Александр Подусов. Работа по заданию №2: "Структура и план" часть 1

В каждом из нас скрыт безграничный мир собственных надежд, мечтаний и желаний. Вам известно, что если мы верим в них, они могут сбыться. Иногда кажется, что это лёгкое условие. Когда-то нам всем могло казаться так.

Судьба помогает смелым.

Так частенько говорил мне Варий, когда рассказывал о великих событиях прошлого, о знаменитых королях и о могучих героях.

Так теперь твердила себе я на бегу. Быть смелее. Не оглядываться назад. Только вперёд.

Корявый корень сосны тут же предательски попал под ногу. Я споткнулась и кувырком полетела в засыпанную листвой яму. Легкие болели от порывистого и тяжёлого дыхания. С трудом поднявшись на ноги, которые утопали в шуршащей мягкой куче, я выбралась наверх. Снова бежать.

Гайяри проехал во двор конюшен и спешился. Несколько мальчишек тут же оказались рядом, наперебой предлагая услуги   славному господину из старшего рода, но он лишь отмахнулся. Доверять Задиру чужим рукам — этого только не хватало. Сам расседлал, сам хорошенько растер и завел в стойло, расплатившись со старшим конюхом. Ничего, что с начала игр конюшни переполнены — для его серого красавца всегда найдется лучшее место, чистая вода, овес и соленая краюха — недаром же он платил вдвое, и не медью, а серебром.

Настало утро, и золотые блики молодого солнца заплясали на едва

заметных волнах спокойного моря.

В миле от берега с рыболовного судна забросили сети с приманкой,

весть об этом мгновенно донеслась до Стаи, ожидавшей завтрака, и вот

уже тысяча чаек слетелись к судну, чтобы хитростью или силой добыть

крохи пищи. Еще один хлопотливый день вступил в свои права.

После целой вечности ожидания, кажется, что-то стало проясняться.

Я попытался пошевелить пальцами ног, и мне это удалось. Я лежал, распластавшись, в больничной постели. Обе мои ноги были в гипсе, но все-таки это были мои ноги.

Я изо всех сил зажмурился, потом открыл глаза — и так три раза.Комната постепенно перестала вращаться передо мной и вокруг меня.

Но где это, черт побери, я находился?

Марк сопровождал коммодора Карен Рэджи на деловую встречу. Вот только не понятно, зачем коммодор взяла его с собой в качестве телохранителя. Но поскольку она была в плохом настроении, спрашивать было бесполезно: обожжет холодным взглядом, а если и ответит, то что-то вроде «не ваше дело». Какой из него охранник? Капитан — да, но не охранник, хотя он и был почти два года командиром взвода. Охрана это совсем другое дело. Тут нужно не стрелять из укрытия, а наоборот, лезть вперед, отвлекая внимание от объекта. Очень важного объекта, работодателя между прочим и чертовски неплохого. Хоть и немного странного.

Bся жизнь — череда случайностей. События беспорядочно падают на голову, а потом, как будто в порывах внезапного ветра, пролетают мимо ворохом осенних листьев: нежные светло-желтые, ломкие и сухие коричневые, жесткие яростно-багряные, всё ещё живые и упругие зеленые. Задевают по лицу, шуршат под ногами, прилипают к одежде, мчатся вдаль. Но вот ветер утих и листья успокоились, опали и сбились в неподвижные кучи на обочине, одиноко и тихо плавают в мелких лужах. Ты останавливаешься и растерянно оглядываешься, смотришь на небо. Может, выглянет солнышко? Идти дальше, радуясь затишью, или лучше вернуться назад и поискать укрытие, пока небо не прорвалось ливнем? А может подождать и на дороге появится нечаянный добрый попутчик? А что если попутчик не будет добрым и случится нехорошее? Как угадать, что будет? Как найти способ подсмотреть, куда ведет ниточка судьбы? Как не порвать ее, но ловко распутать все узелки или может наоборот, лучше сплести свою ниточку с другой, чтобы вместе они стали крепче? Как угадать, куда неожиданно дунет ветер? Как предугадать судьбу?

Авиалайнер No 12 пересек пятую параллель к северу от экватора на крейсерской высоте. Затерянный в полуденном небе, он был один. Весь видимый мир был синим. Глядя из кабины, невозможно было определить, где небо встречается с морским горизонтом; ни одно облачко не оживляло вида. Мир превратился в сплошную синеву.

Оглядываясь на 75 лет моей сознательной жизни, я сделал вывод, что был

убережен. Считаю себя счастливчиком, хоть и судьба меня изрядно потрепала.

Но в течение многих лет меня терзают несколько вопросов: «Почему так повезло

именно мне? Почему в мире я повсюду вижу столько страданий? Почему

невинные люди умирают в страшных муках, в то время как мне, сильно

приближавшегося к такому же концу, удавалось вырулить ?»

В этой озаренной ярким пламенем свечей комнате хранятся

жизнеизмерители. Стеллаж за стеллажом тянутся приземистые песочные часы — по

одному стеклянному сосуду на каждого живого человека. Они работают

беспрерывно, не требуя завода, все льют и льют свой мелкий песок из будущего

в прошлое. Каждая падающая песчинка добавляет неприметный шелковый звук в

общий свист, отчего кажется, что помещение полнится звуком морского прилива.