Глава 4. Часть 4 / Искушение страстью - "Оковы порочного соблазна" / Песегов Вадим
 

Глава 4. Часть 4

0.00
 
Глава 4. Часть 4

Тёплые приятные лучи солнечного солнца, приятно ласкали кожу тела лица Оксаны, когда она спускалась по деревенской улице, подходя к больничному дворику. Ветер легкостью касания тормошил ветки деревьев, с которых уже почти слетел снег, заставляя их кружить в медленно танце в такт. Медленно переезжая через лежачий полицейский газель скорой помощи, покинула больничный дворик, отражая на своей белой поверхности с красными линиями яркий отблеск падающего на её поверхность света. Смуглая большая тень от здания деревенской больницы заслоняла парк рядом, сохраняя еще прохладу и естественную краску уходящей зимы, которая продолжала царствовать в этой местности. Даже при ярких лучах утреннего солнца, озаряющего деревню, больничный дворик был опутан оттенками тени. Дворовой пёс, с серыми оттенками грязи и пыли на шерсти бел безвольно по парку, разгребая носом снег. На крыше больничного здания скопилась стая голубей, словно устроив птичий базар, как будто подпевая в такт гула леса с опушки, звук который разносился чуть ли не по всей деревенской долине.

— Ну как прошла операция

Прислонив телефон к уху, дождавшись, когда вибрация затяжных гудков телефона наконец-то прекратилась, спросила Оксана, направляясь по тротуару больничного дворика.

— Надеюсь, никаких проблем у вас в процессе не возникло? — пытаясь выражать змеиную натуру проявляя интерес Оксана, вдыхая глоток воздуха ртом

— К счастью удалость устранить недостаточность клапана лёгочной артерии путём введения искусственного — рассказывала Валентина, зевая в момент разговора

— Судя по твоему тону голоса

Ухмыльнулась Оксана, стукая каблуками черных ботфорт, направлялась по тротуару, в сторону центрального больничного крыльца, прошла мимо двух идущих на встречу девушек.

— Ночка у вас была еще та — поделилась Оксана впечатлением, прошла мимо двух светловолосых девушек, подошла к каменному крыльцу больничного здания

— Только вот недавно закончили операцию — уверяла, вновь зевая Валентина, выражая усталость сонным голосом — Хотела слегка лечь отдохнуть

— Ну я думаю вы это все заслужили — мило улыбнулась Оксана двум молодым медсестрам, которые стояли на ступеньках каменному крыльца — Но только не сегодня, так что приготовь чашечку крепкого кофе и жди меня в кабинете, я скора подойду

— Что?! — возразила Валентина, не соглашаясь с мнением Оксаны — Вы спятили?

— А что сильно похоже? — ответила Оксана, наступая на каменную ступеньку, начиная медленно покачивая бёдрами подниматься

— Я с ног уже валюсь — начала жаловаться Валентина, высказываясь весьма недовольно, выражая иронию жалости в голосе — А вы что-то там задумали, вы ведь даже не знаете, как можно устранить двойное отхождение магистральных сосудов от правого желудочка, для нашего типичного случая

— Я как раз именно это хотела вам рассказать — уверяла Оксана, поднявшись на крыльцо больницы, прошлась по нему — Мне всё равно еще нужно заскочить в реанимационное отделение, вы ведь туда доставили мальчика?

— В его сейчас состоянии — уверяла Валентина — Слишком большой риск, доставлять его в палату

— А где его мать? — поинтересовалась Оксана, взявшись рукой за большую деревянную ручку в форме большого шара, потянула её на себя

— Её мать тоже там же — высказываясь, возмутившись, пояснила Валентина — Вы же сами пускаете посторонних, куда вам только вздумается, может еще и в операционную пустите семью мальчика

— Не говори ерунды! — упрекнула Оксана, когда вошла в тамбур, входная дверь за её спиной плавно захлопнулась — Просто её отец очень влиятельный человек, он бы так и так получил бы разрешение и без моего согласия, так зачем же всё усложнять и портить отношения

— Кстати Тихонов уже подписал распоряжение о ваше восстановление на должность заведующего отделением

Рассказывала Валентина, пока Оксана, направляясь по тамбуру, подошла ко второй двери, потянув за ручку которую, вошла в вестибюль.

— Поздравляю — скорее даже с чувством сарказма выразила своё впечатление Валентина — Ваш трон теперь снова ваш

— Просто другого

Прищурив лазурные голубые глаза, от яркого света, ответила Оксана, направляясь по белой мраморно плитке пола фойе.

— И быть не могло

Уверяла Оксана, направляясь между рядами железных скамеек в зоне ожидания на ресепшене, прошла рядом висевшей панели телевизора, на которой показывали утреннюю сводку новостей.

— Ты ведь всегда знала — решила позабавиться Оксана, понимая, как сильно раздражала этим свою собеседницу — Что это только мне может принадлежать, а ни какому-то там Серову

— Я даже скорее это знала — заверила недовольно, по какой-то причине, Валентина

— Знала — ухмыльнулась Оксана, заметив рыжеволосую девушку, спускающуюся по ступенькам лестницы массивного крыльца, её тело облегал белый врачебный халат, скрывающий за собой нижнее красное кружевное белье — И поэтому ты пришла встретить меня, так как знала, что я иду

— Просто подумала — ухмыльнулась Валентина, отдвигая телефон, от уха медленно спускаясь по ступенькам лестницы, поверхность которых была покрыта белой мраморной плиткой — Что если вы звоните мне, то непременно идёте сюда, а значит, вам есть что нам сообщить

— Есть

Заверила Оксана, остановившись рядом со ступеньками лестницы, касаясь пальцами гладкого массивного перила, пропустила двух спускающихся первыми медсестёр.

— Только — возразила Оксана, сохраняя на алых губах прелесть явной выраженной улыбкой наступая каблуком черных ботфорт на ступеньку лестницы — Я вам это сообщу, когда вы отправитесь домой и выспитесь, как следует

— Да ну……

Не поверила сначала своим ушам Валентина, застыв на ступеньках лестницы, так и не успев спуститься до конца, остановилась в пару метрах от Оксаны, убирая телефон в карман халата. Вид у рыжеволосой девушки был весьма сексуальный, белый врачебный халат облегал её тело, выраженно подчеркивая изящный рельеф, груди и форму бёдер. Её рыжеволосые, волосы, цвета пламени, были, слега растормошены, в голубых глазах, словно воцарилась бездонная пропасть изнеможения сил, о чем свидетельствовала её томная вялая мимика на лице. Походка, в тот момент как эта львица спускалась по ступенькам, была весьма вызывающей движение её бёдер и то, как она звучно наступала каблуком красных туфель на мраморную поверхность ступенек, сгибая при этом ногу в колено, вызывало скорее в сознании Оксаны, желание порочной жажды.

— Вы отпускаете нас домой? — усомнилась в услышанном Валентина, облокотившись бёдрами на перила лестницы, ухмыльнулась в ответ на серьёзный взгляд Оксаны

— Ну, если у тебя есть другие варианты привести себя в бодрый вид

Ухмыльнулась Оксана, снимая капюшон, с головы начиная медленно подниматься по ступенькам, придавая золотистым русым волосам свободу объёма. После чего помотала чуть головой, чтобы подобной дикой страсти водопада волосы, разящим потоком устремились вниз, посыпая плечи Оксаны, окутывая шею. Покачивая в такт упругой прелестью бёдер, Оксана, поднимаясь по ступенькам выложенной из мраморной плитки, выражая в себе гордую уверенную натуру.

— То, пожалуйста — заверила Оксана, играя коготками пальцев одной руки по перилам лестницы, обернулась, выразительным лазурным голубым взглядом посмотрела на свою рыжеволосую собеседницу, от которой так приятно пахло сладостью кашемирового дерева — Я буду только рада

— Что не вериться — была окутана сомнение, высказала своё мнение Валентина — У нас мальчик в крайне тяжёлом состоянии, я удивляюсь просто, как еще вас Волков не убил

— Нет я удивляюсь просто — возразила Оксана, поднимаясь по ступенькам лестницы, расстегивала пуговицы белой шубки — Как это такая девушка, как дочь Волкова, смогла родить такого ребёнка

— Ну у каждого свои тараканы в голове — пояснила Валентина, ухмыльнувшись развела руками, поднявшись вместе с Оксаной на второй этаж

— Мне нужен халат — встав спиной к Валентине, заявила Оксана, снимая с себя шубку, нагло и очень аккуратно вручила её в руки рыжеволосой сзади стоящей девушке

— Зачем еще? — чуть не выронив шубку Оксаны из рук, поинтересовалась Валентина, едва удержав роскошную вещь в руках

— Мне нужно в реанимационное отделение

Пояснила Оксана, направляясь в сторону реанимационного отделения по коридору, оставляя стоять рыжеволосую девушку одну в недоумении.

— Ты не идёшь? — обернулась Оксана, положив ладонь руки на выставленное бедро

— Неужели у вас есть ответ? — проявляя интерес, ускорив шаг, держа шубку Оксаны в руках, спросила Валентина

— Я бы не пришла бы сюда — уверяла Оксана, пожав плечами, состроив красивую улыбку алых безупречных губ — Будь я полной дурой

— Хоть мы и решили проблему с недостаточностью клапана легочной артерии

Рассказывала Валентина, тяжело и изнурённо вздыхая, проследовав за Оксаной следом по коридору, резво стукая каблуками красных туфель по линолеуму пола.

— У мальчика до сих сохраняется гипертрофия обоих желудочков

Продолжала докладывать Валентина, встряхнула головой так, чтобы рыжие волосы не падали ей в лицо, с трудом в руках удерживая шубку Оксаны.

— Выраженный цианоз, легочная гипертензия, слабость, тяжелой формы цианоз

Вдыхая воздух ртом, девушка показывала, как для неё был груз белая шубка, которую она старательно пыталась держать в руках.

— А так же отставание в физическом развитии значительное — пояснила Валентина так, как будто эта тема была её неприятна — Как будто ему не полгода, а месяца три с натяжкой

— Я знаю-знаю — уверяла Оксана, обернувшись, встав у дверей входа в реанимационное отделение, обвивая пальцами пластиковую ручку

Перебирая мысли изученные с домашнего компьютера, Оксана, вспоминая картину события, как над правым желудочком располагается аорта, а легочный ствол прилегает к «дефекту межжелудочковой перегородки». Данная патология вызывает нарушения гемодинамики и клинические проявления примерно те же, что при «транспозиции магистральных артерий» с большим дефектом межжелудочковой перегородки и легочной гипертензией. Учитывая риск при сложившихся обстоятельствах, Оксана предположила с 25% вероятностью развития «коарктация аорты».

— Это всё хорошо и прекрасно

Словно, как отходя от искушения страстью, терзающего разум головоломки, ответила Оксана, продолжая держаться за ручку двери, ухватившись за неё пальцами одной руки.

— А сейчас ты иди домой — рассказывала Оксана, стараясь не обращать внимания с каким изумление и задумчивым взглядом на неё Валентина — И хорошенько выспись, понимаю, вечером у нас операции никто не проводит, но нам нужно провести её как можно скорее

— У вас осталось всё меньше времени

Ухмыльнулась с сарказмом Валентина, рассуждала она подошла к Оксане, словно выказывая на выражении своего лица чувство усмешки и превосходства, выраженное самоутверждением.

— Представляю, как вы будите объяснять комиссии по трансплантологии

Наклонившись чуть к Оксане, держа её шубку в руках, пояснила рыжеволосая девушка, снизив тон голоса до упоительной страсти шепота.

— Что по вашей вине вы угробили сердце мальчику

Уверяла Валентина, выставляя Оксану виновной в случившемся, хотя глаза рыжеволосой девушки скорее выказывалась глубокую зависть, которая терзала её душевной болью.

— Но ведь это ведь не так важно, Волков ведь в вас верит и Тихонов вас рад принять с распростёртыми объятиями

Словно выражая всю боль, ранимую утрату, рыжеволосая девушка перед глазами Оксаны пыталась из-за всех сил самоутвердиться, стараясь как будто что-то доказать.

— Лишь потому, что вы каким-то образом вдохновляете людей работать в этом богом забытой больнице — пояснила Валентина, словно подражая характеру Оксаны, прошипев шепотом перед её лицом

— Вау…… — выразила восхитительной улыбкой формы алых губ Оксана — Ты стала похожей на меня, вот что тебе не хватало, признай ты на глубине своей души, всё еще желаешь меня видеть в своей теплой постели, трахать меня вместе со своим возлюбленным

— Что за бред?! — возразила Валентина, вдруг неожиданно переменив свою решимость, скрываясь за маской застенчивости, отошла от Оксаны, выпрямив гордо спину — Я никогда ни с кем не собираюсь делить своего любимого человека

— Однажды ты его со мной уже разделила — пояснила Оксана, ткнув, заигрывая девушку, которая перед ней стояла, пальцем в грудь — Только признай, тебе ведь это понравилось?

— Делайте лучше то — повела недовольно губами Валентина, словно потеряв свою уверенность после того, как Оксана растоптала её самоутверждение в пыль — Что вы лучше всего умеете

«Наивная самодовольная дура, думает, сумеет меня убедить парой каких-то незначительных утверждений, на самом деле она не понимает какая она дыра, которую я пытаюсь заполнить собой», размышляла Оксана, состроив выразительную форму алых губ, открыла дверь реанимационного отделения, потянув на себя.

Белые кафельные стены и пол реанимационного отделения, имели зеркальный оттенок отражаемых в них обстановки помещения. Большие двери, большая поверхность которых была заполнена стеклом, а так же сами окна в палатах, чтобы дежурный персонал по отделению, наблюдали постоянно за пациентами. Дежурная медсестра сидела на посту в нескольких метрах от входа в отделение, под светом настольного светильника девушка, словно неотрывно стукала пальцами по клавиатуре. Не обращая внимания на вошедшую Оксану в стерильное отделение, она отвлеклась на шум сигнала аппаратуре одной из палат, быстро вставая с кресла, на котором сидела, направилась в сторону палаты, откуда доносился сигнал прибора жизнеобеспечения.

Стукая каблуками черных ботфорт, пока медсестра вошла в палату к пациенту, Оксана прошла к посту медсестры, на спинке кресла которого висел белый халат. Снимая халат со спинки кресла, Оксана быстро надела его на себя, взяв с края стола медицинский колпак, быстро надела его на голову, скрывая роскошные пряди золотистых волос под ним. Одевая на лицо марлевую повязку, а так же застёгивая пуговицы белого халата, Оксана направилась по коридору к реанимационной палате пациента. Словно чувствуя опаску, Оксана подошла к стеклянной двери палаты, прикусывая краешек губы, боясь себя обнаружить, взявшись пальцами за ручку, легонько потянула её в сторону, отодвигая, словно дверь купе.

— Вы знаете, а я вас ждала — оставаясь стоять у окна, жалюзи которого были наполовину прикрыты, говорила Алина Романовна Волкова — После всего того, что пережил мой сын, у вас хоть хватило совести прийти сюда

Темноволосая девушка была одета во всё тоже в синие, материал которого легкостью касания облегал её тело, подчеркивая скромный силуэт рельефа женского тела. На её лице выражалась скорее, по мнению Оксаны, дикая скорбь, боль разочарования и душевные переживания, бесконечная нервотрёпка, которую она переживала не отходя от кровати младенца, что самостоятельно еще не мог дышать, находясь на искусственной вентиляции легких. Молчание Оксаны, по всей видимости, раздражало эту девушку, от чего на её лицо стало проявление выражения нестерпимой злобы, скорее даже горестного отчаяния.

— Молчите — прошипела она ощущая лишь тишину, как Оксана переступила порог открытой двери, вошла в палату, аккуратно задвигая за собой дверь — Ну же скажите что-нибудь, докажите мне что мой отец прав, он видит в вас спасителя, когда я сама вижу в вас пустое место

— Что же — ответила Оксана, аккуратно задвинув дверь, облокотилась на неё спиной — Довольно обосновано, я должна была предвидеть риск

— Вы настояли на проведении баллонная вальвулопластики — обвиняя, говорила гражданка Волкова, вынося для Оксаны убедительное замечание — Это по вашей вине у моего сына развился еще один порок, благодаря которому его теперь мучают все эти страдания

По щеке этой девушке пробежала капля слезы, её глаза уже не могли выдержать ту боль разочарования, что она вместе сопереживая муки со своим сыном, испытывала на себе.

— Я не знаю, что вами движет — выражая вновь ненависть к Оксане, говорила Алина Волкова, вызывая голосом и манерой поведение скорее опаску — Почему мой отец так упёрся и доверяет вам, но если у вас нет ответа, почему мой сын еще страдает……

— У меня есть ответ — ухмыльнулась Оксана, после чего прикусывая скрыто под марлевой повязкой на лице губу — Но боюсь вам, он может не понравиться

— Бог видит, я пыталась вести себя сдержано

Прошипела Волкова, стояла рядом с кроваткой младенца, что лежал под аппаратом искусственной вентиляции легких, так как дыхательная функция легких была нарушена.

— Но твоё безразличие — направляясь к Оксане, словно злой хищник, Волкова была очень осторожно, так как сама испытывала нерешимость в своих действиях, девушкой двигало скорее чувство материнского безумия — Твоё поведение, ты ведешь себя словно……

«Она что совсем ебанулась, я понимаю, она винит меня за мой просчёт, да я ошиблась, но ведь Серов, устранил мою ошибку и да больше всего я боюсь получить от неё здесь пиздячек», испугалась Оксана, испытывая неконтролируемый разумом страх за свою жизнь.

— Послушайте — уверяла Оксана, облокотилась на поверхность стеклянной двери, словно вжалась от страха, обращая внимание, как девушка тоже чувствуя опаску, направлялась очень медленно к ней — Давайте поговорим, нам всем нужно успокоиться

— Мой сын чуть не умер

Быстро сделав ускоренным шагом несколько шагов в сторону Оксаны, Волкова очень сильно её напугала, вынудив от испуга забиться в правый угол палаты.

— Пока ты ставишь на нём свои опыты

Подошла она, ускорив нерешительно шаг, направляясь к Оксане, в страхе и панической ярости схватилась, не отдавая себе отчёт за её горло. Прижав Оксану к стенке, с такой резкостью и неожиданность, что колпак, который был у неё на голове, скрывавший пряди её роскошных золотистых волос, слетел раскрывая красоту их полной силы объёма.

— Ты что думаешь, он тебе подопытная крыса

Продолжала она шипеть, вцепившись когтями одной руки в горло Оксане, прижала её к стене, вынуждая смотреть в истерической ненависти налитые глаза.

— И в том, что он сейчас испытывает

Прокричала она прямо в лицо Оксане, сдавливая пальцами горло, так что дышать становилось почти невозможно. Оксана словно затаив дыхание от ужаса боялась даже пошевелиться, чувствуя с какой звериной яростью, мать этого ребёнка держала её за горло, сдавливая медленно его пальцами, перекрывая возможность дыхания. Ногти этой разъярённой девицы, словно когти львицы, впивались в кожу трахеи Оксаны, пальцами сдавливая от ненависти горло полностью, дышать становилось уже невозможно. В глазах становилось всё темнее, Оксана, забившись как неистовый зверь, вцепилась в твёрдую руку матери ребёнка, пытаясь оторвать её от своего горла. Вцепившись пальцами в кафель стены, в который вжалась тело, Оксана царапала её, неистово пытаясь вздохнуть, раскрывая рот, когда на лице была одета марлевая повязка. Продолжая метаться, извиваясь, вжавшись в стену как дикая королевская кобра, Оксана чувствовала, что уже теряет сознание, стараясь не проявлять сопротивлению акту насилия, надеясь на снисхождение к своей истязательнице.

— Это твоя вина

Прошипела она, разговаривая рядом с ухом Оксаны, пытаясь усердно её душить, словно не контролируя и не отдавая себе отчет в происходящем.

— Да сдохни же ты, наконец!!! — в истерике прокричала Волкова, усердно начиная сжимать пальцами, горло Оксане, пока в глазах не стало полностью темно

— Гм…… кх…..

Пыталась издать глухие звуки, Оксана, чувствуя уже сама, как бьётся неистово её сердце, как дергалась грудь, пытаясь вздохнуть, раскрывая учащенно рот под повязкой.

— Ах……х — издавая глухой беззащитный стон, металась Оксана, прижимаясь спиной к стене, чувствуя как дыхательный проток был полностью перекрыт пальцами девушки

— Сдохни-сдохни-сдохни!!! — кричала в ненависти Волкова, сжимая, словно из-за всех сил пальцами горло Оксане — Сдохни………….

— Что вы делаете!!! — вбежала в палату медсестра, резко отдернув с чрезвычайной легкостью руку Волковой от горла Оксаны, позволяя резко вздохнуть полной грудью

— Нет, отпустите меня!!!

Прокричала Волкова, когда медсестра держала её за руку, в тот момент Оксана соскользнула по стене, падая на четвереньки, жадно пытаясь хватать воздух.

— Я убью тебя…… — кричала в истерике Волкова, пытаясь вырваться, когда её держала медсестра — Да отпустите же меня

— На помощь — кричала медсестра, пытаясь держать разъярённую мать, которая была готова наброситься на Оксану, чтобы закончить начатое — Да помогите же мне, она же её сейчас убьёт

— Пустите меня немедленно — с криками чуть ли не во всё горло, Волкова пыталась вырваться, когда худая медсестра держала её с трудом за руку

— Охрану быстро — заметив кого-то вбежавшего в отделение реанимации, прокричала медсестра, с трудом уже держала Волкову — Вызовите охрану…..

— Что здесь происходит? — вбежал в палату сотрудник службы безопасности больницы, быстро схватил за руку Волковой, которая выскользнула из схватки медсестры

— Держите её — распорядилась медсестра, пытаясь отдышаться, словно отдавая Волкову, когда она уже сорвалась с её руки, устремляясь к Оксане — Она ненормальная, выведете её немедленно из отделения

— Пойдёмте госпожа Волкова — с сарказмом сурово но, всё же выражая улыбку, произнёс охранник — Вам надо охладиться

— Что здесь произошло? — поинтересовалась медсестра, подошла к Оксане, когда она продолжала стоять на четвереньках, сорвав стерильную повязку с лица — Почему она на вас накинулась?

— Она хотела…… — жадно хватая воздух ртом, Оксана не могла прийти в себя после перенесённого стресса — Она хотела…….

— Вы сами привели её сюда — рассказывала медсестра, продолжая стоять над Оксаной, поправляя рукава белого халата — Это по вашему распоряжению, мать этого ребёнка, находиться здесь, как бы там ни было, я обязана доложить обо всё случившемся Тихонову

— Он наверно — вновь стараясь отдышаться, Оксана жадно хватала воздух ртом, оставаясь стоять на четвереньках, переводя, набираясь сил, чтобы произнести речь — В отделение ведь работают камеры видеонаблюдения

— Как же было хорошо без вас тут

Недовольно произнесла медсестра, поправляя колпак на голове, под которым скрывались роскошные пряди кашемировых волос, после чего медленно подошла к открытой двери.

— По крайней мере, в реанимацию не пускали посторонних людей — оставаясь стоять в проходе открытой двери, рассказывала молодая девица — Пускай сам Тихонов теперь решает, как теперь с вами быть, я буду настаивать на том, чтобы вас уволили

— Пустая трата времени и слова — изумилась впервые, после испытавшего шока, в улыбке Оксана, продолжая сидеть на полу, поджала под себя ноги — Тихонов, ни за что меня не уволит, как бы вы там не старались, у вас ничего не получиться

— Не уволит — ухмыльнулась медсестра, снимая марлевую повязку с лица — Но засунет в такую дыру, что вы и сами будите этому не рады

— По-моему меня тут душили — возразила Оксана, оспаривая мнение девушки, что была крайне недовольна произошедшей сценой — Не я тут беспорядок устроила, она сама на меня набросилась

— Вот это вы лично Тихонову и расскажите — заявила нагло медсестра, покинув палату реанимации, закрывая за собой дверь, оставляя Оксану одну сидеть на полу

— Сука блядь ненормальная

Прошипела Оксана в тишину под звук тикающего прибора жизнеобеспечения, снимающего синусовый ритм сердцебиение ребёнка.

— Ты слишком многое о себе возомнила — продолжая выражать возмущение, шипела Оксана, находясь одна с полугодовалым ребёнком в палате

 

***

Расположившись в черном кожаном кресле, Оксана облокотилась на его мягкую черную спинку, положив эффектно выражая упругую кожу ног благодаря разрезу платья сбоку, выказывая шикарные бёдра. Держа в руках пластиковый стаканчик с кофе, Оксана вдохнула через открытую его крышку ароматную свежесть карамели. Прислонив стаканчик к губам, Оксана оставила на его пластиковой поверхности отпечаток алой страсти, помады. Закрывая медленно глаза, представляя упоительное искушение сладкой прелести карамели, нежась в тенистых оттенках качающегося за окном тополя, что устроил пляску теней по стенам и полу кабинета. Чувство сжатой шеи как и едва видные синяки на ней всё еще сохраняли отметину насилия, такое чувство, было у Оксаны будто после случившегося, было немного затруднено глотание.

Тихонов стоял у окна, дотрагиваясь пальцами до жалюзи которые весели на нём, потревожил их покой, слегка начиная их тормошить, словно стараясь успокоить свои нервы. Волков, был всё еще в недоумение от произошедшего, всё еще не мог посмотреть Оксане в глаза, спустя некоторое время, он расположился сидя на стуле за стеклянным столом, прямо напротив Серова. Валентина едва бренчала чайной ложкой, размешивала гранул кофе кипятком залитой кружки. Мария Леонова, сидела справа от Серова, опустив голову, словно была поражена случившимся инцидентом, скрылась за прядью русых белокурых волос, волнами падающих на её плечо.

— Я до сих пор не могу понять — рассказывал Тихонов, задвинул жалюзи, препятствуя проникающим лучам дневного света в кабинет — Как это всё-таки произошло Оксана, Владимировна может, прольёте ясность на всех нас

Обернулся заведующий больницей, поправляя рукав черного пиджака, выражение его лица говорило о том, как его все эти проблемы достали. Словно момент ожидания возник и все находившиеся в кабинете люди, включая Оксану, обернулись и посмотрели на него, как раз в тот момент, когда мужчина был готов взорваться, подобно извержению вулкана.

— Что черт возьми происходит! — прокричал Тихонов с трудом уже сдерживая себя — Как это объясните мне произошло, что дочь господина Волкова, напала на вас и стала вас душить?

— Это вы меня спрашиваете? — изумилась Оксана в улыбке, отрываясь от пластикового стаканчика с кофе, смакуя его сладость карамели во рту — Это она на меня накинулась, стоило мне только войти в палату

— Доктор Серов рассказал мне обо всём случившимся — первое, что произнёс Волков, за всё время, что находился в кабинете — Сначала хочу перед вами Оксана Владимировна принести свои глубочайшие извинения, за поведение своей неугомонной дочери

— Это блядь слабо сказано — уверяла Оксана, смутившись перед Волковым, грязно выразив собственное мнение, повернулась обратно спинкой к Волкову и Тихонову — У меня просто нет слов, выразить тот пиздец, который со мной произошёл

— Оксана Владимировна!

Упрекнул Тихонов, суровым голосом, так что Оксана в тот момент, когда отпивала кофе со стаканчика, слегка поперхнулась им, проливая его капли на черное платье.

— Следите, пожалуйста, за своим языком — пояснил Тихонов замечание, которое он вынес для Оксаны — И это уже не в первый раз, вы устраиваете цирк у меня в больнице!

— Да что вы на меня накинулись — вспылила Оксана, поставив быстро стаканчик с кофе на стол, разливая с него несколько капель на поверхность стола — Я ей абсолютно ничего не сделала, она сама набросилась на меня, стоило мне только войти в палату

— Вы не дали мне договорить Оксана Владимировна — откашлявшись в руку, вставая со стула, на котором сидел, говорил Волков, отошёл от стола — Нам с дочерью рассказали, как вы ошиблись, когда производили свою, как это там называется процедуру

— Баллонная вальвуопластика стеноза легочной артерии

Пояснила суровым голосом Оксана, прикусывая краешек нижней губы, ощущая как от нервного волнения, она начала произвольно подергиваться.

— Ошибиться мог любой — уверяла Оксана — Вы хоть знаете риски при таких обстоятельствах, что хотя бы ваш внук после проведенной процедуры останется жив

— Господи Оксана Владимировна — вновь упрекнул Тихонов, почувствовав себя неловко за поведение Оксаны перед Волковым — Постарайтесь выражаться цензурно

— Да блядь куда уж цензурно — снова грязно выругалась Оксана, выражая свой растерзанный муками эмоций характер, вскочила с кресла в котором сидела, позволив каплям разлитого кофе на столе пропитать сладкой вязкостью, ткань платья еще больше — Это она на меня накинулась, почему вы ей ничего не говорите?!

— Я уже поговорил со своей дочерью — уверял Волков, всё еще чувствуя за собой вину перед Оксаной, за то, как его дочь обошлась с ней — И естественно ваши люди пояснили мне о возможно риске смерти моего внука во время самой процедуры

— Тогда чего же вы от меня хотите?! — была на грани срыва Оксаны, выказывая отчаяние в лазурных голубых глазах, демонстрировала на них появление влаги, ранимых горечью слёз

— Ваше счастье Орлова, что я не могу вас выгнать, так как вы очень нужны здесь и полковник Волков верит в вас

Всё с таким же возмущением, Тихонов высказывал собственное мнение, подошёл к стеклянному столу, на котором были раскрытые красные папки больницы и черная папка от Фадеева.

— Будь моя воля, я бы вышвырнул бы вас уже — произнёс Тихонов с такой терзающей ненавистью, как будто присутствие Оксаны для него в этой больнице стало уже невыносимым

— Не забываетесь, гражданин Тихонов

Надулась Оксана злостью дикой королевской, словно чувствуя, как всё тело словно затрясло волнением и необъяснимой для неё самой паникой.

— Это я превратила ваш так называемый деревенский клоповник

С дрожащей от ненависти нижней губой, произнесла Оксана, уже не отдавая себе отчет и не контролируя эмоции, выливала накалившуюся боль.

— В медицинский центр, сюда посмотрите съезжается вся Московская элита

Гордо поднимая подбородок к верху, Оксана, покачивая упругой красотой бёдер, подошла к Тихонов и серьёзным взглядом королевы, посмотрела ему в глаза.

— Скажите просто, тут при всех

Стараясь быть убедительной, когда всё тело и разум терзало непреодолимая для неё самое чувство волнения, эмоции, как будто порвало подобно, как рвётся струна у гитары.

— По какой причине господин Романов втрахивает свои деньги в ваше лечебное так называемое заведение — подняв голос почти до крика, выразила громко эмоции Оксана, ошеломив при этом Тихонова — Ну расскажите им

— Да что вы Орлова о себе тут возомнили?! — был крайне недоволен Тихонов, как его мнение и его эго Оксана растоптала при всех в пыль

— Хватит!!! — не выдержал напряженной ссоры, прокричал Волков

— Оксана Владимировна — вмешался в ссору Серов, обернулся, продолжая сидеть на стуле — Вы кажется, хотели нам что-то сообщить, вы ведь собрали всех нас тут не по поводу тому, как дочь Романа Андреевича, пыталась вас задушить

«Мне кажется дурой во всём случившимся теперь выгляжу я», подумала про себя Оксана, смутившись как все в напряжении на неё стали смотреть, уделяя ей всё внимание.

— Ладно послушайте — глубоко вздохнула Оксана, словно переводя дух — Проанализировав все исследования, включая даже те, что предоставил мне Фадеев

Направляясь к негатоскопу, что находился в кабинете рядом с окном, жалюзи которого были наполовину прикрыты, Оксана выраженно покачивала бёдрами в каждом шаге.

— Я смею предположить, есть шанс — уверяла Оксана, включая свет на доске, на которой всё еще висел рентгеновский снимок — Хирургически исключить врожденную патологию сердца мальчика

— И как позвольте предположить вы собираетесь это сделать — усомнился Серов в решении Оксаны, перелистывая страницу лежащей перед ним на столе карты — У мальчика выраженная гипертрофия обеих желудочков, возможен большой риск обструкции легочных путей

— Есть вероятность исключения порока — рассказывала Оксана, взяв в руки маркер — Выполнив операцию Гленна

— Вы надеюсь понимаете риск подобной операции — возразил, вынося собственное мнение Серов, был весьма удивлён выбором Оксаны — У мальчика и так осложнения гипертрофии обоих желудочков

ДОС (двойное отхождение магистральных сосудов) от ПЖ (правого желудочка) с субпульмональным ДМЖП (дефект межжелудочковой перегородки). При данном варианте порока вся оксигенированная кровь из ЛЖ (левого желудочка) через ДМЖП направляется в ЛА (легочная артерия), а венозная кровь — из ПЖ (правый желудочек) в аорту. Выражен цианоз, высок риск развития легочной гипертензии. Можно сделать вывод, что, несмотря на различие в анатомии, гемодинамика ДОС от ПЖ с субпульмональным ДМЖП соответствует «TMC» (транспозиция магистральных сосудов).

Операция Гленна не решит проблему с двойным отхождением магистральных сосудов полностью, однако поможет продержаться мальчику, до гемодинамической коррекции сосудов операции Фонтена. Тем самым, данный метод позволит, направить ток крови, вытекающей из правого желудочка в легочный ствол и из левого желудочка в аорту, благодаря наложению анастамоза. Суть операции Фонтена заключается в том, что хирургическим путём с помощью переключения магистральных сосудов изменяется система кровообращения человека. Таким образом, что вместо двух кругов кровообращения остаётся один, по которому кровь сначала проходит через все органы и ткани организма, отдавая кислород и забирая углекислый газ, а затем проходит через лёгкие, обогащаясь кислородом и отдавая углекислый газ.

— Вы надеюсь понимаете — делая вывод после того как выслушал Оксану, заявил Серов — Что успех такой операции 25%

— Ну я бы сказала что даже 40% — смутилась Оксана, заметив как лицо Волкова пришло в ужас, после того как Серов вынес свой вердикт

— Вы сильно преувеличиваете — вновь оспаривая, не согласился с таким утверждением Серов

— Скорее даже преуменьшаю — ухмыльнулась Оксана, понимая насколько Серов, был своим утверждением прав

— Скажите Оксана Владимировна — неожиданно для всех, Волков встал со стула, на котором сидел и внимательно слушал спор Оксаны и Серова — Вы точно сможете провести эту операцию?

— Я бы не предлагала бы — пояснила Оксана, отвечая на вопрос — Если бы не была так уверена

— Вы что серьёзно?! — пытался вразумить Серов, был возмущён решимостью Оксаны — Вы хотите убить ребёнка, прямо на операционном столе

— Он умрёт!

Прошипела Оксана, кинув маркер, которым обводила контуры сердца и возможные пути наложения анастомоза на белой доске рядом с негатоскопом.

— Если мы ничего не будем делать — уверяла Оксана, недовольно посмотрела на Серова — Так или иначе нам нужно её провести

— А если что-то пойдёт не так — пытался переубедить Серов, закрывая карту что лежала перед ним на столе — Что если произойдёт, скажем обструкция легочных путей?!

— Я думаю, что стоит согласиться с Оксаной Владимировной

Поддержала Мария Леонова, посмотрев сквозь стёкла надетых на глазах очков то на доску, на которой нарисовала Оксана маркером, то в карту, что лежала перед ней на столе. Белокурая девушка, поправляя свой белоснежный халатик, что так пленительной красотой изгиба облегал её тело. Положив выразительно ногу на ногу, блондинка отразила прелесть восхитительной кожи ножек, украшением которых служили черные туфли на высоком каблуке. Распущенные белокурые волосы, были просто восхитительны оттенком соломы, отражали отблеск проникающего в кабинет и падающего на них света.

— Риск конечно присутствует

Ответила, вставая со стула Мария Леонова, отразила прелесть шикарных ягодиц, на которые Оксана обратила внимание, форма которых была больше похоже на спелый упругий персик.

— Но учитывая, что мальчик может умереть

Рассказывала блондинка, направляясь к Оксане, выражая уверенность в каждом шаге, покачивая эффектно бёдрами, словно в такт хода поршня в цилиндрах двигателя.

— Когда он и так в плохом состоянии

Продолжала рассуждать Мария, подошла к месту где на полу лежал маркер и колпачок, нагнулась и подняла его, встав специально спиной к Оксане, так чтобы она могли увидеть красоту её тела.

— Его шансы стремительно уменьшаются — поднимая маркер с пола, рассуждала Мария, выразительным взглядом посмотрела в глаза Оксане — Я что думаю, стоит попытаться

«Блядь как же ты хороша, я прям начинаю течь, зачем ты это делаешь, зачем ты мучаешь меня, почему я раньше не замечала твоей красоты», уверяла себя Оксана, продолжая смотреть на блондинку, поднимающую с пола маркер.

— Ну, раз других возражений нет

прикусывая краешек губы, ответила Оксана, как будто застыв в предвкушении поймав на себе взгляд белокурой красотки, желание которого терзало сильное искушение страсти

— Мы можем начинать подготовку к операции

Распорядилась Оксана, не могла сдержать больше на себе соблазна взгляда блондинки, отвернулась, медленно подошла к окну, тормоша кончиками пальцев висевшие на нём жалюзи.

— Или у кого-то есть вопросы, как мы будем её проводить? — поинтересовалась Оксана, отодвигая кончиками пальцев жалюзи на окне, всматриваясь в гармонию света и тени за стеклом

— Я всё же не согласен с мнение Оксаны Владимировна

Попытался возразить Серов, вставая со стула на котором сидел, обращаясь к Волкову, поправил рукав белого надетого на нём халата, закрыл папку, что лежала перед ним на столе.

— Вам как вы являетесь единственным опекуном — уверял Серов, подошёл к Волкову, когда он сидел на стуле нагнулся и внимательно посмотрел мужчине в глаза — Который вправе принимать решения за мальчика

Стараясь придать убедительность тону голоса, рассказывал Серов, недовольно посмотрев в сторону Оксаны, когда она с холодным взглядом в лазурных голубых глазах, смотрела в окно.

— Рекомендую пересмотреть сроки и сам метод данной операции — отодвинулся Серов от Волкова, словно был удивлён с каким безразличием, словно не слушал его, на него посмотрел он в ответ

— Прошу меня простить гражданин Серов — возразил Волков, вставая со стула на котором сидел, расправил черный, с пепельным оттенком пиджак — Но главный лечащий врач моего внук Орлова, я хочу, чтобы так оставалось и впредь

Ха-ха выкуси старый ты пердун решил таким образом меня поиметь, я ведь прекрасно знаю, что Волков предан в лечение своего внука одной лишь мне», коварной блистательной улыбкой, ответила Оксана в отражение на стекле, рядом с окном у которого стояла, теребила жалюзи.

— У кого-нибудь будут еще возражения?! — поинтересовалась Оксана, оставаясь стоять не оборачиваясь, теребила пальцами жалюзи, царапая коготками их ткань — Возможно, будут какие-то пожелания по поводу выбранного мною метода лечения?!

— Шанс на успех крайне мал — ответил Серов недовольно, оставаясь стоять у стеклянного стола

— И всё же я намереваюсь его использовать

Заверила Оксана, обращая беглым взглядом обернувшись, обратила внимание, как отпивая глоток кофе с кружки, Валентина прошла за её спиной, покачивая скрытым под белым халатом бёдрами.

— Валентина ты не могла бы задержаться

Мило улыбнулась Оксана, обращая на изящно поставленные бёдра в каждом шаге рыжеволосой девушке, обратилась она к ней, покусывая от волнения краешек губы.

— Остальные могут быть свободны — распорядилась Оксана, делая специально такой взгляд, как будто больше никого не замечая из находившихся в кабинете

— Я буду у себя в кабинете Роман Андреевич — заявил Тихонов, первый, направляясь к выходу из кабинета Оксаны — Если вам будет что-нибудь нужно, вы знаете куда обратиться

— Спасибо Валерий Валерьевич — поблагодарил Волков, направляясь вслед за Тихоновым к выходу из кабинета — Думаю на сегодня уже, с меня концертов хватит

— Мария проведи необходимые анализы в лаборатории — отдавая указания обратился Серов к белокурой девушке, которая встав со стула хотела покинуть кабинет — Готовьте мальчика к операции, если Оксана Владимировна готова взять на себя всю……

— Я готова принять весь груз ответственности — заявила Оксана, опираясь бёдрами на подоконник окна, ухмыльнувшись милой улыбкой стервы

— Вы о чём-то хотели со мной поговорить? — выражая застенчивость, поставила кружку с кофе Валентина на стеклянный столик

— Ты единственная — ответила Оксана, промолчал некоторое время, дождавшись пока Серов и Мария Леонова покинут кабинет — Кто не высказал своё мнение по поводу моего выбора, метода проведения хирургического лечения внука Волкова

— Просто подумала

Ухмыльнулась рыжеволосая девушка, по выражению её глаз и подёргиванию нижней губы, было видно, как она хотела сообщить что-то предельно важное для неё.

— Что раз Волков и так на вашей стороне, наверняка оно учиться не будет — пояснила Валентина, отошла с кружкой к стеклянному столу

— Но я бы всё же хотела его услышать — уверяла Оксана, продолжая внимательно наблюдать за девушкой, которая выразительно покачивая бёдрами, подошла к столу, отодвинув стул

— Оно так будет важно для вас? — словно не соглашаясь с ответом, пояснила Валентина, присаживаясь на стул, девушка держала в руке стакан с кофе

«Зачем эта сука со мной играет, я же вижу, что её что-то мучает, с одной стороны мне было бы глубоко плевать, но эта рыжая сука очень много сделала для меня и я просто обязана её хотя бы просто выслушать», размышляла Оксана, не понимая, что происходит сама начала нервничать.

— Ты же понимаешь

Прикусывая краешек губы, Оксана, выразительно покачивая бёдрами, направилась к столу, за который, усаживаясь на стул, расположилась рыжеволосая девушка.

— Что это не так — уверяла Оксана, понимая, что настал интригующий момент, что требовал снятия напряжения, перед предстоящей хирургической операцией

— А как должно быть? — поинтересовалась Валентина, когда Оксана подошла к стулу, на котором сидела, расположившись к ней лицом, опираясь бёдрами на грань стеклянного стола

— Ладно, говори — ухмыльнулась Оксана, заметив как девушка, что сидела перед ней на стуле начала нервничать, взяв исписанный лист, начала напряженно его теребить пальцами

— Что говорить? — еще больше смутилась Валентина, когда Оксана уделила ей такое большое количество внимания, стала пристально изучающим взглядом на неё смотреть

— Тебя ведь что-то тревожит — пояснила Оксана, сохранив прелесть тёплой улыбки на губах, присаживаясь на стеклянный стол, вызывающе положила ногу на ногу перед девушкой

— Нет! — довольно резко поначалу ответила Валентина — С чего вы взяли?

Нервничала Валентина, явно чувствуя себя неуютно, когда Оксана так эффектно перед ней выказывала красоту изящной кожи бёдер. Опираясь руками на стеклянную поверхность стола, Оксана, продолжая на нём так сидеть, наклонилась к своей рыжеволосой неуверенной собеседнице. Понимая, что глаза Валентины что-то недоговаривают, что-то достаточно важное, Оксана решила действовать осторожно изучающим взглядом, замерла в предвкушении, выражая милую столь же застенчивую по красоте улыбки. Поведение Валентины и то, как она сидела на стуле перед Оксаной, нервно теребила коготками кончик чайной ложки, которая находилась в кружке с черным кофе, заставляя её легонько бренчать о керамику.

— Правда — встряхнула головой рыжеволосая красотка, чудесным образом выказывая перед Оксаной прелесть веснушек на её лице, вдобавок ко всему, показала красоту оттенка огненного цвета волоса — У меня всё хорошо

— Послушай — возразила Оксана, аккуратно принимая нежный тон для общения — Я была не права по отношению к тебе

— Что вы хотите этим сказать? — была удивлена Валентина, но выразила признательность перед Оксаной милой теплоты улыбкой, скрывая взгляд за прядями рыжих волос

— Я понимаю, ты устала — говорила Оксана, игриво заигрывая с девушкой, коснулась коготком указательного пальца, кончика её носа — Можешь не принимать участия в операции, я тебя отпускаю, до понедельника

— Но я хочу там участвовать — уверяла Валентина в своей решимости и желании помочь команде

— Ты уверена?

Поинтересовалась Оксана, посмотрев выразительным лазурным голубым взглядом в глаза девушке, словно принуждая её тут же ответить без колебаний.

— Операция продлиться, возможно, до следующего утра — пояснила Оксана, сползая кошкой с края стола, касаясь каблуками черных ботфорт линолеума в кабинете — Если ты будешь мне ассистировать, я не дам тебе время отдохнуть

— А мне и не потребует? — ответила с ухмылкой Валентина

— Послушай — понимая, что просит слишком много Оксана решила подмаслить девушку, покачивая бёдрами, подошла к свободному стулу слева от Валентины, продолжая столь изнурённо смотреть ей в глаза присаживаясь на свободный стул — Может быть, ты хочешь в отпуск?!

— Да не хочу я в отпуск

Ответила Валентина, начиная нервно теребить краешек халата, выдавая себя, тем, что её что-то терзает, как будто есть что-то такое важное, что она хочет сказать Оксане, но по какой-то причине не может.

— Я хочу быть там, в операционной с вами — уверяла Валентина, позволяя пальцам, обеих рук Оксаны, коснуться своих колен

«Так она мне никогда не расскажет, а как я сука я не могу поступить с ней, она для меня столько всего сделала, хоть она дура, но она важна тут для меня», размышляла Оксана, внимательно всматриваясь в глаза рыжеволосой девушки, пытаясь понять, что так сильно её терзает.

— Пообещай мне только одно

Глубоко и изнурённо вздохнула Оксана, хватая воздух ртом, продолжая смотреть в глаза Валентина, испытывая при этом волнение, нервно перенося безызвестность и неопределённость.

— Что чтобы не случилось, ты никогда не уйдёшь из команды — потребовала Оксана, кончиками пальцев дотронулась до подбородка девушки, обращая её взволнованный взгляд на себя

— Как это делаете вы?! — поинтересовалась Валентина, ловко увиливая от ответа, но при этом, состроив улыбку, продолжала смотреть в глаза Оксане

— Не обязательно — возразила Оксана, прикусывая краешек губы, наклонилась к рыжеволосой девушке, чувствуя запах черного кофе исходящий от её розовых губок — И не отклоняйся от вопроса, просто пообещай

— Как я могу обещать — возразила Валентина, остановив пальцы, продвижения руки Оксаны, когда они так ловко проникли за тонкую грань белого надетого на ней халат — Если вы сами не держите слово, почему вы считаете, что люди, которые работают на вас, ваша собственность

— Ну, наверно потому — пожала плечами Оксана, развела руки в стороны, сохраняя прелесть улыбки алых губ — Что оно наверно так и есть

— Вы не вправе решать за людей — не соглашаясь с мнением Оксаны, Валентина быстро встала со стула, словно скрывая взгляд который что-то хотел сказать важное

— Просто скажи что происходит — чувствуя интригу, которая завораживала внушительной долей сексуального возбуждения, Оксана встала со стула, покачивая бёдрами в такт изящной походки, подошла к мягкому белому креслу, на котором расположилась Валентина — Разве я этого не вижу?

— Не видите что?! — поинтересовалась Валентина, делая вид, как будто и никакого напряжения в этом разговоре и вовсе не существует

— Хватит из меня дуру делать — прикусывая краешек губы, Оксана была недовольна тем, как Валентина считала за забаву игру отношений между ней

— Я просто не понимаю, что происходит — ответила Валентина, когда ей не хватило смелости глядя в глаза Оксаны, сказать причину её тревоги — И чего вы от меня хотите?

— Просто скажи мне — присаживаясь на подлокотник белого кресла, в котором расположилась рыжеволосая девушка, заявила Оксана, положив выразительно ногу на ногу — У тебя всё нормально и тебя ничего не беспокоит

— Зачем вам это

Ухмыльнулась Валентина, отвернув взгляд в сторону закрытой двери, позволяя руками Оксаны, обвить своё тело, прижавшись к нему.

— Вы впервые за долгое время спрашиваете моё мнение и то, как я себя чувствую — выказывая удивление, рыжеволосая девушка, делилась впечатлением, находясь в объятиях Оксаны

— Потому как впереди очень сложная операция

Уверяла Оксана, разговаривая шепотной речью над ухом Валентины, нотки которых радовали её сознание, интонацией звучания ритма.

— И я хочу чтобы ты была максимально собрана — пояснила Оксана, пытаясь посмотреть в глаза девушки, когда она, склонив голову прятала от неё взгляд

— Я и так максимально собрана — ответила Валентина, когда Оксана, коснувшись кончиками пальцев подбородка девушка, повернула её застенчивый взгляд на себя

— Ляг поспи несколько часов — указала Оксана взглядом гордой королевы на мягкий диван в кабинете на котором лежал смятый клетчатый плед — Мария и Серов справятся там без тебя, возьмут анализы и проведут УЗИ диагностику

— А так же проведут ЭКГ — возразила Валентина выставив указательный палец вверх перед губами Оксаны — И это всё помимо того чтобы взять соскоб из зева, анализов крови я и пересчитать, на пальцах вам не смогу, если я лягу сейчас спать, то придётся задействовать персонал больницы

— Ах…. гулять — шикарно выражая форму обольстительных алых губ, заявила гордо Оксана, состроив хищный порочный оскал лица перед рыжеволосой красоткой — Так на все деньги, пусть Тихонов и задействует всех способных проводить анализы

— Вы с ума сошли

Улыбнулась в ответ Валентина, девушка была безумна рада тому, с какой гордостью и свободой Оксана распоряжалась своим еще пока не заслуженным положением. Прелесть запаха кашемирового оттенка, словно сочилась цветочным нотами парфюма Валентины, когда они так манили к себе, сознание Оксаны, изысканностью его безупречной вкусовой палитры.

— Тихонов будем сильно не доволен вашим решением — ухмыльнулась Оксана, прошептав рядом с губами рыжеволосой девушки ощущая аромат терпкости черного кофе веявшего из её губ

— Да плевала я на его мнение — гордо заявила Оксана, вставая с подлокотника кресла, оставляя Валентину сидеть на нём одну — А тебе действительно пора в постель, ложись я обо всё сама позабочусь

— Но куда же вы?

Поинтересовалась, выказывая интерес улыбкой на розовых губах, спросила Валентина, поджав под себя ноги опираясь ладонями обеих рук на сидушку кресла в котором сидела, выгнула спину.

— Вы что не останетесь со мной?

Рыжеволосая девушка, состроив выразительные ямочки на щечках, поинтересовалась заманивающей интонацией голоса, состроив перед Оксаной взгляд застенчивых голубых глаз.

— Что может быть важнее, чем наша с вами близость, когда все остальные пусть работают

— Я бы была пиздец как безумна рада раствориться в твоих объятиях

Ухмыльнулась Оксана, встав посреди кабинета рядом со стеклянным столом, обернувшись, положив ладонь на выставленное бедро

— Но без меня девушки в лаборатории не справятся, а мне еще нужно купить им конфет — уверяла Оксана, прикусывая краешек губы — Кто-то ведь должен за всё заплатить, чтобы мальчику провели как можно скорее операцию

— Но вы ведь и так можете — возразила Валентина, была не согласна с решением Оксаны, нахмурила при этом обидчиво губки оставаясь сидеть в кресле на коленях — По одному только вашему слову, весь персонал больницы, будет делать то, что вы им скажите

— Интересно с чего бы это? — поинтересовалась Оксана, выказывая взглядом искушение недоверие

— С того

Заверила, гордо подняв подбородок к верху, ответила Валентина, по выражению её лица и тону голоса, можно было понять, как эта девушка была под впечатлением

— Люди в вас верят и я тоже — уверяла Валентина, придавая убедительность своим словам, уверенной интонации голоса

— Ляг, поспи

Говорила Оксана, направляясь, покачивая выразительной красотой бёдер, материал черного платья, надетый на ней, прекрасно красотой изгиба подчеркивал всю эластичность движения.

— Ты мне нужна в здравом уме — ответила Оксана, когда подошла к закрытой двери, касаясь пальцами металлической ручки, легонько надавливая на неё — В операционной ты мне нужна в здравом уме — потянув на себя, когда дверь, открываясь, поддалась

— Но ведь вы же главный хирург в операционной

Уверяла Валентина, в тот момент, когда Оксана, сгибая ногу в колено, выражая эластичность изгиба бёдер, вошла в приёмную, покидая кабинет.

— Разве вам не нужен отдых? — удивилась Валентина, выражая обиду остаться одинокой, спросила рыжеволосая девушка, подошла медленно к дивану, наступая на него колено

— За меня не беспокойся — ухмыльнулась Оксана, оставляя дверь открытой, чуть наклонилась в сторону кабинета, любознательно продолжая смотреть как Валентина подобно кошке, забралась на диван, усевшись, поджала под себя ноги — Я успела себя потешать ночью в кроватки

— С Корниловым?! — поинтересовалась Валентина, чем зацепила очень сильно Оксану за живое

— А вот это уж моя дорогая — не сдержав себя, хлопнула Оксана дверью, закрывая за собой, облокотившись потом на её поверхность — Не твоё блядь дело

— Оксана Владимировна! — взвизгнула Валерия, чуть на разлив кофе, кружку которого держала в руке, продолжая пристально сидеть смотреть в монитор компьютера

Белокурая девушка, сидела за компьютерным столом, её красивый торс, выразительно подчеркивая грудь, облегала тонкая белая ткань блузки. На глазах блондинке, были очки, форма оправа которых имела ровную овальную структуру. Её пышные белокурые волосы, словно струи водопада, плавно посыпали хрупкие плечи Валерии. На столе, принадлежащей этой блондинке, лежали раскрытые папки финансовых отчетов по работе отдела.

— Что же вы так пугаете?! — выказывая недовольства, кокетливо Валерия нахмурила губки, посмотрев выразительным взглядом на Оксану

— Просто кто-то иногда суёт свой нос, туда — уверяла Оксана, прошла по приёмной, стукая каблуками по линолеуму пола, покачивая в такт бёдрами — Куда ему не следует

— Так вы меня напугали — была всё еще возмущена Валерия, явно демонстрируя своё недовольство, эта женщина пыталась, словно вызвать к себе чувство жалости и сострадания

— Ну, блядь извини

Подошла Оксана к закрытой входной двери в кабинет, касаясь пальцами её металлической ручки, легонько на неё нажимая.

— Что ты до сих пор не привыкла к моему характеру — улыбаясь блистательной улыбкой, алых губ, открывая дверь, Оксана тут же вышла в коридор, закрывая дверь за собой

Направляясь по больничному коридору, голубые стены которого выражали на своей поверхности гармонию игры теней качающихся за окном голых деревьев. Вдыхая глоток воздуха раскрывая выразительно алые губы, Оксана чувствовала, как неожиданно её охватила волна изнурительного напряжения, которое безвольно начинала терзать её разум.

 

***

Открывая двери операционной, Оксана, переступая через порог, наступая на плитку белоснежного кафеля, ощутила отблеск света, операционных ламп, что отразился на стёклах её очков. Мальчика на каталке, доставила в операционную, Мария Леонова, после чего подкатив каталку к хирургическому столу, аккуратно переложила его на поверхность. Валентина занималась обработкой хирургических инструментов, тщательно производя их дезинфекцию. Серов подготавливал аппарат искусственного кровообращения к предстоящей на нём работе.

— Мария подготовь наркоз — распорядилась Оксана прошла операционной, держа обе руки, на которых были надеты хирургические перчатки, согнутыми в локоть

— Надо же было вам выбрать время ночью — был недоволен Серов — Вот только закончили анализы и получили необходимые результаты, как вы тут же настояли на проведение скорей операции

— У нас нет времени ждать до утра — уверяла Оксана, подошла к столу, на котором лежал полугодовалый ребёнок, страдающий дыхательной недостаточностью и цианозом кожи руки и ног

— Начали давать гемоглобин внутривенно

Рассказывала Мария Леонова отошла от хирургического стола, взяв из рук старшей операционной медсестры, синее хирургическое белье.

— А так же вазодилататоры — пояснила белокурая девушка выразительным взглядом, сквозь стёкла надетых на глазах очков посмотрела на Оксану — Дыхание стабилизировали

— Действие препарата пройдёт — рассуждала Оксана, пытаясь упрекнуть Серова — И что потом Валерий Валентинович, как вы думаете, какие симптомы мы еще увидим на теле мальчика и что ему придётся испытать?

— Вы так говорите — возразил Серов, оспаривая доводы Оксаны — Как будто в этом есть моя вина

— Нет блядь вы у нас всегда белый и пушистый — грязно выругалась Оксана, не сдержав при себе накал играющих эмоций

— Просто признайте — уверял Серов, оспаривая мнение Оксаны, обернулся — Этот ребёнок как подопытная крыса, для вас Оксана Владимировна, вы желаете испробовать этот метод, потому как

В классическом варианте операция Гленна сейчас не применяется, потому что были выявлены серьёзные и неожиданные недостатки: при соединении верхней полой вены и правой легочной артерии конец в конец, то есть без соединений с другими артериями, постепенно разрушается структура капилляров правого лёгкого — возникают множественные мелкие обходные соединения между артериями и венами лёгкого, из-за этого легкое перестаёт работать. Такие проблемы наблюдаются только в правом лёгком, а в левом легком в то же время всё нормально. Такая странность объясняется влиянием печёночных ферментов на работу сосудистой системы лёгких — при таком разделении кровотока печёночные ферменты неравномерно попадают в правое и левое лёгкое, и это отрицательно влияет на функционирование сосудистой системы пациента.

Чтобы избежать подобного осложнения был разработан более современный вариант операции Гленна, который получил название двунаправленный кавопульмональный анастомоз.

«Блядь как он, сука хоть такие люди мне нужны и я не могу его выгнать, но этот старый пердун меня уже изрядно заебал», сгорая от стыда, подумала про себя Оксана, понимая, как легко он разгадал её экспериментальный метод.

— Неужели вы подумали, чтобы я?! — выражая удивление, ответила Оксана, прикусывая под скрытой марлевой повязкой краешек губы

— Вы знаете, что операция Гленна нецелесообразна в её первоначальном виде

Рассказывал Серов свою теорию, пока Мария Леонова обрабатывала грудную клетку малыша раствором «Бетадина».

— Наш пациент не может дышать самостоятельно — пояснил Серов — Поэтому он почти постоянно на искусственной вентиляции лёгких

— Да, но как вы тут при нас всех рассказали об экспериментальном методе двунаправленном кавопульмональном анастомозе — начала рассуждать Оксана, когда все на неё стали так удивлённо смотреть — Техника, конечно, не изучена до конца, но в штатах она прекрасно применяется

— Вы используете метод кардиохирургии не изученный в нашей стране достоверно

Упрекнул Серов, его словно раздражало то, как Оксана в обход системе медицинской этики выбрала этого ребёнка как эксперимент для своего личного опыта.

— Вы подготовились это видно — был недоволен Серов — Но на практике вы эту технику анастомоза никогда сами не применяли и у меня нет опыта

— Применив эту технику — догадалась Мария Леонова, вынося своё предположение — Оксана Владимировна создаст, в случае успеха, несокрушимую фундаментальную репутацию в этой больнице, её будут звать в другие медицинские комплексы нашей страны

— Оксана Владимировна это правда?! — подошла неожиданно Валентина к Оксане — Вы, что собираетесь испытать на мальчике непроверенную методику наложения двунаправленного кавопульмонального анастомоза

— Я её хорошо изучила — заверила Оксана — Тем более выхода у нас нет, у него только один выход либо он к утру сам умрёт, либо мы спасём ему жизнь сейчас

— Либо он умрёт прямо на операционном столе — возразил Серов — Вам ведь это не в первой правда?

— Это не справедливо! — упрекнула Валентина — Мальчик вам не подопытная крыса, чтобы проводить свои экспериментальные не изученные методы лечения

«Да что вы об этом знаете, чтобы применить этот метод я его долгое время изучала, ну подумаешь каких-то пару часов, но мне этого хватило», уверяла себя Оксана, подошла к металлической тележке на которой были расположены хирургические инструменты.

— Ну, все высказались? — ухмыльнулась Оксана, взяв в руки электронож, встала рядом со столом, на котором лежал ребёнок

— Я помогу — понимая и выбирая тут же нужную сторону, переменила вдруг решения Валентина, встав на сторону Оксаны — Я буду вашим ассистентом

— Я тоже помогу — заявила Мария Леонова, поддержав Оксану

— Ну в таком случае — было видно как Серов неохотно поддержал решения большинства

Электронож «ЭХВЧ-500», предназначен для резания и коагуляции мягких тканей и кровеносных сосудов токами высокой частоты в МОНО и БИ режимах.

С особой внимательностью и достаточно плавно, Оксана пользуясь электроножом, произвела срединный разрез от вырезки грудины, до середины «эпигастральной области», область непосредственно под мечевидным отростком, соответствующая проекции желудка на переднюю брюшную стенку. Разрезая электроножом ткани «фасции» и «надкостницы грудины», Оксана тут же выполнила коагуляцию ткани, пока Валентина, тщательно обрабатывала разрез тампоном асептика.

Методика срединной «стернотомии», хирургическая операция, заключающаяся в рассечении грудины; выполняется для обеспечения доступа к органам. Используя «стернотом», серии System 6 Stryker, Оксана произвела разрез грудины, в месте рассечения тканей электроножом. Валентина, пользуясь специальными хирургическими крючками, поэтапно развела рассеченные концы в стороны. Мария Леонова пользуясь специальным хирургическим воском, выполнила гемостаз из краев разрезанной грудины. Пользуясь «ранорасширителем», хирургический инструмент, облегчающий доступ к «органу» путем разведения краев «раны» и удерживания их в определенном положении, после чего Валентина полностью раздвинул края грудины.

— И так рана раздвинута — говорила Оксана, пока Валентина используя ранорасширитель, обеспечила доступ к сердцу ребёнка — Переходим к канюляции полых вен и восходящей аорты

— Я подготовил аппарат для искусственного кровообращения — отчитался Серов — Можем переходить к методу искусственного кровообращения

Оксана взялась выполнять методику, канюляции полых вен и восходящей аорты, по технике операции двунаправленного кавопульмонального анастомоза. Воспользовавшись скальпелем, Оксана рассекла перикард, после чего на края раны наложила стерильное полотенце. Пальпируя пальцами верхнюю и нижнюю полую вену, для исключения в месте предполагаемой канюляции, для исключения атероматозной бляшки, хроническое заболевание артерий эластического и мышечно-эластического типа. Выполняя дальше пальпацию в резиновых перчатках, нижней и верхней полой вены, Оксана нашла наиболее подходящей интраперикардиальный участок, так как он более устойчив к разрыву и диссекции. Пользуясь хирургическими ножницами, Оксана произвела рассечения тканей сердца, пока Мария Леонова пользуясь электроотсосом, откачивала образовавшуюся кровь, в месте раны, тут же произвела её обработку асептическим раствором. Производя двойной кисет нитью 4/0 с площадью, но не более одного квадратного сантиметра, Оксана накладывать трубку турникета, стараясь не допустить, чтобы игла при накладывании кисетного шва, не проникала на всю толщину стенок аорты, таким образом, Оксана выполнила первый кисетный шов. Используя второй кисетный шов, Оксана произвела его наложение на 1-2 см выше устья нижней полой вены, пытаясь избежать, чтобы венозные канюли не «перекрестились» между собой. Аккуратно приподнимая правое предсердие левой рукой, Оксана приложила треугольный кисетный шов 2 кв.см. к месту, которое выглядело достаточно прочным по толщине, чтобы удержать фиксирующий шов с канюлей.

— И так теперь мы видим, что насосная функция снижена — пояснила Оксана, зафиксировав кисетным швом канюлю в области правого предсердия

— Так и должно быть — недовольно высказал Серов, своё мнение, указывая на монитор, где отображалась моторная функция сердца ребёнка

Удаляя зажимы с сердца, Оксана позволила ему возможность возобновить собственную гемодинамику тока крови. Выполнила наложение нитей шва трубку турникета, Оксана придала устойчивость его зажимом, типа москит, но не затягивала. После чего медленно Оксана развела зажим, освобождая магистрали контура искусственного кровообращения. Используя сосудистые зажимы, Оксана зафиксировала его к корпусу двух артериальных канюль. Производя установку артериальных канюль, Оксана расположила их в верхнюю и нижнюю полую вену на 1см глубже устья, фиксируя при этом, кисетные швы турникетами. Выполнив проверку на наличие пузырьков воздуха внутри канюли и кровеносной магистрали, Оксана надёжно зафиксировала её деталям стернотомного ранорасширителя. Затем после этого этапа для подтверждения правильности установки можно выполнить измерение давления в артериальной линии контура аппарата искусственного кровообращения, а также выполнить нагнетание небольшого количества раствора из объема первичного заполнения в просвет аорты под контролем давления.

— И так убираю зажимы с нижней и верхней полой вены

Отчиталась Оксана, снимая предельно внимательно зажимы с нижней и верхней полой вены, возобновляя циркуляцию крови по легочному контуру.

— Подготовьте АИК5 к работе — распорядилась Оксана, убирая хирургические зажимы — Скора перейдём на искусственное кровообращение

Удостоверившись в надежной фиксации обеих канюль в нижней и верхней полой вене, а так же в отсутствии пузырьков воздуха и кровеносной магистрали, Оксана внимательно наблюдала за изменением давления в кровеносном контуре аппарата искусственного кровообращения. Производя нагнетания небольшого количества раствора в полость канюляции полых вен, Валентина внимательно наблюдала за показаниями изменениями величины давления на аппарате.

— Начинайте нагнетать давление в течение двух-трех минут до 2,2-2,4 л/м2/мин — распорядилась Оксана отдавая указания своим коллегам

— Дальше я буду сама следить за регулировкой артериального насоса и «оксигенатора» — изъявила желание Мария Леонова — Руководствуясь определенными критериями функции заменяемого сердца — выполняя регулировку нагнетания давления тока крови по контуру искусственного кровообращения, рассуждала блондинка

— Раствор для перфузии готов? — спросила Оксана, обращаясь к Серову, когда он занимался подготовкой перфузионного раствора для кардиоплегии

Кардиоплегия (cardioplegia; кардио— + греч. plege удар, поражение) — комплекс мер, направленных на защиту миокарда во время основного этапа кардиохирургического вмешательства, включающих в себя остановку сердца (асистолию), кровяную, либо фармакохолодовую протекцию миокарда. Кардиоплегия применяется при операциях на сердце с использованием «аппаратов искусственного кровообращения».

Степень охлаждения может быть различной и определяется условиями операции. В большинстве случаев достаточна умеренная гипотермия (температура в пищеводе не ниже 28°). Глубокая гипотермия до 15-10° применяется крайне редко, в случае необходимости временной полной остановки кровообращения (коррекция редких аномалий развития сердца, устранение неполадок в перфузионной аппаратуре).

— Начинаю вводить раствор для перфузии — распорядился Серов, производя нагнетание раствора перфузии в контур искусственного кровообращения

— Отлично — улыбнулась Оксана за скрытой на лице марлевой повязкой — Постепенно переходим на искусственное кровообращение, исключая основной контур, начинайте кардиоплегию

1 — аорта;

2 — двунаправленный кавапульмональный анастомоз;

3 — правая легочная артерия;

4 — ствол легочной артерии с перекрытым прямым потоком;

5 — линейный протез «Gore-tex»;

6 — проксимальная часть устья нижней полой вены;

7 — фенестрация;

8 — граница удаления наружной оболочки протеза «Gore-tex» вокруг фенестрации;

9 — анастомоз между нижней полой веной и линейным протезом «Gore-tex» по типу «конец в конец»;

10 — нижняя полая вена;

Пользуясь скальпелем, Оксана, выполнила отсечение нижней полой вены от правого предсердия в области ее устья. Через устье нижней полой вены, Оксана произвела иссечение межпредсердной перегородки. После чего Оксана выполнила наложение проксимального анастомоза между нижней полой веной и линейным протезом «Gore-tex» по типу «конец в конец». Правую легочную артерию, Оксана скальпелем продольно рассекла снизу, напротив ранее наложенного двунаправленного кавапульмонального анастомоза, на протяжении 2-3 см накладывают анастомоз между линейным протезом «Gore-tex» и правой легочной артерией по типу «конец в бок». Формируют фенестрацию диаметром 4-5 мм в боковой стенке протеза «Gore-tex» на 1,5 см выше проксимального анастомоза со стороны, прилежащей к правому предсердию. Удаляют наружную оболочку экстракардиального протеза до линии анастомоза между ПП (правым предсердием) и боковой стенкой протеза «Gore-tex» в области фенестрации. По линии удаленной внешней оболочки накладывают анастомоз между правым предсердием и боковой стенкой линейного протеза «Gore-tex» по типу «бок в бок». Способ позволяет уменьшить вероятность стеноза устья коронарного синуса, уменьшить вероятность кровотечения, снизить вероятность тромбоэмболических осложнений.

Методика имплантации «Goretex» состоит в туннелизации дефекта посредством двух терминальных инцизий, затем следует введение имплантата. Могут потребоваться маленькие шовные стежки для соединения мест введения материала. Имплантацию проводят на уровне поверхностного слоя, чтобы избежать риска выталкивания.

— И так — распорядилась Оксана, сшивая анастомоз между правым предсердием и боковой стенкой протеза Gore-tex — Подготовьте теплообменник, начинаем запускать сердце — иглу и хирургическую нить в руки Валентины, отдала она указание

— Переключая АИК в нагнетание теплой воды — отчитался Серов, после чего по трубкам аппарата искусственного кровообращения начала поступать тёплая вода

— Производим запуск сердца — заявила Оксана снимая зажимы, снимая зажимы с восходящей аорты и нижней и верхней полой вены — Для начала нужно чтобы оно немного поработало на аппарате АИК, пока мы не добьёмся нормальной температуры после гипотермии

«Гипотермия» (переохлаждение) — состояние организма, при котором температура тела падает ниже, чем требуется для поддержания нормального обмена веществ и функционирования.

— Низкое артериальное давление — доложила Мария Леонова, продолжая внимательно следить за показаниями на мониторе

— Так и должно быть — заверила Оксана, обращая внимание на монитор, заметила так же предельное низкое артериальное давление, сердца мальчика едва билось — Подготовьте адреналин и дефибриллятор

— Валерий Валентинович — обратилась Оксана к Серову — Прекращайте работу АИК, переходим полностью на самостоятельный ритм — извлекая канюли с входящей аорты, говорила она, после чего немного позже извлекла канюлю с половых вен

Убедившись в нормальной работе сердца, Оксана стала производить зашивание прочными швами вскрытый перикард, пока Валентина используя медицинский отсасыватель «Аксион ОМХ-5/80-01», извлекла всю выступающую кровь. Выполняя проверку надёжности швов сумки перикарда, Оксана перешла к аспирации грудной полости, пользуясь синтетической трубкой длинной 40 сантиметров, установила её в самой высокой точке вскрытой брюшной левосторонней полости, выполнила её удаление скопившейся крови, сгустков и газов.

Валентина, аккуратно извлекла рано расширитель из раны, предоставляя возможность Оксане скреплять грудину ребёнка прочной хирургической проволокой. Тщательно скручивая щипцами, концы введённой проволоки, Оксана полностью, надёжно и достаточно крепко, соединила грудную полость. Убедившись в надежном и прочном сшивании грудной полости, Оксана стала выполнять, частыми швами рассеченную кожу и «подкожную клетчатку», используя методикой узловых швов.

— Валентина — обратилась Оксана отложив иголку с хирургической нитью на тележку рядом со столом, отошла на шаг от стола — Обработай рану «повидоном йода»

— Я просто с ног валюсь — пытаясь словно вызвать к себе жалость, первое, что за несколько часов непрерывной процедуры произнёс Серов

— Не только вы — подметила Мария Леонова, помогая Валентина тщательно произвести обработку раны асептическим раствором

— Мальчика доставьте в реанимационную палату — распорядилась Оксана, направляясь к закрытым двустворчатым дверям операционной — И никого без распоряжения Тихонова в неё не пускать, даже Волкова и уж тем более его чокнутую дочь

— Оксана Владимировна?! — окликнула Мария Леонова, когда Оксана направлялась к закрытым дверям операционной, вынуждая её обернуться — Полагаю за мальчиком нужно назначить круглосуточный контроль?

— Ну, вы блядь еще график дежурств составьте

Грязно выразилась Оксана, недовольно чувствуя как от усталости, ноги словно отваливались, тело ныло изнурительной болью, страдая по горячей ласке воды с душа.

— Конечно — согласилась Оксана, открывая одну створку двери — И начнут с тебя

— С меня? — была удивлена блондинка — Но почему именно с меня

— Потому что я так сказала — грубо заявила Оксана, потянув на себя, открыла дверь

— Почему не с неё? — указала Мария на Валентину, пытаясь вызвать своей обидой к себе частичку жалости

— Потому что Валентина идёт в отпуск

Ответила Оксана, пожав плечами, перешагнула порог открытой двери, вошла в помещение предоперационной, оставляя за собой дверь открытой.

— Валюша ты это заслужила — пояснила Оксана, придерживая дверь локтём, встав в дверном проёме — Сегодня ты уже в отпуске, я тебя отпускаю — после чего дверь за её спиной плавно закрылась

Направляясь по помещению предоперационной шаркающей походкой, Оксана словно не чувствовала ног, такое чувство, как будто они стали ватными. Тело изнывало изнурительной слабостью, каждая клеточка тела Оксаны, сгорала впитать на себе радость ласки душей воды, что нежностью потока ласкала бы её кожу. Открывая дверь операционного отделения, Оксана ощутила свежий воздух, тот, что не так пропах асептика для санитарной уборки хирургических помещений. Белый свет светодиодных светильников, освещал мглу коридора, где в конце коридора находилась окно, на горизонте которого мелькало блеклое зарево рассвета. Переступая порог открытой двери, Оксана вошла в коридор, прищурив уставшие глаза от блика, падающего на стекла очков, белого свечения светодиодов. Воздух в коридоре был свежим, даже через марлевую повязку на лице Оксане, была возможность дышать свободно, совсем не чувствовалось никаких сторонних запахов. Медленно направляясь по коридору голубых окутанных тенью сумерек коридора, Оксана чуть ли уже не падала от усталости, желая вкусить в себе крепость будоражащей силы кофе, глоток которого сразу бодрил с новой естественной силой терпкостью вкуса. Перебирая, шаркая ногами, Оксана продвигалась по коридору, когда за стеклом пластикового окна в конце коридора назревало зарево назревающего рассвета, лелея её тело яркостью лучей восходящего над деревней солнца.

  • Прощай / Последнее слово будет за мной / Лера Литвин
  • Она пришла / Каллиопа
  • Настоящая / Екатерина N.
  • Идиосинкразия / БЛОКНОТ ПТИЦЕЛОВА  Сад камней / Птицелов Фрагорийский
  • Иначе, зачем вообще жить?.. / Ночь на Ивана Купалу -2 - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Мааэринн
  • Первая встреча / Предания севера / Коган Мстислав
  • Настроение дрянь / Мёртвый сезон / Сатин Георгий
  • Жизнеутверждающие стихи / Рыжая планета / Великолепная Ярослава
  • Royal investigation / Simons Samuel
  • Радужный шар / Взрослая аппликация / Магура Цукерман
  • Глава первая. / Боль Наны / Проклина Яна

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль