Джульетт - 19 / Ключ Вечности / Райз Элли
 

Джульетт - 19

0.00
 
Джульетт - 19

Драконы, как и Тени Эльреба — физическое воплощения магии миров. Самые сильные и неподдающиеся контролю создания. Их мир — мир абсолюта силы. Тени — безликие демоны, рожденные в глубинах отчаянья сердца Лилианны Холлинджер. Тени — орудия хаоса и разрушения. Драконы же ранее никогда никому не поклонялись и тысячелетия правили мирами. Но с приходом повелительницы Теней, драконы подчинились, и стали собственностью Первого Хранителя — верными стражами. Физическая сущность Лилианны Холлинджер до сих пор остается загадкой, а черная душа источником материальной тьмы.

Джульетт — 19.

 

После увиденного и услышанного, мы и близнецы Хазеркофф заключили временный мир. Алексиса от своего имени…. А близнецы от имени Богини Арины. И детишки вернулись сквозь смежное пространство, образованное вратами Истины и вратами Миров. Мир был заключен после вмешательства Каина, и низложение им своих полномочий Хранителя. Его слова говорили…. Наш план будущего не должен быть нарушен, мы завершим свои дела в мире людей, снимем проклятие с Алексиса и Каина.

Дальше события будут зависеть от того, как каждый из нас вернется в мир Ночи и кем. Арина боялась пробуждения Первого Хранителя больше, чем возвращения Каина. Ее бывший сердечный друг ответил, что в ближайшее тысячелетие повелительница Теней Эльреба и драконов не очнется ото сна, и переживать не стоит, так как проблему будут решать уже новые Бог и Богиня мира Ночи, а по совместительству Шестая пара Хранителей. Вот так просто мой напарничек, бывший Бог, а ныне Страж Ночи избавился от ответственности. Плохо или нет…. Сказать сложно, ведь это уже далекое будущее. Оно лучезарно, лучи призрачных граней переливаются так неясно внутри спирали воспоминаний, что сложно определить вес решений, принятых в настоящем. Поэтому, задумываться сейчас у нас не было возможности. Лилианна Холлинджер остается нашей заботой, отложенной на грядущий век. Хорошее начало для новых правителей.

Наступил рассвет нового дня…. Последнего дня…. Для Империи людей…. Империи, в которой они не нуждаются. Они построят новый мир, люди способны всегда стремиться к лучшему, мы дадим этот шанс.

— Библиотека Теней тоже будет уничтожена?

— Копия, Тени Эльреба, их знания, куда большие, чем собраны здесь. Однажды вы увидите настоящую…. Есть, что сказать?

Каин стоял на площади перед Империалем, освещаемый лучами солнца. Его тело покрывали красивые доспехи, вылитые из пластинчато-красного металла. Новая форма, Алексис, как всегда, в своем репертуаре. Красный, обтекаемый металл образовывал поножи, торс, и наплечники. В центре у Каина на доспехах золотой рисунок дракона Империи. Оказывается, правда, и миром людей много лет назад правил дракон. Драконы существуют.

Доспехи удобные, не мешают росту крыльев, Каин взмахнул кожистыми перепонками и достал меч. — Раз нечего, жду вас наверху, армия Ордена уже захватила город, остался лишь дворец.

Реджина, пришедшая в полный порядок, была посажена на цепь и держалась за Алексиса, парившего в новых доспехах в метре над землей. Ледяная коса Ночи пропускала солнечные лучи, создавая красивые радужные блики по всей площади.

— Как Маршал, я вынужден вас оставить, чтобы быть с армией.

— Алексис, мы же должны сохранить войска, все единицы без исключения выведены из столицы и направляются в Аутгрейв для защиты ледяного дворца. Иди, увидимся во дворце, я Император…. И я должен быть с жителями столицы Империи до конца…. — Рафаэль, еще не расставшийся со своими обязательствами Императора людей, и не бывший готовым пока стать правителем медиумов, покрепче обнял меня. Он держался за мою талию, стоя на моей ноге, так было удобно лететь вместе с ним, позже, когда я полностью перейду в животную форму, он сможет взобраться мне на спину. Хорошо, что мои костяные крылья выросли заново.

— Давай уже, раскрывай крылья алой бабочки, Алексис, увидимся в Аутгрейве….

Как только солнце промелькнуло из-за башен Империаля, Алексис исчез в потоке теней. А я взмыла над дворцом в небо, где меня ждал Каин. Встав спина к спине, мы оба наблюдали, как армия Фрая, и воздушная техника заполняют улицы и воздух над ними. Фрая среди них нет, он не отправился лично, сейчас он понимал, наверное, что мы задумаем какой-нибудь фарс и решил перестраховаться. Что ж, старший братик совсем в духе Эренгер — сидеть самому в покое и отправлять войска гибнуть. Очень уж по-нашему. Операция по захвату Архиона, уж не прощальный ли подарок Эдриана? В любом случае, поздно и бессмысленно. Сколько сейчас не бросите сюда техники и солдат, толку уже не будет.

Огромная пантера со скорпионьим хвостом на костяных крыльях…. И кожистая летучая мышь, скрещенная с тигром…. Два монстра, висящие высоко над башнями. Я начинаю привыкать к нашему почти фантастическому образу. Рафаэль погладил пряди моих волос, аккуратно почесал Каина за ухом. Сейчас мы для него зверушки, сверхсильные и немного буйные. На нас необходима сила воспитания. Мой хозяин отлично держится на спине, вцепившись в мои костяные пластины. Теперь готово…. Мы ждали пока вторжение закончиться.

— Я пережил один пожар Архиона…. Из-за него я навсегда перестал считать Архион домом…. А впоследствии, я стал ненавидеть его больше. Нас более ничего не связывает. Ни с Империей, ни со столицей — Архионом, ни с Императорским дворцом — Империалем. Я Рафаэль Эдгар Эренгер, последний девятнадцатый Император, отрекаюсь от своего права на престол…. — вдохнул, так глубоко и красиво. Как свободный человек. В запахе его души возник новый приятный аромат свежести. Голод, уважение, поклонение и любовь слились воедино. Давай же, мой прекрасный хозяин, отдавай свой последний приказ…. — Приказываю тебе, Темная Принцесса и тебе, Страж Ночи, уничтожьте Архион! Столицу Империи сотрите из памяти людей, навсегда разрушив до последнего камешка! Уничтожьте дворянство, чтобы не осталось ни одной косточки! И всех, всех ступивших на землю столицы, включая армию Фрая, последнюю надежду Совета!

Наши Левые руки были связаны магическим заклинанием и костным выростом, по нему передавалась наша энергия. Мы преклонили головы, и одновременно наш рык разнесся в воздухе….

— Дождь покаяния смерти пролей свои воды….

— Цепь Разрушения….

Никто не спасется и никто не сможет сбежать. Даже, если командующий с Бриллиантовой виллы, Фрай, сообразит к чему все идет…. И отдаст приказ отступать своим войскам, не сработает…. Прощальный подарок столице оставили и Максимилиан с Эрибель, в которых ненависть к дворянам жила и приняла самую разрушающую форму. На сто километров вокруг города, близнецы Бланденхайт установили непрошибаемую систему смертельных магических ловушек и иллюзий. Они активируются, как только солдаты или дворяне попытаются покинуть город. Архион теперь, огромный куб смерти. Место окончания одного будущего и начала строительства нового. С Архиона все началось, им все и закончиться. Времена одних Богов проходят и настают новые времена, в которых люди вольны выбирать. Пускай путь выложен на камнях залитых кровью…. Ничего…. Пусть начнется с самой Смерти, плевать…. Такова наша вера в людей. Они смогут подняться. И пойти вперед.

Хватит…. Ждать и надеяться. Человечеству дан шанс, жить надеждой.

Рафаэль, крепко державшийся на моей спине, подал нам знак остановиться. Город под нами уже превратился в груду камней и человеческих останков. Улицы покрыты кровавыми потоками. Я сделала два выстрела, а Каин сумел сгенерировать Цепь Разрушения третьего захода. Цепь становилась сильнее и яростнее. Еще один совместный удар и мы вычеркнем Архион и Империю из истории навсегда. Проклятые дворяне, идиотские Министерства, жаждущий власти Верховный Совет, старческие ублюдки советники — сгорите в пламени золотого дождя! Но, если мальчик…. захотел остановиться, значит, решил сказать что-то Фраю.

— Фрай, мой старший брат…. Я знаю…. Ты меня и видишь и слышишь, даже находясь не на поле боя…. Я предупреждал тебя…. Ты еще мог бы спасть всех.

Еще перед выходом Рафаэль надел на себя радиопередатчик, чтобы Фрай мог связаться с нами по открытому каналу доступа. Поэтому, в воздухе возникла голограмма, а передатчик у Рафаэля в ухе замигал красным цветом. Фрай в своем обычном одеянии, белых брюках и длинном свитере, сидел в гостиной на Бриллиантовой вилле. В зону действия изображения компьютерной голограммы попала лишь часть комнаты, заполненная компьютерами и телефонами, он превратил виллу в настоящий военный штаб. От моих глаз не укрылась ни сигарета в его зубах, ни стоящий рядом с компьютерами стакан, вероятно с виски. Несомненно, лидер Ордена Аметист, единственного источника сопротивления Свите, мой старший брат Фрай Эренгер был подавлен. Душа Фрая находилась в нестабильном состоянии, но эмоции в порядке, он сохранял твердость, будучи в шаге позади.

— Эти два монстра с тобой практически выжгли Архион за десять с половиной минут?

— Два монстра братец, если ты не узнал…. Джульетт и Каин. Так выглядит моя сила в самом прекрасном обличии. Тебе нечем атаковать, Фрай, ты проиграл.

— Сегодня нет…. Но, ты сам отдал мне шанс на финал. Так? Совет канул в огне, церковь разрушена, дворяне убиты, столица уничтожена. Свита непонятно где, Маршал вместе с Армией сбежал на север. Министерства погребены в руинах. Ничего от Империи не осталось. Кроме, пожалуй…. Меня верно? Оставили меня в живых, дабы не посеять панику среди населения и угрозу террора? — молодец братишка, предсказал уничтожение Архиона, но, к сожалению, я предсказала твою реакцию. Рафаэль знает, как себя вести, чтобы не раскрыть наших планов.

— Эй, Фрай, ты моя главная шахматная фигура, я поставил на тебя все. Не разочаровывай меня.

— Поставил все?! Ты отнял! Ты забрал у меня все…. Джульетт, лучшего друга, Дитриха, ты забрал жизнь Хелли. Она не заслуживала такой ужасной смерти. Луций, сумевший переломить превосходство сил, был убит, полагаю тоже с вашей подачи…. Ты уничтожил всех, кого я любил и мог бы полюбить…. Не мне верить тебе, мой младший брат…. — Фрай никогда не выдавал своих отрицательных эмоций но, не готовый сдаться, тем не менее, похоже…. он раздавлен. Слишком нервничает, много курит и практически не спит — волосы взъерошены, под глазами угадываются темные круги, а губы слишком бледные.

Рафаэль лишь с грустной нотой и странной усмешкой ответил:

— Да так и есть. Но взамен, дал намного больше. Ты поймешь, Фрай, когда перестанешь цеплять за нас…. — кол в сердце, да? Для Фрая было оскорблением признавать, не мы нуждаемся в нем…. Его война и Орден — инструменты, чтобы удержать нас. Фрай отрицал поведением, но было ясно. Он не хотел терять именно нас. Мы для него столь невосполнимая потеря…. Всеми силами Фрай пытается не дать нам возможности сбежать.

— Ты ошибаешься…. — он отвел взгляд в пол, первый признак лжи.

— Нет, не ошибаюсь. Никогда не ошибаюсь. Чем быстрее ты нас отпустишь, тем быстрее поймешь, как много у тебя есть. Помни Фрай. Помни о нас…. Но не живи нами. Отпусти и смотри вслед. Ордену больше нет смысла воевать с нами, ты получил Империю. Сделай людей счастливыми.

— Хватит просвещать меня! Там остались живые! Прекратите атаку! — мальчик был непреклонен. Его душа во мраке нуждалась во тьме и крови. Жертвах и убийствах, и никакие оправдания не нужны. Он хотел уничтожить Архион, возможно хотел всегда. В конечном счете. Всего лишь камни и стены, хранящие невыносимую боль и ужасные воспоминания о борьбе за власть. Не храни вещи, которые можно восстановить заново.

— Нет, невозможно…. Моя жизнь, Фрай, была сплошным бегством от ответственности. Не смог спасти родителей, потому что был мал. Не мог противостоять Алексису, боясь шагнуть за пределы роли жертвенной овечки. За все действия Свиты и бессмысленные убийства жителей Империи не мог отвечать, будучи слабым Императором…. И тебе в глаза не мог смотреть, думая, что мне будет стыдно. Но…. Сейчас. Все в порядке. Я, наконец, могу шагнуть вперед и забрать ответственность на себя. Ты прав, Фрай, я виноват. Зло совершенное по моей вине, или по моему приказу принадлежит только мне одному. Ты и твоя музыка всегда казались мне дорогой к свету. Не марай руки, прекрати воевать, займись лучше миром, сделай гармонию мира подобной твоей прекрасной музыке…. — Рафаэль потянул руку к уху. В этот момент Фрай вскочил, он что-то осознал, но сказать уже не успел. Рафаэль прошептал — «прощай братик», после чего выкинул передатчик вниз, в огонь.

— И…. Прощай Архион, столица Великой Империи людей…. Джульетт, Каин, закончите дело….

Рафаэль становился с каждым днем менее похожим на человека. В нем доминировали уже набухающие бутоны власти наследника Арины. То есть, будущего хозяина мира Ночи. Он отдавал приказ и мне и Каину, не прямой приказ…. А Каин почувствовал, как призыв к действию. Слова Рафаэля отозвались в сердце Стража, хоть Рафаэль пока и не Бог мира Ночи. На него сваливались новые требования и обязанности, но похоже он справлялся. И морально и физически, мой взрослевший не по годам хозяин, готовился. Его не испугала свалившаяся на него перспектива войти в ужасно жестокий и богоподобный мир Хранителей вселенского равновесия, где любое неправильное действие карается конечным вариантом развития. Неокрепший разум, и пожалуй, остатки человеческих мироощущений тянут на дно. Но справиться…. В последний день, справиться…. Я уверена, по-другому и не может быть.

Мы с Каином сгенерировали усиленный щит, окружив им Рафаэля. Работа в команде и совместный синтез энергии, предполагают собой не только усиленную атаку одного из медиумов или обоих сразу. Каин открыл над нами Врата Пути, и убиенные души заструились светящимся потоком в открытые двери вечности. Такой спонтанный приток огромного количества медической силы, позволяет нам особый вид совместной атаки….

— Симбиоз…. — произнесли одновременно я и Страж Ночи. Уникальность этой атаки заключалась в доверии. Оружие медиума, с помощью которого он убивает, разделяя тело и душу, индивидуально. Тип оружия соответствует типу энергии — как генетический код для людей. Поэтому, наше оружие всегда при нас, только хозяин может прикасаться и хранить оружие слуги. В редких случаях тесного, командного взаимодействия возможна особая форма симбиоза двух оружий медиумов. Разрушительная сила суммируется, но преобразованная новая форма единого оружия, возникающая в симбиозе, дает возможность увеличить в сотни раз радиус поражения. У симбиоза есть требования, без которых слияния не произойдет. На наше счастье у нас были две разные формы энергии. У Каина — отрицательная. У меня — положительная. Немаловажным являются и отношения между медиумами — должно быть полное доверие и взаимопонимание. Взаимопонимания в наших извращенных умах предостаточно. А вот доверие ковалось молотом крови, края немного темноватые, но в целом, мы выковали отличные узы доверия. Слияние произойдет.

Рафаэль заинтригован, отчасти, он хотел своими глазами увидеть редчайшую в мире Ночи, совместную работу медиумов. Мы с Каином усилили переход татуировками, и по левым рукам, выросшие кости покрылись синими узорами, перетекавшими друг в друга. Мы развернулись спиной к Империалю, и опустились метров на пять. Каин вытянул меч, со сверкающим лунным камнем, вперед в левой руке, склонив голову. Телепатически мысли Стража втекали меня потоком, отделяя их от весьма кровожадных порывов животной сущности:

— Джульетт, доверься мне. Я не предам вас.

— Я уже доверилась тебе…. Каин, просто хочу выразить нашу общую просьбу. Еще конечно рано говорить…. Время есть. Но вдруг, тебе потребуется время….?

— Скажи же уже…. Пока заклинание проецируется — я ощутила мысленный взрыв удовольствия Стража.

— Если наше будущее сбудется. Мы станем Богами мира Ночи, нам потребуется Страж, способный защищать наш мир….

— Ага…. Согласен. Буду, если достоин, буду, Джулли, Рафаэль…. Давайте же, посмотрим на революцию нашего сотрудничества….

Наше мысленное общение уже перестало быть простым. Давно запуталось в клубок любви, дружбы, уважения, преданности. Мы связаны сплетением людских желаний. Людям нужна свобода. И в отличие от людей, для нас хитросплетения чувственных порывов не воспринимались как предательство, скорее наоборот, мы принимали их как преданность. Медиумы не могут эволюционировать…. Я думала так…. Но, данность не совсем правда. Мы не можем эволюционировать человеческими нормами и чувствами…. Но Боги Смерти могут эволюционировать, относительно собственных чувств. Если задуматься и возвыситься над абсолютными чувствами к Рафаэлю…. Я любила Каина. Его силу, его спокойствие, озорство, величие падшего Бога, его способность к самоутверждению поразительна. Люблю нерешительность, с которой нынешний Страж принимает свои чувства и решительность, с которой он их потом доносит адресату. Мы соратники, пособники, союзники, связанные одной кровавой тиарой ночной луны.

Золотой шар света слил воедино время, пространство, силу и нашу решимость, совместить оружие. Заклинание начало действовать, по пленке энергетического шара расползлись радужные письмена на медическом языке. Рафаэль закрыл глаза, свет весьма ослепителен, во вторую вспышку зарево расколыхалось еще ярче, и шар лопнул как скорлупа.

Серебряная металлическая палка с золотистыми письменами, такими же, как на шаре, цвет как у моего пистолета. И длинный, лунный, прозрачный наконечник, совсем как глаз Каина. Красота…. Свет луны скапливался внутри наконечника, выдавая легкий, перламутрово-фиолетовый блеск вокруг себя.

— Лунное Копье…. — восторженно прошептал Рафаэль.

— Каин, ты знаешь, что произойдет, когда копье вонзится в землю?

— У всех когда-то, бывает впервые…. Ну, знаешь, как первый…. — Страж Ночи ритмично опускал и поднимал крылья, балансируя в воздухе.

— Чего еще ждать от извращенца…. — немного радости ответы Каина приносят в моменты особого напряжения.

— Теоретически знаю, практически — ранее я не применял заклинание слияния вооружений. Но…. Дожидаться касания опасно, думается мне…. Как только отпустим древко, немедленно поднимаемся в воздух…. — я плохо поняла, к чему он был столь рассудителен, поэтому переспросила машинально:

— Так, когда!?

— Сейчас! Отпускаем! Вверх! Поняла?! Со всей скоростью!

Не очень хорошая идея. Мы разогнали копье с помощью звериной силы, и оно устремилось вниз…. — Держись крепче! — закричала я в сознании, и цепкие пальцы мальчика, как могли, ухватывались за костяные выросты. Нас тряхнуло восходящим потоком ветра и нам пришлось разделиться, Каин успел взмыть вверх, и застыл в воздухе на секунду, пока я не догнала его, тогда Страж вытянул вперед руки в замке, и подтолкнул меня вперед еще сильнее. Секунд, что копье летело до земли, нам хватило, дабы отлететь максимально высоко и спокойно наблюдать за происходящим внизу.

Лунное копье воткнулось в землю наконечником и оставалось в вертикальном положении, Каин удовлетворенно отметил, что противники собрались в черте города и не пытаются сбежать, видимо наткнувшись на ловушки близнецов Бланденхайт. Копье тем временем стало копировать себя, копии начинались в наконечнике и постепенно опускались горизонтально вниз по всем направлениям. Мимолетом в мыслях возникла догадка. Теперь уже сотни копий разлетались по улицам, втыкаясь в осколки домов, крыши, колонны, статуи и фонтаны. Весь Архион наполнился ими, как после пулеметной очереди. Страж Ночи облизнулся, произнеся:

— Коронное блюдо подано….

— Цепи Разрушения….

— Да, Джулли. Каждое копье несет в себе частичку меня и тебя. От тебя часть Дождя покаяния Смерти, а от меня Цепи Разрушения. Простимся же с Великой столицей Империи человечества….

Я подавила большую часть животной сущности, оставив только крылья, и спустив мальчика к себе на ноги, поэтому он встал мне на ботинки, крепко ухватившись за талию. Каин поспешил также трансформироваться, и выяснилось, что половина нашей одежды была уничтожена и разорвана, поэтому Страж Ночи оказался по пояс голым. Мое же тело закрывали длинные и густые волосы. Рафаэль обнял меня, и украдкой смотрел вниз, в бездну…. Каждая следующая, сгенерированная подряд Цепь Разрушения, становиться сильнее. Взрывы такой разрушительной мощи не оставляли ничего живого, расщепляя все до мельчайших частиц…. Ничего. Рафаэль смотрел на пустоту с облегчением и умиротворением, город, так долго мучавший его семью и самого юного наследника, стерт и не существует более. Ударная волна подняла облако пыли, доставшее практически до нас, но спустя минут десять с севера подул мощный, холодный ветер, легко уносивший запыленный воздух с поля битвы, подарок Алексиса. На месте величественного Архиона с пышными дворцами, мощеными площадями, фонтанами, парками и скверами, сейчас образовалось несколько сот глубоких воронок разного диаметра. На дне самой большой дыры лежали мой пистолет и меч Стража, воткнутый в землю, заклинание закончилось. Все кончено, война против мира окончилась нашим предательством. Остался только Фрай…. Хватит ли его благоразумия, чтобы не нападать на Аутгрейв? Хотя положение у него шаткое, все жители, сейчас опечаленные предательством Маршала и Свиты, вышедшие из под контроля Министерств и Совета, брошенные своим Императором, обратятся к последней надежде — Фраю, как последнему члену семьи Эренгер.

— Рафаэль, ты в порядке?

Мы прибыли в Аутгрейв к полудню. Алексис остался довольным произведенной работой и дал нам возможность немного отдохнуть. Вторая башня оборудована под жилые помещения. Но жилыми их назвать язык не поворачивается. Осталось всего тридцать дней, причем нам предстояла напряженная подготовка к ритуалу, и вообщем мебели и мест для отдыха вообще-то нам не предусматривалось. Алексис в принципе не был поклонником заседалищ и сборищ, поэтому, в четвертой башне каждому отводилась маленькая комнатушка с кроватью и огромным комодом для вещей. Наверху под куполом, правда организована вещь весьма излишне комфортная — ванная с большим бассейном и горячим источником, с даром Алексиса, это было возможно. Это маленький дар, если кому-то из нас захочется расслабиться.

Мы сидели в теплом источнике, вода действительно согревает. Рафаэль опустил голову, и было заметно, что он приходил в себя. Ситуация с Фраем его немного поколебала, братские чувства живы, даже если сделать вид, что их не существует. Мне — медиуму, просто исключить чувства из уравнения, ему пока еще нет. Даже если его душа в шаге от пропасти….

— Нет, и ты знаешь…. От тебя ничего нельзя скрыть.

— Тебя раздражает только это? — он зыкнул на меня, со злости.

— Нет, скорее…. От тебя не скроешь, но ты скроешь, и скрываешь, если тебе нужно. Ладно, не важно…. Нет уже ничего важного, кроме ритуала.

Обнимая его руками, я не позволяла ему склониться к воде. Не то, чтобы я обнаруживала в нем склонности к суициду, просто он устал и мог упасть в обморок, а ему еще было необходимо кормить меня, а мне нахлебников вроде Каина и Алексиса.

— Скажи мне, что тебя так тревожит? Чем ближе мы к концу, тем ты становишься более печальным? — я провела пальцами полоску от подбородка до шеи на его мягкой коже и развернула лицо своего возлюбленного к себе. Розовый румянец на щеках и мгновенный стук сердца выдавал еще прежнего Рафаэля. Его аметистовые глаза смотрели на меня с той же влюбленностью, но….

— Если ты переживаешь о том, боюсь ли я смерти…. — опустил голову, снова отстраняясь. — То, это не так…. Скажи мне, я ведь меняюсь? Страшны ли эти изменения? Теряю ли самого себя? Становлюсь хуже…. — голос дрожал, он боялся сказать…. Менее вкусным? Какой же он, в сущности, еще ребенок! У меня появилось желание поцеловать его розовое ушко и покусать, не причиняя боли. Уже выполняя задуманное, я рассмеялась, когда он опомнился от задумчивости и отпихнул меня от себя.

— Вот так всегда! Будь серьезна!

— Я и так серьезна…. — подтянув его обратно за руку, я провела большим пальцем по его губам, оставляя на них свою кровь, которую он тут же слизнул своим язычком, как мило…. — Да ты меняешься. Не остановить и не прекратить твою спираль развития…. — его передернуло, и я поймала дрожь крепким объятием. — Рафаэль, люди меняются. Мир без изменений не возможен, иначе он станет пустой оболочкой самого себя.

— Реальность вокруг меня, моя реальность? — все еще дрожа, спросил он, наркотик же начинал действовать, поэтому дыхание его прерывалось стонами.

— Да. Для меня ты любой прекрасен и вкус твоей души от этого хуже точно не становиться…. Ну все… Я точно больше не могу…. Монстрам воздержание вредно…. Иди сюда уже.

После наиприятнейшего ужина на горячем источнике, я уложила Рафаэля спать, а сама отправилась к ребятам в первую башню. Наверху, в центре управления Алексис был занят обработкой данных, полученных от разведки со всего мира, Каин чистил лезвие своего меча, полируя металл непонятной белой жидкостью, хрустальный цвет которой не отличим от фигурного флакона. Макс и Эри накладывали новые защитные заклинания вокруг замка, используя портативную живую карту местности, живо дискутируя, они единственные подавали звуки. Реджина сидела под столом у ног Алексиса, сторожа своего хозяина.

— Как наш Темный Принц? — вертя в руках селекторную панель с движущимися картинками, поинтересовался Маршал, не отрываясь от своих дел.

— Будем в порядке к завтрашнему утру.

— А его дух не расстроился, также как тело, от усталости? Хотя…. Полагаю, ты хорошо стараешься, дабы не допустить подобного. Джульетт, времени мало, а предстоит сделать еще массу приготовлений.

— Что будем делать, если у Фрая все же есть козырь в рукаве и он, используя его, появится здесь? — иногда Каин бесил меня своим равнодушием, хоть здесь я рассчитывала на нерадивого Стража Ночи.

Макс взъерошил мне волосы на голове:

— Не парься. Мы работаем.

— А если Фраю удастся пробить магическую защиту Аутгрейва, у нас есть вы с Каином. Джульетт, ты давно уже приходишь к мысли, что если Фрай также решит пойти до конца…. Мы не сможем более его выделять среди других, мы вынуждены будем применить к нему прямую стратегию, которая не позволит ему разрушить ритуал. Наш козырь в том, что он до сих пор не знает, об истинном смысле ритуала.

— Он думает, что мы хотим уничтожить мир? — самая разумная мысль после нашей бойни в столице.

— Не важно, что он думает. Его способность к самоконтролю позволит ему отрешиться от желания мести, Фрай поступит так…. как решит его, теперь уже его, народ…. А народная воля будет зависеть от того, как много информации попадет в сеть и дойдет до людей. Масса играет самую большую роль в принятии решений истинных правителей, Фрай знает, как никто другой, образ правителя, которого хотят видеть.

— Похоже на него….

— Что более важно, сейчас тебе стоит тоже начать работать с Дитрихом над совершенствованием Спирали Воспоминаний. Тридцать восьмой монитор сектор семь…. — Алексис говорил спокойно, и в его чувствах не проскальзывало беспокойства, следовательно, они поладили. Пришли к братскому примирению. Я мельком бросила взгляд на указанный монитор среди множества горящих синих квадратов. Часовщик сидел на краю резервуара со спящим Эдрианом де Гором, бесцельно блуждая взглядом по кромке воды…. Хм…. Может и не совсем они поладили….

— Я пойду, увидимся утром.

Дитрих, находился в состоянии переживания правды, открывшейся ему в столь лазурном свете. Его состояние, согласно характеру и мировоззрению, раздваивалось и прибавляло душевных дум, ровно вдвое. Дитрих предан убеждениям Фрая, был другом и Эдриану. Живя с членами Орденами, Дитрих видел лишь показную сторону Свиты. То есть действия Алексиса, которые шли на обозрение миру — жестокость, злость, подчинение, войны, предательства, и прочие ужасы, с которыми Орден до сих пор боролся и сражался. Перед глазами Дитриха, старший брат, глава семьи Фантенблоу — деспотичный и властный хозяин мира. В противовес — Фрай Эренгер — брошенный ребенок Императорской семьи, великолепный музыкант, человек хоть и жестокий, строгий и непримиримый, но честный словом и делом, борющийся за равноправие и счастье обычных людей. Строгие идеалы и высокоморальные принципы. Окружение Фрая и окружение Алексиса повлияло на мировоззрение юного Фантенблоу еще больше, чем сами непознанные лидеры. Лучший друг Алексиса — извращенец, в прошлом убийца, известный на всю Империю, как жестокий глава рода Валентайн, Каин не стесняясь, даже на людях, избивал свою семейку, пока и вовсе не разнес свой особняк недавно. Лучший друг Фрая — благородный глава дома де Гор, наиумнейший медиум, гений, музыкант, целеустремленный, принципиальный и во всем поддерживающий кумира — Фрая. Если припомнить отношения Алексиса и Каина, они далеко не были столь гладкими.

Каин, своими руками подводивший Империю к краху почти целый век, не отличался ни честолюбием, ни благородством. Они, может быть, и были друзьями в мире Ночи, но в мире людей Алексис, скорее по привычке, убирал всю грязь за безнравственными выходками Ночного Стража. И в центре всей грязи я и Рафаэль, втершиеся в доверие, разыгравшие любовь — предатели, бросившие Орден и якобы своих друзей….

Именно такие мы для мира и Фрая с Орденом — предатели, чудовища, распутные и беспутные создания, лишенные всяких моральных принципов. Мы развязали кровавую бойню и перекроили карту мира, обратив множество людей в рабство. Видимая сторона, реальность которой мы выдавали за действительность. Наш обман….

Дитрих сражался с самим собой меж двух огней. Он понимал невозможность перемены собственных моральных устоев, говоривших ему продолжительное время, о необходимости следовать за Орденом. Но, он всегда любил брата и не принимал насилия, пытаясь разобраться в причинах поступков Алексиса, найдя, наконец, ответы на свои вопросы, он не имел понятия, что делать. Ни Фрая, ни Эдриана рядом не было, чтобы дать совет. Остаюсь только я, похоже…. Если уж быть нянькой, то надо выполнять обязательства.

Без доспехов и без формы, я носила почти обычную одежду — черную футболку и короткие шорты. Нам не нужна была ни обувь, ни теплая одежка, мы не чувствуем холода. Подойдя к Дитриху, я приветственно похлопала его по плечу и попросила разрешения сесть рядом. Свесив ноги в воду, я начала мучительный разговор первой:

— Ключ от этой могилы у тебя не просто так. Ты волен открыть ее в любой момент, Дитрих…. — кожа Дитриха покрасивее моей, да и вообще, его губы, волосы, я не могу похвастаться такой мягкостью и естественной красотой. Поэтому, когда он улыбался, улыбка, словно перламутровая рябь на воде — мимолетна, а от того прекрасна.

— Знаю, и в глубине души хочу этого…. Не меньше, чем помочь вам. Я не знаю, что делать…. Противоречия, из их водоворота мне не выбраться. Джульетт! Джульетт, неужели другого пути нет…? Ты…. Рафаэль…. Эти несчастные брат с сестрой…. Даже ваш глупый извращенец Каин…. Неужели, нет иного пути? Почему вы не пошли к Фраю, мы бы нашли выход вместе! Братик…. Вы все! Как вы хотели, чтобы я воспринял!?

— Не истери, ладно. Будь сильным, ибо наша сила в решимости. Другого пути нет, и не будет. И здесь содействие или не содействие Фрая ничего не решает. Открой глаза Дитрих и прими реальность. Даже самый большой поступок во имя добра, зло, коим был достигнут результат, не исправит — почему-то мне показалось, что пока он вдоволь не подпитается безвыходной болью, он не успокоиться. — Дитрих, я даже отчасти не могу переживать долю твоей боли. Тебе тяжело. Вина перед Фраем и Эдрианом. Невозможность выбора действий, так как мы подгоняем тебя, и в конце концов, малость времени, отведенного на возможность, наконец, побыть с любимым и дорогим братом. Ты ждал его всегда, даже будучи уверенным, в ужасности его убеждений и поступков.

Дитрих раним и чист, медическая сторона для меня виделась светлой, что вообще большая редкость среди Богов Смерти, вероятно, он им и не был. Теперь принцу из сказки стало неожиданно известно, что злой братец вовсе не злой, и всю свою жизнь заботился о последнем любимом родственнике. Алексис оберегал Дитриха от несчастной судьбы — вражды родов Эренгер и Фантенблоу, от вестника вечной печали — Каина, от собственной трагедии — потере жены и дочери, от войны, не давая ему возможности сражаться.

— Я не был с ним, Джулли…. Я не мог разделить боль Алексиса в самый тяжелый для него момент, а он так много сделал для меня, и я не замечал….

— Не кори себя, Алексис сам так решил, и возможно, если бы не твой дар…. Он бы не решился рассказать тебе, он хотел уберечь тебя. Таков уж Алексис. Способ защиты любимых он видит только таким. Дитрих, прошу тебя, помоги нам, без твоей стабилизации времени у меня не получиться синхронизировать Спираль Воспоминаний.

Мы молчали некоторое время, наблюдая, как безмятежно и непробудно толща воды охраняет спящего Эдриана де Гора, наиумнейшего из всех медиумов, будущего великого Алхимика. Мне открыто его будущее, и оно будет именно таким.

— Я помогу. Я хочу что-нибудь сделать для вас и для брата. Поэтому помогу, но у меня есть просьба, Джульетт…. Одна единственная, Алексис сказал…. Но, я не хочу…. Я смогу, смогу лгать всю свою оставшуюся жизнь, но я не хочу забывать…. Умоляю, я не хочу забывать….

— Опасно, Дитрих, даже если сможешь играть, не принесет ли тебе память только невосполнимую печаль от утраты? Готов ли ты к плате за свою память? Сможешь ли пойти вперед, не оборачиваясь на печаль разлуки? — нервно дрогнув, Дитрих опустил голову, каштановые волосы лоснящимися прядками съехали на лоб, и скрыли слезы, капавшие в прозрачную глубь воды:

— Ради движения вперед, я и должен помнить. Я смогу, обещаю, буду притворяться всю свою жизнь, но я хочу помнить. Хочу помнить о том, что вы сделали для мира людей. Я хочу помнить, благодаря кому живу так беззаботно. Я хочу помнить братика, так много давшего мне и так самоотверженно любившего. Хочу помнить Рафаэля, прошедшего через столько боли и став сильным, фениксом восставшим из пепла. Хочу помнить тебя, Джульетт, так долго искавшую путь к победе над одиночеством. Я не смогу без вас, я должен….

— Хорошо. Я верю тебе, и Алексис поверил в тебя.

Успокоение маленького Часовщика прошло успешно. Желание Дитриха будет исполнено, Алексиса я уж как-нибудь уломаю. Утром я привела Рафаэля в первую башню. Алексис в нетерпении ерзал на стуле. Дитрих, сегодня уже посвежевший, сидел рядом с братом. Близнецов не было видно, вероятно, они уже были заняты подготовкой площадки. А ленивого Стража еще нежила теплая ванна с кровью, предполагаю….

— Извини за ожидание, Алексис…. — мальчик сел напротив Маршала, его настроение сегодня резонировало с неподдельной значимостью и побуждениями к немедленным действиям, таким его редко увидишь по утрам.

— Ты нашел ответ? Но по обстоятельствам, мы можем обсудить план работы только сейчас…. Ну, так…. Какой же компонент стабилизирует энергию медиумов? Что будем добавлять в оболочку кристаллов?

Злая усмешка, полная торжества и блистательности воцарилась на лице моего сокровища:

— Эх, Алексис, просто…. Стоило только понять, что для вас, превалирующий инстинкт — голод, стало легко. Он происходит от неспособности унять медическую активность клеток, вырабатывающих энергию. Именно для этого вы питаетесь — чтобы жертвенность уняла вашу ненависть, заставила ваши клетки разбухнуть от удовольствия и перестать синтезировать медическую силу.

— С точки зрения биологии, проще некуда…. Мы животные, в первую очередь.

— Вот именно…. Я обрек себя на связь с вами и ни о чем не сожалею. А это значит…. Что компонент, удаляющий ваш голод, и компонент, связывающий вашу энергию и расслабляющий ваши клетки, один и тот же. В конкретном случае, наша кровь с Джульетт. Ужасающий глаз Маршала впился в хрупкое тело мальчика:

— Кровь Раскаянья….

  • Встреча с Купидоном / На играх МП и просто размышлизмы / Филатов Валерий
  • Беспокойная стрелка секундная... / О любви / Оскарова Надежда
  • Пел соловей / Пел соловей... / Илтон
  • Тайные общества / Сибирёв Олег
  • Анакина  Анна - Ангел... / ОДУВАНЧИК -  ЗАВЕРШЁННЫЙ  ЛОНГМОБ / ВНИМАНИЕ! КОНКУРС!
  • Сотрудник МГБ / Матосов Вячеслав
  • Рассказ / Подарок Деду Морозу / Хрипков Николай Иванович
  • Глава 15. Искра / Битва за галактику. Том 2 / Korbal Кирилл
  • *** / Ни до и ни после / Капустина Юлия
  • Кот лета / Как я провел каникулы. Подготовка к сочинению - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Ульяна Гринь
  • Божественный рок-ролл / Леко Игорь

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль