Глава 39

— И чего так суетиться? — спросила Элина, и Рэйшен отметил, что голос её ослабел и улыбка несколько потускнела. — Рэйшен выгнал этих проходимцев. А что до меня, это просто царапина… А почему так темно? Клодия, ты уже закрываешь, да?

Эти слова окончательно напугали публику. Кто-то взвизгнул, а какой-то мужик с окладистой бородой пробасил:

— Видать, кончается… Отравил её всё же нелюдь этот…

— А ну разошлись! — рявкнул взбешённый Рэйшен.

Люди, испуганные, расступились, пропуская его.

— Эли, — мягко произнёс Рэйшен, опускаясь на колени рядом с лавкой, — идём к себе, Клодия и впрямь закрывает.

Элина кивнула и попыталась подняться, но пошатнулась и чуть не рухнула на пол. Клодия безуспешно пыталась выгнать любопытствующих. Рэйшен осторожно поднял Элину на руки. Подол платья стал грязным, а корсаж был весь измазан кровью. Оставшиеся посетители жадно глазели на это зрелище. Рэйшен обернулся к ним лицом и страшным шёпотом произнёс:

— Вон!!!

Эти люди панически боялись набегов дроу из горного клана, но теперь они поняли, что бояться им следовало вот этого парня — рослого, широкоплечего, с тяжеленными кулаками… В один миг зал опустел. Рэйшен, всё так же держа Элину на руках, поднялся в их комнату и бережно уложил женщину на кровать.

— Темнотища-то какая, а ведь ещё не так поздно, — прошептала Элина. — Весна называется… Ни тебе птичек, ни цветов…

В комнату просочились вездесущие Тати и Эри. Эри тащил завёрнутый в тряпку клинок, а Тати предложила с утра позвать лекаря.

— С утра?! — громогласно возмутился Рэйшен. — Лекарь нужен прямо сейчас!

— Сейчас никто не придёт, — виновато проговорила девушка. — Уже весь город знает, что горные дроу явились, все боятся. Никто не рискнёт выйти на улицу…

— Тогда надо вызвать Стражу! Изловить их! Да я сам их поймаю и сдам в каталажку!

— Отложи всё до утра, Рэйшен. Рудный Стан — город тихий и сонный, никого твои беды ночью не волнуют. Вот с утра — пожалуйста…

В ответ Рэйшен разразился бранью. Тати с братом выскочили из комнаты как ошпаренные. Рэйшен бы сам сбегал за Эдилером Кристалфистом, но боялся оставить Элину одну. Хоть царапина на шее больше не кровоточила, женщина по-прежнему была бледна, в глазах всё расплывалось, а голос стал совсем слабым.

Рэйшен развернул сломанный клинок, внимательно осмотрел его, обнюхал и даже лизнул. Проклятый Тахирджон не обманул — лезвие было отравлено. Сам Рэйшен отравы не боялся, дроу были устойчивы к большинству ядов. Однако Элина не была ни дроу, ни эльфом, ни нимфой, и теперь ей предстояло умереть.

— Рэйшен, — прошелестела Элина с кровати, — а мне можно попить?

Дроу подал ей кружку с прохладной водой. Элина принялась жадно глотать воду, стуча зубами по краю кружки и проливая часть питья на себя. Может, стоит отнести саму Элину к лекарям? И пусть только попробуют не открыть дверь — Рэйшен её выбьет!