Бизнес такой бизнес

0.00
 

ФИНАЛИСТЫ КОНКУРСА

Бизнес такой бизнес

 

— Нежный массаж доставит радость и удовольствие вашему организму!

— Почём? — сразу уточнил индивидуум.

— Та-та.

— Хм-м-м, недешево… А за сколько?

— Обычный срок для этой процедуры. Если пожелаете, удвоим, утроим — со скидкой, само собой!

— Все равно дороговато!

— Зато наши услуги чрезвычайно качественны! Других таких не найдете! Наша компания регулярно открывает своим клиентам новые горизонты!

— Наслышан, наслышан… Слушай, а ты ведь симулякр?

— Как можно?!

— То есть, здешний?

— Да, это принцип работы нашей фирмы! Необходимо досконально знать специфику местных условий — иначе вылетим в трубу!

— А сам массаж? Его ведь не здесь будут делать, не у нас?

Агент был сама лучезарная доброжелательность. Однако же, непроницаемая.

— Но, если меня отправят куда-то, для этого виза нужна?

— Никаких виз и прочих хлопот! Все перемещения — в режиме ускоренного времени, через терминалы сквозной сети. Вы даже не успеете ничего заметить! А потом — наслаждение! Безграничное море удовольствия! Устроить подобное на нашей планете невозможно, только у быстрых! Они так и шустрят, так и снуют: топ-топ, топ-топ!

— Ах, у быстрых! Так бы сразу и сказал! Хоть на что-то эти эфемерные козявки пригодны. Ладно, уболтал, языкастый! Та-та!

 

***

— Я понимаю, господин Фергнюгин. Но как-то всё это, мне кажется, несколько старомодно, а? Танцевальные площадки?.. Они ведь были популярны когда-то давным-давно?..

— Новое — это почти всегда хорошо забытое старое, не правда ли, Иван Дмитриевич?

— Как вам сказать...

— И вообще, тут во многом вопрос раскрутки! Зачем ждать, пока появится спрос? Нужно самим его формировать! Будет предложение — будет и спрос! Требуется единственно деловой энтузиазм!

— Нет, я, разумеется, верю. Своим проектом по содержанию городских тротуаров и пешеходных дорожек ваша компания зарекомендовала себя с наилучшей стороны. Но танцевальные площадки? Это как-то уж слишком нетривиально...

— Насыщенный рынок требует нестандартных ходов, Иван Дмитриевич!

— Да-да, чего стоят эти ваши тротуары! Я был уверен, что прогорите: с виду абсолютно убыточный проект. Однако вынужден признать, что ошибался! Наши тротуары с тех пор в идеальном состоянии. Вы даже регулярно меняете покрытие! И людям нравится: такое впечатление, что пешком больше ходить стали! Просто фантастика! Может, и танцевать примутся с вашей подачи, а? Кстати, чего на самом деле стоят вам эти тротуары? Одна ведь замена покрытий, хе-хе...

Нехитрая уловка председателя комиссии по городскому благоустройству не удалась. Улыбка Фергнюгина была неподражаема в своей непробиваемой доброжелательности. Тогда Иван Дмитриевич вдруг спросил:

— А вы, господин Фергнюгин, наверное, симулякр?

Вместо ответа агент извлек из нагрудного кармана типовой индикатор человечности, показывающий ноль целых пятьдесят семь сотых. Субъектам нечеловеческой природы, несмотря на все ухищрения, не по силам превысить отметку в тридцать восемь процентов.

Председатель смутился: в их городе не практиковались ксенодискриминационные меры. Тем более что индикаторы не отличались совершенством и отдельным заведомо человеческим особям показывали чрезвычайно низкие проценты. А спросил он сугубо из любопытства.

— Необходимое условие успешной работы нашей компании, — пояснил Фергнюгин. — Локальные агенты должны быть плоть от плоти местными, чтобы не путаться в обстоятельствах на каждом шагу.

Иван Дмитриевич понимающе кивнул.

— Так вот, возвращаясь к танцплощадкам. Выгода городу очевидна: организованный досуг публики плюс отчисления в бюджет. И никаких затрат со стороны администрации! Речь ведь не о подряде, как с тротуарами.

 

***

— Милый! Я точно знаю, как ты хочешь провести сегодняшний вечер!

Он напрягся в предчувствии неизбежного.

— Ты хочешь разучить концовку скрюстепа! Он получается у тебя уже вполне прилично, осталось совсем немного!

«Черт бы лысый побрал скрюстеп вместе с остальными дурацкими танцульками! Ну почему баб туда так тянет?!»

— Зайка, мы танцевали и в прошлый раз, и в позапрошлый, и вообще все свободное время только этим и занимаемся! Давай лучше намылимся в бац-клуб!

«Эти парни — такие зануды!»

— Пончик, ты меня расстраиваешь! Что там делать, в этом кошмарном бац-клубе? Опять играть в «Убей всех»? А, может, ты хочешь снова втянуть меня в этот непристойный бац-по-кругу? Или затащить на мерзкий страходром?

«Еще большой вопрос, что непристойнее: анонимный кругобац или обжиматься со смазливыми педиками на проклятой танцплощадке. И где они таких понабрали? А мне опять назойливая мымра попадется — не отвяжешься! И вдобавок пол под тобой от этих плясов будто бы в такт постанывает: сплошная порнография, короче! Эх, раздобыть бы матрицы долбанных фирмачей, которые это безобразие устроили! Да запустить в «Убей всех»! То-то бы наши ребятки оторвались, то-то бы их мочили!»

— Ну, тогда давай заглянем в «Предрассветные капельки росы»? Ты, помнится, обожала их мороженое. Мы там не были сто лет!

«Нет, ну какие занудные зануды!»

— Фантик, ты явно хочешь меня рассердить! От мороженого я толстею!

«Раньше, крошка, ты так не считала. Ну почему бабам принято уступать? Какой идиот это придумал?»

— Зайка, ты всегда в отличной форме! Я совсем не это имел в виду!

«Нет, что мне в нем все-таки нравится, так это покладистость».

— Милый, не переживай! У тебя получатся эти последние па в скрюстепе! Вот смотри: носочек упираешь — и бедром, бедром, а потом пропускаешь под рукой партнершу, переносишь вес тела на другую ногу, делаешь вот так, а затем — оп!

«Боже! Как мне надоели эти выпендрежные вихлянья! Ненавижу!

— Но в следующий раз мы пойдем куда-нибудь в другое место?

— Да, да, милый, обязательно! А еще сегодня передавали, что на некоторых площадках будут ретропрограммы! В том числе с вальсом! Вальс — ты слышал про такой жутко романтичный танец? Я давно мечтала покружиться в вихре вальса! А ты?

«О-о-о! Убить! Всех убить!»

 

***

— Вас интересует нежный или новый, интенсивный?

— Интенсивный, конечно, интенсивный! Нежный тоже отлично, мне очень понравилось, но интенсивный — вообще сказка! Никакого другого массажа для меня теперь не существует! Эти потрясающие, такие волшебно затейливые, прикосновения! До чего же они пикантны и непредсказуемы! Обалденные ощущения! Да что это я? Вы ведь и сами наверняка пользуетесь при каждом удобном случае,

— Кхм, я на службе, между прочим.

— Ах, бросьте! Стоять у врат такого удовольствия — и ни разу не отведать? Ни за что не поверю!

— Я пробовал — в свободное от работы время, разумеется. Должен признаться, с возрастом становишься консервативнее: мне больше по душе обычный нежный. Интенсивный… — он как-то излишне будоражит, что ли. Эти быстрые слишком быстрые!

— А по мне — в самый раз!

 

***

— Ну, Бучин, выкладывай: разнюхал секреты этих хитрованов? Только не говори «нет», я не перенесу такого позора, хе-хе.

— И да, и нет, Иван Дмитриевич. Их контора явно работает по принципу минимальной необходимой информации. По крайней мере, у меня сложилось впечатление, что и сам Фергнюгин не вполне в курсе всего.

— На Фергнюгина нам плевать, по большому счету. Но хоть что-то выяснить удалось?

— Да, Иван Дмитриевич. Вся загвоздка, по-видимому, в тех самых покрытиях, которые они используют для тротуаров. Танцплощадки вымощены точно такими же плитами, и каких-либо других сооружений нет. То есть всё крайне экономно, если забыть, что эти плиты доставляются к нам откуда-то извне Земли.

— И ты, конечно, отследил процесс доставки и смены?

— Обижаете, Иван Дмитриевич! Плиты поступают регулярно, раз в пятьдесят пять дней. Откуда — выяснить не удалось, таможня, как обычно, держит язык за зубами. А замену осуществляют ночью иноземные рабочие.

— Кто именно?

— Ирьегане.

— Это такие уродливые каракатицы?

— Да, у них инфракрасное зрение, много конечностей и изрядная физическая сила. Все работы проводятся только вручную, а плиты тяжеленные — будь здоров! В принципе, замена покрытий не представляет ничего интересного: обычные дорожные работы, выполняемые по старинке. Разве что меняют плиты выборочно, в среднем около половины всех за один присест. А старые забирают — и прямиком на таможню.

— А меняют по какой-то схеме?

— В том-то и дело, что порядок не обнаруживается. Многие плиты остаются лежать второй, а некоторые — и третий срок, единичные — даже четвертый, но, кажется, не более. Мы ведь еще и года не следим.

— Нда-а-а, и года не прошло, а такие грандиозные успехи! Хе-хе.

— Я подъехал к ирьеганам, но от них проку мало. Вроде, ребята общительные, не упрямятся, да вот попробуй догадайся, что имеется в виду, когда они утверждают, дескать, прямо на этих плитах написано, забирать их или пока оставить. А откуда это всё, они и подавно ни бум-бум! О каких-то медленных гундосят. Что за медленные, я так и не понял.

— Но плиты хотя бы поковырял, попилил?

— А то! Вот смотрите: они твердые, шоколадного цвета, с матовой гладкой поверхностью и близкие по размеру. Состав: сложная кремнийорганика.

— Да что, я их не видел, что ли? — председатель комиссии по благоустройству раздраженно отодвинул пачку снимков. — И ходил по этим тротуарам много раз, и, должен подтвердить, действительно удобно. Легкость в шаге сразу появляется и словно бы даже некоторый душевный подъем! Нет ли там каких полей?

— Что вы, Иван Дмитриевич! Мы бы их сразу за шкирку взяли. Поля разные — вещь лукавая, особенно от чужаков!

— Ладно. Надеюсь хоть, ты проводил свои изыскания достаточно скрытно? Фергнюгин не придет ругаться и сулить штрафы?

— Нет! Мы осторожно умыкнули одну из плит с краю не самой приметной дорожки и немного повозились с ней, а потом вернули назад.

— А что у них с доходами-расходами? Как концы с концами сводят?

— Это сложный вопрос, Иван Дмитриевич. За содержание тротуаров и пешеходных дорожек город им платит — весьма умеренно, как вы знаете.

— Еще бы не знать! Кабы не дешевизна, разве б мы отдали подряд какой-то сомнительной межпланетной фирме? Наши-то не больно желали браться: ни скорой, ни крупной прибыли отродясь не светит.

— Верно. А с танцплощадок они имеют побольше, даже с вычетом аренды за землю и налогов. Народ-то туда валит! Сумел Фергнюгин дело раскрутить! Но все равно, по сумме обоих проектов, особенно если принять во внимание логистические расходы, барыш слишком скромен, чтобы заинтересовать межпланетных деятелей. Что-то тут нечисто!

— Блестяще, Бучин! Ты закончил в точности тем, с чего начал. Потрясающая эффективность работы! Что-нибудь еще?

— Обождите, Иван Дмитриевич, не горячитесь. Пускай мы не все поняли, но, может быть, это не помешает кое-что поиметь.

— Вот как?

— Эти покрытия похожи на шоколадки не только цветом. У них присутствует специфическая внутренняя структура наподобие долек шоколадной плитки. И дольки также можно отламывать. Причем при отламывании они аннигилируют с выделением значительной энергии, которая спалила нам парочку славных роботов. Правда, только первая долька дает чистый энергетический выход. Начиная со второй, связи, их соединяющие, будто бы крепнут, и для отламывания требуется уже затрачивать энергию самим, хотя выделяется пока еще больше. Отламывать четвертую по счету дольку становится энергетически невыгодно. Зато первые три...

— Ты намекаешь?

— Да, Иван Дмитриевич. На пару-тройку частных энергозаправок с лихвой хватит! Чем не прибавка к нашему скудному муниципальному жалованью?

— Но обломанные плиты… Они как-нибудь изменяются?

— Светлеют. Однако, главное заключается в том, что эти чудесные покрытия обладают способностью к регенерации. Двое суток с небольшим — и как не бывало! Наверное, разновидность кристаллов.

— Любопытно! Но без Фергнюгина все равно не обойтись. Иначе это форменный разбой.

— Я уже имел с ним беседу.

— А ты, Бучин, прыткий… И?

— Шумел, конечно, по первости. Грозил за самоуправство, как вы и предположили. Даже в неуверенность меня вогнал, признаться.

— Прыткий...

— Однако через пару дней остыл: то ли прикинул, что да как, то ли начальство его обижает. Короче, слово за вами, Иван Дмитриевич.

— Соблазнительно, хе-хе.

— У Фергнюгина два требования. Повторение процедуры не допускается, и плиты будут использоваться не все, а опять же выборочно. Тем не менее, и при таком раскладе можно неплохо поживиться!

— Мудрит, однако, фирмочка, хе-хе!

 

***

— От лица нашей компании рискну предложить вам новую услугу! Недавнее изобретение! Это нечто совершенно особенное! Для настоящих чувственных гурманов! Для тех, кто любит погорячее!

—? — индивидуум был настроен на массаж, но агенту удалось его заинтриговать.

— Вы понимаете.

— Неужели… расчлененка?!

— Извольте.

— Но это же!..

— Услуги, естественно, будут не здесь. Нам не нужны трения с законом. А на другой планете — никаких проблем! Быстрым никогда нас не понять.

— Но все равно!..

— Наши постоянные клиенты уже в восторге!

— Расчлененка!..

— Именно.

— А как же дегенеративная ламброненция?

— Никаких последствий, никакой ламброненции — это возможно только там!

— Расчлененка… И без дегенеративной ламброненции! Разве так бывает?

Агент весь лучился доброжелательностью и сиюминутной готовностью разбиться в лепешку ради клиента.

— То есть, меня расчленят — и совсем-совсем без последствий?..

— Абсолютно! Только ваше наслаждение!

— М-м-м, до чего же заманчиво! И почём это сладкое безумство?

 

  • Стирка (Паллантовна Ника) / Смех продлевает жизнь / товарищъ Суховъ
  • Душа моя / Леонард
  • Осколок №1 / Калейдоскоп из горьких осколков / Кельта
  • И на Марсе будут... / "День Футурантропа" - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Фомальгаут Мария
  • Завіса / Гуїнплен / Argentum Agata
  • Бремя дара / Казимир Алмазов / Пышкин Евгений
  • После просмотра кинофильма о детях / elzmaximir
  • Сашок / Знатная Жемчужина
  • Афоризм 003. О предательстве. / Фурсин Олег
  • Депрессия / Дневниковая запись / Сатин Георгий
  • Тайна белой тумбочки / Аркадьев Олег

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль