Глава 7. Часть 6 / Искушение страстью - "Оковы порочного соблазна" / Песегов Вадим
 

Глава 7. Часть 6

0.00
 
Глава 7. Часть 6

Омывая под струей теплой воды с душа своё тело, Оксана, запрокинув голову так, чтобы кончики её мокрых волос, касались спины. Смывая густой поток пены, геля для душа, Оксана протирала мочалкой грудь и живот, встав под струёй воды текущей с душевого соска. Завораживающим скольжением густые потёки пены, скользили по бархатистой коже Оксаны, оставляя на её коже аромат душистой розы. Вращая искусно бёдрами, закрыв глаза, Оксана обтирала мокрой мочалкой поверхность живота, оставляя на нём потёки стекающей с поверхности нежной кожи воды. Стукая каблуками черных туфель по кафельной плитке пола, Оксана, закрыв глаза, стояла, омывая своё тело, потоком будоражащей силы тёплой воды, ластясь в её ласковых объятиях, находясь в плену окутанной паром душевой пластиковой кабинки.

Перекрывая поток воды, вентилями смесителями, находясь в окружении густого, сладкого пахнувшего розой, плену пара, Оксана стянула с пластиковой двери белое полотенце. Окутывая им мокрые волосы, наклонившись в душевой кабинки, Оксана чувствовала легкую дрожь по всему телу, чувствуя как капли будоражащей силы воды на её теле, начинали быстро испаряться. Снимая быстро с двери кабинки второе полотенца, придавая его нежным тёплым, объятиям обнаженное тело. После чего взяв в руки флакон с гелем и повесив мочалку на кисть руки, толкнула кончиками пальцев дверцу кабинки так, чтобы она открылась, после чего перешагнула её высокий порог, ударив, каблуками черных туфель по кафелю, вошла в душевые помещения. Покачивая выразительной формой бёдер, Оксана направлялась по душевым помещениям к закрытой двери, чувствуя легкую дрожь по телу, от того как капельки воды испарялись на её теле.

«Только бы Иванов не узнал, как от меня разит перегаром и как мне пиздец плохо теперь стало, что я вчера пила?», размышляла Оксана, направляясь по помещению душевых, стукала каблуками намокших черных туфель.

Подойдя к двери, Оксана, коснувшись её пластиковой ручки, легким нажатием пальцем толкнула дверь от себя, ощущая прохладу воздуха, проникающую с раздевалки внутрь. Воздух в душевых был пропитан душистым ароматом розы и по мере того как Оксана открыла дверь в помещения раздевалки для медицинского персонала больницы, он начал улетучиваться. Переступая порог душевых помещений, Оксана вошла в раздевалку где были расположены железные шкафчики, наступая на теплый пол покрытый линолеумом. Пройдя между рядами шкафчиков, Оксана обошла ряд полностью, встав с конца второго от открытой двери душевых помещений, дверца которого была открыта. Поставив флакон с гелем и мочалку на полку, Оксана обернулась, наклонившись чуть вперед, снимая полотенце с головы, начиная протирать им волосы, пытаясь их высушить.

— Оксана Владимировна — обратилась Мария Леонова, выходя с дальнего конца ряда, испугав Оксану так, что она бёдрами от испуга вошла в открытую дверцу шкафчика

— Блядь!

Прошипела Оксана, грязно выругавшись, испытав шок от испуга, держась за открытый каркас двери, пыталась выбраться из шкафчика, чувствуя как сердце колотиться бешеным барабаном.

— Ты можешь блядь так не подкрадываться? — стараясь вылезти из шкафчика, в котором застряла бёдрами, недовольно выразилась, ругалась Оксана грязной лексикой

— Позвольте вам помочь

Положив планшет с анализами пациента на деревянную лавочку, подошла белокурая девица к Оксане, протянув ей руку, состроив при этом милую выразительную улыбку.

— Ну же просто возьмите мою руку

— Сама как-нибудь выберусь — прошипела Оксана, отринув помощь белокурой девушки, стоящей над ней и протянувшей руку — Без тебя обойдусь

— Ладно — повела губами недовольно блондинка в белом коротком халатике — Я просто хотела вам помочь — ответила Мария отошла от шкафчика, из которого, играя бёдрами, вылезла Оксана

— Говори лучше зачем пришла? — поинтересовалась Оксана, поправляя свисающее полотенце на груди, быстро окутала им своё тело

— Пришла доложить вам о вашем пациенте

Уверяла белокурая девушка, облокотившись, спиной на чей-то шкафчик, согнув одну ногу в колено, пленительным сочным изгибом бёдер, коснулась каблуком его поверхности.

— Функция дыхания немного улучшилась

Утверждала она, продолжая наблюдать за Оксаной и то как она повернувшись к шкафчику лицом положила упавшее на пол с волос полотенце на полку, взяла оттуда нижнее кружевное белье.

— Но рано радоваться

Рассказывала Мария, наблюдая как Оксана, повернувшись к ней спиной, вращая искусно бёдрами, словно стриптизёрша, надевала на себя черные ажурные трусики.

— Не стоит

— Это почему еще?

Обернулась Оксана, оставаясь стоять к девушке спиной, аккуратно развернула на себе белое махровое полотенце, после чего аккуратно его сложив, убрала на полку.

— Функция дыхания ведь улучшилась — утверждала Оксана, взяв с полки черный ажурный бюстгальтер — Он ведь может дышать самостоятельно

— Пока да — ответила Мария, перелистывая планшет — Но учитывая его ишемическое поражение миокарда, так как он перенёс инфаркт, я думаю, это не сильно ему поможет

— Атриовентрикулярная блокада продолжает развиваться?

Приложив подушечки бюстгальтера к розовым нежным соскам сочной груди, Оксана, надевая лямки на руки, после завела руки за спину, скрепив её в оковах застёжки.

— Что там с почечной недостаточностью

— Происходит развитие хронической почечной недостаточности

Ухмыльнулась Мария, подойдя к Оксане состроив выразительную красоту улыбку, блондинка встала за её спиной, вдыхая изумительный аромат розы, которым так искушено, пахло её тело.

— Какой прекрасный аромат

«Что это она так ко мне стала проявлять влечение, интересно просто к чему бы это», подумала Оксана, обернувшись, прикусывая краешек губы, посмотрела на блондинку что стояла у неё за спиной, вдыхая аромат с её кожи.

— Но ведь твоя улыбка говорит совсем о другом? — предположила Оксана

— Вы пытаетесь спасти трупа

— С чего ты так решила? — возмутилась Оксана с недовольным выражением лица, обернулась к своей собеседнице, словно в танце вращая искусно бёдрами, отошла на шаг назад

— Вот посмотрите сами — протянула Мария Оксане в руки планшет с результатами наблюдения за пациентом — Вы уж как врач это должны понимать

— Хм…. — повела недовольно Оксана, губками взяв из рук девушки планшет, открыла на нём лист проведённой регистрации показаний ЭКГ

Характеризуется последовательным, от комплекса к комплексу, прогрессирующим удлинением интервала PQ® с последующим выпадением желудочкового комлекса QRS. То есть Р есть, а QRS за ним не следует. Последовательное, от комплекса к комплексу, прогрессирующее удлинение интервала PQ® с последующим выпадением желудочкового комплекса QRS. Это удлинение и выпадение называется периодами Самойлова-Венкебаха.

На данной ЭКГ мы видим, как происходит постепенное нарастание PQ® от 0,26 до 0,32 с., после последнего (4) Р комплекс QRS не возник — импульс был блокирован в АВ узле. Всё это и есть блокада типа Мобитц 1. Далее обычно вновь возникает очередной Р и цикл возобновляется. Но эта ЭКГ интересна ещё тем, что по прошествии 0,45 с. комплекс QRS, всё же возник, но не потому что импульс повелся через АВ узел, а потому, что АВ узле сгенерировал его самостоятельно — это защитный механизм и тут он сработал на отлично. Чаще всего в том месте где возник QRS возникает просто очередной Р и цикл возобновляется.

— Ну, пиздец! — швырнув планшет на скамейку, стоящую между рядами шкафчиков, грязно выругалась Оксана, понимая, что пациенту уже не выкарабкаться — Еще немного и будет уже третья степень

— Рекомендую начать вводить ему кардиостимулятор

— Стоит назначить и провести операцию завтра

— Я сама могу это сделать — нагнувшись, поднимая планшет со скамейки, уверяла Мария, пока Оксана, повернувшись к шкафчику, достала из него вешалку с белым коротким платьем

— Хорошо — снимая платье с вешалки, ответила Оксана, кивая головой — Вот ты этим и займись, пока мне Иванов, учитывая, что меня сняли с аэропорта, не придумал новое занятие

— Вообще-то

Подошла белокурая девица в белом халатике, облокотившись на шкафчик рядом с которым стояла Оксана, вращая искусно бёдрами, надевала на себя белое платье.

— Иванов искал вас Оксана Владимировна — повела она губками, состроив взгляд такой как будто что-то задумала, уверяла блондинка — Просил передать что, пока не решат вашу судьбу здесь в больнице, ваша практика, после того как проведаете своего пациента, перейдёт в клинику

«Не то чтобы полный пиздец, но хотя бы что-то, хоть какая-то зарплата, может, если покажу себя, Иванов восстановит меня в должности», соглашаясь пойти на уступки, почти моментально Оксана решила для себя принять требования выдвинутые начальством.

— Прекрасно — улыбнулась Оксана, расправляя платье на бёдрах, обернулась она, чувствуя как нежная гладкая и обаятельная на ощупь его ткань, облегает её пылкое тело

— Что вот так просто? — была удивлена Мария, не поверив изумительной улыбке Оксане и то что она даже не стала высказывать никакие возражения

— Ну да — снимая белый длинный халат с вешалки, пожав плечами, ответила Оксана, тут же надевая его на себя — А почему нет?

— Что-то на вас не похоже

— Просто — уверяла Оксана, взяв с полки навесной замок и ключи, закрыла дверь повесив на её петли замок, закрыла его поворотом ключа — Я решила для себя, что я пока не в выгодном положении, чтобы спорить с начальством

— Есть ведь много других смежных профессий

Просила не унижаться так Мария, последовав следом за Оксаной, когда она проходила между рядами шкафчиков, убирая ключи в карман, белого надетого на ней халата.

— Да и в конце концов-то — продолжила убеждать блондинка, продолжая идти за Оксаной, когда она дошла до края ряда и свернула в сторону выхода из раздевалки — Можно ведь устроиться в частную клинику, я думаю, вас туда примут с распростёртыми объятиями

— Кем?!

Обернулась Оксана, встав у закрытой двери, раздевалки медицинского персонала, касаясь кончиками пальцев закрытой двери, выражая волнением легким прикусом краешка губы.

— Поломойкой?

— Почему сразу поломойкой?! — удивилась Мария, не понимая, к чему клонит Оксана

— А кем Мария?

Возразила Оксана, открывая дверь раздевалки, вышла из помещения раздевалки, перешагивая порог, сгибая ногу в колено сочным изгибом. Прищурив взгляд голубых лазурных глаз от ярких лучей восхода солнца, проникающих через окно в коридоре, Оксана обернулась к двери, через которую вышла, наблюдая за своей белокурой собеседницей.

— После того какую рекомендацию напишет Иванов меня только поломойкой и возьмут

— Вы превосходный врач Оксана Владимировна

Направляясь следом за Оксаной по больничному коридору, сияющим в лучах восхода солнца над Москвой, уверяла Мария, подошла вместе с ней к окну.

— Вы только на моих глазах провели множество сложных операций

— Это не изменит его решения

Вдохнув запах парфюма, которым как первозданный цветок пахло белокурой собеседницы, немного возбудилась Оксана, отражая в глазах легкую порочную интригу.

— Он просто вышвырнет меня отсюда — уверяла Оксана, коснувшись занавески на окне кончиками пальцев, заставив материю её нежной белой ткани её колыхаться — И напишет такое, что я нахуй понимаешь, нахуй блядь никому не буду нужна, как врач

Утверждала Оксана, чувствуя обиду, с горечью поджала нижнюю губу, ощущала чувство разбитого и растерянного состояния, не могла даже принять решения.

— Поэтому я с радостью приму его условия

— Да он же так об вас ноги вытрет — уверяла блондинка, проследовав за Оксаной по коридору, прошла между двух идущих на встречу медсестёр

— Ну и пускай — обернулась, прошипела Оксана — В том, что мальчик Самойловой погиб там, на операционном столе, в этом только моя вина понимаешь и больше не чья

— Нет не ваша

Возразила, оспаривая такой довод Мария, коснувшись руки Оксаны, вынудила её обернуться, когда она подошла к ступенькам лестницы, ведущей наверх.

— Никто не мог знать

Уверяла блондинка, встав лицом к лицу с Оксаной, ей было наплевать, что рядом спускались по лестнице еще две медсестры, которые косо посмотрели в их сторону, заметив у них в глазах искру.

— Что такое может произойти

— Я была его лечащим врачом, понимаешь?

Стоя лицом к лицу с девушкой уверяла Оксана, отойдя на шаг назад, наступая на первую ступеньку лестничного пролёта.

— Я должна была это предвидеть

— Мальчик умер на операционном столе

Уверяла Мария Леонова, после того как Оксана повернулась к ней спиной, начиная подниматься по ступенькам лестницы, шикарно выражая изумительную прелесть бёдер.

— Там действительно никто бы ничего не успел сделать

— Если бы я не переживала так за свою дочь

Остановившись на ступеньках боком, расставив ноги порознь, убеждала Оксана, продолжая смотреть в лицо девушки, находясь на лестничном пролёте.

— Не поставила свои чувства выше других — рассказывала Оксана, выражая отчаяние подергиванию нижней челюстью — Ничего бы этого бы, возможно бы и не случилось

— Вы взяли на себя всю ответственность — блондинка словно гордилась Оксаной, продолжая подниматься за ней следом по ступенькам лестницы, пока не поднялись на второй этаж — Но так не должно быть

— Откуда тебе знать, что должно быть, а что нет?!

Встав в коридоре у окна, спросила Оксана, отойдя от ступенек лестницы, опираясь бёдрами на пластиковый подоконник, склонив голову, продолжая смотреть в пол.

— Мне нужно проведать своего пациента

Не желая дальше продолжая эту нудную для неё беседу, заявила Оксана, направилась дальше по коридору в право одна.

— Передай Иванову — уверяла Оксана, встав посреди коридора — Если его увидишь

Говорила Оксана, отойдя к следующему окну, давая пройти двум медсёстрам, идущим с реанимационного отделения, подошла к подоконнику.

— Что я приду в поликлинику, как только проведаю сама своего пациента

— Это было бы очень кстати сейчас Оксана Владимировна

Услышала Оксана голос Иванова, заведующего больничным комплексом, обернувшись, увидела главврача в черном представительском костюме, поверх которого был одет белый халат.

— Но пока извольте объясниться с прессой

Подошёл Иванов к Оксане, так чтобы она смогла почувствовать исходящий запах от его парфюма «Vintage от John Varvatos», впитавший в себя аромат жасмина, стойкость ириса и корицы.

— Они, безусловно, теперь хотят с вами поговорить — встав рядом с Оксаной, утверждал главврач больничного комплекса — Дело может приобрести международный скандал и вам лучше уладить его самой, пока сюда не прибыли репортёры из Берлина

— Но что я им скажу?

Поинтересовалась Оксана, посмотрев, выразительно раскрыла лазурные голубые глаза, в которых отражались искорки лучей восходящего над мегаполисом солнца.

— Я совсем не готова выступать перед ними

— Вы лечащий врач Вольфа — утверждал Иванов, продолжая смотреть на Оксану серьёзным взглядом — Вам придётся придумать какую-то сказку для общественности

— Но что я им скажу — воспротивилась Оксана сначала, когда Иванов схватил её за руку, принуждая пойти за собой — Леонова вам что нечем заняться?

— Пожалуй, пойду, проверю как там наш с доктором Серовым пациент

— Что я скажу репортёрам? — проследовала Оксана сама за Ивановым, после того, как главврач отпустил её руку и направился по коридору в сторону, откуда он и пришёл

— Не знаю — развел рука заведующий, после чего пожал плечами, продолжая идти по коридору, вёл себя так, как будто это больше не его проблема — Что-нибудь придумаете — обернувшись, продолжая идти, ответил Иванов

— Что придумать? — возмутившись, но продолжая следовать за главврачом, переспросила Оксана, совсем не понимая его доводов

— Вы же блондинка

Ухмыльнулся заведующий, продолжил направляться дальше по коридору, в тот момент, когда будоражащие отклики толпы, где-то за углом стали усиливаться гулом нарастания толпы.

— Вам проще всего будет придумать какую-нибудь глупость

— Вы думаете, что я дура?

— Я такого не говорил

— Но вы так подумали!

— Какая разница Орлова — утверждал Иванов, когда Оксана прошла по коридору, подошла к Иванову, где он стоял за углом в его конце поворота, ведущее в другое крыло — Что я подумал

— Хотелось бы уточнить этот момент

Возразила Оксана, повернув за Ивановым не обращая внимания на гул шума собравшейся толпы, зашла за угол и буквально раскрыла рот от удивления.

— Что здесь происходит? — была удивлена Оксана, увидев толпу репортёров

— Вот вы им и объясните то — распорядился Иванов, улыбнувшись ехидной улыбкой — Чего я не смог сделать за вас

— Почему? — удивилась Оксана, встав, словно в ступор, не решаясь ступить и шагу

— Потому что я не знаю, что им говорить

Рассказывал Иванов, направляясь с Оксаной по коридору к толпе репортёров, стоящих у дверей входа в реанимационное отделение, у которых собралась охрана Вольфа, не пуская их внутрь.

— Что мне им сказать? — повысив тон голоса, словно уже крикнула Оксана, пытаясь привлечь внимание Иванов к себе

— Господа

Обратился Иванов к репортёрам, что с камерами и фотоаппаратами для профессиональной журналисткой съёмки, словно посыпали коридор вспышками и непрерывной записью репортажа.

— Дамы

Добавил заведующий больницей, обращая сначала на себя вновь внимание собравшейся прессы и других телестанций и журналов людей работающих на средство массовой информации.

— Вот главный лечащий врач — представил он репортёрам Оксану, указывай рукой на неё — Все вопросы, касающиеся состояния здоровья нашего заграничного гостя Ганса Вольфа, прошу задавать Орловой Оксане Владимировне

— Оксана Владимировна

Сразу же ринулась светловолосая девушка в бежевом костюме с короткой юбкой к Оксане, держа в руках микрофон первого канала и давая команду своему оператору снять её крупным планом.

— Как вы можете охарактеризовать состояние Ганса Вольфа?

Спросила она первым делом, вставая так, чтобы репортёры и журналисты других компаний, не могли подойти к Оксане.

— Его здоровью сейчас ничего не угрожает?

— М…. — прикусывая краешек губы, Оксана сначала даже не знала, что и ответить, посмотрев с оглядкой на Иванова, когда главврач больницы, уже стоял у неё за спиной

— Оксана Владимировна — шепотом прошептал Иванов — Не тупите, скажите им что-нибудь

«Старый ты пердун, тебе блядь это дорого будет стоить, будь моя воля, ты бы валялся у меня в ногах», первое, что предположила Оксана в грубой форме, подумав про Иванова.

— Господин Вольф перенёс сложную торакотомию

Начала говорить Оксана, переживая, сначала её голос дрожал, каждая мускула, скулы и челюсть были в полном напряжении и волнении.

— Нам удалось устранить последствия эмфиземы легких возникших у него впоследствии…..

— Скажите нам стало известно — утверждала уверенно журналистка первого канала держа микрофон у своих губ, после чего подняла его к губам Оксаны — Что у господина Ганса Вольфа случился спонтанный пневмоторакс, вам удалось ликвидировать его последствия

— После проведённой операции — стараясь пройти мимо, говорила Оксана, но журналисты никак не давали ей пройти — Состояние господина Вольфа стабилизировалось

— Как вы считаете — репортёрша, словно не хотела просто так отпускать Оксану, когда она хотела пройти мимо неё — Что-нибудь сейчас угрожает его жизни?

— Простите

Неожиданно вмешался Иванов, подходя к Оксане с двумя охранниками их службы безопасности больничного комплекса, освобождая для неё сразу проход в сторону реанимационного отделения.

— Но гражданке Орловой нужно проведать своего пациента, как что-то будет известно о его состоянии, мы сразу же дадим вам знать

— Скажите, а если потребуется пересадка сердца — проявляя настойчивость, говорила репортёр первого канала — Вы дадите ему сердце, ведь как нам сообщили сотрудники вашей больницы у господина Вольфа острая сердечная недостаточность

— Вы хоть сами понимаете, что вы говорите?

Ухмыльнулся недоверчиво Иванов, обращаясь к репортёру первого канала, в тот момент как другие журналисты пытались ослепить его и Оксану вспышками фотоаппаратов в коридоре.

— Господин Вольф уже в таком возрасте

Рассуждал заведующей больницей, обращаясь к репортёру, оглядывая всех в этом коридоре собравшихся тележурналистов.

— Что мы не можем предоставить ему никакой донорский орган

Пояснил Иванов, распорядившись охранника службы безопасности больницы раздвинуть коридор для Оксаны, позволяя ей пройти в реанимационное отделение.

— У нас тысячи пациентов по всей стране, которые моложе Ганса Вольфа как минимум вдвое, а то и втрое раз, а некоторые даже вчетверо с врождённым пороком сердца

Кивнул он Оксане, намекая на то, чтобы она удалилась с коридора, взяв всё внимание журналистов и телевизионных компаний на себя.

— Которым это же сердце — уточнил Иванов так, застроил акцент именно на этой фразе для всех журналистов и репортёров — Жизненно необходимо

«Я конечно не была так ему никогда благодарна, но сейчас этот старый пердун просто бесподобен, хоть это даже и его вина», ухмыльнулась Оксана, почувствовав себя королевой, гордо поднимая подбородок, чувствуя себя королевой, направляясь по коридору в тот момент, когда её окутывала фотовспышки с девятка камер.

— Оксана Владимировна

Словно почти поклонились, приклонив голову, два охранника господина Вольфа, раскрыли стеклянные двери реанимационного отделения, давая возможность Оксане пройти через них.

— Проходите скорее — уверял этот же мужчина в черном костюме, держась за ручку открытой двери — Господин Вольф ждёт вас в своей палате

— Это так мило

Застенчиво улыбнулась Оксана, входя в открытые двери, заметила медсестру на входе, блондинка в колпаке и белом халате и марлевой повязкой на лице, стояла у входа держала для неё накидку.

— Это тоже мне? — поинтересовалась Оксана, взяв из рук девушки предложенную белую накидку, накинула её на плечи поверх халата

— Господин Вольф уже проснулся — уточнила девушка, казавшаяся для Оксаны медсестрой, разговаривая с ней весьма деликатно и услужливым тоном — Он хотел бы вас видеть

— Правда? — изумилась в улыбке Оксана, взяв из рук девушки предложенный белый медицинский колпак когда вошла отделение и стеклянная дверь плавно закрылась за её спиной

— Прошу проходите, пожалуйста

Утверждала девушка, скрывая свою улыбку за марлевой повязкой на лице, но по скулам Оксана поняла на её физиономии странную улыбку.

— Господин Вольф — разговаривала она, направляясь по коридору обернувшись, хотела видеть, что Оксана за ней идёт — Уже вас ждёт — встала девица в белом халате у открытой двери медицинской реанимационной палаты, когда прошла за спиной кресла дежурной медсестры

— Фрейлин

Заметил Вольф Оксану, как только она подошла к открытой двери его палаты, хриплым голосом произнёс старик, обратившись к ней.

— Рад вас видеть

— Я тоже рада вас видеть господин Вольф

Признательно улыбнулась Оксана, поправляя надетый белый колпак на голове, вошла в палату, продолжая пристально смотреть на девушку, державшей для неё дверь открытой.

— Вы не против — обратилась Оксана к пациенту лежавшему на больничной койке реанимационной палаты — Если я попрошу вашу девушку оставить нас

— Это не моя девушка — через силу, было видно, заметила Оксана, как пациент улыбнулся — Я если честно вообще не знаю кто она, думаю что она тут работает

— Возможно

Предположила Оксана, совершенно не зная девушку, которая держала перед ней дверь открытой, после чего как она вошла в палату, подозрительная медсестра оставила их, закрыв за собой дверь.

— Всех тут я не могу знать

— Я хотел вас поблагодарить фрейлин — говорил Вольф, лежа на подушке, его койка была чуть приподнята, чтобы он мог находиться на ней наполовину сидя — Операция ведь прошла успешно

— Что толку — холодно ответила Оксана, стукая каблуками черных туфель по кафелю в палате, Оксана подошла к окну — Она вам не поможет

— Но она уже помогла — уверял старик, стараясь придать Оксане надежду — Я могу дышать самостоятельно, без маски

«Старый ты пердун, жизнь не обманешь никакими деньгами и с собой их туда не заберёшь», думала Оксана, стоя у окна, касаясь пальцами, обеих рук, его подоконника.

— Я видела вашу кардиограмму господин Вольф…..

— Фрейлин прошу — возразил пожилой мужчина — Прошу обращайтесь ко мне Седаков, я ведь всё-таки из России и мои корни здесь достаточно глубже

— Хорошо

Вздохнула Оксана, не чувствуя в палате ничего, так как работал освежитель воздуха, ликвидировал все другие запахи, создавая микроклимат так, как будто не чувствовалось ничего.

— Вы ведь понимаете господин Седаков

Утверждала Оксана, обернувшись, после того как насмотрела на город при пасмурной погоде, даже при восходе солнца над Москвой, всё казалось каким-то серым за окном.

— Вы ведь понимаете, что можете окапаться тут? — уточнила этот момент Оксана, направляясь к стулу стоящему у кушетки — И в прямом смысле этого слова, я говорю серьёзно

— Я буду рад умереть здесь

Вдохнув полной силой легких, ответил Вольф, в его грудной клетке даже без слуховой диагностики Оксана слышала хрипы и пронзающий неприятный свист.

— Ведь родина моя Россия

— А я почему-то думала

Забавно улыбнулась Оксана, пододвинув к себе белый стул, расположилась на нём, поправляя сначала накидку с халатом одетую на себе.

— Родина там — делилась своим мнением Оксана, продолжая выразительным взглядом лазурных глаз смотреть на старика — Где жопа в тепле

— Когда-то — откашлявшись в руку, улыбнулся взаимно пожилой мужчина — Я тоже думал так, гнался за большими деньгами, за властью, за возможностью жить так, чтобы не быть никому обязанным

— И что же случилось? — поинтересовалась Оксана, сомкнув колени вместе, положила на них прохладой пропитанные ладони обеих рук

— Я потерял любимую — откровенничал Седаков — Друзей, всех, абсолютно, продолжая жить одной жаждой наживы, душой, как оказывается, сыт не будешь

— Хорошо сказано — похвалила Оксана, поддержав его слова милой улыбкой

— Что толку от пустых слов

Ответил Вольф, откашлявшись в руку, даже после проведённой торакотомии, операции по резекции легких, поражённо тканями эмфиземы, пациент испытывал все еще легочную недостаточность.

— Они пользуя не принесут

— Господин Вольф — не придавая значения жалости пациента, обратилась Оксана, взяв с тумбы рядом с койкой пациента стетоскоп — Вы позволите вас послушать

При аускультации, Оксана обратила своё внимание на динамику сердечного ритма, в тот момент, когда он выслушивается правильным темпом, прерываемый длинными паузами, указывающими на выпадение желудочковых сокращений, брадикардия, появление пушечного I тона Стражеско. Определяется увеличение пульсации шейных вен по сравнению с сонными и лучевыми артериями.

Сокращения сердца у детей и взрослых обеспечиваются благодаря работе сердечной мышцы — миокарда. Импульсы в сердце формируются в синусно-предсердном (синоатриальном) узле и затем направляются к пучкам Тореля, Венкебаха, Бахмана, а также в атриовентрикулярный узел. В последней указанной точке импульс немного задерживается, чтобы предсердия нормально сократились, а кровь попала в полость левого желудочка и правого желудочка. Затем путь импульса лежит в ствол пучка Гиса, оттуда — в ножки пучка Гиса, к миокарду желудочков и пучкам Пуркинье. В результате кровь сбрасывается в аорту и легочную артерию.

— У вас атриовентрикулярная блокада второй степени — предположила Оксана, проделав аускультацию стетоскопом своему пациенту

— Я не совсем понимаю, что это значит фрейлин

— Я планирую вам на завтра ввести кардиостимулятор — ответила Оксана, снимая стетоскоп, оставив его висеть на шее

— Раз вы считаете, что это необходимо

— Да я считаю, что это необходимо! — прошипела Оксана, была уже вне себя от жалости к себе пациенту — И моя напарница или скорее даже будущая подчинённая вам это сделает

— Мне было бы приятней, если бы это сделали вы фрейлин

— Почему я? — удивилась Оксана, отложив стетоскоп обратно на тумбу

— Вы так на неё похожи

— На вашу медичку в тюрьме? — предположила Оксана, сразу понимая о ком, говорит этот мужчина

— Но как я сказал раньше — утверждал он, отражая на своём лице мимику отчаяния — Вы блондинка

— Вам не нравятся блондинки? — поинтересовалась Оксана

— Я не то имел в виду

— Хорошо — согласилась Оксана, стараясь не провоцировать пациента, глубоко вздохнула, посмотрев в окно за своей спиной, развернувшись на стуле, села боком — Тогда расскажите

— Вы хотите послушать старого ворчуна?

— А разве, похоже, у меня есть выбор? — мило улыбнувшись, пожав плечами, ответила Оксана

Продолжительные пару часов, Вольф рассказывал снова о своей жизни Оксане, такое чувство возникало у неё, что он скорее исповедовался. Начал рассказывать опять с тюрьмы, про свою любовь, работающую медицинским работником, про чувства, отношения и дружбу. После начал рассказывать про жизнь после освобождения после тюрьмы. Про преступную увязшую жизнь, которая началась у него на воле и из которой, имея уже любимого человека, он хотел выбраться.

— Это всё замечательно — коснувшись руки Вольфа, мило улыбнулась Оксана — Но если вы не возражаете, мне нужно идти работать в клинику

— Я поговорю с вашим начальством — заверил пациент, никак не хотел отпускать после долгой беседы Оксану от себя, взявшись за её руку — Прошу, старику ведь не так долго осталось, прошу, побудьте с ним последние его деньки

«А чего мне терять, что там блядь будут ныть, что здесь как исповедь, зато тут уже не надо никого слушать или что-то делать», предположила Оксана, мило улыбнувшись в ответ, глубоко вздохнула, хватая воздух в палате ртом.

— Ладно хорошо — согласилась с улыбкой на губах Оксана — Могу я хотя бы выйти в туалет, а то обоссусь уже прям здесь?

— Да-да конечно — закивал послушно головой Вольф, отпуская руку Оксаны — Вы ведь придёте еще, посидите еще чуть-чуть со стариком

— Ну, куда я от вас денусь — вставая со стула, уверяла Оксана, чувствуя как после продолжительных двух часов сидения на нём, ноги окончательно затекли

— Возвращайтесь скорее фрейлин — утверждал старик, лежавший на койке, когда Оксана подошла к закрытой стеклянной двери, открывая которую нажатием пальцами на пластиковую ручку

— Приду, как сделаю свои дела

Ухмыльнулась Оксана, встав в проходе открытой двери, выражение лица старика, словно принуждало её быть немного добрее, Вольф как будто давил на жалость и делал это искусно.

— Ну конечно я приду — заверила, мило улыбнувшись вновь в ответ лежавшему на больничной койке старику — Сейчас только до туалета схожу

— Я буду вас ждать

— Ох и влетит же мне от начальства — шепотом прошептала Оксана, когда хотела закрыть дверь больничной реанимационной палаты за собой

— С вашим начальством я разберусь

Уверял пожилой мужчина, был настойчив, словно время проведения с Оксаной для него было последним моментом в его жизни.

— Прошу оставьте дверь открытой — потребовал он — Так мне будет проще думать, что вы вернётесь

— Ну а куда я еще могу деться? — пожав плечами сохраняя улыбку на губах, Оксана вышла из палаты в коридор реанимационного отделения

В коридоре реанимационного отделения, дежурила одна медсестра, на посту, девушка с кашемировым оттенком волос, пряди которых выглядывали из-под белого колпака. Поправив дужки очков, одетых на карих, словно как у хищницы глазах, медсестра набирала текст на компьютере, нажимая аккуратно на клавиши клавиатуры. В самом отделении слышался отзвук пиканья сигналов приборов жизненных показателей, постоянно регистрирующих контроль, за жизнью пациентов. Тишина в этом отделении словно завораживала, если бы не работа приборов жизнеобеспечения и ударов по клавишам компьютера дежурившей на посту медсестры, то казалось, не было бы слышно никаких посторонних звуков.

Войдя в коридор, Оксана аккуратно прикрыла за собой стеклянную дверь, прислонившись на некоторое время к ней спиной. Постояв так какое-то время, Оксана глубоко вздохнула, медленно аккуратно отошла от двери, проследовав по коридору мимо стеклянных дверей реанимационных палаты с большими окнами. Проследовав по коридору в сторону служебного туалета, Оксана наблюдала за тяжело больными, перенёсшими аварию, последствия тяжелых операций и людьми, находившимися в коме.

— Извините, вы мне не поможете? — обратилась белокурая медсестра, девушку которую Оксана видела на входе в реанимационное отделение

«Блядь ну почему я, здесь же есть еще дежурная медсестра», хотела произнести свои мысли в слух Оксана, указывая пальцем на дежурную медсестру, прикусывая губу, встала у открытой двери реанимационной палаты.

— А в принципе почему бы и нет

Согласилась, выражая любезность милой улыбкой, Оксана вошла через открытую дверь в палату пациента находившегося в глубокой коме. Не обращая на это внимания, Оксана заметила у койки пациента каталку с приготовленным бельем. Аппарат жизнеобеспечения фиксировал жизненные показатели больного, сердцебиение, пульс, а так же газовое насыщение крови.

— Конечно, что нужно сделать? — поинтересовалась Оксана, не понимая медсестру, что стояла у койки пациента, кивнула ей чтобы она закрыла за собой дверь

— Закройте дверь, пожалуйста — попросила довольно вежливо блондинка, стоя у койки пациента рядом с каталкой

— А разве не нужно? — удивилась Оксана, но всё же покорно закрыла дверь палаты пациента находившегося в коме

— Просто помогите переложить пациента на каталку

Уверяла блондинка, словно мешкала и чего-то стеснялась, как будто испытывала чувство вины, за поступок, который еще не совершала или не успела совершить

— Это мой брат и ему сейчас будет сложная операция, я хотела еще немного побыть с ним

— Хорошо конечно

Любезно улыбнувшись, согласилась Оксана, пройдя по палате, на окнах которой были задвинуты жалюзи, а на стеклянной двери, висела белая плотная накидка.

— Что нужно сделать? — встав у каталки, спросила Оксана, касаясь пальцами белой гладкой простыни на ней

— Пожалуйста, сними с него одеяла — обратилась медсестра, отошла почему-то к столешнице, что-то там делая — Я сейчас подготовлю каталку

— Что же ладно — кусая нервно губу, Оксана наклонилась над койкой пациента, медленно снимая одеяло с мужчины, оголяя его торс

«Он ведь в коме, какая может быть операция, не знаю не одной, чтобы была схожа с его симптомами», предположила Оксана, раздумывая, медленно оголила тело мужчины на койке

— А что за операция у него будет?

— У него никакой

— Тогда что за…..

Не успела Оксана договорить, как девушка стоящая сзади, прислонила, как только она обернулась, платок, пропитанный хлороформом к её лицу. Вдохнув резкий его глоток, Оксана хотела вырваться, но настойчивая девица, сбросив колпак с её головы, схватила за волосы и плотно к носу прижала этот платок. После нескольких больших глотков этого едкого вещества, Оксане все же хватило сил вырваться из рук хрупкой девушки. Оторвавшись от неё, Оксана от бессилия, не имея даже голоса сама легла, не понимая как на каталку, боком, после чего перевернулась на спину, но глаза сами уже закрылись. Чувствуя, как руки этой незнакомки укрывали её тело, Оксана медленно погружалась в темную бездну сознания, изнывая стоном от бессилия, хотела позвать на помощь, не имея при этом возможных сил кричать. После чего белая простыня полностью скрыла тело Оксаны на каталке с ног до головы, каталка медленно начала двигаться, укачивая сильнее в момент движения. После чего Оксана засопела, уткнувшись в белую простыню крепким непомерным её силам сном.

 

***

Открывая медленно глаза, Оксана поняла, что находится в гостиной загородного дома, чувствовала под собой мягкую поверхность кожаного черного дивана. За окнами разыгрался солнечный день, поздней осени, яркие лучи старались неистово пробиться в комнату, через завешанные шторы на больших окнах. В камине напротив дивана тихо щелкали угли, в камине излучая мелодию приятного ритма света розового свечения по всей комнате. Приятный древесный запах, кожи и мускуса в сочетании с бергамотом витали в воздухе по всей гостиной. У окна стояла рыжеволосая девушка в зелёном платье, вечерний фасон платья, смотрелся довольно эротично, на этой бестии, когда она так сексуально держала на согнутой руке бокал мартини. Рядом с входом, у закрытой двери стоял мужчина, крепкие руки, могучие плечи и обаятельный внешностью, для Оксаны, торс, был скрыт за белой рубахой на мужчине.

Чувствуя изнурительную слабость, всё еще ощущая этот противный запах хлороформа, Оксана издала лёгкий стон, раскрывая алые губы. Привлекая своим голосом внимание рыжеволосой девушки, Оксана заметила, как она обернулась, узнав в ней Варвару Воронову. Сделав медленно с хищной улыбкой на лице, отпивая с бокала глоток, девушка направилась в сторону дивана на котором, опираясь на подушку головой, лежала Оксана. Приподнимаясь, делая упор на локти, Оксана ничего не понимая, оглядывалась по сторонам, пытаясь сообразить, где она находится.

«Что произошло, опять эта помешанная сука, как же она меня бесит», размышляла Оксана, наблюдала за идущей к ней девушкой, посмотрела на стол, что был расположен рядом с ней, на котором стоял бокал с апельсиновым соком.

— Ты проснулась дорогая — ухмыльнулась подлой змеиной улыбкой Варвара Воронова, встав у дивана, посмотрела с усмешкой на Оксану — Прости, что пришлось тебя усыпить, просто по-другому я бы тебя сюда доставить не смогла

— Но зачем? — поинтересовалась Оксана изнурённым голосом, чувствуя изнурительную сухость во рту, смачно проглотила слюна во рту

— Я выкупила тебя у Волкова — ухмыльнулась она присев на край дивана, заметив с какой жаждой, Оксана смотрит на стакан с апельсиновым соком

— Но как? — не понимая еще что происходит, переспросила Оксана

— Хочешь пить?

Спросила Варвара Воронова, поставив свой бокал с мартини на столик, продолжая сидеть рядом с Оксаной, взялась за тонкую ножку бокала с апельсиновым соком, предлагая его ей.

— Уверена, что хочешь — настоятельно предложила Варвара, протянув бокал Оксане, словно вложила его ножку ей в руку — Пей

— Спасибо — поблагодарила Оксана

Начиная жадно пить бокал с апельсиновым соком, Оксана чувствовала, как его кисло-сладкая жидкость насыщает её организм влагой. Продолжая с интересом смотреть на мужчину, что покорно, слушаясь свою рыжеволосую хозяйку, стоял у закрытой двери. Рыжеволосая девушка, словно возбудилась от того как капли апельсинового сока сочились с губ Оксаны, выступали по их пылкой алой поверхности. Дотронувшись до колена Оксаны, девушка, словно не хотела заявлять на неё сейчас свои права, а просто смотрела с подлой усмешкой на губах, будто что-то задумала.

— М… какой прекрасный сок — облизывая жадно губы, Оксана почувствовала как последние его капли опустились на поверхность выставленного языка

— Я для тебя старалась — уверяла рыжеволосая девушка, продолжала сидеть рядом с Оксаной, взяла из её рук пустой бокал с выпитым соком

— Так и как долго я у вас пробуду? — поинтересовалась Оксана, чувствуя интригу нарастающей между ней и девицей в зеленом платье связь

— Ты свободна — ухмыльнулась она

— Так значит, я могу уйти? — чувствуя легкую напряженность между ней и этой девицей, спросила Оксана, оставаясь сидеть на диване, выразительно раскрыв глаза, смотрела на неё

— Даже не хочешь услышать моё предложение?

— А что за предложение? — прикусывая нервно краешек губы, Оксана смотрела, как рыжеволосая развратница игриво игралась коготками с кончиком белого врачебного халата, надетого на ней

— Волков расплатился со мной тобой

— Но я ведь не товар, который можно взять и купить?

— Верно

Согласилась Варвара Воронова, вставая с дивана, рыжеволосая бестия, шикарно покачивая бёдрами, стукая каблуками зелёных надетых на её ногах босоножек, направилась к окну.

— Не товар

— Тогда как вы могли меня купить?

Поинтересовалась Оксана, смотрела то на мужчину в комнате, что служил телохранителем для рыжеволосой девушки то на его хозяйку, стоящую у окна.

— Это ведь незаконно

— Тебя никто не держит — обернувшись, положив руку на талию, повторила Варвара Воронова

— Так значит, я могу идти? — опуская ноги с дивана, Оксана коснулась каблуками черных туфель теплого древесного пола в комнате, от которого исходил природный запах древесины

— Как тебе предложение работать у меня? — поинтересовалась рыжеволосая девица

— Но я уже работаю в клубе

— И много ли ты там получаешь? — поинтересовалась Варвара

— Но….

Переводя дух, почувствовала Оксана легкое затруднение, как при душном воздухе и ощутила как тело начинало накаляться огнём, каждая клеточка её тела словно начинала пылать огнём.

— Достаточно

«Не может быть, блядь только не это, нет эта сука меня не получит, только не так, не через этот возбудитель, который она применила на мне в качестве апельсинового сока», размышляла Оксана, продолжая сидеть на диване, положив руки на его мягкую поверхность между ног.

— Ну, я скажем…..

— Твоя подруга — помедлила немного рыжеволосая девушка, изумившись в улыбке, будто поняла, что уже начинает происходить с Оксаной — Вернула мне шубку и колье, а так же деньги что я предназначила тебе просто в качестве подарка

— Да я знаю

Прерывисто говорила Оксана, вдыхая воздух полной грудью, чувствовала, как начинала возбуждаться и с трудом сдерживала себя в руках, ощущала жар по всему телу.

— Фух…. — вздохнула Оксана, хватая воздух ртом, нежным чувствительным стоном выразила свою возбуждённость — Здесь у вас так жарко

— Можешь снять свой халат

— Я думаю это необязательно — ощутила Оксана, как капли обильного пота выступили на её будрах, груди и на лице — Хотя нет, думаю, я его сниму

— Хорошо — ухмыльнулась рыжеволосая девушка, пожав плечами — Как знаешь — добавила она, наблюдая, как Оксана встала с дивана поспешно начала расстёгивать пуговицы белого халата

— Мы тогда с Верой сильно поругались — утверждала Оксана, расстегивая пуговицы белого халата на себе, чувствовала сильный приток крови и гиперсексуальность по всему телу

— Я знаю

Утверждала Варвара Воронова, наблюдая, как Оксана скинула с себя белый халат на пол, почти уже теряла чувство контроля, уже была готова сойтись в объятиях страсти хоть с кем.

— Мне она тоже в клубе у Волкова истерику устроила

— Можно я сниму платье? — не понимая, как сама предложила Оксана

— Ну, если ты не замёрзнешь

Кокетничала рыжеволосая девушка, повела губами, будто специально оставалась холодной к состоянию Оксаны и не пыталась подавать никакого вида довольства.

— То снимай, пожалуйста

Рассуждала Воронова, наблюдая, как Оксана уже начала снимать с себя белое короткое платье, вращая при этом искусно движению королевской кобры телом. Снимая одну лямку платья на плече за другой, Оксана медленно оголила грудь, что была скрыта оковами черного ажурного бюстгальтера. После чего взявшись кончиками пальцев за его тонкую легкую ткань, начала вращая тазом медленно его снимать до талии.

— Ты самое главное не замёрзни милочка

Рыжеволосая искусительница словно играла с сознанием Оксаны, когда она скинула с себя платья, перешагнув через него, оставив его на полу в гостиной.

— Господи какое у тебя красивое тело — забавляя в улыбке, говорила Воронова, отошла от окна, медленно направляясь к Оксане в тот момент когда она уже не могла держать уже себя в руках

«Блядь ну возьми же меня, возьми, отдай эту зверю, пускай так оттрахает я хочу жестко, хочу в любых позах, да дайте же мне себя», размышляла Оксана, уже на грани самоконтроля.

Находясь рядом с рыжеволосой девушкой, вдыхая от её раскрытых губ аромат мартини, что ветром любви охватывал тут же страстью дыхания алые губы Оксаны.

— Ты хочешь на него посмотреть? — предположила Оксана, что раздевшись самой, процесс приближения сексуального акта будет быстрее, заводя при этом руки за спину, стоном упоительного искушения расстегнула застёжку бюстгальтера — Ну же прошу, скажи да…..

— Тш…. — прислонив палец к губам Оксаны, прошипела так сексуально рыжеволосая бестия и взглядом зелёных глаз наблюдала за ней, в тот момент когда она не особо тормозя теперь в движениях оголила грудь — Конечно, я хочу посмотреть на тебя

— М…. я больше не могу — завелась Оксана была уже не пределе потерять рассудок, столь сильный возбудитель придал такое желание секса, с которым она не могла совладать

— Повернись — сморщив губки трубочкой и не давая Оксане себя поцеловать, распорядилась рыжеволосая девушка, развернув, положив обе руки к ней на бёдра к себе спиной

— Я буду той, кем ты скажешь

Умоляла Оксана, учащенно дыша, чувствовала такую власть секса, окутавшего разум, ощущала как девица, стоящая у неё за спиной медленно, когда она, вращая тазом, снимала с неё трусики.

— Сделаю всё, что попросишь — прикосновение рук и пальцев Вороновой сводили безумно с ума в тот момент, когда скользила резинка трусиков по бёдрам Оксаны

— Конечно, сделаешь

Скинув с Оксаны трусики на пол, утверждала Воронова, любуясь её обнажённой красотой в тот момент, когда обернувшись, сгорая от зависти, прикусывая губу, смотрела на неё.

— А сейчас пойдём милая моя — взяв Оксану за кончики пальцев как раз тогда, когда она перешагивала через лежащие черные трусики на полу — Я хотела бы обговорить с тобой новые условия нашего с тобой контракта

— А разве мы его с тобой еще не обсудили

Хотела Оксана поцеловать свою искусительницу, буквально уже почти набросилась на неё, желая обвить ей шею своими руками.

— Ну ты чего? — нахмурив немного обидевшись губы, Оксана не могла даже выражать обиду, сильный омут секса, поглотил её разум, терзая искушающим желанием сознание

— Присядь — распорядилась Воронова, когда подвела Оксану к стулу

— Хорошо — изнывая сладким упоительным стоном, послушно выполнила Оксана просьбу своей обольстительнице, присев на предложенный ей мягкий стул, заметила как мужчина, стоящий у двери по кивку головы своей хозяйки отошёл к комоду — Так о чем ты хотела со мной поговорить?

— Вот пожалуйста — встав за спиной стула на котором сидела Оксана, рыжеволосая девица завела ей руки за спину — Посиди спокойно, если тебе не сложно

— Что ты собираешься делать? — возбудилась Оксана еще сильнее от того как Воронова начала связывать обе руки вместе у неё за спиной

— Просто сиди спокойнее

Прошептала упоительной радости шепота рыжеволосая девушка у Оксаны под ухом, когда она извивалась на стуле, отдала свои ноги во власть мужчины, что стоял перед ней.

— Тебе будет легче — уверяла она, когда мужчина взял одну ногу Оксаны, запрокинув её на подлокотник стула, начал привязывать её, скинув предварительно с неё туфли

— Я в этом

Ощущала Оксана возбуждённое дыхание мужчины у себя на промежности по мере того как он привязывал её ногу, Варвара Воронова обошла стул и встала спереди.

— Даже не думала сомневаться

— Вот и хорошо — взяла левую ногу Оксаны, рыжеволосая девушка, так же как и правую ногу запрокинула её за подлокотник стула, скинув с неё туфли, начала привязывать её к стулу

— Давай нежнее — изнывая от сильного желания запрокинув голову за спинку стула, Оксана, облокотившись полностью него, сгорала в пучине пламене предвкушая жажду порочной любви

— Конечно дорогая

Покачивая бёдрами Воронова, обошла стул, на котором сидела Оксана, сгорая от сильно большой дозы возбудителя, уже словно теряла контроль над собой, опускаясь в омут желания секса.

— Я буду для тебя сама нежность

Уверяла рыжеволосая девица, встав за спиной у Оксаны, положив обе руки к ней на плечи, шептала упоительной лаской шепота, у её уха.

— Да поставь его там — распорядилась Воронова, обращаясь к мужчине, что поднёс большое зеркало на подставке, поставив его прямо напротив стула, на котором привязанной сидела Оксана

— Это еще зачем? — изнывая от переизбытка возбуждения, спросила Оксана, не имея никакого интереса даже к своему вопросу, окончательно потеряла рассудок

— Развлекайся — коснувшись подбородка Оксаны, рыжеволосая девица говорила прямо, у её губ, испуская сладкий поток желания, жгучего дыхания прямо ей в рот — Милочка моя

— Стой, подожди!

Изнывая стоном, воскликнула Оксана, обернувшись, смотрела уходящей рыжеволосой девушке в след до тех пор, пока она не подошла к закрытой входной двери в комнате.

— Куда ты?

Поинтересовалась Оксана, сгорая в пучине сильного сексуального соблазна, извивалась на стуле королевской коброй, продолжая смотреть на девушку, что стояла в проходе открытой двери.

— Подожди!

Изнывая стоном, простонала Оксана, в тот момент, когда девушка что стояла в проходе двери какое-то время, вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

— Давай я вся твоя

Обратилась Оксана к охраннику, что стоял у зеркала, пока извивалась привязанная на стуле, продолжая пристально смотреть в отражение в зеркале. Возбудившись от своего голого тела, Оксана извивалась на стуле, потеряв над собой контроль, продолжая смотреть в зеркало и желать саму себя. Оксана хотела вырваться, продолжая выражать тремор нижних конечностей, запрокинув голову словно чувствовала, как в глаза светили ярким светом карманного фонарика. Раскрывая алые губы, Оксана, запрокинув голову, оставляя открытыми лазурные полные возбуждения голубые глаза, не могла сопротивляться пока словно кто-то как будто фонариком светил ей в глаза. Извиваясь от столь яркого света, Оксана не могла закрыть глаза, изнывая упоительными в искушении страсти стонами, находясь в сильном возбуждённом состоянии.

— А……

Издавала Оксана порочный насыщенный стон, продолжая извиваться дикой королевской коброй, наблюдая за своим отражением в зеркале.

— Аааа…… — не могла удержать в себе всю власть порок, окутавшего разум омутом сексуальной любви, раскрыла алые губы в момент стона в искушенной форме.

Сюжетное время романа:

Яркий свет карманного фонарика светил прямо в глаз Оксаны, пока какая-то женщина, держа ей веко открытыми. Прейдя в себя после долго состояния комы, Оксана завертела головой, ощущая как неприятен был этот свет для неё. После чего фонарь свет фонаря выключился и Оксана заметила перед собой женщину что сидела рядом на кровати. Оксана распознала в женщине, сидевшей перед собой Захарову, ту самую, что извлекла из неё костный мозг, достаточно болезненным для неё способом, после чего погрузила в медикаментозную кому. Другая женщина, что стояла у входа закрытой двери комнаты была Васильева, в черном роскошном вечернем платье, скрестив руки на груди, она с ужасом наблюдала за картиной, как только удостоверившись, что Оксана пришла в себя, глубоко и облегчённо вздохнула.

— Так ну кажется всё в порядке — выключая свет фонаря ответила Захарова — Ваша Орлова уже пришла в себя, сердце у неё в порядке, она долго спала, но ей нужно восстанавливать силы

— Вы хорошо поработали Галина Ивановна — уверяла Васильева, всё еще часто вздыхая, женщина была вся на нервах — Деньги сегодня к вам поступят на счёт

— Я бы хотела за ней понаблюдать

— Оу…… это лишнее — уверяла Васильева, отклоняя просьбу Захаровой — За ней будут наблюдать мои лучшие специалисты, ваша работа здесь закончена

— В чём дело? — сухим голосом, словно не помня ничего, спросила Оксана, не понимая даже сначала где находится — Что произошло

— Галина Ивановна вы не могли бы выйти — отошла от окна Васильева, направляясь к закрытой двери — Мне нужно поговорить теперь самой с нашей пациенткой

— Вы её убьёте? — предположила Захарова, выражая опаску на своём лице, продолжая сидеть на большой кровати, в которой Оксана пришла в себя

— Что вы! — с ужасом воскликнула Васильева, так как была вся на нервах — Моя дочь ни за что не простит мне, если на ней будет хотя бы одна царапина или с её головы упадёт хоть один волос, теперь состояние Орловой, это полностью моя забота

— Слышала ваша дочь уже пришла в себя — говорила Захарова, поправляя белый халат, надетый на себе, встала с постели, снимая с шеи стетоскоп — Костный мозг, Орловой действительно ей помог

— Да помог — скрепя зубами, ответила Васильева и только после этого Оксана ощутила на ногах толстые тугие повязки, как после пункции костного мозга — Но я бы предпочла бы, госпожа Захарова, чтобы это было последнее, что Орлова теперь узнает

— Ей нельзя волноваться

Уверяла Захарова, посмотрев на Оксану, когда она изучала обстановку в комнате, осматриваясь по сторонам, чувствуя изнурительную усталость.

— Состояние Орловой тяжелое — пояснила Галина Ивановна — Но стабильное

— Этого будет достаточно — заверила Васильева, открывая дверь в комнате — А теперь прошу, оставьте нас, я с ней немного поговорю, а потом она снова уснёт

— Что случилось? — повторила Оксана свой вопрос — Где я? — пытаясь встать, отрывая с трудом голову от подушки, говорила она, после чего тут же рухнула обратно

— О… господи — отошла от стула Захарова, тут же ускоренно подошла к кровати

— Лежи девочка — подбежала к кровати Васильева, переживая за Оксану — Лежи

— Где я?! — повторила свой вопрос Оксана — Что произошло? — требовала она ответа, изнывая от бессилия

— Я бы дала ей время отдохнуть — уверяла Захарова, наблюдая стоя рядом с кроватью, как Васильева коснувшись плеч Оксаны, уложила её обратно на постель

— Я сейчас с ней поговорю — пояснила Васильева, продолжая сидеть на кровати с кроватью рядом с Оксаной, не давая ей встать

— Только не мучайте её — почти умоляла Захарова — Да может она вам нахамила где-то и со мной она была не весьма дружелюбна

— Галина Ивановна можете идти — возразила, прошипела недовольно Васильева

— Что происходит? — чувствовала Оксана как комната, словно плыла как на карусели перед ней, продолжала лежать на подушке, стараясь не отрывать голову

— Знайте одно Лидия Константиновна — рассказывала Захарова, собирая свою сумочку, убрала в неё стетоскоп и фонарик — Теперь жизнь и здоровья Орловой, на вашей совести

— О чём она говорит? — поинтересовалась Оксана, посмотрев сначала на Васильеву, потом на Захарову

— Галина Ивановна я свяжусь с вами когда у меня будет время

— Всего вам доброго Лидия Константиновна — направляясь к выходу из комнаты, попрощалась Захарова — Провожать меня не надо, дорогу сама найду

— Я вас помню — заявила Оксана, продолжая лежать на подушке — Вы погрузили меня в кому, но не думайте что я забыла…..

Продолжая смотреть в глаза этой женщины, говорила Оксана, в тот момент, когда Васильева немного приткнула пальцем её губы.

— И не надо мне затыкать рот! — возразила Оксана, убирая палец этой женщины со своих губ

— Ты устала тебе нужно передохнуть

— Вы выкачали из меня костный мозг, пытали меня!

— Успокойся — упрекнула Васильева, сделав свой тон голоса суровым и важным — Ты взволнованна да я понимаю, но пойми твой костный мозг, был нужен для моей дочери, без него она бы умерла

— Это не моя проблема

Возразила Оксана, стараясь от бессилия сжать в пальцах простыню, но не смогла даже сжать пальцы обеих рук в кулак полностью.

— Я была её лечащим врачом, а не донором костного мозга

— Я пришлю Юлию — стараясь будто успокоить и не желая ругаться, ответила Васильева, вставая с кровати Оксаны, поправила платье на бёдрах — Она присмотрит за тобой

— Это ту дуру, что хотела меня убить

— Послушай — уверяла Васильева — Она уже не держит на тебя зла…….

— Она пыталась убить меня! — возразила Оксана, пытаясь встать, но Васильева успокоила, коснувшись её плеч, снова уложила на большую подушку головой, прикрыв её тело одеялом

— Если она хоть что-нибудь тебе сделает — заверила Лидия Константиновна — Я с неё шкуру сдеру, ты мне как дочь теперь, в конце концов, у вас с ней теперь один костный мозг

— Она и есть тупая шкура — вцепилась Оксана в руку этой темноволосой женщины, будто не хотела её отпускать от себя — Прошу не оставляйте меня с ней, она ведь конченая ебанушка и убьёт меня, как только у неё будет такая возможность

— Я за ней прослежу — успокаивая с улыбкой, ответила Васильева, с легкостью освобождая свою руку, отошла от кровати, оставляя Оксану лежать в ней одну

— Нет-нет — протянула Оксана, хотела встать с постели, но тут же рухнула от недостатка сил снова на неё — Прошу не уходите, я не хочу с ней оставаться

Кричала Оксана панически, изнурённым от недостатка сил голосом, оставаясь лежать на кровати, наблюдая, как темноволосая женщина в черном платье, направлялась к закрытой двери.

— Блядь…… — грязно выругалась, прошипела Оксана, выражая недовольство, сморщила губы, оставаясь лежать в тёплой постели

— Я знаю

Утверждала женщина в черном роскошном вечернем платье, которое так изящно подчеркивало её талию, выражало силуэт сочных бёдер.

— Юлия бывает слишком резкой в своих решениях

Рассказывала Лидия Константиновна, открывая белую двустворчатую дверь в комнате, обращаясь к Оксане, продолжая с жалостью в глазах на неё смотреть.

— Просто дай ей шанс

Уверяла Васильева, опираясь кончиками пальцев на грань открытой двери, словно выглядывала из неё, находилась уже не в комнате.

— Просто если что вдруг случится — говорила она словно зная на перёд — Ты всегда можешь её заменить и я даже не буду возражать

— Я уже хочу её заменить — обиженно нахмурив губы, чувствуя, что её не понимают, оспаривала Оксана такое решение, оставаясь лежать в постели — Мне она не нужна

— Хорошо — уныло вздохнула темноволосая женщина, войдя в комнату — Я даже ей запрещу первой говорить с тобой, если вдруг тебе что-то от неё понадобиться, просто попроси

— Попрошу — скрепя зубами, отражая в мимике лица ненависть, возразила Оксана — Пойти на хуй

Выражая гордость на своём лице, Оксана раскрыла широко голубые лазурные глаза, которые словно светились, отражая искорки падающего в них солнечного света, проникающего через окно.

— Я уверена — насмехаясь, говорила Оксана, продолжая смотреть в большое окно в комнате, за которым колыхался могучий дуб — Уж это она хорошо умеет делать

— Она просто посидит вон так в кресле в углу молча — уверяла Васильева, продолжая стоять в открытых дверях комнаты — Я даже не разрешу ей вставать или говорить с тобой

— Откуда вы узнаете? — ухмыльнулась Оксана, выражая недоверие, продолжая гордо и обиженно смотреть в окно — Вас ведь в комнате всё равно не будет

— В комнате есть видеокамера — утверждала Васильева, стараясь успокоить Оксану — Если она вдруг без моего разрешения встанет с кресла, сюда войдёт мой охранник и вышвырнет её из комнаты

«Тупая дура, всё равно я тебя не переспорю, ладно с этой щелью я и сама справлюсь, пусть посидит мышью вон там в углу», размышляла Оксана, решая, согласиться с мнением этой женщины, уныло и отчаянно вздохнула, хватая воздух в комнате ртом.

— Ну да конечно — продолжая выражать недоверие, сморщив губы от обиды, говорила Оксана, желая побыть одной — Почему бы сразу не пустить мне пулю в лоб, пока я спала, зачем было пробуждать и выводить меня из комы?

— Давай я просто не буду тебе ничего отвечать — милой, но подлой улыбкой отразила свои чувства Васильева — А ты сама всё увидишь

— Если она ко мне хоть подойдёт — предупредила Оксана, пытаясь подняться, выставив палец указательный вверх, пыталась подняться с кровати — Я ей башку нахрен проломлю……

Нашла в себе силы, прокричала Оксана, откинувшись на подушку обратно, как только темноволосая женщина в шикарном черном платье вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

— Сука…… — прошипела Оксана, оставшись одной в комнате, повернулась на бок, спиной к входу так и продолжала лежать пока дверь комнаты не открылась

— Послушай, я знаю

Неожиданно Оксана услышала женский голос, не расслышав как дверь комнаты открылась, продолжала лежать спиной к входу, не желая посмотреть на девицу, стоящую у дверей.

— У нас с тобой были разногласия

Стукая каблуками по комнате, девушка в бежевом платье, материал которого был легок на ней, когда в момент движения колыхался как парус на мачте, прилегая плотно к её формам. Шатенка словно как первозданный цветок пахла коллекцией «Lalique le Parfum», завораживая оттенками вкуса бергамота в комнате, розовым перцем и необычайным вкусом лаврового листа.

— И да я была не совсем согласна с твоим решением

«Тупая сука, разве ты не поняла, что с тобой я разговаривать не хочу», размышляла Оксана, продолжая лежать спиной, к вошедшей в комнату девушке, сжимая в кулак ткань пододеяльника, которым было накрыто её тело.

— Ты не могла бы заткнуться

Прошипела сквозь зубы, почти ими скрепя Оксана, не желая разговаривать с этой девицей, что выразительно покачивая бёдрами, прошла по комнате, направляясь к креслу в углу.

— Я вообще-то тут уснуть пытаюсь

— Ну да конечно — возразила шатенка, расположившись на кресле в углу, состроила недовольную, окутанную ненавистью физиономию — Ты скажи, если я тебе мешаю, а то я может, выйду

— Твоё счастье что я не могу встать

Скрепя зубами, испытывая неприязнь к этой девушке, говорила Оксана, повернувшись на спину, чувствовала, как тело морозит, по непонятной ей причине, натянула на себя одеяло.

— Я чуть там не сдохла из-за тебя

— Ты бы ни за что не дала сама Тане свой костный мозг

— Я её врач!!! — набравшись сил, прокричала Оксана, испугав девушку так, что она тут же вскочила с кресла, увидев угрозу в её лице — Я не обязана делиться своим костным мозгом, пускай ищет донора её мать или на худой блядь конец ты

— Но она бы умерла

— Да мне похуй — ощущая необъяснимую дрожь по всему телу, грубо выразилась Оксана, закутываясь в одеяло, чувствовала, как зубы начали стучать от холода, когда в то время за окном было лето и солнце яркими лучами озарило комнату — Это не моя проблема

— Так же нельзя ты же врач

— Во-первых, не ты же — возразила Оксана, высказываясь гордо — А вы же, я старше тебя и к тому же врач высокой категории, без меня, твоя подруга бы сдохла бы там и мой костный мозг бы ей не помог, а всё, потому что она приручила крысу у себя в гараже

— Нельзя же быть такой

— Не тебе меня судить — говорила Оксана, оставаясь под одеялом, не могла объяснить причину столь сильной гипотермии, окутавшей каждую клеточку её тела

— Но ты же врач — отошла от кресла девушка, пытаясь завязать разговор с Оксаной — Как ты можешь такое говорить

— Ты не могла бы заткнуться — огрызнулась Оксана на такой упрёк — Я хочу попробовать уснуть, мне не до тебя сейчас и не до твоих проблем, курица ты тупая

— Да как ты смеешь так говорить после того

Прокричала она в ответ на Оксану, однако опасаясь её реакции и последствия, о которых рассказала ей Васильева, девушка отошла к закрытой двери в комнате.

— Как я спасла тебе жизнь там в подвале — утверждала кашемировая девица таким тоном голоса, будто считая себя правой за то, что сделала — Не дала тебе там сдохнуть, зайди я чуть попозже, эти дуры клеймили бы тебе матку, так ради забавы

— Ну да конечно — была не согласна с таким утверждением Оксана — Этого бы не произошло, не затащи ты меня туда голой, под дулом пистолета

— Игрушечного пистолета

— Что прости? — возмутилась Оксана, опираясь на локти, возмущенно посмотрела на девушку стоящую у закрытых дверей в комнате

— Мы пугали тебя игрушечным пистолетом — пояснила девушка, продолжая ехидно улыбаться, насмехаясь над чувствами Оксаны и то что она в тот момент испытала находясь в том доме

— Дура ты тупая — прошипела Оксана с горяча не обдумывая свою речь

— Я не дала тебе умереть там

— Иди нахуй!

— Что правда уши режет? — поинтересовалась девица, специально провоцируя Оксану — Ты бессердечная холодая…….

— Да как же ты любишь ебать мозги

Дотянувшись до стакана с апельсиновым соком, Оксана в ярости в тот момент, когда девушка, открывая дверь, тут же выбежала за неё, она запустила стакан с соком в закрывающуюся дверь.

— Тупая сука!

Прокричала Оксана в след летящему в дверь стакану, от удара она разбился на мелкие кусочки, оставив оранжевую жидкость, которая стекала по дереву вниз, разбросав осколки по полу.

— Ненавижу!

Повернувшись на живот, Оксана со слезами на глазах, била ладонью руки подушку, с такой силой, что не чувствовала даже боли, выражая рану нанесённой обиду потёками неудержимых слёз.

— Ненавижу-ненавижу-ненавижу!!!!

Трижды повторила Оксана устав колотить подушку, уткнулась в неё носом, рыдая, пропитывая наволочку подушки, слеза жгучей боли, оставаясь наедине с собой в комнате. Сжимая в кулаках по края ткань наволочки, Оксана не хотела даже отрывать от подушки лицо, была озлоблена словно на весь мир, пытая лютую ненависть к тем, кто причинил ей эту боль и страдания.

  • Глава 15 / Выбор есть всегда. Начало пути / Бут-Гусаим Евгения
  • Ночь, бессонница и август… - Легкое Дыхание / Лонгмоб - Лоскутья миров - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Argentum Agata
  • МЁРТВАЯ ЗОНА 2 / Малютин Виктор
  • Осенний блюз / Философия грусти / Katriff
  • Стезя самурая / Аркадьев Олег
  • Мыслитель / Думы обнажённого мыслителя / Швыдкий Валерий Викторович
  • Мокрида (Заклинатель дождя) / Марриэн
  • Паллантовна Ника. Миг Вечности / Машина времени - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Чепурной Сергей
  • Поэтическая соринка 007. А помнишь ли?.. / Фурсин Олег
  • Гуманность (Вашутин Олег) / Смех продлевает жизнь / товарищъ Суховъ
  • Я и кофейная чашка / Евлампия

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль