ЧАСТЬ 2 ГЛАВА 5

Глава 5

Олег встретил Артёма у костра. Колдун выглядел хмурым и молча указал Пауку направление, по которому ранее ушли Валентин, Алиса и ее отец. Вернувшийся из колована, полный неясных, противоречивых впечатлений молодой человек понял, что Ворону сейчас не до него, взял правее и бодро зашагал по росной траве в сторону располагавшегося где-то глубоко в лесу родника.

Небо над лесом было уже светлым. Пройдя шагов тридцать, Артём обернулся. Ворон так и стоял к нему спиной и, судя по всему, ждал Ивана Николаевича.

Паук долго шел меж деревьев, продираясь через редкий кустарник и заросли высокой крапивы. Его сердце пело от радости и облегчения. Мышцы ног были упругими как в юности, а голова ясной и легкой. Только одно его немного расстраивало – брюки, которые беспрестанно приходилось подтягивать. И без того ставшие великоватыми после путешествия в Лиду, сейчас, даже после того, как Артём перецепил ступор ремня на два отверстия, они висели на нем, как на манекене.

Остановившись, Паук задрал рубашку и осмотрел свой живот. Чудо, да и только! Кожа разгладилась и подтянулась как в студенческие годы, а гордость и визитная карточка большинства IT-шников – жировой пояс на дряхлеющем молодом теле, попросту исчез!

Ориентируясь на хорошо заметную тропинку в свежепримятой крапиве, Артём двинулся дальше и вскоре почувствовал в воздухе хорошо различимый запах дыма. Выбравшись на влажную и хорошо натоптанную тропинку, Паук поднялся на крутой пригорок и увидел вдалеке дощатую беседку, а возле нее костер. Насколько можно было рассмотреть издали, возле пламени, ломая сухие ветки и подбрасывая их в огонь, хлопотала одна Алиса.

Как только девушка увидела его, ее движения заметно поубавили энергичности:

— Справился? — С заметным сочувствием спросила она. — Садись – отдохни.

Паук покосился на беседку:

— Я бы попил чего-нибудь, — тихо сказал он. — Родник там?

— Ага, — ответила Лѝса. — Ковшик на гвозде висит – пей.

Артём спустился по ступенькам к «беседке» и, пока снимал с гвоздя ковш, осмотрелся: «Удивительная для природы симметричность, — тут же отметил он про себя, — четыре подземных ключа бьют по углам, а самый большой и могучий в центре – бурлит, перемешивая белый песок. Похоже на запечатанный конверт…»

Вода пришлась как нельзя кстати и была очень …сытной. Мучавшийся жаждой Паук напился всего в несколько глотков. Сполоснув ковш и вернув его на место, Артём не удержался, присел и, набрав воды в ладони, умылся…

— До пеленок доиграешься, — услышал он издалека голос Лѝсы.

— В смысле? — Утираясь ладонями и стряхивая их на ходу, двинулся к костру Паук.

— Колован еще добирает после открытия, — неясно пояснила девушка. — Родник этот стои́т на месте одного из древних колодцев.

— А пеленки тут при чем? — Не понял Проводник.

— Ты себя видел? — Снова улыбнулась Ли́са. — После квеста Ивана Николаича выглядишь как двадцатилетний.

Паук пожал плечами и вдруг вспомнил:

— На месте колодца? Так Колован же говорил, что к ним нет ходу. Я думал, они не работают, поэтому меня и отправили в квест с камнем…

— Думал он, — продолжая по инерции ломать ветки, задумчиво пробурчала себе под нос Лѝса. — Ночью к колодцам и правда ходу не было, а с рассветом всё открылось. Ненадолго правда. Пока солнце не оторвется от горизонта. Всё это время Колывань еще будет открыта. Такой порядок исцеления, Артём: раз ты получил по башке вчера, значит и закладываться на лечение лучше всего было в тот же день, до восхода.

Сейчас ты еще и водички наверх попил. Хорошо тебе было? Вижу – хорошо. Но тут главное не переусердствовать. Впадешь в детство, что с тобой потом делать? Тебе, кстати, еще надо хорошенько подумать, как обставить твое чудесное превращение для родных и знакомых?

Паук уперся взглядом в лицо Лѝсы:

— Ты прикалываешься? — Неуверенно спросил он. — Какое превращение?

— Ты что ничего не чувствуешь? — Став вдруг серьезной, сдвинула брови девушка.

Артём потянул уголки губ вниз и снова прислушался к своим ощущениям.

— Ну да, — через пару секунд задумчиво сказал он. — По сравнению с тем, что было, сейчас я порхаю, как птичка.

— Птичка, — снова негодующе буркнула себе под нос Ли́са. — Ты понимаешь, что тебя не просто оздоровили? Колован не только исцеляет. Он реально отматывает время назад. Ну, блин, ты даешь. Еще что-то сравниваешь, как же – специалист!.. Вот честно, Тёма, я никогда бы не подумала, что ты выберешься.

— Почему?

— Да потому что ты – дохляк, — вдруг вспылила Алиса, но тут же взяла себя в руки. — Хотя… Раз ты тут, то я уже и не знаю… Да, кстати, спасибо тебе.

— За что? — Удивился Артём, устраиваясь на траве у костра.

— Я тоже поймала Колован, — покраснев, призналась Лѝса. — Сначала приложилась от души к роднику, напилась, а потом, раздевшись догола, еще и омылась. Ну, не смогла удержаться, — рассмеявшись, продолжила она. — Не знаю, с чего это вдруг, но утром во мне опять проснулся человек, женщина…

Ты в курсе, что все настоящие ведьмы поголовно были моложавые и в хорошей форме? Посмотри старые фотографии. Обычные женщины к тридцати уже выглядели бабулями, и только ведьмы – нет. Эти дамы знали, что и где пить, что и где есть…

— Да, — со вздохом заметил Артём, — кстати, поесть бы сейчас не помешало.

— А ничего нет, — развела руками девушка. — Ягод сейчас не соберешь – поздно, да и ходу в лес уже нет – солнце над горизонтом.

— А когда будет можно? — Приложив руку к животу, жалостливо спросил Артём. — Может, хоть в машинах что-то есть погрызть? Пузо урчит.

— Никто не знает, — призналась Лѝса, — это как у них пойдет. — Она кивнула в сторону леса.

— Что пойдет? — Не понял Паук. — У кого?

— Мероприятие, — туманно ответила Ли́са. — Как раз сейчас начинается. Теперь даже пить из родника нельзя. Колован с Олегом тёмных будут выгонять из Привхода. Те будут искать себе место – в лесу, в воде, где угодно. Такого залетного «соседа» себе на плечи можно получить, что потом задолбаешься выгонять. Раз за них взялся Высший, полезут изо всех щелей. Так что в лес, Тёма, пока ни-ни. Тому, кто сейчас забрел в эту чащу не позавидуешь. Минимум – насмотрится чудес, а максимум – приобретёт «дружка» на остаток жизни.

Паук обернулся:

— А наши парни? В машине?

— Парни будут спать, как младенцы.

— А если кто-то подойдёт?.. Из леса?

— Никто, Артём, к ним не подойдёт. И машину никто не увидит, пока над ними мой обережный круг. И с тобой тоже ничего страшного не будет, пока ты со мной, у костра. Думаешь, для чего меня Олег на Колован позвал?.. У него своя работа, а у меня – своя…

Паук опустил взгляд и задумался. Вскоре он поднял с земли ветку и, поддаваясь необъяснимому импульсу, начал ковыряться в углях костра. Ли́са устроилась напротив и так, в молчании, они просидели что-то около пяти минут. Каждый думал о своем, пока Артём вдруг ни с того, ни с сего не спросил:

— Алиса, а что это значит – Высший?

Кисло смерив Паука взглядом, девушка какое-то время смотрела в огонь и только когда затянувшаяся пауза стала намекать на то, что она просто забыла ответить на вопрос, Ли́са слегка откинулась назад и пристально вглядываясь в глаза Артёма, произнесла:

— А ты как думаешь?

Паук неопределенно пожал плечами:

— Ну, не знаю, — легкомысленно ответил он. — Олег не похож ни на ангела, ни на демона, хотя понятно, что это человек с необычными способностями.

— Тхы, — вырвалось у Ли́сы.

Паук развел руки в стороны:

— Ну ты же спросила? — Возмутился он. — Я как понимал, так и ответил. Сейчас ты скажешь, что я понятия не имею, как выглядят ангелы или демоны.

— Вот именно, — заметила девушка. — Ты, Тёма, и как человеки выглядят толком не знаешь. Вернее, знаешь только то, что знают все – транслируемые ими друг другу образы и маски.

— В смысле? — Привычно озадачился Артём. — Ты про психическую модель поведения и всё такое?

— В смысле образов, — выделяя последнее слово, держала внимание на нужной мысли Ли́са. — Сегодняшняя ночь всё для тебя изменила, Артём. Всё! И это не какие-то общие слова. Мир для тебя натурально перевернется и надо быть готовым к тому, что теперь ты даже видеть будешь иначе. Это можно назвать двойным зрением…

Паук скорчил кислую гримасу:

— Типа…, у меня откроется третий глаз? — С насмешкой заметил он.

— Ну-у, — неопределенно протянула девушка, — в людском представлении, в том, — уточнила она, — которое у тебя было до вчерашнего дня, это звучит так. Ты пока не понимаешь, что это такое и мыслишь об этом телевизионными образами.

Новое ви́дение не что-то одно, оно может работать по-разному. Кто-то просто смотрит на человека, нечаянно сморгнет, и вдруг охренеет! На плечах его друга, товарища или даже жены сидит… Тут лучше всего подходит белорусское слово «пачвара». Ну, монстр, или бес, а чаще черт. Короче, что-то такое, чего фантазёры-компьютерщики Голливуда даже представить себе не могут.

А бывает и другое. Наслоение картинок. В понимании врачей – конкретная клиника и… психбольница. Человек начинает «видеть» тех, кто нас окружает, а мозг, не привыкший к восприятию этих проявляющиеся из ниоткуда сущностей, вначале начинает считывать их как страшные картинки, галлюцинации и тупо пытается подогнать всё это под более-менее приемлемые образы. Ничего с этим не поделаешь. Так уж он у нас устроен, наш лентяй и трудоголик мозг. Это система безопасности человека, некий предохранитель.

— М! — Вспомнив, будто очнулся Паук. — Ворон что-то об этом говорил.

— Это азы. Знания вводного курса. — Заметила Ли́са. — Ворон тоже тебя готовит и это хорошо. Что забуду дать тебе я, даст Олег.

Ты проследи, пожалуйста, чтобы твоя система безопасности не избавилась от того, что ты сейчас услышишь. Так же забрось в папку «важное» и то, что обитающее за границей яви вокруг нас настолько непонятно, непривычно, что мозг отказывается это воспринимать. Потому таких, как мы и готовят. Именно для этого и придуманы обряды, посвящения, инициации. Пока идет подготовка, мозг человека постепенно меняет настройки и тогда знакомство с «соседями» проходит для него не так болезненно. Хотя случается, — заметила Ли́са, — что все очень непросто бывает даже с уже подготовленными.

Мало кто понимает, к чему ему надо готовиться, пока не воспримет первые образы, «голоса́», шепотки или события из тех миров. Я тебе говорила, что для инициируемого даже простая попытка восприятия имени какого-либо существа извне может стоить полного обнуления.

— Обнуления? — Спросил Артём.

— Это то, — напомнила девушка, — что пытался сделать с тобой тот дядя в лесу. Такое даже не смерть, это хуже – всё!..

— Постой, — поднял руку Паук. — Я же не тупой, Лис. Олег уже мне про это говорил, а до того и ты, на ферме Игоря. Не надо постоянно мне повторять одно и тоже. Понятно, что там всё не так. На осознание этого мне мозгов хватает, можно не углубляться в детали.

Алиса разочарованно вскинула глаза к небу:

— Я готовлю тебя, дурашлёп, — мягко произнесла она. — А повторяю потому что «повторение – мать учения». Я же вижу, что ты относишься к этому поверхностно. Пойми, после Колована у тебя уже нет выбора – становиться Проводником или нет. Всё! Ты – Проводник. Выйдешь из этого леса и начнется, понимаешь?

— Что начнется? — Захлопал ресницами Артём.

— Треш! — Стиснув зубы ответила Ли́са. — Полный …капут! Ты выйдешь в мир и станешь видеть, слышать, чувствовать то, к чему твоя башка пока просто не готова. А самое худшее в этом, так это то, что как только ты выйдешь за круг, с той стороны тебя сразу приметят: «О, еще один Проводник – вкуснятина!» Тут же жестко прощупают, и не раз.

Хилый? Нет силы воли? Сразу подселится кто-нибудь и будет управлять тобой, жрать пока ты не загнешься. Распознают тебя, как сильного волевого, гибкого, изворотливого, умного? О, такого можно использовать для работы на них в реальном мире. Поверь, тут же найдется и желающий. Спрос большой и на дохляков, и на тех, кому через испытания, называемые людьми проблемы или даже судьба, приходит сила воли. Но вот качество коннекта и отношение с той стороны к дохлякам и сильным волей разное. Это-то до тебя доходит или нет? — Свалилась на эмоции девушка. — Блин! Ты же где-то сейчас не здесь, …дома. Тебе что, на самом деле пофиг?..

— Я просто понять не могу.

— Чего?!

— Раз с той стороны все такие продвинутые, нахрена им тогда этот наш несовершенный мир?

Алиса набрала в легкие воздух, медленно и гулко выдохнула:

— Да, — заключила она. — Трудненько с тобой будет…

Ну хорошо, допустим, где-то ты прав. Явный мир и для многих людей выглядит дебильным. Хотя официально это, конечно, называется – несовершенный мир.

Кстати, явным его тоже называть не совсем правильно. Он не явный, он – проявленный. И, заметь, ничего проявленного для «просто так» вокруг нас почти нет. Очень многое из всего, что нас окружает, так или иначе уже используется существами оттуда, из-за границы восприятия обычного человека. Какие-то вещи для влияния на людей, другие – для подпитки и каких-то практик.

Это длинная тема, Артём. Ты уже Проводник и у тебя будет возможность спросить у «соседей»: «Почему вы поступаете так? Как устроен наш мир?» и так далее. Но будь готов! Они легко могут транслировать разные версии данного мироустройства. Часто противоречивые, но! Самое интересное, что даже неправдоподобные, дикие и порой полярные друг другу версии, – правда. Это как раз тот случай, когда на одну задачу может быть сразу несколько правильных ответов…

— Постой, — огладил зарастающий щетиной подбородок Паук. — Ты опять куда-то уходишь в сторону. Дай мне ответ на конкретно поставленный вопрос: «Нафига им наш явный или, как ты говоришь, проявленный мир?»

— Я и начала тебе отвечать. — Успокаиваясь, снова тяжко выдохнула девушка. — Просто твой мозг привык получать варианты ответа, которые понятны и привычны. Сложность утомляет, верно? Подавай однозначный и простой ответ, так?

Паук кивнул.

— Я углубляюсь в тему не потому, что хочу показаться умной или выпендриваюсь, — заметила Ли́са. — Просто подобное иначе не объяснить!.. А то, что ты упираешься, это, кстати, совсем не удивительно. Так срабатывает оставшаяся в твоем пользовании система безопасности обычного человека. Тебе придется научиться ее обходить.

Повторяю, её наличие – нормально. Жесткое отключение некоторых параметров этой системы может привести к серьезным и даже летальным последствиям, это я тебе как медик говорю, но вот дурить ее тебе придется не раз. Нельзя отключить ее совсем. Поверь, эта штука очень продуманная и часто действительно спасает людей, причем даже осмысленных…

— Нет, погоди, — стоял на своем Артём. — Ты мне ответь. От себя ответь, не на основе каких-то там знаний: как ты это видишь, нафига им наш мир? Коротко.

Ли́са устало подняла руки и приложила их к своим вискам:

— «На колу мочало – начинай сначала», — тихо произнесла она и, подумав, сказала иначе: — Этот мир уникальный, Тёма. Даже не углубляясь в тонкие планы, не рассматривая интерес к нам извне в связи с концентрацией здесь неких видов энергии, которые интересны «соседям» и о прочих делах, давай возьмем ложь. То есть то, что лежит на верху.

Первая версия ответа на твой вопрос: наш мир, это что-то новое для «соседей». Мы для них грубое, примитивное, странное и до конца непознанное…

— Хорошо, — будучи удовлетворенным этой первой, не самой глубокой версией, не дал Паук девушке продолжить. — А теперь вопрос второй: кто такой Высший? Можешь также коротко и доходчиво?

— Высший? — Понимая, что в этом случае такой первой и простой версии ответа на поставленный вопрос просто не может быть, снова погрузилась в раздумье девушка. — Высший… Я не знаю, как на языке, понятном тебе, можно было бы описать это… явление, или существо. Но я попробую. Наверное, — потянула тонко очерченные брови вверх Змеевец, — это тот, кто очень многое, если не всё и обо всём знает, много умеет и многое может… Здесь, в проявленном мире, он ограничен. Его возможности здесь обусловлены свойствами этого мира.

— Но, подожди, — не сдавался Паук, — в этом мире он – человек?

— Нет, — отрешенно глядя куда-то в огонь, ответила девушка. — Ворон точно не человек.

— Я видел человека…

— Видел, — подхватила ключевое слово Алиса, — видел, слово в прошедшем времени, Артём. Теперь, после «сегодня» ты будешь видеть его иначе. Не так как я, но всё равно, теперь он предстанет перед тобой другим, это точно. Причем, будь готов к тому, — тут же заметила она, — что здесь Олег один, а там…, вне яви, Ворон часто бывает разным.

— Почему так?

Девушка снова вскинула глаза к чистому, утреннему небу:

— Я же… Столько времени пытаюсь тебе всё это …вдолбить. Теперь ты осознанный, Проводник, и станешь «видеть», понимаешь? Выйдешь сегодня из моего обережного круга и…

— А у тебя?

— Что у меня? — Озадачилась девушка.

— Как это было у тебя в первый раз?

Лиса снова опустила взгляд к огню:

— Я очень этого хотела, — тихо призналась она.

— Хотела их видеть?

— Нет. «Видеть» я могла с детства. Насколько я себя помню, всегда меня не то чтобы тянуло, я знала, понимаешь? Знала, что вокруг всё не так, как люди себе это представляют. Замечала что-то особенное и, дурочка, думала, что и все это видят так же, как и я. Оказалось, что нет. …Пришла печалька.

Понимая, что я ошибалась, ушла в себя. Мне было проще, Артём. Я еще в детстве поняла, что «наш мир», оказывается, не совсем и наш. Когда осознаешь простейшее, хотя бы то, что всё живое здесь, как правило, не просто растет и развивается, а …проявляется, мозг пусть и не сразу, но принимает новые правила игры и начинает работать иначе, открывая для тебя другие, необычные возможности.

И ты запомни, Артём. Мы, деревья и животные не приходим в этот мир, мы проявляемся. Проявляемся в уже давно существующем материальном мире. Не нужно плутать в иллюзиях. Он появился совсем не благодаря нам и не для нас. Он был задолго до и, надеюсь, так же долго будет после. Кстати, говорят, что без нас он намного лучше.

— Это тебе «оттуда» сказали? — Догадался Паук.

— А-ха, — подтвердила Алиса. — Я постараюсь коротко и доходчиво, как ты любишь. Общая картина выглядела примерно так: как-то в созданный кем-то и долго существующий явный мир, проявились некие новые существа. Это нормальный процесс. Подобное и до проявления этих нынешних новоселов происходило не раз.

Скажем так, задумавшим и воплотившим всё это Стратегом было решено расширить новичкам или …новым моделям существ физические и творческие возможности. Для этого было серьезно обновлено программное обеспечение и возможности их мозга.

Всё вроде шло нормально. Они стали жить в проявленном мире, быстро развиваться и не несли новой реальности никакого вреда. Во всяком случае, на тот момент хуже от этого вновь заселяемый мир не стал.

Замечу, хоть здесь и начали давать возможность проявляется всякому, эту явь оставили неплохо защищенной от того огромного и грозного, что соседствует с ней. Как видно, — заметила Алиса, — у Стратега были веские причины для того, чтобы обустроить именно таким образом систему безопасности этого проявленного мира. Она не должна была пропускать сюда в материальном, проявленном виде даже таких всемогущих в нашем понимании существ, как «соседи».

Да, как я тебе и говорила, этот мир интересен для них. Что-то новенькое. «Соседи», мягко говоря, существа неглупые. Чувствуя ограничения системы безопасности, они прикинули так и эдак, и через время нащупали лазейки – как можно взаимодействовать даже с такой жестко защищенной системой.

Проявляться для них сюда напрямую очень трудно. Это энергозатратно – проходить здешнюю «систему безопасности». Подобное сделано Стратегом намеренно.

«Соседи» поразмыслили немного и вскоре потихоньку стали входить в коннект с новыми, недавно проявившимися в явном мире существами. Именно с того момента, Артём, вновь проявившиеся существа, населившие явные миры, стали зваться вначале асами, а уж потом человеками и, наконец, людьми.

Система безопасности безукоризненна. Она, конечно не сразу, но быстро распознала, что на установленный здесь порядок так или иначе стали влиять новопроявленные агенты извне. Защиту тут же подкорректировали и усилили. Появилась такая вещь, как эволюция. Для того, чтобы люди поголовно перестали контачить с «Соседями», даже с Домовыми, их, незаметно стали вынуждать тупеть и деградировать.

Я опущу пока историю с подменой старых богов на новых. Об этом ты узнаешь позже. Но одно прими, как факт: тем, кто «сверху» сейчас заправляет здесь проявленной жизнью и смертью, крайне выгодно, чтобы весомая часть человечества была именно тупыми биороботами. Кстати, это только они называют явный мир дебильным. Остальные, к которым относимся ты и я, просто принимают новые правила игры и играют, пока не обучаются выигрывать у новых богов. Но об этом, как я уже сказала, позже.

Так вот, — продолжила Алиса, — осознанные, Проводники… Надеюсь, ты понял, что видеть «соседей» еще совсем не значит транслировать здесь их волю? Это те самые нововведения Системы безопасности. Со временем она становилась всё жестче и в результате теперь в явь с «открытыми глазами» стали приходить далеко не все, а только те, кто был важен для каких-то дел Общей стратегии развития мира.

Грубо говоря, если ты проявился и «видишь», то это происходит не просто так. Ты обязан развиваться и, как следствие, тянуться к открытию для этой реальности новых контактов и возможностей.

Наш мир не закрыт наглухо, хотя, глядя на то, что сейчас происходит моими, открытыми глазами, я бы снова серьезно «обновила антивирус». Думаю, и система понимает его несовершенство, поэтому и проявляет сюда Высших, Хранителей Колована и еще многих и многих других персонажей – Проводников.

— Чтобы регулировать контакты извне? — Высказал догадку Артём.

— Нет, — не согласилась Алиса. — Скорее, для того, чтобы соблюдать тонкий баланс этого мира. Контакты с «Соседями» разрешены, как и раньше. Никто не лишает людей их права – контактировать. Человечество, тупея, само отворачивается от контактов и поступающих через них Знаний.

Когда баланс осведамленности этого мира нарушается, в игру вступают Стражи, Хранители, Высшие – существа, наделенные особыми навыками. Да, они проявлены в этом мире и в обыденной жизни ты не отличишь их от людей. Работают на предприятиях, или как Иван Николаевич, сторожат склады лесного хозяйства…

— Лис, — поднял руку Паук. — Ты снова уехала. Я спрашивал про твой первый контакт.

— Хм, — неведомо чему устало улыбнулась девушка. — Это просто… С детства «видела», понимала, что́ это и очень тянулась к контактам. Так хотела их, что однажды один из тех, кого я видела, ответил мне… Потом, зная, что я контактная, подтянулись и другие, а сейчас… Сейчас я бы хотела, чтобы с некоторыми из них можно было общаться и пореже.

— А как это происходит? — Оживился Артём. — Ты слышишь голос или как?

— Ты сам это очень скоро поймешь, — вздохнув, ответила девушка. — Они не говорят. Не жди таких голосов, как ты привык слышать. Проявление звука – редкость с их стороны. Я же говорила, подобное, это – нарушение границ. И хотя многим из них плевать на любые нарушения, проявление – энергозатратно. Поэтому голоса от них, передаваемые речевым аппаратом и воспринимаемые слуховым – редкость.

«Соседи» чаще транслируют образы с информацией. Это что-то вроде работы радио или даже телека. Мозг ловит этот сигнал, распознает и выдает тебе через «ресивер» фантазии какой-то приемлемый и понятный формат изображения, звука или того и другого. Конечно, как и в электронике имеет место серьезной «потери сигнала». Я имею ввиду то, что передаваемый «соседом» объем образа при трансляции неизбежно теряется и ослабевает, но всё равно, общее понятие о том, кто и что тебе пытается донести, ты получишь.

— А как они выбирают нас?

— А никто никого не выбирает, — пожала плечами Алиса. — Тут нет четкой привязки. Со мной контачат Жнецы, Счетоводы, а кто завяжется с тобой я понятия не имею. Нужно, чтобы ты был просто к этому готов, понимаешь? Надо быть осторожным. Тобой, как и всеми Проводниками, захотят пользоваться. Не продешеви. Советую работать по принципу: «Услуга за услугу».

Артём привычно потянул уголки губ вниз:

— Ну, если делать вывод из всего того, что ты мне рассказала, — заметил он, — становится ясно, что к моему новому зрению просто в принципе нельзя быть готовым. Мой мозг этого еще не знает.

— Ну да, — согласилась Алиса. — Это так.

— Но ведь я, в отличие от тебя, в детстве ничего такого не видел.

— Видел, — не согласилась девушка. — Иначе не оказался бы тут. Просто тебя, как и большинство Проводников с пеленок переубеждали, переубеждали и переубедили. Помнишь, я рассказывала на ферме? «Надо быть нормальным». «Ты должен стать достойным членом общества – трудиться». И так каждый день, каждый час – «будь нормальным!»

Это тоже система безопасности. Мозг всегда прячет очень глубоко то, чем человек не пользуется. Разве не говорила тебе мама в детстве: «Выбрось из головы все эти глупости! Иди на завод, стань директором, учителем, шофером» или кем-то еще?

Паук улыбнулся:

— Я – «компьютерщик». Такого не помню.

— Компьютерщик, — отмахнулась девушка, — еще лучше! — Ты с детства прятался в Систему безопасности через компьютерные игры. Они – иллюзия. Никто из тех, кто там свободен и чемпион, тут не в фаворе. Очень хитрая ловушка, путь через технологии и заумные вещи к локальной тупости.

Когда ты в Лиде попал к нам в реанимацию, — призналась девушка, — я сразу увидела в тебе закрытый, но очень мощный канал. Не сомневайся, ты из наших. И раз проявился, значит, в этом был какой-то высший смысл.

— И ты знаешь какой? — Тут же ухватился за фразу Артём.

— А никто не знает, — теперь уже без поучительных нот в голосе, ответила Лиса и будто прислушалась к чему-то. — Многие и из осознанных Проводников позабыли о нем, даже если в детстве знали. Как тот же дядя, что дважды едва не обнулил тебя. Да, Тёма, он тоже был Проводник. Вот тебе яркий пример того, как нами могут манипулировать извне.

Ты прости, что я постоянно тебя кормлю какими-то нехорошими предостережениями, но схватки и борьба между Магами, то есть – Проводниками, обычное дело. И к ним тоже надо быть готовыми.

Мы чувствуем друг друга и постоянно прощупываем на прочность. Атаки, атаки и атаки. Они идут даже на простых людей, что уж говорить о нас? Порчи, сглазы, поклады… Если в кого-то попал такой «гарпун», из того тянут энергию, их доят, а «гарпунеров» сейчас развелась просто уйма. От этого общий негативный фон проявления нехороших «соседей» постоянно растет. Им, недобрым, с этого хорошо, а вот для оригинального, интересного и… дебильного явного мира, — Лиса улыбнулась, – это дорога в тупик. Жалко будет потерять его из-за низменных прихотей чуждых существ. Закончили. — Тихо, непонятно к чему произнесла вдруг девушка.

— Мы закончили? — Не понял Паук.

— Нет, наши мощные дяди в Привходе смерти закончили. Навели порядок. Можно снимать обережный круг. Что-то он меня сегодня нехило подсосал. Спать хочу. А еще дорога впереди… Тебе, кстати, тоже пора ехать.

— Уже?

— Да, хоть сейчас. — Произнесла Алиса и окружающая их картинка вокруг изменилась. Даже наполнявший утреннюю поляну солнечный свет, как-то резко стал необъяснимо другим. Ярче зазвучало пение птиц, а по верхушкам леса вдруг зашумела листва. Артём поймал себя на мысли, что до сего момента здесь, на Коловане, не было ни единого дуновения ветерка.

— Уже видишь, — глядя на него, довольно закивала Ли́са, — ви-идишь. Иди вниз, по тропинке. Там стоянка для тех, кто приезжает к роднику. Твоя и Игоря машина на ней. Ключи у Валика.

— А с Олегом? — Всполошился Паук. — Попрощаться же…

— Не надо с ним прощаться, — успокоила его девушка. — Нет смысла. Он же в тебя вложился? Ну вот. Теперь он всегда будет с тобой, даже если окажется далеко…