Глава 86. Уязвлённое самолюбие

Распорядитель появился, трясясь от страха.

— Что угодно вашей милости? — дрожащим голосом спросил он.

— Моей милости угодно горячую ванну, причём быстро, а после — лёгкий ужин и чистую одежду.

— Да, сию минуту будет исполнено, — и распорядитель удалился спиной вперёд, беспрестанно кланяясь.

Вскоре горячая ванна была готова, и Мастер с наслаждением опустился в неё. Почти без сожаления он отдал прислуге свой камзол и разорванный плащ, предварительно, конечно, отцепив оставшиеся на камзоле амулеты.

Вода с душистой пеной смыла пыль и грязь, но Мастера, увидевшего ссадины на своём теле, вновь охватила злость. Он выскочил из ванны, наспех вытерся подогретым полотенцем и стал натягивать чистую одежду, как две капли воды похожую на ту, что он скинул.

Слуги уже накрывали стол для ужина. Тем не менее, когда Мастер рывком распахнул дверь, они подскочили от испуга. Один из них даже выронил фужер, который со звоном раскололся на каменном полу.

Мастер пристально посмотрел на замершего от ужаса слугу:

— Сегодня я тебя прощаю, — сказал он. — Но советую тебе попрактиковаться в своём ремесле. Если мне доведётся ещё раз увидеть, какой ты растяпа…

Мастер многозначительно замолчал, и слуга с трудом сглотнул набежавшую слюну.

— Вон отсюда! — негромко добавил Мастер. — Оба — вон! И немедленно!

Второй раз повторять не пришлось. Слуги исчезли моментально, будто растворились в воздухе.

Мастер уселся за стол в гордом одиночестве. В подсвечник вместо свечей поместил несколько сгустков света. Несмотря на тонкий аромат, который источали поданные яства, кусок не лез Мастеру в горло. Воспоминание о Подгорных карликах, которые посмели мешать ему, не давала покоя. А мысль о том, как его, бесчувственного, тащили по земле, словно куль с мукой, обжигала огнём. Мастер не мог стерпеть такого унижения.

Наконец он отбросил в сторону салфетку, вилка с грохотом полетела в большое серебряное блюдо. Кликнув распорядителя, Мастер велел убирать со стола, а сам зашагал туда, где сидел взаперти Миссингер.