавил из себя с усилием.

Хранитель взглянул на собеседника, прищурив глаза:

— Святослав… Разве Вы не заметили «некоторую странность» в тексте завещания?

Деталь, на которой концентрируется внимание сразу, даже если не вдаваться в смысл написанного.

 

Святослав помотал головой, молча выказав «отрицание».

— Я перечитывал завещание отца несколько раз: и в оригинале (до того, как его отправили на хранение Арианским жрецам), и в копии, которую предоставил мне Агнехрон. Ничего подозрительного в тексте документа я не заметил.

— Ну, хорошо… — Хранитель сделал глубокий вдох, медленно выдохнул, успокаивая нервную систему. И снова продолжил вещать.

— Эта особенность касается только Рады.

 

Тут Святослава «осенило»:

— Так ты подразумеваешь «специальный возраст» Рады, для вступления в брачный союз? О, дааааааааа… Как же я мог забыть про эту деталь завещания. Из-за неё моя девочка, превратила домашний кабинет в «полуразрушенную гробницу Тутанхамона».

Святослав в подробностях рассказал душещипательную историю «кабинетной драмы».

Предоставив собеседнику возможность выговориться, Светодар попытался прояснить смысл фразы из завещания.

 

— Возраст Рады, это лишь второстепенное условие. На основное условие «завещательного распоряжения», ни Вы, уважаемый Святослав, ни Агнехрон, даже не обратили внимания.

 

Неожиданно для хранителя, «сиятельство» вдруг напрягся и всем телом подался вперёд. Его лицо выражало не просто удивление, оно обрело черты глубокого изумления.

— А скажите-ка мне, уважаемый Светодар… Не многовато ли ты знаешь о содержании завещания моего Родителя? И вообще о документах моей семьи? Простому хранителю, ведать о таких нюансах несвойственно.

Голос Святослава, впрочем, как и весь его внешний вид, сами собой говорили: "У «Сиятельства» зародились подозрения, относительно личности собеседника". И он желает прояснить или развеять эти подозрения, сию же минуту.

Хранитель улыбался. Однако искренняя улыбка Светодара, показалась Святославу всё же «ехидной»; от чего брови его нахмурились и между ними появилась «сердитая мимическая» складка.

— А знаете, Святослав… — мужчина сделал паузу, —… я ожидал этот вопрос ещё в тот вечер, когда мы с вами обсуждали "неожиданно открывшийся талант» вашей сестры.

Святослав «закряхтел», расслабился и принял прежнюю позу.

— В тот момент я был шокирован увиденным «нечто», кружившимся над головой Рады. И безмерно благодарен тебе за своевременную помощь.

Потому — то, твои «загадочные речи» не вызвали у меня подозрений.

— И всё же… Разъясните на милость, уважаемый Светодар, откуда у Вас такие глубокие познания о «содержании документов», принадлежащих моей семье?

— О, не волнуйтесь так, Ваше сиятельство (титулованное обращение хранитель высказал шёпотом). Никаких официальных документов, касающихся наследования Франкского престола, как и имущества, принадлежащего вашей семье у меня нет. Это сугубо «личные бумаги», которые хранятся вместе с регалиями, удостоверяющими «царское происхождение» монарших потомков.

Тем не менее, я видел оригинал завещания. И это не копия, и даже не дубликат. Это второй и последний, оригинал завещания вашего Родителя. Просто, после составления и удостоверения, этот подлинный "второй экземпляр" хранился здесь в Ассии. Всегда. И никогда не покидал пределов этой страны.

— А, поподробнее… Можно узнать, каким образом один из оригиналов завещания отца попал к вам на глаза? — Святослав уже не сердился, но был всё так же заинтригован.

— Ваше сиятельство, потерпите до возвращения в Китеж-Град. Обещаю, что расскажу Вам не только «историю» этого экземпляра завещания, но так же, обязательно поведаю о природе происхождения шрама на руке Рады.

Брови Святослава «взлетели вверх» от удивления. Настаивать на продолжении откровений, было бесполезно. Хранитель пресёк попытку «выуживания сведений», последней фразой ответа на поставленный вопрос.

За «увлекательной» беседой, мужчины не заметили, как на горизонте забрезжил рассвет.

— Пора сменить «постовых», — хранитель улыбнулся, — а нам с Вами Святослав, необходимо отдохнуть. Ступайте, почивать, Ваше сиятельство. Я разбужу «вторую смену дозорных» и тоже отправлюсь спать.

Святослав поднялся на ноги и заковылял в свою палатку.

***

В этот день, утренняя побудка состоялась на час позже. Управляющая элита сообщества приняла решение — «дать отоспаться» путешественникам, перед дорогой домой. Основные мероприятия и сборы вещей, частично произвели ещё до наступления сумерек. Причин для раннего подъёма не было.

 

Рада, чуть было не проспала «утренний заплыв». Если бы она не услышала, как сопит носом и недовольно урчит её «собачка», прямо за матерчатой стенкой шатра (привыкшая к обязательным, утренним сопровождениям девушки на реку), скорее всего, Рада так и осталась бы «неумытой пловчихой» возвращающейся домой.

Девушка скинула с себя одеяло, выползла из палатки. Окинула взглядом территорию лагеря, потом местность у костра, убедилась, что никто не видит её. Поднялась на ноги, и, поманив за собой волка, трусцой побежала к реке. Совершать долгий заплыв, на этот раз не было времени; ей, необходимо было вернуться в лагерь до «утренней побудки». Нужно придумать, как «транспортировать» животное в город, а заодно, спокойно накормить «собачку».

Рада вытащила припрятанный для волка, кусок вяленого окорока, порезала и высыпала в миску. Пока волчица, уплетала «законный завтрак», девушка усердно соображала, каким образом везти животное домой.

— Утро доброе, Ваше сиятельство! — послышалось у Рады в голове, — вижу, что Вы так и не отказались от затеи, увезти волка в город?

Девушка обернулась. Светодар, стоял у неё за спиной, в своей излюбленной позе.

— Здравия вам, Светодар… — поздоровалась Рада, и приветливо улыбнулась хранителю.

— Вы же понимаете, что волчица ещё маленькая, и не сможет выжить в лесу одна, без стаи. Стаю, тоже найти непросто. Она либо отбилась от неё, либо не нашла себе места, среди сородичей, стала изгоем. Как я могу, бросить её здесь одну, после того, как вылечила.

Светодар подошел, сел рядом с девушкой на скамью и продолжил беседу вслух.

— И, где же Вы, собираетесь разместить «подопечную»? После каникул, Вам придётся вернуться в школу. А волка нужно не только кормить, но и присматривать, чтобы он не «шкодничал». В городе, ему могут нанести ещё больший вред. Там многолюдно, транспорт.

— Я, попросила Алекса, подыскать для покупки, подходящее домовладение. Там можно, построить большой вольер для «нашей собачки». Пока Рада охотно делилась планами, хранитель хмурил брови.

— У меня, есть предложение получше, относительно вашей «собачки», — негромко сказал Светодар.

Пока Александр подыскивает подходящее домовладение, чтобы обустроить «место жительства» волчице, я могу, временно приютить её, в моём загородном замке. Там и территория обширная, с огороженным участком леса, и волчица будет чувствовать себя, как будто в лесу; в своей естественной среде.

А Вы, Ваше сиятельство, будете частенько навещать свою «подружку». Хоть вместе с Александром, хоть одни, как Вам будет угодно.

Рада заворожено смотрела на хранителя, не веря в такое своевременное «сказочное» везение. И чтобы, у девушки, не было возможности отказаться от предложения, Светодар добавил.

— Кстати, замок находится «по соседству» с Раведой. С другой стороны леса, окружающего вашу школу. Покидать территорию школы, конечно же, Вам не разрешат, но… По выходным, когда Вас будут отпускать домой, в город, Вы всегда сможете посетить «своего соседа», т.е. меня, а заодно навестить «подружку».

В этот момент, Рада, по всей видимости, напоминала счастливого ребёнка, «волшебная мечта» которого, осуществилась нежданно. От созерцания «счастливой Рады», Светодар рассмеялся искренне, «по-мальчишески». И пока, эмоция счастья «волной захлестнула» её сознание (момент, когда Рада не могла считывать мысли собеседника), хранитель про себя отметил.

«Хочу всегда видеть тебя, именно такой — счастливой, солнечной, и рядом со мной…». Потом, обратился к девушке, в непривычной для себя форме:

— Пойдём, готовиться к завтраку, Рада… (обращение, прозвучало тепло и нежно, подобно тому, как к ней обращается Алекс и Святослав, что немного смутило девушку).

Не найдя причин для отказа, она поднялась со скамьи и послушно последовала за хранителем.

После завтрака, путешественники уложили последний багаж, тщательно засыпали землёй давно потухший костёр. Кто-то, из друзей, ещё раз обошёл территорию лагеря, с благодарностью вспоминая, счастливо проведённое здесь время. Ещё до полудня, отдохнувшие, сытые лошади были впряжены в дилижансы и полностью готовы, отправиться в обратный путь.

Пассажиры заняли свои места, возничие тоже. Эмма, Арина и Светлана, немного загрустили. Им очень понравился отдых на природе, и невероятные приключения. Лесные амазонки, с тоской смотрели в заднее окошко дилижанса, на быстро удаляющийся, «волшебный островок» беззаботного счастья. Агнес, наблюдала за молодыми женщинами, и понимающе, сочувствовала им. К большому удивлению хранительницы, Рада, в отличие от подружек, преспокойно спала на заднем сидении, свернувшись калачиком. Уж, кому-кому, а ей, в первую очередь «должно быть грустно»: уезжать из «зелёного рая», и покидать новую «подружку» (в смысле «собачку»). Так нет же, она преспокойно спит себе, и даже в окно не смотрит. Потом, Агнес убедила себя, логическим объяснением, происходящего с Радой.

«Вероятно, девочка решила уснуть, чтобы не расстраивать себя и других, «мучительными сценами» расставания с обретённым другом?

На этом, Агнес и успокоилась.

***

Основная половина пути, прошла спокойно и непринужденно. Мужчины балагурили, и увлеклись настольными играми в своём транспорте, время от времени меняясь местами с возничими. Женщины, развлекали себя сами, как могли, загадками и шарадами. От природы, зажигательная и шумная Эмма, то и дело запрокидывала голову назад, и громко хохотала, от очередной удачно высказанной шутки. Её звонкий хохот, был слышен не только в соседнем транспорте, «звук» разносился по всей округе.

— Эмма! — не выдержала, вдруг Рада, — сейчас же прекрати, пугать окружающую нас живую природу, своим неуёмным, громогласным смехом! Или, сбавь хоть на половину, громкость! Выражая недовольство шумностью «развеселившейся» подруги, личико Рады, выглядело серьёзным и откровенно сердитым.

Эмма ненадолго притихла и шёпотом, обратилась к Агнес:

— А, что это случилось с нашей Радой? Никогда не видела её, такой «злюкой».

Агнес, похлопала Эмму по ладошке, и примирительно пояснила:

— Она просто расстроена, из-за отъезда домой. Каждый человек, по-разному, проявляет тоску. Вот, например, вы, все трое (Агнес ткнула воздух указательным пальцем, в сторону женщин), грустили и смотрели в окно; а Рада — уснула, а теперь вот сердится. Поэтому, «войди в положение подруги», и уж постарайся, больше не раздражать её, своим звонким смехом.

***

Наигравшись в настольные игры, Святослав расположился поудобнее, в мягком сидении и попросил, сидящего рядом Владимира, разбудить его при подъезде к городу. На что, «старый друг» утвердительно кивнул головой. Но, сидеть в одиночестве, он не смог. Как только Святослав заснул, Владимир перебрался на пустующее место, рядом с Александром, и начал «надоедать» каверзными вопросами.

— Всё, хотел спросить тебя, но как-то случая подходящего не было. А что, собственно, произошло между тобой и Эммой? Почему ты, относишься к ней, как к пустому месту?

Алекс, не отрывая взгляд от «пролетающих пейзажей» в окне, и не поворачивая головы к любопытному товарищу, «процедил» сквозь зубы комментарии:

— Да, ничего особенного не произошло. Просто, мы с Эммой, по-разному, смотрим на «эстетическое воспитание и женственный облик», а так же на нравственные границы, во взаимоотношениях мужчин и женщин. Ну, не нравится мне «развязный типаж» женщин, типа Эммы. И ещё, не нравится, что Рада, с ней дружит.

— Ясно. Удовлетворившись ответом товарища, Владимир угомонился на некоторое время.

Александр, продолжал смотреть в окно. Однако, комфортный, романтический настрой, присутствовавший на душе, до разговора с Владимиром, куда-то улетучился. Скулы, на лице Александра, напряглись, кулаки инстинктивно сжались. Мысленно, отгородившись от назойливого Владимира, Александр про себя подумал: «Если он, снова заговорит об этой «шалаве», мой кулак «прямолинейно» попадёт ему в морду».

Светодар, от скуки, развлекался «подсматриванием снов» Святослава и Огневеда. Уловив на «другой волне» воинственно настроенные мысли Алекса, хранитель с интересом переключился «на снятие информации» с биополя, обоих собеседников. Неизвестно, чем бы закончились «любопытные изыскания» Светодара, копни он информационное биополе Александра поглубже, однако, нечестный «информационный шпионаж» был прерван страшными, пронзительными криками из первого дилижанса, сопровождающиеся истошным визгом Эммы.

Светодар резко вскочил на ноги, схватился за открытый, квадратный «люк» в потолке дилижанса, подтянувшись на руках, вылез на крышу.

Испугавшись шума и крика, исходившего изнутри транспорта, лошади первого дилижанса «понесли» в сторону от проезжей дороги. Аргус, смог остановить их, лишь «отмахав по ухабам и кочкам» бесформенного чистого поля, больше половины версты*.

***

Эмма прислушалась к советам Агнес, но, хватило её совсем ненадолго. Имея непоседливую и общительную натуру, девушка усидела, молча столько, сколько смог выдержать её темперамент, и насколько хватило терпения. После подслушанного разговора Светланы и Арины, обсуждавших и расхваливавших друг другу своих мужей, словно породистых собачек, Эмму снова разобрал «истерический хохот». Да такой громкий и долгий, что случилось, нечто непредсказуемое.

Пока Эмма продолжала хохотать над хозяюшками «породистых собачек», вдруг, послышался волчий вой. Вой пронизал, всё внутреннее пространство дилижанса и с каждым мгновением, становился всё громче и пронзительнее.

От неожиданного испуга, хохот Эммы превратился в глубокий икающий звук, глаза расширились, а из раскрывшегося рта, больше не слышались звуки. Одновременно, как будто по команде, все три «благородные дамы» завизжали, словно стая диких поросят. Эмма продолжала истерично визжать и долбить ногой, выходящую из дилижанса, в багажное отделение, дверь. Крики Светланы и Арины, сменились призывами о помощи. Тщетно, Агнес пыталась угомонить «орущих амазонок». Ни приказы, ни призывы сохранять спокойствие, не могли заглушить бьющихся в истерике дам.

Лошади испугались волчьего воя, доносящегося поблизости, и «понесли» дилижанс, в сторону от проезжей части дороги. Сколько не пытался, Аргус остановить «взбесившихся» лошадей, толку от его воздействий не было.

Пока Агнес, насильно усаживала на сидения, метавшихся по дилижансу молодых женщин, строго прикрикнув поочерёдно на каждую из них, Рада, наклонилась под своё сидение, открыла небольшую заслонку, в полу дилижанса, и стала разговаривать, наставительно грозя указательным пальцем тому, кто издавал протяжные заунывные ноты.

Потом, девушка подняла голову и грозно сверкнув глазами, сердито выругалась на, и без того, побелевшую от страха подругу. Эмма дрожала, вжавшись в сидение, поджав под себя обе ноги.

— Тебе же сказано было, русским языком, прекрати «пугать окружающую живую природу»!

Теперь у моей «собачки», из-за твоего глупого поведения, случилась депрессия! Смотри, что ты натворила, Эмма! — прикрикнула на подругу, Рада.

Дилижанс, наконец, остановился. Открылась входная дверь, показалась взлохмаченная голова Аргуса, с перекошенным от гнева лицом, от вида которой все три дамы, вновь оглушительно завизжали.

Из-под пола транспорта, вторя визгу дам, снова раздался оглушительный волчий вой.

Хорошо, что к остановившемуся дилижансу, вовремя подбежал Светодар и второй хранитель, управлявший другим транспортным средством. Оба хранителя, крепко держали лошадей под уздцы, чтобы они снова не «понесли» дилижанс, оставленный возничим Аргусом.

— Сейчас же прекратить, пугать лошадей! — проорал командным голосом Аргус, — иначе, всех до одной, выселю в соседний дилижанс, под присмотр Святослава!

Дамы умолкли.

Всё ещё сердитый и нервный Аргус, упёршись обеими руками в бока, воинственно шёл по проходу к сидению, где сидела Рада.

— И так, заядлая «нарушительница порядка», — сердито взирая на Раду, громко обратился к ней Аргус, немедленно доставай из-под пола «свой контрабандный груз»! Он, подлежит изъятию!

Агнес, попыталась вступиться за Раду, и уже привстала, чтобы остановить разъярённого хранителя…

— Сидеееееееееееееть! — во всё горло, снова проорал Аргус, и, опустив на плечо Агнес, тяжёлую руку, резко усадил её на место.

Девушки снова вжались в свои сидения.

Аргус подошёл к сидению Рады, и жестом приказал подняться с места, чтобы освободить доступ к «подпольному грузу».

Глаза Аргуса встретились с глазами девушки, и от её взгляда по спине мужчины пробежал холодок. Продолжая удерживать зрительный контакт с глазами хранителя, Рада поднялась с сидения в полный рост, сложила руки на груди (так обычно, делает Святослав, когда мирным способом, пытается призвать её к порядку), и, расставив ноги на ширине плеч, чуть опустила подбородок.

То, что произошло в последние несколько секунд, испугало не только Аргуса и Агнес, но даже «видавших виды» молодых воинов-хранителей!

За несколько мгновений, воздух внутри дилижанса «наэлектрилизовался» до ультразвукового пощёлкивания, стал плотным и густым (как кисель). Стоящий на месте дилижанс затрясло, а из окон, осколками наружу посыпались стёкла. Хранители упали на землю, чтобы избежать попадания в них, вылетающих осколков. Подбежавшие к дилижансу Огневед, Святослав и Алекс, упали тоже… Прямиком на них, летела железная дверь от багажного отделения. Побелевший от происходящего «ужаса» Аргус, молча, оседал на пол транспорта, схватившись одной рукой за железный поручень сидения, второй за грудь. Девушки сбились в кучу, и, обнявши друг друга, закрыли глаза. Визга и криков, они больше не издавали. Видимо, выбились из сил. Агнес, сползла на пол к хранителю, опасаясь за его сердце. Последнее, что помнил Аргус, теряя сознание, — монотонный скрежет, поехавшей вбок, тяжёлой крыши дилижанса и истошный вопль Святослава: «Держиииите лошадеееей!».

В зияющий проём, багажного отделения, с разбега запрыгнул Александр; спешно перешагивая, через тюки с палатками, и рюкзаки, в два прыжка он достиг «нужной цели». Подхватив на руки любимый, но жутко опасный «экстремальный груз», тем, же ходом двинулся из дилижанса наружу. Отшвыривая, попадающиеся под ноги вещмешки и рюкзаки, он вынёс Раду к выходу. У подножия транспорта, растерянно хлопая глазами, его ждал бледный Огневед.

— Прими Раду на руки, — скомандовал Алекс, — отнеси в сторону, я сейчас вернусь. Андрей, отнёс девушку в сторону, аккуратно усадил на мягкую траву. Присел рядом на корточки, и, заглядывая подруге в глаза, гладил её по голове. Алекс вернулся в дилижанс, постепенно, стал выводить оттуда, перепуганных женщин. Светодар и Святослав, выносили бесчувственного Аргуса. Следом за ними, шатаясь, вышла Агнес; в руках она несла походную аптечку, надеясь отыскать в ней, нашатырный спирт.

Последним, кого эвакуировали из «искорёженного транспорта», был «контрабандный груз». Светодар, попытался открыть задвижку, но схватившись за неё обжог себе ладонь. Со всего размаха, ударив по замку ногой, сбил его с металлических креплений и вышиб дверцу «подпольного» багажного отделения. Поскуливая и поджавши хвост, с всклокоченной шерстью на спине, к Раде под защиту, неслась её «собачка».

Подбежав к девушке, волк стал облизывать лицо любимой «няньке». Рада обняла волчицу обеими руками, и, приглаживая, вздыбившуюся на спине и загривке шерсть, позволила «собачке» наслаждаться общением с ней.

***

Закончив разглядывать обожжённую ладонь, Светодар перевёл взгляд на подопечную, обнимающую «собачку». Девушка, почувствовала его взгляд, но посмотреть на хранителя не решилась; Раду, почему-то, мучила совесть.

Испытавший «шоковую терапию» Аргус, потихоньку приходил в себя. Чувствуя небольшую озабоченность, из-за случившегося с Аргусом, Рада поднялась на ноги и, ласково похлопав «собачку» по морде, направилась к лежащему под деревом другу. Проходя мимо Светодара, она, молча, взяла в руки его ладонь, и, прикрыв глаза, несколько секунд постояла рядом с молодым хранителем. Всё что успел почувствовать мужчина, — подозрительные, но приятные вибрации в ладошке, и струящееся от рук девушки тепло. Когда она убрала руки, ладонь Светодара выглядела совсем «как новенькая», и даже лучше. Мужчине померещилось, что его рука, вдруг, ни с того, ни с сего, «помолодела». Так же молча, отпустив руку Светодара, девушка продолжила шествовать ко второму пострадавшему. Изумлённый хранитель, провожал её взглядом, но временно, даже не думал излагать какие-либо соображения.

Рада, мысленно оценила «причинённый ущерб»: «Слава Богу, что число пострадавших, ограничилось количеством в два человека» (при этом, имелись в виду — Аргус и Светодар. Все остальные, кто перенёс психический и нервный стресс, пострадавшими у Рады не считались).

Девушка была уверена, что от депрессии пострадало, только невинное животное, а люди — сами виноваты, из-за своих «дурных» и глупых поступков.

Она подошла к «старому другу», присела рядом с ним на корточки. Взглянув на хмурившуюся Агнес, попросила оставить их с Аргусом одних. Аргус «очень странно посмотрел» на Раду, и схватил Агнес за руку, как только та, пыталась подняться на ноги. Девушка поняла, что друг опасается оставаться с ней наедине. Тогда, не обращая внимания на хранительницу, Рада, села на колени, наклонилась к отвернувшемуся от неё хранителю, и поцеловала его: сначала в бородатую щёку, потом в висок и в ухо.

— Прости меня, родной… — вполголоса, произнесла девушка, — я сильно испугалась за свою «собачку», и одновременно, рассердилась на тебя. Сложились воедино, «два опасных компонента», поэтому, «эмоциональный стресс», вызвал такие разрушительные последствия. Сожалею, что Ты пострадал, друг мой любимый. Правильно сказал Светодар, мне нужно учиться, лучше контролировать свои эмоции.

Аргус, всё ещё держал за руку Агнес, но «хватка» его руки, уже ослабла.

Чтобы снова не испугать «старого друга», Рада, молча, положила одну ладошку ему на грудь, вторую, подсунула под затылок хранителя. После приятного, оздоровительного сеанса, хранитель почувствовал не только прилив жизненной энергии; он ощутил, что в «области ниже пояса», разгорается мощный «огонь сладострастия». Чтобы не навлекать на себя «неприятности», проявлением

повышенного желания к сидящей рядом боевой подруге (Агнес), хранитель мгновенно отпустил её руку, и, торопливо стал подниматься на ноги. Что-то, бормоча себе под нос. Агнес, взволнованно смотрела на него снизу вверх.

— Мне уже лучше… — чётко произнёс хранитель, и поспешил немедленно удалиться от присутствующих дам, подальше.

— Куда это он? — спросила хранительница, у улыбающейся девушки.

— Наверное, после стресса, его организм «приспичило справить естественную нужду».

Агнес, ладошками обхватила лицо Рады и заглянула в серые, бездонные глаза.

— Девочка моя, постарайся так больше нас «не пугать». Я думала, что Аргус «умрёт от полученного стресса». Ты, хоть бы предупредила его заранее, что на тебя нельзя кричать и «топать ногами».

Хранительница, поцеловала девушку в лоб.

— Ты же знаешь, как я люблю вас обоих, Агнес. Я сама, сильно испугалась за него, и от страха «впала в ступор». Хорошо, что Алекс вынес меня наружу.

Женщина обняла её. За спиной у Рады, взгляд Хранительницы, притянула живописная картина. …На первом плане картины: «удовлетворённый свободой и всеобщим вниманием, перекатываясь с одного бока на другой, лапами вверх, валялся на травке «контрабандный груз». На заднем плане картины: с отсутствующей дверью, съехавшей в сторону крышей и окнами без стёкол — «искорёженный» дилижанс, окруженный путешественниками.

Глубоко погрузившись в собственные мысли, в сторонке от всех, стоит Светодар; сложив руки на груди, смотрит куда-то вдаль. Владимир, подбежавший к дилижансу последним, вот уже второй круг к ряду, обходит дилижанс то по часовой стрелке, то против неё, озадаченно почёсывая затылок. За ним, слово привязанные невидимым шнуром, и в той же последовательности, ходят Огневед и Радимир (так звали второго хранителя). Остальные путешественники, включая оставшихся хранителей, обступили дилижанс полукругом.

Святослав и Александр, сидят напротив пустого проёма, когда-то существовавшей двери «багажного отделения», периодически переводя взгляды, то на дилижанс, то друг на друга.

Светлана, Арина и Эмма, уже успокоились от нервных переживаний, и остаются на том же месте, куда их пристроил Александр, когда выводил из дилижанса. Все путешественники, кто сидит, кто ходит, делают это молча, лишь единожды, кто-то из мужчин, издал протяжный свист. Попыток подойти к Раде, почему-то, никто не предпринимал.

Через широкое поле, куда «унесли» дилижанс перепуганные лошади, возвращался Аргус. Его фигура (пока ещё маленькая) показалась из-за пригорка и медленно увеличивалась в размерах, по мере его приближения. Уж, больно далеко он решил «прогуляться», когда второпях покидал «прекрасных дам».

— Ну, что же… — после недолгой паузы, снова заговорила, Агнес, — пойдём, посмотрим, что можно сделать теперь с этой «повозкой»; легонько оттолкнув от себя девушку, женщина поднялась на ноги. Рада последовала её примеру.

Фигура Аргуса, наконец-то, обрела натуральные размеры. Лицо хранителя, уже не было сердитым и даже серьёзным; оно, выглядело, скорее озадаченным. Он подошёл к Святославу и Алексу, пристроился рядом с ними, на травке.

— Ну…? Кого, какие мысли посещают? — вопросом прервал, всеобщее молчание Аргус.

— …И всего-то, не доехали до дома, несколько вёрст… — мрачно, бормотал Святослав. Хорошо, что хоть колёса, и «двигательные механизмы» остались целёхонькими; лошади дотянут дилижанс до пункта назначения.

— Самим починить, вряд ли получится…— вставил комментарий Александр, — здесь, уже, серьёзные инструменты нужны, подручными не обойдёмся.

Агнес, присела рядом с Александром, и, наклонившись к его уху, сердито прошептала:

— Ты, почему, меня не предупредил о «побочных эффектах», проявляющихся у Рады от стрессов?

—… Не успел…— буркнул в ответ Алекс. Пока друзья обсуждали, что же им дальше предпринять, Светодар, после глубокой задумчивости, развернулся и зашагал в сторону, где сидела Рада.

***

— Скажи-ка мне, «о, прелестная разрушительница дилижансов», — с ироничностью, спросил Светодар, усаживаясь рядом с девушкой, — «…а ты, сможешь отмотать «эту разрушительную картинку, в обратную сторону?».

— Это как?! — Рада, удивлённо посмотрела на хранителя.

— Очень просто, — улыбнулся мужчина. Если у тебя, получается, восстанавливать живую материю (Светодар, поднёс к носу Рады, свою ладонь), то, вернуть обратно «на место», всё, как было до «разрушения», тоже должно получиться.

— Да, но… — Рада запнулась на полуслове, — разрушения, получены «спонтанно», от эмоционального стресса. А механизмы восстанавливать, надо сознательно. Я, никогда, не делала этого.

— Верно! — согласился Светодар, — так ведь, и «путешествовать сквозь пространство», тоже нужно сознательно, т.е. осознанно. Принцип, «конструирования реальности» тот же. А учиться, никогда, не поздно!

Хранитель резко встал на ноги, протянул руку подопечной, предлагая встать и следовать за ним.

Светодар и Рада, направились к друзьям, усевшимся в две «кучки».

— Друзья мои! — скомандовал хранитель, — попрошу всех, переместиться подальше от дилижанса.

— Рада, будет учиться «созидательной практике» — восстанавливать, разрушенную материю. Надо же когда-то начинать, осваивать «новые горизонты талантов»? Сейчас, самый подходящий случай.

— Андрей, Владимир, Радимир, следуйте за мной. Нужно дверь перенести к дилижансу, вдвоём это будет не так быстро.

Мужчины, отправились за «отлетевшей» дверью.

Быстрее всех, «подальше переместились» Светлана, Арина и Эмма. За ними, последовали все, кто остался пока «без задания».

Рада обошла дилижанс вокруг, рассматривая осколки и видимые повреждения. Потом, крикнула мужчинам, чтобы те, распрягли лошадей и отвели их в сторону. В то время, когда, одни друзья, подтаскивали «отвалившуюся дверь», а другие занимались лошадьми, Рада думала…

«Для начала, неплохо, было бы восстановить стёкла. Пока их не раздавили ногами, на ещё более мелкие осколки». Девушка, остановилась напротив разбитого окна, с другой стороны транспорта. Сконцентрировалась, и мысленно представила, как, множество осколков разлетевшихся во все стороны, от именно «этого окна», собираются в одну кучку, перемещаясь по земле (нельзя было, позволить, осколкам летать «по воздуху», чтобы не навредить присутствующим людям и животным). Поначалу, ничего не получалась. Рада нервничала. Сконцентрировалась ещё…и ещё раз. Тогда она «оставила в покое» стёкла; машинально посмотрела на крышу дилижанса, вспомнила, как зажигала в пещере факел…

К огромному восторгу девушки, раздался «противный скрежет», дилижанс затрясло, и верхняя часть крыши, словно «игрушечный конструктор» пришёл в движение. Отвратительный скрежет металла, заставил, друзей, принёсших дверь к дилижансу, бросить её на землю и закрыть уши.

Крыша, вернулась в исходное положение, «встроилась в железные пазы», словно по инструкции.

Пока, девушка «ремонтировала крышу», под ногами у неё, «творилось нечто необычное». Созданное первично намерение, по собиранию осколков, медленно, но верно воплощалось в реальности. Со всех сторон, сверкая на солнце, тысячами осколков — больших и малых размеров, по земле, к дилижансу сползалось разбитое стекло. Рада создала ещё один «живой образ», как множество осколков, складывается в единую, целостную мозаику, превращаясь в совершенно целое стекло в окне. Из кучки, в которую стали собираться разбитые частички, медленно начало восстанавливаться «стекольное окно».

— Ну вот, видишь, как хорошо у тебя, получается «играть в конструктор»! — похвалил Раду, Светодар. Потом подошёл к ней вплотную и внимательно посмотрел на её лицо, раскрасневшиеся щёки, вызвали у хранителя обеспокоенность.

— Как чувствуешь себя, милая? — взволнованно спросил хранитель. «Созидательная практика», намного сложнее и энергозатратнее, нежели «просто разрушение». Необходимо, прислушиваться к своим внутренним сигналам: нервной системе, физическому телу и к собственной интуиции. Чтобы не навредить самой себе.

Рада, внимательно выслушала старшего товарища. Немного помолчала, и ответила:

— Мне спать хочется, очень … и кушать, тоже. А ещё, я замёрзла… немного.

Хранитель, по очереди, потрогал обе руки девушки. Они, действительно, были холодными, несмотря на дневную, летнюю жару.

— Всё! Довольно! Твоё обучение закончено. Слишком много энергии потеряла сегодня. Пойдём… Тебе обязательно нужно «подкрепиться пищей», и поспать. Главное, что ты починила крышу! А отлетевшую дверь, мы, попробуем приладить. Стёкла вставим дома. Мужчина взял Раду за руку и повёл, во второй дилижанс.

— Никуда я не пойду без «собачки», —… девушка упрямо остановилась.

— Не волнуйся, за волчонка, я позабочусь о ней. Обещаю, под моим присмотром, с твоей «подружкой», ничего не случится.

Светодар подвёл подопечную к дилижансу, немного поддержав, помог подняться внутрь. Девушка устроилась на одном из широких сидений, подложила под голову чью-то куртку, и тут же заснула. Хранитель вернулся к остальным, чтобы помочь ремонтировать дилижанс. Но прежде, отдал распоряжение Агнес, чтобы та, приготовила Раде, сладкий чай и что-нибудь перекусить (для восстановления энергобаланса). Алекс, собрался было, навестить любимую в дилижансе, но Светодар вежливо остановил его.

— Ей, нужно поспать… Если волнуешься, просто загляни и убедись, что с ней всё в порядке. Только не буди.

— Не буду будить, посмотрю и вернусь, — Александру, необходимо было увидеть её. После того, как он передал Раду Огневеду, у него не было возможности пообщаться с ней; молодой человек чувствовал себя виноватым.

Мужчина поднялся внутрь транспорта, подошёл к сидению, где спала Рада, присел на корточки и прошептал:

— Люблю тебя, родная… — поцеловал девушку в щёку. В одно мгновение, вспомнил, как впервые поцеловал свою Раду, когда она заболела. Он погладил девушку по волосам, потом поднялся и вышел из транспорта наружу.

Друзья уже приладили дверь багажного отделения, на своё место; в отличие от крыши, её просто сняло с железных петель, выбив затворные замки. Через некоторое время, дилижанс, выглядел практически целостным, за исключением, окон. До приезда в город, оставалось всего несколько вёрст, поэтому разбитые стёкла, не доставят особого дискомфорта.

Когда ремонт был произведён, путешественники собрались занимать свои места. Однако, Светодар, остановил этот процесс, до особого распоряжения. Удивлённые таким решением, Святослав, Аргус и Агнес, собрались в сторонке, ожидая объяснений от молодого лидера. Закончив необходимую уборку в «пострадавшем дилижансе», оба молодых хранителя и их верные помощники Огневед и Алекс, вышли наружу, разместились на траве, для отдыха. Светодар, оставил ребят отдыхать, а сам отправился к старшим товарищам.

— И так, друзья мои! Всё готово к последнему этапу нашего путешествия… — улыбаясь и потирая ладошки, задорно произнёс Светодар, поравнявшись с лидерами.

— Так мы можем, занимать свои места в дилижансах? — нетерпеливо спросил у хранителя, Святослав.

— Можете! Но, на этот раз, людей в дилижансы, я распределю сам. Дабы избежать «на последнем этапе», инцидентов, подобных этому… Хранитель, не поворачиваясь к дилижансу, указал большим пальцем правой руки, себе за спину.

— Агнес, — Светодар обратился к хранительнице, — то, о чём я просил тебя, перед началом ремонта, приготовлено? Будь так любезна, пищу и чай для Рады, размести в «пострадавшем дилижансе». Ещё, нужно собрать пайки для всех путешественников; после стресса, люди наверняка проголодались, следует накормить их. И лучше бы, это сделать сейчас, перед отъездом. Заодно, посоветуй всем, по-возможности, справить естественные нужды, чтобы не останавливаться для этих целей в пути (кроме, экстренных и единичных случаев).

Агнес, молча, кивнула головой, и отправилась исполнять «указание» лидера.

— Так, ты решил перераспределить пассажиров? — снова задал вопрос Святослав.

— Именно так. Все женщины, кроме Рады, будут перемещены во второй дилижанс, их четверо.

В «пострадавший дилижанс»: перехожу я, Александр, Радимир…— хранитель смолк на полуслове, затем закончил мысль, — … и «собачка». На немой вопрос Аргуса, Светодар продолжил озвучивать свои мысли.

— Женщин, нельзя размещать рядом с волком. «Засунуть собачку» в багажник, снова, уже не получится. Животное было сильно напугано.

— Аргус, — обратился к пожилому хранителю, Светодар, — это была моя «грубая ошибка», — разрешить Раде, поместить волка, в нижнем багажном отсеке вашего дилижанса»; и особенно в том, что не предупредил тебя и Агнес. Вопреки своим принципам, я пошёл на поводу «уговоров прекрасной леди»: не стал рассказывать о транспортировке волка. Мне, изначально, не нравилась идея, с «тайной перевозкой животного». Но, увы… Я тоже человек, и могу ошибаться. К тому же, полагаю, не только мне выпало счастье, попасться «в обаятельные сети» моей подопечной. Признаю, я потерял бдительность.

Услышав от молодого лидера, искреннее признание «своих ошибок», и ещё, более чем искреннее признание — «беЗсилия перед чарами» Рады, Аргус засмеялся, запрокинув голову назад.

— О, дааааа… — эта «негодница», очарует и заговорит даже самого «матёрого старого воина», что уж говорить, о её воздействии, на молодого (пусть даже и опытного, во всех отношениях) хранителя, — сквозь смех, Аргус комментировал «признания Светодара».

Молчавший некоторое время Святослав, снова заговорил с хранителем (на этот раз, вид у него был обеспокоенный):

— И где же, моя сестра, собирается разместить эту «собачку», по возвращении в город? Только не говорите мне, что этим местом «должен стать мой дом»! Для полного семейного счастья, только волка в доме, мне и не хватает! С его «прожорливым аппетитом» и «ночными завываниями».

От комментариев, последовавших после вопроса Святослава, Аргус «ещё пуще» разразился смехом.

Хранитель, успокаивающе похлопал Святослава по плечу, и, не обращая внимания, на хохочущего Аргуса, сказал:

— Не волнуйтесь, Ваше сиятельство… Рада, приняла моё предложение по размещению волчицы. Вам не придётся созерцать животное и слушать его ночные завывания. К тому же, городские условия, для молодого волка, могут быть такими же опасными, как для «неопытного человека», лес. Прояснив ситуацию, и успокоив Святослава, хранитель возвратился к отдыхающим на обочине друзьям.

Аргус, перестал хохотать. Однако, продолжая широко улыбаться, заинтригованно обратился к Святославу:

— Мне, сейчас «одному показалось», или всё же интуиция меня не подводит? У твоего будущего «зятя», появился соперник? Между прочим, — Аргус многозначительно посмотрел на друга, снизив тон голоса, — этот «хранитель», даже для меня, остаётся, неразгаданной загадкой.

— Не нравится мне… Ох, как не нраааааавится, эта «неразгаданная загадка», с его «ехидными намёками и таинственными подходами, — нахмурив брови, серьёзно отозвался Святослав. За то время, пока я общался с ним наедине, у меня «несколько раз сдавали нервы», а ему, хоть бы что. А ещё больше, не нравится его «осведомлённость» о содержании, наших семейных документов.

— И где ты, Аргус, только откопал этого хранителя?

Аргус сложил руки на груди, внимательно взглянул на хмурого Святослава, и на последний вопрос ответил просто и ясно:

— Этого Хранителя, настоятельно рекомендовал Агнехрон. И как показал случай, только благодаря ему, Рада, сейчас с нами.

Получив «продуктовые пайки», путешественники подкрепились, исполнили указания лидера; можно было отправляться в путь.

Алекс разбудил Раду.

— Светодар просил «проконтролировать процесс твоего кормления», — улыбаясь, объявил Алекс, протянул девушке, приготовленный «паёк» и походную флягу с травяным чаем. Переживает, что ты много энергии потеряла, и сразу уснула, не подкрепивши организм пищей. А потому… Сейчас же, принимайся за «подкрепление»! На этот раз, Рада не ворчала и не сопротивлялась, её организм, и в самом деле, очень проголодался. После приёма пищи, она прогулялась «со всеми остальными женщинами», как было рекомендовано, немного поиграла с «собачкой». Сборы окончились, пассажиры разместились в дилижансах, «обратный путь» продолжился.

На этот раз, оставшийся путь к дому, «протекал спокойно и гармонично». Женщины, в своей излюбленной манере, сплетничали и обсуждали последние события; мужчины, ехавшие с ними вместе, больше отмалчивались; Аргус мирно спал. Агнес, надоела «болтовня молодых женщин» и она подсела к Святославу.

— Что с тобой, дорогой? Ты, какой-то напряжённый и хмурый, в последнее время. (Шёпотом спросила хранительница). Тебя что-то беспокоит?

Скулы у Святослава напряглись. Руки, периодически сжимали, разжимали пальцы (отчего по дилижансу, разносился, неприятный хруст). Агнес положила свою ладонь, на руки мужчины и заглянула в его глаза.

— Меня очень беспокоит наш «новоПРОЯВЛЕННЫЙ» лидер… (с сарказмом в интонации, зашептал Святослав). Чует моё сердце, что по приезду в Китеж, нас ждут гораздо более «серьёзные сюрпризы» от этого хранителя, нежели те, которые преподнесла Рада. Не спокойно у меня на душе, Агнес… Ох, как не спокойно. Ничего поделать не могу с собой. Внутри, весь организм натянут, как струна.

Женщина, молча, выслушала его, потом откинулась на спинку сидения и, повернув голову к Святославу, снова прошептала:

— Друг мой… Будем решать «проблемы», по мере их возникновения. Обещай, чтобы не случилось, ты обратишься к нам с Аргусом, за советом. Мы столько лет вместе, и стали одной семьёй. Никогда не забывай, что у тебя есть настоящие друзья.

Святослав грустно улыбнулся, легонько пожал руку хранительницы в знак благодарности за дружескую поддержку и «успокоение нервов», которые принесла Агнес, своим присутствием.

Мужчина отвернулся к окну. Устремив взор, куда-то далеко, Святослав погрузился в собственные мысли. Агнес, прикрыла глаза, и, последовав примеру «боевого друга», задремала.

В отличие от второго транспортного средства, в «пострадавшем дилижансе», было весело:

Пока один из хранителей, управлял лошадьми (сменив Аргуса, после испытанного им стресса), два хранителя (Светодар и Радимир) сопровождавшие путешественников в «походах», спокойно отдыхали по пути домой. Скучать и грустить пассажирам, не давал волчонок. Сытый и отдохнувший «после встряски», он пребывал в «прекрасном расположении духа», и вполне освоился в окружении людей. Ехать в большом, просторном дилижансе, ему нравилось гораздо больше, нежели в «неуютном, подпольном багажнике». Здесь он чувствовал себя «полным хозяином», оставалось только найти занятие от скуки. Сначала, волчонку приглянулся ботинок Алекса, и он, с удовольствием отгрыз от него шнурки, пока тот дремал. Потом, внимание «собачки», привлёк кожаный ремень Светодара. Мужчина, спал, удобно расположившись на боковом сидении, вытянувшись во весь рост, (кончик ремня, «заманчиво» оттопыривался в сторону волка). Руки, хранитель сложил на груди в «думающий замок», как делают многие мужчины, мысленно сосредоточившись на чём-то. Оставив в покое, «отгрызанные» от ботинок шнурки, волчонок принялся за ремень хранителя. По всей видимости, ремень оказался очень жёстким, потому что, рассердившись на «неоткусывающийся кожаный кончик», волчонок начал рычать.

Радимир и Рада, единственные кто не хотел спать, внимательно наблюдали за увлечениями собачки, и, переглядываясь, весело, но тихо смеялись. Хохотом, эти двое, разразились после того, как волчонок отпрыгнул в сторону, встал в боевую стойку и, оттолкнувшись, задними лапами от пола, ухватился зубами за ремень Светодара, с силой потянул его на себя. Если бы у хранителя, отсутствовали «отработанные навыки» боевых реакций, и мгновенная концентрация на группировку мышц тела, он, несомненно, свалился бы на пол. Однако, мгновенно ощутив всем телом, резкий толчок с сидения, нога хранителя тут же опустилась вниз (создав опору для тела), а рука зацепилась за спинку. Пространство дилижанса, наполнилось весёлым смехом. Алекс и Светодар, проснулись. Один обнаружил, валяющиеся на полу «мокрые и изгрызанные» шнурки, второй — нашёл на своём ремне, глубокие ажурные узоры, оставленные зубами волчонка.

— Ах, ты маленькая «бестия»! — раздосадовано, но без тени сердитости, проговорил проснувшийся Светодар, вот так значит, ты «охраняешь» своего кормильца и воспитателя, по совместительству.

Рада, тут же вступилась за «любимицу»:

— Не сердись, пожалуйста, это я виновата, что не окликнула волчонка, ей просто скучно было, и она заприметила твой ремень. Шнурки Алекса, её не удовлетворили.

Светодар, улыбнулся, подозвал «собачку» к себе:

— Иди сюда «безобразница», не буду я тебя ругать. Знал ведь, с кем связался. Волчонок «по-собачьи» завилял хвостом, и запрыгнул на сидение, рядом с хранителем. Мужчина, потрепал животное по холке, обнял руками морду, и прижался лбом к его ушам.

— Придётся искать для тебя «игрушки». Иначе, у меня скоро не останется «ни ботинок, ни шнурков, ни ремней».

Через три часа «хода без остановок», дилижансы въехали в пригородный округ.

***

— Ну, вот мы и дома! — спрыгнув, с подножки железной лестницы дилижанса, громко подвёл итог путешествию, Святослав.

Друзья, по очереди выходили из транспорта, разбирали рюкзаки и вещмешки из багажного отделения.

Хранителей, которым ещё предстояло добраться до родного дома в «пригородную местность», развезли по домам тем же дилижансом, в котором путешествовали. Все остальные, кто проживал в городе, добрались до обителей своим ходом.

Перед тем как дилижанс скрылся за поворотом, увозя в пригород «новую подружку» Рады, девушка обняла «собачку», ласково прошептав ей, что-то на ухо.

— Не волнуйтесь, за волчонка, Ваше сиятельство, очень скоро Вы снова встретитесь! — спокойно прокомментировал «картину прощания», Светодар. А нас с вами, — хранитель жестом руки указал на Раду, потом перевёл «жест» на себя, — ждёт ещё, много «удивительных приключений» и обучений.

С нетерпением буду ждать, когда Вы вернётесь в школу.

Закончив монолог, Светодар «надолго» задержал взгляд на девушке, мысленно «додумав фразу»:

«…не представляю, как буду жить, эти два летних месяца, когда, я уже скучаю без тебя, моя девочка».

Мысленную фразу хранителя, Рада не считала, увлечённая прощанием с «собачкой». Когда дилижанс скрылся из виду, она загрустила. Сколько не пыталась девушка убедить себя в том, что с этим человеком ее ничего не связывает, и никогда не будет связывать; интуиция подсказывала обратное, — этот человек, ещё не сыграл свою роль в её жизни.

 

Продолжение следует…

 

 

  • Сказка-быль... / Демоны внутри нас. / Булаев Александр
  • И поздно, и уже не надо... / 32-мая / Легкое дыхание
  • Придуманный Бог / Стихи разных лет / Аривенн
  • Ссылка / Юрий Гальперов
  • Жизнь не сказка / Рассказки / Армант, Илинар
  • Ночь / Мои Стихотворения / Law Alice
  • 5. / Зимние зарисовки / La Rissa
  • Иная / В созвездии Пегаса / Михайлова Наталья
  • Ветвистый ажур / Katriff / Тонкая грань / Argentum Agata
  • Фальшивый маяк / Стиходром 28 / Скалдин Юрий
  • Город / Чёрно-белое / Жабкина Жанна

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль