СЦЕНА ТРЕТЬЯ,

0.00
 
СЦЕНА ТРЕТЬЯ,
в которой Мерино рассуждает и готовит морского окуня с южными травами. Здесь также присутствует экскурс в новейшую историю Империи, упоминаются взаимоотношения провинций и ищутся мотивы

3 октября 783 года от п. п.

Мерино Лик, кабатчик

Сольфик Хун

 

После ухода кансильера коронного сыска Мерино еще некоторое время сидел в кабинете. Просто сидел, не размышляя и не пытаясь сложить головоломку, в которую барон подбросил новых деталей. Спроси его сейчас, о чем он думает, — не смог бы внятно ответить. Обо всем и ни о чем. Мысли плавно текли от цен на мясо квстрече с Крысюком, затем к надвигающимся разборкам между двумя молодыми бандами пыльников, с которыми не мешало бы устроить встречу и объяснить, что кровью дело, конечно, решится, только не будет у этого дела никакого будущего. Затем, без всякого перехода, в мыслях мужчины возник образ вдовы Тотти, а с ней — какое-то неоформленное решение о том, что нужно что-то делать. На уровне рефлекса эти мысли были изгнаны в самый дальний угол мозга, тут же пришла самоирония: какой, дескать, ты типичный мужчина, Мерино Лик, чуть дело до женщин доходит — и куда девается весь жизненный опыт?.. Налоги на землю, которые платить уже через два месяца; необходимость найти хорошего повара, желательно с опытом по димаутрианской кухне, она сейчас на пике моды у состоятельных людей; куда пристроить мальчишку-беспризорника Гвидо, которого он взял поваренком — да так парень и прижился, третий год уж пошел; необходимость самому съездить в деревню к поставщику вина и обговорить с ним особые условия…

Ровный ход мыслей Мерино прервался на чертежах корабля со странным названием «кьята». Он представлялся ему почему-то как огромный галеас, с пятью рядами весел, мощным парусным оснащением и фигурой грудастой женщины под бушпртитом, у которой (опять?!) было лицо Карлы Тотти. Это видение одновременно насмешило и разозлило трактирщика.

— Нет, с этим действительно что-то нужно делать! — пробормотал он себе под нос. — Как мальчишка, чтоб тебя!.. Скоро сны непристойные сниться начнут…

И Мерино взялся за дело. Правда, оно было совершенно не связано с синьорой Тотти. Покинув кабинет, через общий зал он направился на кухню, где тщательно вымыл руки с настоем мыльного корня, и сообщил, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Готовим морского окуня с лимоном и южными травами!

Повар, усатый и носатый келиарец Фабио, и поваренок Гвидо оторвались от своих дел (чем уж там они занимались, Мерино не заметил), и Фабио спросил:

— Заказ? Или…

— Или! — отрезал Мерино. И добавил чуть мягче: — Для себя готовим. Подумать надо.

Повар и Гвидо практически синхронно кивнули, и на кухне, без суеты и лишних движений, началось «таинство приготовления пищи для души», как это называл сам Мерино. Фабио отправился в ледник за рыбой, а Гвидо — на улицу за дровами для печи. По возвращении поваренок принялся аккуратно раскладывать на столе посуду, ножи и другие необходимые для готовки предметы.

Была у Мерино такая методика для обдумывания сложных вопросов — готовка. Пока руки работали с продуктами, голова трактирщика составляла удобный для пользования каталог фактов и сведений. Он научился этому еще в юности, задолго до того момента, когда смышлёного паренька заприметил дознаватель из Тайного имперского сыска.

Рано потеряв родителей в результате рейда пиратов морского народа, Мерино воспитывался при храме. За живость ума и постоянное желание учиться монахи приставили его помощником к хранителю библиотеки. Вначале он до слез злился, пытаясь найти тот или иной свиток или книгу на стеллажах, уходящих, как ему тогда казалось, в бесконечность сухого и полутемного подвала храма. И хотя наставник рассказывал ему о каталогах, о том, как все организовано, он не мог понять, почему книги про деяния пророков лежат на полках рядом с Вторжением с Севера[1]. Когда же наконец до него дошел принцип, которым руководствовались монахи, храня реликвии прошлого, библиотека предстала ему абсолютно понятной, он стал ориентироваться в ней как рыба в воде, порой вызывая замешательство у своего наставника скоростью, с которой находил нужные книги. Со временем, уже в Тайном сыске, он разработал свою систему, хранящую в его голове факты и воспоминания, что сделало его одним из лучших дознавателей. А уйдя на покой, Мерино обнаружил, что лучше всего ему думается, когда он что-то готовит. Правда, иногда, увлекшись размышлениями, он вместо запланированного блюда получал нечто совершенно несъедобное. Поэтому данный метод следовало использовать только при готовке для себя.

Острый нож шинковал зелень, двигаясь так быстро, что за ним почти не удавалось уследить, но Мерино и не смотрел на него. В голове у него ряд за рядом выстраивались стеллажи его личного архива. От входа (чуть пригнуть голову — низкая арка прохода!) свернуть направо. Налево располагались стеллажи с личными делами людей, а вот по правую руку — как раз события масштабные. Внешняя и внутренняя политика Империи Рэя с колониями и дальними странами, представляющими интерес для этой самой политики.

Украденные чертежи у Фрейвелинга — это только следствие. Очередная строчка в бесконечной летописи внешней и внутренней политики Великого герцогства. И летопись ведь не сама по себе, а часть узора событий пространства бывшей Империи. У которой история такая, что, будь он, Мерино, хронистом, написал бы по ней с десяток книг. Но если смотреть только на новейшую историю Империи, то можно вычленить интересные взаимосвязи…

Далеко искать не нужно — второй ряд стеллажей. Добротных, массивных, деревянных, с четырьмя полками. На каждой полке — свитки, книги, отдельные листки с записями. Вот как раз то, что нужно. Ранняя весна нынешнего, 783 года. Развал Империи. Конечно, предпосылки для этого события начали проявляться раньше, их нужно искать в глубине правого крыла архива, ряд десятый, а то и двенадцатый. Но нас интересуют события, а не предпосылки.

Значит, тут у нас Хартия. Да, с нее все и началось.

Империя Рэя в самом начале 783 года распалась на провинции. Точнее сказать, именно в этом году входящие в состав Империи провинции, окончательно понявшие, что вместе им не по пути, подписали Хартию и практически бескровно стали самостоятельными государствами. Для простых людей мало что изменилось, глухие деревни и вовсе продолжали считать, что живут в Империи. Да и какая, в сущности, разница, как называется сборщик налогов, раз в год приезжающий к тебе. И кому он служит — Императору или Великой герцогине. Медь и серебро он забирает так же, как и год, и десять лет назад.

На самом деле Империя прекратила свое существование значительно раньше, в 775 году, когда взбунтовавшиеся дворяне, теряющие свою самостоятельность и свободы в результате реформ, проводимых Императором Патриком[2], низложили и казнили этого самого Императора. Сам по себе институт правительства сохранился, власть формально перешла к старшей дочери Патрика, которой на момент гибели отца исполнилось шесть лет, на деле же страной правил Магистерий[3], возглавляемый регентом императрицы и ее дядей, ландграфом Аароном Фурко.

Из реформ, проводимых покойным Императором Патриком, остался только общеимперский налог, собираемый с владетелей провинций, а все прочее: единая система судов, единая имперская армия и флот, даже зачатки внеклассовой системы образования — было благополучно забыто. Владетели провинций, ранее еще как-то сдерживаемые сильной императорской властью, пошли в окончательный разнос. Пограничные конфликты провинций стали нормой жизни, в разных концах страны стали поднимать голову религиозные культы: одни — на основе учения о Едином Боге, другие — вообще с опорой на какие-то языческие пантеоны. Некоторые владетели зашли настолько далеко, что вели самостоятельную внешнюю политику, воюя за пределами Империи и заключая союзы с иноверцами от собственного имени.

Как результат — провинция Скафил столковалась с племенными вождями Нортэланта, с которыми Империя воевала уже не один десяток лет, и передала им секрет пороха, Табран вел наступательную войну на северо-восточные племена кочевников орьяк, Карфенак и Арендаль захватывали земли на юго-востоке, в Димауте, Товизирон, Таболергот и Оутембрийская Лига вольных городов проводили свою церковную реформу, фактически вытеснявшую веру в Единого, Фрейвелинг отправлял корабли на поиск новых земель за морем на юге, а маленькое герцогство Келлиар, в страхе ожидая нападения кого-нибудь из соседей, замкнулось в себе и почти не участвовало в жизни Империи. Заговоры и политические убийства стали такими обыденными, что на них уже толком и внимания не обращали. За несколько лет Магистерий из органа управления государством превратился в бутафорию, даже владетели перестали посещать его, предпочитая посылать вместо себя представителей.

Вся эта дворянская вольница неизбежно шла к большой войне внутри Империи. И тогда Йан Фрейланг, владетель провинции Фрейвелинг, предложил не доводить дело до междоусобицы, а разойтись миром. Мол, раз уж Империи по факту уже все равно нет, а у каждой провинции — свои внешние и внутренние интересы, так чего тешить себя иллюзией о мифическом единстве? Пусть каждый сам идет своим путем, правит своей провинцией так, как ему Единый подскажет. Предложение упало на благодатную почву: видимо, об этом уже давненько задумывались все. Главный интриган Империи провинция Карфенак, в лице своего представителя на Магистерии Еронима Гейлькранце, и вовсе разразился полным одобрением Хартии о разделении, упомянув даже, что у него, де, Карфенака, свой исторический путь и миссия — нести свет истинной веры в Единого безбожникам и язычникам на Востоке. О том, что за последние десять лет Карфенак наизнанку вывернул все догматы истинной веры, Гейлькранце мудро умолчал.

Другой причиной для почти единогласного одобрения Хартии стало вторжение с Востока армий сразу нескольких соседних государств. Бывших политических противников объединило желание отомстить Империи за ее грабительские походы, которые самостоятельно совершали восточные имперские провинции. Владетели западных и центральных провинций, в очередной раз снарядив войска и флот для отражения вторжения агрессоров, задумались: а с какой, собственно, стати войска того же Фрейвелинга и Товизирона, Келлиара и Ирианона должны отбивать восток Империи от варваров, вторжение которых является прямым следствием агрессивной внешней политики самих восточных провинций? Того же Карфенака с его историческим путем и миссией? Действуйте сами, без поддержки, раз такие умные!

В итоге Магистерий в начале весны 783 года принял последнее, общее для Империи решение — о ее разделении. Принял практически единогласно и без дебатов. Документ, подписантами которого стали все владетели имперских провинций, подготовили в рекордные сроки — всего за месяц, и к концу весны вместо Империи Рэя на карте мира появилось двенадцать новых государств: от герцогств до королевств.

Конечно, никто не ждал, что на бывшем имперском пространстве наступят мир и покой, более того, ожидалось-то как раз обратное. Ставшие государствами провинции усиленно растили армии и флоты, в большинстве своем, конечно, для защиты от агрессивных соседей, но и не без мыслей самим что-либо отнять при возможности у соседей слабых. Ведь обиды, вскормленные веками, никуда не делись!

Взять то же королевство Скафил, которое фактически курирует острова морского народа, рассадник пиратства на северном море. Ведь сколько пираты фрейских деревень пожгли! И у Скафила к фреям счет длиннее проповеди жреца на день равноденствия. Герцоги Фрейвелинга набеги на Скафил чуть ли не национальным видом спорта считают.

Наверное, оттого и вывод кажется очевидным: чертежи нужны Скафилу, который ожидает вторжения от Фрейвелинга. И который равен ему как по сухопутной армии, так и по флоту, но внешняя политика северного государства, заносчивость и непредсказуемость его правителя, кёнига Юлиншерна, практически лишили Скафил союзников. А вот у Фрейвелинга друзей достаточно, один только союз с Табраном чего стоит. И получается очень просто: лишенный друзей Скафил, ожидая войны с Фрейвелингом, желает лишить его преимущества на море и организует похищение чертежей новейшего корабля.

Логично? Вполне! Но не слишком ли просто? Или старая гончая ищет двойное дно в шкатулке без оного? Как правило, самый очевидный вывод и есть правильный, хотя есть и исключения. Особенно в международной политике. Здесь вообще сплошные исключения.

Ну, для очистки совести, давай-ка примерим личину похитителя к ближайшим нашим соседям. Королевство Табран? Военная аристократия, помешанная на трубах и парадах, дворянство, выросшее на безостановочных пограничных стычках с северянами Нортэланта, даже карьера в армии частенько зависит не только от древности рода, но и от личных качеств командира. Слабый флот, сильная армия. Очень сильная армия, полностью переведенная на использование порохового оружия как в пехоте, так и в кавалерии. Во многом на деньги торговых и банковских домов Фрейвелинга, к слову, переведенная. Основной государственный интерес — окончательное устранение угрозы с северных территорий Нортэланта, натерпелись табранцы от северян за последние несколько десятков лет. Судя по отзывам барона да Гора — верные союзники, хотя и «ужасающе прямолинейные в своих притязаниях». Другими словами — очень вряд ли.

Герцогство Келлиар? Дружит со всеми, но настоящих союзов нет ни с кем, как нет и настоящего влияния. Всячески показывает свою независимость и незаинтересованность в вопросах международной политики. Очень слабые армия и флот, больше церемониальные, чем настоящие. Барон да Гора как-то обмолвился, что при проработке планов вероятного военного конфликта (так, на всякий случай) стало очевидно, что война Фрейвелинга с Келлиаром закончится примерно за неделю — примерно столько потребуется пехоте и артиллерии, чтобы промаршировать по герцогству из края в край. Для келлиарцев дергать за усы фреев — смерти подобно. Они бы на такое пошли только в плотной связке с кем-то сильным. С тем же Скафилом, например, если бы два года назад не прервали с ними все дипломатические отношения: целая серия прямых оскорблений правящему дому Келлиара от скафильцев произошла безо всякого внятного повода. Да и тамошнее правительство, возглавляемое пятилетним отпрыском герцогской фамилии де Брийе, больше озабочено воровством из казны, чем Игрой[4].

Бывший Императорский домен, который теперь объединился с Оутембрийской Лигой и называется Речной республикой? Эти — могут. Достаточно безумные, плюс изрядно обижены на фреев за большую военную операцию на их территории в прошлом, 782 году. У речников, кстати, одна из самых сильных разведок на сегодняшний день, выросшая из охранных служб торговых домов, вскормленная промышленным шпионажем и корпоративными войнами. Эти и в самом деле могли, если б не одно «но». Их вооружённые силы преимущественно сухопутные, масса пехоты, кавалерии и артиллерии, а вот флот — меньше, чем «так себе». С речников, конечно, станется украсть чертежи корабля, чтобы выгодно перепродать кому-нибудь из врагов Фрейвелинга, однако крайне маловероятно, что они на это готовы пойти после прошлогодней оплеухи под Паратом[5]. Хотя сбрасывать их со счетов не стоит.

Кто еще? Королевство Ирианон? Да, мощная морская держава, сильный флот, контроль большинства морских торговых путей с югом и востоком. Но — нет. Они бы просто купили чертежи у фреев, а фреи бы их охотно продали: двум сильным морским государствам проще дружить, разделив сферы влияния, чем драться из-за грошового прибытка.

Королевство Товизирон тоже бы не стало — ему просто не до того! Доигравшись с религиями и получив несколько бунтов на своей территории за один только прошлый год, оно все силы сейчас бросило на укрепление внутреннего порядка. И вот такой вот парадокс: при развале Империи эта провинция единственная осталась без выхода к морю и, соответственно, без флота. Что их чрезвычайно раздражает, надо полагать. А нужен ли корабль, даже самый современный, без выхода к морю?

Тайлти, Димар, Карфенак, Арендаль — этих можно даже не учитывать. Ни общих границ, ни пересекающихся интересов. Разве что Карфенак Доминат. Да Гора прав, говоря, что их завихрения в политике нельзя предсказать. А если пытаться просчитать мотивы религиозных безумцев, то можно очень легко просчитаться. Поэтому Карфенак мы в схему ставим с бо-о-льшим таким знаком вопроса…

Можно еще пройтись по персоналиям, но тут вряд ли что-то серьезно изменит расклад. Королевство Скафил. С высокой степенью вероятности. Выходит, война практически на пороге.

Он медленно прошел от второго стеллажа к центральному проходу, глянул на небольшой, крепко запертый шкаф с личной информацией, покачал головой и погасил факел у входа. Не сегодня. Выйдя из архива, он взглянул на результаты своей стряпни.

«Мерино, ты идиот! Шафран — к морскому окуню?»

— Гвидо, чтоб тебе дети так помогали, как ты мне на кухне! — вскричал Мерино, по привычке шеф-повара перекладывая свой просчет на помощника. — Какого демона ты мне подсунул шафран?!

Лицо поваренка, и без того бледное, стало еще белее.

— Шеф, но ты ведь сам…

— Что «сам», Гвидо? Я сам попросил шафран? А ты не мог сообразить, что шафран сделает рыбу сухой? Учишь вас, учишь, а все без толку! Дай мне лучше красного перца! Да не молотого, олух, прости меня Единый! Почему я все это терплю из года в год? Нет уж, если я за три года не смог вырастить из тебя повара, значит, грош мне цена как учителю! Огненный стручковый, что мы у синьора Лорено покупаем!

Гвидо, только к концу гневной тирады Мерино сообразив, что случившееся не разнос, а своеобразный эмоциональный выплеск перегруженного мозга шефа (вот уж сколько раз это видел, а все равно не смог привыкнуть), разулыбался и кинулся в подсобку за перцем. Фабио, который работал с Мерино гораздо дольше и испытывал к хозяину остерии куда меньше пиетета, с непроницаемым лицом заметил:

— А лимон вы будете добавлять, шеф?

Мерино некоторое время непонимающе смотрел на готовую к запеканию рыбу, затем расхохотался. Вернувшийся из подсобки с вязанкой красного перца Гвидо с растерянной улыбкой смотрел, как мужчины на кухне от души смеются над шуткой, которую он пропустил.

 


 

[1] Вторжение с Севера — великое переселение племен северной территории Империи. Происходило практически одновременно с приходом пророков, принесших на территорию Империи веру в Единого Бога. Таким образом, монахи при составлении каталогов пользовались принципами хронологического, а не алфавитного порядка.

 

 

[2] Император Патрик, урожденный герцог Фрейвелинга. Правил с 765 по 775 год, взяв курс на централизацию государства, снижение влияния дворян. В 775 году в результате заговора высшего дворянства был казнен.

 

 

[3] Магистерий — главный правительственный орган Империи Рэя, в который входили по одному представителю от каждой имперской провинции (высшей аристократии) с одним голосом каждый и сам Император с двумя голосами: своим личным и голосом провинции Императорского домена. Решения Магистерия определяют внешнюю и внутреннюю политику Империи.

 

 

[4] Международная политика.

 

 

[5] Весной 782 года экспедиционный корпус Фрейвелинга, договорившись с Речной республикой о праве прохода через ее территорию, шел войной на Товизирон с намерением отхватить кусок его территории, пока королевство погрязло в дворянской междоусобице. Однако речники, договорившись за спиной фреев с товизиронцами, взяли их в клещи двух армий, рассчитывая уничтожить группировку. В результате сражения, в котором Фрейвелинг, проигрывая по численности примерно три к одному, нанес объединённым армиям настолько большие потери, что вынудил их признать поражение и разрешить экспедиционному корпусу беспрепятственно вернуться на свою территорию.

 

 

  • О литературном планктоне / ЧУГУННАЯ ЛИРА / Птицелов Фрагорийский
  • Радиолы скрип тугою спицею / Насквозь / Лешуков Александр
  • Всё / Пара фраз / Bauglir Morgoth
  • Солдатик / Последняя тетрадь ученика / Юханан Магрибский
  • Провал в будущее / Салфетка 74 / Скалдин Юрий
  • Накатило / Игорь И.
  • МЕРТВАЯ ГОЛОВА / маро роман
  • Песня критика / По мотивам жизни / Губина Наталия
  • Душа, упавшая на камни / СТИХИИ ТВОРЕНИЯ / Mari-ka
  • Вещи, о которых лучше не писать / twinchenzo
  • Золотоглазый дьявол / БЛОКНОТ ПТИЦЕЛОВА. Моя маленькая война / Птицелов Фрагорийский

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль