Глава 3. Как один из них. / Ясная Гвардия (Название рабочее) / MimiName
 

Глава 3. Как один из них.

0.00
 
Глава 3. Как один из них.

Следующие несколько дней слились для Лиона в одно мучительно-долгое мгновение. Находясь на борту корабля, в каюте (которую, к великому сожалению полуэльфа, пришлось делить с Андаилом), юноша пытался восстановить связь с реальностью. Тошнота и головная боль были неизменными его спутниками и никак не желали отступать, что лишало Лиона возможности насладиться путешествием, но он не смел жаловаться. Он знал, что всё будет именно так.

Рози и Браун, напротив, всё возможное время проводили на палубе, засыпая членов экипажа вопросами обо всём, что видели. И даже капитан Радпал, высокий светловолосый мужчина с пышными усами, не мог устоять перед двумя маленькими ураганами, что носились по кораблю с невероятной скоростью. Однажды он позволил Брауну, под присмотром, конечно же, подняться в «воронье гнездо», чтобы мальчик мог оглядеть море с высоты. Брауна это привело в восторг, и он не упускал ни одной возможности узнать больше о корабельной жизни, с радостью хватаясь за любую работу. Буквально за пару дней он так полюбился морякам, что они называли его не иначе как «юнга».

Андаил появлялся в каюте лишь изредка, не забывая бросить на Лиона насмешливый взгляд, а Сильфиэль и вовсе, казалось, забыл про его существование. Но юноше это только играло на руку.

На четвертый день тошнота отступила, и полуэльф на нетвёрдых ногах поднялся на палубу.

«Русалка» держала курс на запад, следуя за медленно опускающимся солнцем. Все паруса были подняты, наполняясь постепенно теплеющим ветром, а матросы слонялись без дела, не имея в этот день работы. Всё шло своим чередом, и ничто не отягощало путешествие, а потому на борту царили умиротворённость и беспечность. Капитан Радпал стоял у штурвала, а над марсовой площадкой фок-мачты, в «вороньем гнезде», Лион увидел расплывчатый, но очень знакомый силуэт.

Подойдя к левому борту, юноша устремил свой взгляд в море, надеясь увидеть что-нибудь под покровом воды, но отражающийся в волнах свет ослепил его, вызвав очередной приступ головокружения и тошноты. Полуэльф резко подался вперёд и покачнулся, готовясь к потере сознания, но упасть ему не позволили. Кто-то подхватил его и положил руки на голову, прикрывая уши.

— Лионэль, смотри на горизонт, — голос доносился словно издалека. — Сосредоточься на границе, что связывает небо с водой, и дыши как можно глубже.

Лион последовал совету и не смел закрывать глаза, пытаясь сфокусироваться на нужной точке. Он дышал так глубоко, как только мог, и его лёгкие наполнялись солёным воздухом, поначалу доставляя дискомфорт, а после принося лишь свежесть и облегчение. Тошнота отступила, и расплывчатые очертания приобрели свою истинную форму. Сделав ещё несколько глубоких вдохов и полностью придя в себя, Лион обернулся.

— Спасибо, — кивнул он, не в силах даже съязвить так вовремя подошедшему Андаилу.

— Было бы нехорошо, если бы ты оказался за бортом, — черноволосый эльф усмехнулся. — Кто знает, какие создания обитают в этих водах, а умереть так просто я не могу тебе позволить. По крайней мере, пока ты не выплатишь свой долг господину Сильфиэлю.

В этом Лион ни капли не сомневался. И всё же, было ли это проявлением сострадания со стороны вспыльчивого эльфа?

Остаток дня юноша провёл на носу корабля, бездумно вглядываясь вдаль и пытаясь привыкнуть к новым ощущениям. Ему не терпелось пообщаться с Рози и Брауном, но, видя, в каком они восторге от происходящего, он решил дать им возможность повеселиться. В конце концов, кто знает, как изменит их жизнь в Неллранде, и услышит ли Лион их смех вновь.

В Неллранде.

Юноша успел позабыть о том, куда они держат путь, и сейчас мысли о подобном вызвали очередной приступ тошноты и головокружения. Он опустился на палубу и обхватил голову руками, дыша глубоко и часто.

— Господин Лионэль? — внезапно раздавшийся голос застал юношу врасплох. — Капитан Радпал ожидает, что вы присоединитесь к нему за ужином. Позвольте проводить вас в его каюту.

Лион понимал, что выбора у него нет, а потому последовал за матросом. С каждым пройденным шагом приступ морской болезни проходил, но сердце, наоборот, ускоряло темп. Юноше пришлось взять себя в руки, и, входя в каюту капитана, он держался так уверенно, как только мог. Впрочем, вся его уверенность мгновенно испарилась.

Каюта была просторной. В центре находился огромный стол из красного дерева, заставленный в данный момент изысканными блюдами, а стены были увешаны морскими картами с множеством пометок. На небольших тумбах, стоящих вдоль стен, юноша заметил кучу непонятных ему приспособлений, среди которых он мог узнать только подзорную трубу.

— Проходи, Лионэль, — капитан Радпал жестом указал на свободный стул, и полуэльф повиновался. — Как ты себя чувствуешь?

— Намного лучше, спасибо, — ответил он, покосившись на Сильфиэля и Андаила.

— Поешь, не стесняйся. За всё время ты почти ничего не ел, но так дело не пойдёт. Всё остальное обсудим после ужина, если никто не имеет возражений.

С таким предложением согласны были все.

Из вежливости или же из-за урчания в животе, Лион положил в свою тарелку хороший кусок мяса и несколько галет. Голод давал о себе знать, но юноша понимал, что эта еда может выйти ему боком. Хоть приступы немного уменьшились, всё же никуда не исчезли, и данный ужин мог повлечь за собой неприятные последствия. Однако сейчас он даже не задумывался об этом, понимая, что без еды может быть ещё хуже.

На протяжении всей трапезы он внимательно оглядывал присутствующих здесь, и отметил, что эльфы совсем не притронулись к мясу и рыбе — оба отдали предпочтение галетам и овощам. В противоположность им, тарелка капитана была наполнена исключительно животной пищей. Ужин проходил в полном молчании, и лишь когда было съедено столько, сколько можно, Радпал прокашлялся.

— Как капитан данного судна, я готов оказать поддержку членам Ясной Гвардии в текущем задании, — заговорил мужчина, — однако, господа, вы должны понимать, что запас времени ограничен. Мы не можем позволить себе длительную задержку и…

— Какое задание? — перебил Лион. — О чём вы?

— Прошу прощения, капитан Радпал, — Сильфиэль поднял ладонь, — у нас ещё не было возможности ввести Лионэля в курс дела. Если вы дадите нам пару минут, мы восполним пробел в текущей ситуации.

— Что же, извольте.

— К тому же, — встрял Андаил, — есть ещё одна проблема.

— Верно, хотя я бы не называл это так. Я понимаю, что это нужно было сделать намного раньше, но, учитывая всё произошедшее, случай нам так и не представился. Лионэль, как думаешь, чем занимается Ясная Гвардия?

— Ну… вы, если я правильно помню, личный отряд Усуриэля, — юноша мельком глянул на Андаила, но тот удержал свои эмоции при себе. — Так что выполняете приказы и прислуживаете ему.

— Не совсем, — покачал головой Сильф. — Мы не являемся слугами Усуриэля в том смысле, в коем ты себе представляешь. Наш отряд был создан лишь для того, чтобы помогать тем, кто в нас нуждается, вне зависимости от расы или положения. Если ты помнишь, в Сарде именно Андаил сыграл важную роль в поимке… вора в маске. Городская Стража просила о помощи, и наша Гвардия не смогла отказать тем, кто нуждался. Где бы мы ни находились, мы следуем туда, куда направит нас Усуриэль.

— Помогаете всем, кому это нужно? — призадумался Лион.

Он и в самом деле помнил то, что произошло в Сарде. Первый визит эльфов был кратким, и даже тогда полуэльф понял, что путь их лежал далее. Но во второй раз, очевидно сосредоточившись на задании, они до последнего не выдали своего присутствия. И если их действительно просили о помощи, то эльфы сделали всё, чтобы Лион не узнал о том, что за ним идёт охота.

— Верно, — кивнул эльф. — Сегодня же мы получили новое послание, и должны отправиться на материк Крил. Жители небольшого фермерского селения Датша всё чаще и чаще подвергаются нападкам гоблинов, которые уничтожают посевы и скот, а также убивают мужчин и похищают детей. Ранее датшане справлялись своими силами, ибо гоблины не осмеливались заходить дальше, но за прошедшие пять дней было убито двенадцать мужчин, и четыре ребёнка пропали без вести. Мы не можем игнорировать подобную ситуацию и просим тебя о помощи.

— Как будто у меня есть выбор, — поник юноша. — На ближайшие пятьдесят лет я твой раб, а потому моё желание или нежелание тут роли не играет.

— В этом и заключается проблема, — вздохнул Андаил. — Формально, ты ещё не прошёл посвящение и членом Ясной Гвардии не являешься, поэтому господин Сильфиэль просит, а не приказывает. Ты волен отказаться и ждать нас на борту «Русалки», но твой ответ мы должны услышать незамедлительно.

Лион уставился в стену, задумавшись над тем, что ему сообщили. Он понимал, что не имея абсолютно никаких навыков в реальном бою, будет лишь путаться под ногами у двух воинов, да и не горел особым желанием ввязываться в то, от чего мог отказаться. В конце концов, какой смысл рисковать жизнью, если он не является одним из них? Моральная сторона вопроса подталкивала полуэльфа к действию, ибо он понимал, что может спасти хоть кого-то, однако рассуждения о подобном не были его сильной стороной. Вспомнить хотя бы то, кем был он сам. И всё же, несмотря на противоречивые чувства, юноша решил даже из этого извлечь пользу.

— Ты помнишь условия нашей сделки? — спросил он Сильфиэля, и тот кивнул. — Пятьдесят лет и пятьдесят дней службы тебе в обмен на мою свободу и жизнь Рози. Хоть Андаил и сказал, что я не прошёл посвящение или что там ещё, меня это не волнует. Уговор уже вступил в силу, хочешь ты того или нет. Конечно, мне бы хотелось отсрочить этот момент настолько, насколько это возможно, однако я не так глуп, как могло показаться. Отсчёт времени пошёл с того дня, как я перешагнул порог темницы, и ты должен это понимать. Чем раньше всё это начнётся, тем раньше я обрету свободу.

— Ах, ты…

— Андаил, не стоит, — мягко улыбнулся Сильф. — Браво, Лионэль, ты воспользовался лазейкой, что я оставил. Верно, я не говорил тебе ни слова об официальной церемонии вступления в Гвардию, а потому мне остаётся лишь согласиться с тобой. Могу ли я расценивать твой ответ, как согласие на моё предложение?

— Если ты прикажешь, я подчинюсь, — ответил Лион, пожав плечами. — В конце концов, моё время пошло.

— В таком случае, — капитан снова взял слово, — я хочу сообщить вам о том, что приемлема задержка не более, чем на три дня. Знаю, что от берегов Крила путь ваш займёт половину дня, и надеюсь, что времени будет достаточно.

— Вполне. Эти твари не отличаются особой сообразительностью и к тому же не выходят из пещер днём. Думаю, там небольшое племя или, скорее всего, отряд — так далеко от гор не могли отойти все гоблины континента.

— Расправимся с ними так быстро, что они и не поймут! — обычно непроницаемые синие глаза Андаила хищно блеснули.

— Хорошо, — Радпал погладил свои усы, на мгновение задумавшись. — Мы подойдём к ним со стороны залива Клис, где вам придется оставить судно и добираться до берега на шлюпке, уверен, там вам окажут приём. Ближе мы не сможем никак подойти, а…

Внезапно раздался стук в дверь, и капитан позволил войти.

В каюту вошёл мальчик, в котором Лион не сразу узнал своего младшего брата. Браун был одет в чёрный расстёгнутый жилет, под которым была серая матросская рубаха, и в чёрные штаны, что доходили ему до колена, а волосы скрывала красная бандана, небрежно повязанная на голову. Он чётким шагом подошёл к столу и выпрямился во весь рост.

— Капитан Радпал, разрешите доложить! — отчеканил мальчик звонким голосом, заставив улыбнуться всех присутствующих.

— Докладывай, юнга, — приказал мужчина, явно подыгрывая маленькому моряку.

— Леди Рози просит господина Лионэля подняться на палубу незамедлительно! — сообщил он, а затем смущённо добавил: — Извините, что перевал вас, но она увидела в воде что-то странное и попросила позвать брата. Если я вас отвлёк, то зайду позже.

— Спасибо за доклад, юнга, ты свободен, — кивнул капитан. — Я хотел лишь рассказать вам о необходимости завершить ваше задание как можно скорее. Мы не можем терять много времени, и я надеюсь на ваше понимание. Если вам будет угодно, я могу отправить с вами часть экипажа.

— Благодарю за предложение, — Сильфиэль слегка поклонился, — однако в этом нет необходимости. Если мы пойдём малой группой, у нас будет больше возможностей для внезапной атаки.

— Как пожелаете. Мы войдём в залив Клис на рассвете, поэтому рекомендую вам как следует отдохнуть и набраться сил. Лионэль, надеюсь, твоё пребывание на борту «Русалки» в последующие дни доставит тебе больше удовольствия.

Поблагодарив капитана за ужин и беспокойство, Лион выскочил из каюты и направился на встречу с Рози. Долго искать её не пришлось — девочка стояла на носу корабля, на полубаке, и вглядывалась в бескрайнюю водную гладь. Повернувшись к брату, она улыбнулась, и юноше показалось, что волосы её были окрашены в алый цвет, подобно заходящему солнцу.

— Братик, смотри! — весело закричала она, указывая вниз. — Там единороги в воде!

Лион подошёл к сестре и вгляделся в море. В закатном свете, в блестящих алых волнах, он увидел существ, что плыли на уровне ватерлинии чуть впереди корабля. Светлые, огромные рыбины с серовато-бурыми пятнами были длинной около тринадцати футов, и у некоторых из на голове виднелся длинный рог. Таких существ Лион не видел даже на картинках, а потому наблюдал за ними с нескрываемым восторгом.

— Они называются «нарвалы», — рассказал Сильфиэль, ступив на полубак. — Хоть они и похожи на рыб, но таковыми не являются. Они как животные, только живут в воде, и очень редко встречаются в мире. Иногда их называют «морскими единорогами», но на самом деле это не рог, а зуб. Говорят, встретить их — к удаче.

— Дядя эльф, — Рози улыбнулась и взяла его за руку, — ты мне нравишься.

— Что? — от такого заявления Лион чуть не свалился за борт. — Ты хоть думаешь, что говоришь?

— Но ведь это правда! — девочка надула губы и топнула ногой. — Дядя эльф очень добрый и так много всего знает! Ты его не любишь, но он так хорошо относится к нам! Тебе должно быть стыдно!

— Благодарю за доброту, маленькая леди, — Сильф опустился перед ней на одно колено и погладил по голове. — Прошу, зови меня по имени, хорошо?

— А можно? — смущённо спросила она, и эльф кивнул. — Тогда я согласна!

— Беги спать, Рози, — устало вздохнул Лион. — Уже очень поздно.

— Спокойной ночи, братик! Спокойной ночи, Сильфи!

С этими словами девчушка убежала в свою каюту, оставив их наедине. Лион раздражённо покосился на Сильфиэля, не сумев выкинуть из головы слова сестры, но не сказал ни слова. Он не мог и не хотел влиять на решения и отношение своих брата и сестры к другим, но его мнение от этого не поменялось ни на йоту.

— Можешь ненавидеть меня и всех эльфов столько, сколько твоей душе будет угодно, — улыбнулся Сильфиэль той грустной улыбкой, что юноша видел слишком часто, — но не тащи детей в бездну ненависти. Они чисты и невинны, позволь им самим строить свою судьбу.

Лионэль остался в одиночестве, и морская болезнь снова дала о себе знать. Сосредоточившись на подавлении приступов, юноша устремил свой взгляд на горизонт, однако заходящее солнце слепило его, мешая сфокусироваться. Кое-как подавив тошноту, он отправился в свою каюту и, едва дойдя до кровати, рухнул, даже не успев понять, что произошло.

Лиону показалось, что прошло лишь несколько минут прежде, чем его разбудил Андаил, сообщив о том, что скоро нужно будет отправляться. Еле открыв глаза, он поднялся на палубу, где увидел Сильфиэля, который говорил с Брауном и Рози. Дети были очень расстроены, что брат покидает их на несколько дней, но, казалось, понимали объяснения эльфа. Помахав юноше рукой, Браун побежал заниматься корабельной работой, а Рози крепко обняла его, после чего заключила в объятия Сильфиэля и Андаила, удивив последнего.

Доспехов на эльфах не было, но оружие и зелёные плащи оставались при них. У Лиона был лишь серебряный кинжал, и он подумал, что по возможности следует избегать сражения. Он не был трусом, но реальную помощь оказать не мог.

Выслушав от капитана пожелания удачи и напоминание о времени, Лионэль отправился на своё первое задание.

Едва шлюпка коснулась воды, как полуэльф перекинулся через борт. Находясь в этом маленьком судне, он чувствовал качку ещё сильнее, и его внутренности скрутило так, что не было никакой возможности даже собраться с мыслями. Около четверти часа, пока Андаил грёб к берегу, Лион молился, чтобы его не стошнило, и лишь когда шлюпка причалила к берегу, он посмел открыть глаза. С радостью вскочив на твёрдую землю, юноша бросился за ближайший камень, и вчерашний ужин покинул его желудок.

— Жалкое зрелище, — покачал головой черноволосый эльф.

У юноши не было сил ответить ему. Сделав несколько глотков холодной воды из фляги, он огляделся по сторонам. Позади было море, а впереди полуэльф увидел лишь множество скал и проходящую где-то между ними дорогу, что вела в неизвестность.

— Нас должны были ожидать, — заметил Сильфиэль.

Едва он это произнёс, как на дороге появились поднимающиеся клубы пыли. Повозка, запряжённая двумя бурыми лошадьми, остановилась в четверти мили от гвардейцев, и возница замахал руками, крича, что дальше проехать не может. Воины направились к нему.

— Приветствую вас, господа! — поклонился мужчина. — Благодарю, что услышали наш призыв о помощи и не оставили в столь тяжёлой ситуации!

— Не велит нам долг оставить нуждающихся, — Сильф поклонился в ответ. — Какая бы напасть не тревожила вас, мы явимся по первому зову, дабы принести вам мир.

От подобных речей эльфа Лион усмехнулся и тут же получил упреждающий удар в бок от Андаила. Полуэльф посмотрел в его светло-синие глаза и подумал, что если бы взглядом можно было убить, он был бы уже мёртв.

— Скорей же забирайтесь в повозку, путь нам предстоит неблизкий.

Едва гвардейцы заняли предложенные им места, лошади во весь опор пустились к деревне Датша.

Их путь лежал мимо скал и далее на открытую равнину, увидев которую Лион удивился. Это место казалось таким пустынным, что мало кому пришло бы в голову обосноваться здесь надолго. Однако юноша понял поспешность своих выводов, когда несколько часов спустя впереди показалось роща из высоких и крепких деревьев. Дорога была широкой, и поэтому повозка не столкнулась с трудностями, преодолевая этот участок пути.

Лион дышал полной грудью, наслаждаясь удивительными и незнакомыми запахами. Проживая часть жизни у моря, а в раннее в скалистой местности, он даже представить не мог, какое множество ароматов скрывали рощи и леса. Много лет назад он был в лесах Неллранда, однако тогда ему было не до новых ощущений, и он даже не помнил, что чувствовал в то время. Сейчас же лёгкие наполнялись непривычной свежестью, а голова кружилась, но юноше нравились эти ощущения. Почему-то именно сейчас он чувствовал себя свободным, как никогда.

Впрочем, покинув рощу, полуэльф вернулся в реальность и вспомнил, что о свободе в ближайшие годы можно и не мечтать.

Прошло ещё около часа прежде, чем перед глазами гвардейцев предстало селение Датша, что находилось на большой равнине. Деревянные домики, укрытые соломенными крышами, были разбросаны по обширной площади, и к каждому из них прилегало небольшое поле, заботливо вспаханное и засеянное различными культурами. С небольшого уступа Лион ясно видел трудящихся фермеров и животину, что паслась неподалёку от них. В центре селения находилась площадь, вымощенная каменными плитами, на которой стоял довольно большой двухэтажный дом. Выглядывая из повозки, юноша никогда бы не подумал, что местные жители подвергаются столь ужасным нападкам, если бы не знал этого заранее.

Возница остановился на той самой площади, где их уже ждали, и едва Лион спрыгнул на землю, как повозка вновь отправилась в путь.

— Приветствую вас, юные воины.

Опираясь на посох, к ним подошёл старик в длинной серебряной мантии и остроконечной шляпе такого же цвета. Его длинные волосы и борода были абсолютно седыми, а кожу покрывало множество морщин, но голубые глаза были блестящими и живыми.

— Я старейшина этой деревни, моё имя — Вогн, — представился он, отвесив поклон. — Я безмерно рад, что эльфийский господин Усуриэль изволил отправить нам столь значимую помощь. Слухи о Ясной Гвардии доходят даже до подобных мест, и нет слов, чтобы выразить мою благодарность вам и вашему владыке.

— Имя мне Сильфиэль, — златовласый эльф склонил голову, и оба гвардейца последовали его примеру. — Имена же моих подчинённых — Андаил и Лионэль. По воле нашего правителя, Усуриэля Ясноокого, мы окажем вам помощь в борьбе с мерзкими гоблинами. Знайте же, что эти твари будут истреблены до того, как солнце взойдёт ещё дважды.

— Обнадёживающие речи молвите, господин Сильфиэль. От всей души надеюсь, что нападения на моих подданных завершатся с вашей помощью. Сейчас я предлагаю вам отдохнуть с дороги, после чего расскажу вам всё, что пожелаете знать. Мой дом к вашим услугам.

Вновь поклонившись, Вогн пригласил воинов в своё жилище. Предоставив в их распоряжение просторную комнату, старейшина удалился, и гвардейцы приступили к обсуждению.

— Что думаете обо всём этом? — спросил Сильф, откидываясь в кресле.

— Думаю, что до захода солнца необходимо опросить жителей и разведать местность, — тут же предложил Андаил. — Нужно получить как можно больше информации о нападениях, чтобы составить план действий, а также найти предполагаемое убежище гоблинов. Если поиски ни к чему нас не приведут, я считаю, что нужно будет организовать патруль, включив в него местных жителей. Тогда, возможно, мы сможем отбить вероятное нападение, не оставив тварям не единого шанса.

— Только если фермеры согласятся патрулировать Датшу, — кивнул Сильфиэль. — Жители селения попросили о помощи нас, поэтому перекладывать на них свои обязанности мы не можем. Предложите им данный вариант, но не настаиваете, в случае чего, с этой задачей справимся и мы трое. И если столкновение произойдёт сей ночью, проследите, чтобы ни один гоблин не сбежал.

— Я не согласен, — возразил Лион, и эльфы уставились на него. — То есть, я не сомневаюсь в необходимости разведки или патруля, но вырезать их всех кажется мне плохой идеей. Что если они будут действовать малой группой, оставив часть своих сил в убежище? Нападки на фермеров не прекратятся, а мы лишимся возможности вычислить их логово. Я предложил бы дать одному из них возможность сбежать, если, конечно же, моё мнение имеет хоть какое-то значение.

— И как долго ты собираешься заниматься самобичеванием? — вспылил черноволосый эльф, ударив кулаком по столу. — К моему великому сожалению, теперь ты — воин Ясной Гвардии, а потому не смей ставить господина Сильфиэля в неловкое положение! Хоть он и принял тебя из жалости, он считает, что твои замечания и предложения имеют ценность! Если есть, что сказать — говори!

— Остынь, Андаил, сейчас мы с этим ничего не сможем сделать. Лионэлю потребуется много времени, чтобы понять и принять некоторые факты. Возвращаясь к изначальной теме, хочу отметить, что вы оба уловили суть. Для начала давайте попробуем отыскать пещеру гоблинов, и если поиски окажутся безрезультатными, будем разговаривать с датшанами и организовывать патруль. Если же нам удастся отыскать логово, разобьём лагерь и будем ждать наступления ночи. Лионэль, прошу прощения, что у нас нет возможности снабдить тебя оружием, поэтому советую тебе воздержаться от необдуманных действий. Знаю, что при тебе находится твой кинжал, однако в битве с гоблинами он мало чем поможет. Если же схватка будет неизбежна, надеюсь на те навыки, что ты приобрёл в Сарде.

— Как скажешь, — кивнул юноша, понимая, что схватки не избежать в любом случае. — Только перестань, наконец, называть меня Лионэлем. Я — просто Лион.

— Тебе придётся с этим смириться — заявил Сильфиэль. — Неважно, насколько сильно ты ненавидишь эльфов или же эльфийскую часть самого себя, это имя тебе дали родители. Не отказывайся от него и носи с гордостью.

Лион фыркнул и повернулся к окну. Его приводило в бешенство поведение златовласого эльфа, так же, как и черты его характера. Он ненавидел в Сильфиэле всё — его мягкий голос, грустную улыбку и вечно печальный взгляд, ненавидел его доброту и стремление помогать всем, кому может, ненавидел его обходительность и понимание. То ли дело — Андаил, который как нельзя лучше соответствовал представлению юноши об эльфах — вспыльчивый, высокомерный, заносчивый и абсолютно не сдерживающийся в выражениях.

— Даю вам час, чтобы подготовиться, а затем мы выступаем, — закончил разговор Сильфиэль. — Мне же нужно переговорить со старейшиной Вогном, возможно, удастся получить больше информации.

Оба эльфа вышли из комнаты, и Лион опустился в кресло, в котором ещё несколько секунд назад сидел Сильф. Достав из-за пояса серебряный кинжал, юноша поднёс его к глазам. Клинок блестел так, будто выкован был совсем недавно, хотя получил его полуэльф ещё будучи ребёнком. Юноша провёл взглядом по крестовине, выполненной в виде крыльев, и рукояти, что была обтянута чёрной кожей, и улыбнулся. В его голове тут же зазвучал голос.

— Это оружие никогда тебя не подведёт, — сказал Тарлайн, вручая кинжал сыну. — Заботься о нём как следует, и оно ответит тебе тем же.

Погрузившись в воспоминания и размышления, Лион не заметил, как прошёл отведённый ему час.

— Нам пора, — окликнул его Сильфиэль, стоя на пороге комнаты. — Надеюсь, поиски наши будут удачными и вовлекать местных жителей не придётся.

Юноша не ответил.

Вместе с эльфом он проследовал к границе Датши, где их ожидал Андаил, указав рукой на небольшое горное скопление чуть вдали. Прикинув расстояние, лидер отряда посоветовал всем поторопиться и первым двинулся в путь, внимательно оглядывая местность.

Оба эльфа держались уверенно и твёрдо, передвигаясь бесшумно и быстро, зато Лион не выпускал из руки кинжал, оглядываясь по сторонам и вздрагивая от любого звука. Он поражался, насколько беспечно вели себя его соратники, которые не удосужились даже достать мечи из ножен, но понимал, что сейчас оружие им ни к чему.

Горы были небольшими — футов сорок в высоту и несколько миль в длину. Вспоминая разговор на борту «Русалки», юноша укрепился в выводах, что здесь обитало небольшое племя или случайно забредший отряд. Во всяком случае, он надеялся на это, ведь столкнуться с ордой гоблинов не входило в его планы.

Сильфиэль приказал разделиться и осмотреть каждый кусочек возможной территории, ибо даже он понимал, что полностью прочесать местность до захода солнца не представляется реальным. На поиски он выделил два часа, на протяжении которых гвардейцы должны были разыскать лагерь гоблинов или хоть какие-то следы их пребывания здесь. По истечении времени все должны были встретиться в указанной эльфом точке и доложить о результатах.

Лион совсем не был в восторге от того, что ему придется остаться в одиночестве, но спорить не стал. Ему приказывают — он подчиняется, не больше и не меньше. А потому, когда Сильфиэль приказал всем разойтись, юноша направился на обход доверенной ему территории, не сказав ни слова.

Передвигаясь по горному ландшафту, он на несколько мгновений позабыл о том, кто он и где находится. Эта местность оживила в его памяти воспоминания о другой, давно прошедшей жизни, и Лиону пришлось хлопнуть себя по щекам, чтобы развеять внезапное наваждение.

Горы были покрыты пещерами буквально полностью, однако полуэльфу за всё время не удалось заметить ничего, что свидетельствовало бы о пребывании здесь гоблинов. Не было никаких следов, потухших костров или остатков еды, что поначалу наводило на мысль, будто гвардейцы изначально пошли по ложному следу. Возможно, гоблины нашли пристанище в другом месте.

Лион ловко спрыгнул с небольшой горки и чуть не упал, запнувшись о что-то большое и длинное, но вовремя смог восстановить равновесие. Он поднял предмет с земли и невольно поморщился — это была кость, явно принадлежавшая крупной скотине. Внимательно осмотрев её, юноша пришёл к выводу, что лежала она там очень давно, и вряд ли могла послужить зацепкой в текущих поисках. И, тем не менее, он решил рассказать Сильфиэлю о находке, как только они встретятся.

За оставшееся время Лион больше ничего не нашёл. Обыскивая всё, до чего только мог дотянуться его взгляд, он не раз задумывался о том, что стоило бы принести факелы и осмотреть пещеры изнутри. И хотя перспектива сражения с гоблинами в их владениях пугала его, это значительно бы ускорило выполнение их задания.

Прибыв к месту сбора, юноша с удивлением отметил, что Сильфиэль и Андаил уже ждали его. Гвардейцы поделились друг с другом своими наблюдениями и предположениями, и все пришли к выводу, что гоблины хорошо прячутся, ибо только Лионэлю удалось обнаружить хоть что-то. Но, как и думал полуэльф, одна-единственная старая кость ещё ничего не доказывала.

С чувством разочарования и неспокойными сердцами они вернулись в Датшу, где принялись опрашивать местных жителей. Фермеры охотно делились информацией, ничего не утаивая, и многие мужчины согласились с предложением патрулирования, возбуждённо потрясая топорами и вилами. Они были готовы защищать своих родных и близких, даже несмотря на предупреждения о том, что, возможно, жертв не удастся избежать.

Когда на деревню опустилась ночь, все желающие были сформированы в три небольших отряда, возглавляемых одним из гвардейцев, в то время, как остальным было строго-настрого покидать свои жилища. Сначала Лион предложил укрыть женщин и детей в доме старейшины, но Сильфиэль отказал, предпочитая создать видимость того, что никаких изменений в поведении жителей нет. Гоблины хоть и были тупыми, всё же могли почуять западню, а это означало провал.

Сидя на пороге одного из домов, Лионэль вглядывался в простирающееся перед ним поле, что служило границей между горами и Датшей. Неподалёку от него с факелами в руках несли пост трое мужчин в то время, как ещё пятеро наблюдали за территорией из окон домов. Датшане объяснили, что уже после первого нападения гоблинов несколько человек совершали обход деревни, а потому подобное поведение никак бы не вызвало подозрений. Оставалось только ждать.

Луна уже начинала постепенно опускаться, но никаких признаков нападения не было. Лионэль то и дело ловил себя на мысли, что им овладевает сон. Глаза закрывались сами собой, и юноша хлопал себя по щекам, зная, что если уснёт, может уже не проснуться. Он понимал, что негоже дрыхнуть на глазах людей, что доверили ему свои жизни, однако с одолевающей его дремотой поделать ничего не мог. Мягкое, тёплое небытие уже распахнуло для него свои объятия, и Лион был готов провалиться в сон, но внезапно ночную тишину пронзил полный боли крик.

Полуэльф вскочил на ноги и, сжав в руке кинжал, бросился к источнику звука.

— За мной! — скомандовал он остальным, но даже не обернулся, чтобы поверить, исполнили они приказ или нет.

Остатки сна мгновенно слетели с него, и юноша почувствовал такой прилив сил, что, казалось, мог бы и горы свернуть. Впрочем, если бы он замедлил свой бег хоть на мгновение, он бы заметил, что его тело бьёт крупная дрожь. Адреналин, играющий в крови Лиона, подгонял его вперёд и, наконец, добравшись до источника звука, он на несколько секунд замер.

Сильфиэль сражался с самым мерзкими созданием, которое только доводилось видеть полуэльфу.

Тварь была немногим выше, но значительно крепче и тяжелее эльфа. Грязно-зелёная кожа была частично спрятана под тряпками, которым явно пытались придать сходство с доспехами, а руки и ноги гоблина напоминали скорее стволы деревьев, чем конечности. На маленькой, по сравнению с остальным телом, голове располагались длинные заострённые уши, а когда существо повернулось к Лиону, тот увидел крохотные чёрные глазки и полную острых жёлтых зубов пасть.

Воспользовавшись секундной отсрочкой, Сильфиэль описал двуручным мечом широкую дугу и отсёк гоблину голову, которая тут же покатилась в направлении одного из домов. Он что-то крикнул юноше и бросился в сторону, где также были слышны звуки сражения, и полуэльф последовал за ним.

Местным жителям, во главе с Андаилом, удалось оттеснить более десятка уродливых тварей к площади, где на открытой местности у людей было преимущество. Мужчины кололи их вилами и рубили топорами, не выказывая ни страха, ни жалости к своим противникам.

Лионэль бросился к ним на помощь, но сразу же почувствовал, как сзади в его левое предплечье вошло что-то острое. Обернувшись, он увидел гоблина, который сжимал в руках древко длинного копья. Тварь что-то хрюкнула, очевидно, на своём языке, и вонзила копьё ещё глубже, заставив юношу закричать. Повинуясь рефлексу, он сломал палку на две части и бросился в бой, но гоблина не остановила потеря оружия. Размахнувшись здоровенным кулаком, он попытался проломить полуэльфу голову, однако не учёл разницу в размере и ловкости. Лион уклонился от удара и полоснул уродца по руке, оставив глубокую рану от запястья до локтя, от чего гоблин взвыл и бросился на противника с утроенной силой.

Не умеющий толком сражаться юноша уклонялся от ударов и бегал вокруг гоблина. Он колол и резал тварь всюду, куда только мог дотянуться, но ощутимого урона нанести не мог. Всё-таки, его оружие совсем не годилось для схватки с таким существом, но ничего более подходящего у Лиона не было.

Полуэльф попытался нанести уроду удар в грудь, но на этот раз тот оказался проворнее. Схватив юношу за шею, гоблин поднял его над землёй и вцепился огромными ручищами, намереваясь задушить. Перед глазами Лиона всё поплыло, и он даже закричать не мог, судорожно хватая ртом воздух. Ему казалось, что сейчас его шею сломают. Шея… Лионэль ясно видел перед собой толстую шею урода и пульсирующую на ней вену. Призвав остатки своих сил и запретив себе терять сознание, юноша вонзил кинжал, особо не целясь, и тварь швырнула его на землю, заливались пронзительным криком.

Лион больно ударился левым предплечьем, из которого по прежнему торчал обломок копья, и ему потребовалось некоторое время, чтобы восстановить дыхание. Гоблин отчаянно пытался зажать артерию, но даже на расстоянии юноша видел, что это бесполезно — рана была смертельной. Уродец сделал несколько шагов к полуэльфу, после чего рухнул на землю, и жизнь его покинула.

Оглядевшись по сторонам, Лион увидел лишь трёх живых гоблинов, которых безжалостно теснили Сильфиэль и Андаил. С одним из них расправился златовласый эльф, вонзив клинок прямо в сердце, а ещё одному повезло гораздо меньше. Андаил ударил мечом наискосок, оставив на коже гоблина косую рану, что рассекла его тело от бедра до плеча. Уродец взвыл и попытался сбежать, но черноволосый эльф ногой припечатал его голову к стене дома старейшины. Андаил нанёс несколько колотых ударов в его спину, после чего всадил клинок в затылок гоблина и рассёк тому голову буквально надвое. Лионэль поразился его кровожадности, но лишь на мгновение — последний из оставшихся гоблинов бросился бежать.

— Андаил, нэ ва! — приказал Сильфиэль на эльфийском языке, и его подчинённый, кратко кивнув, незримой тенью бросился в погоню.

Полуэльф огляделся — по округе были раскиданы трупы гоблинов, среди которых он увидел и одно человеческое тело. Залитые кровью датшане, не веря своим глазам, постепенно опускали оружие — нападение было отбито. Площадь огласилась радостными криками, но Лиону было не до общего веселья. Кровь перестала бурлить, и юноша вновь ощутил боль в предплечье, которая пронзила каждый миллиметр его тела. Теряя сознание, он увидел бросившегося к нему Сильфиэля и вместо твёрдой земли почувствовал тёплые руки, подхватившие его.

— Ты молодец, — улыбнулся эльф и понёс юношу в дом старейшины, но на миг обернулся. — Теперь дело за тобой, Андаил.

Черноволосый эльф следовал прямиком к горному скоплению, где был ещё несколько часов назад. Умело маскируя своё присутствие, он держался примерно в тридцати шагах от уцелевшего гоблина и даже не сомневался, что тот приведёт к их логову. Вскарабкавшись на небольшую скалу, тварь отодвинула огромный камень и скользнула внутрь открывшегося прохода. Глаза Андаила позволяли ему видеть в свете звёзд, но не во мраке пещер, а потому эльф достал из-под рубахи ожерелье со сверкающим камнем. Он прошептал заклинание на родном языке, после чего продолжил преследование.

Теперь он видел всё. Заклинание, наложенное на камень, позволяло его владельцу видеть даже в самой непроглядной тьме, и поэтому Андаил уверенно двинулся вперёд.

Пещера была довольно глубокой, однако не имела никаких дополнительных коридоров, что играло эльфу на руку. По мере углубления он чувствовал зловонный запах и вскоре наткнулся на одну-единственную развилку, однако не замедляя шага свернул влево — туда, где на стене плясал свет от огня.

В центре пещеры горел костёр, а вокруг него, судя по всему имитируя спальные места, были раскиданы различной затхлости тряпки.

По всем углам были разбросаны кости и обрывки одежды, а запах здесь стоял настолько мерзкий, что, казалось, пропитывал каждую клетку тела эльфа. Андаил скривился от отвращения и обернулся.

За ним, словно пытаясь слиться со стеной, стоял гоблин, так отчаянно вжимающийся в камень, словно надеялся пройти сквозь него. В его руках дрожало короткое копьё, но он даже не пытался напасть, понимая, что против эльфийского воина у него нет ни единого шанса. Тварь несколько раз что-то хрюкнула, но Андаил покачал головой и молниеносным движением вспорол уроду грудную клетку.

— С убийцами дел не имею, — ответил он, сплюнув на каменный пол.

Дождавшись, пока гоблин перестанет биться в агонии, эльф спрятал меч в ножны, затушил костёр и отправился во вторую пещеру, где перед его глазами предстало ужасное зрелище.

На полу лежали человеческие останки. Маленькие, полностью обглоданные кости, были сложены аккуратной кучкой у дальней стены, и Андаил сразу понял, кому они принадлежали. Похищенные дети уже не вернутся к родителям.

Эльфийский воин принёс из первой пещеры самый большой кусок ткани, напоминающий плащ, собрал в него останки, и двинулся к выходу. Вновь оказавшись под открытым небом, он развёл костёр и придал ему кости, прочтя краткую молитву об упокоении невинных душ.

Занималась заря, и Андаил поспешил в Датшу, на встречу с Сильфиэлем и старейшиной Вогном. Им необходимо было доложить о том, что увидел и сделал эльф.

Со стороны селения так же поднимался дым, и, оказавшись на площади, воин увидел огромный костёр, в котором сгорали трупы гоблинов. Там собрались все жители, желающие собственными глазами узреть, что ни одна тварь не выжила, однако среди них кого-то не хватало.

— Тоир погиб, — старейшина Вогн склонил голову в знак скорби.

— А Лионэль?

— Ранен, но жив, — сообщил Сильфиэль. — Сейчас отдыхает.

Андаил подробно рассказал обо всём, что произошло с момента его погони. Он видел, как губы старика дрожат, а глаза наполняются слезами, и понимал, что никакие слова не утешат его. За время нападок гоблинов, в общем счёте, было убито тринадцать мужчин, а четверо пропавших детей оказались пищей для мерзких тварей.

— Ступайте отдохните, — заговорил старейшина срывающимся голосом. — Мы похороним Тоира со всеми полагающимися ему почестями и проследим, чтобы ветер развеял прах гоблинов как можно дальше от наших земель. Вам же нужно отмыться и набраться сил, вас никто и ничто не потревожит.

Поклонившись старейшине, эльфы воспользовались его советом и после купания присоединились к видевшему уже десятый сон Лионэлю.

Полуэльф проснулся лишь сутки спустя, чувствуя, что боль почти совсем исчезла. Он заметил на своём предплечье целебную повязку и мысленно поблагодарил того, кто позаботился о его ране, в надежде, что ему представится возможность сделать это лично. Оглядев комнату, он увидел, что кроме него никого не было, лишь на столе стояла тарелка с завтраком, на который юноша тут же накинулся. И не успел Лион проглотить последний кусок, как дверь в комнату распахнулась.

— Рад видеть тебя в добром здравии, — поприветствовал его Сильфиэль. — Как себя чувствуешь?

— Немного болит, но, в целом, неплохо, — юноша поднял руку, однако тут же скривился от боли. — Скажи, ты не знаешь, кого мне благодарить за лечение?

— Он стоит перед тобой. Пришлось немного потрудиться, чтобы добыть нужные травы, но я доволен результатом.

Лион лишь кивнул в знак благодарности.

— Не хотелось бы тебя тревожить, но старейшина Вогн ждёт нас на площади. К сожалению, времени до возвращения на борт «Русалки» осталось не так уж и много, ибо на восстановление тебе потребовалось больше суток. Датшане хотят с нами попрощаться.

— Вы справились? — вопрос сам собой сорвался с губ Лионэля. — У вас получилось истребить гоблинов?

Мы справились, — поправил его эльф, и юноша понял, что задание выполнено успешно. — Не забывай, что ты теперь один из нас, и твоя помощь была довольно весомой, учитывая то, что сражаться ты не умеешь. Не прими это в обиду, но тебе предстоят упорные тренировки, чтобы научиться владеть оружием.

— Я знаю, — юноша закончил завтракать и надел рубаху. — Думаю, нам пора идти, не стоит заставлять людей ждать.

На площади собрались все жители селения, ожидая, когда старейшина начнёт говорить. Старик стоял на высоком пьедестале, а чуть поодаль Лион увидел повозку, на которой им предстояло возвращаться к морю. Андаил присоединился к ним мгновением позже и кратко кивнул полуэльфу в знак приветствия.

— Господа гвардейцы, от имени всех жителей Датши, я выражаю вам великую благодарность! — заговорил Вогн. — Мы искренне благодарим за то, что вы не оставили нас в беде, услышав призыв о помощи, и избавили от нападок мерзких гоблинов, что забрали жизни многих людей. От всего сердца я надеюсь, что эльфийский господин Усуриэль Ясноокий воздаст вам должное за ваши труды, и Ясная Гвардия будет процветать, продолжая быть опорой для каждого, кто нуждается в ней. Знайте же, что мы во веки веков не забудем оказанную нам помощь, и ежели когда-нибудь ваш путь приведёт вас в наши края, мы и наши потомки встретим вас с почестями и дружбой. С тяжёлым сердцем мы прощаемся с вами и желаем вам удачи и мира, ибо каждый присутствующий здесь будет знать о вас светлую память. Прощайте, друзья мои, и да хранят вас Боги!

Старейшина склонился в глубоком поклоне, и остальные последовали его примеру.

Глядя на датшан, Лион подумал, что не заслуживает этого. В конце концов, что сделал именно он в прошедшем сражении? Он оказался бесполезен и даже одного гоблина еле одолел, получив серьёзную рану, из-за которой выпал из реальности на долгое время. Где-то глубоко в сердце он был рад, что смог сделать хоть что-то, однако понимал, что ему предстоит ещё долгий путь. Впрочем, выбора у него не было.

Переведя взгляд на эльфов, он увидел, что они улыбаются, очевидно, купаясь в лучах славы, и его передёрнуло. Само собой, они гордились тем, что о них знают даже в столь отдалённых уголках мира, и могли использовать своё положение в дальнейшем. Они действительно помогали людям по приказу Усуриэля, но отрицать своё влияние на высокопоставленных лиц даже в самых маленьких землях они не имели права. Взять хотя бы Сарду, где приговорённого к смерти преступника выпустили из темницы по просьбе одного-единственного эльфа.

Не желая больше выносить происходящего, Лионэль забрался в повозку. Он слышал речь Сильфиэля, но разобрать слова даже не пытался, и когда эльфы присоединились к нему, сделал вид, что уснул. Ему не хотелось ничего с ними обсуждать, и юноша даже не заметил, как действительно погрузился в глубокий сон, продлившийся до конца пути.

  • Ива / Veya Zox
  • Непутёвая / Песни / Магура Цукерман
  • Афоризм 280. О долгах... / Фурсин Олег
  • Глава 1 / Дина которая просто хотела дружить / Devil Dima
  • Вечер тридцать шестой. "Вечера у круглого окна на Малой Итальянской..." / Фурсин Олег
  • Моё историческое завещание народу России / Сибирёв Олег
  • Кристина Джорджина Росетти "День рождения" / Анабазис / Прохожий Влад
  • Проводник / Забытый книжный шкаф / Triquetra
  • Глава XII / Black_butterfly / Левитан Алан
  • Забыла прошлое Европа / Васильков Михаил
  • Сирота / Зауэр Ирина

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль