Глава 048

0.00
 
Глава 048

ГЛАВА 48

 

В начале августа на своей остановке я встретил Сашку, того, что дружил с Инной. Я перебежал дорогу к нему, намереваясь сесть в маршрутку. Была суббота, и я намылился съездить в центр. Все так же инфантильно улыбаясь и тряся курчавым чубом Сашка своей пожал клешней мне руку.

— А мы снова с Инной встречаться начали! — первое и единственное, что сказал он.

— Опять что ли!? — удивился я и отмахнулся. — Да ну вас!

Подошедшая маршрутка спасла меня от дальнейшего бессмысленного общения. Я нырнул в «газель», уселся на сидение и подумал, как хорошо, что не связался с Инной. «Да, практичная какая девушка, дружит с одним, присматривает другого, нашла, начала обрабатывать, не получилось, хоп, снова назад, как ни в чем не бывало!» — задумался я на мгновение, хмыкнул, мотнул головой. Сашку вновь стало жалко. Я не понимал, то ли он дурак, то ли ему все равно, то ли так любит Инну. Я тут же вспомнил свои отношения и вдруг понял, что не такое уж маленькое количество девушек вот так тайно или открыто перебирают парней как вещи в магазине. И отдавало это все цинизмом. Я не мог такое понять, вздрогнул и мысленно перекрестился и поблагодарил Бога за то, что отвел меня от такой девушки.

 

С каждым четвергом я все больше любил этот день недели. Я не мог дождаться, когда мы с Сергеем поедем в «Форт». Растущие суммы еженедельных выплат манили к кассе «Форта» все сильней. Пачки денег, перекочевывающие в «чемодан» напарника, словно служили мерилом нашего благостного настроения. Как лето достигает в июле своего зенита, там наша фирма достигла своей наивысшей точки развития.

— Ну че, Серый, погнали в «Форт»!? — выпалил я нетерпеливо, едва часы на мобиль-нике показали «11:30». Напарник расслабленно взял со стола свой телефон, протер паль-цем внешний экран, зевнул, буркнул: «Да, можно уже и поехать...»

Мы сели в «мазду» и пропылили мимо проходной. Я по привычке кивнул новой управляющей, та стояла у проходной около своей зеленой таратайки с каменным лицом, отдавала вахтерше указания и не ответила мне.

— Роман, ну глянь там в бардачке у меня диски! — потянулся рукой Сергей вправо.

Я открыл бардачок, на меня смотрели с десяток компакт-дисков и сломанные очки.

— О, а че, ты дужку так и не приварил что ли!? — вытащил я очки.

— Не, он сказал, что металл у них какой-то не такой и не сможет мне припаять, — уд-рученно скривившись, сказал Сергей. — Дай, кстати, их сюда!

Напарник взял очки из моих рук и положил перед собой на приборную панель.

— А когда это ты их успел накупить!? — удивился я, загреб и вынул разом все диски и стал перебирать в руках, читая названия исполнителей.

— Да это я что-то решил купить несколько дисков из того, что слушал в молодости, — сказал Сергей, увидев в моей руке один из дисков, добавил. — Да, вот, вот этот давай, аха!

Я раскрыл футляр и сунул диск в щель магнитолы — из колонок пошли плавающие звуки, вступление, резко началась музыка, отбивая ударными ритм.

 

Если б я родился в Северной Корее,

Я, наверное, стал бы милиционером,

Может, велорикшей, может, Ким Ир Сеном,

Hо скорей всего бы стал милиционером.

 

Музыка отбивала ритм — бесшабашный, заводной. Я начал постукивать руками в такт по коленям и кивать слегка головой в ритм. Песня мне понравилась. Сергей, глянув на меня довольным взглядом, сказал с задором:

— Да, Роман, вот такие мы были в молодости!

 

Если б я родился принцем Монте-Карло,

Я б окончил школу с золотой медалью,

После института стал бы бакалавром,

А после смерти папы — главою государства.

 

Мужской голос принялся надрываться над вторым куплетом, а я заулыбался словам напарника, освежившим тут же в моей памяти все истории, рассказанные Сергеем о своей юности — как они околачивались по улицам своего района небольшой компанией друзей-боксеров; как катались в самом начале «девяностых» в Болгарию с товаром туда и обрат-но, сидели в купе с кучей денег и дрожали за них и товар, а рэкетиры и пограничники хо-дили по вагонам и собирали мзду; как сожгли киоск предпринимателя, не желавшего пла-тить дань, залив внутрь киоска целую канистру бензина; как подрезали в шею собак бро-дячих, подставляя под укус их челюстей одну руку и орудуя ножом другой снизу; как дра-лись с компаниями парней из других районов; как убегал он с другом по дворам от мен-товской облавы, переоделся между гаражами и прошел мимо патрульного «бобика» уже в обратную сторону, выскочив так из кольца облавы; как он летел в самолете с сумкой, на-битой под завязку миллионами налички; как он втроем с друзьями избивал семерых; как его одного били пятеро, разжимали скрюченного и били в пах...

Разухабистость песни легла на эти истории в моем сознании, автоматически вызвав приступ эйфории и восхищения Сергеем. «Какая интересная опасная и яркая была у него юность, полная противоположность моей — юности примерного ребенка», — с горечью по-думал я, кивнул, улыбнулся, произнес: «Да, нормальная такая песня! Хулиганская...»

 

Если бы я стал рок-звездой,

Я затмил бы небо,

И, спасаясь от одиночества,

Открыл бы научным методом

Три источника творчества —

Тунеядство,

Пьянство,

Блядство,

Буги-вуги рок-н-ролл!

 

Я продолжал отбивать ритм, пока мы не выкатили с грунтовки на асфальт. Сергей нацепил на глаза очки и нажал педаль газа. Очки смотрели на меня инвалидной стороной без дужки, почти вернув лицу Сергея прежний монолитный вид.

Мы прикатили в «Форт» раньше полудня и минут десять ошивались между торго-вым залом и складами, успев пообщаться с кладовщиками на отвлеченные темы. Мы сно-ва получили свыше трех сотен — пик продаж дихлофосов заканчивался, пора было гото-виться к их спаду. По возвращении в офис втроем сходили на обед.

— Сереж, поедем на дачу, заберем Ваню на кольце, — напомнила Вера под вечер.

Напарник поморщился и едва уловимо кивнул, согласился. Нужно было еще зае-хать в «Шанс», завезти очередную сумму в счет «однушки». Выехали с работы в пять. На обочине автомобильного кольца на «Трешке» стоял Ваня. Мы подкатили к нему, я подви-нулся на заднем сидении влево. Брат Веры ввалился внутрь, сразу заполнив салон машины запахом алкоголя. Будучи в подпитии, он глупо заулыбался водянистыми и безвольными глазами, сказал «здрасьте!» и хлопнул дверью. «Мазда» рывком влилась обратно в поток машин. Я глянул на брата Веры — летние светлые наглаженные до стрелок брюки; светлая рубашка в ненавязчивом рисунке, ровно заправленная под брючной ремень; зачесанные аккуратно набок под пробор короткие светлые волосы; дежурный полиэтиленовый пакет в руке. Перед моими глазами всплыли образы тех алкашей, какие каждое утро ходили мимо моего двора в разливную за очередным стаканом водки — наглаженные, выспавшиеся, аккуратно причесанные. Всю дорогу Ванёк крутил головой и глупо улыбался, отвечая на вопросы Веры. С ним разговаривала лишь сестра.

Мы пробрались через очередную длинную пробку на Окружной, убив минут двад-цать, и без четверти шесть подкатили к офису строительной компании.

— Щас мы, Вер, придем! — сказал Сергей, тяжело вздохнул, снял за единственную дужку очки, положил их на приборную панель и разом со мной вышел из машины.

«9.08.07 38.000*2» — сделал я запись в ежедневнике в тот вечер.

 

Не в первый раз меня посетила мысль о занятии единоборствами. И если раньше позывы случались слабые и невнятные, то в августе мысль стала навязчивой, и уже осоз-навалось мною, как единственно верная. Я понимал, что тягание штанг и гантелей в зале придает мне сил, но не более того. Мне не давал покоя тот случай, когда я не смог толком отбиться от парня, напавшего на меня сзади в парке, а уж от двух его друзей и вовсе рети-ровался бегством. Тот случай ел мое сознание и никак не собирался уходить в небытие. Замалчивать то, что беспокоит любого из нас, глупо. Лгать себе бессмысленно. Я решил, что ближе к концу лета определюсь с секцией единоборств и начну заниматься.

 

— Серый, а еще что тебя склонило к тому, чтоб жениться именно на Вере? — сформу-лировал я коряво все тот же вопрос. В пятницу 10 августа мы были в офисе без Веры. Она осталась с детьми и своей матерью на даче еще с четверга. Сергей днем ранее попросил за жену, чтобы предоставить ей выходной, я был не против. Мы с утра набили накладные на оба рейса и, по сути, бездельничали — последний рабочий день недели проходил в прият-ной расслабленности. Время будто замерло, позволяя смаковать каждую минуту предвы-ходного дня.

— Роман, да разное! — выдохнул Сергей, откинулся в кресле Веры на спинку, мы си-дели друг напротив друга за обоими столами. — Просто мы были все время вместе и все… Вместе все проходили… переживали… Я к ней долго присматривался… Верок, она всегда такой была… Она и техникум торговый с отличием закончила и танцами занималась… И уже со своим ансамблем она начала кататься на гастроли по Европе...

— Дааа!??? — удивился я.

— Дааа! Она же танцевала профессионально! Она была и в Испании и во Франции! Верок — она молодец! — закивал Сергей.

— О! А чего она дальше танцевать не стала!?

— Роман, ну там уже у нее семья появилась! Уже пришлось выбирать — семья или карьера… Верок выбрала семью… Она мне и сама на днях говорила, что хочет сосредото-читься на семье, на домашних делах, а от бизнеса отойти, что я и сам тут справлюсь… Для нее семья важнее… А какая-нибудь типа твоей Лили выбрала бы карьеру… Все же разные.

— Ну это да, — кивнул я, вспоминая холодные голубые глаза Лили.

— Ну видишь… — развел руками Сергей, взял со стола ручку и стал вертеть ее меж пальцев. — Она же из-за меня и бросила свои танцы...

— Блин, серьезно… — кивнул я, проникаясь бо́льшим уважением к Вере.

— Дааа, серьезно! Роман, семья — это уже серьезно! — закивал и Сергей. — Это ты просто пока не женат, сам себе хозяин… а семья это уже обязанности… Приходится тер-петь, подстраиваться...

Я несколько секунд молчал — усваивал полученную информацию, пытаясь ее сис-тематизировать, упорядочить.

— Серый, ну а еще какие были случаи, которые прям вот на тебя повлияли...?

— Роман, да я уж и не помню так… Да много че было! Один раз мы пошли на вылаз-ку… ну, палатки, там… все такое! И… помнишь, раньше продавался спирт в таких больших литровых бутылках!?

— А, да, помню! Был такой! — закивал я. — Но, он как-то недолго был...

— Да я уж не помню! — отмахнулся Сергей, улыбнулся. — И мы тогда с дрючбанами упились там все и уснули в палатке… А утром проснулись… А ходили на вылазку на два дня! Ну, на выходные… И проснулись, а водки нет! Искали, искали… Вера сказала, что мы всю ее выпили ночью… Пришлось нам второй день трезвыми отдыхать...

Сергей замолк на секунду.

— А потом оказалось, что пока мы спали, Вера тихонько весь спирт вылила в костер! — заулыбался он.

— Ха, нормально! — воскликнул я, не осознавая сходу глубину такого поступка, но ощущая его значимость. — Это она ловко придумала...

— Да… — продолжал играть ручкой между пальцев Сергей. — И таких случаев разных много было… Я одно время торговал кассетами с лотка на рынке… Ну, знаешь, такие лот-ки высокие!?

Сергей очертил руками в воздухе контуры чего-то, похожего на дверь.

— Да, да! — закивал я, живо воскресив в памяти образ лотков с аудио— и видеокассе-тами, а позже дисками, во множестве в свое время заполонивших город. — Помню такие...

— А я торговал же на левом берегу, а она жила же на «Трешке»! — приподнял в руке авторучку Сергей, делая акцент на расстоянии. — А тогда ж не было никаких маршруток… ходили только автобусы, трамваи и троллейбусы… и вот Вера ездила каждый день от себя ко мне на рынок, возила мне обеды, кормила меня… Я стою, ем, тут же у лотка, а Верок стоит рядом, ждет, пока я поем...

Сергей принялся орудовать невидимой ложкой, что-то сказал еще, но его голос в этот момент потонул в моем внутреннем восклицании. Я почти остолбенел, очень ясно представив описанную картину. Во мне что-то шевельнулось — обида. Я примерил посту-пок Веры на себя и вдруг отчетливо понял, что ничего похожего в моей жизни не случа-лось. «А если бы случилось, то возможно и я был бы тоже уже давно женат...» — додумал я с горечью мысль, не стал ее развивать и вернулся к диалогу.

Наше неспешное общение длилось весь день, перемежаясь походами до склада и обратно, да поездкой на обед. Мы общались, словно давнишние друзья, которым нечего скрывать друг от друга и которые лишь вспоминали свое прошлое, словное желая в нем разобраться. Хотя, Сергей лишь коротал время перед окончанием рабочей недели. Я же настырно раскапывал его прошлое, пытаясь пропустить личность Сергея через свой ум и таким образом понять свою прожитую часть жизни, оставившую мне больше вопросов, нежели ответов.

 

— Роман, знаешь, сколько мы на липкой ленте заработали!? — произнес Сергей в понедельник, усевшись после обеда в кресло жены и тыкая пальцами в клавиатуру.

— Ты отчет, что ли сформировал? — глянул я на него, сидя за столом напротив.

— Аха! Ну так знаешь сколько?

— Сколько?

— Триста тысяч! — сказал Сергей, возбужденно и радостно покусывая губы.

Я задумался.

— Тысячу упаковок продали! — шмыгнул носом Сергей. — Прикинь!

— А вы в «Саше» сколько максимально продавали? — произнес я.

— Не, мы столько не продавали! — скривил вниз уголки губ Сергей. — Триста! Ну… триста пятьдесят — это максимум! А тут… тысячу… Нормально так...

— Прикинь, Серый… — сформулировал я мысль, о которой думал. — Вот на каком-то говне мы заработали триста тысяч за лето! Так скажи кому, не поверят же...

— Ну почему на гамне!? — нахмурился тот. — Нормальный товар.

— Да товар-то нормальный! Я не спорю! Я не об этом… Мелочь такая эта липкая лента… Стоит копейки… На ней десять-двадцать копеек туда-сюда, никто не заметит… А на прибыли сразу сказывается! Мы правильно сделали, помнишь, я тебе говорил, что не надо мелочиться, надо нормальную наценку делать и продавать… И правильно сделали, а то сейчас было бы не триста тыщ прибыли, а сто пятьдесят… на ровном месте деньги зара-ботали… — сказал я и удовлетворенно откинулся на спинку кресла.

— Роман, вот ты так говоришь! — недовольно скривился Сергей. — Как будто ты знал, что мы столько продадим этой ленты!

— Да при чем тут это, Серый!? — удивился я. — Я не знал, сколько мы продадим, я просто говорил, что надо наценивать нормально, чтоб зарабатывать на товаре, а не гонять его через три копейки до усрачки, когда работа ради работы, знаешь!

— Да ладно, Роман! — отмахнулся Сергей. — Вы вот вечно с Анатолием Васильеви-чем всегда все знаете и на все у вас есть ответ всегда!

Я опешил, пару секунд удивленно молчал, таращась на напарника и не понимая причины его словесного выпада и упрека. «Что плохого в том, если предложенное реше-ние сработало и принесло больше прибыли фирме? Зачем выставлять все в каком-то иска-женном виде?» — думал я, болезненно воспринимая укор.

— Серый, ну ты ерунду какую-то говоришь… При чем тут это? Я тебя не понимаю… — пожал плечами я, посмотрел на Веру, сидевшую весь диалог в кресле у двери с кружкой чая в руках и внимательно его слушая. Жена Сергея встречно деликатно улыбнулась и тут же потупила взгляд вниз.

— Я всего лишь хотел сказать, что приятно, когда принятое решение сработало и принесло нам денег… вот и все… — сказал я.

— Да ну понятно! — выпалил Сергей, зажевав раздраженно губу и задрыгав под сто-лом коленками.

В комнатке стало неловко тихо.

— А дихлофосов сколько продали? — произнес я, не желая продлевать дискомфорт молчания. — Который на керосине… да и вообще всех...

— Не знаю! — дернулся Сергей, тут же осекся, добавил, словно превозмогая раздра-жение. — Тебе посмотреть что ли!?

— Давай я посмотрю! — раздался голос Веры, она встала и подошла к мужу. — Давай, Сереж, я быстро посмотрю...

Напарник встал и с недовольным лицом и надутыми губами погрузил свое тело в кресло у двери. Вера, юркнув за свое рабочее место, запорхала пальцами по клавиатуре.

— Тебе за все лето посмотреть или как? — произнесла она.

— С начала сезона, с первого апреля и за август по сегодняшнее число, — сказал я.

Через пять минут мы знали промежуточные итоги нашей смелой авантюры — из за-везенных двух фур дихлофоса на керосине на остатках нашего склада числилась половина второй машины — две с половиной тысячи коробок.

— Ну и че мы будем делать с такими остатками? — буркнул Сергей, важно и недо-вольно глядя на меня.

— Что-то продадим до конца сентября, остальное будет зимовать… — пожал плечами я, не имея желания реагировать на настрой напарника.

— И ты уверен, что нам разрешат прям оставить такое количество на складе, и не за-ставят нас выкупать его? — продолжал Сергей.

— Надо договариваться, чтоб оставили… Не оставят… — пожал я плечами, — отправим назад… Но я думаю — оставят!

Сергей, насупившись, молчал, изучая мое лицо взглядом.

— За половину августа и сентябрь еще что-то продадим, вполне можем тыщи полто-ры продать… а остаток даже и выкупить сможем, если вдруг насядут… Так что… — отмах-нулся я, улыбнулся.

— Да и в октябре еще продажи будут, — буркнул Сергей после непродолжительной паузы, словно озвучил итоги своих размышлений.

— Ну, тем более… — примирительно кивнул я.

В дверь постучали.

— Да! — рявкнул Сергей.

Вошел Сеня, переминаясь с ноги на ногу, сообщил, что сын его будет работать у нас лишь до конца лета, а там, с началом учебного студенческого года, уйдет.

— Хорошо! — буркнул с недовольным лицом Сергей. — Мы тебя услышали, Сень...

Сергей замолк, так и остался сидеть как сидел, не повернув к кладовщику голову ни на сантиметр, дав всем своим видом понять, что разговор окончен.

— Сереж… — начал переминаться с ноги на ногу тот, вытер щепоткой пальцев ниж-нюю губу. — Я че хотел спросить… а нового грузчика-то брать будем или как?

Сеня развел руки в стороны, растопыренные негнущиеся пальцы которых сильно тряслись. Именно тряслись, а не дрожали. «Интересно, они трясутся оттого, что Сеня раньше много пил или оттого, что некоторое время не пьет?» — озадачился я бессмыслен-ным вопросом, отвлекаясь так от некрасивого фарса Сергея. У того наш диалог вызвал приступ плохого настроения, который он компенсировал на кладовщике.

— Будем, Сень, обязательно будем! — сказал Сергей, сцепив пальцы рук в замок, шевеля лишь большими вокруг друг друга.

Кладовщик мялся, не уходил.

— Что-нибудь еще, Сень? — буркнул Сергей, повернул голову слегка, глянул на кла-довщика из-под приподнятой брови.

— Ды нет, — сказал неуверенно тот, растерянно глядя на меня.

— Будем искать, Сень, обязательно будем! — кивнул я, тоном придав своим словам твердость. Кладовщик сразу расслабился, успокоился и вышел. Я задумался.

— Слушай, Серый, надо грузчика искать… пиздец, че-то как-то все разом навали-лось… — откинулся я назад в кресле. — Объявление надо давать...

— Да не будем мы никого искать, Роман, успокойся, не суетись! — отмахнулся Сер-гей и поморщился, словно я предложил глупость.

— Как это не будем??? — обомлел я, уставился на него. — А че Сеня один что ли бу-дет таскать там на складе и грузить??

— Ну а че там таскать!? Два раза в день загрузить Петю и один раз выгрузить Алек-сея Семеныча!?

— Бля, Серый, это много! Ты пойди, потаскай! — начал негодовать я.

— Роман, да я таскал не меньше твоего и знаю, что это такое! — обдал меня в ответ негативом напарник. — Я в «Саше» фуры тоже разгружал! Не один ты таскал!

— Бля, ну тогда ты должен знать, что это дохуя! И один Сеня там не справится! Он через три дня такой работы уволится нахуй, да он и работать не станет один! Я бы не стал!

— Ну… это ты бы… а я считаю, что Сеня и один может работать… Чип че, мы можем пойти и помочь ему… если уж совсем приход будет большой!

— Бля, Серый, а зачем это нужно!? — не понимал я. — Чего ради мы будем работать без грузчика и таскать за него товар!? Пусть грузчик новый приходит и работает!

— Роман, ну а зачем отдавать каждый месяц пять тысяч какому-то грузчику, если мы здесь сидим сами целый день на жопе и можем пойти и помочь Сене выгрузить один при-ход в день… да даже и не каждый день!

— Серый, да дело не в том, что мы сидим, дело в деградации фирмы! Это шаг назад! Зачем нам сокращать штат?? Мы можем себе позволить содержать грузчика. Мы доста-точно зарабатываем. Я не понимаю, зачем нам нужно сокращать штат?? Чего ради? Даже то, что мы сидим тут на жопе, ничего не меняет. Если ты считаешь, что у нас много сво-бодного времени, давай займем его с толком — будем искать клиентов, новый сбыт… но не ходить и таскать коробки на складе… Это неверное решение, Серый. Мы являемся управ-ленцами фирмы, пусть даже такой маленькой… И у нас разные функции с грузчиками и кладовщиками. Мы должны заниматься своим делом, они своим...

— Роман, ты можешь говорить что хочешь, а я вот считаю, что мы спокойно обой-демся без грузчика! — обрезал мои доводы Сергей.

Я словно споткнулся о его фразу, помолчал несколько секунд, добавил последнее:

— Ну а если Сеня уйдет? Не захочет один работать и уйдет… Наши действия?

— Роман, да никуда Сеня не уйдет! — сказал Сергей раздраженно, отмахнулся.

— Да куда он пойдет? — произнесла Вера, я перевел удивленный взгляд на нее, Вера продолжила. — Кому он нужен? В грузчики если только. В кладовщики его не возьмут. Я бы, по крайней мере, не взяла...

Возможно, позиция Веры и стала решающей, я решил прекратить убеждать и объяснять возможные негативные последствия для фирмы от такого решения. «Делайте, что хотите», — пронеслось в моей голове и оставило осадок горечи.

— Ну, хорошо… пусть будет так… — кивнул я, ткнул указательным пальцем в сторо-ну Сергея. — Тогда будешь сам Сене объяснять, почему мы не стали брать грузчика, хотя и обещали...

Сергей глянул на меня внимательно, ничего не сказал.

 

— Слушай, ну… нескромный такой вопрос, Серый… а ты вот никогда жене не изме-нял? — задал я вопрос, зная ответ заранее, но не интересуясь фактом ответа вовсе, а имен-но причинами. Мы катили на «мазде» через самый центр города, застревая периодически в пробках оголтелого полуденного городского трафика.

— Роман, а не изменять не получится! — сказал Сергей, расслабленно ведя одной ру-кой. — Это ж просто физиология… Я помню, один раз пришел в понедельник на работу… Это у Давидыча было, когда мы еще не переехали в садик! Пришел и чувствую, трахаться дико хочу! А секс-то с женой был, вот, перед сном… буквально только что… Я сижу, в го-лову никакие мысли не лезут, член стоит и все тут!

Сергей изобразил мужскую эрекцию, задрав вверх сжатую в кулаке руку. Я засме-ялся, Сергей тоже, продолжил: «Дааа… и я сижу мучаюсь, и дрючбан там одни со мной ра-ботал, тоже такой же… Ну, мы с ним до обеда дотерпели, прыгнули в машину и покатили к Монументу… Там же у Монумента, знаешь, стоят постоянно бабы...

— Ну да, знаю, — кивнул я, будучи наслышан о том месте, как об одной из точек ра-боты проституток. — Стоят вроде там, видел пару раз каких-то… прохаживались...

— Да! Они там ходят вдоль дороги или сидят на лавочках! — закивал Сергей. — И мы подъехали, стоит одна… Мы договорились по цене, она села к нам, и мы поехали туда… дальше… в сторону парка, там где лес есть у дороги… Приехали… ну… надо же уже начи-нать… Она такая говорит — А есть у вас выпить и закусить? Мы пошарились по машине, нашли какой-то кусок сала, а выпить не было… Поехали, купили в киоске какую-то самую дешевую водку, приехали обратно, съехали с дороги в лес… Блять, как щас помню — она сидит, держит в одной руке полный стакан с водкой и в другой — кусок сала! Бррр!

Я представил картину — меня тоже передернуло, я улыбнулся и поежился.

— И она выпивает этот стакан… — продолжил Сергей, расширяя глаза в удивлении.

— Весь што ли!?? — скривился я.

— Дааа… весь! Прикинь! Весь! Сколько там было сто пятьдесят или двести граммов водки! Она его выпивает и берет и кусает этот кусок сала! — Сергей скривился, изображая челюстями надкус, от чего меня повторно своротило. Сало… жирная белая масса… Бррр!

— И ее накрывает с этого стакана водки, она пьяная ложится на заднем сидении на бок, что-то там бормочем, типа — давайте, парни...

— А вы чего?

— Да а чего мы? Мы стянули с нее трусы и давай… по очереди… — машина останови-лась в пробке, Сергей хлопнул себя по лбу ладонью, покачал головой, прыснул смехом. — Блять, как вспомню, аж стыдно становится! И мы, дураки, потом бегали за ней по лесу, ловили… с этими… с торчащими членами! А на них гондоны болтались!

Сергей прыснул смехом сильнее, не в силах сдержаться, прижал руку себе к про-межности и задвигал пальцем, изображая болтающийся на бегу член. Я засмеялся, залился краской. История выглядела столь дурацкой и нелепой, что определенно была реальной.

— Ну, а ты вообще сколько раз изменял жене? — произнес я.

— Роман, да я вот уже два года, как ни разу… Раньше бывало… А щас… — Сергей задумался. — Просто я знаю, что у меня есть тело, которое сделает все, что мне надо! Но иногда хочется и чего-то другого… Просто, после чужой и на свою бодрее залазиешь!

«У меня есть тело, которое сделает все, что мне надо… Тело… Есть тело, которое… Вера… Тело сделает все, что мне надо», — проплыло в моей голове и записалось в памяти. Фраза резанула слух, но я не стал ее комментировать, поворошив свои прошлые отноше-ния и отметив, что таких желаний у меня не было — все девушки, с какими я встречался, мне искренне нравились, и я не думал о сексе на стороне. С другой стороны, все мои отно-шения длились недолго и не измерялись годами… «Есть тело, которое сделает все, что мне надо», — застряло в моей голове. Мы переехали по мосту над железнодорожными путями и уткнулись в еще большую пробку.

 

Во второй половине августа продажи дихлофосов ожидаемо снизились и даже пре-кратились на целую неделю, сдвинувшись с места только под самый конец месяца.

И случилось то, чего я опасался — «Арбалет» начал предлагать продукцию «Люкс-хима» другим фирмам города, нашим клиентам.

— Слушай, Ром, — с нотками извинения произнес Миша, менеджер «Мангуста», ког-да я позвонил ему на счет очередного заказа. — Нам вот тут «Арбалет» предлагает «Люкс-хим», и цены немного пониже...

По моему позвоночнику пробежал холодок, мозги тут же заискрили мыслями в по-исках правильного решения. За долгие годы работы у меня с менеджером «Мангуста» установились честные доверительные отношения — это и спасло ситуацию. Я узнал цену конкурента, высчитал наценку и сказал Мише, что мы будем поставлять товар еще на пару процентов ниже и зафиксируем для него такую скидку на все будущие поставки. Я горячо пообещал ему новые условия, и тот оставил нас поставщиками. Ситуация была спасена.

— Да, хорошо, что Миша — нормальный малый! — выпалил я, едва положил трубку и откинулся назад в кресле за столом, посмотрел на Сергея, тот нервно жевал губу. — А то бы сейчас просрали «Мангуст»! Такой кусок бы отвалился...

— Да, нормально так вы поговорили… — шмыгнул носом тот и задрыгал ногой.

— Ну в общем, ты слышал, Серый! Теперь будем продавать «Ерша» в «Мангуст» вот с такой наценкой. Денег будет меньше, но, рынок удержали за собой, поэтому, нормально. Пусть будет так. Вер, пометь себе где-нибудь наценку на «Ерша» для «Мангуста»...

— Да, Ром, я поняла! — встрепенулась от оцепенения та, едва я посмотрел на нее.

Сергей продолжал дрыгать ногой и жевать губу. Будто пребывая в легком ступоре, он смотрел на меня невидящим взглядом.

 

— Надо музыку какую-нибудь поставить! — сказал я и полез в бардачок, едва мы с Сергеем выехали с территории завода и заколыхались на грунтовке.

— Ды поставь, — буркнул расслабленно он.

Я принялся перебирать диски в бардачке, было неудобно, их там лежало больше дюжины, диски ползали коробками друг по другу, мешались — я вытащил их все себе на колени, принялся рассматривать. Исполнители мне не нравились, большинство из них пе-ло шансон, а то и откровенно воровские песни. Мы миновали переезд, я все никак не мог определиться — выбор пал между западной поп-группой 80-х и отечественным роком.

— О, «Кино» послушаем, — решил я и сунул диск в щель магнитолы.

«Мазда» выползла на асфальт и ускорилась.

Едва началась первая композиция, как мне уже расхотелось ее слушать — я знал все самые популярные песни «Кино» наизусть. Я перевернул коробку диска, принялся читать список песен. Все мне были знакомы, кроме последней.

— О, никогда эту не слышал! Надо же, сейчас заценим! — сказал я и быстро переклю-чил на нужный трек, первые звуки песни сигналами метронома гулко поплыли по салону.

 

Над землей — мороз,

Что не тронь — все лед,

Лишь во сне моем поет капель.

А снег идет стеной,

А снег идет весь день,

А за той стеной стоит апрель.

 

Я слушал знакомый тембр голоса и пытался понять слова, текст мне нравился, но смысл, поначалу понятный, вдруг начал ускользать.

 

А он придет и приведет за собой весну,

И рассеет серых туч войска.

А когда мы все посмотрим в глаза его,

На нас из глаз его посмотрит тоска.

И откроются двери домов,

Да ты садись, а то в ногах правды нет.

И когда мы все посмотрим в глаза его,

То увидим в тех глазах Солнца свет.

 

— Интересная песня… — произнес я.

— Правда што ли никогда не слышал!? — удивленно глянул на меня Сергей.

— Неа, ни разу! Прикинь! — мотнул головой я, совершенно сбитый текстом песни.

 

На теле ран не счесть,

Нелегки шаги,

Лишь в груди горит звезда.

И умрет апрель,

И родится вновь,

И придет уже навсегда.

Я запутался окончательно. Текст превратился в бессмысленную кашу.

— Не пойму, о чем он поет? — произнес я.

— Да это про Бога, — сказал Сергей.

— Про Бога??? — удивился я и стал вслушиваться дальше.

 

А он придет и приведет за собой весну,

И рассеет серых туч войска.

 

— Ну да, про Бога! Апрель — это Бог! — шмыгнул носом Сергей.

 

А когда мы все посмотрим в глаза его,

На нас из глаз его посмотрит тоска.

 

В долю секунды смысл слов песни дошел до меня, и окружающая действитель-ность перестала существовать — я слышал лишь голос Цоя и мерные сигналы метронома, они гулко отдавались в моем сердце. Стало не по себе.

День как-то прошел, совсем обыденно. Когда я дома лег спать и попытался заснуть, в моей голове вдруг зазвучала эта песня, и возник образ — за пеленой дождевых струй про-явилось лицо. Глаза его внимательно смотрели на меня, будто все зная и понимая. Я за-жмурился сильнее, но образ не исчезал, лишь звуки метронома усилились и дождь полил как из ведра. Мне не было неудобно от такого все понимающего взгляда, лишь вдруг ста-ло нестерпимо стыдно. Я уснул.

 

— Удочку себе купил!??? — удивился я, слушая напарника вполуха, но зацепившись вниманием за слово «удочка»; Сергей никогда не был рыбаком, я это знал точно, и его вы-бор меня крайне удивил. — Зачем тебе удочка, Серый!???

— Как зачем, Роман!? — даже чуть обиделся он. — Рыбу ловить! Буду на рыбалку ез-дить! Ты, вон, качаешься в зале, у тебя есть хобби! Вот и у меня будет хобби!

— Да ты же тоже собирался вроде как качаться, — улыбнулся я. — Штангу купил на дачу, сам говорил… Кстати, как она поживает, таскаешь ее?

— Таскаю! — резко буркнул Сергей.

Я перевел взгляд на Веру, встретился с ее улыбающимися глазами, заметил, как она спрятала сарказм в улыбке, все понял. Мы сидели в офисе.

— Блин, Серый, ты не перестаешь меня удивлять — купил удочку! — я хмыкнул, пока-чал головой. — Сколько ж денег отдал?

— Семнадцать тысяч! — выпалил тот, словно величина суммы должна была снять все вопросы разом.

— Семнадцать тысяч!!!??? — выкатил я глаза, мои брови уползли чуть ли не на заты-лок. — Серый, блять, это ж пиздец!!! Семнадцать тысяч!!! А че такую дорогую-то!?

— Роман, я может, собираюсь всерьез рыбалкой заняться!? Вечно вот ты сразу начи-наешь эти свои расспросы!

— Серый, да я не расспрашиваю, я просто удивляюсь… Я прикидываю, если бы я решил заняться рыбалкой, ну, купил бы сначала какую-нибудь дешевую удочку, набил бы на ней руку, опыта бы поднабрался, а там уже было ясно, какую удочку покупать получ-ше… А то ты отдал такие деньги, а вдруг она не совсем такая, какая нужна… они ж там разные бывают… хотя, я в этом ничего не соображаю, это правда, ладно, купил, так купил! — отмахнулся я, все еще пребывая в удивлении.

— Роман, ну там я за эти деньги много чего купил! — стал будто оправдываться напарник. — Там же еще ящик специальный я купил, там все эти грузила, крючки лежат по коробочкам, все же разных размеров, все по своим местам…

Сергей начал пространно объяснять особенности рыбалки, я слушал совершенно без внимания, лишь покачивая головой, улыбаясь и периодически посматривая на Веру.

— А что, я тоже буду ездить на рыбалку! — выдала вдруг она, словно в поддержку ре-шения мужа. — Вы же будете меня брать с собой тоже да, мальчики!?

— А с кем он собрался на рыбалку-то ездить, Вер? — кивнул я в сторону Сергея.

— Да есть там один рыбак заядлый у нас, живет в соседнем подъезде, — поморщила носик Вера, отмахнулась, улыбнулась.

Я покачал еще раз головой, пытаясь представить вместе Сергея и рыбалку, у меня ничего не вышло. Затея казалась мне такой нелепой, что я даже не стал искать ей разумно-го объяснения.

 

Мы с Сергеем отвезли еще одну сумму денег в счет «однушки» и на этом останови-лись. По обеим строящимся квартирам мы оплатили приблизительно половину стоимости и, по настоянию Сергея, заморозили платежи на год.

— Роман, ну какой смысл щас выплачивать всю сумму, когда мы можем покрутить эти деньги еще год и заработать на них? — привел Сергей самый веский аргумент. — Все равно еще до конца строительства два с половиной года. Я предлагаю пока не носить деньги в квартиры! Они сейчас уже так быстро не дорожают, поэтому можно не торопить-ся нести… А где-нибудь за годик до окончания строительства начнем уже деньги носить туда и выкупим квартиры уже полностью!?

Сергей настаивал, но замолк, смотря на меня вопросительно.

— Ну в крайнем случае, если уж цены на квартиры снова прыгнут, мы тогда быстро начнем носить туда деньги и выкупать их!? — добавил напарник.

Я согласился и записал вечером в ежедневнике — «23.08.07 35.000*2».

 

В последнюю неделю августа случился эпизод, который, как и прочие, запал в мою память и застрял в ней неуклюже, осел в подсознание и затих там неразгаданным. Мы еха-ли на «мазде» втроем. Сергей вел машину по жаре в бесконечной пробке, Вера сидела ря-дом, я же привычно полулежал сзади. Разговор от прочих тем перешел к их даче. Сергей высказался о том, как там им всем неуютно и тесно спать.

— Серый, а че ты дом не начинаешь строить? — произнес я. — Взял бы да и начал строить… Чего вы там ютитесь в этом маленьком дачном домике?

— Роман, да, блять, теща не дает ничего там делать! — выпалил Сергей.

— А чем она тебе не дает? — удивился я.

— Роман, ну там у нас два участка, я же тебе уже говорил! И теща, эта дура старая, не хочет подписать на своих внуков этот участок! — агрессивно добавил Сергей.

— Сереж… — посмотрела недовольно на мужа Вера, оскорбившись.

Выпад Сергея в адрес матери Веры резанул слух и мне, я внутренне напрягся и гля-нул на Веру. Та ограничилась лишь именем мужа, вложив весь укор в интонацию. Лицо Веры зарделось.

— Да че — Сереж, Вер!? Дура, она и есть дура!!! Если она себя так ведет!? Села как крыса старая на своем участке и держится за него, не давая жизни ни себе, ни другим! — почти прокричал Сергей уже с неприкрытым гневом и злостью, глянув на жену.

— Сереж, ну может, хватит!?? — уперлась та, запылав краской сильнее.

— Вер, нет, не хватит!!! Эта крыса сидит на своем участке и постоянно вставляет мне какие-то штыри!!! — проорал в лицо жены Сергей, крутя головой между ней и доро́гой.

Я перевел взгляд на Веру, мне интересна была ее реакция. Обстановка в машине за несколько секунд накалилась до открытого конфликта. В моем понимании Сергей пере-шел черту — нападки на родителей для любого человека есть самая настоящая провокация. Такие выпады цепляют людей за базовые жизненные установки — защита себя и своих близких. Сергей открыто напал на мать жены. Момент истины. Я смотрел сзади на про-филь Веры. Та замолкла, возмущение волнами краски пробежало по ее лицу и, не получив выхода, ушло внутрь. «Проглотила», — сделал я вывод, понимая, что Сергей откровенно плюнул в жену через ее мать.

— Серый, да ладно тебе — примирительно сказал я. — Ничем она тебе не мешает теща, просто бери и строй дом на своем участке, а не посредине на обоих, вот и все...

— Роман, ты не знаешь, и не лезь! Теща, она еще та гадина! Это Вера не такая! Не в нее пошла! — вдруг скорректировал свою агрессию Сергей, добавив примирительные нот-ки в адрес жены. — Верок — она нормальная!

Я снова глянул на Веру.

— Сереж, ну, может, хватит? — уверенней произнесла та с зачатками металла в голо-се, взгляд Веры на мгновение отвердел.

Сергей, будто уловив перемену в жене, более не сказал ни слова о теще. В машине повисла неприятная удушливая тишина. «Это не мое дело, пусть разбираются внутри семьи сами», — заставил я себя отключиться от негатива и уставился в окно.

 

Вместе с летом кончилась и тетрадь Веры, куда та педантично записывала все пе-ремещения наличных денег фирмы.

— Все, закончилась, надо новую заводить! — сказала она, записывая уже на обложке своим куриным некрасивым почерком последние строчки от 31 августа, посмотрела на ме-ня. — Куда ее девать? Тебе отдать или… Могу у себя положить, вдруг, что нужно будет пе-репроверить?

— Отставь у себя, — отмахнулся я. — Мне она зачем? Ты ж там все ведешь… Пусть у тебя будет...

— Ну тогда дома положу ее, — сунула Вера тетрадку в сумочку.

Все вышло так символично — пятница, последний рабочий день недели и лета. Со следующей недели нас становилось уже на одного меньше — уходил грузчик. Впереди ма-ячила осень — время быстрого сокращения светового дня и солнечного тепла. Осенью все убывает. И настроение природы словно передалось мне и бизнесу. Я ощутил, как вслед за осенью устремился на убыль и он. Я попытался мысленно проникнуть дальше, там виде-лась зима. Я вдруг ощутил ее холод, вздрогнул и заставил себя не смотреть вперед. «Бу-дет, как будет», — решил про себя я.

 

— Ну, пошли, Серый, поможем Сене! — выдохнул я, вставая с кресла, едва за Алексе-ем Семеновичем закрылась дверь нашего офиса. Водитель «Оптторга» привез в очередной раз товар, наша фирма жила уже в новой реальности — без грузчика.

— Да, пошли! — вздохнул Сергей, встал и вышел следом за мной. «Газон», скрипя фургоном и надрываясь двигателем, укатил к складу. Мы подошли через пару минут, «га-зон» сдал задом к воротам склада и, судорожно дернув выхлопной трубой, затих.

— Бля, как он вообще ездит!? — хмыкнул я, протиснулся мимо грузовика в склад. — Сень, ну мы пришли тебе на помощь!

Мы встали в цепочку. Алексей Семенович залез в фургон, начал подавать упаковки со стиральным порошком мне, я перекидывал каждую тут же Сергею, тот Сене, а там уже коробка ложилась в штабель.Мой взгляд зацепился за руку Алексея Семеновича, обмотан-ную, будто той же пыльной тряпкой, что и два года назад, когда я последний раз участво-вал в разгрузке его фургона. Время будто склеилось, вырезав эти два года — и вот я снова на складе, вернулся к регулярной физической работе. Не сказать, чтоб я был против. Про-сто я понимал, что это напрасно, неверный шаг в нашей работе. Но знакомый ранее с пос-тоянным физическим трудом, я без проблем вернулся на ступеньку ниже. Мы методично кидали коробки, и так же размеренно в моей голове плыли мысли. Меня удивил Сергей. Я, накидавший для себя набросок его личности, был сбит с толку решением напарника. При всех его бравых заявлениях, я уже отчетливо понимал, что Сергей всячески избегает физи-ческого труда в своей жизни. А тут, нате, он же и предложил нам исполненять функции ушедшего грузчика. В чем причина? Единственное, что пришло на ум — экономия на зар-плате грузчика. Сомнительная логика. Но я, принявший ранее важное решение, заглушил внутри себя все возражения. В тот день мы выгрузили около двух тонн товара. Сергей, от-дышавшись и отерев лоб, произнес: «Сень, ну накладные запишешь в книге прихода и за-несешь тогда в офис, Вера поставит на приход!»

— Хорошо, Сереж! — запрыгал между поддонами Сеня. — Я щас, быстро!

— Сереж, а мои мне накладные подпиши и печать поставь! — сказал Алексей Семе-нович, стоя в полный свой невысокий рост в фургоне «газона» и бесконечно поправляя кепку на затылке.

— Алексей Семеныч, ну заедешь в офис, Вера тебе там шлепнет печать! — благодуш-но выдал Сергей, поливая ладони водой из пластмассовой баклажки, отмывая их от пыли и стряхивая. — У меня ее с собой нет.

— Сереж, а роспись, роспись поставь! — спохватился водитель.

— Блин, Алексей Семеныч… — покачал головой Сергей. — Сень, дай ручку!

Кладовщик метнулся к соседнему штабелю, схватил авторучку с импровизирован-ного стола из коробок, с выкриком — Вот, Сереж! — передал ее.

Напарник небрежно и резко расписался в трех бумажках и протянул их водителю, вышел со склада, кинув фразу за спину: «Пока, Алексей Семеныч!»

Я распрощался с водителем, вымыл руки и вышел следом.

 

— Так, вам отчеты делать или нет!? — произнесла Вера после обеда во вторник, 4 сентября, едва разобралась со своими текущими делами. — А то вы что-то молчите...

— О, я и забыл! — встрепенулся я. — Да, Вер, делай, как обычно, два экземпляра!

— Мне не делай… — буркнул Сергей, отмахнулся, сидя за столом, скрестил руки на груди. — Мне не надо, Вер...

— О, а че эт тебе отчеты не нужны!? — удивился я, глянул на Веру, та тоже замерла с растерянным видом. — Не будешь брать что ли!?

— Роман, да зачем они нужны!? — поморщился Сергей, встал из-за стола, нажал на кнопку чайника и сунул руки в карманы штанов. — Все данные можно, вон, у Веры в ком-пьютере посмотреть! Ну какой смысл брать эти отчеты нам?

Сергей замер, развел руками, ожидая моей реакции, не дождался, хлопнул себя по бедрам руками, добавил: «Я бы не стал их больше брать. Нет смысла...»

Я перевел взгляд на Веру, та замерла в ожидании нашего решения, посмотрела на меня: «Так делать вам отчеты или не делать!?»

— Да, делай, Вер! — кивнул я, решив. — Мне делай.

— Мне не надо! — ответил Сергей на вопросительный взгляд жены. — Ромке, надо, ну, ему делай! Мне не надо! Я их больше не буду брать...

Сергей скривился, отмахнулся, налил себе чаю, сел в кресло.

— Тебе, значит, делать все равно? — уточнила Вера, уставившись на меня.

— Да, мне делать все равно! — почти по слогам отчеканил я. — И этот отчет, какой компьютер формирует, тоже печатай.

— А я его всегда печатаю, как ты тогда сказал, я и печатаю! — сказала Вера и приня-лась за сведе́ние отчетов.

— Да зачем они тебе нужны? — помотрел на меня Сергей и поморщился. — Чего там смотреть? Все есть в компьютере и у Веры в тетрадке записано...

— Серый, ну пусть будут! Порядок, есть порядок… — развел я руками.

— Ох, Роман… — произнес напарник, покачал головой. — Я просто не понимаю, че ты вот с ними делать будешь? Я тебе рассказывал, как Давидыч в «Саше» у нас складывал столбики в отчетах, проверял, чтоб все сходилось?

— Рассказывал, — кивнул я. — Да не, Серый, на самом деле, я беру отчеты не для того, чтобы какую-то там найти ошибку! Мне просто интересно, как мы работаем… Просто ана-лизирую, чтоб знать текущую ситуацию… Я же понимаю, что эти отчеты они от руки Ве-рой сделаны и там можно, при желании, написать все, что угодно...

— Да не, ну как это — все, что угодно!? — надулся возмущением Сергей. — Как у нас есть, так Вера все и разносит по таблицам...

— Да не, я не о том, что Вера там что-то не так напишет или не ту цифру посчитает… Я знаю, что она свою работу делает честно, и там все нормально в плане бухгалтерии у нее… И отчеты эти они так, больше для себя… Просто, ты ж сам понимаешь, что при жела-нии и наличии возможности деньги можно увести в любой фирме...

— Ну что значит — увести деньги из фирмы? — еще больше напыжился Сергей, будто даже праведным оскорбленным негодованием. — Как из нашей фирмы можно увести день-ги? Вера все считает, все записывает в тетрадку, в любой момент каждый из нас может взять ее и проверить!

— Серый, да я не об этом… Тетрадка ведется, таблицы заполняются, отчеты печата-ются — это все так, — улыбнулся я, глянул спокойно на напарника. — Я о другом… Возмож-ность же украсть деньги есть?

Сергей смотрел на меня, будто не понимая. Я наблюдал за его лицом.

— Просто, возможность же есть? — повторил я вопрос. — Ну… при желании… При желании же можно здесь деньги увести?

— Ну… да, — расплылся в улыбке тот, глаза его замаслились. — Возможность есть...

— Вооот… — все улыбался я. — Я тебе об этом и хотел сказать...

— Ох, Ромыч, — качнул головой напарник, вздохнул. — Ну дай мне кусочек сахара...

— Тебе один? — снова улыбнулся я.

— Да, одного достаточно… Я ж не как ты, пять кусков… — Сергей снова покачал го-ловой, принимая от меня маленький кубик сахара-рафинада. — И тебе не сладко?

— Неа, нормально, — мотнул головой я и пожал плечами.

Сергей поднес кусочек сахара ко рту, аккуратно двумя зубами надгрыз его у самого краешка и запил сахарные крохи глотком чая.

Через пять минут отчеты были готовы, принтер засвистел, выдал несколько листов. Я сгреб их, хрустнул степлером и положил отчеты на полку шкафа.

 

Рынок продолжал сжиматься. Пришла неприятная новость из «Форта» — фирма от-казалась брать на реализацию нашу парфюмерию. И это перед замаячившим сезоном. Мы разом лишились приличного объема продаж.

— Ну че, Серый, че будем делать? — сказал я, едва мы узнали эту новость вместе с очередным получением денег и сели в «мазду» на стоянке «Форта».

— Да че тут делать!? — окаменел в лице и во взгляде Сергей, сверля серо-голубыми глазами офисное двухэтажное здание.

— Может, сходишь к Екатерине Викторовне? Поговоришь с ней? — выдал я мысль, глянув в ту же сторону. — Вы же с ней вроде как в приятельских отношениях...

Сергей шумно выдохнул, буркнул: «Да можно и сходить...»

— Ну сходи, Серый, а то это пиздец! Завернули нам такой товар...

— Ладно… Тут будешь? — получив мой кивок в ответ, Сергей вышел из машины и направился к офисному зданию, прошел мимо белого «Ленд Крузера», белой «Тойоты РАВ 4», поднялся по внешней лестнице на второй этаж.

Я остался наедине с собственными мыслями. Небо ранней осени непривычно мрач-но давило сверху сплошным серым слоем облаков. Словно облака решили усилить давле-ние на нашу фирму, помогая невидимым силам. Ощущение, что я нахожусь не на своем месте и даже живу не своей настоящей жизнью, вдруг всколыхнулось в груди с новой си-лой. «Не то, все не то...» — думал я, сидя нахохлившись в машине, нервно кусая губы и рас-сеянно перемещая взгляд по окружавшей панораме. Мысль о кино протаранила мои мета-ния и утвердилась в центре внимания. «Да, надо будет сегодня посмотреть, когда в Моск-ве очередное поступление на курсы, приду домой, узнаю когда и куда и какие документы подавать, что сдавать… и буду поступать… надо решать… В этой жизни надо решать… на-до принимать важные решения… Лучше получить отказ, чем не сделать попытку… Попыт-ка не пытка… никто еще от этого не умирал...» — крутились в моей голове мысли, подтал-кивая к чему-то важному.

Сергей спустился по лестнице и вывернул из-за белых машин, пошел энергичным шагом, опустив голову вниз, смотря себе под ноги. Я попытался по его движениям, лицу понять результаты общения с управляющей «Фортом». Я смутно помнил ее еще молодой девушкой, с которой общался первый раз в бытность ее работы в магазине того же хозяи-на, когда оптовой базы «Форт» еще не существовало и в помине. Время прошло, и Екате-рина Викторовна из простого менеджера стала управляющей крупной оптовой базой. «Как бывает в жизни, никогда бы не подумал...» — пронеслось в моей голове. Сергей обошел ка-пот «мазды» и плюхнулся в салон.

— Ну! Че!? — выпалил я нетерпеливо.

— Да ниче, — буркнул Сергей.

— Не оставила? — догадался я.

— Нет, еле уговорил ее оставить товар до конца месяца, чтоб хоть допродать остатки побольше, — шмыгнул носом Сергей с каменным недовольным лицом.

— Ну че сказать… хуево! — выдохнул я, уставившись сквозь лобовое стекло на ули-цу, повернул голову к напарнику. — А че сказала? По какой причине?

— Сказала, что сами будут возить парфюмерию.

— Ааа! Ну… — запнулся я, осознавая угрозу такой перспективы. — Мысль то, конеч-но, нормальная… Раскрутиться на чужом товаре, посмотреть, как продается, а потом на-чать свой возить… Бля… хуево, что под раздачу попали...

— Да там не одни мы, там еще много кому товар завернули, — сказал Сергей, тоже ус-тавившись немигающим взглядом перед собой.

— Короче, не спасло нас твое знакомство с Екатериной Викторовной… — произнес я философски.

— Да, Роман! Такая вот Катюха! — сказал Сергей, завел машину. — Сидит там задрав нос, общается на «вы», а раньше танцевала со мной на корпоративах, на танец сама приг-лашала, обнимала, называла ласково Сережей… в глаза заглядывала… А сейчас так вот...

Я повернул голову вправо, добавил: «Раньше, Серый, она была девочкой-менедже-ром в засратом розничном магазине, а ты был менеджером оптовой базы, а теперь она управляющая крупной оптовой базы, купила себе джип «РАВ 4» белый, а ты возишь ей товар на реализацию и ездишь на подержанной «мазде»...

— А это ее что ли «РАВ»...!? — встрепенулся Сергей. — Это не ее джип!

— Ее… — кивнул я, добавил. — Ее машина… Я видел, как она из нее выходила.

Вечером того же дня я трясся домой в переполненном «пазике» по разбитой Ок-ружной, застряв перед авторынком в длинной пробке на сорок минут, и думал всю дорогу о своем ощущении сужающегося пространства. Оно усилилось. Возникло жгучее желание что-то сделать, не сидеть, сложа руки как Сергей, а что-то сделать, двигаться дальше. И это движение не должно было быть связанным с нашим бизнесом. Дома, наскоро поужи-нав, я засел за компьютер и зашел в интернет. Сайт кинокурсов. Очередной набор. Я опоз-дал — набор на курс закончился летом, с середины ноября начиналась учеба. «Следующий набор лишь через два года. Лето 2009 года… через два года надо поступать… как раз к то-му времени все здесь закончу и приведу в порядок… квартира достроится к концу года, ле-том сделаю ремонт, перееду… остается год до лета две тыщи девятого… как раз, чтоб от-дать отцу долг за квартиру… Да, рассчитаюсь с отцом, скоплю денег на обучение, оставлю фирму на отца с Серым и уеду!» — лихорадочно накидал я план ближайшего будущего. От-легло. Мысли упорядочились. Я нащупал некую точку моральной устойчивости.

  • Месть (сценка) / Немножко улыбки / Армант, Илинар
  • Мотылек. NeAmina / Love is all... / Лисовская Виктория
  • Рам и Ламия, Зима Ольга / В свете луны - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Штрамм Дора
  • Весточка / маро роман
  • Притон в полушариях (Общежитие) / Семушкин Олег
  • Rainer Rilke, капитель / РИЛЬКЁР РИЛИКА – переводы произведений Р.М.Рильке / Валентин
  • Равнодушие / Имя моей Музы - Боль / Клюква Валерия
  • Чужие / Пара фраз / Bauglir Morgoth
  • Kartusha - Время дождей / Собрать мозаику / Зауэр Ирина
  • "Не хочу"  / Легкое дыхание / Изоляция - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Argentum Agata
  • День 11 / Серая Кукла / Grey Elizabeth & Dorian

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль