предвестие

По мотивам песни Chris Rea (Крис Ри) — «The Road To Hell»

Ливень. Я застрял в пробке на мосту. Фары били потоком в номера переднего авто, а полотно воды, словно пыталось исказить, разрушить полосы света. Не двигающиеся автомобили напоминали бесконечную гусеницу. Я безнадежно опаздывал на собеседование. Новая работа обещала большие возможности. Но минуты уходили в бездну, лишая контроля над ситуацией. Что-то порывало меня покинуть машину и дойти пешком. Я так и сделал, и тут же промок до нитки. Я шёл по маршруту, проложенному светом фар, под нарастающий гул от сигналов. Дворники машин работали, но ни в одной из них не было ни души. Я оказался единственным живым среди покинутого металла и стекла.

Течение набирало силу. Вскоре каждый шаг стал даваться с трудом, словно что-то хотело мне помешать. Ноги приклеивались к бетонным плитам, руки из воды цеплялись за штанины, полы и рукава куртки. Я вырывался из последних сил, продолжая двигаться вперёд. Когда я освободился, наступила тьма и тишина. Машины исказились и превратились в своды, преобразив мост в тоннель. В самом его конце я видел огни ночного города. Но чем ближе я подходил, тем длиннее становился тоннель и недостижимо сияние. Бесконечный путь был опутан паутиной, похожей на пробоины в подлодке. Водяные струи с пронзительным визгом протыкали стены, словно стальным стержнем или пулей, задевая, разрезая плоть и одежду. Я был предельно осторожен, стараясь не попадать под смертельный напор. Водяная взвесь образовала туман. Воздух нагрелся. А скрежет стен, готовых схлопнуться под давлением, заставлял ускориться.

Когда стена препятствий закончилась, я оказался в тупике. Передо мной была стеклянная дверь, которая манила огнями автострады, роскошью витрин и иллюзией сбывшихся грёз. Я стучался, пытался разрушить, разбить прозрачную преграду. Но дверь не поддавалась.

«Мне нужен ключ!»

Только я об этом подумал, как стены тоннеля стали осыпаться. К ногам хлынула лавина из ключей: больших, маленьких, новых, ржавых, декоративных. Я пробовал их один за другим, но они не подходили. В азарте я не замечал, что тону в потоке. Пытаясь выбраться из металлической топи, я обжёгся об один из ключей. Боль разнеслась покалыванием сотен тысяч игл по предплечью и выше. Я вставил ключ в замочную скважину, повернул и услышал звук трескающегося хрусталя. Дверь разбилась, я провалился внутрь светового калейдоскопа и проснулся за рулём. Рука затекла. Дворники не успевали за ливнем. В зеркале заднего вида я увидел отражение до боли знакомых глаз...

Пробка всё ещё не двигалась, но я уже никуда не торопился.