Глава 13. Часть 5 / Искушение страстью - "Превратности любви" / Песегов Вадим
 

Глава 13. Часть 5

0.00
 
Глава 13. Часть 5

Приятная сладость бодрящего вкуса кофе с начинкой карамели витала в воздухе рабочего кабинета Оксаны. Яркий свет светодиодных ламп достаточно освещал кабинет, жалюзи, на больших окнах которого были плотно закрыты, скрывая бурную атмосферу осени, воцарившуюся за ним. Большой контейнер с борщом был почти пустым, когда Оксана доедала последнюю ложку, закусывая всё сочной аппетитной самсой, смачно облизывая губки языком. Аришка расположилась на мягком диване в кабинете, держа в руке маленький пластиковый контейнер с пирожным, кусочек которого аккуратно отламывала чайной ложкой, что держала в другой руке. Ларионов стоял напротив Оксаны, держа кружку с терпким черным кофе, положив пальцы на раскрытую красную папку, что лежала перед ним на стеклянном большом столе, внимательно посмотрел на последние результаты эхо диагностики. Марина Викторовна сидела напротив Оксаны, слева от Ларионова, изучая кару Тулеева, обратила особое внимание на эхо диагностику перикарда, поднимая голову и отрывая взгляд от карты больного, посмотрела внимательно на Оксану. Вероника прошла за спиной у Оксаны, держа розовую керамическую кружку в руке, откуда веял манящий запах каркаде. Валентина сидела на диване, внимательно наблюдая за Аришкой, что-то ей рассказывала.

Уставшее изнурённой слабостью состояние скрывала Оксана от своих сотрудников, сознание неумолимо манило в сон. С трудом удерживая тяжелые веки глаз открытыми, держала Оксана кружку кофе в руке, пытаясь сосредоточиться при дифференциальном диагнозе. Каждая клеточка тела Оксаны сгорала в ритме бессилия, жадно требуя состояния покоя и отдыха.

— Что-то спровоцировало развитие эхинококковых кист — рассуждала вслух Оксана, взявшись пальцами за ручку кружки с кофе — Что-то у нас в больнице…… — отпивая кофе с кружки, заверила она, тщательно смакуя его терпкий сладостью карамели вкус во рту

— Да, но мы давали ему только антибиотики широкого спектра — уверяла Вероника, встав справа от Оксаны, положила пальцы на стеклянную поверхность стола

— Аллергическая реакция на что-то — предположила Оксана, поставив кружку на стол — Вполне может объяснить слишком большую скорость их развития

— Да вот только на что?! — удивилась Марина Викторовна — Мы не давали ему ничего такого, на что была бы у него аллергия

— Не время гадать — возразила Оксана — Готовьте операционную

— Оксана ты уверена?! — с опаской спросила Вероника

— Прости моя дорогая?! — сгорая в недовольстве, сморщила губки Оксана — Но в чем я должно быть уверена?!

— У него выраженная сердечная недостаточность — уверяла Вероника — А ты хочешь произвести операцию на сердце

— Ну да, а что тут такого?! — не понимая, к чему клонит темноволосая кудряшка, спросила Оксана, положив локоть на стол, опираясь пальцами руки на подбородок, так удивленно взглянула на Веронику — Возьмите согласие у её дочери — распорядилась она, обращаясь к Ларионову и Марине Викторовне

— Я очень надеюсь…… — хотела возразить Вероника

— Я очень надеюсь — возразила тут же Оксана, вставая со стула, на котором сидела и с возмущенным видом посмотрела на Веронику — Что следующий порыв кисты, пока мы тут гадаем, и который может вызвать кровотечение в перикард, его не убьёт

— Вполне убедительный аргумент — согласился Ларионов, поддерживая теорию Оксаны

— Аришка зайка — обратилась Оксана к девочке, что сидела на диване за спинкой стула с которой она встала — Посиди пока с этой рыжей тётей, а мама пока поговорит с пациентом, дяди плохо стало — уверяла она, направляясь к выходу из кабинета

— Оксана Владимировна — возразила Валентина, отвлекая на себя внимание Оксаны — Я сама могу попросить согласие у родных, а вы с дочерью уже давно не виделись

— Мама я хочу с тобой — вскочила быстро Аришка с дивана оставляя лежать на нём пластиковую упаковку с недоеденным пирожным

— Ну, учитывая, что я иду к своему пациенту — нахмурила губки Оксана, явно не ожидая такой реакции от девочки, что подбежала к ней — Я допускаю такой вариант — смутилась она пристального окружения своей команды врачей, что так удивленно на неё посмотрели

— Вот и хорошо — согласилась Аришка, обвивая ручками талию Оксаны

— Я пойду, поговорю с пациентом и его дочерью — заверила Оксана, взяв Аришку за руку, встала посреди кабинета, касаясь пальцами стеклянного стола — Вероника, Марина Викторовна и Валерий Николаевич подготовьте операционную

— Оксана Владимировна, а как же я?! — удивилась растерянно Валентина

— А…… моя маленькая рыжая бестия — ухмыльнулась Оксана, держа девочку за руку — Ты пойдешь со мной, тебе будет удостоена важная роль

— Я буду вашим ассистентом?! — словно искорки в глазах засветились у рыжеволосой девушки, когда она так быстро вскочила с дивана, на котором сидела

— Ну, если это так можно назвать — пожала плечами Оксана, обернувшись, встав у закрытой двери своего кабинета, прикусила краешек губы, глядя на Валентину, что направлялась к ней

«Блядь ну мне же всё-таки нужна нянька, не возьму же я свою дочь в операционную, а этой рыжей суке надо отработать и снова завоевать моё доверие», касаясь дверной ручки, размышляла Оксана глядя на Валентину, что подошла к ней.

— У Тулеева острая дыхательная недостаточность — заверила Валентина, когда Оксана кончиками пальцев надавила на ручку двери, толкая её от себя — Он уже на кислородной терапии, без маски дышать уже не может, размеры кист плевральной полости уже достигли 8 и 10 сантиметров

— Ты говоришь мне то — переступая порог открытой двери, усмехнулась Оксана, обращая внимания, как в приёмной белокурая женщина Валерия, поспешно стукая пальцами по клавиатуре, набирает текст — Что я и так уже знаю

— Оксана Владимировна — тихо ответила, отводя взгляд от монитора, на котором составляла сметы оборудования для отдела Оксаны — Ваш отдел вылетел местному бюджету и больнице в весьма кругленькую сумму

Строгий офисный костюм, черная юбка чуть выше колен особостью пикантного изгиба прорисовывала бёдра белокурой женщины. Белая блузка, подобно снегу облегала контур силуэта этой блондинки, отлично вырисовывали объём её бюста. Завораживая палитра вкуса, собралась в единой композиции «Pure Poison от Christian Dior», пленила тонкостью сочетания аромата апельсина, запаха мандарина и чарующей тонкостью вкуса бергамота, возбудившую в Оксане неудержимую похоть и влечение к обладательнице этого парфюма. Пышные волосы этой блондинки были собраны в пучок на её затылке, что придавали строгий деловой вид. Черные туфли сексуально подчеркивали её стройные ноги, за счет высокого каблука, которым она звонко стукая по линолеуму, вышла из-за стола.

— Ваш эндохирургический комплекс, что поступил в операционную больничного здания на прошлой неделе стоит целое состояние — словно восхищалась, говорила Валерия, опираясь бёдрами на поверхность стола рядом с которым стояла — Тихонов скрепя зубами подписывал этот заказ

— Я посмотрю, как он скрепя зубами объяснял бы смерть моих пациентов из-за недостатка возможности их спасти — грубо ответила Оксана, даже не смотря в сторону этой женщины, прошла по приёмной, направляясь к закрытой входной двери — Мне всё-таки нравится ваш парфюм Валерия

— Спасибо Оксана Владимировна, но это…..

«Как же ты порой меня уже заебала», подумала Оксана, коснувшись пальцами, ручки входной двери в приёмную, сдерживая эмоции при себе.

— Валерия все это оборудование и медикаменты, нужны нам — открывая дверь, уверяла Оксана, встав в проходе её проема — Валентина ждите меня в отделение, я скора подойду, можешь сама взять согласие на операцию у дочери Тулеева

— Мама я хочу побыть с тобой?! — возразила Аришка, пытаясь надавить на жалость материнских чувств Оксаны

— Аришка зайка — наклонилась над маленькой девочкой Оксана — Иди с этой рыжей тётей и проверь как там дядя, которого я лечу, очень скора, я к вам вернусь, и ты мне всё сама и расскажешь, ты же хочешь помочь своей маме?!

— Пойдём Аришка — вежливо обратилась Валентина, коснувшись плеча Аришки вынуждая её лаской покинуть кабинет — Твоей маме нужно уладить дела по благосостоянию нашего отдела

— Только не задерживайся долго Оксаночка — проходя мимо Оксаны к выходу из приёмной, предупредила Марина Викторовна — Мы пока подготовим операционную

— Хорошо улажу одну маленькую нерешенную финансовую формальность, касающуюся нашего отдела — заверила Оксана, наблюдая, как Марина Викторовна, Ларионов и Вероника покинули приёмную её кабинета — И так Валерия о чем ты хотела со мной поговорить? — спросила она, дождавшись пока дверь, закроется за спинами её коллег

— Хотела чтобы вы взглянули на эти документы — взяла шикарная блондинка черную папку, что лежала на краю стола — О…. господи Оксана Владимировна вы так сильно напряжены

— В чем дело Валерия? — возмутилась Оксана, встав рядом с блондинкой, выдавая взглядом изнемогающих лазурных глаз, собственную утомляемость — У меня была трудная ночь, которую я провела в операционной, спасая жизнь своему пациенту, да я не спала, потому как каждому что-то надо от меня, достало блядь уже всё!

— Позвольте вам сделать массаж — предложила Валерия, касаясь кончиками пальцев плеча Оксаны, вынуждая взглядом её согласиться — Давайте я как раз практикую технику расслабляющего массажа

— Массаж?! — удивилась Оксана, понимая как это нужно её телу

«Она совсем ебанулась, какой блядь массаж, у меня блядь пациент умирает», возмутилась Оксана таким предложением, надувшись перед этой женщиной как королевская кобра.

— Извините — взяла из рук женщины черную папку, раскрыла её на столе, возразила Оксана на данное предложение, внимательно сквозь стёкла надетых на глазах очков посмотрела на сметы заявленного оборудования — Но мне сейчас не до этого, прошу меня извинить — взяла она ручку со стола, поставила ниже на бланке свою подпись

— Послушайте Оксана Владимировна! — уверяла Валерия, коснувшись кончиками пальцев плеча Оксаны — Вы сильно устали вы не можете сейчас проводить никакую операцию, я буду вынуждена доложить Тихонову

— А вот этого?! — не согласилась с таким утверждением Оксана — Я бы вам не советовала бы делать, составляйте свои декларации и сметы, а специалистам доверьте спасать жизни — гордо заявила она, положив ручку посреди листов предоставленных бланков смет

— Вы совершаете ошибку Оксана Владимировна, оперируя пациента в таком состоянии — пыталась убедительно воздействовать на Оксану, уверяла Валерия, встав посреди приёмной — Вы ставите под угрозу жизнь пациента, вашу репутацию и репутацию нашей больницы

— И тем не менее — не принимая слова занудной блондинки близко на свой счёт, с усмешкой возразила Оксана, подходя к входной двери в приёмную — Я всё равно рискну — касаясь пальцами дверной ручки, гордо заявила она, открывая дверь

«Дура, блядь ебанутая», подумала Оксана, открывая дверь, выходя в больничный коридор.

— Оксана Владимировна всё нормально?! — с беспокойством на лице спросила Валентина, держа Аришку за руку стоя вместе с ней в коридоре за закрытой дверью — Вы выглядите обеспокоенной

— Мама мы никуда не пошли, решили дождаться здесь тебя — радостно выразила своё мнение Аришка, вырываясь из руки Валентины, подбежала к Оксане

За окнами больничного коридора стояла пасмурная погода, небо над деревней всё так же было затянуто серыми густыми тучами. Картина осени, за стеклом пластикового окна больничного коридора, в котором находилась Оксана, была предоставлена серыми блеклыми оттенками, голые деревья, опавшая листва и высохший газон, что был на территории больничного здания. Гул завывающего ветра и то, как он раскачивал голые ветки деревьев, было слышно в коридоре погрузившимся в абсолютную тишину, где даже чья-то сторонняя речь шепота эхом отдавала в ушах. На стеклах пластиковых окон в коридоре больницы все еще оставались капли прошедшего дождя их потеки устремляющихся под тяжестью вниз, сохранили влагу прошедшего дождя. Воздух в самом коридоре был абсолютно чистым, благодаря работающим увлажнителям, висевшим в начале и в конце коридора их тихое жужжание вентиляторов, напевало тихую спокойную песни одностороннего шума. Коридор больничного здания был украшен горшками цветочных растений, висевших на стенах его побелки, и распустившие свое влияние красоты вьющихся лиан по всей его протяженности, создавая дикую обстановку местности.

— И я так рада, что ты дождалась меня — улыбнулась Оксана, радушной материнской улыбкой взяв за руку маленькую девочку — Теперь мне стоит взять согласие у Тулеева на операцию

— Говорят, у вас завтра будет суд — пытаясь хоть как-то начать разговор, следуя за спиной у Оксаны и Аришки, взволнованно спросила Валентина — Это правда?!

— Слухи в этой деревне расходятся, даже быстрее чем я думала — прикусывая краешек губы, ответила Оксана, проходя мимо окна, игриво коснулась кончиками пальцев его белой занавески

— Так значит, вас всё-таки решили обвинить в случившемся, в том деле с Романовыми — выразила тихим шепотом своё мнение Валентина

— Ну, надо же было им найти козла опущения — грубо выразилась Оксана, скрасив своё недовольство перед Аришкой, насыщенной теплотой материнских чувств милой улыбкой

— Да, но почему Романов для вас ничего не мог разве сделать?

— Видимо после того как он лишился статуса депутата государственной думы — подходя к открытым дверям отделения стационара, ответила Оксана, звонко стукая каблуками черных туфель по бетонному полу — У него отобрали эту привилегию и теперь мне приходится надеяться только на себя

— Да, но что же тогда будет? — проявляя глубокий интерес, спросила рыжеволосая любопытная девица, проследовав следом за Оксаной в отделение стационара

— Думаю что-то плохое — ухмыльнулась Оксана, встав под светом светодиодных светильников горевших на потолке у входа в отделение

— Скорее сюда в седьмую палату — прокричала дочь Тулеева, выбегая из открытой двери палаты, на лице темноволосой девушки был ужасающий страх и паника — Помогите же ему

— Что случилось?! — вскочила быстро медсестра со стула на дежурном посту, отложив очки рядом с клавиатурой компьютера и стопкой медицинских карт

— У него кажется…… — указывала испуганным взглядом, дочь Тулеева, стоя в коридоре отделения стационара, рядом с открытой дверью палаты своего отца

— Это из палаты Тулеева — пояснила Валентина, с ужасом наблюдая за картиной, творившейся в коридоре отделения

— Я уже поняла — покусывая нервно краешек губы, возмутившись реакции Валентины, направилась по отделению Оксана — Присмотри за Аришкой

— Но мама! — хотела возразить девочка, последовав следом за Оксаной

— Я сказала, побудь с этой рыжей сукой — обернувшись не сдержала, при себе эмоции прокричала Оксана, чем испугала маленькую девочку, что в ужасе эмоций, возникшем на лице Аришки, остановилась и посмотрела на неё — Блядь, просто иди к ней и не смей не при каких обстоятельствах заходить в палату, тебе ясно?!

«Блядь что я наделала, я на родную дочь уже накричала, да ёбаный в рот», покусывая краешек губы, наблюдала Оксана отчаянно как девочка со слезами, выражением дрожащей нижней губы, быстро повернулась к ней спиной и побежала к выходу из отделения.

— Догони её — распорядилась, подняв голос Оксана, обращаясь к Валентине — И всё объясни, у меня просто нет времени

— Я надеюсь, вы понимаете? — фыркнула недовольно Валентина, звонко стукая каблуками по полу линолеума, побежала за девочкой

— Твоих блядь еще нравоучений мне тут не хватало — возмутившись такой выходки, прошипела сквозь зубы Оксана, подходя к палате Тулеева, где рядом с открытой дверью стояла его дочь, с ужасом наблюдая за картиной происходящего — Так что тут у нас происходит?

Признаки отдышки мучали мужчину, даже когда на нём была кислородная маска, кожные покровы Тулеева были бледными, на лбу и руках, а так же груди образовалось потоотделение, набухание яремных вен. Артериальная гипотония, выражалась головной болью, когда мужчина приложил ладонь к своему лбу, выражая всю тягость состояния которое его мучало. Взгляд мужчины, что лежал на кровати, предвкушал страх смерти, так же Оксана обратила на то, что у Тулеева был асцит, состояние при котором происходит скопление жидкости в брюшной полости.

— Оксана Владимировна! — с тревогой в голосе обратилась медсестра, что стояла рядом с кроватью Тулеева — Вы знаете, что с ним?!

— У него тампонада сердца

Ответила Оксана, подходя к столешнице, что стояла слева от кровати, открывая быстро её ящик, потянув за руку, достала оттуда шприц в комплекте с иглой, предназначенной для пункции перикарда. Игла для пункции перикарда имеет длину 10-15 см и внутреннее сечение 1,1-1,3 мм.

— Что ты блядь стоишь быстро освободи мне его грудную клетку — прокричала Оксана на медсестру, направляясь к кровати Тулеева, разрывая упаковку шприца на ходу

— Что-что вы собираетесь сделать? — выражая панику в голосе, вбежала в палату дочь Тулеева, увидев с какой злобой и решительностью Оксана сняла колпачок с иглы

— Скорее блядь и положи подушку ему под голову быстрее — прокричала Оксана, заметив низкое артериальное давление на приборе жизненных показателей — Успокойтесь господин Тулеев, сейчас вам будет легче — схватив свободной рукой, полотенце, что лежало на тумбочки, она обеспечила ему валик под нижние ребра Тулеева

Убедившись, когда пациент находился под углом 300 к кровати, что обеспечивает смещение выпота в нижние синусы перикарда. Традиционно при выполнении пункции перикарда, Оксана ориентировалась на наиболее безопасную точку, точку Ларрея, расположенную между мечевидным отростком и хрящевой поверхностью VII ребра. После чего строго перпендикулярно, Оксана осуществила прокол кожи, подкожной клетчатки, прямой мышцы живота и апоневроза на глубину примерно 1,5-2 см. Затем Оксана направила иглу параллельно задней поверхности грудной кости кверху и кзади на 2-3 см. Соблюдая правильную технику пункции перикарда, Оксана определила, как кончик иглы проник в полость перикарда по такту сокращения сердечного ритма. После чего произвела аспирацию скопившейся жидкости перикарда, потянув легонько за поршень, так чтобы не нарушить сердечный ритм.

— Это кровь — пояснила Оксана, наблюдая в ёмкость шприца, когда на неё так внимательно смотрела медсестра и дочь Тулеева — Это не разрыв кисты

— Это хорошо так ведь? — испытывая надежду, обратилась к Оксане, обрадовалась дочь Тулеева, обратив внимание на то, как её отцу стало легче дышать

— Я разве сказала что это хорошо? — придавая серьезность выражения лица, ответила Оксана, медленно извлекая иглу из грудной полости Тулеева — Всё очень плохо — пытаясь играть на чувствах дочери Тулеева, разъяснила она

— О чем вы говорите, прошу вас, скажите мне? — обратилась Екатерина Андреевна, дочь Тулеева, подходя к Оксане, отражая взгляд сопереживания в глазах

— Дело в том — передавая шприц в руки медсестры, говорила Оксана отходя от кровати на которой лежал пациент — Что кисты образовавшиеся на перикарде вашего отца привели к сдавливанию органов, тем самым вызвав тампонаду сердца

— Простите, вызвало что?! — спросила девушка, проследовав за Оксаной к выходу из палаты, дверь которой так и осталась открытой, собрав в отделение толпу пациентов, что пришли поглазеть

— Кровотечение в полость перикарда — пояснила Марина Викторовна, как только Оксана покинула палату Тулеева — Похоже, дело очень плохо

— Настолько плохо — согласилась с этим утверждением Оксана, отходя от прохода позволяя гражданке Тулеевой выйти следом — Что до утра он может не дотянуть, самое главное, что нет времени, чтобы выяснять причину, повлекшую к скорейшему росту кист

— Операционная готова — заверила Марина Викторовна, поправляя кончиками пальцев дужку очков — Можем начинать готовить пациента, как только ты прикажешь

— Не так скора Оксана Владимировна — вмешался в разговор Тихонов входя в отделение, обращая на себя внимание собравшихся пациентов и медицинского персонала — Валерия посмела мне доложить, что вы не спали эту ночь и выглядите уставшей, лишенной сил

— Это не имеет никакого значения — твердо возразила Оксана, гордо поднимая подбородок верху

«Вот сука ебливая какая, сдать меня захотела», сморщила от переполняемого недовольства губки Оксана, с презрением посмотрела на наглую женщину блондинку, что вошла в отделение следом за Тихоновым.

— Я проведу операцию — заявила Оксана, не желая никого слушать

— Я не позволю вам в таком состояние даже приближаться к пациенту — опроверг такое заявление Тихонов

— Простите — была категорически не согласна Тулеева — Но вот эта вот женщина, не кто-то там, а вот именно она только что сейчас на моих глазах спасла моему отцу жизнь

— Факты говорят об обратном — ухмыльнулась Оксана, оставаясь стоять между Тихоновым и Тулеевой, когда за спиной со шприцом наполненным кровью из перикарда стояла медсестра

— Это правда?! — обратился Тихонов, заметив медсестру за спиной у Оксаны, что стояла со шприцом в руке, делая вид, что пытается как-то влезть в разговор

— Это кровь, извлеченная из перикарда — показывая шприц Тихонову, скромно ответила медсестра, раскрывая перед ним пальцы ладони — Оксана Владимировна сама сделала пункцию перикарда

— Смею заверить — поддержала тут же Тулеева — Этот человек значит, единственный кто может спасти жизнь моему отцу, поэтому, когда он на грани смерти и каждая минута сейчас дорога я против ваших всех возражений, пусть оперирует

— Вас вообще никто не спрашивал! — упрекнул Тихонов, ощущая эмоциональное давление среди собравшейся публики — Орлова вы в своём уме вы в таком состояние собрались оперировать?!

— А тебе что нечего сказать?! — не слушая недовольства Тихонова, возмутилась Оксана, надувшись, как кобра на Валерию, что стояла рядом с ним — Нет у меня времени, чтобы отдыхать, ты разве этого не поняла и свою……

— Прошу Оксаночка только не при своей дочери — возразила Марина Викторовна, обращая внимание Оксаны на Валентину, что подошла, держась за руку с маленькой девочкой

«Блядь и как я после такого могу посмотреть в глаза родной дочери», прикусывая краешек губы, смутилась Оксана появление Аришки рядом с собой, маленькая девочка словно сверлила её взглядом плачевной ненависти.

— Аришка зайка — присела Оксана не колени перед маленькой девочкой — Послушай, прости меня, мама просто хотела тебя оградить — пытаясь обнять маленькую девочку, но ответ ребенок отшагнул от неё быстро на шаг назад, не давая к себе даже прикоснуться

— Всё-таки правильно говорила та тётя — со слезами на глазах говорила Аришка, выражая детскую обиду в плаченой мимике на своём лице — Никакая ты мне не мать……

— Аришка что ты такое говоришь?! — словно ком поступил к горлу Оксаны, как только она услышала такое от Аришки — Аришка доченька моя, я……

— Как мать дорогая Аришка — вступилась тут же грамотно Марина Викторовна, подходя к Оксане и Аришке — Наша Оксана Владимировна пытается оградить тебя от всего того, что может тебе навредить, просто тебе никак нельзя было входить в палату вон к тому дяди — удивительно быстро догадалась она, в чем дело

— Доченька это ведь все ради тебя — уверяла Оксана, отражая на глаз влагу наворачивающихся слёз и горечь материнской обиды — Мама не хотела правда тебе травмировать психику

— Вот видишь Аришка — доказывала Валентина — Твоя мама хотела тебя лишь оградить, но и в тоже время, как врач естественно, боялась за жизнь нашего пациента

— Аришка зайка моя

Потянулась Оксана кончиками пальцев сидя на коленях, видя как девочка, поддаваясь доверию окружавших её людей, подошла к ней на шаг.

— Мама не за что не сделает тебе ничего плохого, я просто боялась того, что ты можешь там увидеть и тебя могли бы мучить кошмары, я бы никогда бы……

— И ты так больше никогда так со мной не поступишь? — поверила девочка, словам Оксаны, медленно подходя в её объятия

— Обещаю, первые несколько недель, как спасём этого дядю не во что не ввязывать — заверила Оксана, прижимая к себе тело хрупкой девочки, что поверила её убеждениям и убеждениям её коллег — хочешь, можем съездить куда-нибудь пока еще тепло

— У тебя даже машины теперь нет — пояснила Аришка с усмешкой, положив ручки на плечи Оксаны

— Ну, я думаю, вопрос с машиной мы как-нибудь решим — заверила Оксана, обвила руками тело Аришки, прижала её к себе — Доченька ты побудь пока с этой рыжей тётей, мне нужно спасти жизнь дяде, что находится в этой палате

— Оксана Владимировна! — возразила Валентина, не обрадовавшись тому, как за неё уже решили

— Ты ведь хочешь искупить свою вину — вставая с колен, заявила Оксана, ухмыльнувшись красивой улыбкой, безупречных алых губ — Я доверяю тебе самое дорогое, что есть у меня в жизни, пожалуйста, сбереги её — поцеловав вдобавок Аришку в щечку, оставила на её румяной коже багровый алый след материнской любви

— Оксана Владимировна вы закончили?! — строгим голосом обратился Тихонов, встав за спиной у Оксаны — Вы что, в самом деле, сами решили провести эту операцию в таком вот состоянии

— Уверяю вас Валерий Валерьевич — касаясь кончиками пальцев плеча Оксаны, вмешалась в разговор Марина Викторовна — Оксаночка будет под моим контролем, я не позволю ей навредить пациенту

— Вы головой отвечаете, Оксана Владимировна! — пригрозил Тихонов, придавая огромную серьезность своему угрожающему выражению лица — И постарайтесь, пожалуйста, успеть на суд который будет у вас завтра, я не намерен из-за ваших интриг лишаться ценных кадров этой больницы

— У тебя завтра уже суд?! — удивилась Марина Викторовна — Все-таки Романов не смог прикрыть тебя — будто отчаялась она

— Не важно — отмахнулась Оксана словесно — Готовьте операционную

— Вас в чем-то обвиняют? — проявляя беспокойство, спросила Тулеева

— Это не имеет никакого отношению к здоровью и жизни вашего отца — заверила Оксана, придавая своим губам терпению доброй радушной улыбки, улыбнулась в ответ — Валентина, все это время пока я буду в операционной, побудь с Аришкой и глаз с неё не спускай

— Мама ты скора будешь? — опуская невинный детский взгляд в пол, играя на чувствах Оксаны, спросила Аришка

— Даже скорее чем ты думаешь — уверяла Оксана, коснувшись теплой ладони нежной щечки ребенка — Марина Викторовна распорядитесь, чтобы медсестры уже готовили Тулеева к операции

— Оксана Владимировна — коснулась руки Оксаны, дочка Тулеева, заставляя обратить на себя внимание — Спасибо вам!

— Спасибо скажете, когда мы закончим — возразила Оксана, направляясь к выходу из отделения звонко стукая каблуками черных туфель по линолеуму

 

***

Омывая руки теплой струей воды, в помещение предоперационной, Оксана смотрела в отражение зеркала висевшего, над умывальником. Белоснежная кафельная плитка стен и пола этого помещения, излучали яркие блики отражаемого света в стеклах надетых очков Оксаны, были пропитаны раствором для санитарной обработки операционных помещений. Вероника стояла за спиной у Оксаны, пристально сверлила её взглядом, опираясь спиной на кафельную плитку стены.

— Я надеюсь, ты уверена, что без Валентины мы справимся? — спросила Вероника, опуская взгляд в пол, медленно подошла к Оксане

— Я надеюсь — улыбнулась Оксана под скрытой стерильной повязкой на лице — Что, по крайней мере, сегодня, она нам не понадобится

— Впервые вижу, чтобы ты привела сюда свою дочь? — выразила впечатление Вероника

— А что тут такого — пожала плечами Оксана, закрывая вентили смесителя, взяла из упаковки чистые хирургические перчатки, медленно начала их надевать на руки — Пускай учится

— Думаю, одного безумного врача будет достаточно на весь этот мир — с усмешкой подметил Вероника

— В самом деле — обрабатывая перчатки раствором асептика, удивилась Оксана — Это еще, почему же, я что настолько плохой врач?

— Ты безумна — рассмеялась Вероника, скрывая прелесть и красоту улыбки за стерильной марлевой повязкой на лице — Давай не задерживайся, Тулеева уже привезли, пока ты одевалась

— Хорошо помоги санитарам переложить его на операционный стол и накрыть операционным бельём — распорядилась Оксана, поставив флакон асептика, на раковину умывальника

— Надеюсь, ты не будешь задерживаться — подмигнула кокетливо глазом Вероника, открывая легонько локтём закрытую створку дверей операционной

«Хм… и я тоже на это надеюсь», ухмыльнулась Оксана, глядя на взгляд кареглазой кудрявой брюнетки проследовала следом за ней в операционную.

— И так господин Тулеев мы положим вас на уже известный вам стол — уверял Ларионов, стоя рядом с операционным столом, придерживал руками каталку, взявшись за поручни — Вы самое главное не о чем не волнуйтесь, когда проснётесь, всё уже будет хорошо

— Валерий Николаевич займитесь лучше аппаратурой — отдала указания Оксана, проходя по операционной, сверкнув отблеском отражаемого света в стёклах надетых очков — Марина Викторовна вы подготовьте анестезию

— Спасибо вам Оксана Владимировна — хриплым голосом сказал Тулеев, когда его санитары переложили на операционный стол — Вы столько делаете…… — кашляя, говорил он, испытывая дыхательную недостаточность

— Поблагодарите когда очнетесь после операции — возразила Оксана, подходя к тележке на которой располагался эндохирургический комплекс — Валерий Николаевич настройте, пожалуйста, мониторы на изображение с камеры визуализации

— И так Андрей Викторович вы слышите меня — обратилась Марина Викторовна, прислоняя маску с местной анестезией к лицу Тулеева — Не о чем не волнуйтесь, все будет хорошо

— Вероника ты мне ассистируешь — отдавая указания, распорядилась Оксана — И так мне нужно, чтобы вы повернули его в левое латеральное положение — обратилась она к санитарам

— Я пока обработаю отмеченную тобой область входа троакаров — изъявила желание Вероника, взяв в руки пинцет, в котором был зажат тампон в смоченном растворе «ОКТЕНИСЕПТА»

— Хорошо Марина Викторовна займитесь вентиляцией легких — говорила Оксана, взяв в руки троакар, обработанный в растворе троакар — Валерий Николаевич камеры готовы?

— Камера на вашем троакаре готова — отчитался Ларионов — Визуализация и спектр изображения хороший, световые режимы в норме

— Тогда начинаем — распорядилась Оксана

Оксана медленно начала вводить троакар выше VIII ребра (седьмое межреберье) по срединной лопаточной линии сзади. После чего установила 10-миллиметровый порт, затем Оксана начала вводит торакоскоп с углом обзора 30градусов. Производя осмотр плевральной полости, Оксана убедилась в отсутствие кровотечения. Дальше Оксана ввела два троакара на одно межреберье выше (шестое) по срединной лопаточной и передней подмышечной линии, устанавливая сразу два порта 5 миллиметров. Устанавливая в одном из троакаров вход для подачи газа инсуффлятора, прибор, обеспечивающий подачу газа в брюшную полость для создания необходимого пространства и поддерживающий заданное давление при проведении операции.

Направляя свет с тороскопа и картинку с визуализацией изображения перикарда, Оксана быстро определила одну из кист, настраивая достаточную чувствительность подаваемого света. Медленно вводя иглу для пункции через 5 миллиметровый порт, Оксана коснулась её кончиком кисты перикарда, очень аккуратно протыкая её оболочку. Пользуясь клапаном на троакаре для ирригации, Оксана произвела аспирацию одной из кист, высушивая её полностью. Используя эндоножницы, в режиме ультразвуковая коагуляция, Оксана аккуратно произвела иссечение стенок высушенной кисты, так чтобы не повредить перикард. Производя те же манипуляции со второй кистой перикарда, Оксана иглой для пункции проткнула оболочку кисты, с помощью ирригатора произвела аспирацию её содержимого, пользуясь эндоножницами, произвела иссечение стенок кисты от перикарда пациента.

— Ритм сердца нормальный — отчиталась Марина Викторовна — Признаков аритмии не видно

— Так хорошо, вводите мебендазол — распорядилась Оксана, пользуясь ирригатором, произвела аспирацию крови на поверхности перикарда — Начинаю извлечение троакаров

Извлекая медленно порт для входа, Оксана начала извлечение троакаров из плевральной полости Тулеева, после чего убедившись в отсутствие внутри плеврального кровотечения, произвела обработку места входа троакаров. Используя стерильный лейкопластырь, Оксана аккуратно заклеила оперируемые раны.

— Тут моя работа закончена — заявила Оксана, медленно заклеивая последнюю рану — Доставьте Тулеева в палату и наблюдайте за ним в течение недели, пусть Валентина будет его лечащим врачом, а мне нужно к дочери

— Оксаночка тебе самое время отдохнуть — советовала Марина Викторовна, когда Оксана передала лейкопластырь в руке Веронике

— Вот именно это я и собираюсь сейчас сделать — заявила Оксана, подходя к входу, закрытых дверей операционной

Чрезмерная слабость и изнеможение переполняли тело Оксаны, головокружительная боль во всем теле ломила рассудок. Медленно шаркая ногами медицинской хирургической обуви, Оксана, открывая дверь, покинула операционную, вошла в реанимационное отделение. Входя в реанимационное отделение, Оксана заметила на входе дочь Тулеева, что ходила кругами у входа, потому что дальше служба безопасности больницы не пропускала её за закрытые стеклянные двери. Девушка с обеспокоенным видом, кругами от стенки к стенке ходила, её руки тряслись, эмоции были на грани предела, выражение лица словно предшествовало страх.

— Оксана Владимировна! — заметила она Оксану у выхода из операционной и встала за закрытыми дверями, продолжая пристально смотреть — Как мой отец, с ним все хорошо?

— С ним — ухмыльнулась Оксана, открывая стеклянные закрытые двери, специально выказывая интригу перед этой девушкой — Всё будет хорошо, операция прошла отлично, без последствий

— Когда я смогу его увидеть? — испытывая переживания, спросила Тулеева, обращаясь к Оксане, словно светилась в улыбке

— Думаю, сутки его продержат в палате интенсивной терапии — ответила Оксана, закрывая за собой дверь предоперационной — После переведут в общую палату

— Спасибо вам Оксана Владимировна — подошла она к Оксане, медленно взялась за кисти её уставших рук — Как я могу вас отблагодарить?

— Думаю заботой — ответила унылым изнемогающим бессилием голосом Оксана — О вашем отце будет достаточно

— Но…..

— Извините мне нужно идти — возразила Оксана, прошла по коридору мимо Тулеевой, оставляя девушку одну в ожидании

— Спасибо — громко и выразительно крикнула Тулеева, за спиной у Оксаны, заставив её вздрогнуть

«М…. блядь еще одна банальная никому не нужная реплика, пожалуй, мне теперь следует хорошенько выспаться», снимая перчатки с рук, Оксана, проходя мимо урны, кинула их туда.

За окнами вестибюля, когда Оксана спускалась по лестнице на первый этаж, уже наступила густая пелена ночи, не позволяющая видеть ничего того, что творилась за пределами стёкол пластиковых окон, несколько часовая операция быстро сократила день. В фойе больничного здания почти никого не было, лишь парочка медсестёр вошла в коридор, ведущий к кафетерию. Был слышен каждый звук за закрытыми стеклами холла больничного здания, в котором продолжал все еще гореть свет, шорох подошвы хирургической обуви Оксаны, стук женских каблуков медсестер, а так же разговорная женская речь из отделения стационара на втором этаже. Высокие домашние растения типа фикуса и домашней пальмы украшали диковинку этого места, на фоне белого мраморного пола, массивной лестницы, ступеньки которой были выполнены из белого мрамора и большого количество железных больничных скамеек зоны ожидания напротив регистратуры.

Спустившись в пустой холл больничного здания, Оксана прошла по диагонали, пересекая его площадь в пустой коридор на первом этаже, что вел в служебное помещение медицинского персонала. Ноги словно казались ватными, тело изнывало в бессилии, словно требовало отдыха, кожа словно жаждала попасть под покров струи теплого душа в густой пелены пара и его чудодейственного влияния. Входя в темный коридор, где единственным светом было освещение фонарного стола, освещения периметра больничного здания, по голубым стенам и побелки гуляли тенистые оттенки теней голых веток тополя, что вырисовывал страсть танго, попав под поток порыва ветра, колебля их без устали. Медленно переступая с ноги на ногу, касаясь коготками холодных стен этого коридора, Оксана направилась по нему, в пелену густого покрова ночи окутавшей по всей его протяженности.

 

***

Открывая медленно дверь служебного помещения, поворачивая ручку в форме шара кончиками пальцев, Оксана медленно толкнула её от себя. В комнате был полностью выключен, светлишь блеклый свет фонарного столба уличного освещения, прорисовывал золотистую дорожку на полу линолеума помещения. Воздух был пропитан ароматом кофе и сладостью чая с каркаде, запахом смешанной палитры женского парфюма. Медленно переступая порог открытой двери, Оксана легкостью касания пальцев провела пальцами по клавише выключателя, включая свет люминесцентных ламп на потолке. Их яркий свет тут же осветил комнату, вынуждая Оксану чуть прищурить глаза, закрывая тут же за собой дверь, облокотилась на неё спиной.

— И давно она? — ухмыльнулась Оксана, облокотившись, спиной на дверь, заметив Валентину на диване, что придремала рядом с Аришкой

— Оксана Владимировна — сонным голосом промурлыкала рыжеволосая девица, протирая пальцами лицо, прищурила голубые глаза, смотрела сквозь пальцы на Оксану — Вы уже закончили с Тулеевым?

— Всё прошло хорошо — заверила Оксана, не спеша отошла от двери — Его уже разместили наверно в палате интенсивной терапии

— Господи вы выглядите сильно уставшей

— Зато ты отдохнувшей — возразила недовольно Оксана, глядя на рыжеволосую девушку с сонным видом, что села на диване — Аришка давно уснула

— Наверно с час назад — ответила Валентина, прикрывая своё оголенное плечо белым халатом, оторвала голову от подушки, опираясь на локти села на диване — Я могу разбудить её

— Не надо — не согласилась с таким предложением Оксана, снимая белый, плотный медицинский колпак с головы, помотав головой, так чтобы пряди роскошных золотистых волос водопадом начали падать вниз, придавая объём — Пускай спит, пойду приму душ и тоже тут вздремну

— Я могу составить вам компанию? — предложение Валентины, в сознании Оксаны пустила бурный сексуальный импульс неудержимого влечения

«Эта сука решила после всего этого подлизаться ко мне, неужели она подумала, что я как-то низкая блядь», уставшим взглядом лазурных, топазных глаз, посмотрела Оксана на рыжеволосую девушку, что сидела рядом со спящей Аришкой на диване.

— Как бы не было соблазнительно для меня твоё предложение — прошла по комнате Оксана, кинув белый колпак на кофейный столик рядом с диваном — Смею его отклонить — возразила она, медленно кончиками пальцев взявшись за кончик плотной хирургической рубашки, стала оголять своё тело

— Очень жаль — отчаявшись, нахмурила губки рыжеволосая девица медленно, опустила ногу с дивана — Я бы могла бы составить вам приятную компанию

— Я как-нибудь обойдусь — предаваясь улыбке на своём лице, ответила Оксана, скинув хирургическую рубаху вольно на пол в комнате, служебного помещения

— Как знаете — опустив голову, тихо ответила Валентина

— Вот именно — подходя к шкафчикам с одеждой, ухмыльнулась унылой улыбкой Оксана, касаясь пальцами пластиковой ручки дверцы — Я так сегодня устала — кончиками коготков она вцепилась в хирургические зеленые штаны, виляя бёдрами, подобно змее в танце, сняла с себя штаны, оставляя их и обувь лежать на полу

— Завтра у вас суд…..

«О… блядь опять она об этом», подумала Оксана, сморщив губки от недовольства, оставаясь в красном кружевном белье, взяла с полки отрытой дверцы шкафчика белое махровое полотенце.

— Я не хочу об этом говорить — возразила Оксана, повесив полотенце на дверцу шкафчика — Уж, по крайней мере, когда я так устала — завела она руки, за спину касаясь кончиками пальцев застёжки красного кружевного бюстгальтера

— Вам нужно срочно лечь отдохнуть

— Именно это — расстегивая застежку красного кружевного бюстгальтера согласилась Оксана, ослабляя давление на грудь — Я и собираюсь сделать после душа прямо здесь — возбуждаясь легкостью порывая от того как нежные мягкие подушечки лифчика отодвинулись от её сосков

— Что прямо тут? — удивилась Валентина, расположившись сидя на диване, подогнула под себя ноги, облокотившись на его мягкую спинку

— Ну не стану я будить ребенка только ради того — шепотом говорила Оксана, позволяя лямкам бюстгальтера зависнуть на кончиках пальцев — Чтобы нам просто пойти домой — повесила она его дверцу открытого шкафчика, взяла с полки сложенное белое полотенце

— Да согласна с вами — таким же потом ответила Валентина, укрывая ребенка пледом на диване, продолжая сидеть с ней рядом

— Я пока что — обворачивая себя белым полотенцем, заверила Оксана, оставляя надетым на себе красные кружевные трусики

— Ой, да что я там не видела — застенчиво улыбнулась Валентина, обращая внимание на то, как Оксана не захотела перед ней полностью раздеться

— Ты, может быть, и видела — одевая на ноги, черные туфли, что стояли рядом со шкафчиком, заявила Оксана — Но теперь больше не увидишь — гордо заявила она, касаясь кончиками пальцев резинки красных кружевных трусиков

— Но ведь наши с вами отношения……

— Да моя дорогая — с усмешкой полного злорадства заявила Оксана, виляя шикарной красотой упругих бёдер, начала медленно их снимать, обольщая нежному трению соприкосновения приятного материала с её кожей — Ты всё правильно поняла, они окончены — перешагивая через лежащие на полу трусики ухмыльнулась в шикарной улыбке она

— Но почему? — нахмурила от обиды рыжеволосая девица, опуская взгляд на собственные колени

— Потому что у тебя есть парень — мило улыбаясь, ответила Оксана, взяв в руки флакон и мочалку, стукая едва слышно каблуками черных туфель по линолеуму, направилась к закрытой двери душевых помещений — И я не собираюсь вставать между вами

— Но вы ведь……

— Конечно я ведь — ухмыльнулась Оксана, касаясь кончиками пальцев пластиковой дверной ручки, медленно нажала на неё, открывая дверь вовнутрь

«Хотя может и дать может, стоит дать ей шанс», раздумывала Оксана, открывая медленно дверь, обернув возбужденный взгляд в сторону рыжеволосой девушки, что сидела на диване рядом со спящей Аришкой.

— Я буду в душе — перешагивая через высокий порог открытой двери, кокетливо вильнула упругой прелестью ягодиц — Если вдруг захочешь……

Включая медленно щелчком выключателя свет в душевых помещения, Оксана тут же закрыла за собой дверь, не желая дальше продолжать свою реплику. В воздухе пахло цитрусовыми ароматами женского геля для душа, на полу белого кафеля на который Оксана наступила высокими каблуками черных туфель, все еще оставались десятки тысяч мелких капель воды. Сама атмосфера была прохладной и будоражила легким бодрящим холодом, заставляя эмоции Оксаны бодрствовать. Виляя бёдрами Оксана, звонко стукая каблуками, Оксана прошла по душевым, касаясь пальцами свободной руки завернутого кончика полотенца, произвольно разворачивая его, позволяя упасть ему на умывальник, на котором стоял тюбик алой помады.

Толкая кончиками пальцев мокрую, пропитанную каплями воды пластиковую дверку душевой кабинки, Оксана, перешагивая её высокий порог, сгибая ногу в колено, выражая особую эластичность ягодиц, вошла в неё. Поставив флакон и мочалку на полку, Оксана медленно стала настраивать воду в душе, поворачивая обеими руками воду в душе. Бурный льющий поток миллионов капель волы стал омывать обнаженное тело Оксаны, как только она, настроив его до нужной температуры встав под него, запрокинула голову, выставив бёдра, выгнула спину. Покачивая медленно, Оксана обтирала ладонью руки своё тело, обольщаясь чарующей силе воды омывающей её тело с головы до ног. Звонко стукая каблуками черных туфель по белому кафелю, Оксана, стоя запрокинув голову закрывая медленно глаза, была поражена искушению потока теплой воды, в атмосфере скопившейся плотной пелены пара.

Не обращая даже внимания как дверь кабинки, в которой мылась Оксана, тихо открылась за её спиной, пуская легкий шлейф холодка, она продолжила стоять, запрокинув голову под поток воды. Нежность приятных женских рук неожиданно обхватила груди Оксаны, вынуждая её от неожиданности раскрыть голубую лазурную прелесть глаз и раскрыв алые губы в шикарном извращенном изгибе, вызывающий похоть и желание. Прикосновение настойчивых женских хрупких пальчиков, сжимали словно в оковах груди Оксаны, от чего она обернув возбужденный взгляд оставляя алые, мокрые от воды капель душа, губы открытыми, заметив прижимающуюся к её спине обнаженное тело Валентины.

— Я так и знала, что ты придёшь — изумилась в шикарной красоте улыбки Оксана, позволяя пальцам рыжеволосой девицы ласкать свой бюст

— Я просто не могу быть без вас — прошептала пленительной лаской шепота под ухо Оксане, после чего рыжеволосая бестия, немного ослабила давление на её грудь

— А тебя и никто не просит — повернулась Оксана к своей искусительнице, позволяя приятной нежности её ладоней лечь на свои выставленные ягодицы, впадая в объятия рыжеволосой девушки

— Вы позволите? — вежливо обратилась Валентина, словно чувствуя за собой вину, раскрыла губы рядом с губами Оксаны

— А что я должна тебе всё позволять — выдыхая со стоном горячий поток воздуха прямо в раскрытые губы, ответила Оксана, ощущая нежность теплых рук рыжеволосой девушки на своих ягодицах и спине — По-моему, ты должна это брать, пока есть у тебя такая возможность

— И я не хочу её упускать — изнывая в стонах, простонала Валентина в раскрытые алые губы Оксаны, была вне себя от нетерпения желания поддаться искушению порочной любви

— А тебя разве кто-то просит это упускать — спросила Оксана, чаруя нежностью жаждущей нотой голоса, раскрывая шикарным изгибом алые губы перед рыжеволосой бестией

Покров будоражащих капель воды, покрывал тело Оксаны и Валентины, когда они находились в густой плене скопившегося пара в замкнутом пространстве душевой кабинки. Учащенное дыхание жаждущим трепетом выдавало сексуальное порочное влечение Оксаны, которое она своими чарами пыталась добиться от рыжеволосой девицы, находясь в её объятиях. Девушка с огненно-ярким, цветом волос, не удержалась изнемогающего стона Оксана, жадностью порочной любви слилась с её губами, проявляя настойчивость, тут же влезла к ней в рот, своим языком, облизывая при этом жадно жаркие, пылающие огнем сексуального желания губы губами. Нагло обивая пальцами ягодицы Оксаны, рыжеволосая бестия, наступая, вынудила Оксану отойти на шаг от покрова воды покрывающий их тела воды, упираясь ягодицами в покрытую слоем капель пластиковую стенку душевой кабинки.

Сладость слюны, рыжеволосой девицы, что так ласково облизывала её язык, смачно искушая жаркие губы нежностью скольжения, завораживало сознание Оксаны настойчивостью со стороны своей партнерши. Каждое прикосновение рук Валентины, её близость, даже порыв возбужденного дыхания вызывало у Оксаны жажду неконтролируемого порочного соблазна, которое она излучала стонами в рот рыжей бестии. Все в этом страстном сексуальном ритме эротического искушения требовало отдаться Оксаны в руки девушке с огненным цветом волос.

— Ах…. — простонала Оксана, отрываясь от губ Валентины, жадно глотая ртом скопившейся пар в душевой кабинке — М…..

Промурлыкала Оксана, прикусывая жадно от искушения порока, краешек губы, когда рыжеволосая девица обвила руками её бёдра, вынудила повернуться к ней спиной, опираясь ладонями на мокрую стенку душевой кабинки, выгнув при этом спину. Прижимаясь грудью к мокрой стенке душевой кабинки, Оксана сгорала от нетерпения вкусить нежность от своей обольстительницы, выражая порочное желание легкостью постанывания трепетного дыхания.

— Ты явно знаешь, чего хочешь — нежностью пленительного голоса выразила Оксана своё восхищение на акт настойчивости Валентины, чуть повернув возбужденный взгляд в её сторону

— Хочу доставить вам удовольствие — такой же обворожительной лаской голоса ответила Валентина, взяв в одну руку флакон геля, в другую мочалку — Расслабьтесь Оксана Владимировна, я буду с вами очень нежной

Наполняя мочалку струей геля, рыжеволосая девица допустила так, чтобы часть завораживающей холодом касания просочилась с мочалки прямо на попку Оксаны. Холод обжигающего скольжения геля, лаской сказочного трения скользил по горячей ноющей клеточке попке Оксаны, что жадно требовала искушения. Пенистая мочалка смачно насыщенная гелем коснулась жаркой кожи бёдер Оксаны, с которых стекали сотни мельчайших капель воды, вызывая легкую дрожь, что словно волной импульса пробежала по всему телу. Поставив флакон с гелем на полку в душевой кабинке, Валентина присела на колени между расставленных порознь ног Оксаны, касаясь поверхностью жаркой ладони её живота пока другой рукой сжав мочалки силой пальцев, выдавила смачный сгусток пены на её ягодицы.

— М…… как я долго этого ждала — пылая ритмом сексуального желания, простонала Оксана, ощущая промеж ног как сидела перед ней на коленях Валентина — Ты даже не представляешь, как я сильно ах…..

Простонала Оксана, ощущая всю тонкость ощущения, от неожиданности того как рыжеволосая девушка положив жаркую пылающую ладонь к ней на живот поразительно нежно поцеловала в её возбужденные половые губы. Рыжеволосая девица начала водить круговыми движениями мочалкой по выставленным ягодицам Оксаны, настойчиво при этом, касаясь кончиком языка её влагалища, прикосновение которое вызывало неудержимую страсть и волну сексуальных эмоций. Кончиком коготка свободной руки Валентина коснулась клитора Оксаны, жадно проводя по нему всей поверхностью языка, пропитанной холодом смачной слюны. Вся колкость такого ощущения вызывало в Оксане бурную реакцию, всплеска сексуальных эмоций, от чего она еще сильней вжалась в стенку душевой кабинки, царапая нежно коготками по её гладкой поверхности. Выставляя ягодицы в объятиях жарких рук Валентины, под покров омываемой с душа воды, Оксана почувствовала прикосновение подушечек двух пальцев к своим половым губам. Огонь, терзающий сознание Оксаны, бездной сексуальных ощущений, заставил её простонать, желая каждой клеточкой нежного проникновения этих женских пальцев в себя.

— Тише-тише Оксана Владимировна — уверяла Валентина, обвивая ягодицы Оксаны, прислонилась к ним щекой, жарким касанием губ поцеловала её эластичную кожу — Это всего лишь пальцы, вам нечего бояться

— Вот и я так думаю

Прикусывая краешек губы, нежностью возбужденного голоса простонала Оксана, раскрыв шикарным изгибом губы, отражая в их форме желания поддаться искушению.

— Что это всего лишь пальцы

«Давай всунь же их скорее, блядь, что ты меня изводишь», думала Оксана, чувствуя подушечки прикоснувшихся пальцев Валентины к губам влагалища.

— Если хотите я могу убрать — удивилась Валентина, как трепетно задыхаясь в стонах, извивалась, играя попкой перед ней Оксана

— Даже не вздумай — прошипела Оксана, обольщаясь нежности их чарующего прикосновения

— Я предоставляю вам выбор

— По-моему я уже сделала его — ухмыльнулась Оксана, повернувшись взглядом возбужденных глаз к девушке, что сидела под ней на коленях, между её раздвинутых ног — Или ты его не поняла?

— Вы уверены, что вы этого хотите?

— Да…. — проурчала Оксана, озабоченной кошкой процарапав коготками по стенке душевой кабинки, когда их тела омывал поток теплой воды, сама пыталась попкой навести пальцы Валентины в нужное направление — Я этого жажду…..

Выгибая спину, Оксана почувствовала, как Валентина встала с колен за её спиной, покрывая тело смачными сгустками пены, что сочились пучками с мочалки прямо на кожу. Отпустив мочалку на пол, Валентина повела жаром пропитанную ладонью по ребрам Оксаны, трение пальцев, о кожу которого завораживала, предвкушая моментом эротической страсти. Каждая клеточка тела Оксаны просто кипела неудержимой силой влечения порочной любви, сознание взрывалось в ритме импульсов поступающих в её мозг.

— Простите Оксана Владимировна — едва касаясь коготкам изгиба начала груди Оксаны, прошептала под ухо Валентина, наклонившись к её телу

— Интересно за что? — ухмыльнулась Оксана, обольщаясь нежности такого шепота, чувствуя как пальцы другой руки рыжеволосой бестии, коготками лишь проникли промеж горячих возбужденных стенок влагалища — Ты ведь ничего не сделала

— Это вам так только кажется — злорадно улыбнулась Валентина, схватившись за грудь Оксаны всей пятерней пальцев

Столь сильный неожиданный акт воздействия вызвал шок у Оксаны, к которому она первоначально не была готова, не давая опомниться, Валентина медленно ввела два пальца в её влагалища. Оксана от столь сильных ощущений не могла даже вздохнуть, чувствуя каждой стеночкой влагалища в себе, тонкие наглые пальчики Валентины и то, как пальцы другой руки сковали её бюст оковами крепкого сжатия. Запрокидывая голову, выгибая спину, Оксана держа губы раскрытыми и глаза открытыми посмотрела на свою рыжеволосую обольстительницу, что тут же не давая ей застонать слилась воедино губами в жарком поцелуе. Извиваясь в такте ритма движения пальцев Валентины в своём влагалище, Оксана чувствовала, как наглый язык, рыжей бестии, проник к ней в рот, покрывая нежностью слюны её язык. Жадно обсасывая губы Оксаны своими губами, Валентина неожиданно прекратила, высовывая пальцы из влагалища.

— Почему ты прекратила? — не переставая улыбаться, спросила Оксана, чувствуя себя на пике сексуальных эмоций — Я хочу, чтобы ты довершила начатое

— Нет! — твердостью голоса возразила Валентина

— Это почему еще нет?! — была удивлена Оксана, повернувшись к ней лицом

— Я хочу чтоб вы поняли — нагло заявила Валентина, открывая дверь душевой кабинки — Что мир не всегда будет крутиться вокруг вас, смеритесь

— Что?! — возмутилась такому поведения Оксана — Ты куда собралась? — схватила она тут же рыжеволосую девушку за запястье руки

— Туда где вашей власти нет — гордо заявила Валентина

— Я тебя совсем не узнаю?! — ужаснулась Оксана, отпуская руку Валентины, оказалась в полном замешательстве, совершенно не понимая её поведения — Ты сама пришла ко мне в душ, довела меня до такого состояния, что я не могу отказаться, а тут сдаёшь назад?

— Не сдаю — ухмыльнулась Валентина, перешагивая через высокий порог открытой двери — А просто уже ухожу от вас — закрыла она за собой дверку душевой кабинки

— Отлично — сморщив губки от переполняемого недовольства, оставаясь одной в душевой кабинки под покровом льющей воды с душа, схватилась тут же за флакон геля — Ну и катись отсюда сука ненормальная, считай, что ты уволена блядь! — громко прокричала она, швырнув флакон геля в закрывшуюся дверку

Ударившись о поверхность пластиковой закрытой двери, хрупкий сосуд стекла, в котором находился гель для душа, раскололся на десяток крупных осколков стекла, разбрызгав по всей кабинки своё содержимое. Потеки геля вместе с крупными густыми его пучками расползлись по всем стенкам душевой кабинки, покрывая тело Оксаны, своей изощренной будоражащей страсти тонкости аромата дамасской розы. Взвизгнув в момент хлопка стеклянного флакона о дверь, Оксана стиснула зубы, сильно испугавшись полетевших в неё осколков, от чего закрыла тут же глаза и забилась в угол, где её и окутала волна содержимого флакона. По коже Оксаны стекали пучки образовавшейся пены, оставляя на коже после смывания водой сахарный осадок липкости.

— Блядь заебись — прошипела недовольно Оксана, оказавшись одной в душевом помещении, встав под водопад льющей воды — Сука — недовольно посмотрела она, грязно ругаясь, когда наступила на осколки стекла, под ногами, лежавшие на кафельной плитке пола и от чего под воздействием каблука её туфель невольно захрустели стекла

«Эта дрянь все-таки бросила меня», поднимая лицо под струю льющуюся с душа воды, раздумывала Оксана, ощущая ужасную боль эмоциональной потери.

Закрывая вентили смесителя душа, Оксана медленно толкнула пальцами пластиковую дверь душевой кабинки, перешагивая аккуратно через её высокий порог. Звонко стукнув каблуками по кафельному полу, по которому уже образовался тонкий слой пены геля, с разбитого флакона. Медленно обворачивая полотенцем своё тело, по сочной коже которого стекали сладкие капли воды, Оксана придала свою грудь оковам полотенца. Вдыхая глубоко скопившейся в атмосфере воздух аромат, которого был пропитан чрезмерной прелестью экстракта розы, Оксана направилась к закрытой входной двери. Подходя к двери, Оксана провела кончиком коготка по выключателю, открывая тут же дверь, погружая душевую комнату в пучину мрака. Ощущая на себе, влияние прохлады после открывшейся двери Оксана вошла в комнату отдыха медицинского персонала.

Аришка сладко сопела, повернувшись к спинке дивана, не решаясь будить ребенка, Оксана прошла по пустой комнате. Валентины в ней уже не было, рыжеволосая девушка в спешке покинула помещение, оставив ребенка одного.

— Куда же эта рыжая блядь подевалась?

Грязно выругалась Оксана, проходя по комнате, находясь в которой было слышно даже дыхание Аришки во сне, медленно направляясь к шкафчикам, где была открыта дверца. Встав у дверцы открытого шкафчика, Оксана взяла с полки черные кружевные трусики, нагнувшись, стала надевать их на себя, поддаваясь приступу ярости и чувства потерянности и отторжения. Испытывая колоссальную злобу, Оксана медленно надела на себя трусики, пытаясь не разбудить ребенка, что спал на диване в комнате медицинского персонала.

Дверь комнаты тихо открылась, когда Оксана взяла с полки черный кружевной бюстгальтер смутилась вошедших людей. Два офицера полиции и майор ФСБ Алексеев, что медленно вошел в комнату, переступая её порог. Оксана, держа на кончиках пальцев черный кружевной бюстгальтер, тут же отступила на шаг, чувства уже чувство тревоги и беспокойство в душе.

— Орлова Оксана Владимировна вы арестованы — гордо объявил, держа в руках какую-то бумагу с печатью и подписью — Вот ордер судьи на ваш арест завтра будет суд

— Да, но в чем меня обвиняют? — покусывая от волнения губу, Оксана медленно отошла к окну — Я ведь ничего не сделала, а то, что суд будет завтра, так я на него и так явлюсь

— Вы покидали приделы деревни — стал перечислять Алексеев, проходя по комнате, когда два сопровождающих его офицера полиции остались стоять за закрытой дверью — Проводили незаконное расследование в доме Андрея Михайловича Тулеева, не имея для этого каких-либо убедительных основания

— Но у меня тут дочь — тихо прошептала Оксана, чувствуя беспокойство, чтобы не травмировать ребенка, что спал на диване, медленно держа бюстгальтер на кончиках пальцев, направилась к дивану — Я не могу её тут оставить

— О ней уже позаботятся — уверенно заявил Алексеев

— Кто?! — обеспокоенно спросила Оксана, встав у дивана, на котором спала Аришка

— Уверяю господа офицеры — услышала Оксана голос Радионовой, что вошла в эту комнату — А так же майор Алексеев, давайте не будем пугать мать моего ребенка

Женщина блондинка, что вошла в эту комнату была одета в белое пальто, с шикарным воротником из меха песца. Палитра изумительного вкуса «L`Eau par Kenzo Homme», сразу же насытила воздух в комнате утонченностью оттенка лотоса, чудесной силы запаха водяного перца, а так же непревзойденной силы аромат апельсинового юза. Черно-белые туфли на высоком каблуке, великолепно сочетались с черными чулками, что обволакивали её стройные ноги, придавая изощренную сексуальность образу этой женщины.

— Мама — открывая глаза, проснулась Аришка, напугалась присутствия офицеров полиции в комнате, прижалась спиной к Оксане, подогнув под себя ноги в колени — Что происходит, кто все эти люди?

«Блядь ну пиздец, узнаю, кто прислал сюда эту сука, сама лично уничтожу», подумала Оксана, обвивая руками ребенка, что прижалась к ней, впадая в её объятия.

— Ты как тут оказалась? — прошипела на Радионову, Оксана, обвивая руками тело ребенка

— Пришла чтобы отобрать у тебя Аришку — ухмыльнулась Радионова, подходя медленно к дивану, изображая на губах саркастическую улыбку — Тебя ведь все равно арестовывают, надеюсь, посадят надолго в то время когда я смогу восстановить свои права, на свою…..

— Не надо это говорить!!! — прокричала в ярости Оксана, прижимая к себе Аришку — Ты хоть представляешь, чего мне стоило выходить её, ты лживая сука, ты даже не представляешь, до какого состояния ты довела ребенка

— Мама что это все значит?! — взволнованно спросила девочка, подняв детский обеспокоенный взгляд на Оксану, в её невинных прекрасных глазках начали наворачиваться капельки слёз, душевной обиды и сопереживания — Тебя что арестовывают?

— Орлова одевайтесь, мы подождём за дверью — предупредил Алексеев, покидая комнату, закрывая за собой дверь

— Нет, стойте! — неожиданно переменилась во мнении Радионова, заметив оскал на лице Оксаны, что внушил в эту женщину страх — Вы не могли бы отобрать у неё ребенка?

— Что у самой кишка тонка? — прошипела на неё Оксана, прижимая к себе ребенка — Ты никогда не получишь Аришку, ты никогда не будешь для неё той, кем она меня считает!!! — громко выкрикнула она, наблюдая с опаской как два офицера полиции, направилась к дивану, на котором они сидели

— Орлова успокойтесь — предупредил Алексеев, оставаясь стоять в стороне — Отдайте ребенка, не оказывайте сопротивления полиции, это только всё усложнит

— Нет! — твердостью голоса заявила Оксана, смотрела недовольно, как два офицера полиции подошли к дивану — Что нападёте на незащитную женщину

— Заберите у неё ребенка — забеспокоилась Радионова, обращаясь к офицерам полиции — Она ненормальная вы, что не видите

— Я просто…… — хотела возразить Оксана, как один из офицеров крепко заломил ей руку, вынуждая отпустить Аришку — Ай……!!! — вскрикнула она от резкой боли

— Забирайте у неё ребенка скорее — распорядился Алексеев, обращаясь к Радионовой

— Мама! — закричала, испугавшись Аришка прижавшись к телу Оксану, что сковал офицер полиции, держа её руки за спиной — Мама нет-нет я не хочу — слезно просила девочка, когда в спешке Радионова взяла девочку на руки, так что сапожек что был на её ножке, упал на пол

— Вы не имеет права! — прокричала Оксана, ощущая скованность, когда офицер полиции, что держал её руки у неё спиной, надевая на них браслеты

Полотенце, что было на Оксане, легонько развернулось, обнажая её тело, но все-таки зависло на груди, скрывая её прелестную сочную форму. Радионова под стук каблуков по линолеуму комнаты быстро покинула комнату, держа плачущего ребенка на руках.

— Мама! — крикнул слезно ребенок, когда Радионова несла её на руках, лицо девочки было всё в слезах и бурной истерики, девочка пыталась выставить руку, пытаясь за что-то схватиться, но безуспешно — Мама-мама-ма…..!!! издавался еще некоторое время детский крик из больничного коридора

— Господи дайте ей свою куртку офицер — распорядился Алексеев

— Ну, сука ты за это заплатишь! — прокричала Оксана вслед покинувшей комнату Радионовой, оставаясь сидеть на диване поджав под себя ноги, крик Аришки тронул до глубины души её чувства, вызывая ужасную эмоциональную боль утраты — Я заставлю тебя за это ответить

— Успокойтесь Орлова — возразил Алексеев, снимая с себя черную куртку, поскольку ни один из офицеров не стал выполнять его приказ — Эта угроза учтется в суде

— Да в чем хотя бы меня обвиняют? — не желая его слушать, спросила Оксана, когда мужчина, майор ФСБ, встал сзади и надел на её плечи свою куртку

— Я забираю подозреваемую под свою ответственность — заявил Нечаев, когда вошёл в комнату держа в руке документ, похожий на предписание судьи — Немедленно снимите с неё браслеты

— По какому праву?! — возмутился Алексеев

— По такому — проходя по комнате Нечаев, передал бумагу майору из ФСБ — Теперь вы все можете

— Хм…. что же — повел недовольно челюстью Алексеев, читая врученную ему бумагу — Чуть-чуть не успел — передал он ключ от наручников в руки Нечаеву

— Оксана Владимировна с вами всё нормально? — взволнованно спросил Нечаев

— Вы видели эту женщину, что вышла отсюда с моей дочерью на руках? — первое, что спросила Оксана, когда Нечаев расстегивал браслеты на её руках

— Это Радионова Мария — ответил Нечаев, снимая с рук Оксаны браслеты

— Да мне похуй кто она — выкрикнула Оксана — Задержите её немедленно

— Вы же понимаете, господин Нечаев — передавая в руки Нечаеву документ, говорил Алексеев, выражая хитрую усмешку — Что по этой бумаге вы обязаны доставить подозреваемую в участок

— Задержите Радионову! — не став слушать разговор эти мужчин прокричала Оксана — Вы, что блядь совсем нихуя не понимаете у неё моя дочь!

— Успокойтесь Орлова — упрекнул Нечаев, взяв в руки документ, что передал ему Алексеев — Вы под следствием, а Радионова биологическая мать вашей так называемой дочери

— Да эта блядь такая же мать — не соглашаясь с мнением Нечаева, встала с дивана Оксана — Как соседка, живущая за моим забором

— Успокойтесь Орлова — вновь возразил Нечаев — Мне приказано доставить вас в участок, вы проведет ночь там

— Заберите у неё мою дочь — не слушая его, прокричала Оксана

— У вас есть пять минут чтобы одеться — холодно ответил Нечаев — Я с майором Алексеевым подожду вас за дверью

— Вы же понимаете, я должен лично проследить, где будет находиться подозреваемая — уточнил Алексеев, направляясь к выходу из комнаты медицинского персонала

«Да он совсем охуел», сморщила губы Оксана, испытывая недовольство, подумала про Нечаева.

— Постарайтесь нас не задерживать Орлова — покидая комнату последним, предупредил Нечаев, остановился он, встав в проходе открытой двери — Поверьте, так будет лучше, если до суда вы будите под моей опекой

— Блядь, а не все ли равно теперь — продолжая грязно ругаться, выражала эмоции Оксана, скидывая с себя куртку Алексеева на пол, что произвольно упала на пол вслед за полотенцем

— О…… господи Орлова! — сделал вид, что смутился Нечаев, хотя в его ухмылке Оксана скорее увидела восхищение — Они, что не дали вам даже одеться

— Ой, как будто вас теперь это удивляет — повела губками Оксана, повернувшись спиной к Нечаеву, что стоял в проходе открытой двери, когда она взяла в руки черный кружевной бюстгальтер — Идите и найдите мне блядь эту Радионову

— Никто для вас не будет никого искать — не соглашаясь с таким утверждением, заявил Нечаев — У вас есть пять минут чтобы одеться или поедете в таком виде — словно восхищался он, как Оксана медленно сковала грудь в оковах черного кружевного бюстгальтера

— Нечаев — прошипела Оксана, смыкая застежкой бюстгальтера в оковах свою грудь, прошипела Оксана, повернувшись к нему лицом — Вы мне должны, вы ведь это помните, так ведь и под словом должны я думаю, вы понимаете о…….

— Орлова хватит! — смутился Нечаев быстро вошел обратно в комнату, где находилась Оксана

— Постойте — возразил Алексеев не давая закрыть, перед своим лицом, дверь в комнату, что держал Нечаев — О чем она говорит? — обратился он к Нечаеву

— Не о чем — тут же закрыл он дверь перед носом майора ФСБ — Орлова вы вообще представляете, что вы сейчас делаете?

— Представляю

Садясь на колени рядом с диваном, тихо прошептала Оксана, склонив голову, взяла в руки сапожек, что упал с ножки Аришки, когда Радионова быстро подхватила её на руки.

— Но только имеет ли это теперь какой-нибудь смысл — чувствуя в душе пустоту после такой утраты, ответила Оксана, оставаясь сидеть на коленях держа в руке детский резиновый сапог

— Оксана Владимировна послушайте — медленно подошел Нечаев, коснувшись теплыми, пылающими жаром пальцев мужской руки, оголенного плеча Оксаны

— Кто-то меня сдал — вставая с колен, тихо произнесла Оксана, положив сапог ребенка обратно на пол — Вы ведь сюда не наугад пришли, вы шли уже намеренно, зная, что я буду именно тут, а знать, могли только те, кто находился в моём личном окружении

— О чем вы говорите Орлова? — не понимая пустых намёков, спросил Нечаев, когда Оксана отмахнула его руку со своего плеча

«Простите меня Оксана Владимировна», направляясь к дверце открытого шкафчика, Оксана никак не могла выбросить слова Валентины, что звучали в её голове.

— Кому надо было вас предавать?

— Ой, вот только не надо а? — возразила Оксана, снимая вешалку, что висела в шкафчике — Вы прекрасно знаете, о чем я

«Интересно за что, ты ведь ничего не сделала», продолжая прокручивать динамику разговора с Валентиной, в своей памяти, размышляла Оксана, снимая зимнее тепле черное платье с вешалки.

— И кого вы подозреваете? — поинтересовался Нечаев, медленно подходя к Оксане, встал за спиной, взял из её рук пустую вешалку, когда она сняла с неё платье

«Это вам только кажется», вспомнила Оксана картину одной фразы из последних слов Валентины, прежде чем она оставила её в душевой кабинке одну.

— Это была Львова

Тихо прошептала Оксана, одевая на себя черное вельветовое зимнее платье с ассиметричным подолом, прикосновение и нежность материала которого завораживало трением скольжением по бархатистой коже. Декольте v-образной формы у платья, открывало красоту всего объёма бюста Оксаны, скрывавшегося за его теплой приятной лаской тканью вельвета. Ассиметричный подол, которого открывал обзор шикарных стройных ног Оксаны, что являлось страшным сексуальным оружием склоняющих мужчин перед её властью обольщения. Длинные рукава, прекрасно скрывали хрупкие плечи, отлично прорисовывая пикантный силуэт её тела, скрывая кожу до самых кистей рук.

— Господи Оксана Владимировна! — удивился Нечаев, когда Оксана расправляла вельветовое платье на бёдрах, сковала эскиз шикарной талии поясом — Вы просто……

— Тш….

Обернулась Оксана к мужчине, что стоял за её спиной, положила руку на своё бедро, расставив ноги порознь, выказывая изящный очерк собственной фигуры.

— Скажите господин Нечаев — прислонила Оксана указательный палец к его жарким пылающим огнем желания губам — Ваши чувства ко мне всё так же пылают, как и тогда в доме сучки Романовых, когда между нами произошло? — спросила она, прошептав шепотом обольщения играя его желаниями себе на руку

— Мои чувства к вам…..

— Я знаю, господин Нечаев — возразила Оксана, не давая мужчине высказаться, вновь заткнула указательным пальцем, его губы — Я только хочу услышать да или нет

Раскрыла Оксана, перед самцом губы излучая горячий жар дыхания пленяя красотой безупречно лазурного голубого взгляда.

— Так что вы ответите? — спросила Оксана столь же сказочной нотой шепота, сковывая разум мужчины, что стоял перед ней, в пучине своих желаний

— Да…. — ответил Нечаев, словно как мальчишка поддался чарам обольщения Оксаны

— Тогда обещайте мне — поразительно нежно Оксана сглаживала голос, придавая ему особую эротичность аккорда — Что поможете мне вернуть мою дочь и тогда просите всё что пожелаете, я всё для вас выполню

— Есть один возможный путь…..

— Тогда используйте его — заверила Оксана, положив руки на крепкие широкие мужские плечи, прижалась к Нечаеву — Я хочу чтобы вы вернули мне мою дочь любыми способами, вопрос любых денег, не будет проблемой — прошептала она под ухо этому самцу, продолжая обольщать его лаской шепота сексуального влияния

— А я не о деньгах говорил — ответил Нечаев, положив руки на бёдра Оксаны, когда она так перед ним так эффектно выказывала, прижавшись к его могучему торсу

— Правда?! — повела губками Оксана, отрываясь от объятий мужчины, повернулась к нему спиной взяла с вешалки красный плащ — Тогда о чём? — спросила она, снимая одежду с вешалки

— Я хочу — взял он красный плащ из рук Оксаны, говорил Нечаев, когда она стояла к нему повернутой спиной — Чтобы вы стали моей

«Да он в конец охуел, хотя для того чтобы вернуть мне Аришку, я пойду на такую жертву», подумала Оксана позволяя этому мужчине надеть на себя красный плащ, раскрыв при этом шикарным изгибом губы, была поражена услышанным.

— Простите? — не поверила Оксана сразу такой наглости, расправляя пышные мокрые волосы, делая так, чтоб пучок влажных золотистых волос эффектным объемом посыпал её плечи — Но у вас же есть жени и двое детей насколько я понимаю

— Да, но это? — помедлил с ответом Нечаев — Это не мешает мне встречаться с вами

— Просто встречаться — ухмыльнулась Оксана, взяв с полки шкафчика свою кожаную белую сумочку, повесила её к себе на плечо — То есть всегда быть для вас готовым, вторым номером или заменой в случае чего, я так понимаю?

— Я не то хотел сказать — начал оправдываться Нечаев, когда Оксана, застегивая пуговицы надетого красного плаща, прошла мимо него, покачивая бёдрами

— Успокойтесь — заверила Оксана, обернувшись, встав посреди комнаты, положив руку на бедро, выказывая красоту своего тела — Моей дочери будет нужен достойный отец, а эта кандидатура пока что свободна и вам решать займёте ли вы её или нет

— Вы предоставляете мне выбор? — удивился Нечаев

— И думаю что не напрасно — ухмыльнулась Оксана, проследовав к закрытой входной двери служебного помещения, выказывая в каждом шаге шикарный изгиб своих бёдер

— Раз уж сама Оксана Владимировна такое говорит

Проследовал следом Нечаев к двери, которую открыла Оксана, проходя рядом с диваном, наклонился, чтобы поднять куртку майора Алексеева с пола, где она лежала.

— То, как я могу отказаться

— О чем это вы говорили? — поинтересовался Алексеев, обернувшись, стоя в больничном коридоре, когда Оксана, открыла перед ним дверь

— Отрабатывали стратегию защиты — съязвила Оксана, переступая через порог открытой двери, шикарным изгибом согнула ногу в колено — Мне ведь нужен все-таки адвокат

— Не думаю, что это хороший для вас будет выбор — возмутился Алексеев, кивая офицерам полиции, чтобы покинули больничный коридор

— Позвольте мне решать — возразила Оксана, проходя мимо этого человека, стукая звонко каблуками по бетонной плите пола

— Недолго вам остается решать — ухмыльнулся Алексеев, когда Оксана прошла мимо него, а следователь Нечаев выходя из служебного помещения, вручил ему в руки куртку

— Вы уже знаете, каким будет вердикт судьи? — не соглашаясь с таким утверждением, ответила Оксана, холодной интонацией голоса, не придавая никакого значения на такую усмешку, направилась по больничному коридору — Неужели все так плохо?

— Вас посадят Орлова! — твердил Алексеев, одевая на себя, куртку, направлялся следом за Оксаной по больничному коридору

— Если только у прокурора что будет вести это дело — возразил Нечаев, развеивая, таким образом, огласку наглого майора ФСБ — Окажется достаточно веских улик для этого

— Вы даже не представляете, каких веские улики, у нас собраны на Орлову

— Даже не представляю — рассмеялась злорадным смехом Оксана, проходя мимо пластиковых окон больничного коридора, взглянула на мглу необъятной деревенской ночи, что скрывалась за его стеклом — Как вы огорчитесь, когда меня не посадят

— Ну-ну мы еще посмотрим — спорил Алексеев, следуя за Оксаной по больничному коридору

— А смотреть тут нечего — с усмешкой возразила Оксана, входя в вестибюль больничного здания

Тишина этого помещения отдалась эхом звоном черных каблуков, туфель Оксаны, по всей его протяженной площади. За стеклами, пластиковых окон царствовала безудержно ночь, окутывая мглой всё, что находиться за пределами дальности света фонарного столба. Яркий свет светодиодных светильников на потолке, освещал вестибюль больничного здания, придавая приятную гармонию для глаз. Все что находилась за пределами холла, было погружено во тьму тени, где по голубым покрашенным стенам разгуливали тени голых, опустевших от листвы деревьев. Журчание пары увлажнителей воздуха разносили тихий шум вентиляторов в больничном фойе, сглаживали атмосферу посторонних запахов. На одной из железных скамеек, выполненных в виде ряда стульев, кто-то оставил розовый шелковый шарфик, а рядом была бумажка с надписью сотового телефона, что кончиком касалась его нежной шелковой материи.

— Если бы вы хотели — не согласилась Оксана с этим утверждением, подходя к главным входным дверям, где была открыта одна створка, рядом с которой, стояла женщина полицейский — Меня бы задержали уже давно, так в чем же причина такой спешности, а господин Алексеев?

— Должен признать Орлова, что знаю вас не так давно — встав у открытой двери рядом с женщиной в форме полиции, делая вид, что восхищался, с сарказмом подметил Алексеев — Но даже за этот промежуток времени, вы стоите того, чтобы вас навсегда изолировать от общества?

«Да он охуел в конец», ухмыльнулась Оксана коварной улыбкой, поправляя кончиками пальцев, обеих рук, воротник красного плаща, вошла в темный тамбур больничных дверей.

— Изолировать от общества? — рассмеялась озорным смехом Оксана, перешагивая через высокий порог, тамбура открытой двери, ощутила на себе теплоту воздуха обогревателей, что там работали, вильнула перед сзади идущими мужчинами, прелестью роскошных бёдер — Как громко сказано господин Алексеев!

— Майор?! — обратилась темноволосая женщина полицейский, что стояла у больничных главных дверей вестибюля, в которые вошла Оксана — Всё хорошо?

— Всё хорошо Ольга — ответил Нечаев, интонацией которой вызвал у Оксаны глубокий интерес, этот мужчина словно чего-то сильно смутился — Можете ехать домой, я сам доставлю Оксану Владимировну к участку

— Простите майор? — обратилась женщина полицейский к Нечаеву — Но вы уверены в этом?

Открывая медленно створку дверей, что вели на улицу, Оксана ощутила прохладу осени, что будоражащей волной холода ударила ей в лицо, охватывая необъятными руками воздуха её открытые ноги. Атмосфера была пропитана сыростью, как после прошедшего дождя, на проезжей части, куда падал свет, освещения фонарного столба, было несколько луж, а так же грязью вырисовывались следы шин протектора какой-то машины. У крыльца больничного здания стояли две белые полицейские иномарки и автомобиль УАЗ с надписью на передней двери ППС. Один из офицеров полиции, мужчина лет под сорок, ходил с рацией вокруг уазика, на которое поступило сообщение о дебоше, на одной из деревенских улиц.

Фары черного седана, что стоял в двадцати метрах от больничного крыльца, ярко зажглись, когда Оксана спускалась по ступенькам каменного крыльца. Медленно спускаясь по ступенькам крыльца, Оксана заметила как крыльцу здания больницы, по которому она спускалась, медленно подъехал автомобиль марки BMW, тихо урча двигателем под капотом, что светился искорками падающего на него свет с фонарного столба. Дверь с водительской стороны роскошного черного седана медленно открылась, когда оттуда плавно выгибая спину, вышла на улицу русая женщина, в которой Оксана узнала одного из адвокатов Романова, Алину, сестру которой она спасла.

— Орлова Оксана Владимировна — ухмыльнулась светловолосая женщина, что была одета в черное пальто, особой строгостью, подчеркивало пикантность тела этой женщины — Вот и мне представился шанс достойно вас отблагодарить, за спасение жизни моей сестры

— Алина так ведь? — указывая указательным пальцев на девушку, что вышла из машины, придавая серьезность выражения лица, спросила Оксана, делая вид, что забыла, как её зовут — Чем обязана такому высокому человеку?

— Садитесь в машину Оксана Владимировна — предложил Нечаев, тихо говоря, спускаясь следом по ступенькам крыльца, за Оксаной — Романов предложил вам своего адвоката, который уже не раз выигрывал в его пользу провальные дела

— Да — прикусывая краешек губы, смутилась Оксана, того как эта женщина на неё посмотрела, принимая во внимания прошедшую между ней связь — Я уже это поняла

— Прошу присаживайтесь — обошла она вокруг своей машины, открывая для Оксаны, что спустилась по ступенькам на тротуар проезжей части, медленно направляясь к автомобилю знойной блондинке, стукая по мокрому пропитанному сыростью асфальту каблуками черных туфель — Оксана Владимировна

— Даже так официально — подходя к машине этой женщины, Оксана изумилась в улыбке

— Только без глупостей Нечаев — предупредил суровым голосом Алексеев, подходя к машине полицейской службы — Вы головой отвечаете за подсудимую и обязаны доставить её в участок

— Я же сказал что доставлю — недовольно ответил Нечаев

— И без ваших фокусов — снова предупредил дотошный майор ФСБ

— Не обращайте на них внимания Оксана Владимировна — заверила женщина блондинка, что держала дверь, для Оксаны, с пассажирской стороны переднего сиденья открытой — Это у них такая манера общения сложилась

— Да я уже это поняла — состроив милую улыбка, влезла Оксана на передней сиденье, выгибая шикарным изгибом спину

— Вот и хорошо — ответила женщина адвокат, закрывая следом за Оксаной дверь

— Мы их немного обманем! — тихо прошептал Нечаев, открывая дверь с задней стороны, влезая на заднее сиденье

— В каком смысле? — удивилась Оксана, обернувшись, посмотрела, как следователь влез в салон теплого прогретого автомобиля

— Мы будем ждать уже около здания суда — ответил Нечаев, облокотившись на заднее сиденье, закрыл за собой дверь

Распознала Оксана, находясь в салоне автомобиля этой блондинки, изощренную палитру вкуса «Envy от Gucci», бесподобный шлейф аромата который манил к себе всё внимание. Тонкость уточенного запаха базовых нот сандал, дубовый мох, жасмин и кедр, сливались в удивительной гармонии вкуса фиалка, роза, ландыш. Верхние подобие нот этого бесподобного парфюма служили такие чарующие ноты как ананас, персиковый цвет, магнолия, белая фрезия и бесподобное сочетание бергамота. Обладательница столь сильного запаха, могла притянуть к себе внимание всех без исключения мужчин, вызывая при этом, дикую зависть у женщин.

— Но ведь майор Алексеев…… — хотела возразить Оксана, понимая каким суровым тоном голоса, произнес это майор ФСБ

— Майор ФСБ просто решил предотвратить царство Романовых в этой области — ответил Нечаев, располагаясь на заднем сиденье автомобиля, что плавно тронулся с места

— Естественно Романов это понимает — продолжила рассказывать белокурая женщина, плавно управляя автомобилем, выполнила разворот, сдавая плавно назад, направляя по проезжей части больничного дворика — И задействовал все связи, чтобы это предотвратить

— Только меня, зачем они в это дело втянули? — возмутилась Оксана, чуть прищурив глаза, когда автомобиль проезжал под ярким падающим светом от фонарного столба

— Вы устроили в деревне гонки, скрыли от правосудия веские улики, что могли помочь следствию, а так же учинили своё независимое расследование вопреки всем законам уголовного кодекса Российской Федерации — пояснила женщина адвокат, плавно выруливая автомобиль на деревенскую дорогу, покидая территорию больницы

— Я преследовала убийцу — не согласилась с таким утверждением Оксана, отчаянно вздохнула, надула губы, чувствуя душевную обиду

— Вы преследовали всего лишь подозреваемую — возразила белокурая женщина, плавно направляя автомобиль вдоль дороги, освещаемой фонарными столбами деревенских улицы — А это как вы понимаете, очень весомый аргумент

— И хватит после того что между нами было ко мне на вы — смутилась Оксана, посмотрев беглым взглядом в зеркало заднего вида, заметив как удивился Нечаев после сказанного ею

— Постойте так вы друг друга……

— Ну не то чтобы хорошо — ухмыльнулась Оксана, видя как женщина, что была за рулем, смутилась от её слов — Так всего раз

— Оксана Владимировна…… — сгорала, словно от стыда белокурая женщина

— Да ладно — рассмеялась Оксана, шикарно раскрывая форму алых губ — Я думаю, господин Нечаев не будет вас ведь ревновать ко мне?

— Вы что вместе? — удивилась она, обращаясь к Нечаеву, странно посмотрев на Оксану

— Ну, формально еще пока нет — прикусывая краешек губы, ответила Оксана, положив ногу на ногу, выказывая прелесть упругих бёдер перед мужчиной, что сидел на заднем сиденье — Но в планах ведь есть, так ведь господин Нечаев?

— Не отрицаю Орлова — неопределенно ответил Нечаев

— Это он просто стесняется — прикусывая соблазнительно нижнюю губу, Оксана посмотрела на Нечаева

— Предлагаю лучше обсудить защиту вашу в суде — быстро переменила тему белокурая женщина, сворачивая на перекрестке налево, направляя свой автомобиль вдоль по темной деревенской улице

  • ШОРОХИ / Скоробогатов Иннокентий
  • Первый снег (Рина Кайола) / Лонгмоб "Истории под новогодней ёлкой" / Капелька
  • Ночь пахнет лимоном... / Круги на воде / П. Фрагорийский (Птицелов)
  • Описание героев, обстановки и действий. / Мои перлы / Mushka
  • В тот день, когда шел дождь... / Кароль Елена
  • Анекдоты"!!!! / Улыбчивый Цезарь (Сборник Анекдотов) / Зиятдинова Валерия
  • Только ветер треплет гриву / Ветер в гриве / Kalip
  • Мой край степной / Путь лежит очарованный... / Елена Абрамова
  • Удаление / Солнце под пальцами / Анна
  • "Талант скрипача" / Билли Фокс
  • Нас побеждает безысходность... Из цикла "Рубайат". / Фурсин Олег

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль