Муки Духа

Муки Духа

Туман тянется по моему лицу, грубый и кислый, как влажная шерсть, тяжёлый от запаха крови, разрубленных костей и внутренностей, разбросанных по серым водам. Улицы гудят от детского плача и скрежета крошечных коготков, царапающих сырые кости, от недоверчивых стонов медлительных, глупых и неудачливых. Ночной воздух холоден для SиGиL; моё дыхание вырывается жёлтым паром изо рта, а с кончиков моего стального нимба свисают багровые сосульки.

Я разочарована — признаюсь честно, — но только в себе, лишь в своей неспособности увидеть очевидное. Виноторговка всё это время помогала ему: именно она выманила Тессалию и его стражу из Врат Реки, именно она привела его в Карфхуд, и — хотя мне и не нужно вам говорить — только виноторговка могла открыть ему стручки. Вино обладает такой властью над людьми, я знаю; оно делает явным то, чего они иначе совершенно не видят.

И все же я должен спросить вас, почему.

Сочувствие Трэйсону, я понимаю. Он — Герой Амнезии, а вы, смертные, всегда ищете героев. Но что насчёт Посейдона? Разве это не помощь этому измученному отверженному…

(Не считайте меня настолько глупой, чтобы называть его Тесеем, ведь я хорошо знаю легенду: как он был доставлен на Эфру сразу двумя отцами, царем Эгеем и богом Посейдоном; как он нашел сандалии и меч Эгея под валуном и очистил дорогу от разбойников, когда он шел в Афины, чтобы заявить о своем праве первородства; как он едва избежал смерти от отравленных рук ревнивой царицы своего отца; как он отплыл в страну царя Миноса и с помощью собственной дочери царя, Ариадны, проник в лабиринт и убил ужасного Минотавра; как он забыл Ариадну на острове Наксос и в своем горе не подал знак о своем благополучном возвращении, так огорчив своего отца, что царь бросился со скалы — ловкий способ захватить трон, не так ли? Как он завещал демократию своему городу… Я знаю всю легенду, это и многое другое, так что не думайте, что вы обманете меня, назвав это (Безумный, хромой, но все идущий, хромая, изгой Тесей!)

…помощь Царю Морей? Если Герой Амнезии и Тесей — одно и то же лицо, то разве его мать не Эфра? Разве воспоминания в амфоре не истинны, и если они верны для него, то не верны ли и для меня? Ты должна увидеть, куда это приведёт: обратно к берегам реки Леты, к тёмным, воровским водам и к вопросу, на который нельзя ответить.

Поэтому я должен спросить ещё раз: вы ли её послали и почему?