ОГ И ЯЦ - Лешуков Александр

КОНКУРС

Проза

Девятирукий Ог всеми силами пытался спастись от восьмиглазого Яца, но, куда бы ни прятался, везде его яцино зоркое око видело. Не было несчастному Огу покоя. Не было передышки. Всё куда-то бежать надо было, от Яца опять же прятаться. А как от него спрячешься, когда у него, ирода, восемь глаз, да каждое — в кулак шириной?..

«В кулак», — неожиданно уцепился за мысль Ог и улыбнулся своему ещё не до конца оформившемуся, но категорически злодейскому (а по другому и не бывает: добряки — всегда пешки) плану. — «Глаз восемь, а кулаков-то у меня девять. Я ж ему гадёнышу все оки повыбить могу и ещё кулак останется — по тыковке съездить! А чего ж я тогда прячусь? Надоело».

И перестал прятаться. Наоборот, с рёвом тысячи бабуинов, которых долгие годы не кормили, а потом издали подразнили бананом, понёсся на Яца, потрясая в воздухе своими девятью кулачищами.

Испугался Яц, глазёнки прикрыл, затрясся как лист осенний, что вот-вот сорвётся с ветви, забормотал что-то на одному ему понятном языке и…

… — Сэр Ог, я вынужден требовать сатисфакции. Вы изволили оскорбить мою кузину, госпожу Бибумбидур.

— Ваше право, сэр Яц. Принимаю ваш вызов, а только никакой госпожи Бибум… Бебем… Бубум… — чёрт побери, язык сломаешь — дур я не оскорблял.

— Как?! — взревел сэр Яц, — Вы только что позволили себе оскорбить её снова! Нет вам пощады, сэр Ог! К барьеру!

— К барьеру, к барьеру, — ворчал Ог, попыхивая трубкой, посверкивая моноклем в золотой оправе. — Неужели вам так не терпится умереть? Вам же прекрасно известно, что я первоклассный стрелок, чего — при всём уважении — совершенно нельзя сказать о вас. А кроме того, достопочтенный Яц, я доподлинно знаю, что никакой кузины у вас нет, и значит оскорбить я никого не мог.

— Но…

— Может лучше по пинте доброго эля?..

— Милый, у нас закончился кофе. Может быть, сходишь?