Глава 8. Имма-Лоти Лекс

Она бежала сквозь красное марево.

Вокруг рушились дома, кричали люди, в воздухе стояли гарь и раскалённая пыль. Имма расталкивала горящие обломки голыми руками, не чувствуя боли.

«Где вы? Где?..»

— Нет… — она подняла взгляд и увидела свет. Яркий, нестерпимо яркий, несущий волну жара, что горячее огня. Глаза высохли, кожа загорелась, даже вопль не успел вырваться изо рта…

Имма проснулась.

Несколько секунд она сидела в кровати, глядя перед собой единственным зрячим глазом.

— Опять.

Умывшись, серая инь приложила к лицу чёрный с красным, подстать униформе, наглазник. Ей много раз предлагали заменить повреждённый орган зрения, дабы не смущать учеников увечьем, но она упорно отказывалась, ссылаясь на личные причины.

За рекордные пять минут удалось одеться, убедиться, что все элементы парадной одежды сидят идеально, и выйти в коридор. Она очень опаздывала.

— Светлого утра, госпожа Лекс, — приветствовала горничная.

Имма коротко кивнула и пошла дальше. Тяжёлые сапоги загрохотали по каменным галереям академии. В обычный день здесь тренировались студенты, теперь площадки пустовали: все заняли места на арене и ждали вступительных поединков.

Убедившись, что никто не видит, Имма при полном параде бросилась вперёд.

Выйдя, наконец, к пункту назначения, серая инь испустила еле слышный вздох облегчения. Церемония ещё не началась. При всех талантах, позволивших ей занять ответственный пост наставницы юных умов, умением рано вставать Имма похвастаться, увы, не могла.

Она успела войти в преподавательскую ложу прежде, чем зазвучала музыка. Коллеги заметно расслабились. Имма заняла место слева от ректора Вахо; через мгновение вся арена поднялась и подхватила Звёздный гимн — молитву о процветании народов подзвёздного мира.

Последние слова затихли. Испытания начались.

Открывающий поединок доверили лучшему студенту. Луна вышел на арену и помахал зрителям своей мощной рукой. Высокий, широкоплечий ян с квадратной челюстью нравился Имме не только мастерством, но и лёгкой улыбкой, что всегда блуждала по расслабленному лицу. Она себе такую позволить не могла.

В качестве оппонента вышел наставник по ближнему бою, они встали лицом друг к другу — черноволосый, гибкий преподаватель против русого здоровяка.

«Интересное будет зрелище» — подумала Имма, приблизившись к бортику ложи.

Они обнажили настоящие мечи с заблокированными термоэлементами. Без активации клинки оставались обычным металлом; включённые могли рассекать плоть и кости почти без сопротивления. По традиции воин зажигал покрытие только тогда, когда был готов убить.

Имма знала, что механизмы надёжно заблокированы, и всё равно напряглась. На этой арене закончился её первый настоящий поединок — и началась жизнь после убийства.

Клинки засияли в лучах Звезды, окрасившись рыжеватым оттенком. Взмах. Второй. Грациозные, но смертоносные движения наставника рассекали воздух, а оппонент уклонялся, демонстрируя удивительную для массивного тела проворность. Луна не только отступал, он всё пытался ударить сзади, зайдя за спину, но ему упрямо отказывались это позволять. Ситуация повторилась ещё несколько раз, во время последней рука старшего воина дрогнула, брови сошлись на переносице.

«Опыт не всегда помогает… он устал» — одновременно подумали Имма, ректор и преподаватель военной медицины.

Будто вслед за их мыслями Луна резко ушёл в сторону, и меч коснулся спины оппонента. Арена взорвалась одобряющими криками, ученики ликовали. Преподаватели были сдержанно молчаливы, один только Вахо, не заботясь о чувствах поверженного коллеги, аплодировал своему протеже.

Луна с извиняющимся видом повесил оружие на пояс и протянул руку, проявляя должное уважение. Поверженный наставник принял её, но без особой охоты.

Следующие выступления были предсказуемы. Имма перестала считать претендентов, пока на площадку не вышел щуплый юноша без оружия ближнего боя. Бледная кожа, большие глаза, лёгкое пальто с десятками карманов — он напомнил ей фира, пугливого зверька, который пробирается в амбары и трущобы за едой.

Его противник держал меч и кинжал.

Юноша рассыпал по земле металлические устройства размером с ладонь. Миниатюрные башни открыли огонь. Серый ян быстро пришёл в себя и начал разбивать их клинком, перескакивая между снарядами. Затем полетели прямоугольные бомбы. Взрывы испортили меч, но противник отбросил его и взял кинжал ведущей рукой.

Фир-механик, как успела окрестить его Имма, пошарил по одежде и упал на колени, умоляюще глядя на соперника. Похоже, больше трюков не осталось. Самодовольная улыбка владельца кинжала приближалась к нему, вот уже сделан взмах для победного касания, лезвие начало опускаться…

— Что?! — раздалось вдруг с разных концов амфитеатра.

Бледные пальцы резко схватили руку с кинжалом, свободной воткнув что-то в плечо её обладателя, тот пошатнулся, а через мгновение упал, сверкнув напоследок полным недоумения и обиды взглядом.

Арена затихла.

Правила разрешали собственное оружие и не запрещали снотворное, но победа выглядела настолько невоинской, что судья растерянно посмотрел на ложу преподавателей.

Имма перевела взгляд на Вахо. Тот посмотрел на Луну. Студент понял без слов и побежал вниз.

Через минуту объявили, что необычный претендент победил и принят в академию.

В зале ожидания Кас мерил шагами древний каменный пол и пытался не сорваться.

Академия принимала талантливых простолюдинов и аристократов, но последние оказались хуже его ожиданий. Они скучали, оценивали одежду друг друга и мгновенно выбрали Гису удобной целью: молчаливый, увечный, с обедневшим титулом и простолюдином рядом.

Больше всех издевался высокий юноша с ухоженными волосами и герцогским знаком на одежде.

— Я Дасе-Мермис Валораль, а ты, говоришь, кто? Голос этого увечного нищего?

— Его имя Гису! Моё — Касу. Тебе какое дело до денег Ниенталей? Своих не хватает? — пытался поддеть его Кас.

Дасе рассмеялся, и его свита поддержала.

— Я подумал, что господину из захолустья пригодятся покровительство и дружба. В обмен на определённые услуги.

Он сделал непристойный жест.

— Да как ты!.. — Кас едва не взрывался, полыхая возмущением. От рукоприкладства его удерживало только воспитание в поместье, да жёсткие законы академии.

— А что такого? Уверен, он тебя ради этого и держит! Сам подставляется, или в наследнике захолустья осталась капля гордости? — довольный своей фразой, Дасе откровенно заржал.

Гису положил ладонь Касу на плечо и покачал головой.

— «Всё в порядке».

Его лицо оставалось спокойным. Это спокойствие остудило смеющихся сильнее любой угрозы, но Каса — нет.

— Вызываю тебя на бой. Будешь нашим противником на арене.

Вокруг притихли. Простолюдины обычно избегали поединков с аристократами, которых учили с детства лучшие наставники.

Улыбка Дасе стала хищной.

— Слова назад не возьмёшь.

Кас провожал его яростным сопением, а Гису не мог оторвать взгляд от тонкого старого шрама на скуле друга.

После выступления фира-механика Имма снова заскучала. От дремоты её удерживала лишь мысль, что сейчас должны начаться парные сражения между дуэтами, самая интересная часть.

Первыми вышли двое, которых она мысленно назвала контрастным дуэтом: невысокий золотоволосый ян с мечом и высокий черноволосый стрелок. Тактически разумнее было бы поменять оружие — длинные руки давали преимущество в ближнем бою, низкий центр тяжести помогал стрелку, — но выбранные роли явно складывались годами.

Против них выступил Дасе-Мермис Валораль, сын герцога Лоранского, и молодой снайпер, выглядевший так, будто согласился на бой под угрозами.

Имма помнила Дасе по прошлогоднему экзамену. Тогда он проиграл, потому что слишком часто смотрел на зрителей и заботился о красоте движений. Сегодня он не улыбался и не позировал.

Сын герцога энергично давал советы напарнику и проверял оружие. Их противники не разговаривали, сразу встали в стойки, будто понимая друг друга без слов. Золотоволосый то и дело бросал неприязненные взгляды на противников.

«Здесь что-то личное?»

Стрелки обменялись первыми зарядами, вынуждая друг друга прикрывать напарников. Черноволосый и золотоволосый не переговаривались. Они двигались так, словно каждый заранее знал, где окажется другой. Их стиль соединял прямую жёсткость простонародной школы с точностью аристократического обучения.

Снайпер Дасе уступал, но сражался отчаянно. На середине арены сошлись клинки.

«Такой талант — и дуэт…»

Имма мысленно поаплодировала. Только что ребятам удалось провести слаженный манёвр — едва не достали обманным выстрелом Валораля. Жаль, он в самом конце уклонился. Красивое было бы зрелище…

Мыслей наставницы тот явно не разделял, рассвирепев от близко пролетевшего заряда. Сын герцога сделал выпад, целясь прямо в лицо сопернику, тот повернул голову, но совсем избежать удара не удалось. На пол упали капли крови и что-то ещё.

Кас зажал рукой окровавленное ухо, а другой удерживал меч, вонзившийся в плечо оппонента. Они ударили одновременно, поэтому никто не мог понять, чьей будет победа. Боль распространялась по всей правой половине лица, но ян терпел, проявляя воинскую стойкость. Его противник тоже не стал кричать и заливаться слезами, лишь снялся с лезвия и шипел, прожигая ненавидящим взглядом.

«Таль?.. Где он? Нет, стой!..» — Кас покрутил головой и едва не задохнулся от увиденного, Гису направил оружие точно в голову врага. Палец лежал на кнопке спуска.

Имма вскочила. В ложе, как знамя, поднялась копна чёрно-красных волос.

— Довольно!

Голос, усиленный воротником, перекрыл арену.

— Светловолосый, назовись и представь напарника.

Кас тяжело дышал, кровь текла между пальцами.

— Касу-Нотра Делорам, ян. Мой напарник — Гису-Мермис Ниенталь. Тайси.

По трибунам прошёл шум.

— Внук графини Нотрийской?

— Тайси в военной академии?

— Неужели Огма-Хамар окончательно выжила из ума?

Только Вахо не удивился. Имма сощурилась. Ректор поймал её взгляд и виновато подмигнул.

«Знал. Разумеется».

Она спустилась к арене. Дасе выпрямился и постарался принять достойный вид, уверенный, что наставница идёт к нему. Имма скользнула взглядом по его ране и прошла мимо.

Зависть на лице юноши успела превратиться в ненависть прежде, чем он снова надел привычную маску.

Имма положила руки на плечи Каса и Гису.

— Делорам, Ниенталь, Валораль и его напарник зачислены в академию.

Признать пришлось всех: отказ сыну герцога после такого боя обеспечил бы месяцы разбирательств со Светским Советом.

Она выдержала паузу.

— Кроме того, я, полковник Имма-Лоти Лекс, как представитель гранд-генерала Поссера, беру Делорама и Ниенталя под своё командование, признавая их потенциальную пользу для республики.

Обычный порядок церемонии был нарушен, но никто не посмел возразить словам героя войны. Имма увела новых студентов с площадки.

Вахо откинулся на спинку кресла. Ему предстояло сообщить Огме, что её внук и Кас попали к лучшей наставнице академии. После истории с механиком это выглядело почти невероятной удачей.

Он уже представлял, как графиня впервые за долгое время искренне улыбнётся.