Добро пожаловать в мир книг.
 
Т-с-с-с…
Ноги при входе вытирать, не шуметь, не скандалить, спичек и других огнеопасных предметов не вносить.
Здесь люди читают, обсуждают прочитанное и пытаются донести до авторов, чего им, собственно в их произведениях не хватает.
Здесь делятся читательским опытом, хвалят прочитанные романы, сборники рассказов (можно неизданные) или громко и внятно говорят свое «фи».
Здесь рассказывают, что удачно, а что нет в экранизациях любимых или не очень романов.
Здесь умирают от нетерпения в ожидании новинок.
Здесь рассказывают о любимых героях, о любимых мирах и о любимых сюжетах.
Здесь советуют что прочитать или что не читать ни в коем случае.
Здесь отслеживают новинки сетевых авторов Мастерской и других литературных ресурсов.
Здесь нет авторов, здесь только читатели!
Здесь ругают книги или их защищают.
 
Если вы автор, то всегда помните, кто у нас тут хозяин. Да-да, именно он, суровый и великий Читатель. Ему поклоняемся, его любим, его боготворим. Либо, что еще лучше — шкурку автора оставляем у порога, переодеваемся в шкурку читателя, забываем, что мы умеем писать, и сливаемся с народом.
Спрятать введение в сообщество...

Что читаем?

13 октября 2016, 16:00 /
+13

Коротко делимся произведениями, которые читаем в данный момент. :)

Если хотите поделиться подробнее, то можно создать новый топик или написать рецензию сюда.

 

Правило то же, по возможности — новое произведение — новый комментарий. Обсуждение — в ветке комментария.

Если вы прочитали какую-то книгу и она вам понравилась, но по какой-то причине не можете или не хотите сейчас писать на нее рецензию (рецензии пишем тут), поделитесь находкой с народом, оставив в этом топике комментарий и напишите пару слов, почему это произведение стоит прочитать. :) 

0

Если вы прочитали какую-то книгу и она вам очень сильно не понравилась, но по какой-то причине не можете или не хотите сейчас писать на нее рецензию (рецензии пишем тут), поделитесь своим «фи» с народом, оставив в этом топике комментарий и напишите пару слов, почему это произведение читать категорически не стоит. :) 

Так совпало, что мне оставалось дочитать буквально две главы «Сочельника», когда появился пролог ко второй части «Рождества». Чего я, да и не только я одна, насколько мне известно, давно ждала. Поэтому я залпом проглотила оставшиеся две главы и эпилог, чтобы начать новую часть. И хотя я слежу за рождением романа и читаю по мере выхода, должна сказать, что понимаю тех, кто предпочитает дождаться выкладки произведения целиком, ибо впечатление совсем другое. Впрочем, мне не помешало и то, что я уже была знакома с сюжетом.

Моё знакомство с творчеством Сергея Катукова началось с «Последнего штриха», к которому была впоследствии сделана иллюстрация – и этому штриху предстояло стать первым. Позже появились иллюстрации к рассказам «И будете как люди…», «Мастер истории облаков», «Великий корректор» и «Семь бабочек Киамоту». Все рисунки выполнены в разных техниках и представляют собой пёструю компанию, но зато каждая из них отвечает духу самих рассказов.

Истории Сергея наполнены чудесными образами и сравнениями, порой неожиданными и причудливыми, но всегда точными, «теми самыми». Герои и персонажи самобытны, миры реалистичны и фантастичны. Авторский стиль, как живой организм: дышит, движется, существует. Каждый рассказ не только даёт пищу для размышлений, но и погружает в мир тонкого, невесомого волшебства, способного вдохновлять.

 

Сборник рассказов Сергея Катукова «Ангелёны и другие»

 

Друзья звали ее Стальным Подснежником, враги — упрямой и живучей стервой. Однако друзей все меньше, врагов все больше, а дар боевого мага не вечен. Теперь судьба леди Лавинии Ревенгар — стать разменной монетой в чужих интригах и королевской наградой для коменданта пограничной крепости, недавно потерявшего любимую жену. Лавиния верит: можно лишиться всего, кроме стального характера и чести. Комендант Эйнар знает: есть шанс вернуть погибшее счастье, но цена запредельна. Можно ли не ошибиться, выбирая между новой любовью и старой верностью? Расцветет ли стальной подснежник среди пепла и льда?

*************

 

Эту книгу я не прочитала, а прослушала. Начитал ее Литвинов. Хорошо начитал. Когда слушаешь, кажется, что так читал бы сам Прилепин.

В конце удивили озвученные сроки написания — 9 декабря 2018 – 7 января 2019 гг. Может именно из-за того, что написана так быстро, она и слушается на одном дыхании. Написано хорошо, талантливо, мастерски. Я даже позавидовала слегка – вот бы мне так уметь. Причем, эта зависть относилась не только к стилю текста. Но и к сюжету, выстраиванию линий повествования, к какой-то безоглядной манере описаний. Автор просто хотел рассказать нам, живущим рядом, о том, что видел, в чем участвовал. И рассказал.

Захар Прилепин провел около четырех лет в Донецке. Его роман о тех, кто был в команде Александра Захарченко и о самом Захарченко. О своем житье-бытье рядом с ними. О том, как воевалось и жилось автору в Донецке и не только.

Эта книга о Мужчинах, о Войне, о Мечте, о Любви, о современном мире. О том что было совсем недавно. О том, что продолжает быть. И о тех, кто был. О тех, кто есть сейчас. Это рассказ о людях, которые защищали и защищают ДНР и ЛНР.

Его рассказ не претендует на документальность. Жанр определен как роман-фантасмагория. Но этой книге веришь именно как документу. Но не документу событий, а, прежде всего, документу авторского видения, и впечатлений, мыслей. И все рассказано без нравоучительности, открыто и живо.

Прочитайте эту книгу или прослушайте – она того действительно стоит. Потому что (не люблю пафос, но все-таки скажу)

Сыграть мы пьесу были рады,

 

И все старались искренне,

 

И все что видели вы, правда,

 

И все что слышали вы, правда,

 

Правда, да не истина.

 

Есть правда скромная, есть правда гордая,

 

Такая разная всегда она,

 

Бывает сладкая, бывает горькая,

 

И только истина всегда одна.

 

Есть правда светлая, есть правда тёмная,

 

Есть на мгновенье и на времена,

 

Бывает добрая, бывает твердая,

 

И только истина всегда одна.

 

Леонид Дербенев

 

 

Я давно и преданно считаю себя читателем Анны Алмазной и в особенности ее цикла о Рэми, его друзьях-товарищах и о мире, в котором все это происходит. Давно читаю, с интересом жду продолжения и не перестану ждать и читать, по крайней мере, пока к этому нет предпосылок. Поэтому сразу оговорюсь: моя рецензия не беспристрастна и не объективна – это рецензия если не фаната, то поклонника точно. В связи с этим я плохо вижу недостатки, признаюсь честно, но все-таки, постараюсь указать и на них тоже.

Давно я зарился на эту историю, давно обещал автору обратную связь, и вот, прочитав обе части, наконец-то решился эту обратную связь выдать. Правда, первую часть «Лепрозорий» я читал уже с полгода как, и тогда рецензию писать не стал, потому что рецензий на этот роман полно, среди них – хороших, всесторонних и правильных немало, и по большому счету ничего я в это дело не привнесу. Тем более, что мне не хотелось писать правильную рецензию, а хотелось позадавать вопросы и пополемизировать. Поумничать, короче. Теперь же я прочитал и вторую часть, «Детей Лепрозория», и вопросов стало еще больше.

Теперь уж я молчать не стану! Но это, конечно, будет не рецензия, а некоторое такое читательское мнение, довольно спорное… прямо-таки провоцирующее на спор. И да! Тут будет много спойлеров.

«Этот мир насквозь пропитан амбициями и ложью» ©

 

Недавно прочла комментарий некоего автора, что у некоего критика в отзыве не видно работы с текстом. Так вот, «работать» с текстом я не люблю и не хочу, я хочу в нем жить, хочу отдаться течению авторской мысли, довериться и наслаждаться чтением. Рецензия предполагает аналитический разбор, поэтому свой отзыв не стану называть рецензией. Это чисто читательский взгляд, впечатление.

Разве редко в прошлом ставили

Мертвый идол Красоты?

Но одни лишь мы прославили

Бога жажды и мечты!

Подымайте, братья, посохи,

Дальше, дальше, как и шли!

Паруса развейте в воздухе,

Дерзко правьте корабли!

Жизнь не в счастье, жизнь в искании,

Цель не здесь – вдали всегда.

Славьте, славьте неустаннее

Подвиг мысли и труда!

Валерий Брюсов

Век девятнадцатый (и немного начало двадцатого) обладает для сегодняшнего читателя просто магической притягательностью. Эпоха научного и технического рывка, освоение планеты, фундамент технического и гуманитарного прогресса всех последующих десятилетий. И не важно, что эпоха отнюдь не была раем для большинства, не важно, что эти же десятилетия заодно взрастили в своих недрах сначала мировую бойню, а потом фашизм и атомную бомбардировку Хиросимы. Всё равно Викторианская эпоха для Англии или последние десятилетия существования Российской империи будут окутаны романтической вуалью, загадочно скрывающую женщину-эпоху.

На свете живут разноцветные дети,

Живут на одной разноцветной планете,

И эта планета на все времена

У всех разноцветных всего лишь одна!

Давайте, ребята, назло непогодам

Обнимем планету своим хороводом!

Развеем над нею и тучи и дым,

В обиду её никому не дадим!

Владимир Орлов

Давным-давно, когда наука начала своё торжествующее шествие по миру, и мы принялись «даже Бога мерить циркулем», началось разделение литературы на «серьёзную» и «несерьёзную». До этого как-то обходились книгами научными для дела – учебниками и справочниками, и книгами художественными – которые предназначены были для души. (Ну, или поддадимся научной привычке – скажем «действовали на человека через эмоции, а не через разум».) Ну а сейчас все, конечно же, знают: есть книги с глубокой философской идеей и о смысле жизни – а есть «простенькие, отдохнуть для удовольствия». Первые теперь принято хвалить и рекомендовать обязательно прочитать для душевного роста (даже если сам большую часть только в руках подержал), а вторые мы стыдливо читаем, стараясь особо про это не говорить: несерьёзно ведь, я всего лишь расслаблюсь, спрячусь от проблем ненадолго.

 

Ссылку дать не могу, потому что роман в привате.

 

. Присаживайтесь. Я собираюсь рассказать вам самую невероятную историю, какую вы когда-либо слышали.

Майкл Флинн «В стране слепых»

 

Ну, здравствуйте, осколки сферы Дайсона и народы Основателей и Мастеров, создавшее общество, так похожее на наше; здравствуй, мир, в основе которого лежит энергия… Наверно, меня тоже можно назвать человеком, который с нетерпением ждал продолжения повести Киры Гофер «По осколкам» и, наконец его дождавшись, ничуть в нём не разочаровался. «Постарайся не ходить» не только гармонично примкнуло к «По осколкам», одновременно объяснив многое из того, что осталось за её рамками, но и в свою очередь стало самостоятельным произведением, которое можно читать и вне привязки к предыдущей повести.

Подымайте, братья, посохи,

Дальше, дальше, как и шли!

Паруса развейте в воздухе,

Дерзко правьте корабли!

Жизнь не в счастье, жизнь в искании,

Цель не здесь — вдали всегда.

Славьте, славьте неустаннее

Подвиг мысли и труда!

Валерий Брюсов

 

 

Легко ли быть единственным человеком в мире мутантов? Даже если над тобой трясутся как над редким, внесенным черными буквами в Красную книгу с белыми страницами зверем? Легко ли быть заурядным, пусть даже у тебя с детства есть талант к оперативному хрюканью, которое сейчас важнее математики?

Легко ли быть супермутантом в мире мутантов? Уметь то, чего не умеет больше никто? Даже если тебе удастся пережить младенчество, в котором все твои способности работают против тебя?

Легко ли быть сотрудником суперсекретного института, каковой институт решил за каким-то бананом воссоздать нормальное человечество с помощью того самого единственного человека?

Легко ли быть ангелом? Тем более когда твой брат супермутант? Да еще живущий в мире, который вот-вот накроется медным тазом?

Легко ли быть мутантом и вдруг в кого-нибудь влюбиться?

А легко ли быть главным по тарелочкам?..

Вопросов…

 

Целостность разнообразия или моё путешествие в Коровий Мык

«- Каково ваше величайшее достоинство?
— Я много всего разного.
— А величайший недостаток?
— Будучи многим разным, я склонен к тому, чтобы не быть ничем целиком». ©

 

У Гибсона – интересные названия романов, больше похожие на названия каких-либо научных статей или монографий. Так и хочется немного похулиганить: например, «Распознавание образов в условиях тотальной похожести индивидуумов». Или: «Периферийные устройства…» с массами вариантов продолжения – от «Инструкция по применению» до «…и их влияние на человеческое сознание». Но когда начинаешь читать, понимаешь: эти названия – не фантазии на тему наукообразных теорий, а нечто вроде той надписи, что горела над воротами ада в «Божественной комедии»; предупреждение человечеству, чем станет его жизнь спустя некоторое количество лет. В общем-то, иного предупреждения от человека, который не любит, когда его произведения называют «киберпанком», никто и не ожидает, ибо хороших пророков ни в одном народе отродясь не рождалось.

Итак, «Периферийные устройства»… Роман 2014 года написания и выпуска, Гибсону на тот момент шестьдесят шесть лет. На Западе он (в смысле, роман, но к автору это местоимение тоже может относиться) уже обласкан множеством рецензий, которые отмечают в нём «соединение революционной изобретательности «Нейроманта» и зрелой иронии «Страны призраков» и называют Гибсона «мастером формы»; утверждают, что он вылавливает крупицы пророческих предсказаний из моря окружающей информации и прекрасно выявляет те тайные силы, что управляют нашим миром… Естественно, как можно пройти мимо таких эпитетов, мнений и такого имени? Вот и я не прошёл…

 

О сборнике рассказов «Мифы Ктулху».

 

Я уже отмечал это, но повторюсь: одной из главных заслуг Лавкрафта, на мой субъективный взгляд, было составление мифологии. Того самого цикла мифов Ктулху, по которому его знают сейчас… в первую очередь те, кто не знаком с произведениями и знакомиться особо не собирается. Слово-то на слуху. Такая квазимифология – запишите себе где-нибудь, а то я потом забуду – дает возможность работать с уже имеющимся «миром», в котором, оказывается, могут жить самые разные герои, с которыми, в свою очередь, могут происходить всякие ужас… в смысле, разные вещи.

Другой заслугой было то, что Говард Филлипс Лавкрафт начал говорить о «космическом ужасе»: о страхе перед неведомым, о крайне невеликом значении человека как такового… Ну да об этом позже.

 

Аннотация:

Тысячи лет продолжается противостояние сатрианцев и анакимов. В преддверии зимы сатрианская армия вновь углубляется в Черную Страну, чтобы предать ее огню и мечу. Там, где военные достижения ценятся превыше всего, черные легионы анакимов терпят позорное поражение. Чтобы восстановить хрупкий мир и изгнать сатрианцев с некогда цветущих земель, Роупер, сын Черного Лорда из Дома Йормунрекуров, должен добиться любви и признания легионов. Величайшие воины способны сражаться где угодно. Но лучшие правители побеждают без сражений.

 

Ещё до выхода книги в свет, вокруг сломали немало копий. На одном конце ристалища был переводчик, которого роман привел в восторг, на другой – скептически настроенные читатели ознакомительного фрагмента, где обнаружились логические и стилистические ляпы. Да и вообще, активное продвижение и сравнения с Мартином (куда уж без него) сыграло с “Волком” дурную шутку – роман заочно стали хейтить. Сомнений добавлял и факт того, что fanzon издавало “волка” в мешке – роман синхронно опубликовали и у нас, и на западе. Лично я поспешных выводов не делал и к чтению приступил максимально непредвзятым. Более того, мне и впрямь хотелось найти под обложкой если не нового Мартина, то хотя бы Аберкромби.

Читая произведения Бориса Богданова, я не могу избавится от странного желания…

 

Но сначала скажу, что читаю я Бориса уже лет эдак пять. Вот как пришла в 2013 году на Мастерскую писателей, как наткнулась на его «фэ!» касаемо моего словоизвержения, так вот с той поры Борины истории и почитываю.

О писателе, чей творческий псевдоним так похож на поименование какого-нибудь сказочного героя, я узнал, конечно, через посредничество более раскрученного автора – мистера Г.Ф.Лавкрафта, который в «Сомнамбулическом поиске Неведомого Кадата» (и вообще в «сновидческом цикле») обратился к стилю лорда Дансени. Добавьте сюда известие о том, что Дансени считается одним из первопроходцев фэнтези (а я, чтобы стоять, должен держаться корней – или, по крайней мере, знать, где они проходят) – и станет понятно, почему я вцепился в эту книжку мертвой хваткой.

 

Вступление первое: Если бы эту книгу прочитал мой покойный отец, он наверняка сказал бы: «М-да… Лихо закручен сюжет». А сюжет там действительно закручен, причём так, что не сразу поймёшь, что к чему. Но дело не в этом (то есть, пока не в этом)…

 

+17

второй день под впечатлением, решила поделиться, может попустит :-D эх, мне бы так писать…

Автор: anshe

 

Застрели же меня предпоследним патроном, осень,

возле входа в метро, у подъезда, в автомобиле.

От его хрипотцы на планетах сместились оси,

океаны по пояс Вселенную затопили.

Развеваются прахом останки щербатых листьев,

Бело-лунное солнце вычерпывает лимиты.

Застрели же, не мешкай, иначе она продлится —

эта серая жизнь, в коей воду мы носим ситом…

Без него я невольно слепну, мой мир не светел —

два бельма, словно линзы намазаны кашей манной.

С ним познали мы радость такую — как будто дети

неожиданно деньги нашли в потайных карманах…

Лето било волной нам в спины, ломало ребра,

Мы в минуты срастались счастливцами воедино.

И рассвет был горчично-пряным, и Бог был добрым,

А теперь я брожу разорванной половиной…

Город стал черным вороном – пасмурен, зол и скучен,

Новостройки в нём недостройками умирают.

Застрели предпоследним, последний оставь на случай,

если он, точно так же, ослепший стоит у

Принесла вам еще одно стихо Виталия Мамая "Старик и его Люсиль" Интересно, напишите в комментах, кто сразу догадался о чем речь? ;-) 

 

Эти двое прожили вместе век, по ночам не деля постель,

забирались на самый верх и земных, и иных страстей,

он её называл королевой, принцессой, звездой, княжной,

и ходил от неё налево, не сделав её женой.

Он был младше, чем с виду дашь, очень тучен, не слишком сед,

то для локтя носил бандаж, то для низа спины корсет.

Возраст сложный соперник, какие методы ни осиль,

хоть сдавались годам постепенно старик и его Люсиль.

Он с ней не был повенчан, но свел эту пару Бог.

Каждый раз, каждый вечер, обняв её гладкий бок,

он парил в облаках, и вне плоти, и без ума,

и Люсиль, содрогаясь в его руках, сходила с ума сама.

Он умел добираться до тёмных её сторон,

до неясных вибраций, он чуял её нутром,

даже малую малость, тончайший баланс тепла…

А она отдавалась, всегда выжигая его дотла.

Нет, никто бы не мог эту пару разбить посметь,

но однажды в его хибару явилась смерть.

И Люсиль, презирая законы жанра, пока его вёз Харон,

у другого в руках дрожала в самый день похорон.

Это было ему осанной, известной лишь ей одной,

самой искренней, лучшей самой по нему отходной,

улетающей ввысь, в века, в бесконечного неба синь.

И старик будет жить, пока стонет в чьих-то руках

 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль