Твиллайт. Рецензия на роман Шани "Сказка. Граница бури"

4 сентября 2017, 21:51 /
+49

Шани «Сказка. Граница бури»

 

Этот роман я уже начинала читать, но автор писала его долго, и я, каюсь, не выдержала пристально следить за процессом. Не потому, что лень, а потому что очень тяжело было каждый раз окунаться в текст, ежась, будто от соленой морской воды, попавшей на царапину. Ну, так то царапина, а когда ежится душа – это больнее. И сейчас на конкурсе перечитывала роман, ухнув в него, погрузившись с головой, чтобы сразу.

Можно говорить о жанре и композиции, о фабуле и языке, о всем том, что составляет структуру романа, единое живое целое, текстовый организм. Можно, да, но не в этом случае и не для меня. Так уж вышло, что текст тёркой прошелся по старым, еще детским, душевным болячкам, больно прошелся, но иногда снять коросту надо, чтобы промыть раны.

И потому я прошу прощения у автора, что не буду говорить, как филолог, скажу лишь, что текст написан совершенно профессионально. Он безупречно сделан, а язык – это просто песня. И все на этом, и можете считать, что я завидую – будете правы. Но завидую, любя и восхищаясь.

А скажу я о том, что главное достоинство автора – смелость. Описания социального конфликта и экологических сложностей Шани удались замечательно, и это действительно весомые проблемы, сильно и умно поданные. Но все-таки главное, что цепляет в романе, иное. Главное – внутренние гнойники внешне благополучного быта. То, что авторский скальпель вскрывает, заставляя выплескиваться гноем, кровью, болью. Главное, повторюсь, честная смелость, с которой   Шани пишет о том, что скорее можно ожидать от реалистичной прозы, чем от фантастики, о социальных язвах: алкоголизме и наркомании, брошенных детях, педофилии, детской жестокости, семейных проблемах. Читая роман, я все время держала в уме словосочетание «потерянные души». Потерянные, попавшие в ловушку, страдающие и не имеющие сил просить помощи, либо просящие о ней вызовом и насилием. Осуждать их невозможно, жалеть… бесполезно.

Это очень горько, смотреть на Солло, который покупает шанс на лучшую жизнь, да просто – на жизнь, ценой продажи собственного тела и души. Души, потому что продать только тело в таких случаях не получается. С одной стороны, мальчик поставлен в безвыходные условия, проиграв конкурс, на котором у него нет шансов обойти богатого соперника, он не просто останется в детдоме, он утонет в пучине издевательств, физическом и психическом насилии. С другой стороны, он, безусловно, достоин этой лучшей жизни, он умен, талантлив, трудолюбив и честен. Но в жутком и мерзком мире «Сказки» даже положенное по праву надо покупать, и цена велика.

Солло платит эту цену. И обыденность происходящего, мастерски поданная автором, как и реакция тех взрослых, кто догадывается о происходящем, только подтверждает обычность этой цены. Страшную обычность. Его наставник не монстр, не маньяк, он даже пытается хоть частично искупить вину, максимально заботясь о Солло, но неминуемо калечит его, прививая уверенность, что мир безнадежно жесток. Да, потом Солло встретит и Мелека, и Россу, и Лаэрни, и безымянного дальнобойщика, но такие раны заживают с трудом, а чаще затягиваются, но под чувствительной кожицей гниет, отравляя тело, не вытащенная заноза. И то, что Солло не теряет ни гордости, ни честности, ни человечности, говорит о нем очень много, и этим многим нельзя не восхищаться. Мы не знаем, что будет с этим мальчиком дальше, но какие же чудесные у него задатки, как же не хочется, чтобы он сломался. Только вот мир автора таков, что и в хороший, и в плохой конец верится запросто.

Второй главный герой – Мелек. Он возникает позже, его судьба поначалу кажется благополучной, и лишь постепенно раскрывается страшное одиночество, заброшенность и этой потерянной души. Одиночество среди людей – еще один лейтмотив романа. Одиноки почти все, разве что отдельными проблесками мелькает семья Лейки или образ Лаэрти – светлого антипода Краппа. Мелек уже катится по наклонной, для него встреча с Солло – шанс сохранить себя, зацепиться за дружбу, как за спасательный круг в штормовом море бездуховности и жестокости. Но что-то мне кажется, не выйдет. Хотелось бы ошибиться, но в Мелеке я не вижу стойкости, он куда проще идет на сделку с совестью, даже не считая это сделкой, не видя в этом ничего дурного. Да, у него есть понятия о справедливости и умение дружить, но нет внутреннего стержня, как у Солло. И все-таки посмотрим…

Особняком стоит Росса и ее судьба. Вот по первой встрече мне показалось, что ее семья, несмотря на мужа-архонта, не такая уж и обеспеченная, раз она выкраивает каждый грош и ходит на нелюбимую работу. Потом оказалось, что и ничего страшного, но ведь это глазами Солло, которой нормальной обеспеченной жизни и не видел. Средний класс, где благополучие зыбко и достигается ценой замученности отца семейства и неустанными трудами его жены. И любовь с романтикой уходят, а смешливая девочка превращается в усталую задерганную тетку. Но главная трагедия, конечно, это дочь-инвалид, чье существование медленно разрушает жизнь ее родителей. И бросить девочку на произвол государства не дает совесть и любовь, и опекать – тяжелый неблагодарный труд. А главное, безнадежный и бессмысленный. Солло хотя бы надеется на лучшую жизнь, Росса же изо дня в день обречена думать, что было бы, не стань Марии сейчас или не родись она вообще.

И все-таки нельзя сказать, что все безнадежно. Пока что напряжение нарастает, а высшие – в прямом и переносном значении – силы, управляющие жизнью этого мира, оказываются теми еще циничными тварями, но мир не состоит из одних Краппов, родителей Мелека и Керветов. И в этом его единственная надежда. Вот честно, мне очень хочется верить, что все закончится хорошо. Ведь для того и вскрывается гнойник, чтобы дрянь вышла наружу, а организм исцелился.

Так о чем же этот роман? Мне кажется, он о выборе. О том, который делается на ключевых, пограничных точках, и о том, что делается незаметно, каждый день. Есть выбор, который определяет всю жизнь: продаваться или не продаваться, спасать друга или выживать самому, бросить больного ребенка или заботиться, калеча собственную жизнь. А есть выбор маленький, тихий, незаметный зачастую даже самому себе, не говоря уж об окружающих. Жить спокойно или вмешаться в заботы чужих мальчишек, заглянуть в чьи-то глаза или пройти мимо. И вот роман Шани, он о выборе.

Да, мне очень хочется узнать, как решится экологическая проблема мира, который стал заложником чьего-то могущественного эксперимента. Мне хочется узнать, как сложится судьба Солло, Мелека, Россы, Лаэрти, Лейки и других. Мне хочется увидеть, наконец, всю панораму целиком!

И все-таки главное в этом романе – не глобальная угроза, тень нависшего местного Апокалипсиса. Главное – это те содранные с души читателя корки, которые автор с таким мастерством и безжалостным упорством отдирает, спрашивая, как ты можешь жить спокойно, если рядом – такое? Что, в твоем мире нет соседей с заброшенными детьми? Голодными, избитыми, изнасилованными? Или в твоем мире нет детских домов? Или там не грабят магазины погромщики, а респектабельные дяденьки не предлагают бездомным мальчишкам заработать проституцией? Нет, читатель, ты смотри, смотри внимательно! Это точно не твой мир?

Да, я часто вижу споры о фэнтези. Мол, сказка, выдумка, небывальщина. И рыцарские кони не скачут днями, и магия невозможна. Да какая разница-то! Какая разница, умирает голодный завшивевший ребенок в современной нам Африке или в средневековой деревне? Какая разница, развращают Солло в неемийском детдоме или Митю в детдоме подмосковном? Вот когда ты, читатель, будешь твердо уверен, что голодных и развращенных детей в твоем личном мире не осталось, тогда и называй это сказкой. А пока, извини, это самый неприглядный реализм, упакованный в пилюлю фантастического жанра, чтобы заставить тебя его съесть и усвоить. И огромное спасибо автору, что с таким мастерством заворачивает страшную правду в сказочную обертку. Ну что поделать, если так проще, если мы отвыкли, когда правда на блюдечке без прикрас и специй. «Сказка», да? Отличное название! Правда, лучше назвать невозможно. «Сказка — ложь, да в ней намек…» Все это помнят? Или непременно надо, чтобы грянул тот самый гром? То есть буря, на границе которой мы так давно стоим, что и сами уже привыкли, прижились, даже не косимся на вздымающуюся волну. А она все ближе.

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль