Сделка. / Ведьмак 4. Всевидящий совет / Ведьмак Вессимир Иванович
 
0.00
 
Сделка.

 

Спасть на соломенном топчане была неудобно. В каком-то месте обязательно скапливалась более жесткая ее часть и непременно впивалась в тело. К тому же здесь было холодно, сторожка в лесу была деревянной. Мы все еще были где-то на севере в диких местах и ветер щедро задувал через щели в стенах. Пока горел очаг, убежище можно было даже назвать уютным. Но сейчас под утро дом успевал остыть, а открытый огонь без печки не мог продержаться без присмотра так долго. Мы были тут уже три дня. Проблем с едой не было. Здесь, как и в любом другом схроне чародейки был запас вяленного мяса, а Казимир и Самди настреляли кроликов в окрестных лесах. Я набрал трав, чтобы их можно было сносно приготовить. Здесь рос один из ингредиентов для Ласточки, и я пополнил его запасы. Впрочем, для создания зелья мне все равно не хватало. Я перевернулся на другой бок, поежился. На мое плечо легла рука и машинально схватил ее за запястье и открыл глаза.

— Пойдем наружу, надо поговорить, — сказал Регис шепотом. Вампир как всегда появился незаметно. Я стараясь не шуметь, выбрался наружу. Запахнул поплотнее меховую накидку, которую прихватил еще из прошлого убежища. Ночью на улице было холодно.

— Как ты нас нашел здесь?

— Вампирская магия. Если человек, или в твоём случае, — вампир замешкался.

— Выродок, — помог я ему найти нужное слово.

— Или другой разумный субъект доверяют вампиру, не воспринимают его как врага, и при этом знаком с ним, то вампир может почувствовать их положение в пространстве. Поэтому я смог тебя найти.

— Где ты был все это время?

— Совет запретил мне видится с тобой. Учитывая то чем, вы занимаетесь это было весьма логично. У нас есть правила, которые я не могу нарушать.

— Что изменилось сейчас?

— Подожди. Давай обсудим это позже. У меня есть новости для всех вас. Но сначала ты должен сказать Самди, что если он нападет на меня, то ты встанешь на мою сторону.

— Да, я скажу ему, что ты за нас, хоть и вампир.

— Нет, Геральт, боюсь ты не совсем понимаешь. Дело в том, что это я погрузил его в магический сон на тридцать лет.

— Ты? А убил его дочь тоже ты?

— Нет. Но он этого не знает и возможно винит меня. Ее убил Малекит, один из действующих челнов совета. Самди был очень заносчив и отказывался сотрудничать с нами. Все это разозлило совет, и мы отправились поговорить с ним. Надавить на него. Я тогда уже не состоял в совете, но все еще активно помогал им. Нас было трое плюс охрана из людей и два посредственных мага. Мы не думали, что он решится сопротивляться. Но он решился, и он чертовски опасен. Отсек Малекиту руку своим золотым мечом. После такого даже вампирская регенерация ему не помогла. Он отрастил себе новую руку, но пальцы не слушаются его до сих пор. Тогда я понял, что ситуация накалилась и выключил Самди. Очень сильная и специфичная магия — Сон вампира. Если бы мы тронули его хоть пальцем, заклинание бы тут же спало. Нанести ему вред почти невозможно. Но нейтрализовать — пожалуйста. Чрезвычайно полезная штука против нескольких соперников. Но мой коллега, потерявший руку был в ярости. Трогать хозяина леса мы ему запретили, и он убил его семью. Я был против этого.

— Вот черт. То есть тебе он хочет отомстить больше чем кому-либо.

— Вероятно. Но Самди очень хитер и рассудителен. Его гнев всегда наигран. Он очень точно взвешивает свои поступки. Если ты скажешь, что ты за меня, он не рискнет напасть. Потому что на твоей стороне будет Йенифер. Так это выглядит со стороны. Ведь у нее не было проблем с советом, а у тебя были. И она ввязалась во все это потратила кучу золота, и еще больше теперь дают за ее голову. Кажется, что она очень предана тебе. Я думаю, что это не так. И чуть позже постараюсь тебе это доказать. Но Самди об этом не знает. А против сразу троих — меня тебя и чародейки ему драться не выгодно. Поэтому ты должен разбудить его и сказать ему об этом. А потом уже мы представим меня. Вот увидишь он расчётливый сукин сын, при таких картах он не станет нападать на меня.

Я, чувствуя себе безмерно глупо, разбудил всех и предупредил Самди, что если он нападет на Региса, то я буду сражаться на стороне вампира. Хозяин леса воспринял сообщение абсолютно без эмоционально и теперь мы все сидели в доме вокруг разгорающегося огня. Стол в деревянной сторожке не помещался.

— Итак у меня есть хорошие, как мне кажется, новости. Совет готов снять награды за ваши головы. — все заметно оживились.

— И с чего такое милосердие? — спросила Йенифер.

— Причин много. Как я полагаю вам известно в Повисе была предпринята попытка государственного переворота. Ковир решительно поддержал роялистов и ввел свои войска не территорию соседа и союзника. В итоге все выступления были подавлены и серьезно кровопролития удалось избежать. Но ситуация была существенно дестабилизирована. В тоже время Радовид провел масштабные военные учения внутри странны и стянул к северным границам почти двести тысяч пехоты и конников. Это позиционировалось как отработка возможностей сосредоточения крупных сил. Но угроза была недвусмысленная. Ранее он не мог себе позволить подобного, так как на юге оставался могущественный Нильфгаард и ему нужна была сила, чтобы уравновешивать его. Но сейчас у черных практически нет единого правления. Бывшая правящая партия понесла тяжелые потери, а ее конкуренты пока тоже не способны занять лидирующие позиции. Да к тому же и отношения южан с Ганзой тоже накалились. В итоге Радовид мог не опасаться удара в спину с южного направления и поэтому позволил себе угрожать северному соседу. Его послы в Ковире попросили ряд незначительных, но дорогостоящих торговых уступок. Много сил было стянут к Повису, и северянам пришлось на это пойти. Затем Реданцы попросили еще. А потом еще. Пока у границы не появится сила способная уравновесить орду Радовида они продолжат пить кровь богатого соседа. И в этой ситуации более полумиллиона средств, замороженных на счету в качестве награды за ваши головы, были бы очень кстати, чтобы нанять наемников и закрыть образовавшиеся бреши и стабилизировать ситуацию.

— Награду нельзя отменить — сказа Казимир. — В этом ее основная суть. Ты замораживаешь указанную сумму, и она уже не твоя. Она принадлежит тому, кто сможет убить цель. В этом суть этого механизма.

— Все так. — подтвердил Регис. — Но совет сможет обойти эти формальные ограничения.

— Что с Филипой? Она жива? — спросил я.

— Я не могу отвечать на этот вопрос. — сказал вампир. — Я скован правилами.

— Каковы условия? — спросила Йенифер. — Им ведь не нужно наше разрешение, чтобы убрать награду.

— Вы прекращаете свою охоту и обещаете не предпринимать враждебных действий в отношении совета. Они снимают награду и отказываются от любых претензий или мести в отношении всех вас.

— Им просто нужна передышка. — ответила чародейка. — Они перебьют нас по одному позже.

— А вот тут вступлю в игру я. Дело в том, что я предусмотрел вам гарантии.

— Ты переоцениваешь себя, Регис. — чародейка была раздражена, ей окончание военных действий явно не улыбалось.

— Что, ты, я подыскал кого-то более весомого. Гарантом соблюдения договора согласился выступить Три Галки, Золотой Дракон.

— То есть мы обязаны согласиться? — спросил Самди.

— Нет. Ему это не нужно и неинтересно. Вы вольны принять любое решение. Дракон согласился помочь потому, что я попросил его сделать это для Геральта. Когда-то давно ведьмак помог тому сохранить последнюю кладку своих детей. Он не забыл этого и хочет отплатить добром. Разумеется, это будет обоюдоострый меч. Он вынужден будет покарать любое сторону нарушившую договор, я думаю не надо пояснять сколь опасен может быть золотой дракон в разряде врага. Как минимум Самди обязан подчиняться ему во всем, такова иерархия созданий леса. И он легко отправит своего цепного пса по следу.

— А если мы не согласимся? — спросила Йенифер.

— Тогда я зря проделал этот путь. И тем более зря побеспокоил Три Галки. Но я надеюсь на ваше благоразумие. Моей целью было помочь Геральту выпутаться из сложившейся ситуации. Его охота была крайне успешной и это позволило мне выторговать хорошие условия для мира. Все прошло примерно, как я и предполагал.

— Мне кажется, что мы побеждаем. И поэтому совет прислал его, чтобы спастись. — ехидно сказала Йенифер.

— За мою голову нет награды. — сказал Самди. Это правда он не считается существующим, поэтому награду за него не назначили. — Но если прямого приказа для меня прекратить охоту от Три Галки нет, то я не остановлюсь никогда. — Казимир и Роше с тревогой перевели взгляд не меня.

— Я принимаю условия. Какие могут быть вопросы. — воины облегчённо выдохнули.

— Что? Геральт, ты не можешь просто сдаться. — чародейка уставилась на меня.

— Как по мне это вполне себе победа. Какие у нас варианты? Нас ищет каждая собака. Мы не можем появиться нигде. Да мы можем прятаться по лесам еще долго, но какой в этом смысл? У них есть проблемы, но, если мы не пойдем на сделку, для нас это ничего не изменит. Да, Радовид выторгует себе что-нибудь еще. Нам от этого не легче. Тем более у меня нет проблем с вампирами. Я просто хотел выжить. Если они не хотят меня убить, то все, я порядке.

— Я с Геральтом. — кратко подытожил Казимир.

— Я тоже за. — добавил Роше.

— Черт возьми, ведьмак! Ты забыл, что они сделали? К чему тебя подтолкнули и к чему это привело? Из-за них погибла Трисс. — магичка решила давить на больные места.

— Ээээ, нет. Во-первых, Эскель и Трисс погибли из-за моих тупых решений. Мне не нужно было убивать премьера. Но я сделал это. И, наверное, сделал бы снова, будь у меня выбор. Но это был мой выбор и моя ответственность. Хотя нет — наша ответственность, Йен. То, что совет воспользовался моим желанием в своих интересах не отменяет того, что я хотел его убить. А во-вторых, ты сама рассказала мне, что Трисс жива. И если это не очередная ложь, то я бы скорее сосредоточился на том, как достать чертову статуэтку из Нильфгаарда, чем гонялся бы за вампирами.

— Роше? Тебе плачу я, а не он. — чародейка перевела взгляд на шпиона.

— Тех денег, что я заработал за первых двух вампиров мне хватит до конца жизни. Тем более, когда доля Мастера отойдет мне. Если есть возможность выйти из игры за нее нужно хвататься обеими руками.

— Казимир? Ты наемник?

— Я помогал другу. В такое дело я бы не ввязался ни за какие деньги — коммерчески нецелесообразно. Мне и так уже пришел прямой приказ из гильдии сдать вас им. И я его не выполнил. Как я буду разгребать это после, это еще вопрос.

— Геральт? Ты хочешь бросить меня одну?

— Нет. Я хочу, чтобы ты тоже была в договоре.

— И все что мы делали было зря? Все деньги потрачены в пустую?

— Я останусь жив. Для меня это немаловажно. — ответил я сухо.

— Я не стану участвовать в договоре. — на высокой ноте заявила Йенифер. Ее мечты о триумфе в борьбе с советом стремительно рушились.

— Вот, Геральт. — наставительно произнес Регис. — Как видишь ее мотивация в данном случае была глубоко эгоистична. Помочь тебе было вовсе не главным, скорее это был очередной шанс использовать тебя.

— Это ложь. Я никогда не бросила бы Геральта. Я хотела его защитить. Но я сразу не скрывала, что хочу уничтожить совет, помимо этого.

— Итого, уйдут лишь трое? — подытожил Регис.

— Да. — ответил за всех я.

— Хорошо. Я предупрежу их о том, что вы согласны на встречу.

— Йен, одумайся. — я не оставлял попыток переубедить чародейку. — Что ты собираешься делать дальше?

— Что-нибудь придумаю. — огрызнулась она.

— Я думаю здесь оставаться вам будет неуютно, ввиду, скажем так, напряженной атмосферы. — дипломатично произнес вампир. — Вы можете дождаться переговоров у меня, я открою необходимый портал.

— Это безопасно? — уточнил я. — Пока что награда еще в силе.

— Я высший вампир, моя резиденция достаточно уединённое место. Разумеется, лучше соблюдать меры предосторожности. Носить капюшоны и не афишировать ваше присутствие.

Я Роше и Казимир гостили в одном из домов Региса. Я не был здесь прежде и на вскидку даже не смог определить где мы. На мой вопрос вампир отшутился, считая, что незнание только избавит меня от лишних проблем. Вокруг раскинулся просторный, тенистый сад. А приближаться к ограде хозяин поместья нам настоятельно не рекомендовал. Он связывался с советом и драконом используя мегаскоп. Местом переговоров мы выбрали этот дом — как нейтральную территорию. Мы были здесь уже трое суток, а до назначенного времени прихода важных гостей оставался еще один день. Расписание у правящих миром было загруженное. Я слонялся по замку — а по-другому скромный дом вампира на пол сотни комнат не назовешь — без цели. В те моменты, когда Регис появлялся в усадьбе я надоедал ему разговорами.

— Это не может быть ловушкой?

— Почти наверняка нет. Три Галки будет здесь, и я уверен, что он не может быть в сговоре с советом. А в присутствии его не думаю, что они осмелятся на враждебные действия. По тем же причинам они согласились на встречу. Это не может быть ловушкой с вашей стороны, опять же из-за дракона.

— Что будет с Йенифер?

— В каком смысле?

— Они оставят награду за нее?

— Не знаю. Условия договора вам предстоит выбрать. Я всего лишь посредник, у меня не будет права голоса в обсуждении.

— Я не могу просто бросить ее. Так бросить, понимаешь меня?

— Нет, не понимаю. Она взрослая девочка. Ей предложили разумный выход, она от него отказалась. Если ты попытаешься выгораживать ее, можешь навредить себе.

— Что ты имеешь ввиду?

— Я вижу, что ты попытаешься включить ее в договор, судя по тому, что ты ходишь в разговорах вокруг да около этого. Несмотря на то, что ее там не будет. Но у тебя нет никаких гарантий, что она будет соблюдать условия. Строго говоря Йенифер и не обязана, учитывая, что ты пытаешься заключить соглашения против ее воли и без ее ведома. И тогда ты можешь попасть под гнев дракона. Все будет зависеть от формулировок и условий. Так что будь аккуратнее.

— А ты думаешь они могут пойти на это? У меня есть шанс вытащить Йенифер?

— Да, это, весьма вероятно. Совету нужны деньги, они предпочтут вытащить как можно больше замороженных активов. Да и в целом ваша охота была удачной. Если кто-то из вас останется под ударом это может мотивировать продолжить ее. В совете этого не хотят.

— Это хорошо.

— Нет это плохо. Ты опять можешь нажить себе неприятности из-за чародейки. Я бы предпочел, чтобы вы обговорили простую сделку только для себя. Настолько прозрачно насколько возможно. И не говорить о Йенифер из Венгеберга. Совсем не говорить.

— Я не могу так.

— Хорошо хоть тебе хватило яиц уйти оттуда без нее. Я много раз тебе говорил, что ты заблуждаешься на ее счет. Она никогда не воспринимала тебя как равного себе и относилась соответствующе. Не знаю почему для тебя это неочевидно. Ты встречал множество вариантов достойнее.

— Ладно, Регис, я уж как-нибудь разберусь. Сам разберусь.

— Конечно. Здесь у меня нет права голоса, как и на предстоящем торге. Но я могу давать тебе советы. Что и делаю на протяжение уже многих лет. И еще Геральт. Когда прибудут гости, было бы гораздо удобнее, чтобы в разговоре не участвовали твои друзья. Я думаю твоего представительства будет достаточно. Присутствие дхойне может оскорбить дракона.

— Хорошо. — легко согласился я. У меня был свой интерес, боюсь мои спутники тоже не будут в восторге от моего благородного порыва выторговать помилование для Йенифер. Учитывая, что на кону могут стоять их жизни, их сложно винить.

Встреча прошла быстро и без осложнений. Совет представлял всего один вампир. Дракон появился в своем человеческом обличье и на слова был скуп. Мы обсуждали условия минут двадцать и быстро пришли к соглашению. Между нами будет объявлено трёхмесячное перемирие. За это время чародейка должна примкнуть к договору, я должен постараться ее убедить. Награды будут отозваны. Самди не является частью данного договора. Три Галки обещал донести сказанное до чародейки. Как именно он сможет связаться с ней, не смотря на то, что у нее нет при себе мегаскопа, он не уточнял. Вероятно, использует своего пса — Самди. Регис достал много хорошего вина из подвалов. Его слуги молчаливо накрывали на стол. Они конечно могли сдать нас кому-нибудь, но пока мы гостили здесь, им также было запрещено покидать усадьбу. А наверняка у Региса были какие-то магические способы проконтролировать выполнения своих приказов. Нам все равно предстояло провести здесь вместе еще две недели. Награда была снята, но новости об этом должны разойтись по миру. От того, что за снятие наших голов кто-то неудачливый и предприимчивый ничего не получит, нам будет не легче. Слухи расходятся быстро, но все же не мгновенно. Тем более спешить нам было некуда, а напротив, повод отпраздновать имелся. Регис рассказал нам, что краснолюдов Ярпена Зигрина из Каэр-Морхена выгнали, и сейчас там засела вооруженная банда в надежде на наше появление. Хотя новости об отмене награды вероятно позволят вернуть замок без боя. Хотя кто знает — вдруг им там понравилось. Роше собирался вернуться к деятельности союза ветеранов Темерии. Теперь он мог помочь землякам не только поиском работы наемников, но и материально. Я обещал Казимиру отправиться с ним в гильдию. Формально он ослушался прямого приказа и теперь ему грозило преследование со стороны наемных убийц. В этой организации ревностно относились к соблюдению субординации. Регис обещал помочь и отправиться с нами. Так что за товарища я мог быть спокоен. Положение в гильдии мы вряд ли ему вернем, но полагаю и от претензий к нему они откажутся, в такой-то компании. Сам он больше переживал за свой дом. Лишившись поддержки гильдии и побыв в марках вне закона, он полагал, что в нем похозяйничают мародеры. Тем более было неясно, можно ли ему официально вернуться в страну. Ради нападения на группу, когда они с Филипой скрывались там, против него было сфабриковано обвинение. Теперь правительству он был не нужен, но вероятно он оставался преступником. Но все эти проблемы были потом, а пока мы предавались греху чревоугодия вкупе с легкой стадией алкоголизма.

— Регис, а что ты думаешь — я вальяжно развалился в кресле у богатого стола. Вино размягчало тело и разум. — У кого в этом мире больше власти? У короля Радовида или у могущественной чародейки?

— У конкретной чародейки? — усмехнулся вампир.

— Спорили об этом мы с ней, это да. Но вопрос вообще. Ты же долгое время был в совете, и всю свою жизнь в роли серого кардинала, чувствовал ли ты, что у тебя больше власти чем у короля?

— Этот вопрос можно обобщить. Им задавались многие авторы, и это вопрос о роли одного человека в истории. Может ли один человек что-то изменить в целом мире? Что такое власть — власть — это возможность совершать какие-то действия исходя из собственной прихоти, а не в силу объективной необходимости. Обладают ли ей короли? Потому что послать армию на войну — это большая власть. Одним приказом сломать сотни судеб. Но многие ли короли могли подобное сделать? Как правило перед тем, как отдать приказ, который приведет в движения армии, которые уже сожгут поля и деревни, изменив течение истории в конкретном месте, появляются объективные предпосылке к этому. И король или император всего лишь озвучивает их. Если же он этого не сделает, то система его сомнет. И на его место придет тот, кто сделает. И наоборот если он сделает это не вовремя, то его опять же сожрет его ближайшее окружение. Это очень хорошо видно на примере Керис Ан Крайт. Она правит островами уже многие годы. Но реально она почти ничего не может. Богатые и знатные феодалы Скеллиге определяют все ее решения исходя из ситуации. Причем они тоже разобщены и поэтому могут оказать реальное давление на королеву только когда к каким-то действиям есть объективная необходимость. Чародеи же, находясь в тени занимаются тем, что создают эти самые исторические предпосылки, которые определяют ход событий.

— То есть по твоей логике вся власть у тех, кто стоит в тени?

— Увы с этим согласится я тоже не смогу. Жизнь сложна и многогранна. И предположить наверняка как отзовутся наши действия мы не можем. В тоже время, это ведь просто слова, о том, что король не может по своей прихоти к примеру, развязать войну. Взять к примеру, Радовида. Очевидно, что сейчас не было объективных предпосылок к войне с севером. Редания к этому была не готова. Но скажем так, откажись вы от мира с советом? И это могло бы привести к тому, что у Ковира не было бы сдерживающего фактора на границах. А тогда конфликт мог разгореться. Или еще проще. Если Радовид запросил бы неподъемные требования, уступки во много раз более тех, что он выторговал. Северяне бы их отвергли. И что тогда? Если бы он приказал двумстам тысячам воинов перейти границу? Мы никогда не узнаем, чтобы произошло. Может быть они бы двинулись и мир бы погрузился во мрак. Потому что за этим последовало бы вмешательства Нильфгаарда и новая война на юге, так как границы были беззащитны. Погибли бы десятки, а то и сотни тысяч. Получилась бы демографическая яма, которая потребовала несколько поколений на восстановления. А может армия бы не тронулась с места. Командиры бы бастовали. И очередной заговор в Редании добрался бы до головы короля. Никто этого не знает. В Редании сложилась сложная ситуация. С одной стороны, постоянные репрессии и сумасбродство короля в отношении нелюдей порождает недовольство. И чем больше во власти умных и талантливы людей, тем оно крепче. Радовид на уровне инстинктов чувствует это и вычищает таких людей. Но тогда всеми аспектами государственности начинают руководить посредственности и все летит в пропасть. И ему приходится снова искать и возвышать людей умных и талантливых. Такое вот колесо сансары. Иногда это одни и те же люди, как например было с Дийкстрой. И судя по тому, что система остаётся стабильной, то пока королю удается поддерживать баланс. Люди боятся за себя и свои семьи сильнее, чем хотят справедливости. И получается, что власти у Радовида уже больше. Потому что ни мы, ни чародейки не смогли бы создать предпосылки для полномасштабного конфликта между Реданией и Ковиром. Потому что силы сравнимы. Редания выиграет затяжной конфликт в силу своих размеров, но это приведет к катастрофическим последствиям и для нее. А Радовид сделав пару неловких, жадных политических движений мог этого добиться. По крайне мере имел бы шанс на подобное. А есть ведь еще пример Эмгыра. Император, пожалуй, что мог позволить себе что угодно, на пике своей карьеры. Личная харизма тоже имеет свой вес, и ее очень сложно образмерить в любом планировании. С другой стороны, как только он сделал что-то своевольное — помог Цирилле, отправив войска на Скеллиге, сражаться против всадников дикой охоты, это сразу привело его к гибели. Лишившись поддержки гвардейских частей и их семей, которые не видели смысла в смертях в этой битве, он открыл дорогу оппозиции. Заговор не заставил себя ждать. Итого все его годы правления позволили ему сделать всего лишь один исторический шаг, по своей прихоти. Но все же он этот шаг сделал.

— Итого власти нет не у тех не у других?

— Грубый вывод. Слишком сильное обобщение. Она есть и те и у других. Некоторая.

— А какой тогда смысл? Зачем был создан совет? Ложа чародеек? Капитул магов нильфгаарда?

— В этой жизни смысла вообще не очень много, Геральт. Поэтому я и ушел из совета.

— Но ведь когда-то ты верил в него?

— А я и сейчас верю. У самого просто уже нет сил на подобное. Но нельзя сказать, что мы ничего не добились. Были и ошибки куда без них. Но я верю, что мы делали мир лучше. Посмотри на маленькие северные страны Повис и Ковир. И насколько сильно им удалось обогнать в развитии ту же Реданию, бывшую Темерию и Каэдвен? Уровень жизни не сравним. Уровень культуры простых людей. Простой момент — в Редании семья где родители не бьют своих детей редкость. Это часть воспитания, часть культурного слоя, это не обязательно значит, что их не любят. А в Ковире наоборот. В большинстве семей не будет телесных наказаний — противоположное редкость. И это наша победа, то ради чего, в конечном счете существовал совет.

— Мне следует стыдится, что я убивал таких замечательных товарищей?

— Чего ему следует стыдится каждый решает сам. Но я тоже позволил себе маленькую историческую прихоть. Постараться помочь тебе выжить. К этому не было объективных предпосылок.

Две недели пролетели быстро и нам снова предстояло возвращаться в свет. Мы тепло распрощались с Роше и отправились в представительство гильдии убийц. Регис проявил вовлеченность в наши проблемы и отправился с нами. Я слегка опасался, что это может быть ловушкой, когда Казимир договорился о встрече со своими боссами. Но нападать на меня и вампира никто не собирался. Более того те, с кем мы имели дело судя по всему понимали кто такой Регис. Его веса вполне хватило, чтобы представители гильдии не захотели эскалировать конфликт и все претензии с Каза были сняты. Конечно он потерял свое довольно высокое положение, но был рад выйти сухим из воды. На этом нам с ним также пришлось расстаться — он собирался отправиться в Марки, чтобы разобраться в ситуации со своим домом. Очень могло статься что в результате того ажиотажа его объявляли вне закона и реквизировали дом в пользу государства, и кто-то наверняка погрел на этом руки. В любом случае он хотел побывать там лично, подергать старые связи и поискать пути решить ситуацию в свою пользу. Этот дом был его на протяжении десятков лет, в него было вложено много душевных сил и материальных средств. Вампир тоже покинул меня, но в отличие от Казимира, как и всегда не удосужился поделится планами на будущее. Я же планировал отправится к Лютику. Несмотря на то, что награда за голову была снята, свободы путешествие по миру у меня по-прежнему не было. Нильфгаард все еще хотел мою голову. К счастью у них не было свободных ста тысяч, чтобы запустить процедуру охоты за этой самой головой. Но ни у себя дома, ни в союзных королевствах, на вроде Тусента из-за их нелюбви, мне были не рады. Поэтому по сути идти мне было особо не куда, жить мне тоже было негде. Конечно меня сложно приравнять к бездомному, так как мои накопления не только позволяли арендовать, но, пожалуй, что и купить любое приглянувшееся жилье. Но скитаться по гостиницам не хотелось. Нужно было также навестить Ламберта в Брокилоне. Теперь, когда у меня под рукой не было чародейки сделать это стало не так-то просто — теперь расстояния снова стали фактором, с которым приходилось считаться. Резиденция Региса оказалась где-то под Оксенфуртом. Поэтому мы встретились с представителями гильдии в самом городе, известном своим университетом. Здесь же наши пути и разошлись. И я отправился в гильдию магов чтобы связаться с волшебным лесом посредствам мегаскопа, к счастью дриады не пренебрегали этим достижением науки и техники. Здесь, в Редании, я тоже был в не закона, по причине своего происхождения и отличия от человека. Но это скажем так было пренебрежимо. Если не афишировать свою природу, то в глаза она не бросалась, да и стража предпочтет взять небольшую мзду, нежели проверять свои мастерство и удачу в бою с мутантом. Поэтому я мог позволить себе открыто заявиться в местный университет и отправится в башню магов, где в том числе оказывали коммерческие услуги. Я заплатил требуемую сумму и попросил связать меня с Брокилоном. На моем имя был еще один предоплаченный запрос, но его я пока отложил. Молодая дриада, хотя здесь внешность легко могла быть обманчивой, покривила нос, официально заявила мне что я больше не являюсь другом леса и на помощь и покровительство дриад больше рассчитывать не могу. Как будто в прошлый раз я этого не понял. Но после Ламберта все-таки позвала. Поговорить наедине мы не могли, так как с обоих сторон у мегаскопов должны были присутствовать магини, чтобы поддерживать связь. Но и особых секретов у меня не было, я всего лишь немного волновался за друга.

— Ты как?

— В норме. — пришел он действительно сам и передвигался уже с виду абсолютно нормально. — Еще две три недели и буду как новенький. Ты сам бывал в этом месте и знаешь, как быстро оно ставит на ноги.

— Рад слышать. Ты знаешь, что награды больше нет?

— Да. Здесь многих это огорчило. Они правда старались вылечить меня, чтобы поскорее выпустить отсюда и меня бы побыстрее убили.

— Жаль их разочаровывать.

— Ну что ж нам урок на будущее. Лучше проверять информацию о ситуации предоставленную Геральтом. Получается, если бы мы сразу просто убили бруксу в приюте, то ничего бы этого не было.

— Да. Но кто мог знать, как там все устроено.

— До этого ты несколько месяцев охотился на одного высшего вампира в компании другого высшего вампира. И при этом мимоходом встречался с самым высшим вампиром. Я думал ты разбираешься в вопросе. Ладно мы сделали ошибку и влипли в историю. Но мы из нее выпутались, значит и говорить здесь не о чем.

— Пусть так.

— Теперь мы можем заняться нашими настоящими врагами.

— Настоящими врагами?

— Нильфами. Теми, кто убил Эскеля и детей. Мы же этого так не оставим? Ты обещал мне, Геральт.

— Тебе надо поправляться, Ламб.

— Не уходи от ответа. Это вопрос нескольких недель.

— И как ты собираешься перейти границу? Я напомню тебе, что больше на нашей стороне нет чародеек.

— Придумаем что-нибудь. Империя огромна, ее граница очень крупное сито.

— До столицы нам добираться месяцы. Нас поймают. И что мы станем делать там? У обоих оставшихся в живых полно охраны. — я старался избегать имен, разговор уходил из плоскости беспокойства о здоровье друга.

— Я не говорю, что это просто, но мы обязаны отплатить за кровь Эскеля. Что-нибудь наверняка можно придумать. И я сделаю это с тобой или без тебя.

— Не горячись. Сначала ты должен правильно восстановиться. А потом мы все обсудим. Я не брошу тебе одного. Встретимся, когда твон лечение будет окончено и ты сможешь покинуть Брокилон.

— Ладно увидимся в Каэр-Морхене. Не вздумай водить меня за нос, ведьмак.

— Да, конечно. Только не в замке.

— Что? Почему?

— Мы потеряли замок. Сейчас там обосновалась банда, которая ждала, что мы вернемся туда. Чтобы попытаться убить нас ради награды. Охрана сбежала, так как нападавших было намного больше.

— И вам не кажется, что это как раз весомый повод отправится туда?

— Да. Но лучше не много позже. Когда вести об отмене награды дойдут до них, они скорее всего покинут замок. По крайней мере большинство из них — замок довольно удобное место, они могут попытаться продолжить использовать его.

— Черт возьми. С каких пор мы боимся шайки бандитов?

— С тех пор как нас осталось трое. А может уже с тех пор как четверо. Встретимся с Казом в городе, когда ты будешь на ногах. Возьмем с собой низушников Ярпена — они нам должны. И тогда наведаемся в замок. А уже после подумаем, что делать дальше.

— Прекрасный план — едко согласился Ламберт.

— Разумный план. — отрезал я. — Все что оставалось ценного в Каэр-Морхене оттуда уже украли, пользуясь случаям. Так что спешить нам не куда. — свои наиболее ценные вещи я к счастью забрал с собой — мечи были нужны для охоты, я снабжал ими своих компаньонов. Кое-что из того я забрал с винодельни в Корво-Бьянко все еще оставалось в замке, но с этими потерями я смирился.

— Хорошо я все понял. Без меня вы ничего не можете. Как только выберусь отсюда, начнем решать проблемы.

— Все так. — легко согласился я. Главное, чтобы он не начал делать глупостей, как то сбегать от дриад, в одиночку штурмовать замок и потом тайно пересекать границы Нильфгаарда. Я закончил разговор с волшебным лесом и попросил связать меня с адресатом в запросе. В таких случаях если запрос поступает от обычного человека, то он также содержит даты и время, когда он будет на связи в другом отделении гильдии. Здесь же таких ограничений не было, значит желающий поговорить со мной сам мог пользоваться мегаскопом. Мне пришлось подождать недолго, около получаса. Я ожидал что это будет Йенифер, но в мерцающем окне магического прибора показалась другая незнакомая мне прежде чародейка. Судя по мантии, она была из черных.

— Ну здравствуй, Геральт. — вероятно заочно мы были знакомы так как тон ее был неприязненным. — Меня зовут Алисанна. Я глава капитула гильдии магов Нильфгаарда. — вот же черт. Представляю лицо Ламберта, если бы он узнал, с кем я буду разговаривать сразу после него. Одна из двоих оставшихся ключевых фигур партии премьера. Та, кто стоит за нападением на Каэр-Морхен. — Не могу сказать, что мне приятно познакомиться.

— Но мы говорим по твоей инициативе. Чего ты хочешь? — я тоже был от нее не в восторге. Но как учил Регис, надо взрослеть и брать верх над эмоциями. Надо выслушать ее.

— Ты же знаешь о том, что стало с госпожой Меригольд, верно? — я насторожился. — Этот проект, под руководством Йенифер, был проектом капитула. Интересное исследование, дало множество новых, революционных результатов. Но тебя полагаю заботят практические результаты? Так вот статуэтка, содержащая в себе душу чародейки, находится здесь в гильдии магов Нильфгаарда. У меня.

— Что ты хочешь в замен?

— Нет, сначала я хочу рассказать, что я могу сделать. Она уже осознает себя. Внутри. Так как будто она сидит запертой в нескольких небольших комнатах. Она может читать книги, заниматься рукоделием. Там есть окна, и снаружи всегда светит солнце. Но выбраться сквозь них не возможно. Ее никогда не беспокоит голод или жажда. Тоскливая участь, но все же ничего ужасного. Как ты понимаешь у чародейки из вне есть куда больше власти над этим маленьким несуществующим пространством. Я могу наслать на нее любые кошмары, причинить любые страдания. У нее нет тела, чтобы испытывать боль. Но полагаю, что осознание боли будет более чем реальным. Это будет интересным экспериментом. И поверь, я с радостью сделаю это, с той которая убила мою лучшую ученицу, при покушении на премьера. Ей было всего двадцать семь, реальных человеческих лет. Она была так талантлива, она могла стать новой Филипой или Вильгефорцем. Но теперь она мертва.

— Перейдем к делу. Чего ты хочешь от меня? — упрямо и спокойно повторил я.

— А ты не боишься, что я ничего не хочу? Что я просто хотела, чтобы ты знал, что ждет Трисс?

— Боюсь. — честно ответил я.

— К счастью для тебя, это не так. Мучить кого-то, это ниже достоинства великого мага. Поэтому я предложу тебе простую сделку. Раз уж у меня оказался этот предмет, я тоже должна что-то с этого получить. Ты дружен с Хозяином леса, Самди. Значит ты знаешь, как к нему подобраться. У него есть некий предмет — маска третьего солнцестояния. Я хотела бы заполучить этот артефакт. Я обменяю на него так нужную тебе статуэтку. Мое слово твердо, я думаю любая из твоих знакомых чародеек или даже вампиров может подтвердить это. Я могла бы шантажировать тебя сколь угодно и после. Но это низко и опасно. Рано или поздно ты отчаявшись обернёшься против меня. Поэтому я даю тебе слово, один предмет за другой. Мне не важно, как ты его получишь. Выторгуешь, выпросишь или убьешь Самди, если он подпустит тебя слишком близко.

— Выбор у меня не большой.

— Умный мальчик.

— А тебя не беспокоит, что нас слышали. — я указал я на магичку Оксенфурта.

— Самди лишь миф. Она не знает кто он. К тому же наверняка знает, кто такая я и не станет вмешиваться в такие интриги. — молодая волшебница стояла, молча не выказывая никаких эмоций. Как будто мы говорили не о ней. Волшебница резко оборвала связь.

— Курва, — ругнулся я в слух. Посидел несколько секунд приводя мысли в порядок и вышел за дверь. Там меня пропустили, расступаясь десяток охранников. Услышав мой намек на то, чтобы убрать свидетеля, она не заметно призвала стражников. Навряд ли они бы ей помогли. Где найти Самди я понятия не имел. А тем более как забрать у него артефакт. Не похоже на то, чтобы мы были сильно дружны. Надо будет поговорить об этом с Йен. Она же должна знать в какой позиции Трисс и как к ней относится Алисанна. А значит у нее должен быть какой-то план на этот счет. Они очень близки, несмотря на некоторые разногласия и одна чародейка не бросит вторую в беде. Но где сейчас Йенифер я тоже понятия не имел. А мегаскоп прибор довольно громоздкий, поэтому чаще всего путешествовать она вынуждена без него. Тем более он должен быть активен, чтобы принять сигнал. Другими словами, связаться с ней сразу я также не мог. Поэтому пока что продолжил свой путь к Лютику. Я не люблю бездействие, но в данном случае решительно не знал, что еще я мог предпринять. А значит нужно находится в самом ожидаемом для себя месте, чтобы хотя бы меня могли найти. Можно было конечно подумать о том, чтобы добраться до волшебницы самому. Но как я вполне искренне говорил Ламберту, шансы на успех были крайне малы. Тем более я не знал, где найти фигурку. Убить чародейку проще, чем что-то у нее выведать. А также не стоит исключать возможность того, что Алисанна врет. Я не знаю какими свойствами обладает артефакт хранящий душу Трисс и правда ли то, что она хоть как-то осознает себя внутри.

Я проснулся от того, что кто-то легонько толкнул меня в плечо. Во рту было сухо. Я спал наверху какого-то трактира. Бессилие и бездействие раздражали безмерно, и я обещал себе держаться и не перебирать с алкоголем. В итоге мне удалось поставить себе моральный запрет на вино, и я перебрал легкого пива осушив бессчётное количество кружек. С собой у меня хватало ценных вещей, но обычно медальон служил чутким сторожем, предупреждая меня о незаконных проникновениях, исключения составляли высшие вампиры. Я оглянулся. Догадка оказалась логически верной, но это оказался не Регис. Его коллега, Антонополис, тот кто представлял совет во время заключения договора, поэтому я его узнал.

— Все-таки надумали меня убить? — спросил я.

— Нет— усмехнулся ночной гость. — Ссориться с золотым драконом пока желающих не нашлось. Тем более его цепной пес давно просит хозяина команды разорвать нас.

— Тогда дай, воды, а то ненароком нарушишь условия договора. — вампир протянул мне кувшин со столика, и я жадно начал пить в кровати. Мой организм, истрёпанный интоксикациями алкоголь, тоже переносил со скрипом. — Что тебе нужно?

— Хочу предложить тебе работу.

— Заказ на накеров?

— Дичь будет чуть крупнее. Строго говоря, по вашим правилам, вы не в праве брать заказы на разумных существ. Но твой опыт взаимодействия с советом в прошлом, говорит о том, что ты этих правил не придерживаешься.

— Давай как-то попроще. Я как видишь не в лучшей форме. — я с трудом сел. Бросил взгляд в окно, луна святила ярко, значит на улице еще середина ночи. — Да и время не подобающее. Как на этот раз вы планируете использовать меня.

— Мне кажется, мне этот час подходит как нельзя лучше. Только взаимовыгодное сотрудничество. Оба раза в прошлом ты делал то, чего сам хотел всей душой. Мы лишь немного помогали в средствах и информации. Сейчас условия те же. Мы хотим, чтобы ты устранил Алисанну. Деятельность капитула в Нильфгаарде последнее время идет в разрез с интересами совета.

— А что же получу я?

— Меригольд. Сейчас ее душа по средствам извращенной артефактной компрессии находится внутри статуэтке на полке гильдии магов. Если ты согласишься, мы выкрадем ее оттуда и передадим тебе.

— И зачем вам понадобился я?

— Ты обладаешь многими качествами хорошего охотника на магов. Ты быстр, живуч. В купе с медальоном имеешь хорошую врожденную устойчивость к заклинаниям. Мы снабдим тебя парой качественных амулетов. Из новодела конечно. И этого должно хватить, чтобы добраться до чародейки. Тем более, что она ждет встречи с тобой.

— А зачем мне тогда вы? Если я убью Алисанну, что помешает мне забрать статуэтку самому?

— Во-первых, ты понятия не имеешь где она и как выглядит. Во-вторых, ты не знаешь, как попасть с столицу. В третьих в гильдии больше десяти волшебниц. Кто-то может успеть сделать что-то с артефактом. А ты не позволишь себе рисковать подобным. Ты же понимаешь, как уязвима госпожа Меригольд в своем текущем положении. — значит ведьма черных не врала. — Мы же выкрадем ее до твоего нападения. Скажем так, возможности незаметного проникновения у нас развиты в нужной мере. Но при этом нападать на самих на волшебниц остается делом сравнительно рисковым. Они могут заблокировать портал. Могут и убить, при неудачном стечении обстоятельств. Тем более один из нас может потерять инкогнито. — интересно, а смогу ли я его опознать потом. — Таким образом у нас есть возможности помочь друг другу. Тем более у тебя есть личный мотив, твое нападение не вызовет подозрений.

— А если я откажусь?

— Не думаю, что у тебя есть выбор. Маска третьего солнцестояния — миф. Такого предмета не существует. По легенде именно с ее помощью Самди создает листы. Но это бред. Я знаю это — Алисанна нет.

— То есть я могу впарить ей ненастоящий предмет?

— Только если он обладает свойствами из легенды. Она маг и сразу же проверит его. Но это даст тебе возможность встретиться с ней. Чтобы проверить, ей придется взять его в руки. А ты вполне можешь отказаться отдавать его третьим лицам. Раз маска миф — то она нем может знать, как она выглядит.

— Как я попаду к Нильфгаард? Там на меня идет охота.

— Разве это охота? Мы откроем тебе портал прямо к гильдии. Тебе останется подойти к зданию и сказать, что ты добыл маску. Затем перебить чародеек. Затем добраться до указанного нами дома — там мы организуем второй портал.

— Где гарантия, что вы не бросите меня там?

— Вероятнее всего, это можно будет трактовать как нарушения договора о ненападении. Нам такой риск не к чему. Другое дело, если ты погибнешь в процессе, когда мы выполним все свои условия. Скажу честно, мы не расстроимся такому исходу. Но могу благородно пообещать в таком случае, передать статуэтку госпоже Йенифер из Венгеберга. Если она конечно заключит с нами окончательный мир по истечение трех месяцев. Ну или любом третьему лицу, на твой выбор.

— Когда?

— Завтра. — вампир смерил меня оценивающим взглядом. — Нет, после завтра. Завтра приведи себя в порядок и найди маску. Город крупный, а связи с антикварами по твоей основной профессии у тебя есть. Ты же теперь больше старьевщик, чем ведьмак.

— Я могу обсудить это с Регисом?

— Да, разумеется.

— Как мне его найти?

— Я не знаю. Он твой друг.

— Курва. Когда я должен дать ответ?

— Я приду завтра ранним вечером в этот трактир. Если ты согласишься, то я передам тебе необходимые артефакты, а ночью мы выкрадем статуэтку.

— Как ты нашел меня в этот раз?

— Волосы. Твои седые волосы очень бросаются в глаза, тебя узнают кабатчики и прочий сброд в толпе, белый волк. А у нас достаточно денег, чтобы покупать слухи.

Гость удалился, а я еще долго не мог снова уснуть. В его словах была логика, но доверять совету после всего случившегося было сложно. С другой стороны, они ни разу не соврали мне прежде.

 

Я шагал, рассматривая камни мостовой. Поднять голову мешал глубоко надвинутый капюшон и приходилось смотреть себе под ноги. Меня не должны были узнать, а события последних дней показывали, что это вовсе не сложно. Надо отдать черным должное — здесь в центре столицы выглядело все на десять балов. Меня закинули в один из престижных маленьких особняков. Идти до грандиозной башни капитула было всего пару кварталов. В том же доме была точка отхода. Я заранее изучил карту и теперь хорошо ориентировался в округе. Вчера мне не удалось найти способ связаться ни с Йен, ни с Регисом. И я решил, что второго такого шанса может и не быть. Сейчас я уже заметно поостыл и не чувствовал гнева. Но ведь я обещал добраться до всех троих. Хотя сам я не чувствовал внутри такой необходимости. Зато мне удалось найти прекрасную маску. Настоящий древний артефакт с неопознанными свойствами. Но у него было документально подтвержденное заключение о том, что у него есть сильная магическая аура. Надеюсь, что бумаги не фальшивые. Я долго торговался и договорился на тысячу двести монет. Продавец был моим давним знакомым и начинал с трех тысяч. Если бы нашелся маг, который бы разобрался для чего нужна эта маска, она может и стоила бы столько. Но за последние пять лет желающих не нашлось. А к тому же нельзя исключать, что она бесполезна. И поэтому все серьезные маги избегали ее покупки. А я был здесь и предлагал реальные деньги прямо сейчас. И это решило исход встречи в мою пользу. Конечно не сразу, я тоже начинал с пяти сотен и долго топтался на восьми. Но теперь можно рассчитывать на то, что она не отличит фальшивку, пока не возьмет ее в руки. И за это мне не жалко было выложить больше тысячи крон. В мою одежду я вшил три медальона. Один мне вручил вампир, два я докупил себе сам отдав еще чуть больше полутора тысяч. Я собирался совать голову в логово льва, поэтому все что могло помочь мне, стоило своего золото. Также надо было разместить их на себе так, чтобы они не бросались в глаза. Конечно сильный маг почувствует амулеты. Но важно, чтобы они не сразу поняли, что я их одел специально. В принципе я ведь мог носить их постоянно. При моем роде деятельности и состоянии это было бы логичным. Но всегда руки не доходили озаботиться. Поэтому сейчас нужно было сделать вид, что это обычный аксессуар странствующего ведьмака. Само собой, перед порталом, брр не хочется вспоминать, я выпил несколько эликсиров. Я добрался до площади, и башня капитула открылась мне во всей красе. Это был целый дворец, из которого в небо уходил высокий шпиль. Было пасмурно, стоял туман и верха не было видно с земли. Вокруг здания стоял караул. Я ослабил шнурок на сапоге, чтобы при случае легко снять его и отправился искать вход. Каким бы тоталитарным не был Нильфгаард, но в гильдии магов должно быть отделение платных услуг. Я нашел его ловя на себе подозрительные взгляды караульных — путник, замотанный в капюшон и при мече вызывал подозрения. Я посидел в приемной небольшую очередь и показал подошедшему ко мне клерку перстень — символ нильфгаардской контр-разведки. Им меня снабдили люди Антонополиса. Вероятно, судьба предыдущего хозяина была незавидной. Я попросил позвать кого-то старшего. Конечно выше по социальной иерархии этот перстень мне не поможет, но на клерка должное впечатление произвел. Тот проводил меня в кабинет на втором этаже, где меня встретил другой клерк. Не знаю был ли он магом. Я назвал ему свое настоящее имя и показал маску. Он отреагировал сдержанно. Ему предстоял сложный выбор. С одной стороны, я был разыскиваем государственным преступником. С другой стороны, как я и надеялся, перстень привел меня к тому, кто был осведомлен о том, что такое маска и, что она нужна главе гильдии. Может быть даже слышал что-то про сделку со мной, но это уже вряд ли. И я надеюсь, что сам был магом и мог оценить эманации артефакта. Я-то сам не мог, но платил за то, чтобы они были ощутимы. Он попросил меня подождать и вышел из кабинета. Я услышал топот латных сапог в коридоре, к дверям приставили стражу. На всякий случай. Оружие было при мне, и она бы меня не остановила. Но здание огромное, поднимут тревогу. Я слишком низко, чтобы бежать сейчас и добраться до Алисанны. Я покорно ждал. Он вернулся в течение нескольких минут с молодой чародейкой и четырьмя стражниками. Магичка осмотрела маску, снова вынутую мною из сумки и пригласила следовать за ней. Мы долго плутали по коридорам, а затем поднимались по винтовой лестнице. Я сбился со счета ступенек, но нетрудно было догадаться, что мы в шпиле. Мы вошли в маленькую комнату.

— Сдайте оружие, — сказал офицер стражи.

— Э нет. Это дорогой меч. — я врал. Меч стоил три сотни. Я прекрасно понимал, что с оружием меня не пропустят и заранее взял железку. Потому что после дела, надо будет думать, как свалить, а не где искать меч. Ну а если бы план пошел комом раньше, как говаривал Роше, меч есть меч. Все же это качественный новодел, им вполне можно орудовать. — Кто мне даст гарантии, что я получу его назад?

— Империя дает вам гарантии. Вы не можете пройти с ним дальше. — надо признать он не дурно говорил на всеобщем. К стыду своему я ни слова не знал на тарабарсокм языке нильфов. Я с понурым видом отдал оружие. — Руки. — я вопросительно поднял бровь. Хотя прекрасно понимал, чего от меня хотят.

— Это необходимая предосторожность. — сказала чародейка мягко, но давая понять, что спорить смыла не имеет. Я покорно завел руки за спину и их сковали наручниками. Чистый двемирит. На безопасности они не экономили. Обмен вышел равноценный, эти оковы стоили намного дороже моего меча. В таких варежках ни один колдун не будет ни на что способным. К счастью мне на это было плевать. Ведьмачьи знаки имели другую природу и двемирит им никак не препятствовал. С другой стороны, магический и драгоценный металл по прочности был сравним со сталью и физически все же представлял для меня большую проблему. Меня отвели еще на два этажа выше, чародейка дала знак страже оставить нас. Сумка с маской все это время болталась у меня на плече, так как руки мои были скованы за спиной. Мы вошли в просторный зал. Снизу шпиль казался значительно уже. Интересно они использовали магию при постройке, или же это гений нильфгаардских инженеров? Посреди комнаты стоял длинный стол, состоявший из нескольких секций. У дальнего конца помещения он заканчивался буквой Т. С той стороны стояла Алисанна собственной персоной. С противоположной стороны была еще одна молодая девушка. Судя по идеальной внешности, наверняка волшебница.

— Геральт. Какой приятный сюрприз. — поприветствовала меня глава Капитула. — Тут все думают у нас в столице, как бы поймать тебя да повесить. А ты пришел к нас сам.

— Я выполнил свою часть уговора. — я указал плечом на сумку на моем боку. — я принес маску. — ее взгляд резко замер на мешке ткани на моем поясе. Весь сарказм тут же исчез. Она очень хотела заполучить артефакт. Да уж забавно было бы рассказать ей, что его нет не только в моей сумке, но и в природе. Хотя кто знает, может вампир врал мне. Или ошибался. Могут ли они ошибаться?

— Как тебе удалось достать ее?

— Профессиональный секрет.

— Подойди я хочу посмотреть. — она чувствовала, что артефакт в сумке. Возможность того, что я действительно принёс приз затмевала ей разум. Я спокойно подошел. Она немного наклонилась, чтобы достать маску из сумки, я помочь ей был не в силах. Я всегда был очень атлетичен. Я легко подпрыгнул с места и ударил ее коленом в подбородок. Моя правая нога врезалась в голову чародейки, а левая была далеко отведена назад в воздухе чтобы придать сил удару. Это было не сложно. Судя по боли в колене удар попал хорошо. Но в момент прыжка я пытался сфокусироваться на пальцах. Надо было сложить знак квен за спиной. Это сильно повысило бы мои шансы на выживание.

 

Алисанна осела на пол. Я приземлился на ноги и сразу рухнул вниз. Теперь от сопровождавшей меня волшебницы меня прикрывала секция стола, она была слева от него, у двери. А от той, что стояла справа, у огромного панорамного окна, меня закрыло крыло буквы Т. Я сделал кувырок на земле чтобы освободиться и просунуть ноги через кольцо сомкнутых оковами рук и вытащить их вперед. Попутно я стянул один и сапог, заранее ослабленная шнуровка, легко позволила это сделать. Еще вовремя это кульбита я увидел, как разлетается в щепки секции стола с обоих сторон от меня. Обе чародейки ударили какой-то магией прямо в меня, но я успел нырнуть вниз и заклинания угодили в мебель. После кувырка с сапогом в руке я резко распрямился и метнул свою обувь с тяжелой подбитой железом подошвой в ту, что была у двери. Она машинально накинула защиту сжегшую сапог в полете. Но хотя бы в это мгновение она сжигала мою обувь, а не меня непосредственно. А не сделай она этого, удачно попавший сапог мог и свалить ее с ног. Та что была прямо напротив меня ударила в меня каким-то заклинанием. Квен растворился в воздухе. Один из медальонов рассыпался в прах. Руны на броне и медальон на шее вспыхнули ярким светом. Но главное все это поглотило большую часть энергии магии. Меня не сбило с ног и с стал стремительно с ней сближаться, делая широкие шаги по диагонали, то в право то влево. Та что осталась по другую сторону стола бросила в меня чем-то легким, но не попала. Та к которой я бежал испугалась и развернувшись попыталась сбежать. В противном случае она могла бы успеть наколдовать еще что-то. Но нервы чародеев в ближнем бою часто не выдерживают. Я прыгнул на пол и успел схватить ее с лодыжку. Дернул на себе двумя руками и магичка повалилась на пол. Я использовал это движение, чтобы подняться на четвереньки. От второй соперницы меня прикрывал массивный дубовый стол. Следом я запрыгнул на спину девушки скрестив ноги на ее животе и лишив ее всяких надежд подняться на ноги. Моя босая нога почувствовала тепло женского молодого живота. Она выглядела молодой и привлекательной. Я забросил цепь от оков на шею и, резко дернув, сломал ее. В этот момент вторая волшебница, подойдя к краю стола, чтобы иметь угол обзора достаточный, чтобы видеть меня, седевшего верхом на уже мертвом теле ее коллеги, собрала что-то существенное. Чем сильнее магия, тем больше она требует времени. Поэтому боевые заклинания короткие и не очень разрушительные. В реальной схватке даже пару секунд это очень много. Но пока я ломал шею одной у второй было пару секунд. Я увидел темные переплетённые в виде замысловатого знака тени срывающиеся с ее рук в нашу сторону. Меня сбросило с чародейки, ее тело изрубило на куски. Я почувствовал боль в груди и полетел в окно. Огромное витражное стекло забилось на тысячи мелких осколков изрезав мою незащищенную шлемом голову. Я влетел в железную решетку за окном ударился об нее и рухнул на пол. Толстые стальные прутья выдержали. Сквозь разбитое окно в комнату врывался ледяной ветер. Мы были очень высоко. Не знаю уж, от кого они защищались решетками, но те спасли мою жизнь. Даже с моими способностями, падения с такой высоты мне не пережить. Я не бессмертен, если мне отрубить голову, я умру. Я не проверял, но я так думаю. Регенерация может спасать от мелких повреждений, но что-то, что мгновенно меня убьет, я думаю сработает. Два оставшихся медальона превратились в пепел поглощая враждебную магию. Руны нагрудника выцвели и частично осыпались. Ведьмачий медальон оставил ожег на груди. Хорошо, что Алисанна не имела возможности поучаствовать. Если это со мной делают ее ученицы, не хочу думать о том, чтобы смогла она сама. Я лежа ударил в стол знаком Аарда. Массивный стол поехал к стене толкнув и сбил чародейку. Пока она поднималась на ноги я успел вскочить и броситься на стол, в полете бросая Игни. Струя огня заставила ее руками закрыть глаза и лицо. А значит эти руки не могли в этот момент кидать в меня заклинания. Я проехал по столу на животе соскочил с другой его стороны и схватив вторую красавицу за голову ударил ее головой о стену. Физически я был намного сильнее и легко мог манипулировать ее телом. Затем еще и еще, и еще. Потом я отпустил безвольное, мертвое тело упасть на землю. Вся схватка заняла около полутора минут. Я подумал о том, что глава капитула сейчас очнется и начнет отчитывать меня, как молоды они были, и какое великое будущее их ожидало. На вид им и правда можно было дать девятнадцать. Я даже не знал их, они просто оказались на моем пути. Я тряхнул головой прогоняя эти мысли. Судя по тому какое могущественное плетение она в меня бросила, вряд-ли она была моложе меня. Я поежился, ветер пробирал до костей, плюс я потерял приличное количество крови из-за многочисленных порезов. Я подобрал массивный канделябр и нескольким ударами двух рук раздробил череп Алисанне. Она выпустила из рук фальшивую маску. Затем вернулся и размозжил голову второй магичке. После того как я размазал ее голову по стене он уже должна была быть мертва, но я подстраховался. Тело третьей было превращено в фарш заклинанием. Не повезет тому, кто будет завтра здесь убираться. В дверь ворвалась стража, четверо воинов. Они явились на шум и увидев разгром ринулись в бой доставая мечи из ножен. Я, наверное, смог бы прикончить их канделябром, но решил постараться избегать не нужных вызовов. Я бросил в них Аард, отбросивший их назад. И потер лист портала. Он был зачарован особым образом, так что маг на другом конце мог почувствовать этот знак. Подарок от Вампиров, еще один редкий артефакт. Портал открылся немедленно. Меня предупреждали, что эта шутка только на крайний случай. И, что открывать портал прямо из башни опасно, его могут прервать другие чародейки. Но мне было плевать. Мне предстояло блуждать по дворцу со скованными руками. Меч я бы себе раздобыл конечно у этих четверых, но с ними пришлось бы справляться канделябром. А в доме капитула хватало и стражей, и чародеев. Так что это — крайний случай. К тому же времени прошло слишком, мало другие маги не среагируют так быстро, чтобы сломать портал. А если и среагируют, то тогда мне так и так придется добираться до дома с порталом согласно плану. Так что я попробовал и сияющее окно покорно открылось. Я бросил в поднимающихся с пола и бегущих ко мне стражников канделябр и юркнул в него.

— Черт возьми, что ты протащил через портал? — я обессилено сел на пол, проигнорировав вопрос. — Что такого ты украл из башни капитула? — я понятия не имел, о чем он. Вампир придирчиво меня осматривал. — Черт возьми это же двемирит? Наручи из двемирита? Чем ты думал — тащить такое сквозь портал? Знаешь сколько сил у меня это съело?

— Не то, чтобы у меня был большой выбор. — я потряс кандалами. — Это мой трофей, за разрушенные медальоны и попорченную броню.

— Она мертва?

— Да.

— Хорошо.

— Что с обещанным?

— Держи. — он бросил мне ровный куб со стороной сантиметров пять.

— Я ожидал статуэтку.

— Ну мы не знали, куда именно Йенифер и Алисанна заключат ее дух. Форма не играет определяющего значения.

— Как я могу быть уверен, что этот тот куб? Вдруг это просто кусок камня?

— Геральт, Геральт. Если бы я хотел тебя кинуть я легко мог бы оставить тебя в Нильфгаарде. Ни ты, никто другой, никогда бы не смог проверить заблокирован ли портал людьми капитула, или же я вовсе и не пытался его открыть, по прошествии времени. Это раз. Два я мог вообще не встретить тебя здесь. Просто исчезнуть. Так зачем мне обманывать тебя с предметом? — я молча взял камень. — Так-то лучше. — Антонополис довольно кивнул. — Я стараюсь соблюдать договоры. Ты сделал сложное дело, нет нужды обманывать тебя.

Вампир вышел за дверь и исчез. Даже не сказал где мы. А мне еще предстояло как-то снять наручники. Желательно не повредив их, артефакт весьма ценный. Знать бы хотя бы в розыске я здесь или нет?

За поворотом открылся вид на замок, такой привычный глазу. Я встретил окончившего лечения Ламберта и Казимира в предместьях и теперь мы вместе направлялись в Каэр-Морхен. Вампиры вывели меня в земли Ганзы, где отношение властей ко мне по-прежнему оставалось нейтральным, и найти хорошего кузнеца, который снял наручи, не сильно повредив их, не составило труда. К счастью для меня они учли тот факт, что в землях Ковира и Повиса, за ряд нападений на чиновников, я оставался вне закона, не смотря на заключенное с советом перемирие. Я добрался до Лютика и передал ему куб. Написал письмо Йенифер, чтобы она знала где его найти.

— Хорошо, что они освободили замок. — сказал я. Мы двигались большим караваном. С нами были гномы Ярпена, которые должны были остаться в замке в качестве гарнизона. Со мной шла лошадь груженая оружием. После нашей большой охоты я оставил два своих серебренных, три стальных меча реквизированных у вампиров и мой бывший, который я поменял на выкованный таинственным кузнецом, в особняке у Региса. Я много думал о том, чтобы подарить по хорошему мечу Роше и Мастеру. Или правильнее сказать оставить им те, которыми они пользовались. Мастеру сейчас не нужен никакой, даже самый лучший меч. Но и Вернону я меч не отдал. Не знаю хорошо ли это, но во мне никогда не было этой возможности к широким жестам. Я повидал слишком много плохих вещей и понимаю, как сильно могут исправить сложную ситуацию те пять-семь тысяч которые этот меч стоит. Ну хорошо три, потому что быстро такую вещь за ее полную стоимость не продать. Но все-таки, деньги могут решить многие проблемы. И главное ведь шпион не сильно хотел его. Да я по опыту знаю сейчас, когда он вернется к добротному новоделу за три сотни, он почувствует разницу. Но пока он не понимает, насколько сильно ему нужен этот меч, поэтому подарок по достоинству не оценит. А потом меч сможет послужить дополнительной мотивацией, если Роше мне снова понадобится. Или он может погибнуть где-нибудь, и вопрос отпадет сам собой. Может погибнуть даже как раз и по тому, что я не отдал этот меч ему сразу. Но я уже это сделал и теперь лошадь, груженная оружием, плелась за моей очередной Плотвой. Регис же отправил мне эти мечи почтой. Немыслимо, учитывая сколько они стоят вместе. Шесть клинков. К счастью никто не оценил ценность посылки, и она добралась до меня. Теперь мы знали где находится та его резиденция и он отказывался от нее, раз уж она скомпрометирована. Тем более что он ей не владел, а лишь арендовал особняк. Значит и мое добро там хранится не могло. И поэтому мне придётся снова спрятать оружие где-то в тайниках замках.

— В любом случае, увидев нас, они бы согласились уйти миром. — ответил Каз. — Твоя репутация бежит впереди тебя. Просто они сделали это заранее, когда в городе поползли слухи о нашем приближении.

— Тогда пришлось бы их убить. — ответил я. — Нужно было бы создать прецедент того, что нельзя безнаказанно забирать у нас замок. А я не очень-то люблю это делать.

— Правда? — насмешливо спросил Ламберт.

— Конечно.

— Скольких людей ты убил?

— Многих.

— Скольких из них ты хотя бы сможешь назвать по имени? — я промолчал в ответ на вопрос провоцировавшего меня друга. — Нет серьезно? Ты же массовый убийца. Там счет мог перевалить уже за тысячу. От такого нормальный человек давно свихнулся бы. Ты монстр Геральт. Самый настоящий мясник.

— Пошел ты Ламберт.

— Знаешь, что? Я думаю тебе нравится убивать.

— Нет, это не так. Я делаю то, что мне приходится делать. Чаще всего я убивал тех, кто пытался убить меня.

— Ага. А еще тех, кто просто стоял на посту и выполнял свой воинский долг, но по несчастному стечению обстоятельств оказывался у тебя на пути. А еще тех, за кого тебе заплатили.

— Я всегда старался поступать правильно. Я не знаю насколько хорошо у меня получилось. Но не тебе Ламберт меня судить.

— Я хотя бы признаюсь себе в том, что я такое. А ты ведь правда умудряешься оправдывать себя.

— Худо-бедно. А ты друг мой, иди как ты все-таки на хер с такими разговорами. — мне никогда не нравилось убивать людей. Особенно случайных людей на своем пути. Но так уж складывалось, что убивал я много. С этим надо было как-то жить, и я жил. Мы добрались до ворот замка. Ламберт вместе с Ярпеном организовал остальных низушников, чтобы навести относительный порядок и проверить, что было украдено, а что разбойники не нашли. Мы сразу поднялись наверх и дождались третьего ведьмака. Как я и обещал, нам многое нужно было обсудить и сделать это здесь было весьма символично.

— Итак, — начал я — нужно обсудить несколько важных вопросов.

— Да неужто. — вставил Ламберт. Он был заметно недоволен, по его мнению, месть за нападение на Каэр-Морхен смерть Эскеля, это все, что должно было меня сейчас заботить и все те промедления, которые я уже допустил были преступны.

— Вопрос первый — Казимир. Я добавлю этому моменту немного торжественности. Теперь ты официально один из нас. Поэтому то, что мы собираемся сделать, тебя тоже касается. Я сам уже не могу сказать кого именно нас, да это и не важно. Но знай, что для меня это много значит.

— Я ценю твои слова Геральт. — спокойно ответил он. Мы оба были не сильны в таких разговорах и воздухе повисла не которая неловкость.

— Чтобы закрепить это событие, повторяй за мной слова древней клятвы, которые ознаменуют что ты теперь один из нас. — я постарался сделать голос торжественным в силу своих скромных актерских способностей. — Ламберт, Ламберт хер моржовый. Ламберт, Ламберт вредный хер. — произнес я нараспев.

— Пошел ты Геральт. — ответил главный герой нашего импровизированного гимна.

— Традиции. — ответил я, сдерживая улыбку. — Их надо соблюдать.

— Переходи к делу и заканчивай уже это цирк. Если ты нашел замену Эскелю, то для меня это так не работает.

— Не говори ерунды. Я не разделяю твоего гнева, но готов принять его. На могиле Эскеля мы оба дали слово забрать три жизни тех, кто вероятно был ответственен за организацию нападения. Сам я сейчас не чувствую в этом необходимости. Но…

— В каком нахрен смысле не чувствуешь необходимости? Ты дал слово на их могиле. На могиле Трисс. Они убили детей. И ты уже забрал одну жизнь, причем даже не сказав об этом мне. И что теперь ты хочешь вообще бросить это дело? — его жутко бесило что мы гонялись с вампирами, что было нужно только мне. И совсем не уделяли время этой вендетте. А теперь, когда наши руки были развязаны, я вместо того чтобы кинуться в леса нильфгаарда бродить по партизанским тропам, пытаюсь о чем-то рассуждать.

— Я не знаю. Сначала я должен кое-что рассказать. Во-первых, я забрал две жизни из трех. Алисанна мертва. Я убил ее пару недель назад.

— Нелегкий скальп. — уважительно произнес Казимир. — Судя по тому, что ты уже здесь и был здесь неделю назад, то в этом были замешаны чародейки.

— Да, мне помогли.

— И когда ты собирался мне рассказать? Почему ты мне не сказал сразу? — спросил ошарашенно Ламб.

— Сейчас говорю. Ты был еще болен. К тому же, это была работа для одного.

— То есть ты все-таки планируешь завершить начатое?

— Я убивал их, не потому что хотел отомстить. Барон спонсировал охоту на Трисс и я должен был ее защитить. С Алисанной у меня были свои счеты. Даже не у меня, просто так было надо. Я не так уж зол конкретно на них. Это скорее моя вина, что я зачем-то убил премьера. Что после этого пришел в замок, хотя знал, что на моей спине мишень. Они ведь заплатили наемникам за наши головы. То, что погибли дети не их вина, побочный эффект. А сами исполнители уже и так мертвы.

— Прекрасно, Геральт.

— И еще неизвестно, кто именно принимал решение. Мы возложили вину на троих исходя из их значимости. Но мы не знаем, кто непосредственно участвовал в принятии решения. Возможно генерал даже не присутствовал при этом.

— Да, возможно там присутствовала некая Йенифер из Венгеберга.

— Не думаю, — ответил я сухо. — Я не буду ничего говорить о наших отношениях, но о Трисс она точно заботилась как о сестре.

— Ты поклялся на ее могиле.

— Вот тут есть еще один нюанс. Вероятно, Трисс жива.

— Что? — удивился Каз.

— Ты спятил? Я лично закапывал ее тело. Пока ты бился в истерике неизвестно где. Ведь тогда это было ужасно. А теперь ты говоришь, что все нормально, давайте забудем.

— Я этого не говорю. Но сейчас я не уверен, что будет правильным убивать еще и генерала. Будут сопутствующие жертвы. Я напомню все это началось с ненужной мести. И поверь я сейчас очень жалею об этом.

— То, что ты самый главный мудак, никто не спорит. — с удовольствием согласился Ламберт— Но мы не можем мстить одному из нас.

— Так что с Меригольд. — снова спросил Казимир.

— Есть заклинание, которое поместило ее душу в магический предмет. Этот предмет был у Капитула, поэтому мне пришлось убить Алисанну. Сейчас я оставил его у Лютика. Использовав его, ее можно вернуть.

— И думаешь это правда?

— Не знаю. Йенифер говорит, что да. Раньше такого никто не делал, поэтому нельзя сказать точно, что из этого выйдет.

— Почти сказка.

— Что касается последнего человека из Нильфгаардской тройки. Эскель лежит в земле недалеко отсюда. Я никогда этого не забуду. И да я дал слово на его могиле. И ты вправе требовать, чтобы я его сдержал. — обратился я к Ламберту. — Я просто честно сказал, что сам я внутри не чувствую необходимости в этом. Сейчас это так. Вот и все.

— Я чувствую.

— Я знаю. Это было одной из причин, почему я убил ведьму.

— Может мне тебе еще и спасибо сказать?

— Прости, что не мог взять тебя с собой. А дальше я предлагаю просто быть рассудительными. Попасть в капитул мне помогли. Но сейчас нам помочь некому.

— Я не боюсь.

— Но как ты предлагаешь это провернуть?

— Я думал это мы и станем обсуждать. Ты же начал тут разводить сопли о прощении. А потом оказалось, что ты врал нам насчет Трисс. Скрыл покушение на Алисанну.

— Давайте подумаем. — я пропустил укоры мимо ушей. — Нам нет нужды спешить с этим. Мы можем выждать удобный момент. Тем более Ламберт пока еще не восстановился физически.

— Я в норме.

— Я проходил через это, тебе нужно время. Пока же можно прикинуть, какие у нас есть возможности. Первое нужно последить за генералом. Узнать планирует ли он покидать страну в обозримом будущем. Второе, надо навести справки у контрабандистов. Как устроен порт столицы, насколько тщательно проверяют грузы, можно ли пробраться нелегально. Мне кажется проще всего попасть туда морем, раз уж там есть порт. И подумать об отходе. Мага у нас нет. Поэтому надо прикинуть, сможет ли хороший корабль оторваться от погони. Как много кораблей в порту обычно, смогут ли они обыскать и задержать все суда? Или работу порта не смогут остановить даже из-за важной шишки. В таком ключе, а потом уже решим, что делать.

— Звучит разумно. — согласился Казимир. — Раз теперь это и моя проблема, я пробью по своим каналам.

— Ага. — с сомнением ответил Ламб. — А потом он придумает еще разумных аргументов, чтобы ничего не делать. Если конечно ему самому это вдруг не станет выгодно.

— Главное не делай глупостей. Заверши процесс восстановления полностью. Чтобы последствия ранения не беспокоили тебя. И тогда мы что-нибудь придумаем.

— Не вздумай лгать мне, Геральт. Я поищу контрабандистов чтобы узнать, что к чему. И поговорю с гильдией воров, чтобы узнать о перемещениях цели. — сказал Ламберт.

— Последний вопрос — гарнизон.

— Гномы останутся здесь на полгода, в счет прошлой оплаты. — ответил Казимир.

— Я не хотел бы оставлять замок пустым и после. Думаю, мы можем себе это позволить.

— Давишь на то, что у меня нет денег, — сварливо спросил Ламб. Его комплексы снова дали о себе знать.

— Не хочу оставлять замок пустым. Это и с точки зрения истории и с точки зрения наследия кажется мне очень правильным.

— Да, наверное, — согласился рассудительный бывший убийца. — Я поговорю с Ярпеном. Может они согласятся сюда перебраться с семьями. У кого они есть. Тогда это будет обходится нам дешевле. Это уже будет не вахтовая работа. Место хорошее и у нас помещений хватает сейчас. Да и в случае чего обороняться они станут храбрее.

— Добро. — подтвердил я.

 

 

 

  • Спасатель тараканов - Армант, Илинар / Необычная профессия - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Kartusha
  • Пока звучит эта песня (Алина) / А музыка звучит... / Джилджерэл
  • В дни ноября / Скрипка на снегу / П. Фрагорийский (Птицелов)
  • Там, где рождаются сны / Лешуков Александр
  • Историк / Румянцев Александр
  • "10 зелёных бутылок". Глава 3. / Билли Фокс
  • Красные холмы / Аэзида Марина
  • Точка / Песни снега / Лешуков Александр
  • Не понимаю... / Блокнот Птицелова. Моя маленькая война / П. Фрагорийский (Птицелов)
  • *** / Буримешное / Ула Сенкович
  • 1. автор Sinatra - Отряд имени… / Лонгмоб: 23 февраля - 8 марта - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Анакина Анна

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль