Отличная рецензия. Если чего-то и не хватало мне для последнего шага к прочтению (а рекомендовали уже не раз, и я держу на очереди давненько), то вот теперь — уж точно прочту. Вот завтра ) Жаль только, что для конкурсной рецензии будет поздновато. Но если будет что сказать, то отсутствие конкурсов меня не остановит )
Нет, ну правда — так вот и надо писать рецензии) вкусно и тонко, глубоко и искренне… класс)
По-моему, здешние «рецензенты» так заигрались в профессиональных рецензентов, что забыли самое главное: как быть профессиональными читателями. И да, такой термин — не ирония… «профессиональный» читатель — это то самое явление, которое и подкармливает веками другое явление: профессиональный писатель. Ибо пишут писатели вовсе не для умеющих всё разложить по полочкам анатомов, именующих себя рецензентами (кстати, критик — тоже профессия, и в ней есть свои асы и все остальные, и здесь критиков крайне мало встречается).
Но веду-то я к тому, что десяток патологоанатомов, сорри, рецензентов не так нужны и желанны автору, как один искренний, увлечённый Читатель. Ведь книга пишется для него. Как и каждый спектакль играется не для критиков, а для тех зрителей, которые задерживают дыхание, замирают, вглядываются в происходящее на сцене — и видят не актера А и актрису Б, а также талантливую/бездарную работу режиссера В — они видят живых людей, мужчин и женщин, со своими бедами и радостями, и эти люди на сцене — или в книге — становятся для настоящего Зрителя — или настоящего Читателя — реальны.
И да, после того, как занавес падает, такой Зритель, очень вероятно, не произнесет продуманной, выверенной по пунктам речи и не напишет идеальной статьи. Он скажет: «вау, вот это было круто, но черт, как жалко того парня, а тетка-то его какая стервозина, зато ее муж славный мужик, а вот интересно — что с ними было дальше?!»
И вот это сумбурное, эмоциональное, лишенное логики «супер, а что было дальше?» — и есть то, ради чего ставятся пьесы и пишутся книги. Тем более — такие сложные, длинные повествования, как «Игра Лиара», где всё строится на том, что финал первой книги вызовет желание прочесть вторую. И на мой взгляд — Авинеда написала именно такой отзыв. Не «рецензию» (а кто их здесь пишет-то, честно говоря), но читательский отзыв, где видна искренняя заинтересованность, «влюбленность» в героя — ну а как же, в каждой по-настоящему прочитанной и пережитой книге мы всегда влюбимся в какого-то героя, пусть и не самого главного, но лично нас чем-то зацепившего, — и да, я вижу тут голос настоящего Читателя. Который и сподвигает замотанного суровыми реалиями и творческими коллизиями автора на продолжение.
Так что я — за ) Мне понравилось. И это первый тут «отзыватель», которому мне хочется сказать: а меня ты почитаешь? )) Не ради конкурса, кстати. Просто каждому автору очень нужны Читатели…
Это не ответ. Вы мне можете ее расу назвать? И расу народа, чье принцессой она была? Одно слово. Если возникают сомнения, что такое раса, то есть очень много словарей)
Вы упорно путаете ее звероформу и ее расу. Звероформы были разными у представителей одной расы, что показано в главе, где Хайме учил котов обретать пресловутую звероформу. И кто-то стал хищником, а кто-то — домашним котиком.
Только я увидел разницу между расой и звероформой? Нужно цитировать?
Ну, это я могу понять. Я только сути этих предположений не понимаю. Бога ради, я не растекаюсь мыслью по древу, я в рецензии конкретные вопросы задаю о поведении и замыслах конкретных героев. И в ответ мне хочется конкретики.
И нет, я не защищаюсь) Вы странно мои слова воспринимаете)) Я пытаюсь абстрагироваться от попытки свести разговор о книге к разговору о читателе) Ибо читатель может быть умным, глупым, внимательным, рассеянным, пристрастным, объективным — каким угодно, — но вопрос «зачем герой А пошел к герою Б и сделал то и это» — он конкретен и никак не зависит от персоны читателя.
На самом деле, нет ) Я вовсе не против разговоров о книге с другими читателями — почему нет, я всю жизнь этим занимаюсь, автор-то мне редко вживую попадается)) Мне просто хочется конкретики. Я, наверное, устал от беспредметных обобщений — что насчёт чужих книг, что насчет своей… Я вполне допускаю, что какие-то идеи автора не понял. Почему нет? Потому и задаю вопросы. И какая разница, ответит мне автор лично или другой читатель?
Мне просто нужны ответы. А не домыслы о том, каким местом я читал, откуда смотрел, что учёл, а что нет… Не учёл я только одно: вдруг герои просто ну совсем не думают о последствиях, и вообще не думают. Не умею я такое учитывать. Да и не хочется.
А если думают, так мне и хочется понять — и увидеть в книге — о чём они думают, чего хотят и что у них в голове и сердце…
Правильно. Ваш пример содержит сразу два конкретных идентификатора, плюс, вероятно, тут имеют место какие-то события, известные собеседникам, или дальнейшая фраза на них укажет. А в той фразе, которую я даже вытащил в цитаты, такого нет.
В общем, всё сводится к наличию конкретики. И к пониманию, что в мире кошек «кошка» — это ровно то же, что в нашем — «женщина». И для проверки правильности фразы достаточно подставить на место героя-кота — мужчину, а на место его жены-кошки — женщину. И с этой заменой сцену проиграть. И, собственно, всё…
Ну, вот я пробую представить) По аналогии. Вы человек, я человек. И если о нас с вами будут (охоспади) писать книжку, то вряд ли наши знакомые будут в разговорах с кем-то третьим о нас говорить «Я с человеком поссорился» или «знаешь, что мне человек рассказал?» — как вам кажется, нормально звучит? Или всё-таки ненормально? Да, конечно, был у нас такой товарищ Ленин В.И., «самый человечный человек»… и вообще бывают такие условные идентификаторы (прозвища те же), принятые в узком кругу и в нём понятные. Сюда же — всякие ласкательные словечки. И сюда же — шерлоковское «Эта Женщина». Но заметьте — не «женщина», а «эта женщина». И как я уже сказал — употреблял он это прозвище в своем кругу. Потому что скажи он кому-то постороннему «эта женщина» — как бы этот посторонний догадался, о какой женщине речь?
Вот о чем я, собственно, и толкую. Уж не знаю, понял ли автор, но некоторые комментаторы точно не поняли. Мы не вытаскиваем слова «внутренние» наружу — их попросту не поймут. Это раз. И я очень, ну очень сомневаюсь, что таким «внутренним» особым словом может быть видовая принадлежность. Человек может прозвать подругу Кошкой. У меня есть знакомая, которую вообще так зовут — Кошка. Папа так назвал) Но вряд ли хоть кого-то могут прозвать «мужчина», «женщина» или «человек». Вот именно так, без уточняющих «эта», «моя» и так далее. А в мире Лепрозория кошка — это видовая принадлежность. Там есть кошки, волки, быки, пауки и т.д. И не могу я поверить, что в таком мире кошку прозовут кошкой. Ну уж если прозовут — то только в тесном кругу. А за пределами этого круга её будут звать по имени, должности, титулу, социальному статусу — по идентификатору, который позволяет нам отличать, о каких, собственно, людях ведет речь собеседник…
Когда взрослую женщину взрослый же мужчина ласково зовет «девочка моя» в интимной обстановке — это одно. А когда, допустим, тот же мужчина, общаясь с коллегой, скажет: «Мы с девочкой едем в отпуск» — как думаете, собеседник поймет, о чем он?
Мы говорим друг с другом не так. как друг о друге — с окружающими. И вообще-то я не могу представить самурая, военачальника, генерала и т.д., который на плацу или в казармах озвучивает ласкательные интимные прозвища своей женщины. Такие вещи не выносят за пределы любовного гнездышка и не тащат в деловую обстановку.
А я так и не сказал в данной рецензии. Вы не очень внимательно читали ) Я начал и закончил тем, что вещь интересна — и потому заслуживает доработки. Не кажись она мне интересной, а герои — достойными иного описания, я вообще не стал бы так углубляться в анализ. Моей целью было показать автору, над чем тут следует поработать, чтобы алмаз «заиграл», став бриллиантом. Пока ему слишком не хватает огранки.
И прошу вас, не надо проецировать на меня свои психологические установки ) Я написал ровно то, что написал, и не надо додумывать отсутствующее. Я задал вопросы. Они ждут ответов — и в основном авторских. Но если вы как читатель можете ответить за автора — прошу) Только не надо вместо ответов на конкретные вопросы по тексту меня психоанализировать — пустое и неблагодарное занятие, ибо в точку вы не попадаете))
Бывают, не спорю. Но представьте, что вы — кошка в мире зверей. Какое сравнение вам придет в голову для обозначения крутого бойца? Вы — кошка. Вокруг — еще сотни кошек. По-моему, желая превознести непобедимого воина, вы сравните его (или её) с представителем кошачьих несколько иных габаритов. С тигром, пантерой, львом… С теми «кошками», которые в мире кошек являются аналогом богатырей. Хм?
Обычно ты пишешь рецензии глубокие, вдумчивые — о тайном, сокрытом в сюжете, о втором дне, третьем, об идеях, мыслях, впечатлениях.
То есть, эта вдумчивой не кажется? И моих мыслей и впечатлений тут не заметно? Жаль, или скорее, странно, хотя нет, жаль, потому что это обдумывалось и писалось недели этак две, и прочтение было не одно, по мере написания я почти всю книжку снова перечитал. Я никогда ничего не пишу, не обдумывая. Но всякий раз получается разное — потому что оно во многом пишется «само». Оно само выплёскивается на страницы, и вначале я очень примерно представляю, что там напишется.
И нет, тут нет никаких обид, и они не предполагались. У меня появились вопросы, я их задал. Как я уже сказал комментатору выше — вопросы ожидают ответов. Иначе бы они не задавались.
Вообще вопрос о наличии обид как-то даже меня озадачил. Получается, если ты кому-то друг, то в рецензии хвалишь, а если тебя кто-то обидел, то ругаешь? это такое интересное представление обо мне как человеке — или о системе написания рецензий в целом, всеми и всегда?
Не отдать ребенка нельзя. Это обязательная процедура (иначе бы Мерур своего жеребенка не отдал, он ведь любил ее), а еще за нее платят очень-очень дорого
Отсюда сразу целый букет вопросов.
Один был задан в рецензии, и ответа я не вижу: если «обязательная процедура», то за что ему мстить? За то, что он сделал то, чего не сделать никак не мог?
Логика?
Второе. Если «обязательная процедура» — то зачем дорого платить? Ни одно государство или частное лицо не переплачивает за то, что и так достанется. Дорого оплачивают то, что иначе могут не отдать. Это основной принцип любой обменной операции. И снова — это логично. Вот мы тут посмотрели кино «Темная башня», по Кингу. Некий злодей похищает детишек — и вообще за них ничего не платит. Зачем? Он и так взял. И мстить ему — желание оправданное. В ситуации, когда родители сами продают детей за «очень-очень дорого» — оправдано желание проданных (и преданных) детей мстить уже родным.
Есть ситуация сложнее: когда у ребенка есть некое отличие, из-за которого его могут забрать. Но могут и не забрать — просто потому, что не заметили. Или родители очень постарались, чтоб не заметили. Такой сюжетный поворот не редкость, я сам его использую, и вот совсем недавно видел в другом конкурсном романе.
И тут новый вопрос к автору: в Лепрозории такое возможно? Что сделал сам Мерур для того, чтоб Люцию забрали? Сообщил куда-то о ее способностях? А мог и не сообщать? Мог спрятать? Мог отказаться от «очень-очень дорогой» оплаты и оставить ребенка себе?
Потому что если он хоть что-то из перечисленного мог не делать, то ее месть оправданна.
А если некая организация (какая?) хватает абсолютно всех детей, вырывая из объятий рыдающих родителей, — то месть не оправданна. И любой более-менее адекватный бывший ребенок станет мстить не родным, а организации.
Если, конечно, не считать варианта: этот «бывший ребенок» остался ребенком по сути — крохотным существом, которое понятия не имеет, как устроен его мир. И в любых своих бедах он (с позиции крохотного ребенка) винит родителей — как те детишки, которые рыдают в магазине и топают ножками на «нехорошую маму», которая не купила игрушку. И аргумент «у мамы денег нет» ребенку пофигу — он такого не понимает, он ребенок. Причем глупый и/или избалованный — не приученный к реалиям мира, где не всё, что хочется, в зоне доступа.
И кто у нас тогда Люция? Какая она? Взрослая и неглупая, стоящая на социальной верхушке, пусть и подчиненная кому-то? Или она — крохотный ребенок, топающий ножками в магазине? Или эти градации в ней перемешались?
Когда я задаю вопросы — я хочу услышать ответ. В идеале я хочу увидеть ответ в книге. Но если ответы в книгу не влезли, но они есть в уме автора — то я хочу их услышать от автора — а потом все-таки увидеть в книге. Ибо пока я ответов не вижу, и это печально.
Ибо да, если ответов нет, то вывод — заметь, не мой, а автора! — что «политика и мироустройство косячные» обретает угрожающую достоверность.
Так почему автор в ответ на мои вопросы не отвечает, а сам же зовет своих героев схематичными, а мир — непроработанным?
Значит, у автора ответов на поставленные вопросы попросту нет?
в книге нет сугубого деления на положительных и отрицательных героев. Автор не одевает персонажей демонстративно в белое и чёрное, а просто и честно показывает с разных сторон, предлагая читателю самому судить об их достоинствах и недостатках.
Насколько я понимаю — это сказано об авторском замысле. О намерении. О том, как автор в своей голове всё это задумал.
Ну допустим. Задумка была такова — я это прекрасно заметил и соглашусь.
Но я-то говорил о том, что происходит у автора в подсознании — которое зачастую и подсказывает нам те или иные эпитеты для описания героев. И когда сам автор 1) достаточно пристрастен, 2) не очень хорошо владеет техникой утаивания своих пристрастий — то читатель может уловить диссонанс между сознательной задумкой и тем, что по сути написано.
В качестве примера могу привести всем знакомого «Гарри Поттера» — по задумке, например, Гермиона положительный персонаж, но автору она абсолютно не симпатична, и это заметно. Хотя сознательно автор не «давил», вынуждая читателей Гермиону не любить. Как и в Лепрозории сознательного давления нет. Но вот бессознательное, неконтролируемое — есть. И (казалось) я достаточно подробно объяснил этот механизм подсознательного авторского давления в рецензии. Приведя соответствующие цитаты.
И нет, я не «повелся» на авторское давление — что очевидно, ибо иначе я бы его в принципе не заметил, не углядел бы противоречия между заявленными характерами и тем, как их подаёт автор. А те, кто повелся, полагаю, этого и не заметили. Потому что одно дело — кого мы задумали, и совсем другое — кого мы описали. А кого любить читателю — это вообще дело третье…
кто из героев показался тебе отрицательным, а кто — положительным?
Для ответа на этот вопрос мне надо услышать определение «отрицательности» и «положительности». У каждого оно — своё. С моей точки зрения, положительным тут нельзя считать никого, кроме бабушки вначале и котика, который вопреки своей рабской зашуганности пошёл за Хайме, да и то эта «положительность» условная, потому что про котика мы слишком мало знаем. И вообще, оценивать второстепенных героев по шкале «положительности-отрицательности» пустое занятие, у них просто нет для таких оценок достаточно «экранного времени».
А всех остальных я не могу такими категориями оценить. Где-то я им сочувствую, где-то их понимаю, где-то я на их стороне — а в других случаях нет. И довольно часто это «нет» вызвано не тем, что думают и делают герои — а что автор им приписывает. Я не раз думал (и в рецензии об этом сказал), что здесь этот герой просто не может вот так говорить или поступать. Другой — мог бы. А этот или эта — нет. Но куда герою против авторской воли…
Единственное, что я могу тут сказать, — кого мне в итоге больше жалко. Вне зависимости от «положительности». Жалко Химари. Всех кошек, которых поработили. Всех детей, которых вырвали из рук родителей и подвергли вивисекции. Жалко Лиона — он от тех детей и от тех кошек ничем не отличается, безвольная жертва сильных мира сего (включая автора). Кого еще из взрослых персонажей, с учетом их детства и того, какими они стали… жалко Еву, но в основном из-за «божественности», а не того, что с ней произошло по ходу романа. Но жалость к Еве у меня вызывает в основном то, как она описана, а не то, какая она исходя из поведения, — мне ее тут жалко как одного из «детишек» Карабаса-Барабаса, висящих на ниточках и танцующих по сигналу, без учёта их личностей и желаний…
По-хорошему, тут никто не положителен (так задумано, ну, или так показано), но по-настоящему отрицателен тут «отсутствующий герой» — то самое теневое правительство, истинный кукловод, которого нам так и не назвали.
И с которым, по-хорошему, и стоило бы биться Люции. И которого ей бы следовало искать, перебирая своих знакомых, примеряя на эту роль — и одного за другим отбрасывая, как очередную жертву и марионетку.
А в финале, вообще-то, неплохо бы было эту «закулисную тень» найти. Но… не сложилось. Увы.
Ох уж эти странные картонные герои
Всё это — что интересно — слова не мои. Это слова автора. Мне они как раз «картонными» не показались. Почему то и дело за них было обидно: вроде неглупые и по-своему сильные люди, не без доброты и хороших намерений — но их то и дело вынуждают тупить или вести себя раздражающе. А ведь я-то — читатель — чувствую, что не так они себя должны вести… исходя из всех начальных условий, заданных автором. Не «хуже-лучше» — а просто не так. Не в этих обстоятельствах, не в этом мире.
Это как та фраза Хайме «мне не быть с Кошкой», о которой тут пошла эпичная битва. Будь он жителем любого другого мира — нормально. Будь Химари единственной кошкой в Лепрозории — нормально. Говори он с другим собеседником — не с любым, но прокатило бы. А вот так, как написано, — увы.
Оффтопик
раз тебе Лепра так безумно нравилась раньше
Сорри, но я никогда не говорил, что книга в её конечном виде мне «безумно нравится». Меня увлекла задумка — и я об этом в рецензии написал. Меня заинтересовали герои — но до полного конкурсного прочтения я не видел их целиком и не мог оценить. А от задумки до финала — долгий путь.
И к слову, я не раз видел книги, которые мне с первых глав и правда безумно нравились, потом по ходу чтения начинали тускнеть, а к концу сдувались вовсе. Это не о Лепрозории — это о том, что заявлять «мне безумно понравилось» я могу только, прочтя последнюю строчку и закрыв книгу. Никак не раньше.
Но и в этом случае, бывало, через несколько лет перечитаешь — и мамочки, что это, и вот это мне казалось шедевром?!
Так что с эпитетами типа «безумно» я вообще не рискую связываться. Ибо врать не люблю, даже невольно…
Мне кажется, сама постановка вопроса уже предполагает препарирование) Меня окунают в некий мир со своими реалиями, и я это изначально принимаю. Всегда. Я больше двадцати лет читаю фантастику и разнообразные миры с самыми разными установками и нормами, влекущими за собою психологические тормоза и всё остальное. И вы полагаете, вот именно здесь я внезапно отключил и мозги, и умение вживаться в чуждые реальности, и моя оценка соответствует поведенческим стереотипам моего непосредственного окружения?
По-моему, я довольно чётко сформулировал свои вопросы исходя из реалий именно того мира, который автор мне показал. Возможно, для кого-то — всё-таки недостаточно чётко. И в рецензии я не раз подчеркнул, что возможно, у автора ответы есть — но они ускользнули из книги, почему вопросы и возникают.
А вообще всё это беспредметно. Я задал конкретные вопросы, потому что мне интересны ответы. Если на какое-то моё «почему» у вас есть «потому что» — милости прошу, мне хотелось бы послушать.
То, что я признаю, например, за каким-то человеком отсутствие неземной красоты, вовсе не отрицает моё личное восприятие этого человека как прекрасного и привлекательного создания — в моих глазах.
Отличная рецензия. Если чего-то и не хватало мне для последнего шага к прочтению (а рекомендовали уже не раз, и я держу на очереди давненько), то вот теперь — уж точно прочту. Вот завтра ) Жаль только, что для конкурсной рецензии будет поздновато. Но если будет что сказать, то отсутствие конкурсов меня не остановит )
Нет, ну правда — так вот и надо писать рецензии) вкусно и тонко, глубоко и искренне… класс)
По-моему, здешние «рецензенты» так заигрались в профессиональных рецензентов, что забыли самое главное: как быть профессиональными читателями. И да, такой термин — не ирония… «профессиональный» читатель — это то самое явление, которое и подкармливает веками другое явление: профессиональный писатель. Ибо пишут писатели вовсе не для умеющих всё разложить по полочкам анатомов, именующих себя рецензентами (кстати, критик — тоже профессия, и в ней есть свои асы и все остальные, и здесь критиков крайне мало встречается).
Но веду-то я к тому, что десяток патологоанатомов, сорри, рецензентов не так нужны и желанны автору, как один искренний, увлечённый Читатель. Ведь книга пишется для него. Как и каждый спектакль играется не для критиков, а для тех зрителей, которые задерживают дыхание, замирают, вглядываются в происходящее на сцене — и видят не актера А и актрису Б, а также талантливую/бездарную работу режиссера В — они видят живых людей, мужчин и женщин, со своими бедами и радостями, и эти люди на сцене — или в книге — становятся для настоящего Зрителя — или настоящего Читателя — реальны.
И да, после того, как занавес падает, такой Зритель, очень вероятно, не произнесет продуманной, выверенной по пунктам речи и не напишет идеальной статьи. Он скажет: «вау, вот это было круто, но черт, как жалко того парня, а тетка-то его какая стервозина, зато ее муж славный мужик, а вот интересно — что с ними было дальше?!»
И вот это сумбурное, эмоциональное, лишенное логики «супер, а что было дальше?» — и есть то, ради чего ставятся пьесы и пишутся книги. Тем более — такие сложные, длинные повествования, как «Игра Лиара», где всё строится на том, что финал первой книги вызовет желание прочесть вторую. И на мой взгляд — Авинеда написала именно такой отзыв. Не «рецензию» (а кто их здесь пишет-то, честно говоря), но читательский отзыв, где видна искренняя заинтересованность, «влюбленность» в героя — ну а как же, в каждой по-настоящему прочитанной и пережитой книге мы всегда влюбимся в какого-то героя, пусть и не самого главного, но лично нас чем-то зацепившего, — и да, я вижу тут голос настоящего Читателя. Который и сподвигает замотанного суровыми реалиями и творческими коллизиями автора на продолжение.
Так что я — за ) Мне понравилось. И это первый тут «отзыватель», которому мне хочется сказать: а меня ты почитаешь? )) Не ради конкурса, кстати. Просто каждому автору очень нужны Читатели…
Это не ответ. Вы мне можете ее расу назвать? И расу народа, чье принцессой она была? Одно слово. Если возникают сомнения, что такое раса, то есть очень много словарей)
Вы упорно путаете ее звероформу и ее расу. Звероформы были разными у представителей одной расы, что показано в главе, где Хайме учил котов обретать пресловутую звероформу. И кто-то стал хищником, а кто-то — домашним котиком.
Только я увидел разницу между расой и звероформой? Нужно цитировать?
Извините, а с точки зрения расовой принадлежности она кто? Вот Ева — паучиха. Инпу — волк. А кто Химари?
Ну, это я могу понять. Я только сути этих предположений не понимаю. Бога ради, я не растекаюсь мыслью по древу, я в рецензии конкретные вопросы задаю о поведении и замыслах конкретных героев. И в ответ мне хочется конкретики.
И нет, я не защищаюсь) Вы странно мои слова воспринимаете)) Я пытаюсь абстрагироваться от попытки свести разговор о книге к разговору о читателе) Ибо читатель может быть умным, глупым, внимательным, рассеянным, пристрастным, объективным — каким угодно, — но вопрос «зачем герой А пошел к герою Б и сделал то и это» — он конкретен и никак не зависит от персоны читателя.
Э… а можно цитату? Я не о звероформе — я о ее расовой принадлежности. Вот мы с вами — люди. А она — кто?
На самом деле, нет ) Я вовсе не против разговоров о книге с другими читателями — почему нет, я всю жизнь этим занимаюсь, автор-то мне редко вживую попадается)) Мне просто хочется конкретики. Я, наверное, устал от беспредметных обобщений — что насчёт чужих книг, что насчет своей… Я вполне допускаю, что какие-то идеи автора не понял. Почему нет? Потому и задаю вопросы. И какая разница, ответит мне автор лично или другой читатель?
Мне просто нужны ответы. А не домыслы о том, каким местом я читал, откуда смотрел, что учёл, а что нет… Не учёл я только одно: вдруг герои просто ну совсем не думают о последствиях, и вообще не думают. Не умею я такое учитывать. Да и не хочется.
А если думают, так мне и хочется понять — и увидеть в книге — о чём они думают, чего хотят и что у них в голове и сердце…
Как-то так )
Правильно. Ваш пример содержит сразу два конкретных идентификатора, плюс, вероятно, тут имеют место какие-то события, известные собеседникам, или дальнейшая фраза на них укажет. А в той фразе, которую я даже вытащил в цитаты, такого нет.
В общем, всё сводится к наличию конкретики. И к пониманию, что в мире кошек «кошка» — это ровно то же, что в нашем — «женщина». И для проверки правильности фразы достаточно подставить на место героя-кота — мужчину, а на место его жены-кошки — женщину. И с этой заменой сцену проиграть. И, собственно, всё…
Ну, вот я пробую представить) По аналогии. Вы человек, я человек. И если о нас с вами будут (охоспади) писать книжку, то вряд ли наши знакомые будут в разговорах с кем-то третьим о нас говорить «Я с человеком поссорился» или «знаешь, что мне человек рассказал?» — как вам кажется, нормально звучит? Или всё-таки ненормально? Да, конечно, был у нас такой товарищ Ленин В.И., «самый человечный человек»… и вообще бывают такие условные идентификаторы (прозвища те же), принятые в узком кругу и в нём понятные. Сюда же — всякие ласкательные словечки. И сюда же — шерлоковское «Эта Женщина». Но заметьте — не «женщина», а «эта женщина». И как я уже сказал — употреблял он это прозвище в своем кругу. Потому что скажи он кому-то постороннему «эта женщина» — как бы этот посторонний догадался, о какой женщине речь?
Вот о чем я, собственно, и толкую. Уж не знаю, понял ли автор, но некоторые комментаторы точно не поняли. Мы не вытаскиваем слова «внутренние» наружу — их попросту не поймут. Это раз. И я очень, ну очень сомневаюсь, что таким «внутренним» особым словом может быть видовая принадлежность. Человек может прозвать подругу Кошкой. У меня есть знакомая, которую вообще так зовут — Кошка. Папа так назвал) Но вряд ли хоть кого-то могут прозвать «мужчина», «женщина» или «человек». Вот именно так, без уточняющих «эта», «моя» и так далее. А в мире Лепрозория кошка — это видовая принадлежность. Там есть кошки, волки, быки, пауки и т.д. И не могу я поверить, что в таком мире кошку прозовут кошкой. Ну уж если прозовут — то только в тесном кругу. А за пределами этого круга её будут звать по имени, должности, титулу, социальному статусу — по идентификатору, который позволяет нам отличать, о каких, собственно, людях ведет речь собеседник…
Когда взрослую женщину взрослый же мужчина ласково зовет «девочка моя» в интимной обстановке — это одно. А когда, допустим, тот же мужчина, общаясь с коллегой, скажет: «Мы с девочкой едем в отпуск» — как думаете, собеседник поймет, о чем он?
Мы говорим друг с другом не так. как друг о друге — с окружающими. И вообще-то я не могу представить самурая, военачальника, генерала и т.д., который на плацу или в казармах озвучивает ласкательные интимные прозвища своей женщины. Такие вещи не выносят за пределы любовного гнездышка и не тащат в деловую обстановку.
А я так и не сказал в данной рецензии. Вы не очень внимательно читали ) Я начал и закончил тем, что вещь интересна — и потому заслуживает доработки. Не кажись она мне интересной, а герои — достойными иного описания, я вообще не стал бы так углубляться в анализ. Моей целью было показать автору, над чем тут следует поработать, чтобы алмаз «заиграл», став бриллиантом. Пока ему слишком не хватает огранки.
И прошу вас, не надо проецировать на меня свои психологические установки ) Я написал ровно то, что написал, и не надо додумывать отсутствующее. Я задал вопросы. Они ждут ответов — и в основном авторских. Но если вы как читатель можете ответить за автора — прошу) Только не надо вместо ответов на конкретные вопросы по тексту меня психоанализировать — пустое и неблагодарное занятие, ибо в точку вы не попадаете))
Бывают, не спорю. Но представьте, что вы — кошка в мире зверей. Какое сравнение вам придет в голову для обозначения крутого бойца? Вы — кошка. Вокруг — еще сотни кошек. По-моему, желая превознести непобедимого воина, вы сравните его (или её) с представителем кошачьих несколько иных габаритов. С тигром, пантерой, львом… С теми «кошками», которые в мире кошек являются аналогом богатырей. Хм?
На мой взгляд, это относится к вам ) Но я крайне не люблю сто раз объяснять очевидное, посему вы отлично можете оставаться при своём мнении ))
И нет, тут нет никаких обид, и они не предполагались. У меня появились вопросы, я их задал. Как я уже сказал комментатору выше — вопросы ожидают ответов. Иначе бы они не задавались.
Вообще вопрос о наличии обид как-то даже меня озадачил. Получается, если ты кому-то друг, то в рецензии хвалишь, а если тебя кто-то обидел, то ругаешь? это такое интересное представление обо мне как человеке — или о системе написания рецензий в целом, всеми и всегда?
Отсюда сразу целый букет вопросов.Один был задан в рецензии, и ответа я не вижу: если «обязательная процедура», то за что ему мстить? За то, что он сделал то, чего не сделать никак не мог?
Логика?
Второе. Если «обязательная процедура» — то зачем дорого платить? Ни одно государство или частное лицо не переплачивает за то, что и так достанется. Дорого оплачивают то, что иначе могут не отдать. Это основной принцип любой обменной операции. И снова — это логично. Вот мы тут посмотрели кино «Темная башня», по Кингу. Некий злодей похищает детишек — и вообще за них ничего не платит. Зачем? Он и так взял. И мстить ему — желание оправданное. В ситуации, когда родители сами продают детей за «очень-очень дорого» — оправдано желание проданных (и преданных) детей мстить уже родным.
Есть ситуация сложнее: когда у ребенка есть некое отличие, из-за которого его могут забрать. Но могут и не забрать — просто потому, что не заметили. Или родители очень постарались, чтоб не заметили. Такой сюжетный поворот не редкость, я сам его использую, и вот совсем недавно видел в другом конкурсном романе.
И тут новый вопрос к автору: в Лепрозории такое возможно? Что сделал сам Мерур для того, чтоб Люцию забрали? Сообщил куда-то о ее способностях? А мог и не сообщать? Мог спрятать? Мог отказаться от «очень-очень дорогой» оплаты и оставить ребенка себе?
Потому что если он хоть что-то из перечисленного мог не делать, то ее месть оправданна.
А если некая организация (какая?) хватает абсолютно всех детей, вырывая из объятий рыдающих родителей, — то месть не оправданна. И любой более-менее адекватный бывший ребенок станет мстить не родным, а организации.
Если, конечно, не считать варианта: этот «бывший ребенок» остался ребенком по сути — крохотным существом, которое понятия не имеет, как устроен его мир. И в любых своих бедах он (с позиции крохотного ребенка) винит родителей — как те детишки, которые рыдают в магазине и топают ножками на «нехорошую маму», которая не купила игрушку. И аргумент «у мамы денег нет» ребенку пофигу — он такого не понимает, он ребенок. Причем глупый и/или избалованный — не приученный к реалиям мира, где не всё, что хочется, в зоне доступа.
И кто у нас тогда Люция? Какая она? Взрослая и неглупая, стоящая на социальной верхушке, пусть и подчиненная кому-то? Или она — крохотный ребенок, топающий ножками в магазине? Или эти градации в ней перемешались?
Где авторский ответ?
И так по всем пунктам… ©
Когда я задаю вопросы — я хочу услышать ответ. В идеале я хочу увидеть ответ в книге. Но если ответы в книгу не влезли, но они есть в уме автора — то я хочу их услышать от автора — а потом все-таки увидеть в книге. Ибо пока я ответов не вижу, и это печально.
Ибо да, если ответов нет, то вывод — заметь, не мой, а автора! — что «политика и мироустройство косячные» обретает угрожающую достоверность.
Так почему автор в ответ на мои вопросы не отвечает, а сам же зовет своих героев схематичными, а мир — непроработанным?
Значит, у автора ответов на поставленные вопросы попросту нет?
Насколько я понимаю — это сказано об авторском замысле. О намерении. О том, как автор в своей голове всё это задумал.Ну допустим. Задумка была такова — я это прекрасно заметил и соглашусь.
Но я-то говорил о том, что происходит у автора в подсознании — которое зачастую и подсказывает нам те или иные эпитеты для описания героев. И когда сам автор 1) достаточно пристрастен, 2) не очень хорошо владеет техникой утаивания своих пристрастий — то читатель может уловить диссонанс между сознательной задумкой и тем, что по сути написано.
В качестве примера могу привести всем знакомого «Гарри Поттера» — по задумке, например, Гермиона положительный персонаж, но автору она абсолютно не симпатична, и это заметно. Хотя сознательно автор не «давил», вынуждая читателей Гермиону не любить. Как и в Лепрозории сознательного давления нет. Но вот бессознательное, неконтролируемое — есть. И (казалось) я достаточно подробно объяснил этот механизм подсознательного авторского давления в рецензии. Приведя соответствующие цитаты.
И нет, я не «повелся» на авторское давление — что очевидно, ибо иначе я бы его в принципе не заметил, не углядел бы противоречия между заявленными характерами и тем, как их подаёт автор. А те, кто повелся, полагаю, этого и не заметили. Потому что одно дело — кого мы задумали, и совсем другое — кого мы описали. А кого любить читателю — это вообще дело третье…
Для ответа на этот вопрос мне надо услышать определение «отрицательности» и «положительности». У каждого оно — своё. С моей точки зрения, положительным тут нельзя считать никого, кроме бабушки вначале и котика, который вопреки своей рабской зашуганности пошёл за Хайме, да и то эта «положительность» условная, потому что про котика мы слишком мало знаем. И вообще, оценивать второстепенных героев по шкале «положительности-отрицательности» пустое занятие, у них просто нет для таких оценок достаточно «экранного времени».А всех остальных я не могу такими категориями оценить. Где-то я им сочувствую, где-то их понимаю, где-то я на их стороне — а в других случаях нет. И довольно часто это «нет» вызвано не тем, что думают и делают герои — а что автор им приписывает. Я не раз думал (и в рецензии об этом сказал), что здесь этот герой просто не может вот так говорить или поступать. Другой — мог бы. А этот или эта — нет. Но куда герою против авторской воли…
Единственное, что я могу тут сказать, — кого мне в итоге больше жалко. Вне зависимости от «положительности». Жалко Химари. Всех кошек, которых поработили. Всех детей, которых вырвали из рук родителей и подвергли вивисекции. Жалко Лиона — он от тех детей и от тех кошек ничем не отличается, безвольная жертва сильных мира сего (включая автора). Кого еще из взрослых персонажей, с учетом их детства и того, какими они стали… жалко Еву, но в основном из-за «божественности», а не того, что с ней произошло по ходу романа. Но жалость к Еве у меня вызывает в основном то, как она описана, а не то, какая она исходя из поведения, — мне ее тут жалко как одного из «детишек» Карабаса-Барабаса, висящих на ниточках и танцующих по сигналу, без учёта их личностей и желаний…
По-хорошему, тут никто не положителен (так задумано, ну, или так показано), но по-настоящему отрицателен тут «отсутствующий герой» — то самое теневое правительство, истинный кукловод, которого нам так и не назвали.
И с которым, по-хорошему, и стоило бы биться Люции. И которого ей бы следовало искать, перебирая своих знакомых, примеряя на эту роль — и одного за другим отбрасывая, как очередную жертву и марионетку.
А в финале, вообще-то, неплохо бы было эту «закулисную тень» найти. Но… не сложилось. Увы.
Всё это — что интересно — слова не мои. Это слова автора. Мне они как раз «картонными» не показались. Почему то и дело за них было обидно: вроде неглупые и по-своему сильные люди, не без доброты и хороших намерений — но их то и дело вынуждают тупить или вести себя раздражающе. А ведь я-то — читатель — чувствую, что не так они себя должны вести… исходя из всех начальных условий, заданных автором. Не «хуже-лучше» — а просто не так. Не в этих обстоятельствах, не в этом мире.Это как та фраза Хайме «мне не быть с Кошкой», о которой тут пошла эпичная битва. Будь он жителем любого другого мира — нормально. Будь Химари единственной кошкой в Лепрозории — нормально. Говори он с другим собеседником — не с любым, но прокатило бы. А вот так, как написано, — увы.
И к слову, я не раз видел книги, которые мне с первых глав и правда безумно нравились, потом по ходу чтения начинали тускнеть, а к концу сдувались вовсе. Это не о Лепрозории — это о том, что заявлять «мне безумно понравилось» я могу только, прочтя последнюю строчку и закрыв книгу. Никак не раньше.
Но и в этом случае, бывало, через несколько лет перечитаешь — и мамочки, что это, и вот это мне казалось шедевром?!
Так что с эпитетами типа «безумно» я вообще не рискую связываться. Ибо врать не люблю, даже невольно…
Мне кажется, сама постановка вопроса уже предполагает препарирование) Меня окунают в некий мир со своими реалиями, и я это изначально принимаю. Всегда. Я больше двадцати лет читаю фантастику и разнообразные миры с самыми разными установками и нормами, влекущими за собою психологические тормоза и всё остальное. И вы полагаете, вот именно здесь я внезапно отключил и мозги, и умение вживаться в чуждые реальности, и моя оценка соответствует поведенческим стереотипам моего непосредственного окружения?
По-моему, я довольно чётко сформулировал свои вопросы исходя из реалий именно того мира, который автор мне показал. Возможно, для кого-то — всё-таки недостаточно чётко. И в рецензии я не раз подчеркнул, что возможно, у автора ответы есть — но они ускользнули из книги, почему вопросы и возникают.
А вообще всё это беспредметно. Я задал конкретные вопросы, потому что мне интересны ответы. Если на какое-то моё «почему» у вас есть «потому что» — милости прошу, мне хотелось бы послушать.
Я не патологоанатом ) Я не расчленяю людей — я просто смотрю на них и задаю вопросы…
То, что я признаю, например, за каким-то человеком отсутствие неземной красоты, вовсе не отрицает моё личное восприятие этого человека как прекрасного и привлекательного создания — в моих глазах.