Глава 045

0.00
 
Глава 045

ГЛАВА 45

 

— О чем задумался? — кинул на меня взгляд сквозь солнцезащитные очки Сергей. Мы стояли на «мазде» в автомобильной пробке. Наступило лето — жара захватила город, объяв его горячим воздухом, расплавив асфальт и наводнив дороги неуверенными води-телями. С приходом тепла машины этих «подснежников» влились в автомобильные арте-рии города, увеличив пробки и заторы в разы.

— Да так… — буркнул я, поворачивая голову от окна к нему. — О бабах думаю...

— И чего думаешь?

Я принялся лаконично формулировать собственные мысли в слова.

— Думаю о том, что чем лучше к ним относишься, тем хуевее они к тебе относятся… та же Лиля… Пиздец, я ей каждый день дарил цветы, гуляли, общались, никаких намеков не делал на секс — в общем, вел себя как положено, как любой нормальный парень, желаю-щий не на раз-два с ней, а каких-то серьезных отношений… В ответ тонны говна… Рита эта… тоже… Что ей надо было? «Ты какой-то не такой!». Чем я не такой!? Ну ладно, мо-жет быть… Я тогда бухал, курил… С ней ладно… Наташа… тоже хуй пойми че! Нормально к ней относился… Полгода о сексе даже не заикался! Блять, Серый, прикинь — полгода!!

Я поднял возмущенно указательный палец вверх.

— Вы че не трахались с ней так долго что ли?? — глянул на меня тот стеклами очков.

— Блять, Серый, ну не трахались, у меня и не было цели затащить ее в кровать поскорей! Я к ней серьезно относился, собирался нормальные отношения построить! Это, конечно, не мое дело, но, я думаю, вы там с Верой в свое время тоже не особо спешили...

Напарник задумался и через несколько секунд произнес:

— Ну да… да, ты прав, Роман! Мы где-то тоже через полгодика только начали...

— Ну видишь! — развел руками я. — Все мы делали одинаково… Только Вера за тебя вышла замуж, а Наташа соскочила...

Я беззвучно коротко рассмеялся и тут же перестал, смех шел с привкусом горечи, а он мне не нравился совсем.

— Роман, ну ты видишь, ты просто вкладываешься в баб, а я никогда не вкладывал-ся. Максимум — шоколадка, розочка… Ну, самое большое — бутылка вина! Все!

— В смысле «вкладываешься»!? — спросил я автоматически. — Не, я понял, о чем ты, но, блин… а как не вкладываться!?? Я ж не вкладываюсь, прям, не в смысле «вкладыва-юсь», а просто трачу какие-то деньги… мы гуляем, сидим в кафе… цветы… Я бы не сказал, что прям трачу много, хотя, в Лилю, да, вложился, пиздец сколько!

Я издал горький смешок и мотнул головой, будто сбрасывая наваждение тех дней.

— Да, с Лилей ты носился, я помню! Роман такой каждый день приходил на работу с красными глазами и нырял постоянно в общак, — оживился Сергей.

Машины в пробке зашевелились. Наш ряд подвинулся, Сергей выжал сцепление, воткнул передачу, «мазда» проехала метра три и вновь встала.

— Ну, не каждый день… — запротестовал я преувеличению. — Но пару раз нырял! Блять, пиздец, щас как вспомню — какая-то Лиля, я как последний еблан суетился вокруг нее, че-то напрягался, каждый день кафе, клубы, боулинги, и все равно она постоянно де-лала недовольное ебало! Пиздец! Нахуй я напрягался, сам не понимаю… каждый раз, как вспоминаю, аж передергивает...

— Ну а смысл? Ты вложился в нее, а у вас ничего не получилось… — Сергей замолк, повернул лицо ко мне и, стараясь сдержать улыбку, выпалил. — Ну ты хоть трахнул ее!?

— Да не, — мотнул я головой, отвернувшись к окну. — У меня и мыслей таких не бы-ло… Бля, Серый, я реально хотел с ней отношения построить, я не куралесил с ней ради того, чтоб просто потрахаться! Потрахаться можно и так, без этих пируэтов!

Машины в пробке задвигались, Сергей воткнул передачу, мы покатили вперед и почти тут же остановились. Сергей откинулся к окну, подпер голову рукой, произнес:

— У меня был один дрючбан, он знаешь, как таких, как твоя Лиля называл!?

Я глянул на напарника, тот, после паузы выдал: «Долбоёбки!»

— Ну, понял...? — продолжил он, заполняя мое вопросительное молчание и совершая указательным пальцем возвратно-поступательные движения. — Они мозги шарашат… А трахать себя не дают...

— Ааа… вон ты о чем… — кивнул я, скривился. — Да это понятно...

Пробка снова двинулась, диалог прервался. Я задумался, с минуту прозанимался самоедством, тяжело вздохнул, выдал: «Блять, и знаешь, что самое хуевое, Серый!?»

— Ну...?

— Самое хуевое, что я ее не любил совсем! — выдал я, ощущая, как со словами прав-ды из меня потекла горечь разочарования. Я даже не мог точно определить, чему конкрет-но я разочаровался — тому, что не вышли отношения с Лилей или тому, что я ее не любил.

— Ну она ж тебе вроде нравилась??

— Да нравилась, но не более… Бля, я вообще не понимаю, чего я к ней привязался тогда! — всплеснул я руками и отвернулся к окну. Я вошел в состояние исповеди. Мне ста-ло не столь важно, слушает ли меня Сергей или нет, важно было выговориться. Камень нескладывающихся отношений с девушками, лежащий все большей тяжестью на душе, меня начал тяготить безмерно. Я жаждал от него избавиться и выговориться. Я тут же сам себя поправил, стараясь в мешанине мыслей выстроить правильную цепочку случившего-ся. — Вернее, я понимаю, конечно! Просто, знаешь, уже возраст такой, двадцать восемь лет, почти тридцатник, и ты без семьи и детей, а все уже давно попереженились… и вот начинаешь думать — блять, хорош болтаться одному, надо найти нормальную девушку, жениться на ней, завести детей и жить нормальной жизнью! И вот все из-за этих мыслей, понимаешь!?

— Роман, да понимаю я тебя! — сказал Сергей, маневрируя в быстром потоке машин, мы катили по Окружной.

— Странная херня получается — хочешь как лучше, а получается только хуже… так и с Лилей тоже… Блять, я как дурак запал на эти ее сиськи четвертого размера! Пиздец, Ро-ма, ты дебил!

— Га-га-га!!! — раздался циничный намеренно унизительный смех Сергея.

— Да, Серый, блять, кому сказать, вот так же смеяться будет, как ты! — засмеялся и я. — Вот такая хуйня, хочешь — верь, а хочешь — нет!

Я замолк, перевел дыхание, пару раз довольно хмыкнул, вспомнив слова Лили при знакомстве, о том, что я пялился на ее грудь, пока диктовал свой номер телефона.

— Роман, да я верю тебе! Кто ж откажется от хороших больших сисек! — сказал на-парник и через паузу добавил. — Я сам иногда по таким скучаю...

Я деликатно не стал комментировать последнее, перед глазами всплыла фигура Ве-ры, стройная, но с маленькой грудью.

— У Натахи твоей тоже были нормальные… — продолжил Сергей.

— Да, у Натахи там все было в порядке! — кивнул я. — Там вообще все идеально! Грех жаловаться… Уж до чего я привередливый насчет женщин, но у Натахи просто точе-ная фигурка!

— Да, Натаха твоя нормальная такая была… ровненькая! Баба должна быть ровнень-кая… Веро́к такая же была в молодости...

— Серый, это не мое, конечно, дело, но по-моему, у Веры твоей и сейчас хорошая фигура… уж после двух детей-то...

— Не, Роман, ты не видел Верка в молодости, сейчас… Не, Верок и сейчас для своих лет выглядит очень хорошо, я понимаю! Но все равно… двое детей… После Лёньки у нее еще и проблемы со спиной начались...

— Блин, Серый, вы вот с Верой даже похожи внешне! На вас смотришь и сразу видно — муж и жена! — выдал я эмоцию, оставшуюся во мне от первой встречи с Сергеем и Верой как семейной парой, на моем дне рождении как раз после нашего объединения.

— А я сразу как увидел ее, понял — вот моя жена! — сказал Сергей, притормозил, ма-шина остановилась. Напарник задрал привычным движением очки вверх, поставив их на надбровные дуги, потянулся рукой назад за сидения, выудил оттуда бутыль минеральной воды и сделал несколько глотков, сунул бутыль обратно, утер губы тыльный стороной ла-дони. Уже съехав с Окружной, мы снова застряли в пробке.

— Че, серьезно!? — удивился я, ощутив прилив жгучего интереса, возникавший всег-да в моменты витания легкой мистики в словах и событиях.

— Да, помню, мы сидим с пацанами у одного на квартире, и заходит несколько баб, там одна была знакомая дрючбана этого, и она подруг привела с собой, и заходят они та-кие, и последней заходит Вера, и я сразу такой — вот моя будущая жена! — щелкнул паль-цами Сергей, ткнув указательным вперед сквозь лобовое стекло.

— Че, прям вот так и подумал!? — проникся я почти детским восторгом.

— Да! Я и сам не знаю, почему так решил, а вот так! — Сергей моргнул пару раз и уставился вперед, взгляд подернулся воспоминаниями. — Да ко мне вообще бабы постоян-но липли! Мы с пацанами вот так собирались на хатах и баб каких-нибудь звали знако-мых… А че там бабам надо, взял гитару в руки, поиграл немного… Пацаны даже в компа-нии, как куда шли, говорили — Лобова с собой не брать! А то все бабы будут его, нам не достанется… Баб много разных липло, а вот как про жену ни про какую не думал, только про Верка́ подумал...

— Да, классно! — восхитился я превратностью судьбы. — У меня такого ни разу не было… а может, было… да нет, не было! Такого не было все же! Даже когда любил одну, помню, любовь была пиздец какая, но вот такого ощущения не было… То есть я хотел на ней жениться, да! Но… да и все!

— А у тебя было такое? Любил? — Сергей оперся локтем в опущенное стекло и под-пер рукой голову. Пробка стояла, летнее марево парило над асфальтом.

— Было конечно… — кивнул я, смотря в свое окно, сознание нырнуло в приятные и одновременно болезненные воспоминания. — Ну а как без любви, Серый?

— Роман, да хер его знает, как лучше, — вздохнул тот. — Я всегда выбирал только из тех баб, каким нравился сам! А то носишься с этой любовью… весь влюбленный… и баба тебе нравится… а она потом делает какую-нибудь херню и у тебя мозг взрывается!

Сергей взмахнул руками, резко растопырил перед собой пальцы, изображая взрыв.

— Бля, да, это хуево… — качнул головой я. — И не знаешь, как быть… и нравится… и приходится все это терпеть...

— Даа… — встрепенулся Сергей, дернулся, будто тема разговора ступила на больное место его памяти. — Ты идешь с бабой на концерт… она тебе нравится… Раньше же были концерты всяких звезд в дворце спорта, помнишь? Я не знаю, есть они щас или уже нет...?

— Есть наверное… — пожал я плечами. — Это ты что ли ходил туда на концерт?

— Ну да… помню, приезжала к нам группа одна… «Ласковый май» что ли… Я уже не помню… Ну, какая-то такая! — Сергей поморщился, завертел рукой перед лицом.

— Ну да… девочкам такое нравится! — заулыбался я.

— Даа… и ты когда ведешь ее на этот концерт, она говорит, что хочет в туалет, ты ее ждешь в фойе… А туалеты там же внизу! — Сергей поднял руку и нырнул кистью в возду-хе в невидимый подвал.

— Да, да, там вниз надо идти, помню! — закивал энергично я.

— И ты стоишь, ждешь ее полчаса, а ее нет… а потом спускаешься вниз, а ее там в туалете… — Сергей нервно дернул несколько раз руками на себя, изображая половой акт.

— Да ладно!??? — уставился я на напарника, онемев от услышанного.

— Ну да… вот так! — выпалил Сергей очень эмоционально и с болью в голосе.

— Бля, жесть, Серый! — вытаращился я на него.

— Да, Роман — жесть! Такая она жизнь — ты весь в любви, а тебе в голову штырь та-кой засовывают! — кивнул Сергей и указательным пальцем проткнул воздух перед собой, замолк, через мгновение воткнул первую передачу, машина покатилась вперед.

Некоторое время ехали молча. Сказанное Сергеем не укладывалось в моем созна-нии, вызвав легкий шок. Я представил себя на его месте, вздрогнул, даже незаметно пере-дернул плечами и понял, что не хотел бы оказаться в схожей ситуации. Поворот налево, въехали на территорию «Родного края», гравий зашуршал под колесами. «Мазда» подка-тила к двум стоящим красным фурам и остановилась.

— Да вроде с виду все нормально… — сказал я, всматриваясь в рутинную суету рабо-чих у складов. — Надо сходить наверх в торговый зал, там пошляться...

Мы приехали в «Родной край» не просто так — по городу все настойчивее ползли слухи, что дела у этой фирмы идут все хуже. Наш торговый оборот с «Родным краем» был небольшим, но терять даже такую сумму денег не хотелось. Мы прошли через весь двор и поднялись в торговый зал. С виду все в «Родном крае» было по-прежнему — склады рабо-тали, торговый зал тоже, девушки-менеджеры сидели за компьютерами. Спустя пять ми-нут мы вернулись в машину.

— Не знаю, вроде все нормально, но лучше не рисковать… — сказал я.

— Да, Роман, надо отгружать прям сумму в сумму, иначе можем встрять… Даже на-до не первыми отгружать, а только после того, как они наш заказ привезут и грузить товар в их машину, — сказал Сергей, я согласился, мы выехали в обратный путь.

— Бля, Серый, ну вот ты как с бабами знакомился, как ты их выбирал-то!? — выпалил нетерпеливо я, снедаемый ворохом мыслей в голове.

— Роман, да по-разному! — сказал Сергей, выкатившись вправо с гравия на асфальт улицы, глянул на меня сквозь очки; я не видел взгляда, но почувствовал его смысл — Сер-гей хотел уяснить глубину моего интереса. — Я, например, всегда стремился попасть к ба-бе домой неожиданно, чтоб посмотреть, как живут, чисто ли у нее дома, и не ходит ли ее мать вся растрепанная по квартире в каком-нибудь засаленном халате!

Голос Сергея по окончании фразы, вдруг стал тише. Следующую фразу я не услы-шал, на пару секунд уйдя в размышления. Меня ошарашили и удивили слова напарника, я поразился их простоте. Сергей не пустился в пространные философские размышления и теории, всегда красиво звучащие, но бесполезные на практике. Он четко выдал простой практический прием, над которым я и задумался.

— Блин, Серый, а нормальный ход! — воскликнул я и уважительно посмотрел на не-го. — Я бы никогда до такого не додумался!

— Роман, да конечно нормальный! На людей надо же смотреть в их обычном состоя-нии, а не тогда, когда они стараются выглядеть лучше… Так любая баба понамажется и уберется к твоему приходу… Баба должна быть ровненькая, чтоб с ней не стыдно было куда-нибудь выйти...

— Блин, это слово — ровненькая! Сколько раз слышу, все удивляюсь ему...

— Ровненькая, ну это чтоб и фигура была и… — начал пояснять Сергей.

— Да не, Серый, я смысл то понял! Просто слово такое интересное...

— Роман, ну это жизнь! — всплеснул руками Сергей. — Ты же себе бабу ищешь для жизни, а не просто на потрахаться, правильно!?

— Да понятное дело, — кивнул я.

— Ну а раз так, то надо смотреть, какая она в жизни — какие отношения у нее с ма-терью, какая мать у нее, как она в хозяйстве себя ведет… Семейная жизнь — это серьезно, Роман… Кто-то должен детям жопы вытирать и следить дома за порядком… Не ты же бу-дешь все это делать?

Сергей посмотрел на меня, оторвав взгляд на секунду от дороги.

— Да нет, не я… — замотал головой я и улыбнулся, усвоив этот простой урок.

Мы выехали, наконец, из города и покатили по прямой в поселок.

— Есть охота, — произнес я, когда «мазда» прокатила по центральной улице поселка мимо киоска с фастфудом.

— Сейчас заберем Верка́ из офиса, да поедем на обед… Самому уже есть охота… А то у меня поджелудочная же… А с больной поджелудочной нельзя долго быть без еды...

— Да?

— Да, надо каждые два часа по чуть-чуть, но есть...

— Жесть… Я даже не знаю где эта поджелудочная у меня… Зато у меня желудок… У каждого свое, короче… — вздохнул я, созерцательно пялась на строящийся храм, «мазда» свернула около него влево на Т-образном перекрестке и покатила вниз. Съехали с асфаль-та на грунтовку, затряслись на кочках к переезду. Я продолжал полулежать на сидении, лениво от жары посматривая в окно. Переезд. Домик у переезда. Из домика вышла девуш-ка в одежде служащей железной дороги и замерла на пороге, став взглядом вести «мазду». Я удивленно уставился на нее, выйдя на мгновение из расслабленного состояния. Удивле-ние вызвала красота девушки. Высокая стройная брюнетка встретилась со мной взглядом и, словно прочитав мои мысли, залилась стыдливым румянцем на щеках и отвела глаза. «Мазда» проехала мимо, перестукивая колесами по рельсам.

— Да, ровненькая… — озвучил мои мысли Сергей.

— Красивая девушка… — буркнул я, продолжая думать о ней, вдруг встрепенулся. — Вот что она тут делает а, Серый, на этом переезде!?

Я подскочил на сидении, обернулся — девушка смотрела нам вслед.

— Смотрит… — произнес я.

— Кто, она!? — оживился Сергей и приподнял взгляд к зеркалу заднего вида. — Ну и познакомься с ней или слабо?

— Слабо-не слабо… Она ж мне не настолько нравится, нравилась бы сильно — позна-комился бы… — сказал я.

— С ней бы!??? — посмотрел на меня фасетами очков Сергей, его удивление было за-метно даже сквозь стекла.

— Ну да… а че тут такого? Как будто она не человек что ли… — сказал я, уловив в во-просе напарника его же и ответ — Сергей бы не познакомился.

Мы свернули к заводу. Перед моими глазами по памяти явились образы — старые обрюзгшие тетки в фуфайках зимой у переезда и девушка — молодая, стройная красивая.

«Уходить тебе оттуда надо, останешься — пропадешь, станешь такой же старой тет-кой на этом забытом Богом переезде, и жизнь твоя пройдет впустую!» — мысленно сказал я девушке, и «мазда» вкатила на территорию завода.

— Верок, поехали на обед, — сказал Сергей, едва мы вошли в офис.

— Что, уже пора? — оторвалась та от монитора, прекратив что-то усиленно печатать.

— Да, поехали, а то у меня поджелудочная заныла! — сказал Сергей нетерпеливо.

— Сереж, тебе надо подписать накладные, вот, я набила тут… — начала Вера.

— Вер, потом подпишу! Поехали! — отрезал Сергей.

Вера вскочила, быстро собралась и вышла за нами следом.

Через час мы вернулись в офис. Сергей уселся за стол и закинул руки в замке за го-лову, я сел у двери и сыто потянулся.

— Сереж… накладные… — подала голос Вера.

— А да, Верок! — шумно выдохнул напарник, скинул руки с затылка на стол, взял авторучку. — Давай...

Увесистая стопка накладных перекочевала с одного стола на другой.

— Ого! — удивился я. — Это официальные да, Вер?

— Ну да, — махнула та рукой, поморщив носик. — Я сбила товар с официального скла-да по наличке...

Сергей начал расписываться в накладных — старательно, словно на уроке каллигра-фии, его рука выводила по две подписи на каждой накладной, откладывала бумагу в сто-рону и принималась за следующую. Сосредоточившись на процессе, получая от него удо-влетворение, он выводил крупные завитушки и завершал подпись размашистой загогули-ной, взлетая рукой вверх по бумаге.

—… и товара у меня там осталось мало… — добавила Вера, скрестив руки на груди, глянув на мужа и меня.

— Серьезно что ли??? — озадачился я.

— Да, сбивать почти нечего уже… — закивала Вера, глядя на меня вопросительно.

Сергей, полностью погрузившись в процесс, совершенно нас не слышал.

— Вер, ну… в принципе можешь начать немного вперед сбивать те позиции, каких у нас много… — сказал я, задумавшись. — Даа… нехило мы в налик продаем… товара уже не хватает на официале...

Я смотрел на Веру, она на меня.

— Если уж совсем нам станет там невмоготу, Вер, то мы попросим кого-нибудь, тот же «Люксхим», пару раз нам привезти товар в налик… Кстати, нормальная мысль! И мы сможем дополнительную скидку с них срубить за нал, и они будут рады живым деньгам! Так что сбивай вперед спокойно, Вер!

Я облегченно отмахнулся, посмотрел на Сергея, тот заканчивал с накладными.

— Все, Верок, завизиви… завивизи… зазивизи… — Сергей запнулся.

— Завизировал, — подсказал я, улыбнулся.

— Да! Все! Завизивировал! — выпалил тот, собрал бумаги и торжественным жестом передал жене, посмотрел на меня. — Девятнадцать накладных подписал!

— Контора пишет, — кивнул я улыбнувшись.

 

Торговля держала обороты. Дихлофосы на керосине разлетались по клиентам горя-чими пирожками. Мы стали получать заказы даже от тех фирм, которые ранее принципи-ально торговали лишь дихлофосами на спирту.

— Роман, «Сфера» заказала дихлофосов! Угадай сколько!? — выпалил Сергей, влетев в офис в обед в середине предпоследней недели июня.

— Ого! «Сфера»! Круто! — обрадовался я, понимая, что вообще любой заказ на дих-лофосы от этой крупной фирмы можно считать за удачу. — Серый, ну, не знаю… коробок пятьдесят...?

— Триста! — выдал тот и поставил, почти бросил, портфель на кресло у двери.

— Нихера себе! — мое лицо отвисло от удивления. — На реализацию?

— С отсрочкой в десять дней! — Сергей глянул на кресло, снял портфель, поставил его на пол и плюхнулся на его место.

— Серый, ты еще и умудрился в отсрочку! Пиздец! Ты просто волшебник! — все еще находился я под впечатлением от столь значимой удачи. Я понимал, что именно ситуация с дефицитом дихлофосов позволила нам сильнее проникнуть в «Сферу».

— Но отвезти надо сегодня… они просили! — добавил Сергей.

— А Петя же уже уехал со вторым рейсом… — произнесла Вера, вопросительно гля-нув на меня. Я посмотрел на Сергея, тот поставил ноги на шестипалое основание кресла и задрыгал ими.

— Таак… а Петя уехал… — произнес Сергей, скрестил руки на груди и принялся энер-гично жевать губу. — Как же быть?

— Может, Анатолий Васильевич отвезет? — глянула на меня вопросительно Вера.

Я перевел взгляд на Сергея, тот смотрел на меня и дрыгал ногами.

— А Анатолий Васильевич смог бы подъехать? Он сейчас не занят? Он работает во-обще или нет? Чем он сейчас занимается? — выдал Сергей череду вопросов.

— Ну, вообще он работает. Возит одной фирме-производителю полуфабрикаты… — сказал я. — Но, он там, насколько я знаю, не сильно загружен, думаю, если он сегодня сво-боден, то может отвезти в «Сферу»...

— Ну че, позвонишь Анатолию Васильевичу? — вновь задрыгал едва угомонившими-ся ногами Сергей.

Я позвонил отцу, тот был дома.

— Отвезу, — хрипло сказал в трубку отец. — Мне выезжать?

— Да, приезжай сейчас… давай, да… ждем… пока, — сказал я и отключился.

— Приедет? — жевал нервно губу Сергей.

— Да, сейчас приедет, — кивнул я.

В офисе повисла неудобная тишина. Ее прервал телефонный звонок. Вера выудила мобильник из сумочки. Звонил ее брат.

— Че он хотел? — посмотрел Сергей на жену, едва та закончила диалог.

— Сереж, надо будет Ваню забрать с собой сегодня, как поедем на дачу! — выдала торопливо Вера, словно боясь в ответ услышать «нет». — Он там останется на всю неделю.

— Ну… — всплеснул руками Сергей. — Если надо, то заберем...

— А че, Ванёк не работает что ли? — поинтересовался я.

— Сейчас нет, не работает, — с сожалением в голосе произнесла Вера.

— Да он на прошлой работе так наработал… — отмахнулся Сергей, скрестил руки на груди и надулся.

— А че случилось то? — перевел я взгляд с него на замявшуюся Веру.

— Да Ванёк там на работе пиво разбил, его и выгнали… Ну знаешь, когда в машине стоит пиво в ящиках один на одном до верху… а они его по точкам развозили и выгрузили пиво на предыдущей точке, а Ваньку́ надо было снять верхние ящики, чтоб не попадали, а он не снял… они поехали, машина тронулась и ящики все попадали в кузове… — Сергей изобразил рукой вертикальный столб, падающий плашмя на горизонтальную поверхность.

— Ааа… — протянул я и криво ухмыльнулся, вспомнив свой такой же случай с пивом. — Падало и у меня пиво… было дело… Лилось из щелей в кузове на асфальт, весь перекрес-ток потом вонял пивом… Эт че, теперь Ваньку платить же придется за разбитое пиво?

— Да с него уже вычли с зарплаты и уволили… или не все вычли… Я точно не знаю, — отмахнулась Вера от неприятного обсуждения ее брата.

— Да Ванёк — идиот! — махнул рукой Сергей.

— Серёёёж! — вспыхнула щеками Вера и осуждающе глянула на мужа.

— Да а че, Вер!? — вытаращился тот на жену. — Ванёк — дурак! Ехать в рабочее время экспедитором и упиться пивом, так, чтоб спать в кабине, это умный что ли!?

— А че, он бухой что ли ехал!??? — удивился я.

— Да! Он пива нахлебался и под этим делом весь день работал… уснул даже в каби-не… — отмахнулся Сергей, усилив жестом безнадежность в голосе.

— Да уж… — приподнял брови я, глянул на Веру. — Что-то Ванёк твой...

Я не договорил, замолк, видя, как Вера от стыда залилась краской. В комнатке сно-ва стало тихо.

— Че, Анатолий Васильевич едет уже? — произнес Сергей, глянув на часы на внеш-нем экране телефона. Раскрыл мобильник с хрустом, обтер аккуратно его экран об штаны, бережно закрыл телефон, полюбовался им в руке, сунул в карман.

— Да, едет, — кивнул я, улавливая кожей, как воздух в комнатке начинает наэлектри-зовываться. — Давай, пробьем накладную, схожу на склад, отдам ее Сене...

Через пять минут я вышел из офиса. Еще через десять к складу подъехал отец, по-догнал «газель», надел рабочие перчатки и по привычке полез в кузов.

— Вылезай, па, — сказал я, помня о сорванной спине отца, и прыгнул в кузов сам.

Сеня с сыном принялись подавать мне коробки, я — укладывать их в кузове. Через двадцать минут я спрыгнул с машины, отец прохаживался снаружи склада и курил.

— Накладную вечером дома мне отдашь, — сказал я ему.

— Все? — посмотрел на меня отец колючим изучающим взглядом. — Можно ехать?

— Да, все, — кивнул я. — До вечера, па...

Отец сделал последнюю затяжку, откинул бычок в сторону и сел в кабину. Я пошел в офис. Позади завелась «газель», обогнала меня и укатила прочь. Пока машина еще была в поле зрения, я думал об отношениях с отцом — восстановились ли они, стали ли снова нормальными? Перед глазами стоял взгляд отца. И то, что Сергей не пришел следом за мной на склад, я тоже отметил.

 

— Блин, круто мы, конечно, придумали с этим объединением! Я и не думал, что у нас так охуенно все получится! — выдал я вслух охватившие меня мысли, едва мы с Серге-ем покатили на «мазде» в очередную поездку в город. Машина пропылила мимо проход-ной, выкатилась на грунтовку и завихляла на кочках.

— Не думал!? — глянул на меня Сергей удивленно.

— Не, ну, думал, конечно, что у нас получится! — заерзал я на сидении, сев вполобо-рота к напарнику и настроившись на долгую беседу; последнее время я вошел во вкус на-шего общения тет-а-тет, узнавая все больше нового для себя, открывая другие грани жиз-ни через призму приобретенного Сергеем опыта. — Я и не сомневался даже… Но я не ду-мал, что получится настолько круто, Серый! Я прикинул, что «Аэросиб» точно даст объе-мы бо́льшие, чем «Люксхим», поэтому объединятся можно было… А ты еще и все осталь-ное принес с собой, и все как поперло продаваться! Круто!

— Не, я примерно так и думал, что у нас выстрелит… — кивнул Сергей, смотря впе-ред на дорогу, выпятив важно губы. — Ровненько пока идем...

Я посмотрел на напарника. Лицо того будто забронзовело от собственных слов — Сергей вел машину, смотрел на дорогу, весь его образ излучал уверенность, решимость и непоколебимость. Мне вдруг стало противно от такого неприкрытого бахвальства и пусто-го позерства. В памяти всплыл другой образ Сергея — растерянного и испуганного менед-жера, оказавшегося в один миг за порогом закрывшейся фирмы и не знавшего, в какую сторону жизни ступить следующий шаг. Образ, который помнил я, не соответствовал ри-суемому Сергеем образу себя.

— То есть ты прям был уверен, что у нас вот так все сложится и будут такие прода-жи!? — не удержал я сарказм, но тот отскочил от надутого важностью образа напарника, не причинив вреда.

— Ну да, а че там… мы друг друга уже знали… у тебя были свои наработки, у меня — свои… мы хлопнули по рукам, объединились и начали работать… Контракты у нас все хо-рошие… Я примерно так и прикидывал… Да я бы ни с кем другим и не стал бы объеди-няться… Я тебе же говорил, мне были и другие предложения… Ваше даже было не самое интересное… Но вы мне как-то сразу понравились… что ты, что Анатолий Васильевич… Я тебе говорю как есть, я батю твоего сразу зауважал… да я даже и сейчас его уважаю… просто характер такой у него, я понимаю… тяжелый… Но я все равно и сейчас считаю, что сделал правильный выбор, объединившись с вами… Просто мы понравились друг другу...

Меня передернуло от последней фразы. Каждый раз она мне резала слух.

— Вот я чем тебе понравился? — добавил Сергей, взмахнув рукой.

— Серый, ты мне этот вопрос уже сто раз задавал! — выпалил я, даже не пытаясь сдержать удивление и недовольство, отчего решил ответить максимально жестко, чтоб окончательно отбить охоту у напарника когда-либо задавать этот вопрос вновь. — Я тебе в сотый раз отвечаю — я не думал о том, нравишься ты мне или не нравишься!

— Да, да, я помню! — жестко перебил меня Сергей, отмахнувшись нервно рукой. — Вы с Анатолием Васильевичем думали о «Аэросибе» и хотели его получить! И не важно, кто бы там был на моем месте...

Благодушное выражение лица напарника вмиг испарилось, он осклабился.

— Да, Серый, именно так — я шел конкретно за «Аэросибом», договор с ним оказался у тебя! Оказался бы у кого-нибудь другого, я сделал бы предложение ему!

Я отвернулся к окну, внутренне раздраженный настойчивостью напарника в совер-шенно бессмысленном для меня вопросе. Сергей потянулся вперед, взял лежащие на пане-ли очки, нацепил, скрыв недовольное выражение глаз за их стеклами.

Машина въехала на переезд, простучала колесами по рельсам, покатила вновь по кривой грунтовке. Мы тряслись в машине и молчали. Я думал о Сергее. О том, как неко-торые моменты в его поведении буквально, что ложка дегтя в бочку меда, попадали, раз от раза, в мое сознание и оставляли неприятный привкус. Я понимал, что все мы не без-грешны, что у всех в характере есть и привлекательные черты и далеко не самые лучшие. Мы живем в социуме, и нам приходится мириться, уживаться со всеми чертами характера других людей. Нас с Сергеем объединял общий бизнес и мы, как два члена экипажа под-водной лодки, вынуждены были принимать особенности личности друг друга. Очередная ложка дегтя, попав внутрь моей души, растворилась там лишь моим же усилием воли — я каждый раз прикладывал усилия для того, чтобы замечать лишь лучшее в напарнике и растворять в себе идущий от Сергея негатив.

«В конце концов, Серый нормальный малый… да, у него есть свои косяки, он обид-чив, иногда высокомерен, чванлив, нерешителен, ленив… но… но… но у нас общий бизнес и он приносит хороший доход… Не брошу же я дело, к которому так долго шел еще с отцом, только из-за того, что что-то мне там в Сером не нравится… Нормально все… Надо зарабатывать деньги, заработать на этом деле, сколько получится, а там видно будет… В Москву надо ехать… Делать тут нечего в нашем городе… С матерью жить невозможно… Отец… С отцом мы решим… долг я ему отдам… даже можно оставить ему свою часть биз-неса… В конце концов, отец имеет полное право на получение своей доли прибыли с этого дела… Да, он нагрубил и сам отказался работать, но все равно… Мы начинали дело вместе, самое трудное прошли вместе и оба имеем право получить с наших трудов дивиденды… Я получаю, а он нет… Кстати, да… хорошая мысль — ведь и вправду можно оставить просто на отца свою половину бизнеса, если вдруг мне надоест… А я бы ухал в Москву», — думал я, сидя в машине, которая наконец-то выкатила на асфальт и полетела стремительно сквозь поселок, и вдруг почувствовал, как меня нестерпимо тянет куда-то. Мысль смут-ным пятном бродила в моем сознании и все, что я смог прочесть в нем, напрягши свои ощущения, было лишь «… здесь я не на своем месте, мое место там...»

— Серый, а чем у тебя батя занимается, он же тоже бывший военный, да? — повернул голову я к напарнику, тяготясь затянувшейся паузы в нашем общении.

— Ды чем-чем… работает! — выдал Сергей, тяжело при этом вздохнув.

— А где он работает? — продолжил я, вдруг осознав, что совершенно не знаю ничего об отце Сергея и ни разу того не видел.

— Да охранником на рынке, сутки через двое...

— А че он не стал каким-нибудь своим бизнесом заниматься или с матерью твоей вместе торговать? — удивился я. — Мать же твоя торгует, могли бы они вдвоем торговать… зарабатывали бы...?

— Роман, да откуда мне знать, почему батя не торгует с моей матушкой на рынке!? — нервно ответил Сергей. — Он сказал — мне хватает! — и пошел в охрану, как с армии уво-лился… Пенсия у него нормальная, еще в охране копеечка капает...

— Ну, не знаю… Просто, могли так же, как и мы с батей в свое время, замутить ка-кой-нибудь семейный бизнес, тем более еще и Ромка есть, твой брат… — пожал плечами я.

Сергей ничего не ответил. Позже, уже когда мы вернулись в офис, он вдруг сказал:

— А мы раньше, когда занимались с отцом одним бизнесом, чуть не разбились с ним, прикинь!?

Я сидел в кресле за столом, Вера — на своем месте. Сергей же стоял посреди ком-натки и, как обычно бывало, сопровождал рассказ витиеватыми жестами.

— А ты не говорил, что вы с батей твоим чем-то занимались… — удивился я.

— Да, было там одно дело, — отмахнулся Сергей. — И прикинь, едем мы с ним ночью, до города уже осталось немного, километров тридцать… А батя мой за рулем… Ну вот, он машину ведет… и тут я смотрю, эти разделительные полосы начинают вдруг смещаться… прикинь! Я сижу, смотрю на дорогу, а полосы белые смещаются влево… и я понимаю, что мы уходим в сторону обочины… я смотрю на отца… поворачиваю голову так и...

Сергей сделал паузу, чтоб я проникся рассказом, схватился руками за голову и, ви-дя мое удивленное лицо, продолжил: «… и вижу — отец спит!»

Сергей оторвал руки от головы и схватился ими крепко за воображаемый руль, закрыл глаза, выдержал драматическую паузу, открыл глаза, произнес:

— Прикинь! Спит! Сидит вот так за рулем и спит!

Сергей замер, все еще держась за воображаемый руль и смотря возбужденным взглядом на меня, словно актер, подошедший в своем моно-спектакле к кульминации.

— Серый, это ж я тебе рассказывал эту историю про отца, который заснул за рулем, — произнес я прямолинейно, опешив, поняв, что только что услышал свой же рассказ.

— Когда это ты мне рассказывал!? — «бросил руль» Сергей, вышел из кульминацион-ного напряжения и метнул в меня удивленный и недовольный взгляд.

— Ну я тебе рассказывал, что мы с отцом ехали на «газели», до города оставалось тридцать километров, и он заснул за рулем, и я сижу и вижу эти белые полосы разметки, как они смещаются влево и смотрю на отца, а он спит за рулем! — сказал я, будучи столь удивленным, что бесхитростно пересказал коротко оригинал истории.

— А где это вы ехали!? — буркнул Сергей, бегая растерянно глазами по углам офиса.

— Ну мы с отцом с Москвы ехали, это было на московской трассе! — выпалил я, ука-зав рукой Сергею за спину.

— А, да нет! — отмахнулся тот. — Мы ехали со стороны Ростова на наших «жигулях», «тройке»!

— Ааа… — протянул я, будучи все еще совершенно обескураженным откровенным и наглым пересказом случая из моей жизни и выдачей его за свой!

Сергей замолк, сел у двери, бросил на меня парочку озадаченных взглядов.

Зазвонил офисный телефон. Я поднял трубку.

— Ловите факс! — бодро скомандовал голос мне в ухо.

— Привет, Сень! Ловим! — ответил я и ткнул пальцем в зеленую кнопку.

Аппарат заскрипел, из него полезла бумага с остатками нашего товара в «Мерку-рии», в конце каждой строки от руки были приписаны цифры — заказ.

— Сеня? — улыбнулась Вера.

Я кивнул.

 

— Вер, ну напечатай быстрый отчет! — сказал я, продолжая отслеживать рост денег фирмы. Сумма приближалась к круглой цифре. Принтер засвистел и выдал лист. Я подтя-нул к себе калькулятор, начал сводить цифры. Сергей, сидя в кресле у двери, бросил на меня любопытствующий взгляд, тут же закинул боком ногу на ногу, задрыгал на весу сто-пой и скрестил руки на груди.

— Серый! — выдал я радостно, откинувшись на спинку кресла и посмотрев на напар-ника. — Поздравляю! Два миллиона!

— Два? — шмыгнул носом тот, задрыгал ногой сильнее. — По миллиону на каждого...

Сергей посмотрел на жену, добавил:

— Прикинь, Роман в двадцать девять лет стал рублевым миллионером!

— Ха! — хохотнул я. — Ты так сказал, будто ты им не стал! Оба же стали! Так что ты тоже — рублевый миллионер! Да и не в двадцать девять, а в тридцать… через месяц мне уже тридцатник...

— Да не, в двадцать девять… — с грустью в глазах произнес Сергей. — Через месяц, это через месяц… а миллион свой ты сейчас заработал...

— А ты, получается, стал им в… — я прищурил глаз, посчитал в уме. — В тридцать че-тыре… ну, тоже нормально! Хотя, ты, по сути им раньше стал! У тебя ж и машина есть и...

Я едва не проболтался при Вере, что у ее мужа есть заначка в банке из акций или денег. Я замялся, соображая, как бы продолжить фразу.

—… и квартира… хотя, я тоже купил квартиру, но, мне еще тот же ремонт предстоит, а это полмилииона точно, а ты в своей уже давно его сделал… Так что… ты им раньше стал, а я тебя сейчас догнал...

— Да не, — поморщился Сергей и мотнул головой, будто случилось что-то неприят-ное и его тяготившее. — Квартира и ремонт — это просто расходы, вещи! Это не считается.

— Ну, у меня же нет машины! — сказал я.

— Да она тебе и не нужна, по сути! — с налетом отчаяния и раздражения возразил Сергей.

— А, ну эт да… Мне она нафиг не нужна...

— Вот именно! Нужна была бы, давно бы купил. Тебя просто и так все устраивает.

— Нууу… — задумался на миг я, кивнул. — Вообще да! Все так! Меня все устраивает — квартира есть, машина мне не нужна, главное — бизнес, фирма работает, деньги зарабо-таю и в любой момент, вон, возьму деньги из кассы и куплю себе машину!

— Вот видишь! — с еще большей грустью, почти обидой сказал напарник и принялся, как ребенок с надутыми губами ковыряться пальцем в своем сандалии.

— Не, ну а че, не так что ли!? — развел я руками, прислушиваясь к внутреннему ощу-щению и понимая, что говорю, как есть, не кривя душой. — Что у меня не так, Серый!?

— Да все у тебя так, Роман… все у тебя хорошо… — тяжко вздохнул тот.

Пауза в минуту повисла в офисе.

— А Витя Бутенко уже долларовый миллионер, — произнес Сергей, будто размышляя вслух. И я вдруг понял, что Сергею не столько завидно, сколько безнадежно грустно. И безнадежность эта оттого, что миллионером долларовым стал такой же обычный парень, как и он. И что сумма эта была чрезмерна для понимания Сергеем, настолько велика, что ему никогда ее не заработать и не сократить образовавшийся финансовый отрыв.

Сергей вздохнул еще раз.

 

Мы поехали в «Форт». Я думал о кино, увлекшим меня в последнее время.

— Серый, вот ты бы чем занялся, ну, каким делом, если б денег было достаточно!? Вот, например, мы поработали так несколько лет, заработали нормально денег, фирма бы выросла, наняли бы работников, и у нас появилось бы свободное время… вот ты бы чем занялся!? — я поерзал на сидении, приготовившись к длительному приятному часовому диалогу. По полчаса в «Форт» туда и обратно — я любил этот маршрут больше остальных.

— Ромыч, ну… — озадачился Сергей.

— Ну вот что тебе нравится больше всего, Серый!? — смаковал я мысль.

Навстречу на грунтовке подпрыгивал зеленый «Матиз». Поравнялся с нами.

— Здрасьте! — кивнул я тетке за рулем.

Новая управляющая, как сидела с каменным лицом, так и проехала мимо нас, не меняя выражение лица, словно нашей машины и нас в ней не существовало вовсе.

— Блять, и эта такая же! — выругался я, вспыхнув мгновенно и глянув тетке вслед.

— Блин, Роман, неугомонный! — гоготнул Сергей.

— Жаба старая, — буркнул я.

— Ебало задрала и едет никого не видит, да!? — поддразнил меня напарник.

— Вот именно… — кивнул я и хохотнул сам. — Ну так че, Серый, чем бы занялся?

— Роман, да я не знаю… щас, дай подумать… — Сергей замолк.

— Подумал? — тормошил его я.

— Мне вот готовить нравится! — вдруг выдал тот. — Я бы открыл какой-нибудь не-большой ресторанчик, так, чтоб почти для своих… И готовил бы там сам! Ну, не всегда, но когда было бы желание, я бы сам там готовил и угощал бы посетителей...

— А че, Серый, хорошая мысль! — воскликнул я и понял, что приятно удивился. — Мне нравится! Ну! Вот заработаем денег — откроешь свой ресторанчик! Я к тебе буду при-езжать!

Мы простучали колесами по переезду.

— А я б кино пошел снимать! — мечтательно закинул я руки назад за подголовник.

— Кино!??? — повернул удивленное лицо ко мне Сергей.

— Ну да, а че!? Мне нравится! Классное занятие! — продолжил я уноситься фантази-ей куда-то вдаль на несколько лет вперед, увидев себя на съемочной площадке какого-то грандиозного фильма. — Режиссером быть круто!

— А че не актером!?

— Актером!? Не, актером не интересно! Не… можно конечно и актером! Но… лучше режиссером… Актером можно, но только если уж совсем классный сценарий, а не так, как профессия — снимаешься десять лет в каких-то сериалах, а потом… может быть и роль нормальная! Да и режиссер он все-таки главный на площадки, он, по сути, делает кино… а актер — это так...

Я махнул рукой, «мазда» выкатила на асфальт, и меня вжало в кресло.

— Ну эт тебе тогда в Москву надо ехать!? — сказал Сергей.

— А че, я бы и поехал! — пожал я плечами. — Но это, если ехать, то не скоро… пока тут с тобой все разовьем, так, чтоб фирма уже работала практически без нас… и… можно ехать… Не, ну это не скоро, Серый! Это когда тут уже все будет нормально, и каждый из нас захочет заняться чем-нибудь еще!

Сергей промолчал.

— Я даже уже начал дома потихоньку видео монтировать, — добавил я. — Прикольное занятие! Мне нравится!

— И че, прям монтируешь по-настоящему!? — встрепенулся Сергей, глянул на меня.

— А че там монтировать!? Там несложно! Скачал программу с интернета, наснимал видео и сиди и монтируй! И все дела!

Сергей задумался.

— А у меня где-то есть видео, мы с пацанами снимали у меня на квартире… Новый год что ли отмечали… Да, точно — мы отмечали Новый год как раз в первый год, как засе-лились! Еще мебели не было у нас, голые стены… И мы там выпили… — Сергей щелкнул себя пальцем по горлу, заулыбался. — И кому-то в голову пришло записать пародию на клип, была одна известная группа тогда, «Рики Повери», не слышал!?

Сергей посмотрел на меня. Я подумал, буркнул «не!», мотнул головой.

— Ну там у них песня одна известная, ее тогда везде крутили и клип есть, и мы ре-шили исполнить эту песню как в клипе и записать все на камеру, у меня же камера была уже тогда! Хи-хи! У меня где-то есть диск с этим видео… Надо будет найти, тебе показать. Мы там так смеялись...

— Ну принесешь, покажешь… Посмотрим, что вы там наснимали...

— Не, там смешно очень! — дернул головой Сергей, пребывая в воспоминаниях.

Мы прокатили сквозь поселковый рынок.

— А кино — хорошее дело! Так что давай, Роман, тренируйся снимать! — добавил Сергей. — Я потом дам тебе денег, тоже вложусь...

 

Продажи дихлофосов, как задали по весне тройной темп, так его и держали. Цифра остатков главного товара сезона — дихлофоса на керосине — таяла с каждым днем. К сере-дине июня его оставалось около пятисот коробок — жалкая кучка по сравнению с началь-ным монолитным кубом.

— Серый, пора заказывать вторую фуру! — выпалил я, в веселом настроении покру-чиваясь в кресле за столом.

— Да ну! — сдвинул брови напарник и с удивлением в лице добавил. — Ты думаешь заказывать еще одну фуру!???

— Ну да, сам прикинь — мы первую продадим окончательно к концу июня… То есть она ушла фактически за два с половиной месяца… то есть к середине сезона… И впереди еще два месяца точно… А если повезет с погодой в сентябре, то два с половиной месяца нормальной торговли...

— Да не, Роман, какие два месяца!??? — запротестовал Сергей. — Июль и две недели августа и все! Полтора месяца! Какие два с половиной!??? Не, какую фуру, ты че!?

— Серый, да я понимаю, что в сентябре уже торговля будет так себе, но ведь самый пик — последняя неделя июля и первая августа — еще впереди! А там продажи будут еще больше! Пик компенсирует спад… Подумай...

— Не, Роман, это уже авантюра какая-то! Мне нравится то, что ты предлагаешь, но это уже перебор! — замотал отрицательно головой напарник. — Десять тонн, вот, будет в самый раз! Но фура — не, мы не продадим!

— Серый, ну смотри сам, давай подумаем… — я старался достучаться до Сергея сквозь его сомнения холодной логикой. — Половину мы продадим точно… согласен?

— Ну, — шумно выдохнул тот, скрестил руки на груди и нервно задрыгал коленкой.

— Это примерно две с половиной тысячи… и продадим мы их примерно к середине августа, когда продажи пойдут на спад… так?

— Ну.

— За остальное теплое время тоже будут же продажи, так? Мы же что-то продадим до конца сентября все равно...

— Ну… продадим, да, — кивнул Сергей с осторожностью, чуть подумав, будто боясь ошибиться в любом произнесенном слове.

— Ну вот по-твоему, сколько можем еще продать за это время? До тысячи, да?

— Ну… семьсот… Коробок семьсот-восемьсот примерно можем продать...

— Хорошо, пусть семьсот, — согласился я. — Итого… две с половиной и семьсот — три двести из четырех девятьсот...

Я посмотрел на Веру, та схватила калькулятор, потыкала пальцами в его кнопки, выдала тут же: «Тысяча семьсот остается!»

— Ну, нормально! — развел я руками, удовлетворившись расчетами.

— И куда мы это денем!? — то ли не понимал, то ли упирался дальше Сергей.

— Как куда!? Зимовать будут на складе! Пусть стоят до следующей весны… А за зиму мы еще и переоценку сделаем и заработаем на этом! — добавил я аргумент.

— Так нам придется же выкупать товар!? — вцепился Сергей в свою же мысль.

— Да почему выкупать? Посмотрим! — я вздохнул, ощутив растущую усталость от диалога; я словно продирался сквозь болото, с каждым шагом теряя в диалоге силы. — Не факт, что придется выкупать, попробуем договориться, чтоб просто оставили… заморози-ли сумму долга до весны, да и все...

— Да неее… — нахмурилась Вера, внимательно слушавшая наш диалог. — Не согла-сятся… слишком большой долг будет...

— Вер… — выдохнул снова я, словно провалился глубже в трясину общения, посмот-рел на жену напарника с укоризной, вдохнул, набрался терпения, пояснил. — Согласятся… и согласятся именно потому, что долг большой… Это закон больших чисел! Если долг будет маленький, то его будут трясти, а если большой, то стрясти его будет невозможно… Какой выход для них? Забирать товар обратно? Кто потащит товар обратно в Новоси-бирск? Это себе дороже и зимой нереально. И сумму такую с нас будет получить нереаль-но… Проще будет ее заморозить… Ладно, че мы обсуждаем то, чего еще нет!?

Я вдруг разозлился, захотелось разговор закончить уже конкретикой.

— Пока еще нечего обсуждать… но я предлагаю все же завезти снова полную фуру… Нам отгрузят ее без проблем! Мы за первую сейчас расплатимся, там будут довольны, сразу нам отгрузят вторую на тех же условиях… Я считаю, надо брать, пока дают… А что останется, если останется, хер с ним — осенью разберемся! Будет проблема, будет и реше-ние! Ну че щас обсуждать!? — развел я руками, умолк и понял, что практически обессилел.

— Роман, ну, можно завезти фуру… — начал Сергей, вдруг осекся, махнул рукой, решив свои сомнения сам. — Да не, в принципе можно завезти! Да! Давай завезем! Я за!

Решение было принято. Мы составили заявку в тот же день, оставив в главной гра-фе цифру без изменения еще с прошлого раза — четыре тысячи девятьсот. Меня охватил еще больший азарт, адреналин прыснул в кровь — ставки в игре снова повысились.

  • Заклятие / Коновалова Мария
  • Любовь зла / Фотинья Светлана
  • Мотиваторы от Крис / Незадачник простых ответов / Зауэр Ирина
  • *** / Сон / Astarta
  • Таня / Фотинья Светлана
  • Автостоп... / Салфетница / Анна Пан
  • Поговори со мной, Кот... (Илинар) / Сказки и мемуары / Армант, Илинар
  • Руди Аттвуд / Монастырский
  • Ритм осени / Стихи разных лет / Аривенн
  • Фортуна, кто ты? - Katriff / Ретро / Зауэр Ирина
  • Иногда приходят строки... / Стихов я не пишу. / Жанна Нестеренко

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль