Глава 17.

Ритмичное покачивание убаюкивало, словно я опять, как в детстве лежал на руках кормилицы, что-то напевавшей негромким скрипучим голосом...

Стоп! У моей кормилицы голос был не скрипучий. Она действительно напевала что-то, укачивая меня или кого-то из своих детей, но голос у неё, как раз был очень красивый, сильный и мелодичный, потому что она была молодая, крепкая, здоровая деревенская бабёнка… Как сейчас помню… Или мне об этом рассказывали?

А ведь она до сих пор жива, хоть сейчас это высохшая старушка, а не та круглощёкая румяная молодка, какой она была в дни моего младенчества. Но голос у неё до сих пор не скрипучий. По крайней мере, так было, когда я в прошлом году навещал родительское гнездо, где сейчас хозяйствует мой старший брат с семьёй. Помнится, тогда в гостях у кормилицы я провёл больше времени, чем у этого владетельного сеньора...

Но в таком случае, что это скрипело? Я продрал глаза и не понял юмора. Я, оказывается, лежу в крепости! Крепость деревянная и очень маленькая. Возле узких бойниц застыли наготове стрелки, держащие в руках луки с наложенными стрелами. Но это были какие-то странные лучники...

То, что лучники странные, это ещё что! Подумаешь лёгкие доспехи и плащи с капюшонами. Сама крепость странная, вот это да! Прежде всего, она необычна тем, что вся конструкция скрипит и трясётся. Буквально, ходит ходуном, как будто стоит на катящейся по сельской дороге телеге… Ах, вот оно что! Я еду куда-то в крепости на телеге!..

Погодите, какая крепость, какая телега? Я что, получил булавой по затылку, когда на мне не было шлема? Нет, вроде голова цела, но со мной явно что-то не так. Кажется, я ранен, но не в плену, иначе был бы связан. Да и лучники поглядывают на меня без враждебности, а как-то с интересом, от которого странно волнительно делается на душе. Надо выяснить, что случилось.

Я попытался приподняться на локте, и тут же надо мной склонилось знакомое лицо. Так ведь это трактирщица-знахарка по имени Матильда!

И тут капюшон съехал у неё на затылок, и я увидел на макушке почтенной женщины… кошачьи ушки! Острые, подвижные, возвышающиеся над аккуратной причёской с пучком из русых, с сильной проседью волос. Тут-то я всё, наконец-то вспомнил!..

— Как вы себя чувствуете, сэр Фальшион? — участливо спросила леди Моу.

— Где принцесса? — прохрипел я вместо ответа, спохватившись, что не знаю, где моя нанимательница, в то время как моё место рядом с ней.

— Я здесь, сэр Фальшион, — раздался рядом голос леди Колокольчик, и я увидел окошко, открытое в стене крепости, в которое заглядывало самое прекрасное лицо на свете. — Не беспокойтесь, со мной всё в порядке!

— О, тысяча извинений, миледи! — воскликнул я, порываясь встать. — Я немедленно присоединюсь к вам, вот только...

— Нет, нет! — вскричали разом няня и её воспитанница.

— Я повелеваю вам — не двигайтесь ни в коем случае! — проговорила принцесса голосом, в котором было больше просьбы, чем приказа. — Вы можете повредить себе тем, что встанете раньше времени. Послушайте, вы всё равно не в состоянии сейчас сесть в седло. В самом лучшем случае вам это удастся через неделю. Если же сейчас разбередить вашу рану, то недуг затянется, и окончательное излечение наступит через два-три месяца, или никогда не наступит. Вам, что, так хочется остаться хромым или вовсе одноногим?

— Но как же я тогда исполню волю своего короля? — вскричал я, едва ли не с отчаянием. — Приказ охранять вас более весомый аргумент за то, чтобы сесть в седло, чем соображение сохранить ногу, но обмануть при этом доверие своего сюзерена! Да, ногу я сейчас почти не чувствую, но ведь меня можно привязать к седлу верёвками...

— Сделаем по-другому, — перебила меня леди Колокольчик. — Я сейчас приду к вам, и вы сможете защищать меня, не садясь в седло.

Она исчезла из вида, и вскоре появилась внутри ходячей крепости. Конечно, это была уловка, чтобы укротить моё служебное рвение, но с другой стороны мне было спокойнее видеть её рядом под защитой хотя бы этих дощатых стен.

Няня при появлении принцессы деликатно вышла, и, кажется, оседлала её жеребца, чтобы подъехать к другой повозке. Мы остались вдвоём, если не считать прильнувших к бойницам терний. Впрочем, один не слишком доброжелательный ревнивый взгляд я всё же на себе поймал. Ильзе! Фаворитка принцессы зыркнула из-под капюшона, и тотчас же поспешно отвернулась. Интересно, она беспокоится за хозяйку или я ей просто органически неприятен?

Бывает ведь такое! Даже если вы находитесь среди друзей, доброжелателей или просто людей, которым вы симпатичны, то обязательно найдётся такой, который при вашем появлении состроит гримасу, сложит кукиш в кармане или просто отвернётся. Да, такой обязательно появится, если народу будет от десяти и больше. Но это не страшно, потому что недоброжелателя в таком случае видно. А вот если на десять тысяч верных друзей найдётся хотя бы двое таких, кто втайне скрежещет зубами, глядя вам в спину, вот тут дело плохо!

Но я не собирался беспокоиться по поводу Ильзе. Сейчас меня занимала только моя леди! (Ах, она уже моя? Ну, ну...)

Поприветствовав принцессу, я попросил рассказать, где мы находимся, и что это вообще за сооружение такое?

— Как, неужели вы не помните? — искренне удивилась леди Колокольчик. — Но ведь вы же сами подробно рассказали нам, как построить эти крепости на колёсах! Мои тернии мастерицы на все руки, а в хозяйстве леди Моу нашлось всё, что было необходимо. Так что теперь у нас четыре повозки, в которых без труда и с удобством разместилась треть моего «терновника».

Оказывается, закончив беседовать с собственной ногой, я подробно описал способ создания «гуляй-города» из обыкновенных ломовых телег. Такое сооружение применяется при штурме крепостей. Правда, сейчас нам не надо было штурмовать крепость, а потому стены этих ящиков на колёсах были не такими высокими. Крыши на них тоже отсутствовали. Ну и хорошо — больше воздуха! Зато теперь, если враг задумал атаковать нас в дороге, ему придётся штурмовать каждую крепость в отдельности, а это не так просто, как кажется!

— Долго я, м-м, спал? — спросил я, чтобы понять какое расстояние мы успели проехать.

— Сутки, — ответила принцесса.

Сутки! Потеряны целые сутки! И всё из-за моего неуклюжества. Его величество снимет с меня шкуру, и правильно сделает. Однако, ну и зелье у знахарки Матильды! Прошу прощения — у леди Моу. Вырубить меня на сутки не так просто. К тому же я оказывается, бредил… Эх, до чего жалко времени! Но с другой стороны терниям тоже надо было зализать раны и похоронить павших. Девушки ещё быстро управились.

— Нападений больше не было? — осведомился я, понимая, что злоупотребляю терпением благородной особы, расспрашивая её о делах насущных, словно имею на это право. Но сейчас мы в походе, а не во дворце, так что принцессе придётся потерпеть мою невежливость.

— Нет, похоже, они испугались, — ответила она с улыбкой. — Вы нагнали на них страху, сэр Фальшион! Теперь эти мужланы из леса не высовываются. Я даже рискнула применить некоторую хитрость — приказала самой высокой из терний надеть ваш шлем и плащ. Теперь она скачет в вашем седле и пугает своим грозным видом притаившегося противника!

Я рассмеялся и похвалил леди за сообразительность. Лишний раз довелось убедиться, что первое впечатление самое правильное — ещё тогда в трактире, разговаривая с девушкой, я не мог отделаться от мысли, что имею дело с полководцем. Выходит, я не ошибся!

Надо было поддерживать разговор, но у меня, как назло закружилась голова, и всё поплыло перед глазами. Мои целительницы были правы — воин из меня сейчас был никудышный, и в седло мне рваться не стоило.

Принцесса заметила моё состояние, немедленно извлекла из небольшой сумочки узкий пузырёк тёмного стекла, и заставила выпить четверть объёма горькой, пахнущей корой и хвоей жидкости.

— От этого я снова усну? — спросил я с тревогой, так-как сообразил, чем может грозить мудрёная настойка.

— Не сразу, — улыбнулась леди Колокольчик. — Но вы не беспокойтесь. Чем больше вы проспите, тем скорее поправитесь. А пока вы не отправились в страну грёз, я расскажу вам что-нибудь. Хотите сказку на ночь?

— Благодарю, миледи, вы очень добры, — ответил я. — Но, если вам будет угодно, то вместо сказки поведайте мне быль. Расскажите, что связывает вас с его величеством, если, конечно, это не секрет.

— Похоже, от вас, сэр Фальшион, у меня скоро совсем не будет секретов, — ответила принцесса Миуи. — Эту тайну я имею право вам открыть, так-как ваш повелитель всё равно собирался всё вам рассказать по прибытии в столицу. Так вот — меня с вашим монархом связывает кровное родство. Он мой родной дядя со стороны матери.