та, которая

Марк каждое лето работал спасателем на одном и том же объекте. Работа была не пыльная, скорее мокрая и скучная. Загорелая кожа и красные шорты. Гроза пляжа. Но тут никто не тонул, не заплывал за буйки. Со скуки он наблюдал за отдыхающими, общался с постояльцами и избегал настойчивого внимания Лады.

Её он увидел случайно, зацепился взглядом за фигуру и не смог оторваться. Она приходила каждый день в течении месяца. С мужем и ребёнком. Сначала ему было забавно видеть неизменный гобеленовый плед, сумку из серых джинсов, обшитую разноцветными помпонами. Она всегда была в шортах поверх купальника. И купалась, и загорала в них. Потом он искал взглядом эту пляжную сумку, как элемент стабильности. И в конце концов понял, что ищет только эту девушку. И его совершенно не смущает, что рядом с ней муж.

Как только она появлялась, он бросал все занятия, надевал авиаторы, как у неё и бейсболку и садился за ближайший столик. Внешне создавалась иллюзия, что спасатель следит за плавающими. Но смотрел он только на неё. Ловил каждое движение, каждый поворот головы, всё, что могло бы быть предназначено ему.

Когда Марка не было на пляже, о её приходе ему сообщали. И он тут же оказывался где-то поблизости.

Он заходил в море остудить тело, когда отдыхающая была в воде. Она никогда не купалась далеко от берега, опиралась руками на надувную камеру сына, пока тот плескался с отцом. Марк заплывал за буёк и возвращался с надеждой, что она взглянет на него. Проходил мимо, ощущая, как нарастает напряжение.

А она спокойна.

Он пытался вызвать ревность, обжимаясь с Ладой, которая предлагала ему, в виде исключения, бесплатные услуги.

Она спокойна.

Как-то он увлек ребят сыграть в волейбол, муж подключился, а она просто ушла с сыном на берег загорать и читать книгу.

Однажды Марк взял гидроцикл, покрасоваться, заплыл за буйки и не справился с волной. Слетел с байка. Он лежал пластом и бил воду руками. Видела ли она? Есть ли ей дело до него? А если он утонет, станет ли она лить слёзы?

Наверное, нет. Он сел на гидроцикл, приплыл к берегу, прямо сквозь плавающих, прямо к ней, гоняя волну. Он склонился над ней, словно всадник, желая схватить её из воды и увезти далеко-далеко. Но встретив недоумевающий взгляд, словно опомнился. И отплыл к берегу.

Это продолжалось три года. Менялись купальники, рос сын, но не шорты, сумка и плед. Иногда Марк садился на горячий песок рядом с пледом, пока семья купалась. Он смотрел на помпоны на сумке, как на калейдоскоп желаний и представлял себя с ней. Вот она выходит из воды, привычно выжимает волосы, тут же собирает в хвост и идёт к нему. Только к нему. Но это были только фантазии.

Зимой Марк работал в ресторане администратором, оставаясь мысленно в эпицентре пляжного сезона. Тайно сделанные фотографии легко возвращали ему настроение лета.

И вот, наступил июль. Пляж. Красные шорты. Ноги ступают на песчаные ребра дна, вода ещё прохладна, но ласкова. Он смотрит в море, а сердцем на берегу в ожидании незнакомки.

Но она не пришла. Он ждал каждый день, высматривая в девушках – её черты. Но безрезультатно.

Дальше была агония. Запой. Падение в объятья Лады. Блуждание по пляжам других объектов от рассвета до заката. Но ничто не заполняло зияющей пустоты.

Позже Марк искал её в ресторанах, в макетах, на улицах. Город, словно везде запечатлел вожделенный образ. Однако это были другие девушки, ничем на неё не похожие. Он словно исчерпал лимит встреч. И только мозг отчаянно хотел обмануться.

Марк до сих пор не теряет надежду встретить её. Он не задаёт себе вопроса зачем и не удаляет её фото.