3

0.00
 
3

Она не успела выйти, буквально на пороге столкнувшись с черноволосым артефактником. Как раз с тем, что так удачно отбивался в столовой от кучки второкурсников. Таш явно не ожидал, что в морге в столь ранний час окажутся посетители и чуть не сбил её с ног.

— Да аккуратнее же! — возмутилась Кира.

— Извини, — буркнул парень и лицо его тут же исказилось гримасой ненависти.

Это девушка никак не ожидала. Ну, столкнулись — чего такого? Она даже на ногу ему не наступила! Отпрянув в сторону и ударившись плечом об косяк, студентка тихо прошипела что-то нецензурное и понеслась по коридору.

— Зачем напугал девчонку? — призрак магистра отклеился от шкафа и двинулся навстречу раннему посетителю.

— Так она же… — Ташварт буквально задохнулся от ярости.

— Сын охотника, матёрого охотника, который полжизни положил, гоняясь за такими, как она…

Магистр Лаундрэ прошёлся мимо артефактника, мимоходом задел плечом, а заодно удовлетворённо заметил, что парень поморщился от этого незатейливого толчка.

— Он всю жизнь гонялся за тёмными, — выдавил из себя Таш.

— И поэтому отправил тебя в отдел защиты? — невинно поинтересовался призрак, придвинул к столу табурет, с удобством на нём расположился, показывая, что некоторые особо сильные маги могут и в посмертии сохранять полную материальность. Если захотят, конечно.

— Я защищал невиновных! — вспылил студент. Здесь, с глазу на глаз, он позволил себе сбросить маску равнодушия и дал волю эмоциям. — Не все тёмные были виновны в тех преступлениях, которые на них навешивал отдел расследования и наказания. Она — будущий убийца, все из её рода рано или поздно ими становятся.

— А в чём был виновен ты, когда тебя приговорили к пыткам и смерти? — Лаундрэ чиркнул пальцами по столу, поморщился, обнаружив грязь. — Какие преступления ты совершил, кроме того, что не дал уничтожить тёмных контрабандистов, которые перевозили опасные артефакты?

Ташварт резко выдохнул и замотал головой, стараясь вытряхнуть из неё жуткие воспоминания десятилетней давности. Он и впрямь закончил отделение магов-защитников, опирающихся на знание права и умеющих проводить собственные расследования. Неловкий, неуклюжий, тогда на нём была маска Пьеттро Латтро. Лучший переговорщик-выпускник, не дающий спуску магам-дознавателям, которые в большинстве своём пришли из инквизиции. Разговаривал, почти мгновенно располагая к себе и умея вызывать на откровенность, выискивал малейшие детали, на которые упорно не желали обращать внимание следаки.

Ещё бы, им платили за обнаружение «особо опасных преступников», которыми по умолчанию являлись все, кто имел в жилах хоть толику тёмной крови. Не особо осторожничали и не церемонились, временами просто назначая виноватых по одним, лишь им, известным причинам.

— Твой отец тоже старался в своё время, старался не за страх, а за совесть, но был справедлив, и именно поэтому решил дать тебе возможность увидеть другую сторону.

— Он отправил меня тайно, никогда не говорил, что у него есть сын.

Молчать об этом не имело смысла, явно призрак знал намного больше. Интересно откуда? Или у некоторых отдельных магов есть собственные источники информации?

— Не ломай голову, — Лаундрэ слегка помахал ладонью. — Мои знания — лишь мои и ни с кем я ими делиться не собираюсь. Кстати, неужели тебе за пять лет так и не пришло в голову, почему ты меня видишь, а маститый преподаватель тёмных искусств, с лёгкостью развеивающий залётных привидений, — нет?

Ташварт невесело усмехнулся — задавался этим вопросом, чего скрывать, скорее по привычке анализировать и докапываться до сути.

— Вариантов несколько, — он тоже прошёл и занял второй табурет. — Я — тёмный метаморф и, да, сын своего отца. Это раз. Призрак, который может быть прозрачным и материальным, проходящим сквозь стены и берущим в руки инструмент, уже не обычен по своей природе. Именно поэтому его и не видит мэтр Харр-Энг. Ну, или вы просто не хотите, чтобы вас видели.

— Браво! — негромко воскликнул магистр и слегка поаплодировал. Негромко, чтобы не привлекать хлопками интерес к залу морга. — Ты — сын своего отца, это основная причина, вторая — я и в самом деле в состоянии показываться избирательно. Хотя, м-да, в живом состоянии целительствовал…

Он сокрушённо вздохнул, прислушался к звукам, доносящимся из коридоров и с улицы. Желающих в столь ранний час пообщаться с трупами пока не нашлось.

— Итак, вернусь к девочке, — Лаундрэ уже принял для себя решение и не собирался от него отступать. — Она — чистокровная представительница своего рода. От и до! Невозможно, правда? Возможно, если вспомнить, кем они были изначально. Ты безошибочно чувствуешь проклятую кровь, но задавался ли наследник Сатша Рауржа, откуда у него такая способность?

— В моём отце смешалось много всякой крови, — нахмурился Таш. — Это привело и к долголетию, и к потрясающему чутью, и к хорошей выживаемости. Плюс мать — тёмная метаморфа, которая добавила некоторых особенностей к моему организму.

— Смеска плюс морфа, дадут в лучшем случае полукровку, а ты с лёгкостью меняешь маски и обличья, — парировал старый целитель. — Как-то не особо вяжется по генетической линии…

Не вязалось, верно. Особенности каждой расы и их способности к магии Ташварт заучивал упорно, как и некоторые особенности, которые различались даже внутри тёмных семей или целых кланов. Да и нагляделся за время работы защитником, пусть и недолгое, на самые разные и непредсказуемые варианты и сочетания генов, сливающихся в одно целое.

— Не знаю, не задавался таким вопросом.

Парень резко отодвинул кувшин с водой, отчего тот стукнулся о стену.

— Зря, — голос Лаундрэ поскучнел, словно он собирался прочитать давно известную лекцию, навязшую в зубах. И впрямь, только передохнул и начал рассказывать хорошо поставленным преподавательским голосом. — Твой прадед был одним из подопытных кроликов в проклятом роду, одним из последних и умудрился пережить многочисленные трансформации. Ребёнком лет, эдак, четырнадцати от роду умудрился сбежать как раз перед тем, как лаборатория была уничтожена.

— Ты говоришь об островной цитадели?

История и впрямь обещала быть интересной, потому как о своих предков Ташварт ничего не слышал. Никто не рассказывал: ни мать, происходившая из семьи резчика по дереву, ни отец, о существовании которого он сам узнал только будучи подростком.

— Цитадель была главным и основным оплотом, с множеством подземных ходов, залов и потайных мест. Но… нет, не о ней. Лаборатории были разбросаны по семи материкам. И здесь дело не только в учениках или последователях. Это был очень многочисленный род, насчитывающий более двадцати дочерей и сыновей и восьмидесяти внуков. Не говоря уж о полукровках и квартеронах, которые более-менее удачно научились скрываться от преследования.

Артефактник представил и облился холодным потом. Получалось, что через несколько поколений, представители сумеречного рода могли оставить такое множество потомков, которое не поддавалось счёту.

— И что мой прадед?

— Твой прадед удачно скрылся в семье бродячих артистов, где довёл до совершенства чувство равновесия, поскольку выступал как канатоходец. Через десять лет женился на хорошенькой дочери лавочника, лучшей вышивальщице в округе, и осел на месте, работая в лавке тестя. Твоя бабка, а в той семье родилось шесть девочек, вышла замуж за столяра из того же округа. Вот оттуда у тебя способности к плетениям и видениям узоров, а заодно и к работе по дереву. Твой отец был не в восторге от перспективы продолжать ремесло родителей и в возрасте четырнадцати лет поступил в магическую школу на отделение боевиков и охотников. В его крови плескалось множество всяких других, не определяемых обычной диагностикой, но дар узнавать ген тех, кто фактически создал его предка, оказался кстати. Двадцать лет он охотился на потомков проклятого рода, слыл безжалостным и суровым, пока до него не дошла очевидная истина.

— Потомки были ремесленниками и вовсе не собирались становиться убийцами или наёмниками…

Таш мрачнел с каждой произносимой магистром фразой. В голове стучало, словно некто спешно решил заколотить его гроб.

— Не все, — «утешил» его Лаундрэ. — Хотя, признаю, что магические способности проявлялись не у всех, оставаясь в нераскрытом или спящем состоянии. Но кто-то и впрямь связал свою жизнь с убийствами, но разве каждый разбойник, взявший в руки нож, относился к этой семье? Или представители инквизиции, устраивавшие охоту на заклинателей и гадалок, произошли из этого рода? Откуда взялась у них сумасшедшая, практически фанатичная страсть к насилию и уничтожению?

Это было верно, будучи защитником, Ташварт не один раз убеждался, что инквизиция, ныне называемая отделом дознания и наказания, по большей части отлавливала представителей тёмной крови, руководствуясь обычной ненавистью. Или…?

— Так из девочки вырастет убийца? Вроде худа, мышц ей не набрать, на воина или наёмницу не потянет.

Теперь он готов был анализировать и делать выводы, слепая ярость, проснувшаяся от столкновения в коридоре, сменилась холодной рассудительностью.

— Проклятый род занимался исследованиями в области генетической и теоретической магии. Если честно, они были крайне слабыми воинами. Единственно, что изменило раскладку сил, а иначе бы их попросту перебили, это собственные внутренние изменения. Оборотни, демоны, ящеры — чью только кровь они не использовали? А насчёт того, кто из неё вырастет — сложно сказать, иногда убивают, защищаясь. Тебе это знакомо…

То, о чём никто не знал! Магистр сейчас сказал то, о чём знал только он сам. Откуда? Или…

— Потомки проклятого рода имели способность к менталистике? — он тоже умел читать, но только эмоции или отслеживать едва различимые движения глазных яблок, указывающие на правду, ложь, или выдумку.

— Если исходить из того, что развеять меня никто не может… — магистр на мгновение заколебался. — Мыслемагия — скорее, вот это редчайшее направление целительства. Да-да, Л'Эста были гениальными целителями и алхимиками, уникальными теоретиками. Некромантия, как искусство управления мёртвой материей, тоже берёт корни оттуда же. Только целитель понимает процессы, происходящие в теле живом или после смерти.

— Ты тоже из этого рода! — воскликнул Таш. — Именно поэтому и обладаешь способностью, несовместимой с призрачным посмертием. Глава целительского факультета, гениальный маг… ты тоже из этого рода и именно поэтому столько знаний о своих предках и их потомках.

— Молодец! Хвалю! Прошло всего пять лет, и ты научился думать, — съехидничал Лаундрэ. — Да, я из этого рода и буду охранять и учить девочку, которая тоже из этого рода. И она станет сильнее меня, поскольку случилось так, что оба её родителя из этого рода. И сила крови вытеснила остальные примеси, объединившись в единое целое, поэтому она чистокровный представитель семьи Л'Эста. И когда тёмный дар начнёт просыпаться, ей нужен тот, кто поможет с ним справиться.

— Предлагаешь её не трогать?

Собственно, парень уже остыл и не собирался устраивать охоту на беззащитную целительницу.

— Предлагаю выполнить то, ради чего ты торчишь пять лет в этом городе. Присмотрись, а если она и впрямь окажется уникальным специалистом, то отправь её в Аэзхенвалл. Тот город выдерживал и не таких уникумов.

Лаундрэ торжествовал, чистое убеждение, подкреплённое фактами, срабатывало не однажды, и этот случай — не исключение. Если лучший артефактник академии встанет на защиту девушки, то у неё появляется реальный шанс закончить обучение или хотя бы пройти его большую часть. А в Аэзхенвалле её никто не достанет, туда не дотягивались загребущие руки инквизиторов.

Ташварт поднялся с табурета, обо всём услышанном стоило подумать как следует. Он почти уже ушёл, но в самых дверях не выдержал и снова повернулся к магистру.

— Если представители проклятого рода были настолько уникальными специалистами, то почему они не заручились поддержкой короны?

— Всё очень просто, — старый целитель еле заметно усмехнулся. — Л'Эста не собирались никому подчиняться и выполнять чужие прихоти, а любые правящие круги не терпят тех, кто ими не контролируется. К тому же столь сильные маги несли определённую угрозу короне и инквизиции, которая всегда относилась к правящим кругам и делала то, что хотела, маскируя свои намерения под защиту населения от «исчадий тьмы». Какому инквизитору понравится менталист, который в мгновение ока перешарит уголки его памяти и вытащит на свет множество неблаговидных поступков? Специалист, от умения которого не существует блоков и прикрытия?

О, да! Инквизиция и впрямь не терпела неугодных и инакомыслящих, а ещё мешающих осуществлять собственные планы. И переименование из «Светлейшая инквизиция милостью богов» в «Отдел дознания и наказания Департамента магического контроля» не изменило внутренней сути старейшей организации.

Ташварт неторопливо продолжил путь к столовой, стоило позавтракать и поразмыслить. Но думать о темноволосой студентке не получалось, мысли всё время возвращались к тому, что так хотелось забыть, что снова всплыло в памяти.

В первую очередь вспомнилась леди Маринелла Сартайская, эта роскошная стерва, выросшая в семье мелкого чиновника и дослужившаяся до пожалованного титула. А ещё её состояние, которое преумножалось год от года, как и у других работников того же отдела. Неужели складывали копеечку к копеечке от непосильного труда? Сомнительно. Скорее, грабили, прикрываясь благими светлейшими намерениями.

Только одна история — именно его история, когда он оправдал подряд нескольких контрабандистов, кормящих свои семьи за счёт доставки редких камней для артефактов. Не мастеров, изготавливающих эти волшебные изделия, а именно тех, кто умело доставал и доставлял требуемое.

Тогда его сдал собственный отдел защиты, уступив напору прославленной менталистки, которая умело играла не только словами, но и чужими мыслями и воспоминаниями. Не просто играла, не стеснялась шантажировать.

И его сдали свои же, закрыв глаза на то, что лучший переговорщик угодил в пыточный застенок. Наверное, и потом старались не вспоминать, что он был казнён в этом застенке. Без свидетелей, если не считать нескольких магов из группы этой самой леди. Профессиональные палачи, не иначе.

Он мешал им, наверное, мешал даже своим, понял это позже, на корабле, отплывающем в Шеризонд. Кому нужен работник так яро стоящий за справедливость и не умеющий закрывать глаза на мелкие нарушения в виде мзды в карманы и тех, и других? То есть, и следователей, и защитников, которые тоже не были бедными.

Навстречу стали попадаться проснувшиеся студенты и Таш тряхнул головой, чтобы немного отвлечься от тягостных воспоминаний и вернуться в реальность.

  • Богиня Бастет (Вербовая Ольга) / Песни Бояна / Вербовая Ольга
  • Дилемма / Рикардия
  • Не ходите вечером на ведьму нападать / Бугаева Анастасия
  • Обратный монолог меча / Жанна / Гарманова Мария
  • Глава 3 / Новичок в Друмире / Uglov
  • 8. / Рафинад / Колесник Маша
  • 20. leto "Культурное учреждение" / НАРОЧНО НЕ ПРИДУМАЕШЬ! БАЙКИ ИЗ ОФИСА - Шуточный лонгмоб-блеф - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Чайка
  • Твои упанишады / Постскриптум / П. Фрагорийский
  • Девочка с жёлтыми глазами / Риндевич Константин
  • Неизбежность / В созвездии Пегаса / Михайлова Наталья
  • Потусторонняя богема / ЧУГУННАЯ ЛИРА / Птицелов Фрагорийский

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль