СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ,

0.00
 
СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ,
в которой Мерино удаляется по своим делам, а основным действующим лицом становится Бельк. Также мы узнаём о Пыльной улице и ее истории, сталкиваемся с попыткой убийства и знакомимся с нравами димаутрианских зверей

3 октября 783 года от п. п.

Бельк, вышибала

Сольфик Хун

 

Было уже близко к четвертому звону, когда Мерино вышел на улицу из остерии. Бельк по-прежнему сидел на скамейке у входа. Пожилой сухощавый мужчина с короткими русыми волосами, обильно тронутыми сединой. Совершенно обычный горожанин, служащий или даже, может быть, мастер-ремесленник. Если не смотреть в глаза. Уж Мерино-то, знакомый с Бельком больше пятнадцати лет, предпочитал в глаза ему не заглядывать. Нехорошие у него были глаза: светло-серые, до полной прозрачности. Будто две льдинки кто-то вставил в череп, и торчат они там и не тают. И демоны разбери, что в этих глазах сейчас.

Бельк был родом с островов морского народа, которые в зависимости от политической ситуации то входили в состав Скафила, то считались свободными и независимыми. Окружающие королевство соседи не пытались вникать в дебри скафильской политики, где демоны всех преисподних могли ноги переломать, и предпочитали считать морской народ скафильцами. Так что, вероятно, Бельк был скафильцем. А еще он был один из лучших бойцов, которых Мерино за свою жизнь повидал немало. И то, что Бельк постарел и большую часть времени предпочитал заниматься созерцанием на пару со своим гикотом, не сделало его менее опасным.

«Наверное, это многое обо мне говорит, — вдруг подумал, глядя на Белька, Мерино. — Мой круг общения — преступники всех мастей, мой воспитанник этих самых преступников ловит, а мой лучший друг — убийца, играющий в трактирного вышибалу».

Бельк, прищурившись, посмотрел на Мерино. В узких щелочках уже морщинистых век его глаза не выглядели так пугающе.

— Похоже, у нас появилась работа, которую старая и безмозглая гончая сама себе придумала! — буркнул Мерино, усаживаясь рядом с ним на скамье. Гикот недовольно оскалился, когда трактирщик скинул мешавший ему хвост зверя. Бельк кивнул. Да, мол, я тоже не понимаю, что старому и безмозглому ищейке не сиделось на скамье. Посмотри, какая теплая осень!

Мерино рассказал, отчего ему не сиделось и что он намеревается теперь делать. Бельк выслушал без особого интереса, затем кивнул еще раз. То ли принимая информацию к сведению, то ли соглашаясь с тем, что решение друга помочь барону да Гора — верное.

В прошлом они много работали вместе. И если Мерино был мозгами их группы, то Бельк выполнял функцию острого кинжала. Это было давно, герцогство Фрейвелинг еще не обзавелось приставкой «Великое», а входило, как и большинство нынешних свободных государств, в Империю. Хотя пара из них, это все признавали, вышла не только эффективная, но и странная. Фрей и скафилец. Куда там кошке с собакой.

— Я погуляю с Дэнизом по Пыльной. — Бельк посчитал нужным добавить к кивку слова. — Мы давно там не гуляли. Может, кто-то что-то слышал.

— Хорошо, — откликнулся Мерино. — Я завтра попробую найти того менялу, про которого говорил Крысюк.

— Разговоры — это по твоей части, — усмехнулся Бельк, поднимаясь. — Всегда так было. Идем, Дэниз, погуляем.

Бельк говорил так мало и так редко, что каждое его слово просто не имело морального права расходиться с делом. Он аккуратно согнал гикота с колен, покряхтывая поднялся и неспешно зашагал прочь от остерии. Бельк любил маску старого человека. Совершенно упуская из виду, что большая часть головорезов Сольфик Хуна были прекрасно осведомлены о его мнимой старческой немощи.

«А может, мы так привыкли к маскам, что снимать их уже больно? Маски стали нами или мы ими?» — Мерино ссутулился и наклонил голову, провожая глазами удаляющиеся фигуры Белька и Дэниза.

 

Пыльная улица была таким местом в Сольфик Хуне, куда людям приличным стоило заходить только с хорошей охраной. Бельк в охране не нуждался, но давно сюда не заходил и ностальгии не испытывал. Это было гнилое место — так он его сам характеризовал, еще состоя на службе в Тайной страже, — гнилым оно и осталось до сих пор. Не трущобы, конечно, как в северной части города, в которых ютились преимущественно крестьяне, приехавшие в город в надежде начать жизнь более легкую, чем пахота земли и уход за скотом. Не трущобы, но все же.

Почему этот не самый благополучный район (хотя и не трущобы) облюбовало бандитское братство, Бельк не понимал. С его точки зрения преступникам больше подошли бы портовые районы или те же трущобы. Но во Фрейвелинге вообще все было не так, как везде. Мерино как-то рассказывал об истории возникновения Пыльной улицы, приводил какие-то доводы, но северянин счел их надуманными.

Когда, дескать, Сольфик Хун был еще не таким крупным городом и его окружала кольцом всего одна крепостная стена, а не три, как сейчас, Пыльный тракт был одной из двух торговых дорог, связывающих город с большим миром. И вился он не между кособокими домишками, как сейчас, а посреди леса, прячась в котором было очень удобно нападать на купеческие обозы. Владельцам города, герцогам Фрейвелинга, такой порядок не совсем нравился, да только и содержать за счет казны стражу возле каждой купеческой повозки они считали слишком накладным. Сколько так длилось, Мерино не сказал, рассказал лишь о Родерикэ Фрейвелинге, очередном герцоге этих земель, который решил проблему радикально. Он просто приказал вырубить лес на всем протяжении дороги. Разбойникам стало прятаться негде, купеческой охране — легче отбивать становящиеся все более редкими нападения, торговля процветала. Вдоль дороги стали селиться люди, открывать кабаки и таверны, а спустя пару веков довольно большой кусок Пыльного тракта попал во второе кольцо крепостных стен и стал называться уже улицей Пыльной.

«А как так оказалось, что разбойники стали селиться именно тут?» — как-то спросил Бельк у Мерино.

«Видимо, кто-то из них хорошо знал историю! — усмехнулся тогда Мерино. — И решил, что традиции хороши не только для благородных, но и для лихих людей».

Бельк принял легенду к сведению без большой в нее веры, но спорить не стал. В конце концов, не так уж это и важно, просто любопытно.

Какой бы ни была причина, но свои дела городские преступники предпочитали обделывать именно здесь. Тут жили практически все скупщики краденого, фальшивомонетчики, мошенники. В каждом трактире можно было нанять парочку, если не больше, головорезов, готовых к любой работе — хоть дом обнести, хоть кровь пустить. Здешние стражники обладали поразительной невнимательностью к происходящему и куда более серьезным доходом, чем их коллеги из других районов города. А еще тут можно было узнать практически любую информацию, нужно только было правильно слушать и правильно спрашивать. В общем, гнилое место.

За три часа блужданий по Пыльной Бельк посетил несколько кабаков, стал свидетелем одной поножовщины, правда, без смертельного исхода, но так ничего и не услышал об ограблении дома корабела. Он поговорил с парой домушников, которых хорошо знал, и, что более важно, которые хорошо знали его. Они с готовностью похвастались, что третьего дня обчистили особняк барона да Альва и вытащили оттуда гору серебра в украшениях и монетах, но ничего не знали о том, кто мог вломиться в дом Беппе Три Пальца. Северянин уже почти смирился с тем, кто ничего он тут узнать не сможет, и тут в очередной таверне столкнулся с Рыжим Хеганом.

Рыжий не был домушником, он занимал редкую для преступников нишу — торговца информацией. Кроме того, он так же, как и Бельк, был родом с островов морского народа. С совсем другого острова, если быть точным, но на чужбине это все равно почти родственник. Может, не самый любимый. Соотечественник Белька знал почти всё почти обо всех, но по понятным причинам говорил далеко не всё. Это был шанс что-то узнать, и Бельк решил этот шанс использовать.

— Рыжий! — Бельк опустился на стул напротив Хегана и посмотрел ему в глаза. — Доброго ветра!

Говорил он на скафильском.

— Гладкой воды, — пробурчал тот. — Какого рожна тебе тут надо, Бельк?

Вид у него был недовольный. Он знал Белька и понимал, что тот умеет выжимать из человека то, о чем человек не хотел говорить. И не всегда деньгами.

— У тебя пропала талия, Рыжий. Что ты такое ешь?

— Тут вопрос в количестве. И в жадности после голодной юности.

— У тебя была голодная юность? Никогда бы не подумал.

— Просто ты редко это делаешь. Думаешь. Может, поэтому не всегда и получается.

— А ты стал дерзить, Рыжий, — задумчиво произнес Бельк. — Считаешь, те две оглобли за соседним столиком сильно тебе помогут?

— Не против тебя.

— Хорошо, что ты это понимаешь. Значит, мы еще можем решить вопрос деньгами.

— Только так и стоит.

Почувствовавший напряженность трактирщик материализовался перед столиком и спросил, будут ли господа есть и пить. Бельк заказал воду с медом (вина он не выносил), Хеган — пиво. Дождавшись, пока хозяин принесет заказ, мужчины молча выпили и некоторое время молчали, соблюдая ритуал деловых переговоров островов — мужчина не должен спешить и показывать свой интерес. Первым сдался Рыжий.

— Ну и что тебе надо?

— Что ты знаешь об обносе дома Беппе Три Пальца?

Хеган вполголоса, но весьма искренне выругался. Приложился к кружке и долго пил, дергая кадыком.

— Тебе это зачем, Бельк? — прошипел он, отдышавшись. — Это же игры благородных, а ты вроде отошел от дел!

— Вопросы вместо ответов, Рыжий?

— Это поможет мне прожить подольше!

— Я бы на это не ставил.

— Бельк, это, правда, совсем не мой уровень! И не твой, если уж на то пошло. Это политика, интересы благородных домов, может, даже не только фрейских. Я сам узнал случайно и, скажу честно, надеялся, что мне это никогда не пригодится. И тут появляешься ты…

— Расскажи. — Голос Белька лишился интонаций, и Рыжему сразу стало худо. Он еще немного повздыхал, посквернословил, но скорее соблюдая приличия, чем действительно возмущаясь.

— Ты ведь не отступишь, да? Тогда я хочу знать, почему тебе это нужно. Этот ответ да десяток ори[1], если мои слова тебя удовлетворят.

— Большие деньги. Ты повысил цены? — Бельк приподнял брови.

— Только на эту информацию. Тебя устраивает?

— Пусть так. — Деньги были из специального фонда Мерино, поэтому Бельк не торговался. Тяжелые кругляши, блеснув в тусклом освещении таверны, легли на стол. — Ответ: Праведник интересуется.

— Проклятье! Ему-то это зачем? Простое посредничество его больше не устраивает?

— Зайди к нам в остерию как-нибудь и спроси. Я ответил?

— Да! Проклятье! Хоть из города уезжай!

— Так все плохо?

— Сам решай.

И Хеган быстро вывалил то немногое, что знал. Бельк выслушал все это с каменным лицом. И хотя в паре с Мерино он был больше мускулами, думать он тоже умел. И прекрасно сложил информацию Рыжего со словами Мерино.

— Ну тебе лично вряд ли что-то грозит. Но если будут зачищать концы, ты можешь попасть под бритву. Тебе не нужно навестить тетку в деревне? Может, она заболела?

— Демоны! Да ты представляешь, какой это урон для моего дела?

— Больший, чем твоя смерть? Уезжай. Похоже, все закрутилось не очень красиво.

Рыжий поник головой. Он знал Белька, знал о репутации Праведника, знал, с кем тот водит дружбу. Знал и цену советам вроде того, что дал ему Бельк. Рука его почти даже дернулась к кошелю, чтобы выложить полученные от земляка монеты обратно на стол, а губы почти сложились для произнесения благодарности, но что-то его удержало от обоих порывов. Как-никак, а деньги он заработал!..

Входная дверь таверны качнулась, спустя миг руку Белька лизнул шершавый язык. Дэниз сидел под столом и не мигая смотрел на своего друга. Мордаха его не выражала ничего, но Бельк все же что-то смог на ней прочесть. Он улыбнулся другу одними глазами и провел рукой по густой и мягкой шерсти. Затем перевел взгляд на Рыжего.

— За кем-то из нас пришли.

Хеган выругался и жестом подозвал своих охранников.

— Мы уйдем через заднюю дверь. Проверь! — это уже одному из телохранителей, который тут же направился к кухне проверять черный вход. Потом Бельку: — Ты справишься?

— Поглядим. Лучше без тебя, твои будут мешать, если что. Гладкой воды, Рыжий.

— Доброго ветра, Бельк.

Северянин дождался, когда его собеседник с охраной выйдет через заднюю дверь, после чего неспешно допил воду, бросил на столешницу мелкую монету (за себя и за забывшего это сделать Хегана) и поднялся.

— Ну, пойдем поглядим, кого там принесло по наши шкуры, Дэниз.

Они ждали сразу на выходе. Нагло перегородив все свободное пространство улочки, широко расставив ноги, положа руки на пояса, самоуверенно щерясь на выход, предвкушая страх своей жертвы. Четверо. При этом улицу перекрыли грамотно, стояли не кучно. Молодцы, в общем. Одного из них Бельк узнал, даже несмотря на темноту и довольно скудное освещение фонаря над дверью таверны.

Когда на лицо северянина упал свет, знакомый бандит моментально стер с лица ухмылку. Остальные не узнали пожилого мужчины, у ног которого благовоспитанно уселся очень крупный котяра, но перемену настроения почуяли и враз посерьезнели.

— Доброго вечера, Ломаный, — сказал Бельк, делая шаг к главарю бандитов.

— И вам, значится, того же, синьор Бельк. — Верзила со сломанным носом и зубами, как редкий частокол, даже попытался изобразить поклон.

— Из твоих людей ведь никто не будет делать глупых поступков, правда?

Ломаный оглядел своих подручных и отрицательно качнул головой.

— Хорошо. А как же так получилось, Ломаный, что, принимая заказ, ты не сообразил, что цель — я?

В том, что его заказали, Бельк и секунды не сомневался. Ходил он нынче по Пыльной, прямо скажем, дерзко, вопросы задавал в лоб и таким людям, которые мать за горстку монет в публичный дом отправят. Видимо, расслабился на мирных хлебах, раз так недооценил того, кого искал. И в то же время он чувствовал, как внутри просыпается, довольно порыкивая, та звериная часть его натуры, которая спала уже много лет, лишь иногда поднимая голову в полудреме.

— Вы не подумайте, синьор Бельк, я бы не стал и браться, кабы понял, что это вы, — выдал бандит фразу. — Только как понять-то, когда говорят: человек, мол, с ручным зверем димаутрианским.

— В городе ведь тьма людей с гикотом ходит…

Бандит смутился. Настолько, что под загорелой и не очень чистой кожей проступила краснота. Наверное. Этот штрих Бельк скорее додумал, чем увидел.

Ломаный понимал, что сейчас здорово теряет лицо перед своими подчиненными, но выхода не видел. Поэтому с прямодушной прямотой выдал:

— Не сообразил как-то…

Дэниз мягко толкнул Белька головой в колено. Пошли, дескать, тут все ясно, драки не будет. Чего время терять? Гикот не очень любил Пыльную улицу.

Северянин улыбнулся одними губами, и Ломаному стало еще более неуютно, чем было до этого.

— Расскажешь мне, как выглядел тот человек, что попросил меня убить?

Тот с готовностью выложил описание. Наемник, мол, опасный тип. Лицо узкое, с небольшой рыжей бородкой клином. Невысокий, двигается очень мягко, когда ногу ставит, то видно сразу: либо по лесу человек ходить очень хорошо обучен, либо бретер опытный. Дорожный плащ из хорошей кожи, берет на голове, а под одеждой явно легкая кольчужка поддета, по движениям видно. Вооружен странно: короткий клинок у бедра, не меч еще, но уже и не кинжал, лезвие, пожалуй, больше локтя в длину будет. А с другого бедра пистоля в чехле. Небольшая совсем, меньше локтя.

Бандит описал заказчика с такой поразительной точностью и обилием деталей, что Бельк, без сомнений, узнал бы его при встрече, хотя никого похожего по описанию он в памяти не нашел. А еще северянин в очередной раз поразился, хотя, конечно, виду не подал, тому, какое количество разнообразных талантов гниет, и сгниет без следа и пользы, на этом городском дне.

— Спасибо тебе, Ломаный, — сказал он, когда бандит закончил живописать заказчика. — Ты очень мне помог. За мной услуга. У нас еще остались какие-то дела?

— Да какие у нас дела, синьор Бельк! — удивился Ломаный. — Встретились люди, поговорили да и разошлись по своим надобностям. Синьору Лику наше почтение передавайте.

— Конечно. А если господин тот, рыжебородый в плаще и берете, встретится…

— Сразу мальчонку в остерию к вам пошлю! А второго за ним отправлю!

— Хорошо. Доброго вечера, Ломаный.

Двигаясь прочь от места встречи с пыльниками, Бельк поймал себя на мысли, что стал копировать манеру говорить Праведника. Эта его вежливость, неспешная речь… В конце разговора не хватало кивнуть головорезам Ломаного с прощальным аристократическим «Господа».

«Мы уже как старые супруги, — усмехнулся про себя северянин. — Знаем друг друга так давно, что даже стали похожи».

Информация Рыжего стоила десяти ори и времени, проведенного на Пыльной улице. Как ему удается постоянно быть в курсе таких дел? Узнать, что в охране прибывшего недавно в Сольфик Хун скафильского купца состоит известный в узких кругах вор, сопоставить это с необычным волнением в среде пыльников, причем не простых, а авторитетных. Затем услышать про обнос дома корабела, узнать про несколько распоряжений все того же авторитетного пыльника и вместе с информацией о всплывшем в доках трупе с обезображенным лицом свести все это в понятную картину. Талант, определенно. Но все же пары моментов слова Рыжего не проясняли. Ну да ночь только начинается, есть время уточнить.

— Дэниз, — в общении между собой человек и гикот не нуждались в словах, но Бельку было комфортнее говорить со своим четвероногим другом, — давай посмотрим, что там собрался делать господин Ломаный.

Гикот ткнулся головой в ногу своего человека, и того окатила волна радостного предвкушения и азарта. Дэниз любил охотиться, но в городе это удавалось сделать нечасто. Несколько мгновений зверь крутил головой, наконец, определившись с направлением, мягко потрусил в ту сторону, периодически оглядываясь на Белька.

— Не хами! — усмехнулся тот. — Беги нормально, не такой уж я старый! Поспею.

И гикот неуловимо ускорился, пропадая из виду в подступающей темноте ночного города.

 


 

[1] Золотая монета весом 25 граммов.

 

 

  • Лень  / Армант, Илинар / Изоляция - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Argentum Agata
  • Интересный вопрос 014. Ошибки молодости. / Фурсин Олег
  • Кладбище отвергнутых страстей / Никитенко Белла
  • День 8 / Серая Кукла / Grey Elizabeth & Dorian
  • Художник - NeAmina / Необычная профессия - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Kartusha
  • Рубины и лазеры / kraft-cola
  • Книга Игорь - До самых пят / 2 тур флешмоба - «Как вы яхту назовёте – так она и поплывёт…» - ЗАВЕРШЁННЫЙ ФЛЕШМОБ. / Анакина Анна
  • Мысли вслух / Мысли в слух / Орлов Виталий
  • С Новым годом! / "Теремок" - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Хоба Чебураховна
  • Дама / Стишки, стишочки / Вредная Рысь !!!
  • Посылка или жизнь после жизни здесь / Polilova Tamara

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль