Глава 12

ДЕНЬ ДВЕНАДЦАТЫЙ

Этот день обещал быть знаменательным. Впервые, с момента суда над пиратом из Северной Каранаты, король Септимар II собирался вершить правосудие над заговорщиками. Все жители столицы были взбудоражены этим событием и с нетерпением ждали новостей. Даже погода отражала городские настроения: с самого утра дул сильный ветер, принесший с собой грозовые облака. На море разыгрался нешуточный шторм, так что суда, стоявшие на приколе, стукались бортами друг о друга и о причал, рискуя нанести себе непоправимые повреждения. Вода лилась с небес, как будто море решило поменяться местами с землёй и теперь стремилась вернуться на своё законное место.

После завтрака, на котором царило гробовое молчание, все перебрались в тронный зал, ожидая прибытия Его Величества и, по совместительству, главного судьи. Даже многочисленные слуги столпились у дверей тронного зала, чтобы самолично увидеть, как вершиться правосудие.

Септимар зашёл в зал тихо, без предварительных объявлений. Вместе с ним пришли принц и Кон Фолкор. Вилор занял своё место рядом с королём. Командующий же остался стоять – ему предстояло выступать главным обвинителем. Темайе было поручено доставлять преступников в зал по мере того, как рассказ главного обвинителя, нуждался в свидетельствах обвиняемых.

Король поднял руку и осмотрел всех присутствующих. В зале повисла тишина, нарушаемая шумом ливня за окном.

— Господа, нам предстоит разобраться в этот прискорбном событии, произошедшем на приёме по случаю прибытия капитана Преша. Прошу, Вас, командующий, начинайте!

— Ваше Величество, — начал Фолкор, — после изучения фактов и свидетельских показаний, мы обнаружили, что по странному стечению обстоятельств в одно и тоже время было совершено два преступления. Позволю себе начать с менее значительного.

Король одобрительно кивнул.

Темайя ввел в зал перепуганного Рева Лагу. Он шёл медленно, прихрамывая на правую ногу и озираясь по сторонам – в тронном зале ему ещё не доводилось бывать. Рева подвели к королю, который с интересом смотрел на помощника главного повара.

— Ваше Величество, — продолжал Фолкор, — как вам известно, Рев Лага служит у Вас помощником главного повара и является младшим братом главного повара Росо Лага. Господин Лага младший посчитал уместным сдобрить два королевских десерта настоем рвотного корня, которые по случайному стечению обстоятельств попали к Вашему Величеству и дочери капитана Преша.

Септимара передёрнуло от одного воспоминания о том, как рвотный корень пытался выбраться из него наружу, прихватив с собой все его внутренности, и он с состраданием посмотрел на Илунгу, удивлённо смотревшую на повара. «Как можно было испортить такую вкуснятину?!» — говорил её взгляд. В конце зала послышалась возня – это Росо пытался удержать К Кха, который громким шёпотом грозился скормить «глупого арко» такси, пытаясь одновременно привлечь внимание эльфа. Экторион, который сидел рядом с королём, по личному приглашению Септимара, удивлённо смотрел на орка, пытаясь понять, как тот здесь очутился.

— Что Вы можете сказать по этому поводу, господин Лага? – сурово спросил Септимар, глядя на повара сверху вниз.

— Так, Ваше Величество, — начал оправдываться Рев, — я же только хотел доказать, что Ваш главный повар не справляется со своими обязанностями!

— Почему Вы так считаете, господин Лага? – Септимар снисходительно ухмыльнулся.

— Ваше Величество, — начал воодушевляться Рев, — я подлил настой, а он даже не заметил! А ещё, он слишком много свободы даёт своим поварам. Я придумал столько новых рецептов, чтобы удивить Ваше Величество, а он не разрешает мне их готовить. В общем, его необходимо заменить…

— Я так понимаю, на Вас, господин Лага? – Септимара начала забавлять эта ситуация.

— Конечно, Ваше Величество, — Рев совсем освоился и начал говорить более убеждённо, — к тому же я спас Вам жизнь! Меня надо наградить и назначить главным поваром!

— Какой интересный экземпляр, — склонившись к уху Септимара, произнёс Экторион. – И как ты выйдешь из этого конфликта интересов?

— Смотри, друг, — Септимар улыбнулся уголками губ и обратился к провинившемуся повару. – Господин Лага, полагаю вы действительно заслуживаете награды…

Король сделал паузу и осмотрел присутствующих, все затаили дыхание в ожидании вердикта. Пола начинала злиться. Впервые она столкнулась с несправедливостью, по отношению к гостю Его Величества. Она уже собиралась после этого «спектакля» ехать к Миоре, чтобы та помогла наказать амбициозного засранца, но тут король продолжил:

— Пожалуй, за то, что Вы спасли жизнь монарха, хоть и случайно, я назначу Вас, Господин Рев Лага, на должность главного повара…

Рев выпрямился и торжествующе посмотрел на брата. Придворные возмущённо зашептались.

— … во дворец Вилории, — закончил король.

По залу пронёсся вздох облегчения. Рев Лага застыл с открытым ртом, не в силах понять, что происходит.

— Командующий Фолкор, — обратился Септимар к главному обвинителю, — поручаю Вам проследить за отъездом нашего нового главного повара дворца Вилории. Надеюсь, что с завтрашнего утра господин Лага уже приступит к своим новым обязанностям.

— Будет исполнено, Ваше Величество, — Фолкор улыбался в усы, отдавая команду проводить нового главного повара в его комнату для сбора вещей.

— Это было не умно, Септимар, — заметил Экторион. – А если он там кого-нибудь попытается отравить?

— Так там кроме слуг никого нет. Это дворец принца, который приезжает туда не так часто, — пояснил Септимар другу, улыбаясь от души.

— Я понял ход твоей мысли, Септимар, — Экторион тоже улыбнулся. – Это было изобретательно, вроде наградил за спасение, в то же время отослал с глаз долой. Своего рода ссылка. Очень изобретательно.

— Ваше Величество, — Фолкор продолжал более серьёзным тоном, -следующее преступление, привело к смерти графини Леру Обсидон и, по счастливой случайности, не привело к смерти Вашего Величества. В заговоре принимали участие насколько человек. Прежде всего это боцман каракки «Виктория» Сириол Традитур.

В зал ввели боцмана, придерживающего рукой полы форменной куртки, у которой не осталось ни одной пуговицы. Традитур озирался по сторонам, руки его тряслись, тёмные круги под глазами свидетельствовали о бессонной ночи и вообще, он представлял из себя жалкое зрелище.

— Господин Традитур получил деньги от неизвестного ему лица, человека в чёрном плаще с капюшоном, за то, чтобы он, в отсутствие команды на корабле, влез в сундук капитана Преша и добавил яд в бутылку с коньяком. Что он, собственно и сделал.

— Господин Традитур, — Септимар одел маску непроницаемости, — Вы знали, что Вам был передан яд?

— Да, Ваше Величество, — сникшим голосом отвечал боцман.

— Вы знали, что этот яд предназначался мне?

— Нет, Ваше Величество, — оживился боцман, — я не думал, что эта бутылка будет подарком Вашему Величеству.

— А что Вы думали? – продолжал расспросы король.

— Я думал только о деньгах, которые получу за работу. Двести пилей на дороге не валяются, — себе под нос пробурчал Традитур.

— Вы даже не подумали, что из этой бутылки мог выпить капитан Преш, которому Вы обязаны интересной жизнью и неплохим заработком? – настаивал король.

— Я только потом подумал… — сник боцман, — но было уже поздно что-то менять…

— Но Вы могли хотя бы предупредить капитана, если поняли свою ошибку!

— Я боялся, Ваше Величество… У меня три дочери, Ваше Величество… И всех надо замуж…

— Налицо мелочность, жадность и нежелание смотреть правде в глаза, — комментировал Экторион, наклоняясь к Септимару.

— Полагаю, что так, — задумчиво сказал король.

Даор сидел мрачный. Он чувствовал себя виноватым, что не разглядел в этом человеке качества, способные привести к предательству. Илунга обняла отца и гладила его по руке, пытаясь как-то утешить. Пола решила перезнакомиться со всей командой каракки «Виктория», чтобы самолично убедиться, что туда не проник ещё какой-нибудь подгнивший человек. А ещё лучше, чтобы на них посмотрела Миора – она точно всех видит насквозь!

— Он говорит правду, командующий Фолкор? – Септимар посмотрел на Кона.

— Полагаю, да, Ваше Величество, — Фолкор пристально посмотрел на боцмана, — не думаю, что у кого-нибудь возникнет желание лгать Вашему Величеству.

Септимар задумался. В зале прошёл шумок. За окном громыхнуло, молния пересекла небо, осветив желтеющие деревья королевского парка. Боцман вздрогнул и с надеждой смотрел то на короля, то на Фолкора. На капитана Преша он боялся поднять глаза.

— Господин Сириол Традитур, — наконец сказал король, — учитывая всё вышеизложенное и то, что при Вашем содействии погибла графиня Обсидон, я приговариваю Вас к десяти годам работ в штрафной бригаде. Вы поедете на строительство дороги между Торнеем и Чирупом. После окончания строительства будете отрабатывать оставшийся срок на верфях. О Вашей семье позаботятся. Дети не должны страдать из-за неблаговидных поступков своих родителей.

По залу прошёл одобрительный гул. Боцман выдохнул с облегчением. За эти дни, проведённые в камере он передумал об всём, о своей семье, о капитане, доверявшем ему свой корабль и жизни, всех находящихся на борту, о своей жадности, о своей участи, которая зависела, в основном, от настроения короля. Он готовился к худшему – смерти. То, что его приговорили к работе, пусть и на суше, это его воодушевило. Работы он не боялся. А одно то, что король пообещал позаботиться о его семье, наполнило его раскаянием и благодарностью. Слёзы потекли сами собой. Он бухнулся на колени и запричитал:

— Спасибо, Ваше Величество, простите меня… Я больше никогда!.. Я буду работать честно! Простите, капитан Преш! Спасибо, Ваше Величество…

Фолкор что-то сказал одному из охранников и тот быстро удалился. Подойдя к боцману, командующий положил ему руку на плечо, посмотрел в глаза и тихо сказал:

— Вы можете попрощаться с семьёй, Вас проводят. Сегодня вечером Вы отправляетесь к Тиркским горам.

— Спасибо, командующий, — проникновенно сказал боцман, посмотрел напоследок на капитана и отправился в своё путешествие, длиной в десятилетие.

— Следующий участник заговора, Ваше Величество, объявил командующий Фолкор, — личный помощник герцога Аррогента Крис Ичиан.

В зал ввели бледного молодого человека. Он явно нервничал, но старался не подавать вида.

— Ваше Величество, — продолжал Фолкор, — роль этого молодого человека в заговоре довольно существенна. Он достал яд и подкупил боцмана.

— С боцманом мы уже разобрались, а вот где Вы взяли яд? – спросил Септимар. – Кстати, что это был за яд, командующий Фолкор?

— Господин Хелер, прошу Вас, расскажите о яде, который Вы исследовали последние дни, — Фолкор посмотрел на маленького сгорбленного старичка, семенящего к трону Его Величества.

— Ваше Величество, — задребезжал Хелер, — это яд из рыбы венено, которую наши аптекари закупают в Ямпале.

— Спасибо, Хелер, — кивнул Септимар и снова обратился к Фолкору. – Так где господин Ичиан достал этот яд? Насколько я знаю он просто так не продаётся.

— Итак, господин Ичиан, — Фолкор пристально посмотрел на Криса, — расскажите где Вы достали яд.

— Ваше Величество, — начал церемонно Крис, — я хочу признаться… Это я спланировал покушение…

Крис выжидательно уставился на короля.

— Господин Ичиан, — Фолкор заговорил нарочито вежливо, что не сулило Крису ничего хорошего, — будьте любезны отвечать на поставленный вопрос!

— Хорошо, — Крис сник, — мне его продал Курносый Блуш.

— Кто такой этот Курносый Блуш? – напирал Фолкор.

— Он работает при аптеке на Центральной улице…

Фолкор сделал знак одному из охранников и тот испарился. Тем временем ливень за окном сменился просто дождём, ветер поутих.

— Такой молодой… — шепнул Септимару Экторион.

— Да уж, а мозги набекрень, — поддакнул Септимар.

— То есть Вы забрали яд у Курносого Блуша, — продолжал Фолкор, расхаживая взад-вперёд, — в ночь перед приездом капитана Преша. На следующий день, по прибытии каракки «Виктория», Вы передали яд боцману. Всё правильно?

— Да, — тихо сказал Крис и отвернулся к окну.

— Ваше Величество, — Фолкор перестал расхаживать и обратился к Септимару, — ход событий мы восстановили. Остаётся только добавить, что сподвигла на это преступление господина Ичиана графиня Аррогент.

— Нет! – вскинулся Крис, — это я всё сам! Она не причём! Это святая женщина… Можете меня казнить! Она не причём…

— Какие страсти! – Экторион посчитал своим долгом прокомментировать выходку Криса.

— Да-а… И что мне с ним делать? – задумчиво сказал Септимар Экториону.

— А давай его к нам, к драконитам на перевоспитание, — предложил Экторион, ехидно ухмыльнувшись, — у нас такие быстро умнеют…

— А что, неплохая мысль! – Септимар аж повеселел, уж больно не хотелось ему казнить такого молодого и запутавшегося мальчика, а на работы его не отправишь – сам помрёт, так как к физическому труду с детства не приучен. А наказать-то надо! Чтоб другим не повадно было.

В зале стоял гул, все переговаривались в ожидании решения короля. Ветер за окном внезапно прекратился, дождь стал обыкновенной осенней моросью. Крис стоял, опустив голову, готовясь услышать смертный приговор.

— И так, — громко сказал Септимар, пытаясь не улыбнуться, — поскольку в результате действий господина Ичиана, погибла графиня Обсидон и чуть не погиб король, то есть я, наказания господину Ичиану не избежать. С согласия светлого эльфа Экториона Всева Лефтора Таурохтара Миримона я приговариваю господина Ичиана к ссылке на пятнадцать лет к драконитам на остров Кешью.

В зале зашумели громче обычного. Крис побледнел и чудом удержался от обморока. «Лучше уж смерть!» — думал Крис. Командующий Фолкор с удивлением посмотрел на Септимара, тот улыбался уголками губ.

Септимар о чём-то посовещался с эльфом и объявил:

— Светлый Эльф Экторион любезно согласился доставить господина Криса Ичиана на остров в ближайшее время, а пока господин Ичиан погостит у нас в камере.

Фолкор кивнул Темайе и тот отправил Криса в сопровождении охраны назад в его временное жилище.

— Ваше Величество, предлагаю сделать перерыв, пока мы ждём ещё одного участника покушения, — обратился к королю командующий Фолкор.

— Хорошо, командующий, перерыв нам не помешает, — Септимар встал и, пригласив с собой Экториона, направился в свои покои.

— Я смотрю, Ваш отец не любит смертную казнь! – сказала Феари Вилору, когда они прогуливались по картинной галерее, — у нас так и разбираться особо не стали бы, особенно при покушении на короля!

— Я сам удивлён не меньше Вас, сударыня, — озадаченный Вилор шёл рядом, заложив руки за спину. – К тому же графиня мертва, а отец, как бы так выразиться поделикатнее, питал к ней тёплые чувства. Да ещё, если бы не рвотный корень, покушение удалось бы!

— Видимо это положительное влияние светлого эльфа, Вы не находите принц?

— Пожалуй… — Вилор остановился и посмотрел на Феари. — Занятное это место, должно быть остров Кешью!

— Возможно, — пожала плечами Феари, — по-моему нам пора возвращаться в зал…

— Это правильно, глупого арко надо скормить такси! – басил К Кха, сидя на кухне вместе с Росо, попивая кофе из большой кружки и заедая маленькими рулетиками, которые он закидывал в свой большой рот по две штуки за раз.

— Ты хочешь сказать, Ичиана отправят на остров на съедение драконитам? – ужаснулся Росо.

— Не-е-е… Главная аркы Лера не позволит есть людей, — сказал орк доедая последний рулетик. — А жаль!

— Доел? – поинтересовался Росо у своего зелёного друга. – Пойдём быстрее в зал, сейчас самое интересное начнётся. Интересно, какое наказание ждёт виновницу всего этого безобразия?

Все снова заняли свои места и, в ожидании появления Его Величества, тихо переговаривались между собой.

— Как Вы думаете, барон, будет смертный приговор? – спрашивала Нера Страваганте казначея, Ариана Леегора.

— Однозначно, маркиза! – герцог хищно улыбался в предвкушении интересного зрелища.

— А вот я не уверена, — с сомнением покачала головой Нера, — уж больно сегодня Его Величество, как бы это сказать… снисходительный, что ли…

— Скоро всё узнаем, маркиза, — Леегор ёрзал на месте от нетерпения.

Септимар появился так же неожиданно, как и в первый раз. Все притихли в ожидании интересного зрелища – в Королевстве Эори не было театров.

— И так, господа, — Септимар уселся на трон, — полагаю мы можем допросить ещё одного преступника. Командующий Фолкор…

Фолкор посмотрел на Темайю, который, в сопровождении охранников, тащил вырывающегося мужичка неопределённого возраста, в помятой одёжке и с такой же помятой физиономией.

— Ваше Величество, охрана только что доставила Курносого Блуша прямо из аптеки, где он выполняет разнообразные поручения аптекаря, господина Рутра Йока.

Сам Курносый Блуш смутно понимал, что происходит, так как находился под воздействием каких-то веществ, ибо работа у аптекаря предоставляла ему массу возможностей красть всё, что можно продать или использовать для ублажения собственных порочных наклонностей.

— Сударь, это Вы украли яд у аптекаря Рутра Йока? – осведомился Септимар у преступника.

— Чё? – Курносый Блуш громко рыгнул, бесцельно блуждая мутным взглядом, пытаясь понять откуда происходит звук и что он значит.

— Командующий Фолкор, — Септимар удивлённо посмотрел на Кона, — что с ним такое?

— Полагаю, Ваше Величество, Курносый Блуш уже принял какое-то снадобье и сейчас ничего не соображает. Может следует отложить допрос до того момента, когда он придёт в себя и сможет членораздельно отвечать на вопросы?

М-м-м, — Септимар в задумчивости посмотрел на Экториона.

— Септимар, — шепнул Экторион, — с твоего позволения я могу привести в чувство этого горемыку с помощью магии.

— Думаешь получиться? – сомневался Септимар, не привыкший так решать вопросы. – Хотя… Попробуй, мы ничего не теряем.

Экторион небрежно махнул рукой в сторону любителя экстремальных ощущений. Все затихли в предвкушении чудес. Курносый Блуш моргнул, тряхнул головой, его взгляд приобрёл осмысленность. Он начал оглядываться по сторонам.

— Отлично, друг, — Септимар был доволен, как никогда, — благодаря тебе мы сэкономим кучу времени. Суд — это довольно скучное занятие, ты не находишь?

— Согласен, Септимар, — эльф кивнул, — лучше провести время в лесу, или хотя бы в оранжерее…

Курносый Блуш протрезвел настолько, что начал сердиться, так как не привык находится в таком состоянии. Ему срочно нужно было выпить чего-нибудь покрепче, раз уж наркотическое опьянение его покинуло так внезапно, а новой дозы под рукой не было. В то же время его пугало то, что он странным образом оказался на королевском суде. Голова шла кругом.

— Ваше Величество, — Фолкор продолжал своё выступление, — полагаю теперь мы сможем продолжить суд по поводу смерти графини Обсидон и покушения на Ваше Величество…

Испугавшись, что его обвинят в смерти графини и покушении на короля, Курносый Блуш совсем обезумел. Вытащив из-за голенища сапога большой нож, он метнулся к первой попавшейся даме и, схватив её за талию приставил нож к горлу. Это оказалась Пола. Все повскакивали со своих мест. Командующий Фолкор двинулся было, чтобы освободить виконтессу, но Блуш истошно заорал:

— Не подходите! А то я её прирежу! Я ни в чём не виноват! Я никого не убивал! Выпустите меня отсюда…

Он пятился задом к выходу.

— Мама! – прошептала побледневшая Илунга и хотела уже было броситься к ней на помощь, но тут услышала приглушённый «мяв» и увидела, как разъярённая рысь приземляется на спину обалдевшему Блушу. Он так ничего ни не понял, только почувствовал, как какая-то сила толкнула его на пол и что-то острое впивается в его шею. Через некоторое время рысь оторвалась от своей жертвы и, резко развернувшись, помчалась в сторону дверей, где толпились слуги. Послышался женский визг, народ расступился, пропуская хищника.

Блуш лежал плашмя, из его шеи бил фонтанчик крови, украшая пол вокруг тела абстрактным рисунком. Испуганную Полу, которая начала падать, влекомая инерцией, подхватил на руки Даор.

Септимару стало дурно, его подташнивало, как будто рвотный корень решил предпринять вторую попытку выйти наружу. Экторион помог Септимару справиться с приступом. Командующий Фолкор бросился к Курносому Блушу, посмотреть нужно ли вызывать господина Хелера или сразу похоронную команду.

В зале началась неразбериха. Близняшки Гайш-Йонс как по команде попадали в обморок. К ним бросились Эрмин и Исиданго Фортаг. Их мать побледнела, но воздержавшись от обморока, кудахтала вокруг своих дочерей. Даор успокаивал Полу, которую трясло мелкой дрожью, пытаясь влить в неё глоток коньяка из маленькой фляжки, которую носил всегда при себе. Илунга забралась в кресло с ногами, сжалась в комочек и смотрела не отрывая глаз на уже мёртвое тело Блуша, лежащее в огромной луже крови. Вдруг к ней кто-то подошёл и тронул за плечо. Илунга вздрогнула и подняв глаза, увидела принца.

— Сударыня, пойдёмте от сюда, — сказал Вилор, помогая ей подняться. – Думаю, сейчас Вам не стоит здесь находиться.

Илунга оглянулась на родителей.

— Пойдёмте, о Вашей матери есть кому позаботиться…

— Принц… — жалобно сказала Илунга, — какой ужас! А где Феари?

Вилор огляделся, и нигде не увидев принцессу, сказал:

— Думаю, сударыня, мы сможем найти её в оранжерее…

— Тогда пойдём туда! – потребовала Илунга, вылезая из кресла.

Феари сидела в том же кресле у маленького пруда, задумчиво уставясь на кувшинки.

— Феари, — воскликнула Илунга и бросилась на шею к подруге, — спасибо!

Феари растерянно улыбнулась, посмотрела на Илунгу, потом на принца.

— Вот, кокинвакасю… Я впервые убила человека…

— Понимаю, сударыня, — сказал Вилор, усаживаясь в соседнее кресло, — поражаюсь Вашей решимостью.

— Это не решимость, принц, — задумчиво проговорила Феари, усаживая Илунгу рядом с собой, — скорее страх… Я так испугалась за Полу…

— Зато Вашей реакции, принцесса, может позавидовать любой воин!

— Я так и не поняла, почему он набросился на маму? – Илунга смотрела то на Вилора, то на Феари, ища у них ответа.

— Думаю, он тоже, просто испугался… — сказала Феари, теребя кончик своей косы.

Возможно… — согласился Вилор и решительно встал. – Дамы, пора отвлечься от печальных мыслей… Я приглашаю Вас ко мне на балкон выпить чаю и отведать чего-нибудь сладкого. Там тихо и отличный вид на парк. Думаю, это поможет Вам поднять настроение.

Обе барышни с радостью приняли приглашение принца, и уже через десять минут все трое сидели на балконе у Вилора, завернувшись в пушистые пледы и пили чай с воздушными пирожными, наперебой пытаясь накормить хамелеона. Они смотрели на почти полностью пожелтевшие деревья королевского парка и блёклые облачка, плавно летевшие по небу, придя на смену грозовым и дружно смеялись над проделками Тигриса.

— Как Вы себя чувствуете, Ваше Величество? – Хелер осматривал короля.

— Со мной всё уже в полном порядке! — Септимар полулежал в свой кровати и пытался избавиться от назойливого внимания главного королевского лекаря.

— Господин Хелер, — Экторион навис над лекарем, зловеще улыбаясь, — полагаю, что сейчас Септимару нужны больше положительные эмоции, нежели Ваши отвары…

— Но… — возразил Хелер, — я тут главный лекарь, а не Вы, сударь! И вообще, кто Вы такой?

— Я – эльф… — понизив голос, протяжно взвыл Экторион, надвигаясь на лекаря.

Хелер начал пятится к выходу. Не взирая на свою рассеянность, он знал кто такие эльфы и что они обладают какой-то магией. Но что они могут сотворить конкретно, он не знал, а то чего он не знал, его пугало.

Септимар улыбался, вовсю наслаждаясь происходящим. Когда Хелер выскользнул за дверь, он обратился к Экториону:

— Друг, с тобой жизнь стала куда как веселее и интереснее… Ты не хочешь остаться у нас в королевстве? Тут тебе найдётся чем заняться…

— К сожалению, не могу, — поникшим голосом сказал Экторион, — я правая рука Леры, мы с ней с самого начала выстраивали в высшей степени интересную форму сосуществования разных рас… К тому же мои разработки...

Экторион задумался на некоторое время. Септимар тоже думал о своём.

— А может ты к нам? – вдруг оживившись спросил эльф короля.

— Так я ж король, что же я брошу королевство на произвол судьбы?

— Так у тебя вырос отличный преемник, не находишь?

— Вилор? – Септимар задумался. – Да, мальчик смышлёный, и в делах разбирается… Но уж больно молод ещё! Я то сменил отца, когда мне было уже тридцать два года…

— Ну что ж, моё предложение остаётся в силе. Как только передашь управление принцу, милости просим к нам на остров… А то, смотри, может выберешься к нам в отпуск? — Экторион хитро ухмыльнулся.

— У королей не бывает отпуска, — погрустнел Септимар. – а, впрочем, я подумаю…

— Ваше Величество, зал уже прибрали, мы продолжим сегодня или отложить допрос графини на завтра? – поинтересовался Кон Фолкор, зайдя в спальню к Септимару.

— Нет, нет, нет! – Септимар вскочил с кровати. – Всё нужно закончить сегодня! Не хочу ещё один день думать об этом прискорбном происшествии.

В тронном зале ничего не напоминало о недавнем происшествии, только зрителей поубавилось — остались самые стойкие и любопытные. Септимар занял своё место.

— Ваше Величество, осталось допросить последнего участника заговора, — Фолкор посмотрел на Темайю, вводившего в зал графиню Аррогент.

Выглядела она не лучшим образом, хотя её горделивая осанка говорила о том, что графиня не смирилась со своим поражением. Энкель Аррогент, и их сын Гаилис, не присутствовавшие на первой части суда, теперь сидели среди немногочисленных зрителей. Энкель осунулся за эти дни, но взгляд его выражал решимость пройти всё это до конца и, по возможности сохранить достоинство. Гаилис выглядел потерянным и обиженным.

— Графиня, — Септимар строго посмотрел на Пэйл Аррогент, — объясните, будьте любезны, что Вас сподвигло на это преступление?

Графиня поджала губы и отвернулась к окну, всем своим видом показывая, что не собирается опускаться до каких-то объяснений.

— Что ж, командующий, — Септимар повернулся к Фолкору, — тогда прошу Вас изложить всё, что Вы узнали об этом преступлении.

— Ваше Величество, все собранные факты и доказательства, свидетельские показания и умозаключения приводят нас к графине Аррогент. Но, как и сейчас, графиня отказалась сообщить мне свои мотивы. Могу предположить, что это связано с желанием графини повысить статус своего сына.

Пэйл Аррогент еле заметно дрогнула, а все дружно посмотрели на Гаилиса. Молодой граф заёрзал на своём месте, не зная куда прятать глаза от такого внимания. Энкель с сочувствием посмотрел на жену.

— Это правда, графиня? — Септимар задумался в ожидании ответа, которого так и не последовало.

— Это правда, Септимар, — шепнул на ухо королю Экторион.

— Понятно, налицо извращённая материнская любовь и отсутствие моральных принципов, — констатировал Септимар, так же тихо.

Тягостное молчание тянулось несколько минут. Наконец Септимар встал. Все встали вслед за королём, проникнувшись торжественностью момента – вершилась судьба главного виновника покушения на короля и убийства графини Леру Обсидон.

— Покушение на короля и убийство, хоть и случайное, графини Обсидон заслуживает смертной казни…

В абсолютной тишине слышен был всхлип какой-то особо чувствительной горничной.

— Но, принимая во внимание, что мотивом преступления были неумеренные материнские чувства, приговариваю графиню Пэйл Аррогент к пожизненной ссылке в имение Аррогентов.

Графиня зло сверкнула глазами в сторону Септимара.

— Что ты делаешь во дворце, К Кха? – спросил Экторион орка, встретив его после ужина в коридоре.

— Главный арко Экторион, меня привёз сюда арко Преш. Я здесь встретил арко Росо. Он почти такой же сильный как я! Мы с ним пьём кофе.

— Понятно… — Экторион остановился перед своей комнатой. – Ты же ехал сюда учиться, на сколько я помню?

— Так учёба ещё не началась, а во дворце так интересно! Я охотился и поймал глупого арко! — улыбался орк.

— Пожалуй, пока ты здесь обитаешь, ты выпьешь все запасы королевского кофе, — Экторион хитро ухмыльнулся.

— Главный арко, ты же домой полетишь на такси? – с надеждой спросил К Кха.

— Конечно, а что?

— Главный арко, попроси у главной аркы Леры, чтобы она прислала с такси побольше кофе, — К Кха заискивающе улыбнулся.

— Ох, смотри, К Кха, много кофе пить вредно… — улыбался Экторион. – Ладно, свяжусь с Лерой по адо, попрошу прислать пару мешков. Вроде Септимару тоже понравилось…

— Спасибо, — просиял К Кха и полез обниматься к эльфу, рискуя сломать Экториону пару рёбер.

— Стоп! – Экторион сделал шаг назад и выставил вперёд руку. – Эльфы, знаешь ли, как и люди, довольно хрупкие существа. Достаточно словесной благодарности…

После обеда Его Величество отдыхал в личной гостиной, потягивая из маленькой чашечки кофе. Командующий Фолкор от кофе отказался. Он никак не мог понять, как Септимар может пить эту чёрную горечь.

— Кон, кто эта девушка, которая убила этого… как его?

— Курносый Блуш, Ваше Величество, — Фолкор отхлебнул из стакана какой-то фруктовый напиток. — Всё, что я о ней знаю, так это то, что госпожа Феари является ученицей колдуньи Миоры и пригласил её на приём капитан Преш.

— Это многое объясняет… — Септимар задумался, — и всё же, командующий, хотелось бы знать кто она. Они ещё не покинули дворец?

— Нет, Ваше Величество, полагаю, госпожа Феари и капитан Преш с семьёй собираются покинуть дворец после ужина.

— Я хочу с ней поговорить! – решил Септимар. – Пригласи её ко мне в кабинет.

— Как скажете, Ваше Величество, — Фолкор поставил стакан на столик и вышел.

Командующий нашёл Феари, разговаривающей с принцем и Илунгой в оранжерее.

— Госпожа Феари?

— Я Вас слушаю, командующий, — Феари пристально посмотрела на Фолкора своими зелёными раскосыми глазами.

— Его Величество Септимар хотел бы с Вами поговорить в своём кабинете.

— В чём дело, командующий? – Вилор напрягся и уставился на Фолкора. – Что хочет отец?

— Не беспокойтесь Ваше Высочество, король просто хочет познакомиться с госпожой Феари, — Фолкор улыбнулся в усы.

— Король хочет её наказать? – Илунга была в ужасе.

— Что ж, отлично! – Вилор встал и предложил руку Феари. – Пойдёмте, сударыня! Я пойду с Вами.

— Я тоже пойду! – Илунга решительно встала и убрала светлую прядку с глаз.

— Думаю, сударыня, Вам лучше пойди к отцу, — тихо сказал Вилор.

— Хорошо, я пойду к отцу и всё ему расскажу, — она с вызовом посмотрела на Фолкора.

Потом Илунга посмотрела на Вилора: «С ней всё будет хорошо?» — вопрос читался в её глазах.

«Всё будет хорошо!» — глазами ответил Вилор.

«Вот, кокинвакасю! Надо было уезжать раньше! Теперь конспирации конец…» — думала Феари, пока они шли по коридорам в сторону кабинета короля.

— Добрый вечер, Ваше Величество, — Феари держалась с достоинством, но слегка настороженно.

— Добрый вечер, госпожа Феари, — Септимар вопросительно посмотрел на Вилора. – А тебя, сын, я не приглашал…

— Отец, я хочу убедиться, что наша гостья покинет дворец в хорошем расположении духа, — Вилор многозначительно посмотрел на Септимара и сел в кресло, всем своим видом показывая, что увести его можно отсюда только под конвоем.

— Как хочешь, — Септимар пожал плечами. — Присаживайтесь, сударыня.

— Спасибо, Ваше Величество, — Феари устроилась в кресле и настороженно посмотрела на короля.

— Я знаю, сударыня, что Вы сейчас проходите обучение у колдуньи нашего королевства Миоры… А сами Вы родом из Джанкира, полагаю?

— Совершенно верно, Ваше Величество.

— Я поражён Вашей реакцией! Конечно этот малый не заслуживал смерти, но в данных обстоятельствах, думаю, Ваши действия были оправданы, — Септимар посмотрел на принца, как бы говоря «Мне не нужны международные конфликты – я знаю, что делаю».

— Мне рассказали, что у Вас с принцем был поединок, который закончился вничью. Впечатляет!

— Да, Ваше Величество, в Джанкире я прошла военную подготовку.

— И каковы Ваши планы на будущее? Наверное, сложно будет найти мужа, достойного такой удивительной девушки? – Септимар вежливо улыбался, в то время как его глаза смотрели серьёзно и изучающе.

— О планах говорить пока рано, Ваше Величество… Обучение ещё не закончено. А если мне захочется найти мужа… — Феари начинала злиться, но сдерживала себя, — то я его обязательно найду.

— А что же Ваши родители? – Септимар хитро посмотрел на девушку. – Они не против Ваших занятий?

— Моя мать умерла, довольно давно… А отец… — Феари нахмурилась, — Ему придётся смирится с моим выбором.

— Я слышал, что ваша принцесса сбежала из дворца… — резко сменил тему Септимар, внимательно следя за реакцией Феари и Вилора.

— Что… При чём тут… — Феари растерянно посмотрела на Вилора, — Я не в курсе. Видимо это произошло уже после моего отъезда из Джанкира.

— Да-а… Вилор, только представь, мы с командующим как раз обсуждали, как хорошо было бы тебя женить на принцессе Джанкира… Но, принцесса сбежала…

Вилор мельком взглянул на Феари. Она, в свою очередь, разглядывала узор на портьерах кабинета Его Величества.

— Не думаю, что это хорошая идея, отец. Я же говорил тебе, что прежде чем жениться, хочу закончить обучение…

— А я думал Вы уже понравились друг другу, не правда ли, Ваше Высочество? – Септимар пристально посмотрел на Феари.

— Это не имеет никакого отношения… — Феари прикусила губу, но было поздно, её инкогнито было раскрыто.

— Что ж, я прекрасно понимаю Вас, принцесса, — продолжал Септимар, откинувшись на спинку кресла. – То, что Таяокару Рамигира надумал выдать такую, в высшей степени неординарную девушку замуж за недоумка – это конечно не делает ему чести, как отцу. Полагаю, он руководился чисто политическими соображениями: союз с Северной Каранатой и Ямпалой… Думаю союз с Королевством Эори ему тоже понравиться, Вы не находите?

— Но… — Феари растерянно смотрела то на короля, то на принца. – Я вообще не хочу замуж!

— Вы ещё слишком молоды, принцесса… — Септимар задумался. Он молчал довольно долго. В комнате повисла гнетущая тишина. Вилор и Феари старались не смотреть друг на друга.

«Жениться на Феари?! — думал Вилор. – Она, конечно, замечательная, но с таким темпераментом!..»

«Кокинвакасю! – думала Феари. – Вот я попала, так попала! Вилор, конечно не плохой парень, но замуж …»

— Хорошо! – Септимар хлопнул рукой по подлокотнику кресла и посмотрел на Вилора и Феари. – Если Вы оба пообещаете мне, что поженитесь, то я дам вам время доучиться.

— А… — Феари замолкла на полуслове.

— А с королём Джанкира я договорюсь. Думаю, он не будет против, – закончил свою мысль Септимар.

— Полагаю, нам с Феари нужно время подумать, отец, — Вилор серьёзно посмотрел на Феари, потом на Септимара. – Если ты не против, конечно…

— Я знаю, капитан Преш с семьёй собирается уехать домой сразу после ужина. А Вас, принцесса, я попросил бы остаться во дворце ещё на одну ночь. У вас обоих будет время подумать, и даже обсудить между собой. Жду Вас завтра утром с ответом, — Септимар встал, давая понять, что аудиенция закончена.

Вилор и Феари вышли из кабинета короля. В это время прозвучал гонг к ужину. Не проронив ни слова, они отправились в банкетный зал. Вилор занял своё место возле кресла короля, а Феари присоединилась к семейству Преш. За весь ужин Феари не проронила ни слова и была мрачная, как никогда. Даже неугомонной Илунге не удалось вытянуть из принцессы ни слова. В свою очередь Эрмин пытался разговорить принца, но Вилор молча ел, не обращая внимания ни на друга, ни на происходящее вокруг. После ужина Вилор сразу же отправился к себе в комнату. Эрмин увязался за ним. Феари же решила объясниться с Полой, Даором и Илунгой, заодно рассказать почему остаётся во дворце ещё на одну ночь.

Было уже далеко за полночь, все во дворце спали, утомлённые событиями вчерашнего дня. Горожане спали, уже обсудив последние новости из дворца. За окном была тихая осенняя ночь, как будто природа тоже утомилась и теперь отдыхала после тяжёлой работы.

— Сударыня, Вы не спите? – в дверь к Феари постучали.

— Что Вам угодно, принц? – открыв дверь, она вопросительно смотрела на Вилора.

— Полагаю, нам надо обсудить сложившуюся ситуацию…

— У Вас есть идеи?

— В любом случае… Не хотите пройти в оранжерею?

— Пойдёмте, принц! Всё равно не заснуть… — Феари решительно завернулась в мохнатый плед и последовала за Вилором.

В оранжерее царил полумрак. Между двух кресел стоял столик с большим чайником, чашками, блюдом с пирожками и тяжёлым витиеватым подсвечником. Усевшись в кресла на берегу маленького прудика, Вилор заговорил:

— Знаешь, Феари, иногда поздно вечером мы с Эрмином устраиваем лёгкий ужин. Особенно сели есть о чём подумать или просто не заснуть. Я подумал, что говорить будет легче попивая ароматный чай и хрустя этими пирожками.

Феари удивлённо посмотрела на принца:

— Пойми, Вилор, ты не плохой парень… И пирожки у тебя вкусные… Но это не значит, что я выйду за тебя замуж!

— Я и сам не готов пока жениться! – Вилор разлил чай по чашкам. – Но, если мой отец вбил себе что-то в голову, то изменить его решение практически невозможно.

— Вилор, ты лучше знаешь своего отца, скажи, что будет, если я откажусь от его предложения? – Феари отхлебнула из чашки и взяла один из пирожков.

— Мой отец хороший политик и дипломат, как ты уже могла заметить. Он же по сути вынудил выдать себя, так, что ты даже и не заметила… А ещё он очень упрямый и добьётся своего любыми путями…

— Иными словами, он просто выдаст меня моему отцу? И привет, Нурон? Ну а ты сам, что думаешь?

— Очень может быть… — Вилор задумался. – В любом случае, я с детства знал, что придётся жениться. И не просто, а по политическим или экономическим соображениям. Я ведь единственный наследник. И дружеские отношения с Джанкиром нам очень на руку. Не известно, как сложатся наши отношения с той, кого выберет для меня отец… А ты… Только пойми меня правильно, ты мне понравилась…

— Что? Ты готов на мне жениться? Даже зная, что я не хочу выходить замуж в принципе? Это же насилие, чистой воды! – Феари возмущенно отхлебнула чай и захрустела очередным пирожком.

— Феари, я не договорил! – Послушай, ты мне нравишься, как друг. Ты отличный партнёр для тренировок, со временем будешь непревзойдённой колдуньей и, вообще, с тобой интересно… И я головой понимаю, что лучшего варианта для меня и быть не может… Но…

Феари поставила чашку на столик и с интересом посмотрела на Вилора:

— Но что?

— Феари, я считаю тебя своим другом. А друзей я не предаю. Если ты не хочешь замуж, я помогу тебе этого избежать.

— Как?

— Я помогу тебе незаметно покинуть дворец, и ты сможешь вернуться к Миоре…

— Думаешь меня там не найдут? – засомневалась Феари. – Твой отец наверняка расскажет моему…

— Простите, что вмешиваюсь в вашу беседу, — раздалось сзади, — но у меня есть интересное предложение для Вас сударыня…

Вилор и Феари повернулись. В дрожащем свете Экторион выглядел как фамильное приведение, слоняющееся по дворцу в поисках своей жертвы.

— Какое предложение? – хором спросили Вилор и Феари.

— Сударыня, Вы обладаете способностью к магии, в чём мы все сегодня успели убедиться. Вы отлично дерётесь, а реакция у вас почти такая же как у нас, эльфов. А ещё Вы очень красивая… — Экторион помолчал, оценивающе глядя на Феари. — Я хотел бы предложить Вам отправиться со мной на остров Кешью… Там Вы сможете научиться нашей эльфийской магии.

— Кокинвакасю… Это отличное предложение, но… Как я туда доберусь?

— Нет ничего проще, сударыня, — Экторион хитро ухмыльнулся, — Вы можете полететь со мной на такси.

— Ну да, — возмутился Вилор, — на глазах у короля и всех придворных!

— Это не проблема! – отмахнулся Экторион. – Я могу изменить Вам внешность, так, что никто Вас не узнает. А ещё лучше – просто сделать невидимой…

— Господин Экторион, Вы в курсе, что отец захотел нас поженить? – Вилор выжидательно уставился на эльфа.

— Да знаю я… — отмахнулся Экторион. – Ерунду он придумал! Такую талантливую ведьму нельзя запирать на кухне, даже если эта кухня королевская…