Глава 10. Часть 9 / Искушение страстью - "Оковы порочного соблазна" / Песегов Вадим
 

Глава 10. Часть 9

0.00
 
Глава 10. Часть 9

Спустя какое-то время, Оксана уже потеряла счёт ему, продолжая отчаянно метаться и стонать, надеясь, что может быть, кто-нибудь её услышит. Силы были на исходе, а тело изнывало от затёкшей боли мышц, Оксана, отчаянно мечась, связанной металлическими оковами. Каждая клеточка тела Оксаны пропиталась легкой прохладой и даже при таком жарком климате, как в Лос-Анжелесе, она смогла замёрзнуть сидя на полу в комнате обнаженной. Облизывая губами ткань плата что был у Оксаны во рту, она продолжая стонать, что вдруг кто-нибудь её услышит, пропитывала его слюной. В комнате уже наступил рассвет, яркие лучи восходящего солнца над океаном неистово стали проникать в комнату, разгоняя сумрак уходящей ночи. Запах алкоголя, что веял с кровати, на которой спал Робинсон, стал только за ночь еще сильнее и для Оксаны стал уже невыносим, когда она его так сильно чувствовала, даже находясь вдали от кровати.

Дверь комнаты неожиданно для Оксаны открылась и она с любопытством, изнывая от боли скованности во всём теле, обернулась, чтобы увидеть того, кто войдёт в комнату. На пороге, открывшейся двери, стояла белокурая женщина, с гордым пустым зеркальным взглядом, она вошла в комнату, словно как царица, переступая порог. За ней словно как сопровождение, попятам следовал мужчина в черном костюме, который с таким же презренным видом, вошёл в комнату, посмотрев на Робинсона, привычным взглядом для образа охранника голливудской звезды.

— С добрым утром дорогая — играя бёдрами в разные стороны, вошла в комнату блондинка, направляясь по комнате женщина держала в руке флакон и белый платок, который тут же пропитала его ткань жидкостью с ёмкости — Ну как ты уже выспалась

Подойдя к Оксане, блондинка передала в руки флакон с какой-то жидкостью своему охраннику, после чего, женщина в белом платье, встала у неё за спиной.

— Даже знаешь

Состроив пафосное обыденное выражение лица, делилась впечатлением блондинка, продолжая стоять с пустым взглядом за спиной у Оксаны. Женщина, своими высказываниями, словно хотела произвести на неё впечатление на Оксану, как будто, она хотела преподать ей урок.

— Думать не хочу, как ты провела эту ночь, надеясь, что Робинсон тебя отсюда спасёт

Схватившись за волосы Оксаны, когда она взвизгнула от боли, блондинка запрокинула ей голову, положив на лицо платок, пропитанный едким запахом хлороформа.

— Тише-тише не дёргайся

Уверяла женщина, держа одной рукой Оксану за волосы, а другой рукой прижала к её лицу платок с хлороформом, чтобы она как можно больше вдохнула его исходящие пары.

— Спи…… — прошептала упоительной песнью, от чего Оксана потеряла сознание, откинувшись на руке к белокурой женщине, после того как мужчина, отпустил поводок с ручки закрытой двери у которой она сидела — Орландо, отнеси её на тот стол рядом с кроватью

Вставая с колен отпуская Оксану, блондинка, предварительно разомкнула наручники, сплетающие ноги и руки её металлической цепью оков.

— Я хочу Робинсон увидел какой я подарочек ему приготовила с утра

Ухмыльнулась блондинка, после того как мужчина поднял на руки тело Оксаны, медленно направляясь к столику рядом с кроватью.

— Хотя честно признаюсь — обернулась Галован, встав посреди комнаты, любопытно посомтрела на мужчину, что держал тело Оксаны на руках — Меня удивляет

Высказывала свои впечатления, говорила белокурая женщина, проходя по комнате, играя шикарной красотой бёдер, направилась к кровати.

— Что он её связал

— Может не хотел чтобы она ушла — предположил мужчина положив тело Оксаны, на стеклянный черный столик, расположенный рядом с кроватью

— Она бы не ушла — подошла к кровати Сабрина, поправляя тонкую ткань, облегающую её шикарные бёдра, блондинка расположилась рядом, на постели, положив ногу на ногу

— Почему вы так думаете? — поинтересовался мужчина, когда его белокурая хозяйка, словно сгорая от предвкушения, контроля, за чужой жизнью, сразу же прикоснулась пальцами к горлу Оксаны, когда её голова свисала с края стола — Её бы никто не посмел задержать

Блондинка водила коготком пальца по трахеи Оксаны, пока она находилась в бессознательном состоянии, в то время как её голубые лазурные глаза были раскрыты.

— Тем более все прекрасно знают, что она под вашей защитой

— Ты дурак Орландо! — оскорбила его Галован, посчитав доводы мужчины в черном костюме безрассудными — Все прекрасно знают, чтоб без гарантии того, что мои девочки вернуться, я не отпускаю их из пентхауса

— Сабрина?! — открывая медленно глаза, заметил Робинсон, перед собой женщину, сидевшую с краю на постели, что водила пальцем по горлу Оксану, как будто забавляясь властью и контролем

— Кристофер

Пытаясь овладеть терпением, белокурая женщина сжала пальцы руки так, сохранив очаровательную улыбку, блондинка медленно обвила пальцами горло Оксаны. Затем, она обернулась к мужчине, продолжая водить пальцами по трахеи Оксаны, как будто желая оборвать ей, поток вдыхаемого воздуха, женщина обернулась к мужчине, когда он привлёк её внимание.

— Ты уже проснулся — придавая огромное количество лести в улыбке, за лживой физиономией на лице блондинки, скрывалась выраженная корыстная цель

— Что происходит? — первое, что просил мужчина, оставаясь лежать в постели, удивлённо посмотрел на блондинку — Я перебрал походу вчера? — поднимаясь на локти с постели, Робинсон обратил внимание как белокурая женщина, ласкала трахею Оксаны пальцами

Сделав ужаснувшееся выражение лица, Робинсон заметил, как Оксана приходила в себя, отошла быстро от действия хлороформа, лежала перед ним связанная на стеклянном столике. Медленно раскрывая глаза, Оксана повернула голову сначала влево, потом вправо, чувствуя, как тонко коготки блондинки скользили по её горлу. Стараясь сохранить самообладания страха, когда горло находилась в руках ненормальной наркоманке, что сходила с ума по контролю над своей жертвой, Оксана всё же поддалась панике. Начиная учащённо дышать, пытаясь освободить руки, когда они были надёжно зафиксированы, цепь надетых на кистях оков, была обвита за ножки стола, так чтобы Оксана была надёжно к нему зафиксирована.

— Господи Оксана — сделав испуганное выражение лица, вскрикнул Робинсон, когда Оксана лежала связанной перед ним на столике, а ненормальная наркоманка, водила пальцами по её горлу

— Не так быстро Кристофер! — выставила коготки, словно кошка блондинка, прислонив их нежно колющим касанием к трахеи Оксаны

— Что ты натворила Сабрина?

— Что я натворила? — сделав удивлённый взгляд, белокурая женщина, решив состроить ненормальную для обстоятельства, сцену скандала — Это ты, между прочим, её вчера связал и посадил в углу у ванной комнаты

— Я?!

Всё еще никак не мог поверить Робинсон в реальность происходящего, в тот момент, когда он пытался отойти от жуткого похмелья, решила воспользоваться ситуацией и забралась к нему в постель, наступая коленом, забралась проорливой кошкой к нему.

— Но зачем мне связывать Оксану, когда она мне нужна совсем для другого

— Это ты меня спрашиваешь котик?

Встав перед самцом на колени, находясь с ним в постели, Сабрина Галован коснулась кончиками пальцев его подбородка, женщина словно сходила по нему с ума, желая неутолимо его.

— Ты себя спроси Кристофер

Обвив пальцами челюсть мужчины, белокурая женщина говорила рядом с его ртом, сгорая от предвкушения, чувствуя заядлый перегар бурбона, что ощутила Оксана, находясь на столе.

— Зачем же ты

Упоительной властью шепота, рассуждала блондинка, разговаривая так близко с губами Робинсона, что уже была готова вмиг сойтись с ним в поцелуе

— Её связал и посадил в угол?

— Господи Оксана

Вцепившись в кисть руки блондинки, что как кошка, опутала подло его вниманием, он отбросил женщину на постель. В тот момент её охранник хотел вмешаться в конфликт, но его хозяйка ясно дала ему понять, подняв жестом ладонь к верху, чтобы он угомонился.

— Господи — продолжая сидеть на постели, когда Оксана лежала перед ним обнаженная, её руки были цепью обвиты через ножки стола — Что же я натворил

«Чокнутый блядь идиот, сука я тебя ненавижу, тебя и эту ненормальную нимфоманку, что сходит с ума по контролю», ненавистно посмотрела Оксана на мужчину, который отражая вину перед ней, обвил голову ладонями, склонившись над её телом.

— Сабрина одень её

Распорядился Робинсон поднимая голову, обернулся, посмотрел на женщину, что лежала перед ним, расстелившись как кошка, изумляясь в улыбке, от того как он переживал за Оксану.

— Ты ведь принесла ей одежду?

— Вот еще что?

Возразила блондинка, села в постели, поджав под себя ноги, положив на колени ладони, выражая покорность, сгорала вне себя от того, чтобы Робинсон овладел ею.

— Сама оденется — выражая отчаяние и ранимость перед мужчиной, с которым находилась в одной постели, опустила огорчённый взгляд на простынь, которую от нечего делать терзала коготками, мило улыбнулась Робинсону — В конце концов, ты её раздевал, вот и одевай

— Раздевалась она сама — оспаривая этот довод, ответил Робинсон, отвернув свой взгляд, так как не мог смотреть на то как Оксана была готова разорвать взглядом — По твоей, между прочим, просьбе

— Я её одевать не буду

— Ты её оденешь! — возразил Робинсон схватил грубо он блондинку за волосы, когда она вновь отдала своему охраннику не вмешиваться, выставив ладонь раздвинула пальцы

— Орландо не вмешивайся!

Предупредила Сабрина своего мордоворота, спуская Робинсону, подобную жестокость над собой, в тот момент, когда этот мужчина запрокинул ей голову и угрожающе посмотрел ей в глаза.

— Почему ты сам не можешь её одеть? — предлагала Галаван разные варианты, никак не решаясь больше при Робинсоне, прикасаться к Оксане — Или она сама, например не может это сделать

— Потому что я виноват сильно перед Оксаной

— Вот и исправь сам свою вину

— Не могу

Возразил Робинсон, когда блондинка взяла платок в руки, Оксана, понимая, чем он пропитан и не желая снова погружаться во власть сна. Оксана начала неистово извиваться на столе и кричать глухим стоном, зажав зубами ткань прогулочного платка, пропитывая его материю слюной.

— Не ты что я не буду этого делать

— Делай — распорядилась Сабрина, словно царица, тоном приказного голоса, принуждая Робинсона усыпить Оксану — А иначе одевай её сам или развязывай

— Ладно-ладно

Почему-то странно, Робинсон, сдался перед блондинкой и взял у неё из рук пропитанный хлороформом платок, в тот момент Оксана еще больше стала метаться в агонии, желая вырваться.

— Простите меня Оксана

Утверждал виновато Робинсон, выражая на лице отчаяние, приблизился с платком к лицу Оксаны, когда она с ужасом раскрыла лазурные голубые глаза, смотрела на него и мотала головой. Оксана, извиваясь, как дикий зверь в оковах, умоляла его этого не делать.

— Но я не могу вас так отпустить обнажённой и освободить тоже пока что

«Нет-нет-нет я не хочу снова засыпать, не хочу!!!!», стала метаться Оксана прикованной к столу еще более резво, как только Робинсон прислонил её лицу платок с хлороформом, принуждая всей своей силой сделать глухой вдох этой едкой, противной для неё жидкости.

— Тише-тише Оксана

Успокаивал Робинсон, держа на лице Оксаны платок, в тот момент, когда веки её глаз дергались, затем она впала в судорожную дрожь, предаваясь припадку, после чего тут же мгновенно уснула.

— Господи как мне её просить помочь мне

— А вот это Кристофер

Хищной кошкой блондинка проползла по кровати рядом с Робинсоном, в тот момент когда глаза Оксаны были открыты, она пустым взглядом, в котором не было сознания наблюдала за женщиной.

— Твоя уже проблема

— Ну спасибо Сабрина умеешь ты утешить

— Скажи спасибо хотя бы за то — ухмыльнулась блондинка, разомкнула браслеты оков на запястье Оксаны, когда она лежала голой перед ней на стеклянном столике — Что я буду сейчас её одевать

— Спасибо — недовольно ответил Робинсон, прислонив ладонь ко лбу, мужчина страдал сильным похмельем, в тот момент, как Галаван освободила руки Оксаны от оков

— Можно как-то и вежливее — огрызнулась блондинка, положив рядом по обе стороны руки Оксаны, щелчком пальцев приказала своему мордовороту подать ей нижнее ажурное белье

— Просто одень её

— И что тогда?

— Это тебя не будет касаться — огрызнулся Робинсон, в то время, как блондинка надевала на Оксану ажурные белые трусики, а она в ответ недовольно на него посмотрела

— Да ну — возразила Сабрина, аккуратно надев на талию трусики на Оксану, взяла из рук своего охранника белый бюстгальтер — Ты находишься у меня в заведение Кристофер, помни об этом

— Не забывай Сабрина

Предупредил Робинсон, когда блондинка, заползая прозорливой кошкой на стол, сгибая сексуально ногу в колено, она стояла над телом Оксаны на четвереньках. Предаваясь власти искушения, она легонько кончиками пальцев оттянула розовый сосок сочной груди Оксаны.

— Что ты делаешь? — был удивлён Робинсон, заметив, как искушенной, блондинка, раскрывая губы, щепала соски Оксаны кончиками пальцев

— У неё шикарная грудь — выразила впечатление белокурая женщина, сгорая от предвкушения играющих в ней чувств, встала на колени, приложила ладони обеих рук к груди Оксаны, так чтобы розовые соски, касались её нежной поверхности кожи — Я только представить хочу чтобы я……

— Ты больная Сабрина

— Кто бы говорил — рассмеялась Галован, оставаясь сидеть на коленях — Орландо дай ему фотоаппарат — обернувшись назад, обратилась она к своему охраннику, что передал ей в руки белый бюстгальтер, взявшись за чашечки которого она прислонила его подушечки к груди Оксаны

— Что там? — поинтересовался Робинсон, взяв из рук громилы, что был охранником Галован фотоаппарат

— Открой меню и зайди в архив фото и выбери папку с её фото

— Это фотоаппарат Брукса — был удивлён Робинсон, заметив логотип хозяина, как только включил фотоаппарат — Как он оказался у тебя?

— Ты взгляни на снимки — приказала она своему охраннику, чтобы он поднял Оксану, когда она лежала без сознания на столе, её голубые лазурные глаза были открыты, а алые губы раскрыты

— И что там? — спросил Робинсон, делая всё, как сказала ему Сабрина, мужчина зашёл на фотоснимки — Да тут целуя коллекцию

— Еще не удивлён?

Ухмыльнулась Галован, застегивая застёжку бюстгальтера на груди Оксаны, когда блондинки охранник придерживал её за плечи. Белокурая женщина, обвила пальцами подбородок Оксаны и в момент, когда её губы были открыты, она использовала это слияние. Сделав смачный поцелуй, блондинка просунула нагло свой язык в рот Оксаны, после чего оттянула её губу своими.

— Посмотри ниже

Оторвавшись от губ Оксаны, блондинка, забавляясь, указала кокетливо Робинсону выставленным коготком указательного пальца, после чего взяла белую блузку из рук своего охранника.

— Уверяю тебя — продолжая сидеть на коленях, находясь вместе с Оксаной на столике, Галован стала одевать на её тело белую блузку — Там есть на что посмотреть

— Удали их — распорядился Робинсон

— Что?! — возмутилась Сабрина, надев на Оксану белую, полупрозрачную блузку, посчитала неуважительно просьбу этого мужчины — Нет!

— Тогда я удалю всю папку

— Нет, ты не посмеешь!

Возразила Галован, держась за тонкую материю белой блузки, считая себя оскорблённой, отчаянно смотрела на Робинсона, как он что-то делал с фотоаппаратом, держа его в руках.

— Я заплатила за эти снимки

— Ну и что?

— Оставь их ради рекламы — состроив обиду, блондинка надув губы и заметила строгий взгляд в глазах Робинсона, стала застёгивать пуговицы, надетой на Оксане блузки

— Ради какой рекламы? — удаляя всю папку с файловыми фото, удивлённо спросил Робинсон

— Ты что удалил? — вскрикнула, разозлившись, блондинка, услышав на фотоаппарате звук выполненной операции, отчаянно застегивала пуговицы белой блузки, одетой на Оксане

— Они тебе не нужны

— Ты и так забираешь её у меня — говорила обиженной Галован, сползая аккуратно кошкой на пол, расположившись на коленях, блондинка взяла из рук охранника бежевую юбку с разрезом

— Я не позволю тебе портить её репутацию

— Ты уже её испортил вчера

Обиженно говорила белокурая женщина, одевая на ноги Оксаны юбку, в тот момент охранник приподнял её так, чтобы его хозяйка смогла надеть на её тело юбку, заправив в неё белую блузку.

— Ты связал её и посадил в угол — велела она своему охраннику посадить Оксану на столик, придерживая кончиками пальцев за спину, жаловалась на Робинсона — Ты сам её привязал

— Ну давай не будем об этом

— Ты испортил и потратил мои деньги Робинсон!

Блондинка вела себя как обиженная маленькая собачка, что лаяла на большого дога, когда Робинсон сидел на кровати и пустым взглядом, не отображающим эмоции, посмотрел в ответ.

— Мало того что ты её у меня забрал — взяв с капризами бежевые босоножки, женщина стала надевать их на ноги Оксаны — Так лишил меня возможности рекламы

— Это фальшивка!

— Весь голливудский бизнес в Лос-Анжелесе фальшивка

— Согласен — удивлённо посмотрел он на блондинку и на то как она застёгивала ремешок босоножек надетых ногах Оксаны — Но это я тебе не позволю

— Кажется Оксана приходит в себя — указал Робинсон, как Оксана начала мотать головой, закрыв тут же веки уставших глаз — Убери у неё из-за рта платок

— Убери — распорядилась Сабрина, отдавая приказ своему охраннику, медленно встала с колен, пока он развязывал узел за головой у Оксаны

— Что случилось? — первое, что спросила Оксана, когда мужчина, который стоял сзади, вытащил у неё из-за рта ткань платка — Где я?

— Спокойно Оксана — взволнованно, обратился Робинсон, отложив фотоаппарат в сторону, встал с кровати и вынудил охранника блондинки, что стоял сзади, отойти в сторону

— Что происходит? — повторила свой вопрос Оксана, оглядывая комнату, словно как в первый раз, голова была как тумане, всё кружилось, словно в карусели

— Что с ней?

— Кратковременная амнезия

Махнула на отмашку рукой блондинка, вставая с колен, играя упругой выраженной красотой бёдер, направилась к кровати, стараясь чтобы Робинсон, обратил на неё внимание.

— Скора пройдёт

Уверяла Сабрина, играя неотразимой красотой тела, подошла к кровати, на которой сидел Робинсон, женщина обвила его шею, сморщив пафосно губки, хотела сесть к нему на колени.

— Ай…… — взвизгнула она, когда мужчина скинул её со своих колен на постель, словно как ненужную вещь, от которой желал избавиться — Что ты делаешь?

— Робинсон? — обратилась Оксана, на английском, заметила мужчину, который сидел перед ней на постели — И эта женщина……

Задумчиво вспоминала Оксана, память возвращалась к ней моментально, представляя сразу яркие образы и воспоминания мучительной боли, что она испытала.

— Вы связали меня — прокричала Оксана, резко вскакивая на ноги — И теперь вновь усыпили, чтобы поиздеваться — чуть не упала она с ног, но отвергла помощь, когда Робинсон хотел вскочить с кровати, чтобы оказать поддержку

— Выйдите на балкон Оксана — потребовал Робинсон, заметив дезориентацию в сознание Оксаны и то как она неуверенно шатаясь, стояла на ногах

— Нет! — закричала Оксана в истерики — Вы усыпили меня только что, делали со мной мерзости, а теперь хотите, чтобы я куда-то вышла

— Милочка — обратилась Галован, блондинка не желала видеть и слышать скандальную сцену Оксаны — Если не хочешь снова оказаться с платком хлороформа на лице, выйди на балкон

«Сука блядь ебанутая, я тебе отвечу за этот платок, ты у меня за всё заплатишь», представляя для себя наихудший вариант, быть связанной с платком хлороформа на лице, Оксана, прикусывая нервно губы, раздраженной походкой направилась к выходу открытой балконной двери

— Пока взрослые люди поговорят

— Кого ты тут считаешь взрослой? — встав в проходе открытой балконной двери, огрызнулась Оксана — Ты чокнутая наркоманка, что с ума сходит по контролю

— Орландо! — обратилась она к своему охраннику, не выдержав оскорбление в свой адрес

— Нет! — возразил Робинсон, отдавая приказ охраннику успокоится — Ты же не хочешь, чтобы твоё агентство закрылось, а с тобой не стала работать не одна прибыльная компания в этом городе

— Робинсон ты с ума сошёл?! — вскрикнула Галован отчаянно, блондинка вскочила с постели, словно как натянутая пружина, что резко отпустили — Ты её защищаешь?

— Успокойся Сабрина — уверял Робинсон, продолжая укоризненно, будто в чём-то её хотел упрекнуть, смотреть на белокурую женщину — Оксана выйдите, пожалуйста, на балкон, я с вами сейчас там поговорю

— Да вы издеваетесь Робинсон!

Воскликнула Оксана, продолжая стоять в открытых дверях входа на балкон, обвила она пальцами обеих рук дверную коробку, после чего, гордо повернувшись, вышла на балкон.

— Он меня усыпил вот-вот только что сейчас — шепталась Оксана, прищурив глаза от рассвета солнца, когда вошла на балкон, встав у стеклянного ограждения — Да как он вообще посмел

— Правда ведь шикарная модель — выразила впечатление Сабрина, когда Оксана находилась на балконе, но ввиду открытой двери, она прекрасно слышала их разговор с Робинсоном

— И не мечтай Галован

— Но почему? — в голосе блондинки были слышны нотки разочарования, девушка искренне перед Робинсоном, отражала свои чувства — Просто отдай её мне, когда она тебе будет не нужна

— Если она поможет моей жене и ребёнку……

— А если не сможет? — поинтересовалась Сабрина

— Давай не будем об этом

— Ты лишил меня девушки

Утверждала блондинка, встав посреди комнаты рядом с Робинсоном, прозорливая женщина ткнула его коготком в грудь, высказывая, свою обиду, продолжая нагло смотреть ему в глаза.

— А теперь еще и рекламы

— Это ложь

— Хватит Кристофер — возразила опять оспаривая мнение мужчины с которым спорила — Я же у тебя не жену же прошу

Сказав такое, блондинка тут же получила пощечину по лицу от Робинсона, в момент удара о щеку ладони мужчины, она громко взвизгнула, так что даже Оксана, стоя у балкона вздрогнула.

— А…… — закричала Сабрина, скрывая от Робинсона, взгляд обиженных глаз, прячась за прядью свисающих с головы белоснежных волос

— Думай что говоришь

Укоризненно выставил указательный палец Робинсон перед лицом блондинки, а её охранник, заметив его свирепый взгляд, не стал вмешиваться в происходящее.

— Еще раз скажешь нечто подобное Сабрина

— И что?

— Разговаривать тогда будем совсем по-другому — предупредил Робинсон угрожающе, пытаясь уловить взгляд блондинки, когда она строя из себя ранимую натуру, прятала его от него

— И с чего это вдруг ты стал так говорить? — поинтересовалась блондинка, выражая перед ним обиду, со слезами на глазах подняла взгляд ранимых глаз и посмотрела на Робинсона

— Я всегда так говорил

— Нет…… — прошипела, возражая Галован, выставив указательный палец в сторону Оксаны — Это ты так перед ней стал себя вести, что она тебе такого пообещала, чего я не смогу дать

— Попробовать провести операцию моей жене — ответил сразу обрубив все возражения блондинки, когда она раскрыв рот удивлённо посмотрела на него, потом на Оксану

— Так она всё-таки хирург?

— Это не твоё дело

«Как кошка с собакой честное слово, интересно всё-таки, между ними всё же что-то было, иначе, зачем им просто так показывать мне эту сцену», предположила Оксана, стоя у стеклянного ограждения балкона, обернулась назад, посмотрела через открытую дверь на безумную сцену.

— Ну так и оставайся тогда с ней — огрызнулась белокурая женщина в белом платье, продолжая смотреть на Робинсона с обидой, она своим поведением, хотела ему что-то доказать, но её стеклянный взгляд наркоманки, сразу говорил ему обо всё — Только, потом не жалуйся

Направилась она к выходу из комнаты, звонко стукая каблуками по паркету, выражая перед мужчиной гордость в походке, даже не обернулась по пути. Открывая которую входную дверь, Сабрина, обернулась, встав в проходе, посмотрела на Робинсона, словно ловила эйфорию от его взгляда, как будто её привлекал гневный разъярённый мужчина, знающий своё дело.

— Счастливо вам оставаться

— Ненормальная какая-то

Высказал своё мнение Робинсон пошёл к открытой двери балкона, после того как управляющая этим агентством, вышла из комнаты, огрызнувшись в его адрес, затем быстро удалилась.

— Прошу простить меня Оксана

— Интересно сначала узнать

Обернулась Оксана, продолжая смотреть на то как ездили машины внизу, над небоскрёбом, как вода омывала золотистый песок с пляжа, чувствуя легкий соленый привкус океана. После чего Оксана посмотрела на то, как летали и пищали чайки над океаном, пролетая над пляжем, когда она пролетала над пляжем, взмахнув большими белоснежными крыльями. Внизу город жил бурной жизнью, шум колёс машин и их двигателей, никогда тут не утихал, голливудская жизнь, кипела в Лос-Анжелесе, как в котле, звезды и папарацци, что освещали их вспышками фотокамер на улице.

— За что мне первым делом вас прощать? — посмотрела Оксана как мужчина вошёл на балкон, она продолжая стоять на шелохнувшись, словно как будто его присутствия тут и не было

— Да я был не прав по отношению к вам вчера

— Вы связали меня — утверждала с обидой Оксана, посмотрела на Робинсона, словно искала от него чувств жалости — Потом ударили, засунули в рот какой-то платок, потом душили, затем усыпили, не многовато ли для одного раза?

— Я знаю — виновато опуская взгляд, Робинсон вошёл на балкон, встав рядом с Оксаной, посмотрел как морской воздух, доносившейся с океана, слегка колебал кончики распущенных её золотистых волос, причёска которых имела выразительный взгляду объём — Я был не прав

— Это мягко сказано — мило улыбнулась ему в ответ, Оксана отразила в улыбке, очертание прекрасных ямочек на щечках

— Послушайте чего вы от меня хотите? — возмутился Робинсон, понимая прекрасно, что у него мало времени и этот разговор с Оксаной вёл в некуда

— А вы чего хотите от меня? — нахмурив губы обидой, посмотрела Оксана на Робинсона пустым взглядом без всяких надежд и каких-то лестных чувств

— Возьмитесь за операцию моей жены

— Вы с ума сошли…… — вскрикнула Оксана, выставив пятерню пальцев, раздвинула их в стороны, демонстрируя отказ перед мужчиной — Вы хотите, чтобы меня тут посадили

— Вы хотите чтобы я оставил вас у этой ненормальной наркоманки

— Полагаю выбора у меня нет

— Судя по этому — указал Робинсон на комнату, что была за открытой балконной дверью, стараясь сохранить самообладание — То что вам придётся раздеться и заново сесть в угол связанной или того хуже усыплённой, так что вы выбираете?

«Без шансов, потому даже что я видела, у его жены нет ни малейшего процента на выживание, роды её убьют равносильно, как и оперативное вмешательство», предположила Оксана, недовольно повела губами, понимая, что вариант предложенный Робинсоном, не обладает достаточной для неё перспективой.

— Я проведу операцию — согласилась Оксана, отчаянно вздохнула, не могла смотреть на Робинсона, так как понимала за то, что он сделал с ней, этот мужчина стал ей теперь невыносим

— Отлично — мило улыбнулся Робинсон, пытаясь сохранять лесть в улыбке, предложил Оксане первой покинуть балкон — Прошу давайте я провожу вас в больницу

— Но где гарантии, что я не окажусь тут? — поинтересовалась Оксана, встав в проходе открытой двери, у входа в комнату, отчаянно, набравшись сил, посмотрела на Робинсона

— Я вам обещаю

Подошёл Робинсон к Оксане, стараясь выглядеть убедительным и теперь уже и милым, мужчина коснулся нежно пальцами кисти её руки, прикосновение, которое, ей стало до ужаса противно.

— Как только операция благополучно закончится — не удивился Робинсон тому, как Оксана резко отдёрнула руку и вышла с балкона, играя бёдрами, вошла в комнату — Я лично сопровожу вас до самолёта

— Благополучно? — возразила Оксана, встав посреди комнаты, выставив бёдра, положила руку на силуэт упругого выраженного изгиба

«Полагаю, другой ответ его не устроит, как бы он мне теперь не был противен, оставаться тут с этой дурой, еще противнее», предположила Оксана, посмотрев отчаянно на мужчину, отражая в глазах страх, нервно прикусила краешек губы.

— Я постараюсь сделать всё что смогу

Уверяла Оксана, казалась теперь жалкой перед Робинсоном, зная, что оставаться больше в этой квартире она не могла и выносить издевательства наркоманки, было для неё невыносимо.

— Но не обещаю вам благополучный результат

— Просто помогите ей — подошёл мужчина к Оксане и взяв её руки кончиками пальцев, Робинсон сел перед ней на колени, словно молил о помощи — Сделайте всё что в ваших силах

— Хорошо — смутилась Оксана и не выдержала того, как Робинсон обвил её ноги, словно кланялся ей, умоляя помочь — Но я правда не уверенна, что операция увенчается успехом

— Хоуп вас советовал как лучшего специалиста

Не желая отпускать Оксану, высказывал впечатление Робинсон, даже когда она дергала ногами, пытаясь вырваться из его оков, крепкой мужской хватки.

— Поймите положение очень серьёзное

— А как будто я этого не знаю — отошла Оксана тут же на пару шагов, как только мужчина отпустил её ноги

— Тогда только вы можете это исправить

— Я могу уже загнать её в гроб — заявила Оксана, понимая, что положение для неё противнее некуда и врать она больше не могла — Поймите, я хочу уйти отсюда и сделаю всё для вашей жены, но её уже не спасти, нужно извлекать ребёнка, пока еще есть шанс

— Что вы такое говорите Оксана? — поднимаясь на колени, поинтересовался Робинсон, удивлённо и в тоже время с ужасом посмотрел на Оксану

— Я говорю всё как есть — утверждала Оксана, направляясь к выходу из комнаты, выразительно отражала через ткань надетой юбки, красоту упругого изгиба

— У Миранды, что нет шансов? — отчаянно вставая на ноги с колен, лицо Робинсона была серьёзней некуда, именно это выражение было для Оксаны понятное и всё объясняло

«Блядь чтобы там я ему не говорила сейчас, он должен увезти меня отсюда, я не хочу больше не минуты находится в этом блядском борделе», встав к двери спиной, Оксана, отражая на лице ужас и испуга, прижалась так чтобы не дать мужчине выйти пока он её не выслушает.

— Послушайте

С отчаянием в голосе говорила Оксана, прижав ладони к закрытой в комнате двери, не хотела выпускать мужчину, пока не выскажет ему, всё как есть.

— Я сделаю всё — уверяла Оксана, поступая подло, рискуя ценой своей жизни — Чтобы спасти вашу жену и ребёнка

— Я верю вам Оксана — подошёл Робинсон к Оксане и нежно обеими руками, обвил ей талию, мужчина встал рядом, дышал на неё перегаром, который она не могла вынести и прижимаясь спиной к закрытой двери, отвернула взгляд — И знаю что не зря вас искал

— Это ведь Америка

Отчаянно ответила Оксана, стараясь не смотреть на мужчину, нащупав ручку за спиной, открывая медленно дверь после щелчка. Играя выразительными бёдрами, Оксана отошла в сторону, так как не могла вынести перегар и этот противный запах мужского тела, когда Робинсон стоял рядом, от которого её чуть не вывернуло.

— Разве меня пустят в операционную

— Вас пустят Оксана — уверял Робинсон, в тот момент когда Оксана отошла в сторону и обернувшись, всё-таки набрала в себе сил как бы теперь этот — Потому как я распоряжусь

— И они вам поверят? — поинтересовалась Оксана, выходя в коридор второго этажа, где была винтовая лестница, переступая порог, сгибая ногу в колено, вильнула бёдрами перед мужчиной

— Моё влияние Оксана в этом городе за счёт моих связей очень высоко

— Хорошо, допустим — обернулась Оксана, осторожной походкой, по паркету коридора большой квартиры, среди бежевых стен, направляясь к спуску винтовой лестницы — Они вам поверят

Утверждала Оксана, подойдя к металлическому поручню, обвила его пальцами, медленно наступила на первую ступеньку, слыша снизу доносящиеся аккорды электронной музыки.

— Но мне будут нужны ассистенты

— Возьмёте из персонала того кого вам нужно

— Я там никого не знаю

— Хоуп вас познакомит с кем нужно

Утверждал Робинсон, подойдя к лестнице следом за Оксаной, с изумлением улыбки, наблюдал за тем, как она играя красиво телом, в ритм звучащей снизу музыки, спускалась вниз.

— И конкретно посоветует кого взять на время проведения операции

— Есть большой риск того

Рассказывала Оксана, наблюдая внизу, как фотограф эротического журнала, посыпал во вспышках белокурых моделей, что стелились перед ним во всех искушенных позах мебели в квартире.

— Что ваша жена уже не встанет с хирургического стола

— Для этого вы там и нужны

«Блядь ну как ему объяснить, что всё уже время потеряно, у меня теперь нет ни шанса спасти его жену», отчаянно вздохнула Оксана, спускаясь по ступенькам, посмотрела на пустые глаза девушек, что выражали томный взгляд для фотографа, в снимках которых они тонули, сияя в фотовспышках.

— И я думаю — пытаясь ободрить, говорил Робинсон, как только Оксана сошла со ступенек, прошла по паркету студии первого этажа — Что у вас всё получится

— Хотелось бы в это верить — состроив угрюмое выражение лица, обернулась Оксана, посмотрела на Робинсона, когда мужчина спускался по ступенькам винтовой лестницы

— Девочки ну что вы как на паспорт фотографируетесь

Обратился недовольно мужчина фотограф, что вёл фотосъёмку белокурых моделей в ажурном нижнем белье, стоял спиной к Оксане, согнувшись, он пытался подобрать удачный ракурс.

— Давайте, мне нужен томный взгляд, мне нужна страсть

Заявил он, делая быстро еще несколько снимков, двух ласкающих свои тела блондинок на белой мягкой софе в большой комнате.

— Так дайте же мне это — потребовал фотограф, в тот момент обернулся случайно, словно как почувствовал присутствие Оксаны у себя за спиной

— Кристофер — состроив пафосное выражение лица перед фотографом очередного журнала, блондинка, управляющая агентством — Вы уже уходите?

«Блядь как же порой меня бесит эта тупая сука», отчаянно вздохнула Оксана, играя выраженно бёдрами, подошла к белокурой женщине, встав с ней лицом к лицу. Положив ладонь на выставленные бёдра, случайно отразила томный взгляд, чем обратила на себя внимание фотографа.

— Что даже не попрощаетесь? — будто делая так на публике, Сабрина хотела показать, назло Робинсону, развела руками, демонстрируя свою ранимость

— Ох… черт — выругался Робинсон, заметив в комнате двух присутствующих своих охранников, когда два мужчины не покидали квартиру, оставались в ней всю ночь — Сабрина дорогая

Подошёл он к ней, решив сыграть ту лживую голливудскую иронию, подошёл Робинсон к ней, играя в такую же игру масок лица, когда между ними была такая интрига, заметила Оксана, словно как кошка и собака, готовых вцепиться другу к другу в глотки.

— Я забыл в комнате свой пиджак — будь так добра, стараясь сохранить самообладание и лесть улыбки, говорил Робинсон — Ты не могла бы отправить своих девочек, чтобы его принесли мне?

— Какая красивая женщина

Обратился фотограф, заметив Оксану в комнате, своим взглядом, он вынудил её отойти к Робинсону, сама не ожидая того, как он ей был противен, когда она держала на него обиду.

— Простите, вы бы не хотели……

— Нет

Возразил тут же Робинсон, схватив Оксану за руку, вынудил ей отойти к себе за спину, когда мужчина в пляжной разноцветной рубашке и шортах черных и других тоном сделал шаг к ним.

— Она бы не хотела бы

«Нет, конечно, я ненавижу его за то, что он сделал, пиздец просто как, но сейчас, он произвёл на меня лживое впечатление, которое для меня ничего не значит», предположила Оксана, обманывая сама себя, чувствуя, как крепко пальцы мужской обвили её кисть руки, его тело загораживало её, словно как щит.

— Уж извините она не модель

— Но прошу один снимок — настойчиво требовал фотограф, посмотрев на управляющую агентством, будто она тут что-то может решать — Всего один, скажи им Сабрина

— Я тут ничего не решаю — кивнула головой одной из белокурых девушек, управляющая приказала ей принести пиджак Робинсона, оставленный им в комнате наверху

— А как бы хотелось? — подстёгивал Робинсон блондинку, когда она состроила отчаянное выражение лица, стараясь показать, что она до сих контролирует ситуацию

— Как бы мне не хотелось

Возразила Сабирна Галован, посмотрев недовольно на Оксану, когда она встала за спиной у Робинсона, посчитав его защиту разумной в этой интригующей ситуации.

— Бизнес для меня важнее

— Как хорошо, что ты это понимаешь

Обернулся Робинсон, посмотрел на блондинку, которая поднималась, её выразительной неотразимой красотой тела, отражала сочный изгиб бёдер, в момент, когда она так сексуально сгибала ногу в колено, приворожив к себе на мгновение всё внимание мужчины.

— Интересно давно ты стала отличать славу от бизнеса

— Ой Кристофер хватит — возразила девушка в белом коротком вечернем платье, направляясь покачивая бёдрами к барной стойки

— Я еще даже не начал — ухмыльнулся Робинсон, решив зацепить больше эту блондинку, сделал шаг к ней навстречу

— Давай не будем об этом — обернулась, посмотрела она на фотографа и на оставшуюся одну блондинку, которая продолжала сидеть на белой мягкой софе — Так я не поняла

Возразила она, обернувшись, как только подошла к барной стойки, девушка облокотилась бёдрами на один из высоких барных стульев, стоявших рядом, подняла бокал с остатками бренди.

— А почему никто не работает?

— Давайте продолжать мисс — обратился фотограф, к оставшейся одной девушке, сидевшей на коленях на белой софе, прикоснувшись пальцами к материи нежной ткани обивки

— Мистер Робинсон — послышался голос спускающейся по лестнице блондинки, в её руках был черный, оставленный в комнате пиджак Робинсона — Вот ваш пиджак

— Спасибо дорогая — поблагодарил Робинсон, дождавшись пока белокурая девушка в белом ажурном нижнем белье, спуститься вниз и отдаст ему его пиджак

— Теперь мы можем идти? — скрепя зубами, поинтересовалась Оксана, не желая больше ни минуты лишней проводить в этой квартире, чья обстановка ей казалась противной и этот запах ванили, который стал выворачивать её — Больше же нам не зачем, тут оставаться

— А тебе так не терпеться убежать отсюда?

Поинтересовалась Сабрина, поднимая бокал с бренди, посмотрела любопытно на то, как Оксана, словно окружённая волками, вцепилась в руках свободной руки Робинсона, когда он брал другой рукой предложенный девушкой ему пиджак.

— Мы же были к тебе так добры — озорным смехом рассмеялась Галован, как опрометчиво выдавая свой страх, вела себя Оксана — Зачем ты покидаешь нас?

— Не слушайте её — обвил пальцами руку Оксаны, мило улыбнулся Робинсон, шатаясь всё еще страдая похмельем — Нам нужно идти

— Да-да конечно

Закивала взволнованно головой Оксана, наблюдая как белокурая девушка, которая отдала пиджак Робинсону, подошла к столику, расположенному рядом с белой софой. Сгибая сексуально ногу в колено, блондинка, встала на него, позволяя фотографу делать своё дело, мило улыбнулась.

— Давайте уйдём отсюда

— Как я вижу быть моделью — держа в руке пиджак, делился впечатлением Робинсон, направляясь с Оксаной, держа её за руку, другой рукой, к выходу из квартиры — Вам не по душе

— Такой моделью — уточнила Оксана, показывая коготком указательного пальца, на блондинку, стоявшую у барной стойки — Мне вот точно быть не хочется

— Ты еще не знаешь, от чего отказываешься

Восторженно уговаривала Галован, отпивая с бокала глоток бренди, ухмыльнулась, как только Оксана взволнованно отошла от Робинсона, пока мужчина надевал на себя пиджак.

— Ты бы купалась в роскоши — продолжила рассказывать блондинка, после того как сделала еще глоток, любознательно улыбаясь, смотрела на Оксану — И была на обложках самых популярных журналов месте с моими девочками

— Как бы ваши песни не были для меня сладки

Рассказывала Оксана, растерявшись от того что не может взять в сопровождение Робинсона, стояла посреди комнаты некоторое, после чего не могла вынесли взгляда управляющего этим агентством.

— Но я вынуждена отказаться

— Ваши песни? — ухмыльнулась блондинка, оставив бокал с остатками бренди на барной стойки, отошла от неё, играя выразительно в каждом шаге бёдрами так, что ткань надетого на ней платья прекрасно отражало её сочные выраженные формы — Милочка ты умеешь удивить

— Хватит Сабрина — упрекнул Робинсон, застегивая пуговицы надетого черного пиджак, подошёл к Оксане, когда она смутившись лица хозяйки этого агентства, подошла сама к нему, обвила предложенную руку — Мы все уже видели и знаем твоё истинное обличие

«Чокнутая тупая наркоманка, думаешь тебе всё позволено?», недовольно Оксана посмотрела на блондинку, когда она выражая гордость с ухмыляющимся лицом, стояла у барной стойки, облокотившись на неё, зажала в пальцах бокал с остатками бренди.

— Просто не обращайте на неё внимание

— Стараюсь

Сдерживая себя, прикусывая взволнованно краешек губы, ответила Оксана, когда играя телом, проходила мимо охранника, мордоворота, что совсем недолго носил её тело без сознания.

— Но вы знаете у неё талант

Прижалась Оксана к Робинсону, считая его более приятным, после того как широкоплечий охранник мексиканец, улыбнулся ей в ответ бандитской улыбкой, блистая зубами.

— Раздражать людей — рассказывала Оксана, покидая первой дверь квартиры, переступая через порог, сгибая сексуально ногу в колено, отображая шикарный изгиб бёдер, сочная форма которых была скрыта под тонкой надетой юбкой — Над которыми, она когда-то имела власть

— Сабрина это любит делать — согласился Робинсон, покидая, шикарные апартаменты пент-хауса, в тот момент, когда Оксана вдохнула воздух, находясь в за пределами этой квартиры

— Скажите — поинтересовалась Оксана, обернулась назад, положив ладонь на выставленную форму ягодиц — Вы сопроводите меня на самолёт, когда всё закончится?

Играя бёдрами, Оксана перед мужчиной, стараясь забыть весь тот ужас прошлой ночи, что она от него испытала, направляясь по красной ковровой дорожке к лифту.

— Знаете, как-то не хочется — утверждала Оксана, подойдя к кнопке вызова лифта, легким прикосновения пальца, коснулась её сенсора — Снова очутиться здесь — ёрзала нервно она губами с презрением, посмотрела на то, как охранник, стоявшей у открытой двери агентства, закрыл её

— Я вас понял Оксана — мило улыбнулся Робинсон, стараясь вести себя, как ни в чем не бывало, позволил Оксане первой войти в кабину, открывшихся дверей лифта

— Спасибо

Недовольно ответила Оксана, старая играть в лживое подобие любезности, что воцарилось между ней и этим мужчиной, когда он присутствие двух охранников, одни из которых, держа в руках черную сумку, которую только узнала она, вошёл в кабину последним.

— За ваше великодушное понимание

— Всегда пожалуйста — продолжая ухмыляться, ответил Робинсон нажимая кнопку лифта, мужчина вёл себя так, как будто прошедшей ночи, для Оксаны и не было

«И как блядь ему удаётся себя так вести, для него всё то, что я испытала вчера ночью, совсем ничего не значит?», продолжая строить обиду, Оксана нахмурила обидчиво губки, облокотившись на стенку кабины лифта, пока он начал постепенно опускаться вниз.

 

***

Шум колес, по асфальту и урчание такта двигателя под капотом серебристого мерседеса, было словно упоительной мелодией для Оксаны. Откинувшись на кожаное черное пассажирское кресло, Оксана смотрела на качающиеся листья больших пальм, что росли вдоль дороги, пока машина направлялась к больничному комплексу. Прикрывая глаза от яркого солнца, что восходило над Лос-Анжелесом во всей своей красе, озаряя голубое дно океана, чья вода так ласкала пляж золотистого песка. Голливудские автомобили, что двигались в попутном и встречном направлении, были словно как с обложки последних спортивных эксклюзивных моделей. В небе над пляжем парили чайки, их пенье эхом разносилось по всему округу, сливаясь с шумом дорог, звуков прибоя и постоянных звонков сотовой связи, которые были отчётливо слышны, когда мерседес двигался параллельно тротуару. Оценивая девушек в лёгкой одежде, как легкая цветная надетая ткань на женщинах платья, порхала в момент их движения по тротуару, приоткрывая в момент потока воздуха с моря, завесу пикантных форм их стройных и в тоже время сочных тел,

— Сколько не смотрю — первое за долго время, выразила Оксана впечатление, пока Робинсон аккуратно вёл машину, сворачивая к больничному комплексу — Тут, словно другой мир

— Пора бы уже привыкнуть Оксана — улыбнулся Робинсон, на то, как восторженно Оксана наблюдала за красота Лос-Анжелеса, пока они ехали по городу

— Простите — застенчиво Оксана, отразила ямочки на щечках, разговаривая на английском языке в диалоге с мужчиной — Всё никак не могу привыкнуть, возможно, это стресс

— Да уж — словно чувствуя за собой вину, говорил Робинсон, направляя машину вдоль стоянки рядом с больничным зданием — За последнее время, вы действительно, многое пережили

— Что касается вашей жены — ухмыльнулась Оксана, любуясь пальмами, крупными перистыми облаками, голубым небом и жаркой погодой нависшей над Лос-Анжелесом — Вы ведь не просто так приехали, наступило, то чего мы все опасались

— Иначе мне бы не пришлось обращаться к вам

— Полагаю, доктор Хоуп решился провести кесарево

— Он хочет, чтобы вы присутствовали на операции

— На операции? — сделав изумлённое выражение лица, поинтересовалась Оксана, продолжая смотреть на мужчину какое-то время, будто уже раскусила его замысел — Доктор Хоуп не кесарево хочет сделать, он хочет провести баллонную терапию

— /то единственный способ спасти Миранду

— Я бы рекомендовала произвести кесарево

— Мы хотим доносить ребёнка до 30 недель

— Твою мать Робинсон — выругалась Оксана на английском языке, в тот момент, когда Робинсон припарковал мерседес на свободном парковочном месте, на больничной стоянке — Нет у неё времени столько ждать

— Вот для этого вы и нужны чтобы провести операцию — рассказывал Робинсон, поворотом ключа заглушив двигатель автомобиля

— Она умрёт на операционном столе — повторила это Оксана, открывая дверь автомобиля, легким поднятием вверх — И я не смогу её спасти, проведения реанимирующих манипуляций неблагополучно скажется на ребёнке

Выставив ногу, Оксана, аккуратно держась за ручку на потолке машины, вышла из неё, выставив упругие бёдра перед мужчиной, наступая на асфальтное покрытие автомобильной стоянки.

— Вы разве не понимаете

Обернулась Оксана, положив ладонь на выставленные бёдра, обернув голову назад, заметила, как за её спиной проходили две девушки в цветных летних платьях.

— Я убью её там и ничего не смогу сделать

— Я могу вас просто отвести обратно в агентство моделей

«Блядь, этот вариант мне меньше всего нравится, но что же буду импровизировать», предположила Оксана, прикусывая краешек губы, посмотрела взволнованно на рыжеволосую девушку в красное легком платье в горошек.

— Вы не понимаете — утверждала Оксана, подошла к мужчине, понимая, что находится не в том положении, чтобы диктовать условия — Я не отказываюсь от операции

— Тогда в чем проблема Оксана?

Закрывая за собой дверь автомобиля, Робинсон нажал на кнопку брелка, который держал, зажав в пальцах, чтобы дверь, через которую вышла Оксана, плавно сама закрылась.

— Просто сделайте — сохраняя любезность улыбки, ответил Робинсон, поправляя пиджак, одетый на себе — Своё дело и всё будет нормально

— Я проведу операцию — обошла Оксана, покачивая бёдрами, машину сзади, кончиками пальцев дотронулась до её серебристого спойлера

— Тогда в чём проблема? — отойдя на пару метров от машины, обернулся Робинсон, удивлённо посмотрел на Оксану и то как взволнованно кусая краешек губы, она себя вела

— А что если что-то во время операции пойдёт не так — рассказывала Оксана, стукая каблуками надетых босоножек прошла мимо мужчины, играя телом словно королевская кобра — И она умрёт

— В таком случае вам придётся вернуться в агентство моделей

— Значит — обернулась Оксана, стоя рядом с Робинсоном, коснулась кончиками пальцев щетины его подбородка, разговаривая нежным голосом — Выбора у меня нет

— У вас есть выбор

— И какой же? — поинтересовалась Оксана, любознательно изучая взгляд мужчины

— Провести нормально операцию

— Это абсурд! — возразила Оксана, повысив тон голоса, возражая на предложение мужчины, прошла мимо него, направляясь в сторону от больницы — Я не играю в эти игры

— Куда вы? — поинтересовался Робинсон, быстро ускоренным шагом настигнув на стоянке Оксану, схватил её за кисть руки, мужчина вынудил её обернуться и посмотреть на него — Я вас никуда не отпускал

— Я не смогу провести операцию

Уверяла Оксана, когда на её глазах, наворачивались слёзы отчаяния и она, выражая перед мужчиной разбитость и ущербность своего состояния, желая получить от него ответную жалость.

— Она умрёт!

— Вы даже не пробовали

— Тут и пробовать нечего — отпуская взгляд на землю, отчаянно произнесла Оксана

— Тогда мне следует вас отвезти обратно Сабрине и отменить сделку, пока еще не поздно

— Нет!

Испугалась Оксана, понимая, что в этот бордель она возвращаться не собирается, поднимая взгляд на мужчину, отражая в голубых лазурных глазах дикий ужас.

— Я проведу операцию

— Так-то лучше — ухмыльнулся Робинсон, когда добился своего и то как быстро согласилась Оксана — Стоило только зря ломать комедию

— Но результат я вам обещать не могу

Пригрозила Оксана, выставив указательный палец перед носом мужчины, посмотрела на идущих по стоянке двух девушек, одна из которых имела цвет волос, пламени, а другая оттенок шоколада.

— Потому что он и так известен — глубоко вдохнула Оксана шлейф, оставленный тропических фруктов ванили и услады лаванды, что тянулся, словно потоками вкусовой дорожки за девушками

— Пойдёмте в больницу

Заявил Робинсон, продолжая держать Оксану за руку, когда она отчаянно смотрела на двух уходящих по автомобильной стоянке девушек, когда они подошли к красному седану.

— У Миранды не так много времени

— Да что вы говорите

В шикарной выразительной форме, Оксана раскрыла алые губы, возмутившись возражению Робинсона, когда он крепко держа её за кисть руки, повёл по автомобильной стоянке.

— А вчера вечером вам так не казалось

— Ну могу я себе позволить хоть мгновение расслабиться — изумился в улыбке Робинсона, продолжая вести себя так, как будто ничего и не произошло

— Расслабиться!

Возмутилась Оксана еще больше, встав на выходе у стоянки, у проезжей части рядом с тротуаром, не хотела никуда идти с этим мужчиной, так как злость ранимых чувств, переполняла её рассудок.

— Так вы теперь это называете? — не сдержала себя Оксана, позволила себе, врезать левой, свободной ладонью руки по щетине мужчине, считая себя униженной перед ним

— Вы в своём уме! — скрепя зубами, прошипел Робинсон, отпустив руку Оксаны, приложил ладонь к месту удара, когда она на него со злобой смотрела, желая повторить пощечину снова

— А вы? — повысив тон голоса, замахнувшись, стояла Оксана, посмотрев по сторонам, заметив удивлённые взгляды проходящих рядом людей, опустила руку, смутившись своего поведения

— Зачем вы это сделали?

— Потому что вы лжёте! — утверждала Оксана, отошла от мужчины, чувствуя себя неуютно из-за того что женщины, стоявшие у крыльца больничного комплекса, на неё удивлённо смотрели

— И в чём конкретно я вам солгал?

— Вы душили меня вчера

Прокричала Оксана, чем смутила двух спускающихся по ступенькам крыльца больничного комплекса брюнеток, одна из которых неодобрительно посмотрела в их сторону с Робинсоном.

— По-вашему это нормально?

— Господи хватит! — еще больше впал Робинсон в краску, схватив Оксану за руку и неодобрительно прошипел, словно уж перед её лицом — Вы хоть знаете этих женщин?

— Да какое мне дело — отдернула свою руку Оксана, отошла от мужчины, чувствуя на него обиду, оскалив зубы, словно разъярённая тигрица — До этих ваших женщин?

— Одна из них — кивнул Робинсон в сторону женщины в белом шелковом легком платье, когда брюнетка спустилась и словно королева сошла на тротуар, после чего играя телом, прошла по нему, подошла к проезжей части — Жена моего компаньона по бизнесу

— А мне какое до этого дело?

Пожав плечами, Оксана в недопонимании посмотрела на мужчину, который был подавлен устроенным ему скандалом.

— Меня ваши игры не волнуют больше

— Вы хотите домой?

— Что?

— Вы хотите домой? — повторил еще раз Робинсон, сделав шаг в сторону Оксаны, мужчина схватил её за руку и притянул к себе — Я могу вас обратно отправить в Россию

— Это было бы замечательно

Подошла Оксана к ступенькам лестницы крыльца, сгибая ногу в колено, наступила каблуком босоножек на первую, обернулась, посмотрела на мужчину, когда её золотистые волосы, тормошил легкий ветер с моря.

— Взамен я сделаю всё, чтобы спасти вашу жену и вашего ребёнка

— Сделайте всё

Почти отчаянно просил Робинсон, когда Оксана на него так внимательно смотрела, предаваясь очертанием безупречного шлейфа жасмина и розы, оставленного от одной из брюнеток. Искусное сочетание будоражащих страсть оттенков впитала коллекция «Modern Muse Eau De Rouge от Estee Lauder». Самой вдохновляющей и самой любимой маме подари этот прекрасный аромат контрастный и женственный! Фруктовые ноты сочетаются с ароматом роз и бархатистыми аккордами магнолии и жасмина

— Что от вас потребуется

— Во всяком случае

Остановившись на ступеньках, Оксана глубоко вдохнула сочетание аромата розы и жасмина, будоражащий вкус который, был усладой для разрывающего разум сознания

— Как бы там ни было

Потянула Оксана, поднимаясь по ступенькам на крыльцо больничного комплекса, прикусывая губу, понимала, что этот разговор, как и ответ мужчины, может ей не понравиться.

— Ну знаете — не могла Оксана, выдавить из себя, беспокоясь, заранее зная уже отрицательный для неё ответ — Всякое может быть

— Не томите Оксана! — возразил Робинсон, поднимаясь с Оксаной на крыльцо, мужчина обвил нежно её за талию

— Вам всё равно следует попрощаться с женой

— Мы именно туда сейчас и направляемся

Заявил Робинсон, направляясь к открытым дверям входа в больничный комплекс, откуда слышался через громкоговоритель голос ординатора, разговаривавшего на английском языке.

— Миранда тоже хотела вас увидеть

— Меня? — удивилась Оксана, направляясь по гладкому бетонному полу, имеющего зеркальный оттенок, стукая по нему каблуками босоножек — У неё не так много времени осталось, лучше бы она провела его с вами

— Со мной она время проведёт — уверял Робинсон, лестно улыбаясь, девушке администратору на ресепшене — Но за последнее время, вы так привязались к нашей семье

— Это входит в тот момент когда вы душили меня вчера? — поинтересовалась Оксана, не выдержала подлого лицемерия, что слышала от Робинсона

— Вы опять за своё? — возмутился Робинсон, направляясь по фойе больничного комплекса, среди пациентов, ожидающих очереди записи к врачу и медицинского персонала, как белокурая медсестра, поднесла, держа обеими руками стопку медицинских карт — Сколько можно?

— Думаете, мне было приятно — желая поднять голос, Оксана смутилась рядом проходившей медсестры, со стопкой карт, когда девушка, подошла к кашемировой подруги на ресепшене

— Я думал мы уже закончили это обсуждать — направляясь к лестнице, что вела на верхние этажи здания, недовольно говорил Робинсон, в тот момент он оборачиваясь через несколько шагов, смотрел на Оксану и на то как она покорно за ним шла — Тут и обсуждать честно нечего

— Так значит нечего?! — остановилась Оксана у ступенек большой лестницы, не желая дальше продолжать движения, поддаваясь власти ненависти и ярости к этому мужчине

— Вот именно — остановился на ступеньках, Робинсон, сначала беглым взглядом оглядел спокойную рутинную обстановку в вестибюле, после чего, убедившись что на них никто не смотрит, перевёл взгляд на Оксану — Даже честно сказать, говорить об этом не хочется

— Правда глаза колит? — быстро поднялась Оксана на пару ступенек, встав на ступеньку ниже от мужчины с гордым, злым взглядом, будто хотела что-то доказать, смотрела на Робинсона

— Хватит Оксана!

Упрекнул он шепотом, когда за его спиной спускались по ступенькам две девушки пациентки больничного комплекса, беспокоясь, чтобы не одна из них на него с Оксаной не обратила внимания.

— Скажите спасибо лучше что я вас вытащил из того борделя, целой и невредимой

— Я бы и сама ушла — испугалась Оксана, заметив знакомую брюнетку, что сидела в зоне ожидания и всем своим вниманием смотрела на них с Робинсоном

«Что она тут делает, разве она не ушла, пора бы уже забыть меня», предположила Оксана наихудший вариант событий, испугавшись, когда заметив гипнотизершу, по вине которой она очутилась в этом городе.

— Что-то не так?

Спросил Робинсон, заметив, как побелело лицо Оксаны, а глаза наполнились ужасом, сердце бешено застучало, ей хотелось бросить всё как есть и убежать из этой больницы и из штатов.

— Вы прям как будто — коснулся прохладой пальцев мужчина, кисти руки Оксаны, когда она обвила ими перила лестницы, продолжая смотреть на брюнетку, которая спустив черные очки с глаз, мило улыбнулась в ответ — Саму смерть увидели

— Хуже — ответила Оксана, сделав вид, как будто обозналась, когда смотрела на брюнетку в зоне ожидания, которая была одета в лёгкое красное платье, заново одела очки на глаза, сделав вид, что читает газету — Но скорее всего, я просто обозналась

— Тогда может нам пора идти

— Возможно — отчаянно вздохнула Оксана, сохраняя красоту любезности улыбки, ответила Робинсону, взяв мужчину под руку, стала успокаиваться, как только его охранники вошла в фойе больничного здания — Давайте не будем терять зря времени

— По-моему разумное заявление

— Так что там с вашей женой? — стараясь забыть женщину и стереть как можно быстрее её из головы, поинтересовалась Оксана

— Всё стало как вы говорили

Поднимаясь дальше, выше на пролёт, рассказывал Робинсон, забавляясь тому, как Оксана уже прошла этаж по ступенькам лестницы, всё же оглядывалась, продолжала смотреть вниз.

— Острая сердечная недостаточность — пояснил Робинсон, как только они поднялись на третий этаж комплекса — Пойдёмте, Миранда лежит на этом этаже

— Значит нужно срочно провести кесарево

— Миранда согласна на операцию

— Я не буду делать операцию, пока она носит ребёнка

— Вы обязаны это сделать! — предупредил Робинсон, иначе зачем мне было бы вас вытаскивать из того ужасного места — Или хотите снова туда попасть?

«Умеет блядь убежать, снова попадать к той конченой суке мне нет желания», размышляла Оксана, направляясь по отделению, коридора, где была вывеска на английском сосудистая хирургия, держась с Робинсоном за руку, подошла к его стеклянным дверям.

— Нет

Возразила Оксана, отказываясь от предложения Робинсона, подошла к стеклянным дверям отделения, когда Робинсон, держась за ручку, потянул дверь на себя, пропуская её войти первой.

— Спасибо с меня этого борделя — рассказывала Оксана, переступая через порог открытой двери, отразила перед мужчиной шикарный изгиб упругих ягодиц, вошла в отделение, наступая на мраморную плитку пола — Будет уже достаточно

— Тогда может, не будем больше возвращаться к этой теме

— Ладно — обернулась Оксана, отойдя метр от входа, наблюдая за тем, как переступил спокойно Робинсон, мужчина казался ей абсолютно спокойным умеющим сохранять свои эмоции

— Палата Миранды тут недалеко — сменил Робинсон тему, когда они с Оксаной направлялись по отделению, сзади чуть позже вошли два охранника, в открывшуюся дверь

— Мистер Робинсон — обратилась приветливо темноволосая девушка, медсестра, что сидела за дежурным постом в отделении — Простите мистер Робинсон без халата и сменной обуви в отделение нельзя

— Эти правила не для меня — возразил Робинсон, поднимая согнутую руку пальцами вверх — Вы же прекрасно знаете, кто я такой и что я могу сделать

— А ваша спутница? — поинтересовалась сразу угомонившись, после того как Робинсон направляясь по белой кафельной плитке отделения, что имела зеркальный оттенок

— Моя спутница со мной на равных правах — заявил Робинсон, направляясь без каких либо правил по стерильному закрытому отделению, где вход для посетителей был закрыт — Так что извините мисс, как вас там?

— Джейн Дойл — смутившись, ответила девушка странным ирландским акцентом, чем-то по внешнему оттенку и выражения лица, напоминала скорее мексиканку — Но если правила тут не действуют на вас и вашу……

— Всё хватит! — упрекнул Робинсон, подойдя к стеклянной двери палаты своей супруги, где рядом с медицинской кроватью, на которой лежала его лежала, сидела постоянно дежурившая медсестра

— Вы его слышали — подошла Оксана вместе с Робинсоном к палате его супруги, как только он стал открыть стеклянную дверь купе, отодвигая его в сторону

Острая правожелудочковая недостаточность, на что Оксана сразу обратила внимание, это набухание шейных вен пациентки. Отеки лица и нижних конечностей. Периодический цианоз, от кончиков пальцев рук до выраженной степени синюшности на ногах и губах. У кровати стояла на полу миска, судя по всему, как предположила Оксана для выделения рвотных масс.

На ЭКГ признаки гипертрофии правого желудочка (5-тип). Электричесаи ось смещена вправо (угол u=95). Увеличена амплитуда зубцов S в левых грудных отведениях. Имеются признаки поворота серцца вокруг продольной оси по часовой стрелке и вокруг поперечной оси верхушкой назад (в отведенных |, II. 111 комплекс QRS типа RS). Длительность интервала внутреннего отклонения в отведеиии V1 не изменена 40.03 c). Имеются признаки гипертрофии правого предсердия (Р-pulmonale).

— Скажите Миранда — избавляя себя от сентиментальности и излишней реплики, Оксана переступая порог, сразу начала диалог с супругой Робинсона — Вас беспокоит приступы удушья, головокружение или может еще какие-нибудь признаки тахикардии, потеря сознания

— Я тоже рада тебя видеть Оксана — изнывающим от бессилия голосом, ответила мисс Робинсон, женщина хотела подняться в кровати, опираясь на локти

— О…. нет-нет-нет — возразила медсестра, коснувшись пальцами плеча женщины, не давая ей подняться — вам нужно лежать — Доктор Хоуп категорически запретил вам подниматься с постели

— Вот видишь Оксана — говорила с ухмылкой на лице, мисс Робинсон, пытаясь держаться, учитывая подавленное состояние болезни — Мне даже просто подняться с кровати нельзя, чтобы просто сесть, представь какой обузой

Кашляя говорила, мисс Робинсон, было видно, как этот кашель мешал ей говорить, словно как мокрота стояла в легких женщины, мешающая ей нормально говорить.

— Мне даже с постели подняться не разрешают самой

— Мисс Робинсон — обратилась Оксана, продолжая стоять у входа открытой двери, скрестив руки спереди — Вам нежелательно сейчас в таком состоянии, что-то делать, вам лучше соблюдать постельный режим тот, что назначил вам доктор Хоуп

— Ой… я тебя умоляю — возразила мисс Робинсон, пытаясь казаться упрямой и не считать себя обузой при своём муже, когда мужчина подошёл к кровати на которой она лежала — Я и так уже тут знаешь сколько лежу

Отчаянно говорила женщина, вновь рухнула на подушку головой, после того как Оксана заметила как от такой нелегкой для неё процедуры, она себя чувствовала утомлённой.

— Мне уже надоело — высказывалась мисс Робинсон, после того как угнетённого состояния, выражала на своём лице капли пота

— Вам положен постельный режим

— Дорогой — обратилась, мисс Робинсон, к своему мужу, обвив пальцами его руку, когда он сидел рядом с ней на постели — Я могу поговорить с Оксаной

— Да-да конечно — любезно согласился Робинсон, понимая свою жену на уровне взглядов, отошёл, медленно разрывая связь пальцев рук с женой, от кровати

— Мисс Робинсон

Обратилась Оксана, сделав осторожно шаг к кровати пациентки, прошла мимо Робинсона, когда мужчина в костюме на неё как-то странно посмотрел, взглядом внушающим надежду.

— Позвольте вас послушать — указала Оксана, когда кивнула головой в сторону стетоскопа, что лежал на тумбе рядом с кроватью

— Если это тебе поможет — ухмыльнулась, мисс Робинсон, посмотрела тёплым, взглядом искренней любви на своего мужа, когда он открыл дверь, встав в проходе

— Мне нужно определить степень стеноза

— Ты же не электроника — ухмыльнулась Робинсон, продолжая лежать на постели, посмотрела на стетоскоп, оставленный на тумбе

— Простите мисс Робинсон — вставая со стула, обратилась медсестра, когда Оксана подошла к постели пациентки — Мне нужно отлучиться, ответить на звонок — говорила она в тот момент, когда телефон, что был зажат у неё в пальцах, непрерывно жужжал

— Иди от тебя всё равно никакого толку

Ответила грубо мисс Робинсон, чем вызвала на себя неодобрительный обидчивый взгляд медсестры, когда девушка остановилась посреди комнаты, обернулась, посмотрела в её сторону.

— Просто сидишь — высказывалась в том же диалекте, говорила мисс Робинсон — И даже поговорить со мной не можешь, хочешь, чтобы я тут от скуки быстро сдохла?

— Миранда?! — возмутился, посчитав себя в неловком положении Робинсон, но всё же по его выражению лица, Оксана поняла, что мужчина даже не мог достойно упрекнуть свою жену

«Тупая богатая сука, думает ей всё можно?», возмутилась Оксана, посмотрев на темноволосую медсестру, что надула обидчиво губки, продолжая стоять посреди комнаты, чуть ли от грубости этой беременной женщины, не проронила слезу.

— Давайте я просто вас послушаю — ухмыльнулась Оксана, посмотрев с улыбкой на медсестру, чтобы хоть как-то скрасить неодобрительно накалившуюся обстановку в палате

— Оксана — коснулась мисс Робинсон, кисти рук Оксаны, когда она села с ней рядом на постель, женщина внушительно так посмотрела на неё — Я ведь умру здесь

— Кто вам такое сказал?

Посмотрела Оксана на Робинсона, потерявшись на мгновение с ответом, прекрасно представляя, что диаметр сужающейся воронки выходного тракта легочного ствола уже слишком узким.

— Вы не умрёте мисс Робинсон

— Прошу называй меня по имени — возразила мисс Робинсон, наблюдая в тот момент, как медсестра и её муж, покинули палату, закрывая за собой дверь, оставляя их одних

— Нет вы не умрёте Миранда — решив успокоить эту женщину, ответила Оксана, надевая на себя стетоскоп

Приложив ушко стетоскопа к груди женщины, когда она закатала сорочку на своём теле, помогая Оксане выслушать тона сердца. Пытаясь сосредоточиться на слышащих тонах, Оксана никак не могла оценить состояние II тона вместо этого, аортальный компонент скрывается за грубым систолическим шумом, а пульмональный компонент резко ослаблен. Сдвигая ушко стетоскопа, Оксана выслушала патологические тона III и IV, а так же систолический шум недостаточности трёхстворчатого клапана, что говорила Оксане, о наступившей стадии декопенсации.

«Слишком быстро, я и представить себе не могла, она может умереть в любую минуту, воронка выходного тракта уже слишком узкая, ей нужно срочно провести операцию», предположила Оксана, с задумчивым взглядом, отодвинула ушко стетоскопа от груди женщины.

— По-твоему сколько мне осталось

— Вы не умрёте — еще раз твёрдо повторила Оксана, продолжая смотреть на монитор считывающих показаний, прибора жизнеобеспечения

— Ты правда так думаешь — откашлялась мисс Робинсон, продолжая смотреть на Оксану вялым взглядом — А я вот почему так не считаю, ты знаешь я многое думала из того что ты мне сказала

— И что же вы думали?

— Помнишь, ты убеждала меня, что дочь тоже хорошо

— Ну да — ухмыльнулась Оксана, сделав застенчивый взгляд, посмотрела на пол в палате — Вы еще так мечтали о наследнике, винили себя, что не смогли родить для своего супруга идеального приемника

— Так я и сейчас хочу — с любовью и заботой она обвила живот, посмотрела на него — И какая разница какого он пола, главное что он Кристоферу заменит меня

— Не говорите ерунды — возразила Оксана, коснувшись кисти руки беременной девушки, лежавшей на постели — Вы станете еще замечательной матерью

— Разве была бы я здесь — отчаянно произнесла мисс Робинсон, заметив взгляд Оксаны, который ничего не обещал, когда она посмотрела на прибор жизнеобеспечения — Если бы у меня были хоть какие-то планы на будущее, была бы я здесь?

— Но я же здесь — ухмыльнулась Оксана, коснувшись пальцев мисс Робинсон, посмотрела ей в глаза, пытаясь придать ей надежду — Значит не стоит попусту отчаиваться

— Спаси моего ребёнка

— Естественно — любезно улыбнулась Оксана, продолжая разговаривать на английском языке, с мисс Робинсон — И это даже не обсуждается

— Послушай, чтобы не случилось — говорила тяжелым изнывающим голосом мисс Робинсон, с явной выраженной отдышкой — Я понимаю, что прошу многого

— Я спасу вашу жизнь

— Я хочу чтобы ты была женой моему мужу, когда меня не станет — шокировала она Оксану, мыслью, которую настраивала раньше

«Ну уж нет у меня на этот счёт совсем другие планы и больше я в этой чертовой Америке оставаться не планирую», решила Оксана сама для себя. Отвергая предложения этой женщины.

— Да кто вам сказал такую глупость? — сохраняя любезность улыбки, спросила Оксана, пытаясь казаться уверенной

— Оксана я тебя очень прошу, позаботься о моём ребёнке

— Уверена, что ваш муж уже решил, кто о нём будет заботиться

— Ты не знаешь Кристофера — отвернула, мисс Робинсон, взгляд в сторону окна, беременная женщина, о чём-то будто задумалась, словно её никто не понимал — Так как знаю его я

— В любом случае

Вставая с кровати, на которой сидела, высказала своё мнение Оксана, кончиками пальцев обеих рук, поправив ткань утягивающей юбки на бёдрах

— Ваш муж должен во всём разобраться

— Ты правда так считаешь?

— Ну думаю моё мнение — пожав плечами, сохраняя любезность улыбки, Оксана сняла с шеи стетоскоп и положила его на тумбу — Здесь ничего не решает

— Почему ты так считаешь? — ухмыльнулась недоверчиво, выражая сарказм в мимике лица, спросила мисс Робинсон — Ты часть нашей семьи, ты за последнее время, так в неё вошла

«Дура ты тупая, мне не нужна ни ты, ни твоя семья и ни тем более твой муж», возмутилась Оксана, вспоминая неприятные события, прошедшей ночи, отвернула взгляд обиженных глаз, посмотрела на пол в палате.

— Простите мисс Робинсон — набравшись сил, Оксана посмотрела на женщину, которая лежала на медицинской койке, желая поскорее покинуть палату — Но я всего лишь ваш врач

— Ты нужна мне Оксана

— Простите мисс Робинсон — чувствовала себя неуютно Оксана, никак не могла принять решение, направляясь к закрытой двери в палате — Я позову вашего мужа

— А ты куда?

— Мне нужно поговорить с доктором Хоуп

— Зачем тебе он

— Мне нужен знающий ассистент

Коснувшись ручки закрытой двери, Оксана посмотрела на обстановку скопившегося, в палате полумрака, когда шторы на большом окне были наполовину задвинуты.

— Операция сложная — рассказывала Оксана, чуть согнув одну ногу в колено, наступая носочком босоножек на пол — К тому же условия её проведения и сроки вынуждают, принимать осознанные решения, которые потребуют большим моих нервов

— Вот поэтому ты мне нужна

— Простите мисс Робинсон

Открывая дверь больничной палаты, Оксана не могла больше вынести гордую в себе женщину, которая даже на пороге смерти, не перестаёт снимать маску королевы.

— Мне нужно поговорить с доктором Хоуп — переступая через порог открытой двери, Оксана вильнула бёдрами, вышла в коридор, оставляя дверь открытой

— Позови пожалуйста моего мужа — обратилась она, подняв голос с таким трудом, что чуть ли не начала задыхаться из-за напряжения голосовых связок

— Мистер Робинсон — отошла Оксана от входа в палату, оставляя дверь открытой, прошлась по белой кафельной плитке в отделении — Ваша жена хочет вас видеть

— Всё нормально? — взволнованно, ходил по коридору Робинсон, мужчина щёлкал пальцами, то потом вновь отошёл к стене, облокотившись на неё спиной — Как там Миранда?

— Она хочет вас видеть

Оставляя дверь открытой, Оксана отошла от палаты, даже не посмотрев на мужчину, который терзал себя ожиданием, проведением тянущегося времени, блуждая по коридору отделения.

— А мне нужно поговорить с доктором Хоуп

— Спасибо Оксана — подошёл Робинсон к Оксане, коснулся обеими руками кистей её рук — За всё что вы делаете для нас

— Только вот заведующий этой больницей даже близко не подпустит меня к операционной

— Предоставьте — глубоко вздохнул Робинсон, мужчина искренне смотрел в глаза Оксане — Этот вопрос решить мне

«Нет-нет-нет, чтобы ты сейчас не говорил, в конце то концов, ты душил меня», почувствовала Оксана из-за стойкости одеколона, то ли от феромонов мужчина, неудержимую к нему тягу, которую не могла уже контролировать, желая оказаться в его объятиях, отдаться ему.

— Ладно — мило улыбнулась Оксана, переборов себя, отошла от мужчины, быстро отдёрнув руки, чтобы не поддаться власти сексуального безумства — Как скажите

— Я заказал вам билет до Москвы — ответил Робинсон с улыбкой, будто это ничего не значит, отошёл сам на шаг назад — Вы полетите завтра утром

— Хорошо — радостно кивнула Оксана — Независимо от результат я надеюсь?

— Просто сделайте всё возможное

— Вот с этого — строя интригу напряженного разговора, Оксана завела обе руки за спину, сомкнув пальцы вместе — И следовало начинать разговор

— Ладно — коснулся Робинсон плеча Оксаны, пальцами, после чего опустив голову, мужчина прошёл мимо — Я сам поговорю с заведующим, вам предоставят право провести эту процедуру

— Не буду вам мешать — кивнула Оксана в сторону открытой двери, медицинской палаты, посмотрев на Робинсона внушительно — Вам нужно провести время со своей женой, пока еще у вас есть такая возможность

— Хорошо Оксана — сохраняя любезность улыбки, мужчина направился дальше по коридору к открытой двери, палаты его жены

«Блядь что я делаю, он же душил меня, он делал мне больно, что блядь со мной происходит?», не понимала себя Оксана и не могла описать свою непреодолимую тягу к Робинсону, как столь же сильно, хотела её избежать.

Облокотившись на стену, Оксана прикусила коготок указательного пальца, чувствовала себя разбито. Согнув сексуальным изгибом одну ногу в колено, Оксана не могла собраться, когда эмоции и чувства, переполняло её, а одиночество, оставаться одной в коридоре пустого отделения, казалось ей невыносимым. Запрокинув голову и прикрывая веки уставших глаз, Оксана какое-то время стояла в коридоре отделения, когда даже медсестра, что была на посту, отошла в палату, когда в одной из открытых дверей подал сигнал аппарат жизнеобеспечения одного из пациентов, находящихся в коме. Предаваясь моменту ожидания, Оксана, отчаянно издавая стон, уныние и одиночество, мешало ей собрать мысли, когда она отвернула взгляд в сторону коридора, когда за открытым окном слышался шум прибоя и высовывался колыхающийся большой лист пальмы.

  • Это все ты / Плохие стишки / Бумажный Монстр
  • Day 22. Ghost/призрак / Инктобер / Ruby
  • Сон / Кактусова Екатерина
  • Приходит время, уходить / В созвездии Пегаса / Михайлова Наталья
  • Последнее письмо. / elzmaximir
  • Любовь. / Винтер Кэтрин
  • Джон и Светлана в своей квартире в Лосинске. Утро нового послевоенного дня / Светлана Стрельцова. Рядом с Шепардом / Бочарник Дмитрий
  • Кормите детей перед прогулкой! / ВСЁ, ЧТО КУСАЕТСЯ - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Лисовская Виктория
  • Хрустальная ночь / Фабрика святых / П. Фрагорийский (Птицелов)
  • Совет / Армант, Илинар / Лонгмоб «Четыре времени года — четыре поры жизни» / Cris Tina
  • Вырвать сердце / Nostalgie / Лешуков Александр

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль