Глава 30

Проснулся во второй половине дня. Меня никто не разбудил, видимо, никаких встреч на сегодня запланировано не было. В отличие от прошлых пробуждений мысль о передаче полномочий наместничества, уже находилась в голове, пусть и в режиме ожидания. Сам не знаю почему, но решение о факте передачи и его объекте считаю серьёзным, а с таким торопиться нельзя, с другой стороны, бесконечно думать об этом, пуская всё на самотёк, тоже сомнительная авантюра. Я бы, может, и думал быстрее и обстоятельнее, но в мире чёт слишком до хуя изменилось за время моего отсутствия, ведь как только я очутился в багажнике, происходящее вокруг перестало напоминать день сурка, или месяц сурка, или год сурка, короче, что-то там сурка, когда всё изо дня в день одно и то же.

Мои пробуждения обычно мало, чем отличаются друг от друга, и в этом плане всё стабильно, без изменений, в очередной раз мои открытые глаза, совсем не обозначают готовности покинуть зону постельного комфорта. Даже вставая с кровати, в абсолютном большинстве случаев, начинаю передвижения укутанным в одеяло и всегда очень податлив на уговоры потюлениться ещё. Сегодня, например, у меня не получилось отказать пульту, от телика на стене, который расположился на прикроватной тумбочке. Пульт был очень убедителен в своём лежании и точно хотел, чтобы его потрогали, взамен на исполнение его просьбы я могу остаться в кровати и с кайфом попялиться в зомбоящик. В конце концов, кто я такой, чтобы ему отказывать, если он хочет мне помочь перебирать каналы, не вставая с уютного лежбища?

По мере моего щёлканья каналов, сознательно пропускал те, что не были помечены пятиколором «Чёрной России». Как бы ни был интересен контент, но на одном канале старался долго не задерживаться, ведь одна из целей заключалась в сборе информации для понимания общей картины, которую они рисуют своей аудитории. Картина эта вырисовывалась таким образом, что, кроме пропаганды своих сомнительных идей, контент пропитан лейтмотивами внесистемной работы на государство. Не на правительство, не на президента или любое иное проявление власти, а на государство, и, что в целом, кто бы ни оказался у руля страны в ближайшее время, ему достанется обновлённая версия страны, которая провела работу над ошибками, отдельно от старых пердунов, вросших в свои кресла корнями ещё при советской власти, тех, кто вообще не понимает происходящего в обществе, потому что всегда был оторван от него.

«Чёрная Россия», не указывала на бесполезность, или даже вред, некомпетентных кадров, не критиковала чужих действий, они просто прогревали настроения ненависти, и именно этим разрушающим чувством они мобилизовали к активности граждан, ещё не вкусившим кураж от акций гражданского неповиновения «Чёрной России». Не в любви, а именно в ненависти они смогли уравнять и примирить прагматиков с романтиками, мотивированных национальным самосознанием, направленным на трансляцию мысли, что прежних правил уже не существует, а новые формируются в эфирной сетке каналов, с пятиколором партии.

Мысль объединения вокруг ненависти, мне не понравилась, и пока я размышлял об опасности такого рода подмены в качестве социального клея, началась реклама. Ролик, трансляции транслировал затылок с наколкой «Чё «Чёрная Россия», по мере отъезда камеры становилось понятно, обладателей таких партаков много и все они на агрессивных ребятах спортивного телосложения. Следующий, после общего показа, кадр показывал их боевые навыки, и то были не соревнования или показательные выступления, а животное забивание своих оппонентов. Через экран чувствуется, что мозг их отключен, они выполняют команду «ломать и убивать», происходящее на экране — это выплеск чистейшей агрессии, звериного запала ярости. Кровь бойцов бурлит, адреналин норадреналин зашкаливают, кулаки ебашат на убой, а тех, кто осмелился воспротивиться, просто втаптывают в твёрдые поверхности. В качестве жертв агрессии, транслировались люди в форме полиции, прокуратуры, военных… их погоны украшали самые разные знаки отличия. Появились кадры создания открытых переломов, мне поплохело, такое нельзя делать и уж тем более показывать на широкую публику. Я пошёл курить на балкон утреннюю сигарету.

Мне вслед доносилась озвучка ролика: «Сила значительно приятнее, чем слабость. Мы никому не позволяем щемить нас. Всё, что было «До», войдёт в историю, как одна из застойных заводей, где происходили мерзкие, гнилые и несправедливые вещи. Вскоре люди перестанут молча наблюдать, как всё идёт наперекосяк, страх прекратит быть основным моральным принципом и ориентиром, ведь теперь всё иначе, теперь у вас есть «Чёрная Россия»».

Как же они заебали, со своими претензиями на насилие, Вова охуел настолько, что прямым текстом декларирует радикальные меры, наполненные идейным содержанием, направленные на посягательство прав и свобод человека, что есть экстремизм в чистом виде. Пошёл он на хуй, этот Володя, со всеми этими его амбициями и альтернативными путями прихода к власти, и как мне только в голову пришла мысль о том, что ему можно передать полномочия наместничества. Фоном звук ролика: «Мы принимаем активное участие в формировании бюджета страны. По итогам акции на слив мутных схем, несколько миллионов людей получили оговоренные в индивидуальном порядке проценты, большая часть вырученных средств ушла налоговой службе, в счёт погашения прежних долгов и утаиваний, плюс мы удержали свои проценты за возврат сумм в бюджет и обеспечение контроля целевого расходования средств, но даже за вычетом всех накладных расходов сумма в бюджете оказалась значительно больше, чем ёба-пи-нное них-пи-уя.

Родина была, есть и будет наша первая и последняя любовь, если вы мутитесь в ущерб казне страны, то вопрос встречи с нашим возмездием — лишь вопрос времени, кто-то окажется на коленях в эфире «Извини ТиВи», кто-то лишится конечностей, кто-то распрощается с имуществом. Мы умеем принуждать к покаянию, и вас будет ожидать много неприятных сюрпризов. Посмотрите на эти замешанные в кашу морды и примите раз и навсегда, насколько небезопасно, для вашей жизни и здоровья, наё-пи-бывать государство, пользуясь своим служебным положением, для покровительства нелегального бизнеса. Именно превышение полномочий, послужило моим псам из «Чё», командой «фас» и началом карательных мероприятий, в рамках программы по выкорчёвыванию бл-пи-ядско-гадской вольницы, в виде, взяток, поборов, откатов, заносов и прочего беспредела, организованного людьми в погонах.

Вырученные средства, от раскулачивания аху-пи-евших царьков, мы направим на реформы, которые позволят казне получать налоги с игорной деятельности, проституции, наркотиков и других, пока что ещё, не очень легальных сфер. Давайте будем честны с собой и признаем: запреты, или борьба с пороками не увеличивают и не уменьшают объёмы потребления, но подконтрольность деятельности, будет стабильно пополнять бюджет через налоги, и перестанет кормить тех, кто крышует, этот пока ещё теневой бизнес.

Проституция никуда не делась за много тысяч лет, ни один метод борьбы с ней не принёс фактических результатов, и как будто бы стоит признать: секс-услуги были, есть и будут всегда, пора бы этому бизнесу начать пополнять казну, а не раздувать карманы тех, кто вентилирует вопросики вокруг этой сферы деятельности. Сегодня проституток крышуют вовсе не обвешанные золотом негры в цветастом винтажном авто и пером на шляпе под цвет шубы, а белые ребята в погонах, которые давно уже отжали эту сферу деятельности у братвы. В начале ролика мы поздоровались с этими ребятами и намекнули о готовности демонстрации нашей силы и возможностей, если они не захотят по-хорошему отказаться от притязаний на чёрный и серый кэш. Нам не нужна борьба с такой коррупцией, мы хотим её отпи-пи-здить до такой степени, чтобы она молила о пощаде.

Настало время расплаты за превышение должностных полномочий, по стандартам справедливости «Чёрной России», а не по шаблонам продажного правосудия, повязанного с преступниками круговой порукой. Возмездие станет ужасом для вовлечённых в противозаконные процессы и развлечением для нас, людей, которые только разминаются перед основными действиями демонстрации возможностей. Мы хотим воочию показать гостям страны представления «Чёрной России» о справедливости, силу гражданской сопричастности к происходящему и совместные возможности с теми, кто нам доверился. Добро пожаловать в Россию, которая просыпается от спячки.

Мы приглашаем на акции новой справедливости и карательные мероприятия тех, кто презирает нечистые на руку органы правопорядка, а также всех неравнодушных к нашим идеям граждан всего мира. Станьте достойными своей великой свободы! Наш новый вызов — «красная крыша» криминала и вся её прибыль от публичных и игорных домов, наркотиков и прочей криминальной деятельности, которую отжали у профессиональных преступников. Человечки в погонах с манерами аху-пи-евших королев, запугавшие добросовестный народ своей властью. Тик-так. Тик-так. «Чёрная Россия» уже близко. Тик-так.

Мы не наивные юнцы, и понимаем, против кого прём буром. Силовики — ребята мощные и лучше других знают, древнюю прописную истину: «Кто не внушает страх, никогда не будет принят всерьёз». Сегодня настала пора нам помериться пи-пи-ськами и во внушении страха, сейчас то самое время, когда мусорам стоит обратиться к бандосам за помощью и объединиться, став сильнее, иначе «Чёрная Россия», вас похоронит, как пережиток прошлого. Отныне движуха чёрного и серого кэша, принадлежит нам, тем, кто способен её защитить и интегрировать в систему здоровой работы государства. Мы не ждём, что запятнавшиеся мундиры отдадут нам криминальные рынки на блюдечке с голубой каёмочкой, мы ждём, когда уже с кайфом отъе-пиии-башим каждого нечистого на руку мусора и вернём криминал профессиональным преступникам, они, как и прежде, будут отвечать перед Фемидой за свои дела-делишки, но братва будет заносить оговоренные суммы в общак страны, а не на лапу зверью, чьи принципы сегодня — это гроши да харч хороший.»

Вернулся с перекура и переключил канал, а там:

«Чёрная Россия» считает бля-пи-дско-гадской темой, использование ксив не для борьбы с преступностью, а для её покровительства. Мы будем карать, за такой приработок к зарплате госслужащих. Хотите грязных денег? Пиз-пи-дуйте в криминал, суетитесь там, без ксив и привилегий, хотите заниматься воровством — идите в крадуны, хотите крышевать — в рэкетиры, хотите помогать избегать наказания — в адвокаты, для них есть закон, а для ваших шалостей, есть мы! «Чёрная Россия»!

Выключил телевизор. Ощущение, словно мой мозг, как следует оттрахали. К гадалке ходить не надо, чтобы понимать, время начала этой агитации выбрано на начало чемпионата мира по футболу не случайно, страна кишит футбольными фанатами, а для любого уважающего себя хулигана, из любой части света, пробить выезд и отпиздюлить жандарма — это как желанный подарок на день рождения, а если ещё и команда страны станет чемпионом, то всё, считай, жизнь удалась, и им самим, потом, будет в кайф, что их деятельность послужила информационным поводом для мировых СМИ, а то, что их используют в тёмную, обстоятельство малоебучее.

Вспомнился обрывок разговора в бане, про слова о финале, который будет неожиданным. В свете последних событий не уверен, что это всё будет хоть как-то касаться спорта. Неожиданно для себя, я увидел в действиях брата, что насилие — не цель, а средство, ведь в его безумии есть некая доля здравого смысла, который ищет варианты пути решения «по-плохому», для тех, кто совсем не хочет понимать «по-хорошему». Видимо, я поддался эмоциям, когда он в очередной раз вышел за границы допустимого в моей голове, и погорячился, или поторопился, исключать брата из списка преемников наместничества, которое фактически просто повод охотиться за мной, и если её передать ему, то он отстанет от меня и продолжит заниматься тем же самым политическим безумием. В конце концов, он достигнет своих целей и без этого предназначения, последователи Мистера Русского, и без обладания им загадочных опций, прекрасно помогают во всех придуманных безумствах, увеличиваясь в числе с каждым его публичным появлением. Да бля, чё всё так сложно-то, а? Короче, пускай забирает, иначе я никогда не стану обычным. С этими мыслями я отправился на поиски Дяди Братана и нашёл его во дворе, за колкой дров.

— Дядя Братан, почему вы сами этим занимаетесь?

— Мне нравится. С чем пожаловал?

— А то вы не знаете. — Сказал я, надеясь, что он не знает.

— Знаю. — Сказал он, посмотрев на меня и улыбнувшись, а затем расколол массивную чурку, одним ударом. — Думал, вдруг передумаешь в последний момент, как любишь делать по жизни. Ты ведь понимаешь, как только станешь обычным, закончится отпуск здесь, и ты окажешься сам по себе, без моего и прочих покровительств.

— Понимаю. Может, вы подскажите, как поступить правильно?

— Я знаю много вариантов развития событий, но могу сказать точно, чтобы ты ни решил всё равно пожалеешь.

— Наверняка ведь есть оптимальное решение.

— Нет.

— А как лучше?

— Лучше так, как ты решишь, любое решение правильное и сделает только хуже.

— Как-то не особо мне помогли ваши ответы.

— Так они и не должны были тебе помогать. Решение должно быть только твоим, без моего вмешательства, ты можешь советоваться с кем угодно, кроме меня, но почему-то полностью игнорируешь такую возможность, интереса не вызвал ни гость, который внутренне похож на тебя, ни гость, который долгое время не желал править. Если не уверен в решении, ещё подумай. Тебя ведь никто не торопит и не принуждает к этому, попробуй понять, почему тебя именно эта возможность беспокоит, а не множество других, которыми ты почему-то пренебрегаешь, ты даже деньги с карты и те не тратишь.

— Я пробовал обсудить брата с гостями, но они не говорили о Вове ничего плохого.

— Так, может, следовало не искать с ними чего-то плохого в брате, а поделиться ситуацией, которая тебя беспокоит, прежде, чем принимать решения о передачи своих функций другому человеку?

— Я ещё не принял такого решения.

— Мне-то не пизди. — Окинул меня снисходительным к глупости и наивности взглядом. — Ты волен делать всё, что хочешь, даже игнорировать гостей. Может, есть у тебя кто-то на примете, кто бы помог тебе разобраться в ситуации? С кем бы ты сам хотел провести встречу? Нормальную встречу, а не формальное присутствие из вежливости к моему гостеприимству.

— Думаю, что нет таких людей сейчас.

— Может, были? В целом-то вопрос решаемый.

— Может и были такие, не знаю. Думаю, не стоит сильно затягивать с передачей полномочий, меня эта ситуация сильно тяготит и не даёт двигаться дальше, по пути преобразования в обычного человека. Как быстро мы сможем избавить меня от этой загадочной опции?

— Хоть сейчас, нужен только объект для передачи.

— На завтра могу назначить встречу?

— Конечно.

— В таком случае завтра вы от меня избавитесь.

Не дожидаясь ответа, я развернулся на 180 градусов и отправился договариваться о встрече с братом, под звук колки дров. Вопреки ожиданиям каких-либо трудностей, их не было. О встрече, с братом, договорились быстро и легко, без лишних вопросов, каких-то трений и запросов на пояснение, не было даже отговорок по занятости на съёмки очередного перфоманса. Странно, но и по месту встречи препятствий не возникло, он сразу согласился на моё предложение и нисколько не смутился, что встречаемся, там, где, было записано его первое обращение, у могилы Аскета.

По загадочным причинам я боялся передумать, внутри меня было гадко, тошно и мерзко, словно я предаю какую-то часть себя или поступаюсь с принципами, сопровождавшими меня всю жизнь. Несмотря на дискомфорт, я проявил настойчивость относительно принятого решения, гнал любые сомнения в верности выбранного курса и приступил к сборам в путешествие до места назначения. Я зашёл в приютившую меня комнату, взял целую пачку сигарет из недокуренного блока, облачил себя в шмотки, которые были на мне, когда я сюда поступил, и направился к вертолётной площадке во дворе, где меня ожидали пилот и Дядя Братан, который со мной не полетел, но заверил, что будет на месте встречи без опозданий. Получив эту информацию, мы с пилотом отправились в аэропорт, где меня ожидал частный джет, размерами сильно уступающий тому, из которого однажды выпрыгивал. Прошёл в салон, расположился в ближайшем кресле и уснул.