Глава 51

Рэйшену надоела эта затянувшаяся сцена.

— Эли, короче, давай я сверну шею этому мерзавцу, а скажем, что он из окна выбросился!

— Нам не поверят, Рэйшен, — грустно сказала Элина, — такой трус никуда не выбросится… Где же тот бравый лейтенант Лесной Стражи, который сопровождал меня в Жадвиль? Тогда этот человек предупреждал меня, что нельзя связываться с дроу: они подлые, дикие, непредсказуемые убийцы. И вот этот человек мечтает продать меня в рабство этим самым непредсказуемым убийцам, а один из дроу спасает меня от этой участи…

— Если бы ты знала! — выкрикнул ей в лицо Ингерам. — Если бы ты знала, как страшно быть в плену и зависеть от милости такого дикаря!

Элина знала это гораздо лучше Ингерама, но промолчала.

— Он мне надоел, этот слизняк, — презрительно бросил Рэйшен.

— Да и я устала, не могу принять никакого решения… Его даже убивать противно.

— Это точно.

— Так не убивайте! Суд для меня будет тем же самым убийством! — вновь принялся канючить лейтенант.

Элина велела Рэйшену пленника разместить на полу, но не развязывать, чтоб не уполз и не вздумал загрызть их на рассвете.

— А если будешь вопить и канючить, — пригрозила она, — то Рэйшен заткнёт тебя самым вонючим кляпом, который сумеет раздобыть.

Так они и скоротали оставшееся до утра время.

А утром злая и невыспавшаяся Элина сказала, что Ингерам поедет с ними в Глорк, но работать будет как последний раб. На галерах. Про галеры никто не понял, но Рэйшен хохотал как безумный, а Ингерам разрывался между радостью избавления и ненавистью к Элине. К этим чувствам добавился страх перед дроу, и бывший бравый лейтенант превратился в покорного слугу.

— Пока мы здесь, будешь помогать Клодии, а то она сына малолетнего посылает повсюду.

Клодия вначале отнеслась к такому повороту дел весьма скептически, но к концу дня убедилась, что Элина с Рэйшеном усмирили буйного бродягу, и тот покорно выполняет все поручения.

— А где он ночевать-то будет? — негромко спросила хозяйка постоялого двора у Элины. — Ты ж небось не захочешь, чтоб он у тебя все ночи коротал.

Элина содрогнулась. Этого ей ещё не хватало! Но и отпускать с глаз долой этого человека было нельзя. Выход подсказал сам Ингерам.

— У Клодии есть каморка, ну, типа кладовки какой-то, она почти пустая, она сама велела мне там прибрать. Я могу ночевать там. Ты меня на ключ закроешь, если не доверяешь, а утром выпустишь.

Выслуживался перед Элиной, что ли? Демонстрировал покорность? Втайне хотел, чтобы его не запирали на ночь? Наверняка всё это вместе. Тем не менее, Рэйшен, не склонный никому доверять, запер Ингерама в кладовке, а утром выпустил.