Глава 3 - Таргл / Север / Alaren
 

Глава 3 - Таргл

0.00
 
Глава 3 - Таргл

Он родился в ночь полной луны, в самую суровую зиму из тех, что помнили жители севера. Родился без крика и без биения маленького сердца. Мертворождённый, ребёнок, не нашедший свою душу, так назвали его старухи, утешавшие рыдающую мать. Жизнь на севере была не из лёгких, и дети часто рождались мертвыми, в этом не было ничего необычного. Люди привыкли терять своих детей, и никто не догадался приоткрыть рот мёртвого младенца. Никто, кроме его отца — старого Гонрада Борга.

 

Готовясь похоронить последнюю надежду, он чуть оттянул вверх губу малыша и увидел, что на дёснах у него красуются два крохотных зубика.

 

— Предки всемилостивые… — прошептал Гонрад.

 

Мальчик открыл ярко-жёлтые звериные глаза и завыл, словно щенок.

 

Волк. Он был волком!

 

В следующую секунду глаза мальчика сменили цвет на светло-голубой, и он наконец-то заплакал. Человеческая душа обуздала зверя.

 

 

***

 

 

Он был другим, не таким, как все остальные дети из деревни. Отец говорил, что это все из-за слишком уж острых клыков, которые росли у Таргла во рту, и из-за странных снов, всегда преследовавших мальчика. Если с клыками все было более или менее понятно, то сны… О них он часто задумывался.

 

Мальчику часто снилась луна. Нет, не просто луна, а Луна. Во сне она была живой и пела для него какую-то песню, в которой он не мог понять ни слова, но песня эта была для него странно знакомой и родной. А иногда ему снился далёкий север, тот, что за Ледяным Морем. Таргл видел снежные пустыни и огромные горы, видел замёрзшие реки и покрытые снегом леса, видел высоченную крепость из белого камня. Но сон всегда обрывался, когда Таргл подходил к этой крепости, и то, что находилось в ней, оставалось для него загадкой.

 

Когда мальчик спрашивал обо всем этом отца, тот лишь задумчиво смотрел ему в глаза и говорил, что «молод ещё», чтобы знать такие вещи. Но какие вещи? Да и как он может быть слишком молод для такого, если ему было уже шесть лет, и всё это неотступно следовало за ним всю жизнь.

 

Конечно же, он спрашивал и дворовых мальчишек о том, почему он так отличается от них, но дети, а тем более дети северян, не были особенно сдержанными. Они никогда не любили Таргла и редко позволяли ему участвовать в общих играх. Его побили, изваляли в грязи и сказали, чтобы «щенок» больше к ним не лез со своими дурацкими вопросами. Больше он к ним не подходил и до поры до времени смирился с тем, что просто родился на свет не таким, как все остальные.

 

Но в один из летних дней, когда ставший уже привычным снег уступил место пробивающейся зелёной траве, Таргл встретился с Рориком Чёрным.

 

 

***

 

 

На дворе стоял конец весны, и Таргл, стремясь насладиться наступающим летом, проводил почти все свободное время на улице. Иногда он помогал отцу на охоте или матери с хозяйством, но чаще просто гулял да думал о всякой ерунде.

 

Но в этот день все было по-другому. Сначала мальчик увидел толпу людей, собравшихся на главной улице. Тут были чуть ли не все жители деревни! Обуреваемый желанием узнать, на что же глазеет такая куча народу, Таргл подбежал к задним рядам и попытался выяснить, что тут происходит.

 

Большинство людей просто отмахивались от надоедливого мальчишки, но были и те, кто все-таки рассказал ему, что Ульра, о которой отец отзывался не иначе как о «Громовой Дубине С Сиськами», хочет зарубить какого-то пришлого Волка. Последнее слово изрядно озадачило мальчика. Ведь если в деревню забрёл лесной зверь, то его должны были ловить мужики, а не женщины… Тут определённо что-то было не так.

 

Решив выяснить, что за дела тут творятся, Таргл с трудом протиснулся сквозь толпу и, выбравшись в первые ряды, увидел, что волк совсем не был волком! Он был человеком!

 

Это был мужчина, одетый, как воин. На плечах его была волчья шкура, но не это было в незнакомце самым странным. Бледная, как снег, кожа и такие же белые волосы сразу же приковали взгляд мальчика. Мужчина о чём-то спорил с Ульрой, но вдруг резко обернулся и посмотрел прямо на Таргла, который, сам не понимая, что делает, улыбнулся чужаку, а тот подмигнул Тарглу в ответ. Мальчик бы остался тут и продолжил разглядывать этого «волка», но тут случилось нечто неожиданное.

 

Тяжёлая рука ухватила его за шкирку и довольно бесцеремонно вытащила прочь из толпы. Таргл, сначала не понимавший, что происходит, попытался было заорать, но когда людская масса осталась позади, он увидел перед собой хмурого отца и понял, что ничего хорошего тот взгляд, которым он одарил мальчика, ему не принесёт.

 

— Ты что здесь делаешь? — мрачно спросил Гонрад, скрестив руки на груди.

 

— Пап, — растерянно сказал Таргл, — я просто…

 

— Сын, — голос отца был таким же мрачным, но суровый взгляд уже стал теплеть, а это было хорошим знаком. — Видят боги, я знаю, что ты мальчик, и тебе обязательно надо сунуть нос везде, где только можно, но, пожалуйста, пообещай мне, что ты больше не будешь подходить к чужакам без моего или матери разрешения.

 

— Но, пап, я же просто хотел посмотреть!

 

— Я прошу тебя не просто так, — сказал Гонрад, — ты мой единственный сын! И если ты будешь лезть к каждому чужаку, забредающему в деревню, то это обязательно кончится бедой. Пообещай мне, Таргл.

 

— Обещаю, — уныло склонив голову, сказал мальчик.

 

— Вот и хорошо, — улыбнулся его отец, — а теперь дуй домой! Негоже всю работу домашнюю на женщин сваливать! Вот повыскакивают твои сёстры замуж, и кто будет матери помогать?

 

— Ага, — пробормотал Таргл, дождавшись, когда отец вернётся к толпе зевак, — возьмёт этих коров кто-то замуж. Конечно.

 

После этих слов он вздохнул и пошёл в сторону дома, где его ждали мать и семь сестёр, излюбленным занятием которых было превращать жизнь мальчика в настоящий кошмар. Мало того, что все они были старше него, так сёстры ещё и постоянно смеялись над Тарглом, подшучивали и вечно выставляли дураком в глазах родителей.

 

 

***

 

 

Но, вернувшись домой, он, к своему удивлению и радости, обнаружил, что сёстры вместе с матерью куда-то ушли, а это значило, что теперь он мог и дальше наслаждаться первыми летними деньками, не омрачёнными никакой глупой работой или девичьей болтовнёй. Присев на пороге, Таргл посмотрел себе под ноги и увидел жучка, ползущего вверх по небольшой травинке, пробивавшейся из земли. С лёгким ехидством мальчик тряхнул травинку, отчего жук упал на землю, перевернувшись на спину, и стал забавно дрыгать лапками, пытаясь перевернуться.

 

Мальчик провёл некоторое время, играя с жучком, но это довольно быстро надоело Тарглу, и он хотел было отправиться погулять и посмотреть, чем занимаются соседские мальчишки, да вот только в тот момент, когда мальчик встал с порога, он увидел того самого чужака, что спорил с Ульрой. Он шёл по дороге прямо перед его домом и насвистывал какую-то мелодию, заслышав которую, Таргл понял, что она была похожа на ту песню, что пела ему Луна!

 

— Откуда ты её знаешь?! — выпалил мальчишка, не подумав.

 

Чужак остановился и лениво посмотрел на Таргла, сверкнув ярко-голубыми глазами.

 

— Знаю что?

 

— Песню! Откуда ты узнал песню?! — Мальчик вскочил на ноги и неотрывно, с надеждой смотрел в глаза мужчины.

 

— Её поёт мне Луна, — пожав плечами, ответил тот, — а тебе разве нет?

 

— Да, — пробормотал Таргл, снова садясь на порог, — да, поёт, но я никогда не понимал, о чём она.

 

— Тебя как звать-то? — Мужчина достал небольшую трубочку из кармана и принялся её раскуривать. — Меня Рорик.

 

— Таргл, — неуверенно сказал мальчик.

 

— Ну, хорошо, Таргл, — Рорик затянулся и выпустил облачко синеватого дыма, — если тебе любопытно, это плач матери по ушедшим сыновьям и просьба к тем, кто ещё остался, не покидать её.

 

— Я ничего такого в ней не заметил.

 

— А чего ты хотел-то? — Рорик вновь затянулся и на секунду замолк. Затем он громко прокашлялся и, буркнув что-то вроде «хорошо пошла», продолжил. — Ты ещё совсем щенок и ничегошеньки не понимаешь. Все мы слышим этот плач. Каждую ночь она просит нас не уходить. Но мы уходим.

 

— Мы? — спросил Таргл.

 

— Мы, — кивнул Рорик, выпуская очередное колечко дыма.

 

— Кто — мы? — не унимался мальчик.

 

— Волки.

 

— Волки?

 

— Волки, — кивнул чужак.

 

— Ты хочешь сказать, что ты волк? — удивление смешалось в голосе Таргла с плохо скрываемым сомнением. Хоть ему и было шесть лет, но он был не по годам умным парнем. — Глупости какие! Ты же человек!

 

— Да, — согласился тот, — человек. И ты человек.

 

— Тогда почему ты назвал себя волком?

 

— Потому, что я — Волк, — невозмутимо ответил Рорик.

 

— Не понимаю… — пробормотал мальчик, с удивлением глядя на чужака. — Ты человек, и ты волк?

 

— Не волк, а Волк, — поправил он Таргла. — Это слово стоит произносить с куда большим почтением.

 

— Почему?

 

— Я не закончил, — сказав это, Рорик замолчал на несколько минут, чем ещё больше озадачил мальчика. Мужчина лишь смотрел на Таргла и иногда прикладывался к трубке, выпуская облачка дыма.

 

— Не закончил что? — наконец не выдержал мальчик.

 

— Говорить, — сказал чужак и после этого вновь замолчал, заставляя мальчика гадать, что происходит. Чёрного вообще изрядно забавлял этот разговор, но после пятиминутного ожидания он все-таки решил продолжить. — Так вот, — сказал он, — я — Волк. Как и ты, между прочим. Честно говоря, я немного удивлён тем, что ты не знаешь.

 

— Не знаю что? — спросил мальчик, окончательно запутавшийся в словах Рорика.

 

— Ничего, — вздохнул тот, — ты не знаешь ничего. Обычно люди на севере знают хоть что-то о нас, а такие, как ты… Впрочем, неважно. Такие вопросы надо твоим родителям задавать, а пока позволь немного рассказать тебе, Таргл, о том, кто ты такой.

 

В тебе сошлись два начала, две души — человека и волка. Ты был рождён одним из тех немногих, кто носит в себе дар Луны. Ты Волк, мальчик, а точнее, волчонок. В твоей груди бьются два сердца, делающие тебя сильнее и быстрее обычных людей, у тебя во рту красуются волчьи клыки, а по ночам ты слышишь плач нашей матери — Луны.

 

И вновь на несколько минут между ними воцарилось молчание. Таргл пытался переварить сказанное ему Рориком, а тот, в свою очередь, просто думал о чём-то своем, покуривая трубку.

 

— Я Волк? — все-таки спросил мальчик, стараясь придать последнему слову максимальную почтительность.

 

— Ты Волк, — кивнул Рорик, — как и я. Как и множество других. Все мы часть одной стаи, и…

 

Он не договорил, потому что именно в этот момент к дому подошёл не кто иной, как отец Таргла — Гонрад. Мальчик так увлёкся словами чужака, что даже не заметил его приближения, а теперь уже было слишком поздно. Взбучка за то, что он нарушил отцовский наказ, была неминуема. Но, вопреки ожиданиям Таргла, Гонрад, вместо того чтобы залепить ему оплеуху, лишь молча подошёл к сыну, не отрывая взгляда от Рорика, и, встав между ними, сказал:

 

— Иди в дом, сын.

 

Было в его голосе что-то такое, что заставило мальчика вскочить на ноги и скрыться за дверью. Правда, любопытство в нём было настолько сильно, что он, не раздумывая, подбежал к окошку и принялся скрытно наблюдать и слушать то, что происходило на улице.

 

А посмотреть было на что. Отец все так же стоял напротив Рорика, улыбавшегося какой-то странной улыбкой, при этом показывая Гонраду волчьи клыки. Своей улыбкой он словно говорил отцу: «не забывай, с кем имеешь дело».

 

— Рорик Чёрный, — нарушив тишину, представился чужак.

 

— Гонрад Борг, — ответил ему отец Таргла без всякой теплоты в голосе.

 

— Хорошо, Гонрад, — сказал Чёрный, — позволь спросить, почему мальчик ничего не знал о том, кто он такой? Ты надеялся скрыть от Волка его суть? — улыбка чужака стала какой-то угрожающей. — Ты хоть знаешь, чем это все могло закончиться?

 

Мальчик не видел лицо отца, ведь тот стоял спиной к окну, но по голосу его было вполне понятно, какие чувства он испытывал к этому незваному гостю.

 

— Я знаю, зачем ты сюда пришёл, Рорик Чёрный. Ваша стая хочет отнять у меня сына.

 

— Твой сын уже часть стаи, как бы ты этому ни противился, он родился Волком. И тебе, Гонрад Борг, не по силам будет удержать душу волка в теле человека. Без обучения мальчик станет диким зверем.

 

— Я его отец! — в голосе Гонрада послышалась плохо скрываемая ярость, которую Таргл почти никогда в нём не видел. — Я смогу вырастить из него человека без помощи вашей хреновой стаи!

 

Холодный взгляд чужака был ему ответом.

 

— Пока он ещё щенок, и человек в нём сильнее волка, но придёт время, и зверь пожрёт душу Таргла, и тогда поздно будет звать на помощь. Он убьёт и тебя, и всех жителей деревни. Такой судьбы ты хочешь для своего сына?

 

Мальчик видел, как опустились плечи отца, когда он сказал:

 

— Нет.

 

— Я дам тебе время подумать, — сказал Рорик, и улыбка его более не была угрожающей, в ней виделось сочувствие. — Завтра на рассвете я снова приду к тебе, Гонрад, и тогда ты дашь мне свой ответ. — С этими словами он развернулся и зашагал прочь.

 

А Таргла ждал один из самых длинных дней в его жизни.

 

 

***

 

 

Много громких слов было сказано этой ночью, много слёз было пролито и много тяжёлых дум передумано. Гонрад не хотел расставаться со своим единственным сыном, видят боги, это было для него самым суровым испытанием, но выбора у него попросту не было. Он прекрасно понимал, что слова Рорика были правдой, в то время как сам Гонрад жил уже шесть лет среди заблуждений и глупостей.

 

Да, он надеялся обуздать дикую натуру сына и даже верил, что у него это получится. Но слова, сказанные Волком, запали ему глубоко в душу. Железная уверенность в собственных силах покачнулась, и этого оказалось достаточно, чтобы породить сомнения. А сомнения эти переросли в осознание того, что, каким бы хорошим отцом он ни был, Волка он вырастить не сможет. Зверь пожрёт душу мальчика, как и говорил Рорик, и в этом будет только его, Гонрада, вина.

 

Ведь он уже начал замечать, что Таргл меняется. Раньше он не обращал внимания на излишнюю жестокость, которую мальчик проявлял на охоте, списывая все это на азарт, но теперь Гонраду словно открыли глаза. В Таргле жил зверь, росший и набиравшийся сил зверь, способный в любую секунду вырваться на свободу.

 

Чёрный пришел, как и обещал — на рассвете. Таргл, в сопровождении отца, матери и всех сестёр, встречал его во дворе их небольшого домика. Отец рассказал о том, что ему предстоит на некоторое время покинуть родной дом, чтобы обучаться у этого странного чужака. Чему обучаться и как, отец не смог или не захотел говорить мальчику.

 

— То есть, как уйти? — удивился мальчик. — Зачем мне куда-то уходить?

 

Мать, приобняв его за плечи, прошептала:

 

— Такова твоя судьба, милый. Тебе надо идти в Йорт с этим человеком.

 

— Но почему? — не унимался Таргл. — Это из-за того, что я Волк?

 

Отец, стоявший в небольшом отдалении, грустно взглянул на сына.

 

— Такова твоя судьба, — повторил он слова матери.

 

— Но…

 

Таргл не успел ничего сказать, потому что в этот момент на него налетели все семь сестёр и принялись с громкими рыданиями обнимать и целовать мальчишку, совершенно сбитого с толку таким обращением. Вот от сестёр-то он такого ожидать не мог! Они ведь вечно издевались над ним и держали чуть ли не за раба!

 

Но, тем не менее…

 

— Ладно, девочки, — сказал наконец Гонрад, подойдя к детям, — оставьте его, — и когда дочери, оставив Таргла в покое, отошли в сторону, он опустился перед сыном на одно колено и крепко обнял его, прошептав: — Все будет хорошо, сынок. Не забывай нас.

 

— Папа… — на глаза мальчика наворачивались предательские слёзы, но он ничего не мог поделать, чтобы удержать их.

 

— Семья сможет навещать тебя во время обучения в Йорте, — сказал молчавший все это время Рорик, который наблюдал за прощанием мальчика с родными.

 

— Правда? — спросил всхлипывающий Таргл, посмотрев сначала на Рорика, а потом на отца.

 

— Правда, — кивнул Гонрад, — мы обязательно будем тебя навещать.

 

После этих слов он поднялся на ноги и с видимым трудом отошёл от сына к жене и дочерям, а Рорик в этот момент подошёл к Тарглу и взял его за руку.

 

— Пойдём, — негромко сказал он, — путь неблизкий.

 

 

***

 

 

Так он покинул родной дом, в который Тарглу более никогда не суждено было вернуться. Мать мальчика была права, судьба привела Рорика Чёрного в эту деревушку, и именно она хотела, чтобы он увидел маленького волчонка. Ведь в будущем ему предстояло сыграть одну из решающих ролей в истории этого мира.

 

Но сейчас он был просто зарёванным мальчиком, сбитым с толку и не понимающим, что ему делать. Он крепко держал Рорика за руку, ведь белый Волк был для него единственным хоть немного знакомым человеком. Или не человеком? Как ему вообще его называть? Да и себя тоже? Волк? Этот вопрос юный Таргл не поленился задать Чёрному, молчавшему все время с того момента, как они покинули деревню.

 

— Да как хочешь, так и называй. Хоть человек, хоть Волк — все будет верно, — невозмутимо сказал он. — Ведь по сути своей мы являемся и тем, и другим. Это обычные люди нас только Волками кличут, но это, скорее, чтобы отгородиться от нас.

 

— Отгородиться? Зачем? — недоуменно спросил мальчик.

 

— Потому что они нас не понимают. Мы же грёбаные волки! У нас два сердца, клыки и всякое такое. Ты-то сам на себе уже успел, думаю, испытать силу людского непонимания.

 

Последние слова Рорика попали в самую точку. Таргл прекрасно помнил, как над ним смеялись из-за его клыков, но при этом побаивались той злости, что иногда охватывала его. Мальчики звали его то щенком, то бешеной псиной, и это, кстати говоря, было очень обидно.

 

— Да, — кивнул он, — успел.

 

— А все потому, что мы другие. Не такие, как они. Людям надо выделять и подчёркивать наше отличие, чтобы никогда о нём не забывать. Ведь они должны помнить о том, что рядом с ними живут звери.

 

После этих слов ни Таргл, ни Рорик не знали, что можно было сказать ещё, и поэтому они просто шли вперёд молча. Правда, молчание это не продлилось долго, ведь мальчику было просто невыносимо скучно глядеть на унылые пейзажи вдоль дороги. Со всех сторон их окружали лишь прикрытые тонким покрывалом снега поля, так что даже взгляду зацепиться было не за что, кроме маячившего где-то вдалеке леса.

 

— Там, в деревне, — сказал мальчик, — ты говорил, что Волки никогда не врут людям.

 

— Говорил, — согласился Рорик.

 

— И ты никогда никому не врал?

 

— Если исходить из моего предыдущего заявления…

 

— Почему Ульра хотела тебя зарубить? — неожиданно спросил мальчик, вызвав у Рорика подозрения, что Таргл куда умнее, чем можно было ожидать от мальчишки его возраста.

 

— Потому что я ей соврал, — пожав плечами, сказал он.

 

— Но Волки же не врут! — искренне удивился мальчик.

 

— Да. Не врут, — кивнул Рорик.

 

— Тогда…

 

— Потому что так легче жить, парень. Пусть люди думают, что мы никогда не врём, пусть думают, что нас на свете живёт столько, что хватит запрудить нашими тушами весь север. А знаешь, зачем? — Чёрный посмотрел Тарглу в глаза. — Потому что так они не будут мешать нам.

 

— Мешать?

 

— Мы Волки. Мы защищаем людей, — негромко сказал он, — но человек — это такое странное существо, которое частенько будет всеми силами мешать тому, кто будет пытаться вытащить его из болота.

 

— Почему? — не унимался мальчик.

 

— Потому что люди глупые, вздорные, жадные, вредные и злые.

 

— Как мои сёстры?

 

— Как твои сёстры, — кивнул Рорик. — Но, даже несмотря на это, мы будем защищать их, потому что таковыми мы были созданы. Хранителями. Защитниками. Такими нас сотворила Луна.

 

Заслышав слова про Луну, Таргл тут же выпалил следующий вопрос:

 

— А Луна снится всем Волкам?

 

— Да. Каждый из нас, даже не прошедший обучение в стае, слышит её песню. Это одна из тех вещей, что отделяют нас от простых людей.

 

— И Белый Замок тоже всем снится?

 

Таргл спросил о замке просто любопытства ради, но, услышав эти слова, Рорик резко остановился на месте и как-то странно поглядел на него.

 

— Что? — спросил он каким-то притихшим голосом.

 

— Замок, — слегка замявшись, сказал Таргл, — из белого камня. Я его каждую ночь вижу во сне. А остальные разве не видят?

 

— Нет, — пробормотал Рорик. — Расскажи-ка мне об этих снах подробнее.

 

— Это приходит после Луны. Сначала я словно лечу над землей. — Мальчик почесал затылок, стараясь припомнить все детали сна. — Это север. Там очень много снега и очень холодно. Я видел там замёрзшие реки и замёрзшие леса, в которых не было жизни. А потом я видел замок… Он такой большой! С башнями и стенами, прямо как на тех картинках, что мне папа показывал! Потом я видел большущие такие ворота, но они были покрыты таким толстым слоем льда, что никто бы его разбить не смог… А потом я просыпаюсь.

 

Таргл думал, что Рорик что-то ему скажет, но тот лишь задумчиво покачал головой и, взяв мальчика за руку, пошёл дальше по дороге, не проронив ни слова. Дальше они шли молча ещё около часа, и на этот раз все попытки Таргла разговорить Рорика оказывались тщетными. Все вопросы и заявления мальчика оставались без внимания, все, кроме последнего.

 

— А что стало бы с моей семьёй, если бы они не отдали меня в стаю? — спросил Таргл.

 

— Их бы убили, — ответил Рорик, — утаивать волчонка — это преступление, за которое люди несут самое суровое наказание.

 

— Почему?

 

— По кочану.

  • Желающим улучшить мир / Разговоры о жизни и творчестве / Nekit Никита
  • Игра / Достиева Анастасия
  • ДРАКОНЬЯ НАУКА / Малютин Виктор
  • Грустная притча о Золотом Ранете / Струны / Карпина Елена
  • Небо мечты (Cris Tina) / Лонгмоб «Мечты и реальность — 2» / Крыжовникова Капитолина
  • Полусонное солнце нацедило света на донышко. Натафей / "Легенды о нас" - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Cris Tina
  • Под снегом / Магурнийская мозаика / Магура Цукерман
  • Человек-с-дырой-внутри / Фрагорийские сны / Птицелов Фрагорийский
  • Последние краски осени / Джилджерэл / Тонкая грань / Argentum Agata
  • Нож в руках / СТИХИИ ТВОРЕНИЯ / Mari-ka
  • *И снова любимые грабли* / О том что нас разбудит на рассвете... / Soul Anna

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль