Рубка

HMS Виктория

Мы вскоре преодолели лед, и капитан Ллойд связался по радио со штабом. Он передал подробности нашей встречи на поверхности, а также свои опасения по поводу состояния Ларсена. Я не мог не подслушать разговор в тесной рубке управления подлодкой. Даже сквозь помехи передачи четкость голоса по радио была очевидна.

Штаб: «Два ящика все еще покрыты льдом?»

Капитан Ллойд: «Подтверждаю».

Штаб: «Ни при каких обстоятельствах не подвергайте их воздействию тепла. Следите за Ларсеном. Он много знает!»

Капитан отчитался и что-то положил в свой личный ящик. Затем он повернулся ко мне. Он на мгновение застенчиво постоял, смотря на меня, затем, казалось, принял решение. Он говорил с решимостью в голосе.

«Лейтенант Райан!» — сказал он. «Учитывая гибель лейтенанта О'Лири, вы теперь второй по команде на борту «Виктории».

Я был шокирован! Ллойд никогда даже не считал меня частью команды! Воодушевленный моим «повышением», я решил задать капитану несколько вопросов о нашей миссии, нашем странном грузе и таинственном пассажире. Он похвастался ролью Королевского флота в операции «Полярис», восхвалял Ларсена как «самого блестящего антрополога научного сообщества» и упрекал меня за мою «Секретную службу в Вашингтоне». Его все еще раздражала мысль о том, что у члена его команды могут быть приказы, о которых он ничего не знает.

Если бы он только знал.