Глава 34

А поезд всё стоял и стоял.

Ощущение, будто прошло несколько часов.

День тянулся, как оголённый провод и грозился замкнуть электрической кровью.

Тучи были ещё более жаркими — природа под стать городу. Или город под стать погоде. Я не знаю, по какому принципу организуются большие поселения, поскольку я однажды заимел обыкновение рождаться после их появления и с тех пор ни разу не изменял традициям.

Серёга и комсомолка (вот думаю: узнать, как её зовут, или подставить в переменную любое значение Человек?) мирно беседовали. Серёга делился историями из своей колхозной жизни, а девушка, как мне показалось, этими рассказами вдохновлялась.

Дед читал газету и говорил: «Далеко страна ушла!».

До этого она развернулась.

Движение не желало начинаться, но я, поглощённый чтением, прокладывал меж обнажённых страниц рельсы и прокладывал свои маршруты.

На перроне слышался гомон: здесь и продавец пирожков, разбудивший нас перед отправлением, и нагруженные кутелями пассажиры, желавшие взять с собой в дорогу выпечки, и ругающиеся проводники, которых не устраивала вакханалия, творившаяся на вокзале. Но сколько я себя помню, на местах отправления никогда не бывало порядка — всегда сумбур, всегда непонятные передвижения, КПД которых практически всегда сводится к нулю, всегда абстракция из угловатых фигур людей — их решают, как задачки, причём как самые простые, для дошкольников. Но таким нужно быть, а иначе невозможно пробраться выше. Выстраиваешь пирамиду и не можешь забраться — нет выступов. Те выступы, что были, отвалились и упали вниз, став самым первым слоем. Или уже не первым. Сколько там уже лежит? Не знаю, я не считал. Да и я не я этим заведую.

Дверь купе бесцеремонно открылась, и я узнал того самого капитана Татарова, что не позволял мне покидать Ленинград.

Я вспомнил, как мне не отвечали, когда я звонил из таксофона. Но сейчас я понял, что за мной пришёл его ученик.

— Гражданин, пройдёмте на выход.

— А в чём, собственно, дело?

— Вы обвиняетесь в незаконной организации государственного переворота.

— Как будто они бывают законными.

— Шутки оставьте вашим соседям по купе. А вас прошу проследовать на выход.

— Вы же всему научены?

— У меня специальное образование.

— Специальное… Я так и знал.

И мы покинули купе.