Судейский отзыв Сергея Чепурного - "Точилка для карандашей"

0.00
 
Судейский отзыв Сергея Чепурного - "Точилка для карандашей"

 

С этим рассказом я познакомился ещё два года назад на конкурсе «Купальская ночь». Я прекрасно помню его, свой отзыв на него и ту дискуссию, которую он породил. Перечитав рассказ спустя два года, я нашёл его ровно таким же, каким он был тогда, и поэтому для начала я бы хотел привести в своём отзыве то, что писал о нём в 2017 году.

 

Сказать, что это необычный рассказ — это ничего не сказать. С виду он похож на 3D — фотографию: вроде бы перед читателем всего лишь одно изображение — как продавщица закутывает громоздкую и ненужную покупку случайному покупателю, — но если наклонить его под определённым углом, появляется глубина. Сюжета как такового нет, есть лишь статичность, для которой автор придумал прошлое и будущее. И надо сказать, что подал он придуманное очень зло.

Что только не видели в этом рассказе — и чёрный юмор, и социальную драму, и обычный стёб, и даже что-то непонятное, неизвестно как оказавшееся в финале конкурса… Да, всё это там есть (кроме непонятного, пожалуй). Но почему мне кажется, что под этим наносным, словно археологическим слоем хорошо спрятан рассказ об одиночестве и о том, что оно делает с людьми, к нему не готовыми? Об одиночестве, порождённом сказками, надеждами и мечтами?

Рассказ на самом деле богатый, хоть и крайне незамысловатый (ну, какая-то встреча в магазине, ну, две жизненные истории… ну что с того?), и правы были комментаторы: в нём можно найти разный подтекст. Я бы добавил ещё, что в нём много символов, и это позволяет отнести «Точилку для карандашей» к хорошему образцу постмодернизма. На него работает всё: герои-перевёртыши — с виду клишированные и узнаваемые, но при ближайшем рассмотрении оказывающиеся потенциальными пациентами Зигмунда Фрейда; фон рассказа — доведённая до некоторого абсурда реально существовавшая действительность; наконец, сам стиль и подача. О фоне и атмосфере говорить излишне: красноречив уже сам образ магазина как символ мира, в котором люди делятся на покупателей и продавцов, тот символ, что начинал вырастать в конце 80-х годов и в который превратился мир за нашим теперешним окном. Герои рассказа узнаваемы до клише: что перестроечная «Золушка», работающая продавщицей (не случайно в рассказе несколько раз мелькает слово «принц») и невольно соотносящая себя с тем самым товаром, который продаёт («Ну пожалуйста, забери лучше меня!»), что внешне успешный принц-женоненавистник — ещё одна издёвка над девичьими мечтами и персонажами модных женских романов. Наконец, очень красноречив сам образ точилки: в ней можно увидеть как символ уходящей эпохи (что и увидели некоторые комментаторы), так и образ самой Марины — такой же «добротно изготовленной» и «загадочно поблескивающей полированными деталями», как и та самая точилка, которую она (а заодно и себя вместе с ней) предлагает от безысходности за полцены понравившемуся покупателю.

Отдельно хочется остановиться на стиле рассказа. Пожалуй, он вызывает у меня больше всего вопросов, потому что рассказ написан так, что в нём тоже, как и в Марине, невольно подозреваешь ту самую «точилку для карандашей». Нет, я ничего не имею против сложноподчинённых предложений в любом месте рассказа, но через некоторые приходилось продираться даже мне — человеку, которого после Фолкнера, Сарамаго и Дос Пассоса не удивишь и не испугаешь ничем. Вот хотя бы первое предложение:

 

«Магазин хозтоваров был безнадежно депрессивным — один из немногочисленных реликтов отмирающей системы госторговли, чудом еще не сдавшийся натиску новых, рожденных эпохой реставрации капитализма, конкурентов».

 

Мне так и хочется спросить: автор, скажите, этот стиль и эта форма синтаксиса вами выбраны специально? А если да, то сильно ли поменяется смысл, если я Вам предложу такую форму предложения:

«Магазин хозтоваров — один из немногочисленных реликтов отмирающей системы госторговли, чудом еще не сдавшийся натиску новых, рожденных эпохой реставрации капитализма конкурентов — был безнадежно депрессивным».

А если «немногочисленных» заменить на «немногих» — сильно смысл поменяется?

И вот так можно идти по всему тексту.

Я уже даже готов списать то, что в любом другом рассказе назвал бы «невычитанностью», на стилистическую особенность, только интересно: это специально так задумано, что слово «по-настоящему» («А вот по настоящему любить Марину он так и не научился») написано без дефиса? А пропуски запятых, ненужные тире и предложения наподобие:

 

«Весь день на работе проходил для Марины, как длинный бредовый сон — это не было жизнью молодой здоровой девушки с законченным высшим образованием, это было призрачное существование бедной, одинокой, стареющей женщины в ожидании чуда — вот сейчас что-то такое наконец произойдет и все у ней в жизни навсегда изменится!» —

 

это тоже так задумано? Потому что после Сарамаго я готов поверить во всё, что угодно, если это оправдано идеей рассказа…

Но если вдруг окажется, что это — не сознательное, тогда, автор, извините, но над стилем вам ещё надо работать. Потому что подача убивает весь смысл вашего рассказа. А ведь он в нём есть…

Ещё один минус: кое-где замена рассказа пересказом. Например, вот тут:

 

«К счастью, рано или поздно все проходит. Настало время и ему «зарыть топор» своей войны».

Или вот тут:

«Николай неторопливо ходил по залу, осматривая скудные витрины — хотя конкретно сейчас ему ничего и не было нужно, ну а вдруг?»

Изменить немного подчёркнутое — и будет замечательно, пересказ исчезнет.

Да, и ещё один вопрос у меня остался после рассказа. Почему Николай после встречи с Мариной вдруг подумал, что ему надо зарыть топор войны? Только ли потому, что она напомнила ему его первую любовь? Но он же не узнал, что она стала его последней жертвой. Если бы он это узнал, тогда да, его война действительно была бы закончена: он отомстил тому, кому подсознательно хотел отомстить — образу своей первой любви, обманувшей его. А так… мне кажется, что в этом месте что-то немного не додумано. Или не закончено. Может, и вправду бы имело смысл дополнить рассказ эпизодом, когда Николай приходит в магазин во второй раз — ну хотя бы затем, чтобы спросить, а как ею пользоваться-то, этой точилкой — а ему говорят, что вот, мол, такая беда-печаль произошла?..

Впрочем, это — исключительно на усмотрение автора. Пока же я скажу, что тут действительно имеется какая-то недодуманность с психологически-логической точки зрения.

Вывод. Странное впечатление оставил у меня этот рассказ. В нём что-то есть. Что-то очень близкое, цепляющее. Что-то, подобное классической «Элинор Ригби» не менее классических «Битлз», прорывающееся сквозь музыкальную грязь и рёв панк-рока. И те, и другие пели об одном — об одиночестве, непонимании и неверии не только обществу и окружающим, но и самим себе. Примерно об этом же и данный рассказ. Но вот только почему к этому приходится продираться сквозь лес предложений, выглядящих как та самая точилка для карандашей?

 

Доведись мне писать этот отзыв начисто уже сейчас, я бы написал его, пожалуй, теми же словами, разве что ещё раз похвалил бы то, как выписаны персонажи — узнаваемо, убедительно, зримо. Однако мне по-прежнему не видно, где именно в рассказе снизошло озарение на Николая, после которого он решил «зарыть топор войны». Автор доказывал мне, что герой принял это решение ещё до встречи с Мариной, потому что понял, что он теряет себя, однако о том, как это происходило и что этому способствовало, не сказано ни слова. Это по-прежнему приводит меня в недоумение, потому что такое самоосознание героя и последовавшее за ним решение происходили лишь в голове у автора, но они никак не отражены в рассказе. Автор лишь поставил читателя перед фактом: вот, мол, герой был таким себе народным мстителем, потом на него снизошло озарение, он познал дзэн, перестал пить-курить-колоться-ходить-по-бабам-и-вообще-решил-с-понедельника-начать-свою-жизнь-заново-но-вы-уважаемый-читатель-об-этом-догадайтесь-пожалуйста-сами-потому-что-автор-такой-гений-что-может-себе-позволить-сюжетные-недосказанности-и-рассчитывает-на-то-что-между-им-и-читателем-возникнет-синергия-что-приведёт-к-интуитивно-бессознательному-взаимопониманию-двух-разумных-существ-коими-без-сомнения-являются-автор-и-его-настоящий-читатель-который-удостоится-чести-понять-высший-замысел-сего-произведения-а-остальные-так-уж-и-быть-пусть-этого-не-понимают-потому-что-гения-вообще-сложно-понять-его-современникам… Мне по-прежнему непонятно, почему нельзя было внести с десяток исправлений в синтаксис произведения, чтобы сделать его более читаемым, при этом сохранив его общий дух, который и вправду похож на ту самую точилку для карандашей, чей образ так удачно использован в рассказе. Эти правки не только облегчили бы восприятие рассказа, но и более выпукло показали бы то, что только в нём угадывается, а значит, сделали бы его более атмосферным. Мне по-прежнему непонятно, действительно ли увиденные мной грамматические недочёты служат общей атмосфере рассказа или это — типичные ошибки, которые надо было бы исправить да автор не хочет над ними работать?.. В завершение своего отзыва должен сказать, что в своё время не у одного меня возникали такие вопросы: один из замечательных комментаторов Купалы также назвал стиль рассказа «небрежным», а это значит, что все эти недостатки не одному мне бросаются в глаза. К этому, пожалуй, можно добавить лишь то, что это — не небрежность Филипа Дика, которую лишь отмечаешь периферией своего сознания, но при этом она не мешает, а лишь подчёркивает атмосферу его романов. Та небрежность, которую можно увидеть в этом рассказе, совсем иного рода и качества — и отнюдь не лучшего.

И в то же время я прекрасно понимаю, что есть категория авторов, которым намного легче разразиться длинными комментариями на тему собственных гениальных произведений, недооценённых неблагодарными современниками и критиками, чем сесть и потратить это же время на то, чтобы доработать действительно хороший рассказ — и только лишь затем, чтобы подчеркнуть его достоинства и усилить некоторые нюансы. Тем более что дорабатывать его ну совсем немного. А чё? — пипл и так схавает… на то он и пипл, тем более читающий и разумный, понимать должен всю тонкую натуру автора и изысканность его замысла…

Кстати сказать, обнажённости души в рассказе как соответствие теме конкурса я тоже не очень-то смог разглядеть...

  • Валентинка № 89 / «Только для тебя...» - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Касперович Ася
  • Электрический / В ста словах / StranniK9000
  • Кошка по имени Лори / Английские бисквиты / Лита Семицветова
  • Слезы Фатин / Криков Павел
  • Путь стихии / Путевые заметки - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Хоба Чебураховна
  • Осколки / Tutelaris
  • Прекрасная Ива / Нина Сафина
  • Сладкая жизнь вампира / Лонгмоб "Теремок-3" / Хоба Чебураховна
  • Rudolf Steiner, антропософский календарь души, 9 / Рудольф Штайнер, АНТРОПОСОФСКИЙ КАЛЕНДАРЬ ДУШИ / Валентин Надеждин
  • Условия / «ОКЕАН НЕОБЫЧАЙНОГО» - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / ВНИМАНИЕ! КОНКУРС!
  • Неизбежное / Kuhn Lena

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль