Глава 8. Часть 4 / Искушение страстью - "Превратности любви" / Песегов Вадим
 

Глава 8. Часть 4

0.00
 
Глава 8. Часть 4

Яркие лучи восходящего солнца, пробивались через большое стекло, пластикового закрытого окна в комнате, озаряя обстановку светлых предметов в комнате и ослепительно белых, цвета молока, обоев настенных покрытия стен, неистовым блеском. В воздухе душной спертой атмосферой, царила сокрушительная сила перегара, парфюма, пота тел. Такой букет разящих ароматов вынудил Оксану проснуться с ужасной головной болью от похмелья. Очнувшись на смятой постели, в объятиях крепкого мужчины, что тяжелым уставшим дыханием дышал ей в ухо, Оксана прижималась к его могучему телу лежа спиной на подушках, с согнутыми в колени, раздвинутыми ногами. Вялый член мужчины, покрытый высохшей вязкой спермой, находился у влагалища Оксаны, головка которого лишь маленьким кончиком касалась холодом пропитанных половых губ. Согревая могучим телом, темноволосый мужчина, уткнувшись лицом в подушку, едва слышно храпел, держась одной большой ладонью за сочную грудь Оксаны, которую он ночью не смог полностью обхватить. Другой ладонью сохранившей чарующее тепло, обхватил ягодицы Оксаны, словно большим щитом закрыл её тело от утренней прохлады в комнате.

Не открывая глаза, Оксана наслаждалась нежностью тепла от тела мужчины, продолжала лежать под ним, повернувшись к нему лицом, издала легкий сексуальный стон, прямо ему в ухо. Таким стоном, разбудила в мужчине дикие сексуальные эмоции во время сна, от чего его пенис, стал неожиданно крепнуть и увеличиваться в размерах. Горячая головка члена находилась возле влагалища Оксаны, от чего она, раскрыв рот, стараясь не издать ни звука, полностью открыв глаза, была шокирована тем, как ловко она вошла возбуждающим трением промеж половых губ. Оставаясь с раскрытым ртом и открытыми лазурными голубыми глазами, Оксана, стараясь не шевелиться, чтоб не разбудить самца, горячий пульсирующий возбуждающими движениями член, что она чувствовала каждой сухой стеночкой влагалища. Положив ладони рук на теплую, смятую простынь под собой, Оксана попыталась оттолкнуться, чтобы выползти из-под тела этого мужчины.

«Только бы его не разбудить, блядь как же больно у меня там уже все сухо, о…. нет-нет-нет, спи, прошу, не просыпайся, нет!!!», прикусывая от волнения краешек губы, испугавшись, подумала Оксана.

С большим трудом, держась за мощные руки этого мужчины, что внезапно стали сжимать наволочку белой подушки, на которой лежала Оксана, чуть сползла члена мужчины, оставляя лишь головку внутри себя, что пульсируя от возбуждения, растягивала сухие стенки влагалища. Скрепя зубами и покусывая губу от жуткой боли внутри себя, Оксана не сдержалась, сквозь зубы простонала, от чего мужчина испытал сильное возбуждение и плавно сам ввел обратно член во влагалище. Оксана сладко застонала, чувствовала сухими стенками влагалища назойливое трение мужского крепостью наполненного члена. Внезапно, что рука была на ягодицах Оксаны, средний и указательный палец неожиданно очутился на её анусе. Мужчина явно спал или думал, что находится со своей женой, резко ввел два пальца в анус Оксане, от чего издавая сквозь зубы шипящие стоны, смотрела звериным оскалом на спящего мужчину, что занимался с ней сексом. Член рьяно входил во влагалище Оксаны, принуждая её стонать, извиваясь диким зверем под его телом. Грубые крупные пальцы раздирали анус жестоким трением анус, от которого Оксана с трудом сдерживалась, чтобы не закричать. Вскоре как будто все прекратилось, пальцы вышли из ануса, а мужской горячий сексуальной страстью член покинул покрытое влагой влагалище Оксаны, став постепенно вялым.

«Пиздец я его за это убью!», покусывая губы, испугалась Оксана, понимая, что это значит.

— Оксана Владимировна! — проснувшись, внезапно испугался мужчина, с вялого члена которого сочилась смачная струйкой белая тянущаяся капля на постель

— Ах… — вцепившись за его руки, Оксана испытала резкую жгучую боль в богатом изобилием влаги, стенках влагалища, выгнув спину и выставив грудь вперед

— Оксана Владимировна простите, я не знал, не понимаю, как это вышло, что я тут вообще делаю?

— Где, у меня во влагалище? — саркастично улыбаясь, спросила Оксана

— Я не понимаю

— Что вы не понимаете Александр Николаевич? — продолжая задавать риторические вопросы, спросила Оксана, очаровав самца выражением скул, что стоял, над её лежащим на подушках телом, на четвереньках — Как оказались утром в моем влагалище или как мы всю ночь занимались сексом?

— Простите Оксана Владимировна я был пьян возможно вчера

— Настолько что залезли ко мне под юбку?

— Я, правда, этого не помню

— Не важно — красивым, выражение улыбки безупречных алых губ улыбнулась Оксана, пожала плечами сидя на кровати, поджав под себя ноги — Вы мне должны

— Я что в вас…..

— Блядь! — прошипела, как змея Оксана, ощущая влажными стенками влагалища, как из него вытекала горячая сперма

— Простите Оксана Владимировна

— Простите! — изобразив ненависть и отчаяние на лице, произнесла дрожащим сдерживающим эмоции голосом Оксана — У меня блядь овуляция скора, а вы говорите, простите

— Я думал, что я с женой

«Пиздец, его счастье, что я знаю как легко и просто устранить эту оплошность, за это он просто обязан выслушать от меня очередной порыв истерики», злорадно улыбаясь, Оксана отразила в зеркале, висевшем на стене милое очертание скул.

— И часто вы так думаете? — раздраженно спросила Оксана, сидя в маленькой луже спермы на постели — Я что блядь, по-вашему, дешевая шлюха?! — испугала она его своими громки криком

— Нет, да с чего вы такое взяли! — дернулся резко он, чуть не упав с кровати

— А с утра было именно так, вы грубо трахнули меня — надув губы, показывая перед ним глубокую обиду, сидела Оксана, свесив голову — Вы мне теперь за это должны, иначе я все в подробностях расскажу вашей жене

— Вы не посмеете! — заметив, как испугался этот мужчина, Оксана решила тут же решила разыграть перед ним душевную драму

— И поэтому вы мне поможете с моим пациентом — вставая с кровати, Оксана отразила перед ним упругую кожу бедер, коснувшись босыми ногами холодного пола

— Но как?! — удивился он, продолжая любоваться обнаженным телом Оксаны

— Вы ведь в комиссии по трансплантации органов? — спросила Оксана, роскошно виляя бедрами, проходя мимо разбросанной по полу одежды — И поэтому как не странно вы мне очень нужны

— А что вашему пациенту нужна пересадка?

— Ему нужно сердце — злорадно улыбаясь, встав перед зеркалом, пояснила Оксана, опираясь руками на комод над которым оно висело, выставила красоту эластичности бедер — И вы мне в этом поможете, в противном случае, как вы думаете, ваша жена поверит мне или вам?

— Ладно-ладно — испугался он такого заявления, согласился пойти на уступки — Чего вы хотите?

— Вы ведь в очень хороших отношениях с Тихоновым

— Как и вы

— О… нет! — возразила Оксана, скривив безупречной улыбкой губы перед зеркалом, переступая с ноги на ногу, виляла красивыми движениями попкой — И поэтому вы мне нужны

— Как я могу вам помочь?

— Убедите комиссию по донорским органам дать мне сердце из банка доноров

— Но как? — растерянно спросил он — В нашей больнице еще ни разу не пересаживали сердце, это очень серьезная операция

— Не для меня! — гордо заявила Оксана

— Как я вам могу помочь?!

— Используйте связи с Тихоновым, выразите ему, как признателен больнице мой отдел, да так, чтобы он дал мне сердце, вам ясно?!

— Вы мне дорого обходитесь — недовольно шепотом выразил мужчина, свои эмоции

— Как и вы, мне прошлой ночью и особенно с утра — шикарной прелестью ягодиц виляя, Оксана подошла к входной двери комнаты — Я буду в ванной, а вы пока приготовьте какое-нибудь платье из наряда рыжей сучки

Завораживающим страсть движением собственного тела, Оксана прошла мимо парфюмерного комода, взяв в руку черный сотовый телефон, что лежал на его краю.

— Но это же мой телефон? — возмутился Александр Николаевич

— Я всего лишь на один звонок

— Время ведь пять утра

— Вот и славно — ухмыльнулась Оксана — Мне нужно быть в больнице, ровно в восемь

— Подождите, а как же….

— Платья находятся в шкафу напротив, а апельсиновой сок возьмете из холодильника рыжей бестии, желательно холодный — не став дальше его слушать, Оксана, открыв дверь, тут же вышла из комнаты, медленно закрыв дверь за своей спиной

Темный коридор дома был окутан утренней прохладой, даже его пол, был ужасно ледяной, обжигал холодом ноги Оксаны своим касанием. В доме была почти глухая тишина, лишь из гостиной доносилось женское сопение, двух распустившихся пьяных девиц уснувшись в обнимку на одном диване. Бутылки из-под вина лежали опрокинутыми на полу, из которых вытекло несколько капель вина на паркет, излучая завораживающий прелестью сладкий запах винограда. Все так же были разбросаны вещи на полу в гостиной, где стойкий запах перегара имел необычайный вес, насытив аромат на весь дом сладкой прелестью изобилия вина.

— Две пьяные сучки — ухмыльнулась Оксана, тихо прошептав, оставаясь на входе в гостиную, нагнулась чтобы поднять сумочку с пола — О…блядь это пиздец

Опираясь ягодицами на прохладную арку на входе в гостиную, Оксана стояла, любуясь пьяным развратом двух распущенных девиц. Девушки лежали на диване, накрывшись багровым пледом, стонали сквозь сон, прижавшись, друг к другу губами почти вплотную. Извиваясь как змеи между собой, девицы искушали себя сладостью эротических звуков.

— Учитывая, что я с них сегодня всю шкуру спущу, то им, пожалуй, можно часик побаловать себя шалостью — забавно улыбаясь алыми губами, выразила Оксана вслух шепотом то, что подумала

Повесив сумочку на плечо, Оксана, ощущая знойную прохладу на коже, от чего по телу пробежала легкая дрожь, направилась быстро в ванную. Перешагивая быстро порог ванны, где кафельная плитка пола и стен, была цвета нефритового самородка. За пластиковым окном ванной комнаты на стекле, которого с внутренней стороны сохранились несколько капель прошедшего прошлой ночью дождя. Сгущая атмосферу сумрачных теней, за небольшим окном, качалась легкостью танца высокая яблоня, тени которой гуляли по стенам этого помещения. В воздухе пахло чудесной сила лосьона для ванны с экстрактом непревзойденного сочетания стойкого запаха дыни и ананаса. На стиральной машинке, расположенной напротив белой акриловой ванны, была разложена косметика, на полке, висевшей над раковиной, находилась на подставке электрическая зубная щетка, и тюбик зубной пасты. Поверхность зеркала, отражающую обстановку интерьера ванной комнаты сберегла прелесть следа розовых губ, оставленных на нем в пучине дикой страсти одной из девушек, прошлой ночью. На холодном влагой покрытых сотен мелких капель, лежали красные кружевные трусики Валентины, а на ручки входной двери ванной комнаты, когда Оксана её закрыла, висел точно такого же цвета кружевной бюстгальтер. Касаясь холодного, покрытого влагой пола, Оксана прошла по нему, поставив сумочку на стиральную машинку, подошла к ванной, коснувшись блестящих хромированных вентилей смесителя, настроила воду. Присев в ванной на колени, опираясь ладонями обеих рук на холодный борт самой ванной, Оксана наслаждалась шуму наполняющейся ванны водой, пеня которой ярко отражала отблески проникающего в окно восходящего солнца.

 

***

Обильные сугробы густой пены покрывали поверхность горячей воды, в которой искушая пышной мочалкой, покрывала сочными сгустками грудь Оксана. Лаская себя нежным ароматом пены лосьона для тела, придающей бархатистость коже и яркий блеск. Запрокинув голову назад, Оксана, выгнув спину, выставив грудь вперед, согнув ноги, в колени, держала их под водой, касаясь ими упругих сочных ягодиц. Смывая водой обильные потеки сгустков пены, Оксана старательно пыталась смыть страсть прошедшей ночи. Встав в ванной на четвереньки, Оксана, касаясь нежными розовыми сосками густой пены, пока нежная сохранившаяся поразительно тепло касалась мокрого влагалища, так что промеж половых стекала смачная обильная капля пены. Глубоко вдыхая скопившуюся в ванной атмосферу пара и обильной влаги, покрывающего стены кафеля, стекла пластикового окна, Оксана наслаждалась гармоничным сочетанием аромата дыни и ананаса, насытившего воздух в ванной своей чудодейственной силой.

— В такое время тока Оксана Владимировна может звонить!

Послышался уставший голос Ларионова по громкой связи телефона, что лежал на краю ванной, сенсорный экран которого был покрыт несколькими каплями воды и небольшим сгустком пены.

— Вот это мы сейчас и узнаем — предположила Марина Викторовна, явно раздраженным голосом

— А чего вы там хотите узнать?! — омывая грудь пенистой мочалкой, с закрытыми глазами спросила Оксана

— Оксаночка я вот честно слово тебя уже скора убить готова!!! — вспылила громко Марина Викторовна выражая эмоциональные нотки через динамик телефона, от чего Оксана вздрогнула и открыла от испуга глаза — Твое дело дошло до Тихонова, жена нашего пациента и так черт знает что устроила в больнице, она не спустит тебе такое

— Одного только не пойму, а я-то здесь каким боком?! — поинтересовалась Оксана, прикоснувшись влажным коготком указательного пальца к алым мокрым губам

— Провели плазмаферез — игнорируя банальную драму начал отчитываться Ларионов — Уровень тромбоцитов нормализовался, час назад начали вводить иммуноглобулин внутривенно, геморрагическая сыпь постепенно проходит, назначили терапию «глюкокортикостероидами»

«Очень умно было бы для этого использовать «кортизол», что является регулятором «углеводного обмена» организма, достаточно эффективно после плазмафереза», предположила Оксана, задумавшись, стала заманчиво обсасывать кончик указательного палец, что был во рту.

— Это ничего не изменит пульс уже 50 ударов в минуту и падает — злорадно объяснила Марина Викторовна — Сократительная способность миокарда критически низкая, есть предположения что миксома, не только правого предсердия

— Так же обнаружена вегетация на стенках обеих желудочков — добавил Ларионов

— Интересно — облизывая смачно влажные губы языком, удивилась Оксана — Миксома вызывает атриовентикулярную блокаду, то есть опухоль левого предсердия уже настолько разрослась, что блокирует АВ-импульс

— То есть Оксана — выражая несогласие раздраженным от усталости голосом — Мы провалили это дело, сердце просто не успеет восстановиться

«Самодовольная сука, кто бы тебя еще спрашивал, сиди и заткни свой сладкий ротик лучше», сжимая от перенапряжении эмоций в голове мочалку в руке, что что она резко брызнула, прямо вместе с пеной в лицо Оксане.

— Назначать преднизолон опасно — вынес предположения Ларионов — Так как сердце может не перенести нагрузки столь сильных препаратов

— Да было бы хоть кого спасать Оксаночка — рассмеялась Марина Викторовна — Он считай одной ногой уже в могиле

— Насколько я понимаю, опухоль была в правом предсердии

Игнорируя пустые доводы со стороны Марины Викторовны, был под впечатлением Ларионов от собственных догадок, заострив внимание, на том, как миксома оказалась в левом предсердии.

— И что вы предлагаете? — пропустив мимо ушей, бессвязные предположения Ларионов, вытирая с лица капли воды и стирая сгусток пены, обратилась Оксана к Марине Викторовне

— Предлагаю прямо сейчас пойти в скорую и взять нам новое дело

— А я предлагаю вам с Валерием Николаевичем прям сейчас пойти домой

— Тоже что и вчера

— Да и на неделю — согласилась Оксана — Считайте, что я дала вам отпуск

— Ты бросаешь дело?!

— Блядь я даю вам отпуск, что вы такие тупые!

— Оксаночка!

— Марина Викторовна в отпуск вместе с Ларионовым быстро! — громко крикнула Оксана, проводя разъяренно коготком пальца по мокрому сенсорному дисплею, прервала вызов

«Совсем ебанулась дура, ненавижу эту Марину Викторовну, за её слишком длинный язык и нос, который она сует не туда куда нужно!», размышляла Оксана, омывая тело водой лежа в ванной, смывая густые скользящие потеки пены.

Вцепившись коготками в пробку в ванной, Оксана вынула её, медленно вставая в ванной на колени, позволяя густым обильным потекам смачно стекающей пены медленно стекать вниз, чаруя нежностью и приятного вязкого осадка скольжения. Изящным изгибом, согнув ногу в колено, перешагивая через борт ванной, Оксана коснулась залитого водой пола, на котором сохранилась страсть блестящей под действием падающих лучей сгустки пены. Стекающие обильным потоком капли воды по телу Оксаны, огибали прелесть её сочного изгиба тела, устремляя стремительно вниз, оставляя от касания на коже морозящий след. Впадая в нежность махрового теплого белого полотенце, что висело на вешалке справа от входной двери, которое Оксана сорвала от морозящего холода по телу, сковала лаской оков сочное покрытой влагой и сгустков пены тело. Белое моровое полотенце, словно мини платье обволакивало тело Оксаны, придавая её сочным прелестям особое выразительное очертание. Поворачивая ручку входной двери, Оксана открыв её, ощутила резкий поток холодного насыщенного утренней прохлады воздуха что бурной страстью ворвалось в прогретую паром обстановку ванной.

— Оксана Владимировна, вы уже приняли ванну?

Проходил рядом с открытой двери ванной мужчина, одетый в черные брюки и белую рубашку, что отлично украшала скрытый под ним мощный торс.

— А вы как я вижу, приготовили для меня апельсиновый сок

Изумилась в улыбке Оксана, перешагивая через высокий порог открытой двери, отразила перед мужчиной прелесть роскошных упругих бедер.

— Он ваш

— Спасибо — любезно заигрывая с ним взглядом, взяла из рук прохладный стакан с апельсиновым соком — Вы не могли бы принести мою сумочку из ванной в комнату, пока я оденусь?

— Конечно Оксана Владимировна — радушно улыбаясь, согласился он, вошел в ванную, как только Оксана направилась дальше по коридору

— Да и разбудите этих двух шлюшек — приказным тоном обратилась Оксана к мужчине, что вошел в ванную, проходя мимо гостиной

Комната, в которую вошла Оксана, была насыщена прохладой проникающего воздуха через открытое на вертикальное проветривание пластиковое окно. Виляя упругой красотой бедер, Оксана прошла по комнате, подобию гордой самонадеянной царицы, оставляя за собой на паркете пола комнаты, влажный след. Золотистые пряди волнистых волос, пленяя обаятельным холодом мокрых завивающихся кончиков по коже спины и хрупких плеч, при каждом шаге играли бурную стихию необузданной страсти, словно разбушевавшейся океан во время шторма. Кровать сохранила бугры прошедшей ночью и утрешней страсти, сохранившую след пятен развратной похоти на белой постели. Переступая через весь собранный бардак из вещей на полу, Оксана подошла к окну, поставила на его подоконник стакан с соком, что держала в руке, направилась кровати, на которой лежало черное мини платье с шикарными чашечками под грудь и изящным декольте. Черные капроновые чулки, с кружевными резинками и поясом лежали рядом с платьем, были удачно подобраны для стройных сексуальных ног Оксаны. Такого же цвета кружевные трусики, лежали поверх платья, резинка которых нежностью скольжения поднималась по ногам Оксаны, завораживая лаской касания бедра, удачно села на её талии, скрываясь за гранью белого полотенце, что тисками обворожительных оков сковало её сочное тело.

— Оксана Владимировна вот ваша сумочка — отвлек внимание, Александр Николаевич, входя медленно в комнату с белой кожаной сумкой, что держал в руке

— Отлично — ерзала нервно губами Оксана, сидя на кровати, глядя как вызывающе на неё смотрит этот мужчина — Поставьте её на окно рядом со стаканом сока

— Оксана Владимировна — направляясь по комнате, мужчина был прикован взглядом к тому самому моменту, как плавно полз капроновый чулок по ноге Оксаны — Послушайте, на нашу с вами дружбу не повлияет тот факт, что у нас с вами был, ну сами понимаете?!

— Боже Александр Николаевич, как же я буду вам в глаза смотреть

Разыгрывая иронию, Оксана состроила губы буквой «о», коснувшись обеими ладонями чарующих взгляду очаровательных скул.

— Блядь мы взрослые люди

Прошипела Оксана, сгорая от стыда перед ним из-за нервного характера, терзающего эмоциями изнутри. Разместившись на кровати, положив ногу на ногу, выразила перед ним красоту стройных ног, по которой она так старательно одевала, черный чулок. Мягкая бамбуковая подушка, на которой сидела Оксана, пропиталась сыростью мокрых стекающих по бархатистой коже бедер капель воды, образуя под ней небольшое мокрое пятно.

— Ну, было, да было, за это теперь вы мне должны, ну сами понимаете, это не было как подарок, это скорее плата за услугу, которую вы мне должны оказать!

— Главное чтобы мы с вами после этого остались друзьями

— Но на большее не рассчитывайте — упрекнула его Оксана суровым взглядом, безупречных лазурных голубых глаз

«Да когда же ты все-таки сдернешь отсюда, заебал ты меня уже!», сжимая пальцами подушку, на которой сидела, испытывая нетерпеливый характер, подумала Оксана.

— Разумеется

— А теперь если не возражаете — надувшись как кобра, выразила Оксана собственное желание, сверкнув искорками ярости отражаемых в её глазах — Я бы хотела одеться в одиночестве — одевая на другую ногу, черный чулок, прошипела она сквозь зубы

— Да-да конечно как пожелаете — радушно согласился он, направляясь к открытой входной двери комнаты

— И закройте дверь за собой, мне нужно одеться — крикнула Оксана выходящему из комнаты мужчине, оставаясь сидеть на мокрой подушке под собой — И подумать — оставаясь одной в комнате, прокричала она в закрытую дверь

«А ведь Ларионов блядь прав, если опухоль локализованная, то нормализовав уровень тромбоцитов, мы можем вызвать эмболию или транзиторную ишемическую атаку, вызвав тем самым инсульт», свесив медленно ноги с края кровати, Оксана коснулась ими пола комнаты.

— Нарушение проводимости АВ-узле говорит о том, что она сейчас находиться в левом предсердии, но как я поняла, по словам Марины Викторовны

Покачивая эластичной красотой бедер, Оксана подошла к окну, из которого врывался поток пленяющей касанием прохлада, с улицы. Состроив завораживающей взгляду в отражении на стекле окна, Оксана придала себе образ царицы Клеопатры, придавая глазам особую задумчивую выразительность. Опираясь рукой на подоконник окна, выгнув спину, выставляя шикарную красоту ягодиц, Оксана одной рукой открыла сумочку, покопавшись там некоторое время вынула из неё упаковку таблеток «эскапела». Вскоре открыв упаковку, вынула из неё кассету с таблетками, легким движением пальцев выдавила одну таблетку Оксана себе на ладонь.

— Мы не убрали симптомы правого предсердия, ведь трубка у него в горле все еще стоит, а так же из перикарда откачивает экссудат установленный дренаж

Держа в руке таблетку, рассуждала вслух Оксана тишины комнаты, прерывающую возможную вероятность беременности, Оксана положила её в рот, жадно запевая её апельсиновой прелестью сока.

 

***

Колыхание могучей ели, пышными игольчатыми ветками, разносила прекрасный аромат хвои, в парковой зоне возле больницы. Трепание птиц, чирикающих в это утро, создавало определенный симпозиум в такт дуновения ветра. Блестящие капельки росы, что так ярко блестели, на первых лучах восходящего солнца, пробивающихся чрез заросший хвойными деревьями по обеим сторонам тротуара. Воздух был насыщенным чистой деревенской гармонией, легкая его прохлада завораживала холодом прикосновения. Яркие лучи стремительно пытались пробиться через густой щит хвойных деревьев, окруженной ухоженными кустами и высаженными цветами в клумбах, лепестки которых сохранили лазурную прелесть отблеска, прекрасно отражающихся на них капель воды, придавая цветам непревзойденную силу аромата. Вдали слышалось мычание коров, вышедших на деревенские улицы, на другой улицы слышался разъяренный лай одной из собак, что писклявым тонким звучанием доставляло скорее раздражение слуху. За пышной макушкой ели, было отчетливо видно взимаемого ввысь дыма из труб дымоходов, казалось на первый взгляд, словно вся деревня отапливала свои дома в это утро.

Молодая пара парня и девушки, направлялась по направлению к больнице, о чем-то мило разговаривая, молодой человек обнял свою спутницу за талию, другой рукой показывал что-то в своем мобильном телефоне. Пожилая женщина, держась за поручень трости, медленно шла по тротуару, в сером длинном плаще, с замотанными в черный платок волосами, тихо бормоча под нос. Двое парней в присутствие трех девушек, с виду из старших классов, разместились на одной из лавочек, обсуждая между собой куда пойти, чтобы прогулять пару неприятных уроков в школе. Роскошная, обаятельная собой женщина в красном длинном плаще, с красивым изумительным оттенком каштана волос, звонко стукала по бетонному тротуару каблуками красных туфель, разговаривая звонким и в тоже время сказочно нежным голосом по телефону, что едва помещался в её ладонь. Пара мужчины и женщины, в форме сотрудников полиции направлялись по направлению от больницы, держа в руках деловую черную папку. Женщина, похожая на первый взгляд на следователя, выглядела вызывающе в форме сотрудника правоохранительных органов, прошла, по тротуару, притягивающей взгляд походкой, отражая под юбкой эластичность спортивно подтянутых бедер.

— Значит, им все-таки удалось нормализовать состав крови

Говорила Валентина, выдыхая из розовых ярко накрашенных губ, щедрую сладость перегара красного вина, глядела в раскрытую красную карту, что держала в руках, проходя под пышной мощной веткой возвышающейся елью. Рыжеволосая девушка была одета в черную кофточку и темно-синие потертые джинсы, красиво сочетающиеся с прелестью черных туфель на высоком каблуке. Манящая к себе прелесть вкуса аромата непревзойденной силы кашемирового дерева, которым было щедро пропитано тело рыжеволосой бестии, манила к себе необычайной прелесть вкуса сознание Оксаны, когда она так рядом с ней шла.

— Да и сократительная способность миокарда достаточно резко снижается, боюсь скора сердце, совсем встанет — пояснила Оксана, поправляя кончиками пальцев воротник белой рубашки, надетой поверх черного мини платья

— А почему Александр Николаевич не захотел пойти с нами?! — игнорируя беседу своих коллег, спросила Вероника, поравнявшись, справа от Оксаны

«Блядь Вероника, как же иногда с тобой бывает сложно», глубоко изнуренно вздохнула Оксана, чуть прищурив глаза, от яркого света выходя из густой природной чащи на больничный дворик.

— У него началась вегетация на стенках обоих желудочков — добавила Оксана, стукая звонко по тротуару каблуками черных туфель, одной рукой провела по необычайной красивой прелести волнистых волос — Я запретила давать им преднизолон

— Столь сильное лекарство — ухмыльнулась Валентина, поправляя очки на глазах — Сердце нашего пациента, просто не сможет вынести такой перегрузки

— Вегетация на стенках желудочков?! — переспросила Вероника, переходя проезжую часть в больничном дворике, пропустила тихо крадущуюся газель скорой помощи — Оксана мы просто не успеем ничего сделать, нужно действовать быстро и решительно

— Ты думаешь, я этого не поняла? — возразила Оксана, роскошной прелестью бедер вильнула попкой перед мужчиной, что сидел в черном седане, курил спокойно сигарету, стряхивая пепел на асфальт — Сейчас ваша задача, сделать ультразвуковое УЗИ и предоставить снимки в мой кабинет

— Зачем тебе снимки УЗИ? — словно не слушая спросила Вероника

— Ты что так и не поняла? — рассказала Валентина, закрывая папку, передала её Оксане — Мы собираемся дать ему новое сердце

— Радует что хоть один вразумительный человек на моей стороне

Призналась Оксана, поднимаясь по массивным ступенькам центрального крыльца больницы, шикарным изгибом сгибала ногу в колено, стукая звонко по ним каблуками черных туфель. Элегантная белая рубашка была одета поверх черного мини платья, что скрывалось под ней, отчетливо прорисовывая сочность пикантных форм тела Оксаны. Пышные волнистые волосы были скреплены сзади заколкой в форме блестящей королевской кобры, придавая необычайный поистине шикарный объем укладки. Черные чулки лоснились при падении на них света восходящего солнца, придавая ногам Оксаны, еще большую сексуальность.

— А ты сама куда направишься?!

— В кабинет к Тихонову — отвечая на вопрос Вероники, Оксана подошла к большой деревянной входной двери, коснувшись пятерней пальцев крупной ручки в форме шара

— Я уверена он будет вне себя от ярости…..

— А кто ему скажет?!

Ухмыльнулась Оксана, не поддаваясь на провокации, со стороны Вероники, открывая входную дверь больницы, почувствовала как жаркое пламя потока воздуха, окутало её тело.

— Вы занимайтесь своим делом — перешагивая через высокий порог открытой двери, распорядилась Оксана — А я пока займусь своим — входя в большое помещение вестибюля, заявила она

Яркий свет восходящего солнца пробивался через большие стекла пластиковых окон в холле больницы, озаряя лучезарным блеском поверхность светлых блестящих предметов, интерьера этого помещения. У стойки регистратуры уже собралась большая толпа, стоя каждый в своей очереди, каждый хотел получить свою карту. В воздухе витали самые разные оттенки вкусовых качеств парфюма, от стойкого резкой свежести запаха, до чувствительно нежной прелести жасмина и фиалки. Русая девушка, волосы которой прямой струей водопада посыпали хрупкие плечи белого халата медсестры, сидела на широком пластиковом подоконнике, в спешке набирая на своем телефоне какое-то сообщение. Парень с девушкой, по виду школьники старших классов, сидели в зале ожидания, прижавшись, друг к другу, молодая парочка удобно разместилась на железных стульях, совсем не спешила направиться к регистратуре за карточкой. Двое мужчин врачей, узких специальностей, обсуждая снимка УЗИ, ведя деловой разговор, каждый из которых доказывал свою теорию развития терзающей их пациента болезни, направлялись в фойе больницы в сторону большой лестнице, что вела на второй этаж.

— Он до сих пор в стерильном боксе — пояснила Оксана, проходя мимо женщины в красивом выражающим, всю зрелость её тела женщины, изумилась в улыбке на её черный цвет волос

— Лживая дрянь!!!

Услышала Оксана разъяренный крик отчаявшейся женщины, обернувшись, увидела Леонову, что направлялась к ней ускоренным шагом. Женщина была одета в черное длинное платье, её красивые черные волосы, были скрыты под черным платком, на её голове. Звонко стукая каблуками по белой мраморной плитке, Внешний вид физиономии её лица выражало глубокое отчаяние, на глазах наворачивались слезы, что она не смогла утаить, находясь в обществе. Заметив по внешнему виду этой женщины серьезность намерений, Оксана быстро отошла в сторону подоконника, на котором сидела девушка в белом халате.

— Наплела мне что хороший врач — громко кричала она на весь вестибюль — А сама бросила умирать моего мужа в какой-то камере, всунула мне это как подачку да!!!

— Кристина Валерьевна успокойтесь! — вмешалась, заступаясь тут же Валентина, преграждая путь к Оксане — Вы хоть понимаете, где вы находитесь

— Успокойтесь! — прошипела, повторив слова Валентины, надулась как гадюка Леонова — Эта потаскуха, Оксана ваша, бросила моего мужа умирать, а вы тут мне успокойтесь!!!

— Что здесь происходит?! — громко крикнул Тихонов, выходя из коридора, где находился кафетерий больницы

Тихонов был одет в черные брюки, выглаженные идеальной ровной стрелочкой, удачно сочетающиеся с черными туфлями с закругленным носом, излучающий поразительный яркий блеск от попадания на них света. Белоснежная рубашка отчетливо выделялась под его черным пиджаком, делового стиля, отражающего на нем блеск и безупречность делового мужчины. Гармоничная стихия ароматов исходящих от него напоминала аромат свойственный названию одеколона «COLONIA AMBRA», древесные акценты которого были сделаны из основ «нагармота» и необычайной силы кедра. Базовыми нотами столь искушающего вкуса служило многообразие амбровых тонов. Завершающей мелодией столь оригинального запаха служили ноты сердца землянисто-мускусный аромат пачули и необычайный вкусовой оттенок, формирующий дикую страсть драгоценная серая амбра.

«Блядь конечно не такого поворота я ожидала, по крайней мере, не сейчас», смутилась Оксана, скрывая застенчивый лживый взгляд за прядью золотистых волос, коснулась бедрами пластикового подоконника большого окна в вестибюле.

— Я Леонова Кристина Валерьевна — гордо заявила Леонова, встав напротив Валентины, посмотрев на Тихонова, весьма встревоженным взглядом

— Оксана Владимировна, что вы опять натворили?! — возмутившись, спросил Тихонов, не став дальше слушать отчаявшуюся женщину, прошел мимо неё

— Валерий Валериевич тут понимаете дело в том….

— В чем Оксана Владимировна?! — выражая определенного недовольства, сформировалось на его лице, когда он встал справа от Оксаны

— Я бы хотела обсудить это с вами в вашем личном кабинете

Предложила Оксана, поняв, почему так внезапно и быстро успокоилась Леонова, заметила за спиной Тихонова, двух охранников из службы безопасности больницы.

— А что скажет гражданка Леонова? — удивился он, взглянув на женщину, что придавалась теперь глубокому горю и отчаянию

— Эта ваша Оксана! — почувствовав волю, как будто ей развязали рот, начала высказываться Леонова — Взялась лечить моего мужа от….

— Валерий Валерьевич уверяю вас эта женщина, пока не в себе — не давая ей договорить, вмешалась Оксана, встав быстро между ней и Тихонов — Я хотела лично с вами все обсудить

— Фе… тут обсуждать то нечего — фыкнула недовольной кошкой Леонова — Она угробила жизнь моего мужа теперь, он умирает

— Позвольте мне сначала выговориться — прошипела змеей Оксана, падающим отблеском света сверкнула, выражая оскал ненависти яркий отблеском в лазурных голубых глазах

— Да как ты смеешь шалава малолетняя мне еще рот затыкать!!!

Внезапно размахнулась эта женщина и обжигающей пощечиной одарила по лицу Оксану, почти сбив её с ног, жгучим трением провела когтями по щеке, чем вызвала шок и удивление у проходящих медсестер. Девушка в белом халате медсестры, что сидела на подоконнике, быстро с него соскочила, встав рядом, в момент падении Оксаны на него. Падая рукой на подоконник пластикового окна Оксана, изогнув спину, расставив ногу порознь, едва удержала в руке красную папку, что почти чуть не упала с подоконника. Покрасневшее пятно и едва заметные дорожки от следа когтей, жгло щеку Оксаны, на лазурных голубых глазах, образовались частички нестерпимой влаги. Глаза наполнились слезами ненависти, в душе у Оксаны было чувства стыда, произошедшая картина, случилась прямо на глазах пациентов больницы.

— Значит вот так да! — прошипела Оксана, взглянув на свое отражение в стекле пластикового окна

— Пустите немедленно — прокричала Леонова, когда охранник со спины, схватил её за руку

— Увидите её отсюда — распорядился Тихонов, суровым тоном голоса — Больше в больницу её не пускать, мне все равно умирает у неё муж или еще что-то

— Оксана Владимировна с вами все в порядке?! — взволнованно спросила Валентина, встав за спиной у Оксаны

— А чего еще можно было ожидать от Оксаны — ухмыльнулась подлой улыбкой Вероника

— Оксана Владимировна быстро в клинику! — громко крикнул Тихонов — Я с вами потом поговорю, а её выведите отсюда немного

— Что стоите?! — продолжая шипеть, словно заведенная ненавистью змея, обратилась Оксана к своим подчиненным — У вас что нечем больше заняться?

— И ради бога Оксана Владимировна — уверял Тихонов, неожиданно сменив тон голоса — Смените, пожалуйста, наряд, вы ведь все-таки в больнице находитесь

— Расходитесь здесь не на что смотреть — уверяя, разгоняя собравшуюся полукругом толпу, говорил охранник службы безопасности больницы

Расправляя аккуратно на бедрах белую рубашку, одетую поверх черного мини платья под ней, Оксана схватила папку красную папку с подоконник окна, на котором она лежала, направилась с гордым самодовольным видом в сторону коридора клиники.

«Да нет хрен ему, а не клиника!», встав у стойки регистратуры между медсестры, что так удивленно на неё смотрели, подумала Оксана, терпеливо дожидаясь пока Тихонов, покинет помещение вестибюля.

— Оксана Владимировна с вами все нормально? — взволнованно спросила одна из медсестер, не сдержавшись от увиденного любопытства

— Лучше не бывает — тихим шепотом от злости ответила Оксана, потирая свободной рукой раненную щеку

— За что это она вас так? — проявляя любопытство, поинтересовалась другая рыжеволосая девушка, в коротком красиво выражающим, её прелести халате медсестры

— А хрен её знает — ухмыльнулась улыбкой блистательного коварства Оксана, стараясь из-за всех сил скрыть нанесенную ей обиду — Пойди и спроси

Направилась Оксана в сторону большой массивной лестницы, что вела на второй этаж, дождавшись пока Тихонов, скроется в коридоре, ведущим в сторону больничного кафетерия и отделения сокрой помощи. Любознательные женщины, родственницы пациентов лежащих в больницы, с таким удивление смотрели на Оксану, вызывая в ней самой еще большее раздражение. Стараясь не подавать вида, Оксана, поднимаясь уверенной гордой взывающей к себе походкой, звонко стукая каблуками черных туфель по мраморным ступенькам лестницы. Отражая при каждом шаге особый эластичный изгиб бедер, скрытых под черной тканью короткого платья, Оксана приветливо кивнула двум спускающимся навстречу врачам мужчинам из клиники.

 

***

Направляясь по коридору, Оксана чувствовала аромат спелой цветущей прелести листвы за окном, что врывался через открытое пластиковое окно. Яркие солнечные лучи восходящего солнца, освещали ярким неистовым светом сумрачный коридор больницы. Легкая пленительная атмосфера в самом помещении вдохновляла запахом цветущей сирени за окном, красиво распустившиеся кусты, которой всей своей красотой украшали сад больничной зоны. Бурный необузданный сквозняк врывающейся в коридор легкостью касания колебал золотистую прядь волос Оксаны, обжигая легкостью касания раненную щеку. Выражая в каждом шаге пленительные изгибы собственного тела, Оксана прошла между двух, двигающихся на встречу медсестер, одна из которых, пряча под стерильной белой маской прелесть милого лица, скрывая волосы под белым колпаком, прошла хладнокровным взглядом, держала в руке пластиковую ячейку с собранными анализами крови. Искушая себя прекрасным ароматом цветения за окном в коридоре, Оксана медленно подошла к кабинету главврача больницы, коснувшись медленно пальцами бронзовой ручки входной двери.

Молодая очаровательная блондинка сидела за компьютерным столом секретарши в прекрасном белом легким, словно парус у корабля, платья положив ногу на ногу, утопала в удобном кожаном кресле. Стихия проникающего в приемную сквозняка шаловливой страстью подняло низ платье девушки, оголяя прелесть белоснежной кожи девушки. Снимая очки с глаз, отложив шариковую ручку на листок бумаги, что лежал перед ней на столе, светловолосая девушка отвлеклась от жидкокристаллического монитора, что так пристального на него смотрела. В самой приемной скопилась душная спертая воздухом обстановку, пропитанная тошнотворным запахом бумаги и кофе. Позади стола за которым сидела молодая секретарша стоял большой шкаф, выложенный из ячеек в которых расположились папки для бумаг и бесчисленное количество листвой с подписью, напоминающей какую-то бухгалтерию.

— Оксана Владимировна — приветливо улыбнулась девушка, выражая радушие в своей улыбке — Вы что-то хотели?

— Хотела — отражая безразличие на приветливую улыбку, Ок сана прошла по приемной звонко стукая каблуками — Но не с тобой

— Валерия Валерьевича сейчас здесь нету! — вставая быстро с кресла, хотела возразить девушка

— Я знаю — касаясь бронзовой ручки, в форме шара, ответила Оксана, повернув её, открыла дверь, тут же вошла в кабинет — И поэтому я воспользуюсь моментом

— Но туда нельзя — вбегая за Оксаной в кабинет, хотела возразить девушка

Кабинет главврача, жалюзи на больших пластиковых окнах, плотно закрывали, от солнца создавая притемненную атмосферу. Воздух был насыщен свежеприготовленным запахом кофе, ароматом парфюма Тихонова, а так же запахом дорогих сигар, футляр который, Оксана обнаружила на краю его стола. На рабочем столе заведующего больницей располагалась кружка, недопитого наполовину кофе, включенный компьютер издавал, тихий, едва слышный шум, излучая яркие оттенок тона рабочего стола в форме разноцветного флага windows. Черное драповое пальто Тихонова висел, справа от входа на медной вешалке для верхней одежды, был щедро пропитан запахом его одеколона. На кожаном черном диване, лежал темно-синий шелковый шарф Марины Викторовны, пропитанный щедрым ароматом гардении. Кабинет освещал тусклый свет ламп натяжного потолка, придавая, легкую интригую обстановку, среди прочих пленительных запахов и темных очертаний предметов мебели и интерьера этого помещения.

— Мне можно — заявила Оксана, снимая с плеча белую кожаную сумочку, открывая её на ходу, достала из неё футляр с очками — А теперь будь добра скройся за дверь — опираясь ладонью другой руки на бедро, обернулась она в пол оборота, с угрозой посмотрев на девушку

— Но Валерий Валерьевич будет вне себя от….

— Я сказала блядь дверь закрой с той стороны! — прошипела змей на девушку Оксана, повернувшись, направилась в сторону рабочего стола Тихонова

— Да как вы смеете! — возмутилась девушку, хотела возразить

Не придавая словам девушки никакого значения, Оксана поставила раскрытую сумочку на край стола, положила рядом с ней футляр с очками. Пока белокурая девушка что-то там говорила Оксане, словам, которым она не придала ни малейшего значения, открыв футляр с очками, доставая из него, медленно кончиками пальцев расправила тонкие их дуги. Состроив губы бантиком, Оксана, словно насмехаясь над орущей в кабинете девушкой, медленно одела очки на лазурные сияющие лучезарным блеском голубые глаза, придавая своему образу сокрушающую силу сексуальности.

— У тебя, что плохо со слухом?! — обратилась к ней Оксана, положив красную папку на стол, обернувшись, посмотрев на неё подавляющим взглядом, опираясь бедрами на край стола

— Я все расскажу Валерию Валерьевичу

Испугавшись злобного оскала на лице Оксаны, девушка выскочила за дверь кабинета, с грохотом её захлопнув, от чего стоящие на полке кружки для кофе издали гулкий звон.

— Ебнутая — прошептала Оксана в тишину кабинета, повернувшись лицом, к столу возле которого стояла, кончиками пальцев открыла красную папку, что лежала перед ней — И где они только таких берут на работу

Достав из неё нужный листок бумаги, Оксана скомкала его в руке и выбросила в рядом стоящую возле стола урну, улыбаясь при этом безупречной улыбкой алых накрашенных до изумительного блеска губ. Услышав тут же звонкий жалобный голос секретарши, что казался для Оксаны заурядным щебетанием, она развернулась лицом к входной двери. Дверь медленно открылась, когда вошел Тихонов в кабинет с совершенно не знакомым для Оксаны мужчиной, который показался сразу же за его спиной.

— Да-да Юленька я как-нибудь разберусь, но прошу только не сейчас — уверял Тихонов жалующуюся ему секретаршу

— Валерий Валерьевич у тебя, что две секретарши?! — удивился вошедший в кабинет незнакомец

Галантный поведением мужчина в черном деловом представительском костюме, что излучал блестящие отблески падающего, проникающего через окно света. Черные волосы были аккуратно зачесаны назад, щедро покрытые богатым слоем нанесенного на них геля для укладки. Крупные плечи, мощная шея, весьма внушительный подбородок, внушительное очертание скул, что свойственно лишь для боевого офицера. Огромный торс, а так же крупные руки внушали в нем образ могучего воина, однако его выраженное лицо, вместе с его носом, говорило о том, как долго этот человек засиделся в кабинете. Имея на лице представительскую манеру, улыбаться и любезно выражать свою признательность чарующего, как показалось Оксане, на тот момент, выражением взгляда. Серо-голубые глаза бывалого офицера, по мнению Оксаны, он показался ей таким, излучали подозрительные искорки при падении ни них света, будто скрывали за собой некую частичку какого-то скрытого замысловатого замысла.

— Нет, это моя головная боль — ответил он с угрюмым видом на лице, посмотрев с раздражением на Оксану — Орлова вы что-то хотели, я же велел вам отправляться в клинику

«Блядь не думала, что это будет так сложно начать», терялась Оксана, чарую вошедшего незнакомого мужчину прелестью лучезарной улыбки, состроив искушающей формой алые губы.

— Валерий Валерьевич моему пациенту срочно нужно сердце — говорила осторожно Оксана, прижимая бедрами к краю стола — Острая сердечная недостаточность, вызванная в результате локализованной миксомы левое предсердия, что сначала образовалась в правом, разрушив АВ-клапаны, вызвала трансмуральный инфаркт миокарда

— Оксана Владимировна вы в своем уме — возмутился Тихонов, кинул черную папку на большой длинный стол, что стоял посреди кабинета, сам прошел мимо него

— Валерий Валерьевич ну что вы так сразу — нахмурила губы Оксана, придавая поразительно выражение милейшим изгибом скул — Сердце моего пациента крайне непригодно

— Какая может быть пересадка сердца, да сам ваш отдел как фиктивный показатель для всей нашей больницы, вы хоть представляете, что будет, если мы заявим, о том, что нам нужно сердце

— Не знаю, что будет — не придавая словам Тихонова никакого значения — У Леонова встанет сердце, миксому в его состоянии удалить категорически невозможно в виду острой сердечной недостаточности, он просто не переживет операцию, так как сократительная способность миокарда катастрофически мала

— Оксана Владимировна вы ведь заведующая отделением сердечнососудистой диагностики и хирургии, что совсем ничего сделать?! — придавая на лице очертание изумления, поднял брови, сурово спросил Тихонов, подходя к своему столу, взглянул косым недоверчивым взглядом на Оксану

— Сделать то конечно можно — постукивая заядло коготками пальцев по гладкой поверхности стола, Оксана повернулась спиной к незнакомому мужчине, а лицом к Тихонову, наклонившись чуть на стол, опираясь на него рукам — Не знаю, сколотить гроб, например — оставаясь стоять в том же положении, давила она требовательным взглядом

— Оксана Владимировна! — сделал замечание Тихонов, обратив внимание, как обрадовался его товарищ, что подошел к окну, медленно отодвинул вертикальные жалюзи в сторону — Вы посмотрите в карту ему 45 лет, в карте ясно написано, что он принимал карвалол

— Ну и что?! = пожала плечами Оксана, немного волнуясь, прикусывая краешек губы

— Острая сердечная недостаточность, при таком возрасте уже….

— Весьма признательна вашей осведомленности — подозревая на Марину Викторовну, Оксана догадалась, как Тихонов узнал о таких подробностях

— А вы в самом деле думали, что я не узнаю?!

— Мне нужно это сердце и сегодня!

Проигнорировав его вопрос, мимо ушей, требовательно заявила Оксана, раскрыв перед Тихоновым папку, указала на распечатанный лист последней кардиограммы.

— Сколько у него времени?! — поддавшись силе убеждения со стороны Оксаны, поддался на её уловки Тихонов

— День — пожав плечами, скривила губы, повернулась Оксана в сторону окна где стоял таинственный для неё темноволосый мужчина — Может больше, все зависит от скорости роста самой миксомы и распространения вегетации, что уже блядь на створках его клапанов

— Какая у него группа крови?!

— Первая положительная

— Валерий Валерьевич?! — был под впечатлением незнакомый Оксане мужчина — Вы, что действительно собираетесь провести в вашей-то больнице такую сложную операцию?! — обернувшись, вопросительно посмотрел на Тихонова

— Оксана Владимировна вы уверены, что если комиссия по трансплантации органов даст вам сердце, вы сможете провести данную операцию?

— Именно для этого я здесь — гордо заявила Оксана, не обращая внимания не незнакомого гостя Тихонова, поправила дуги очков на глазах

— Подготовьте ваш доклад к комиссии — заявил Тихонов, отодвигая кожаное кресло с высокой спинкой от стола, сел в него — Я думаю, вам будет, чем их удивить, учитывая, что наша больница никогда еще не заказывала сердце

— Ну, все когда-нибудь Валерий Валерьевич делается впервые — безупречной улыбкой алых губ, одарила их внимание Оксана, закрывая папку, что лежала перед ней на столе

— Чувствую — глубоко вздыхая, ответил Тихонов, облокотившись на спинку кресла — Вскоре будет ожидаться большая проверка со стороны министерства в нашей больнице, надеюсь Оксана Владимировна, вам будет чем обосновать столь тяжёлую операцию

— Мой пациент будет жить — убирая футляр в раскрытую сумочку, что стояла на столе, заявила Оксана, закрывая её — И за это он лично поблагодарит вас Валерий Валерьевич

— Учитывая, всю срочность вашей операции я назначу время комиссии через час

— Буду вам премногом этим благодарна

Повесив сумочку на плечо, отразила Оксана благодаря короткому платью, эластичность бедер согнув ногу в колено, опираясь ягодицами на край стола, сделала ей шаг вперед.

— Подготовьте за это время лучше все необходимое, чтобы было, что предоставить людям, мне нужно четкое и ясное обоснование кому и зачем отойдет сердце из банка доноров

Требовательно говорил Тихонов, наблюдая, как Оксана подошла к двери его кабинета, шикарно в каждом шаге виляя бедрами, придавая холодное чувство безразличной улыбке на лице, что отразилась в зеркале, справа от входной двери.

— Почему именно он важнее, чем пациенты моложе, с острой сердечной недостаточностью, которые именно в нем очень сильно нуждаются

— Сделаю все в лучше виде — коснувшись ручки в форме шара всей пятерней пальцев, игнорируя его нотации, заверила Оксана, поворачивая её, с легким скрипом открыла дверь — Постараюсь не опоздать

— Да уж постарайтесь — глубоко отчаявшись, вздохнул Тихонов, утопая в черном кожаном кресле

«Назойливый сука старый пердун, все ли тебе нужно знать!», прикусывая от волнения, которое Оксана удачно скрыла внутри себя, краешек губы, перешагивая через порог открытой двери отразила упругость собственных бедер.

Внутри как будто все трепеталось, внезапная необъяснимое волнение охватило Оксану, когда она закрыла за собой дверь, оказавшись в приемной секретарши главврача. Насытившаяся атмосфера приемной пропиталась чарующим вкусом чая каркаде, манящий оттенок вкуса которого вскружил внезапно голову Оксаны. Почувствовав притягательность к девушки, что сидела за компьютером, Оксана из-за всех сил пыталась не выдавать своих намерений.

— И как он вас тока терпит?! — удивилась девушка, сидевшая за компьютером, быстро стуча пальцами по клавиатуре

— Потому что у меня — медленно подошла Оксана к её столу, кончиком указательного пальца дотронулась до стопки подготовленных листов с печатями и штампами — В отличие от такой тупой курицы как ты моя дорогая Юленька, в голове блядь что-то есть, вот поэтому и терпит

Наклонилась Оксана, опираясь руками на гладкую поверхность стола к девушке, что сидела за ним, удивленно смотрела на неё сквозь стекла тонких очков. Излучая с губ приятный аромат чая с необычайно прекрасным вкусом каркаде, кружка из-под которого стояла на краю стола. Притягивающая страсть возникла внутри у Оксаны, как только нагнувшись к белокурой девушки, она почувствовала этот стойкий аромат, что манил к себе необычайностью вкуса.

«Блядь как же я хочу, почувствовать вкус её губ, ощутить нежность её рук», глядела в бледно голубые глаза девушки, развращала свои мысли Оксана.

— А теперь моя дорогая — дотронувшись кончиками пальцев до подбородка девушки, Оксана подняла её испуганный взгляд на себя — Если ты не возражаешь, мне нужно подготовить отчет о предстоящей операции для Валерия Валерьевича, или это хочешь сделать ты?

— Нет-нет Оксана Владимировна — испуганно дрожащей губой ответила девушка, боясь возразить Оксане — Конечно, я не смею вас задерживать

— Вот и славно — согнув ногу перед ней, Оксана надивила коленом на кресло промеж раздвинутых ног девушки, наклоняясь на неё — А то я уж подумала, у тебя ко мне возникли вопросы

Взглядом гордой царицы, Оксана сразила эту девушку, от чего она, раскрыв рот не знала что и ответить, находясь под таким суровым психологическим давлением тяжело прерывисто задышала.

— Оксана Владимировна — развела, волнуясь руки девушка, явно не ожидала развратного поведения со стороны Оксаны — Прошу меня простить, но позвольте мне работать

— Ах… ну-да, ну-да — в изумление распущенной улыбки, Оксана развела алые губы, вдыхая ими прелесть излучаемого каркаде с губ белокурой девушки в кресле которой она находилась

— Оксана Владимировна! — настойчиво громко попросила девушка, не решаясь дотронуться руками до тела Оксаны, что стояла, надавив коленом на её кресло, наклонившись к ней

— Какая же ты наивная дура — убирая ногу, прошипела недовольно Оксана, повернувшись к ней спиной — Но я уверена ты об этом пожалеешь — пригрозила она белокурой девушки, направляясь гордой самовлюбленной походкой к входной двери, шикарно виляя бедрами

— Смею вам заверить Оксана Владимировна — крикнула девушка, когда Оксана открыла входную дверь — Я не испытываю в отличие от вас никакой симпатии к женщинам

— Как знаешь — пожала плечами Оксана, переступая через высокий порог открытой двери, звонко стукнула каблуком черных туфель по бетонному покрытию пола — Второй раз предлагать не буду

«Блядь и надо же было мне так круто пролететь, пиздец, пора бы уже усмирить свое либидо», сгорая от стыда, Оксана закрыла за собой дверь, скрывая застенчивый взгляд от двух проходящих мимо по коридору медсестер.

Не обращая внимания на двух любознательные девушек в белых халатах, Оксана направилась по коридору, звонко стукая каблуками черных туфель, выражая в своем образе гордую самовлюбленную царицу.

 

***

Стерильная палата бокса, в которую вошла Оксана, не пропускала никакого света солнечных лучей, плотно задвинутые жалюзи на её большом стекле, словно щит, закрывали это место от постороннего влияния на него. Герметично закрытый светильник дневных ламп, светил в половину накала, создавая притемненную, удобную для сна атмосферу в это палате. Кафельные стены и пол, были начищены до поразительного блеска, отражая в себе темные силуэты обстановки самой палаты. Воздух был душным и спертым, пропитан санитарными асептическими средствами, которыми персонал больницы проводил здесь ежедневную уборку.

Длинный белый халат облегал тело Оксаны, еще больше выражая в ней все сексуально выраженные черты её сочного тела. Белый колпак на голове Оксаны, скрывал прелесть её роскошных волнистых золотистых волос. Очки на лазурных голубых глазах Оксаны, излучали яркие блики падающего на них тусклого света дневных ламп с потолка. Черные чулки, что прорисовывались под халатом Оксаны, едва лоснились, переливая разными оттенками черного, когда она двигалась, словно хищная кошка, звонко стуча каблуками черных туфель по белому кафельному полу.

— Мне нужно с вами поговорить — заявила Оксана, входя медленно в палату, тут же закрывая за собой дверь

Медленно, стукая каблуками по кафельному полу палаты бокса, Оксана прошла по палате, приближаясь к койки, на которой лежал Леонов. Трубка из его рта, служила для интубации трахеи, а дренаж, что выходил из ребер извлекал скапливаемый в полости перикарда экссудат.

— Я думаю чтобы поговорить, это нам не понадобиться — медленно отлепляя пластырь на подбородке мужчины, интригующей интонацией голоса говорила Оксана — Послушайте, я должна все знать, прежде чем пойду на один не обдуманный возможно шаг

— Кх…кх… — сухим кашлем откашлялся мужчина, оставаясь лежать в постели больничной койки, когда Оксана извлекла трубку, положив её в рядом стоящую миску с медицинским спиртом

Острая фаза трансмурального инфаркта, Оксана разглядела на панели прибора, снимающего показания ЭКГ. Явно выраженные зубцы Q патологический зубец QS, что указывало на крупноочаговое поражение миокарда некрозом. В первой стадии наблюдаются зубцы QR, что еще раз подтверждало теорию Оксаны о поражении ткани миокарда некрозом. Показания ЭКГ выводили зону симметричной трансмуральной ишемии зубцами T. Длительный сегмент ST который Оксана разглядела на панели сквозь стекла надетых на глазах очков, указывал только на самые худшие прогнозы, о скорой пересадке сердца из банка доноров.

Кровохарканье только лишь еще раз убедило Оксану, о наличии вегетации на стенках его желудочков. Боль в грудном отделе, что заметила Оксана, когда он держала за грудь рукой чуть приподнявшись чтобы сплюнуть, все это пыталось сообщить о присутствии пролапса митрального клапана. Оксана смогла сопоставить картинку моментально в голове, как на трехмерной проекции воображаемого сердца, локализованная миксома, оказалась в левом предсердии, блокируя тем самым проток митрального клапана, вынуждая его стенки прогнуться, создавая тем самым регургитацию, отток крови обратно в левое предсердие. Потому как дышит этот мужчина, Оксана смогла определить легочную гипертензию, патология при котором, в сосудистом русле легочной артерии наблюдается стойкое повышенное давление. Оксана смогла предположить, как был разрушен трикуспидальный клапан в результате образование миксомы в правом предсердии, вызвав тем самым пролабирование его створок и незначительный отток крови обратно в правое предсердие.

«Блядь у него сутки, может чуть больше, все пиздец как плохо, трикуспидальному и митральному клапану наступила полная жопа, ему сейчас просто необходимо новое сердце, да еще и бактериальная вегетация, разрушает его сердце», отчаявшись, подумала Оксана, предполагая в голове картинку происходящую у него в сердце.

— Вот возьмите сплюньте сюда — поднесла Оксана миску к его рту, другой рукой держа его за затылок чуть приподняла его голову

— Зачем вы это делаете?

— Что?! — удивилась Оксана, заметив, как отхаркнулся сгустком крови в миску Леонов — Спасаю вам жизнь?!

— Мне не зачем больше жить

— Ошибаетесь — скрывая за стерильной маской на лице, красоту коварство улыбки, не согласилась с его утверждением Оксана — Вам как раз есть для чего жить

— Вы не понимаете….

— Я как раз все понимаю — убирая миску на металлический рядом стоящий столик, ответила Оксана, положив ногу на ногу, прикрыла белым, надетым на ней халатом оголившуюся красоту бедер — Именно для этого я вернула вам ваш магазин, который вы отдали Власовой

— Что?! — был шокирован Леонов

— Да-да оно самое — кивнула головой Оксана, отражая на стеклах, надетых на глазах очков яркие отблески падающего на них света — Магазин снова теперь ваш

— Но как?!

— Да…. — застенчиво улыбаясь скрытой улыбкой под стерильной маской, ответила Оксана, расправляя белый халат на коленях — Переспала кое с кем, что тут такого, зато магазин теперь ваш

— Что?!

— Ладно — нахмурила губы Оксана

«Ебанутый принципам скупердяй», подумала Оксана, медленно вставая с края кровати.

— Ответьте мне всего лишь на один вопрос — заявила Оксана, встав перед ним — Вы жить хотите, не надо ничего отвечать, просто кивните головой да или нет?!

— Но….

— Послушайте — нагнувшись, Оксана схватила его за руку и посмотрела в его измученные глаза — Я вернула вам ваш магазин, у вас теперь все в порядке, у вас теперь есть любящая жена, которая за вас переживает, двое сыновей, которые вас любят, поймите, от вашей смерти мир ведь не измениться

— Но мне ведь осталось всего немного

— Это мне теперь решать скока вам осталось — продолжала упорствовать Оксана, нагнувшись стоя, держала его за руку — Вы жить хотите или нет?!

— Чего вы от меня хотите?! — по внешнему виду, было понятно как душевно сломлен этот мужчина, что чуть ли не показал свою слабость слез, перед настойчивым убеждением Оксаны

— Просто скажите да или нет — с тем же упорством Оксана давила на него психологическим взглядом

— Да… — выражая всю боль душевного сочувствия, мужчина, отвернувшись от Оксаны зарыдал, скрывая свой позор, прикрывая лицо рукой — Это ведь я намеренно отравил себя….

«Да мне похуй, что ты намеренно или нет, мне главное, чтобы ты сейчас идиот тупой передумал, чтобы для себя знать зря, я тебя пытаюсь вытащить из могилы, в который ты блядь почти, что уже лежишь», выражая грубые мысли в своей голове, подумала Оксана, отпуская руку мужчины.

— Отлично — ухмыльнулась Оксана, понимая, как легко и непринужденно достигла своей цели — Я пойду, уговорю комиссию по пересадке, чтобы дали вам сердце

— Зачем вы это делаете?! — с болью сопереживания, спросил Леонов, когда Оксана развернулась и направилась к входной двери

«Блядь как же ты меня уже заебал», остановив у входной закрытой двери, глубоко вздохнула Оксана, сжимая пальцы в кулаки, с трудом сдержала свои эмоции.

— А что обязана отвечать?! — остановившись у входной двери, сдерживая пыл спросила Оксана

Дверь палаты медленно раскрылась, пропуская с коридора яркие лучи солнечного света и легкий завораживающий порыв прохлады, поднимающий кончики внизу белого халаты Оксаны.

— Оксана?! — была под впечатлением Вероника, скрывая удивление под стерильной белой маской на лице, не спеша вошла в палату

— Проведите портативным аппаратом УЗИ с эхо, снимки доставить мне лично — распорядилась Оксана покидая палату стерильного помещения

— А что МРТ делать уже не надо? — спросила Валентина, пропуская Оксану, потом вошла следом за ней в палату

— Делайте тока то, что я вам сказала — грозно повторила Оксана, направляясь по коридору стерильного отделения

— Странная какая-то Оксана Владимировна зачем-то пришла в палату к Леонову, а тут же изменила свое решение

— Ой, Валюш ты, что нашу Оксану не знаешь, у неё как обычно, семь пятниц на недели — уверяла Вероника, закрывая за Валентиной дверь палаты стерильного бокса

Яркие лучи солнца пробивались неистовой сила света в коридор, раздраженным влияние блеска, действуя на глаза Оксаны, проникая через тонкие стекла на её глазах. Отделение было словно герметично запечатано, не пропуская даже частичку воздуха с улицы, специальные установки постоянно вентилировали это помещение, прогоняя всю эту духоту на улицу. Белый кафельный пол был, словно как зеркало, отражал почти в точности притемненный силуэт белого халата на теле Оксаны, когда она звонко по нему стукала каблуками черных туфель, направлялась к выходу из отделения. Открывая обеими руками обе створки двери помещения потянув за их ручку, Оксана быстро покинула это отделение. Кончики снизу белого халата Оксаны, словно парус раздуваемый ветром на корабле колыхался, то оголяя, то скрывая прелесть роскошных бедер, красота которых обволакивала черная ткань капроновых чулок, что лоснились, излучая яркий отблеск.

 

***

— Оксана Владимировна — послышался сзади со спины голос Александра Николаевича — Вас что-то тревожит? — обратился он к Оксане, когда она стояла у открытого окна, словно кошка теребила занавеску пальцами

— М…. Александр Николаевич — изумилась в улыбке Оксана, что отразилась на стекле, возле окна которого она стояла, глядя в папку, что лежала перед ней на подоконнике — Вы как раз вовремя

Ответила Оксана, обернувшись к мужчине, что стоял перед ней в синей униформе врача невролога, испытывал к ней некую скрытую сексуальную симпатию, что выдавала его в по выражению взгляда.

— Самое время идти в кабинет к Тихонову — заявила Оксана, аккуратно за спиной закрыла папку, держа её кончиками пальцев, стянула её с подоконника

— Оксана Владимировна — остановил он Оксану за руку, пристально принудил её посмотреть в его пылающие огнем страсти глаза — Я бы хотел повторить наше с вами свидание?

— Где, у меня во влагалище?! — прижавшись к нему, прошептала ему Оксана под ухо завораживающим шепотом, улыбаясь коварством блистательной улыбки

— Вы знаете….

— И знать не хочу — провела Оксана по его губам кончиком коготка указательного пальца, кокетливо, ему подмигнув глазом — Пойдемте все уже наверно собрались

«Я блядь просто уверена, что он сейчас смотрит на мою задницу», продолжая улыбаться роскошной улыбкой, Оксана прошла мимо него, шикарно покачивая бедрами, заманивая его за собой искушающей прелестью изгиба сочного тела.

Стукая каблуками черных туфель по бетонному полу, пустого больничного коридора, Оксана подошла к двери, коснувшись ручки в форме большого шара, легким поворотам открыла её. Безупречная сила аромата каркаде, все еще царила в воздухе помещения приемной. Белокурая девушка Юлия, поспешно стучала по клавишам, словно не отрывая глаз от монитора, в который она так пристально смотрела, не замечая происходящего вокруг. Перешагивая через порог открытой двери, Оксана красиво согнула ногу в колено, выражая всю эластичность скрытых под белым халатом эластичных ягодиц. Вдыхая глубоко раскрытым ртом аромат чарующего чая, кружка которого стояла на краю стола, Оксана, виляя бедрами звонко стуча по линолеуму каблуками черных туфель, подошла к двери кабинета главврача.

— Юленька здравствуйте — вошел в приемную Александр Николаевич, распластавшись в улыбке, поприветствовав, кивая головой девушку, что сидела за компьютером

— Александр Николаевич — сразу же оторвалась светловолосая девушка от экрана компьютера, радушно улыбнулась ему

«Шалава малолетняя, а ты вообще сука кабель», нахмурила Оксана губы, поворачивая ручку входной двери, вошла в кабинет.

Кабинет Тихонова уже внушал собравшуюся комиссию врачей этой больницы, что сидели за большим столом в центре кабинета. С другой стороны стола был только один стул, который предназначался для Оксаны. Все члены комиссии взглядом как у хищников, унылым и пафосными лицами, приветливо кивнули вошедшей Оксане в кабинет. Четверо мужчин, среди которых был даже сам Эдуард Иннокентиевич, заведующий отделением скорой помощи. Из всех членом комиссии всего была одна женщина, Наталья Петровна, заведующая детским педиатрическим отделением. Не считая самого Тихонова, присутствующие в кабинете были одеты в белые длинные халаты, сидели за большим столом, перед которыми были разложены на столе белые листки, рядом с которыми лежала шариковая ручка.

— Оксана Владимировна можно, пожалуйста, вашу папку?!

Вежливо обратился Эдуард Иннокентиевич хриплым голосом, указывая согнутым указательным пальцам на стул, рука которого лежала на столе.

— Да-да конечно — оставляя дверь открытой, прошла по кабинету Оксана, положив папку на стол перед врачами собравшейся комиссии

— Расскажите нам про пациента — обратилась Наталья Петровна к Оксане, столь сурово и недоверчиво посмотрев на неё, сквозь стекла надетых на глазах очков

— Пациент с хронической сердечной и легочной недостаточностью поступил в субботу к нам в больницу — уверенно Оксана подошла к стулу, не выражая в себе никакого страха, отодвинула стул и села на него — Я его реанимировала на центральной деревенской площади, когда у него случился приступ

— Да-да я слышал про этот случай — ухмыльнулся другой мужчина, почесывая пальцами грубую щетину на подбородке

— Александр Николаевич — грубо обратился Тихонов к мужчине, что вошел следом за Оксаной в кабинет — Где вас носит, мы уже начали?!

— Судя по данным собранного анамнеза и карты он поступил в скорую 24 числа в тяжелом состоянии

— Вижу вы давали ему бемегрид — заметила Наталья Петровна, читая отчет из папки, прерывая одного из своих коллег — Скажите у него, что было отравлением карвалолом или лекарство из ряда барбитуратов?!

— Да мой пациент принимал карвалол, но по строго отведенной дозе? — призналась Оксана, несколько смутилась таких строгих вопросов со стороны комиссии

— Так как так вышло Оксана Владимировна….

— Простите, что прерываю, Оксана Владимировна, а можно взглянуть на лист анализов крови, которые взяли в скорой, когда поступил ваш пациент — поинтересовался Эдуард Иннокентиевич

— А что разве его тут нет?! — улыбнулась Оксана, как ни в чем не бывало — Хм… возможно я его оставила у себя в кабинете, позвольте я его принесу

— Сидите, Оксана Владимировна — приказным тоном попросил Тихонов — Скажите лучше, чем ваш пациент отличается от молодых ребят, которые больше него нуждаются в этом сердце

«Назойливый старый хрен, вот что тут тебе ответить», вопрос который задал Тихонов, поставил Оксану в тупик, не зная, что и ответить, она нервно прикусила краешек губы.

— Наверно тем, что у него есть любящая жена, двое детей — неуверенно говорила Оксана, глядя в глаза каждого кто сидел на противоположной стороне — Да хотя бы потому, что он хочет жить, помогать и любить свою семью

— Скажите Оксана Владимировна — обратился Эдуард Иннокентиевич — Вы точно сможете провести данную операцию и спасти жизнь вашему пациенту?

— В моей команде имеются самые лучшие врачи этой больницы — гордо заявила Оксана, возмутившись, нахмурив губы, посмотрела на Александра Николаевича, что сидел между Тихоновым и другим мужчиной — Я просто уверена в том, что смогу благополучно провести эту операцию по пересадке

— Двоих, из которых вы отправили в отпуск, прям накануне дня пересадке? — недоверчиво спросил Тихонов, поставив таким вопросом Оксану в затруднительное положение

— Валерий Валерьевич — вступился неожиданно Александр Николаевич, отвлекая все внимание комиссии на себя — Если нужны врачи и ассистенты для Оксаны Владимировны, то я думаю, больница вполне их может предоставить

— Так вам они нужны?! — поинтересовался Тихонов, что-то царапая ручкой на листке бумаги

— Я обойдусь помощью своих — возразила Оксана, положив ногу на ногу, облокотившись на спинку стула

— Эдуард Иннокентиевич — обратился Тихонов, поворачивая в его сторону взгляд — Вы будите ассистировать для Оксаны Владимировны

— Вы ведь не будите против? — спросил Эдуард Иннокентиевич, обращаясь к Оксане

— Нет, конечно — кивнула головой Оксана — Я буду только этому рада

— Хорошо — прервал их дискуссию Тихонов — Скажите Оксана Владимировне, нет ли каких-либо факторов, запрещающих включить вашего пациента на пересадку сердца

«Пиздец главное, самое главное собраться с мыслями, я ведь сейчас приступаю закон, спасая какую-то жалкую и никчемную жизнь», растерялась Оксана, сохраняя хладнокровие и темпераментность взгляда, на людей, сидевших за противоположной стороной стола.

— Что простите?! — вырвалось неуверенно у Оксаны

— Я спросил у вас Оксана Владимировна! — напряженным подавляющим взглядом говорил Тихонов, нахмурив густые брови — Нет ли факторов, запрещающих вашему пациенту получить сердце из банка доноров?!

— М…. нет — прикусывая от волнения краешек губы, ответила Оксана, стараясь из-за всех сил не выдать себя

— Вы уверены?! — напряженно, создавая интригу в голосе, переспросил Тихонов

— Да — подтвердила еще раз, Оксана правильность своего ответа

— Что же, хорошо — согласился Тихонов, оглядывая членов комиссии — Вы слышали доклад Оксаны Владимировны, читали папку собранного анамнеза и карты её пациента, скажите у членов комиссии, есть ли какие-либо возражения?!

«Блядь ну и нахуя мне был нужен тока Александр Николаевич, вполне могла бы и без него обойтись, зря тока ночью и утро провела с ним в постели», угрюмо скорчив губы, подумала Оксана, посмотрев на этого мужчины злым взглядом.

— Скажите — обратилась неожиданно Наталья Петровна, настораживая своим обращением — А как так вышло, что ваш пациент отравился карвалолом, когда вы сами же сказали, что он сам принимал его по строго отведенной дозе врача

— Наталья Петровна — вмешался тут же Александр Николаевич, чтобы спасти свою репутацию перед Оксаной — Вы ведь в курсе, что столь сильное лекарство, вызывает в редких случаях дисфункцию памяти, он по ошибке, мог принять его второй раз, как успокоительное во время стресса

— Ведь у него и так была миксома? — давила вопросами Наталья Петровна

— Вызванная стрессом — выступал с защитой Александр Николаевич

— Наталья Петровна — набравшись смелости, ответила Оксана — Одним из симптомов миксомы предсердия, является тахикардия, это сейчас, образовалась миксома левого предсердия, что блокирует проток крови АВ-клапанов, вызывая тем самым его пролабирование

АВ-клапаны сердца, расположены между желудочком и предсердием, «митральный клапан» и «трикуспидальный клапан», в связи, с которыми локализованная миксома в левое предсердие повредила их створки. Бактериальная вегетация, распространение бактерий, на стенках обоих желудочков, перешла на створки АВ-клапанов, полностью разрушая их функцию, вызывая тем самым отток крови, из желудочков обратно в предсердие. Попытка суицида, вызванная сверхвысокой дозой карвалола, нарушила функцию крови, вызвав тем самым стойкий пониженный ритм сердца, что способствовал отягощению состоянию кровеносных сосудов, в момент, когда внутрисердечная опухоль нарушила АВ-проводимость. Разрушив створки трикуспидального клапана, тем самым вызвав их пролабирование, что повлекло к гипертрофии правого желудочка, а затем к увеличению его объема, что привело к венозному застою крови в ногах. Повлекшая за собой череда событий вылилась в отек легких, состояние, при котором содержание жидкости в лёгочном «интерстиции» превышает нормальный уровень. Пролапс митрального клапана, вызвал в свою очередь, перебои в работе сердечного ритма, стойкую повышенную температуру, частичное его блокирование локализованной миксомой, привело к перебоям работе сердечного ритма, а после атриовентрикулярной блокаде. Пролапс III степени митрального клапана, прогиб митральной створки достиг уже 9 мм, тем самым вызвав у Леонова боль в грудном отделе, а так же затруднение дыхание при отсутствии физических нагрузок, когда он не мог обойтись даже без трубки для интубации.

— Простите Оксана Владимировна мы тут все не столь грамотные врачи в вашей области — говорила Наталья Петровна — Объясните, что значит пролабирование АВ-клапана

— Пролабирование митрального клапана — начала рассказывать Оксана, чувствую себя довольно гордо в своей области познания, перед другими врачами — Означает расслоение створки клапана, в связи с этим возникает его неполное закрытие, из-за чего происходит регургитация, отток крови противоположно её нормальному движению

— Значит теперь у него две внутрисердечные опухоли — вызывая недоверие к Оксане, продолжала докучать вопросами Наталья Петровна — Так как же так вышло, что у пациента, вместо одной доброкачественной опухоли оказалось их две?

— Опухоль локализованная! — пояснила уверенным голосом Оксана — Так как на ранних снимках мы видим, что она находиться в правом предсердии, а на свежих снимках УЗИ, сделанной моей командой, она в левом предсердии

— Образовавшаяся внутри сердца опухоль вызвала атриовентрикулярную блокаду — говорил мужчина с черной грубой щетиной на подбородке и на скулах — Чем как раз и объясняет ваша острая сердечная недостаточность и разрушение АВ-клапанов обоих предсердий, что приводит к дисфункции сердца, и я так понимаю, что….

— У него вегетация на стенках обеих желудочков, а так же увеличение их объема — пояснила Оксана, прерывая реплику этого мужчины — При такой острой форме сердечной недостаточности, крупноочаговым поражением миокарда некрозом, я бы не рискнула лечить его преднизолоном

— Послушайте у пациента острая сердечная недостаточность — возмутился Александр Николаевич, вставая со стула, обращаясь к членам комиссии — Мы просто обязаны дать ему сердце

— Раз уж так — закрывая красную папку Оксаны перед собой, положил на стол её Тихонов — Сердце доставят вам как можно скорее, готовьте вашего пациента к операции

— Спасибо — с безразличие поблагодарила Оксана, скривив алую прелесть губ

— Все могут быть свободны — заявил Тихонов, вставая со стула, направился к своему креслу

Оксана кончиками пальцев стянула со стола красную папку, медленно встала со стула, расправляя на талии, надетый на ней длинный белый врачебный халат. Звонко стукая каблуками, направилась к выходу из кабинета, сердце Оксаны трепеталось от волнения, в жилах бурлила паника, а в голове шла борьба между страхом и бессердечным хладнокровием. Открывая входную дверь, Оксана незамедлительно перешагнула высокий порог, оказавшись в приемной, прошла по ней, к другой входной двери. Через несколько секунд, Оксана покинула приемную главврача, глубоко вдыхая приятный поток вырывающегося в помещение сквозняка, она гордой и уверенной походкой, направилась вдоль по коридору. Звонко стукая каблуками по бетонному полу, Оксана, радуясь собственной победе, изящно вырисовывая сочную притягательную сексуальную красоту тела. Сохраняя необычайную сказочность красивой блистательной улыбки безупречных алых губ, Оксана держала их открытыми, вдыхая ими, свежесть бурлящего потока воздуха, что так прекрасно гармонично сочетался с запахом цветения листвы за окнами в коридоре.

— Костя! — удивилась Оксана, заметив поднимающегося по лестницы мужчину на второй этаж

— Да Оксана — отчаянно тихо ответил Костя — Я пришел с тобой серьезно поговорить

— Ну, надо же о чем? — удивилась Оксана, медленно покачивая бедрами, отошла к окну, положив на его пластиковый подоконник красную папку

— Оксана я больше не могу так — встав у Оксаны за спиной, с тяжелым голосом говорил он, выражение его угрюмого лица отразилось на стекле окна, возле которого она стояла — Я хочу порвать с тобой

— Что?! — испугалась Оксана, широко раскрыв глаза от шока, повернулась к нему, обвивая руками его лицо, чувствуя колкость его щетины ладонями — Нет!

— Оксана я больше так не могу — не дотрагиваясь до тела Оксаны, говорил Костя — Ты не отвечаешь на мои телефонные звонки, куда-то постоянно пропадаешь, оставила на меня чужого ребенка

— Костя прошу тебя — от испуга на лазурных голубых глазах стала образовываться влага, боязнь за потерю любимого человека, прижимаясь к нему, просила Оксана — Давай поговорим у меня в кабинете, обещаю, все будет, так как ты захочешь — легонько коснулась она его холодных губ

— Оксана нет! — возразил Костя, отталкивая от себя Оксану

— Костя нет! — слезно просила Оксана, лживым подлым образом разыграв иронию, снова обвивая руками крупные могучие плечи этого мужчины

— Оксана все хватит!

— Костя прошу тебя — не желая отрываться от его тела, Оксана, словно кошка, вцепившись в его плечи, прижалась к телу Кости — Давай поговорим у меня в кабинете, обещаю, все будет именно так, как ты скажешь

— Оксана….

— Костя прошу тебя — горькие горячие слезы покрывали глаза Оксаны — Обещаю, я сделаю все, что ты скажешь, приму любые условия, тока не бросай меня

— Так, где ты говоришь находиться твой кабинет? — взаимной улыбкой одарил Костя

— Сейчас тока папку возьму — протянув руку назад, Оксана стянула папку с подоконника, другой рукой, кончиками пальцев стирала льющиеся слезы с глаз

«Блядь ну теперь-то он уж от меня никуда не денется», коварством подлой улыбки улыбаясь, Оксана обвила руку Кости, прижимаясь к его телу, направилась вместе с ним по коридору.

 

***

Закрывая дверь за собой, Оксана облокотилась на её поверхность, согнув изящным изгибом ногу в колено, опираясь на неё каблуком черных туфель, выражая, таким образом, эластичность роскошной формы бедер.

— Так о чем ты хотела со мной поговорить?! — направляясь по кабинету, подошел к стеклянному большому столу, обернувшись, посмотрел вопросительно на Оксану

— Ты же понимаешь — придавая завораживающую похотью симфонию голоса, возбуждающими нотками говорила Оксана, вставляя аккуратно за спиной ключ в замочную скважину, сделала тихо пару оборотов — Что ты отсюда просто так не выйдешь, пока мы тут с тобой все не обсудим

— И что же ты хотела со мной обсудить — спросил Костя, коснувшись пальцами собачки молнии его спортивной белой куртки — У тебя как всегда бардак в кабинете, когда ты наоконец тут наведешь порядок?

— Ну извини блядь — грязно выругалась Оксана шепотом, вытаскивая ключ из замочной скважины, положила его медленно в карман — Как видишь гостей я явно не ждала, да и мои лакеи вели себя не гостеприимно

— Может, предложишь гостю кофе?! — любовался Костя, роскошной прелестью бедер Оксаны, скрытой за пеленой белого халата

— Может, предложу мужу — настойчиво заявила Оксана, подходя к Кости медленно интригующей хищной походкой, вызывая в нем бурю сексуальных эмоций — Кое-что лучше, чем кофе

— И когда это я стал твоим мужем? — удивился Костя, позволяя Оксане, словно дикой кошке, обвить руками его шею, прижавшись вплотную к его телу, искушая прелестью взгляда лазурных глаз

— С тех самых пор, как тогда воспользовавшись моим пьяным телом, самым наглым образом, попал ко мне во влагалище — ощущая присутствие его крепких рук на своих упругих ягодицах, похотливой улыбкой, скрывая ложь, говорила Оксана

— Это значит, я воспользовался? — коснувшись пальцами её подбородка, вынуждая, посмотрел на себя, он хотел взглянуть в глаза Оксане, что тут же скрыла от него красоту лазурного голубого прекрасного взгляда

«Блядь, ну как вот мне с ним разговаривать?!», нахмурила губы, отражая обиду на своих скулах, подумала Оксана, пытаясь совратить к сексу, близкого ей по чувствам мужчину.

— Ну же Костя — схватившись обеими руками за его расстёгнутую куртку, заявила манящим соблазну шепотом, прошептав под ухо Кости — Мы же ведь сюда не ссориться пришли

— Ну и душно тут у тебя — тяжело вздохнул Костя, отрываясь от объятий Оксаны, направился к окну, жалюзи которого были плотно задвинуты создавая притемненную обстановку в кабинете

«Блядь как ты заебал, что ты как баба ряженая, что мне самой, да смой приходиться тебя уламывать», изнуренно вздохнула Оксана, подняв измученный эмоциями взгляд на потолок тускло светящего ламп натяжного потолка в половину накала.

— Ну так что? — направляясь к окну, спросил Костя, подозрительно хитрой интонацией голоса, манящие ноты которого пленяли плавностью звучания слух Оксаны — Дорогая моя Оксана, я дождусь от тебя чашечку кофе

— Хм… ну раз ты так любезно просишь

Ожидая от Кости не такой реакции на свое манящее обликом обольщение, Оксана шикарно виляя бедрами, сняла с головы плотный белый медицинский колпак. Покачала головой, придавая необычайную пышность и объем золотистым волосам, прошла за спиной у Кости, звонко стукая каблуками черных туфель по линолеуму. На столешнице было рассыпано несколько крупинок кофе, кофейная банка была открыта, а сам электрический чайник, фирмы Bosch, находился не на своей подставке, и его емкость была наполовину заполнена водой.

— Оксана! — обратился Костя, взглянув в окно, отодвигая пальцами жалюзи — Вот скажи, ты ради меня на все готова?

— А к чему ты спрашиваешь? — взяв чайник в руки, удивилась такому неожиданному вопросу со стороны Кости

— Просто хотел узнать, на что ты готова ради меня

— Поверь мне — поворачивая блестящие хромированные вентили смесителя, обернувшись, наполняя чайник холодной струей воды, ответила Оксана — На многое

— Тогда хочу кофе в турке — требовательно завил Костя, отпуская жалюзи, что вновь закрыли просвет солнечных лучей, погружая кабинет в легкий сумрак — Для тебя ведь это не проблема?!

— Конечно дорогой не проблема — любезно, скривив от раздражения его характера губы, Оксана с трудом сдержала эмоции при себе

Необычайный аромат приготовленного кофе, находился в горячей белой чашке, разместившейся на краю стола, возле стационарного компьютера, развеивал свой искушающий крепостью аромат по всей атмосфере кабинета. Подлокотник мягкого дивана украшал длинный белый халат, что был скинут в пучине страсти. Белая рубашка, что была на Оксане, свисала большей своей половиной с края стеклянного стола. На спинке одного из стульев, расположенных по периметру стеклянного стола висело черное мини платье Оксаны. По полу кабинета были разбросаны черные чулки, черные туфли, лежали небрежно справа от дивана. Черные кружевные трусики лежали на клавиатуре компьютера, сохраняя прелесть вкуса аромата тела Оксаны.

— Ну, Костя! — задыхаясь в момент необычайной головокружительной похоти, отрывая от горячих губ Кости, простонала Оксана, сидя на его коленях, поджав ноги — Так не честно, почему ты тока меня раздел, а сам с себя снял лишь белую футболку — говорила она, прижимаясь к его горячему пылкому телу

— Ты такая красивая, когда на тебе очки — сделал приятный комплимент Костя, обворожительно теплыми ладонями, словно щит придерживал ягодицы Оксаны

— А что тебе во мне еще нравиться?

Шептала обаятельным нотой шепота под ухо мужчине, спросила Оксана, положив руки на его мощные плечи, выгнула перед ним спину, выставляя напоказ красоту сочной упругой груди. Костя дышал, словно дикий лев тяжелым возбужденным горячим потоком дыхания прямо на грудь Оксаны, обжигая лаской её розовые соски. Крепкие пальцы его крупных рук, обхватили ягодицы Оксаны, когда она сидела на его коленях, прижимаясь к нему обнаженным телом. Оголенный торс Кости, словно горящий вулкан, перед извержением, касался тела Оксаны, оставляя на нем завораживающий осадком след прикосновения. Горячие жгучие, словно огнем губы, касались розовых чувствительных сосков груди Оксаны, обжигая их лаской касания, мужчина как будто с дикой страстью обсасывал её грудь, покусывая нежно их зубами.

— М…. Костя — мотая медленно головой, Оксана извивалась, подобию дикой страстной кошки, позволяя ему обсасывать губами грудь, едва прикусывая зубами нежные розовые соски — Ты меня искушаешь

Потеки леденящей чарующей лаской мужской слюны стекали по телу Оксаны, обжигая нежностью скольжения.

— Ты такой нежный Костя

Обвивая руками его голову, Оксана пальцами прошлась по его волосам, вкушая ртом аромат одеколона, которым было щедро пропитано тело Кости. Утонченность изысканного вкуса «AcquadiParmaColoniaClub», верхними чувствительными нотами, которого служили бергамот, мандарин, мята и гармоничность вкуса «неролиевого масла». Базовая структура искушающего, соблазном дикой похоти составляли серая амбра, мускус и ветивер. Свойственность этого столь возбуждающего аромата завершалась чарующими нотами сердца, сочетание необузданного вкуса лаванды и герани кружила голову своей изысканностью.

— М…. подожди Костя — возразила Оксана, обвивая ладонями его колкую грубую щетину на мощных скулах его лица — Я очки сниму, они мне мешают

— Нет-нет

Выразил он не согласие, остановив руку Оксаны, медленно схватив её за запястье согнутой в локоть руки, что кончиками пальцев держали уже дужки надетых на глазах очков.

— В них ты еще более сексуальна

— М… ладно — прикусывая от волнения губу, смутилась Оксана, ощущая стенками влагалища, как изобилие влаги, внутри неё, переполняет её — Может, снимешь уже свои штаны

— Ты ведь не хочешь, чтобы я их так же намочила как свои трусики, когда мы с тобой так сладко целовались, перебегая от одного места к другому и так по всему кабинету — указывая взглядом возбужденных глаз поочередно на весь бардак, что они устроили в кабинете в момент возникшей страсти

— А что с ними никак?

— С ними будет просто пиздец Костя

Грязно некультурно выразилась Оксана, облизывая кончиком языка полыхающие огнем жаждой желания алые губы, помада на которых была уже размыта слюной мужчины в момент поцелуя.

— Какой же все-таки у тебя грязный язык — сделал замечание Костя, обращая внимание на ненормативную лексику Оксаны

— Ты даже не представляешь на что, он еще способен — хищной улыбкой, отразила Оксана алые губы, любуясь, как Костя встал с дивана скинул белые кроссовки с ног

— Я восхищен тем, как ты целуешься — снимая серые спортивные штаны, выражая голосом неутолимое желание Костя, обернувшись, посмотрел на Оксану

— И как же? — вставая на колени перед ним, находясь на диване, Оксана, обвивая его шею прижалась к телу Кости, чувствую как трепетно он дышит

— Ты хочешь много — откровенничал Костя, позволяя пальцам обеих рук Оксаны, вцепиться пальцами в резинку его черных трусов

— И поверь мне — заявила Оксана, когда Костя с ней сел рядом, черные его трусы были на уровне его колен — Я этого получаю — аккуратно она пальцами обвила его вялый член

— Оксана ты же не собираешься

Говорил с тяжелым дыханием Костя, когда Оксана кончиками пальцев заголила его головку, изогнув спину, как кошка, стоя на коленях. Оксана обхватила его начинающий крепнуть член обеими руками, испуская на его головку жар неистового горячего потока воздуха с алых губ.

— Мы же ведь в твоем рабочем кабинете, а вдруг кто-то из твоих людей войдет и что тогда….

Не давая ему возможности договорить, Оксана медленно ввела через алые раскрытые губы его член себе в рот. Заигрывая кончиком прохладным языком, изобилие слизи слюны которого составляла тонкий слой, Оксана заигрывала с его крепкой пульсирующей головкой. Раскрыв шире губы, Оксана плавно стала вводить его член себе в рот, чувствуя поверхностью языка, как пульсировала каждая жилка на его крепком могучем стебле. Жар крепких ладоней сразу же обхватил ягодицы Оксаны, сам мужчина словно испытывал сказочное удовольствие, от того как медленно и плавно она играла с его пенисом наполовину его засунув в рот. Оксана полностью заглотила его крепкий член, слюна, длинной тянущей вязкостью вытекая со рта Оксаны, холодным приятным прикосновением упала на гениталии Кости, от чего он словно вздрогнул.

Стенки влагалища Оксаны стали покрываться изобилием богатой влаги, жар ладоней крепких рук Кости не давал покоя. Глотая так глубоко его член, Оксана испытывала резкую нехватку воздуха, ведь его крепкий стебель и непрерывно пульсировать головка закрывала, перекрывала гортань.

«Блядь тока бы он стал пихать пальцы мне во влагалище, ведь так он быстро догадается, что у меня с утра был секс, но не с ним», заигрывая с ним, Оксана виляла попкой, извиваясь как дикая кошка, не позволяла добраться его пальцам до мокрых губ влагалища.

Костя явно злился, от того как непокорно себя вела Оксана перед ним, в итоге через несколько секунд он обвил одной рукой её талию. Испугавшись неожиданного поворота Оксана с членом во рту, рухнула на диван, а крепкий палец Кости резко вошел во влагалище, заставив её издать глухой крик. Застонав глухими стонами, Оксана чувствовала жжение на стенках влагалища, как его палец теребил их. Держа Оксану за пучок золотистых волос, он полностью ввел свой крепостью наполненный член ей в рот, пока другой рукой, средним пальцем насиловал её влагалище. Испытывая боль, как рьяно теребил палец Кости стенки влагалища Оксаны, вытирая всю его скопившуюся влагу.

— Мммм…… — издавая сексуальный крик, выражая непокорство, извивалась Оксана, находясь в крепких мужских оковах

— Ты что возбуждаешь от этого? — отпустив волосы Оксаны, но позволил её быстро оторваться от его члена

— Ах… Костя — издавая громкий эротический стон, простонала Оксана, раскрыв шикарной красотой алые покрытой мужской смазкой члена губы — Мне больно!

Прикусывая краешек губы, Оксана покорно села на его средний палец, чувствуя всю грубость сухими нежными стенками.

— Тебе не понравилось? — удивился Костя, медленно вытаскивая палец из влагалища Оксаны

«Блядь да ты ебаный сука маньяк», грубо выразила Оксана свое мнение об этом мужчине, жалостливым обиженным взглядом посмотрела на него.

— Если бы ты был чуточку нежнее — изнывая мучительным стоном, Оксана почувствовала как Костя укладывал её спиной на диван

— Хочешь чтоб я все сделал нежно — уложив Оксану спиной на подлокотник дивана, когда она атк красиво выгнулась перед ним, выставляя грудь вперед

— Я не хочу — переводя дух, Оксана почувствовала мокрыми половыми губами, как пульсировала возле них горячий возбужденный член Кости — Я этого желаю!

Как змея сквозь зубы прошипела Оксана, изобразив на лице, дикий возбужденный оскал, почувствовала как крепость наполненного могуществом члена Кости, вошла медленно в неё. Раскрыв полностью лазурные голубые глаза, Оксана словно впала в шок, не ожидала, как сильно растянулось её влагалище. Открыв шикарным изгибом безупречные алые губы, Оксана хотела застонать, но не могла, чувствовала сухими стенками растяжение от мужского члена во влагалище. Могучий словно непомерных размеров член Кости, вошел только крепкой головкой промеж разведенных им стенок влагалища Оксаны, как он быстро остановила его продвижение, приложив ладонь к его животу чуть ниже пупа.

— Костя нет! — возразила Оксана, громко крикнув — Мне больно

«Пиздец наверно, сейчас что-то будет», испугавшись, подумала Оксана, дыхание стало частым и прерывистым, зрачки были расширены от шока, сердце трепетало, вырабатывая адреналин сокрушительными дозами, на нежной бархатистой коже выступили частики пота.

— Оксана милая — убирая руку Оксаны со своего живота, другой рукой Костя схватился за пучок растрепанных в порыве страсти волос Оксаны и запрокинул, резко ей голову = Я уверен, ты выдержишь

— Ай…. — стиснув зубы, громко крикнула бешеным криком Оксана

Член Кости до половины проник во влагалище Оксаны, как она испытала сильную нестерпимую боль, покорным взглядом продолжала смотреть на сексуального дикаря. Скрестив ноги за его спиной, Оксана, приживаясь к его телу, чувствовала пылкость его дыхания, мощь его члена, мокрыми стенками влагалища, что вынуждала их растягиваться с еще более силой. Держа одной рукой за растрепанные волосы Оксаны, Костя другой рукой держал её за бедро. Оксана шипела через зубы, чувствуя, как дерзко входит в неё крепкий большой член Кости. Извиваясь в его оковах словно дикий зверь, Оксана, раскрыв полностью глаза, отрыв рот состроив шикарным возбуждающим изгибом алые губы, изнывала в пучине сладких стонов.

— Ты что кого-то тут ждешь? — удивился Костя, остановившись, услышал он, как за дверью рабочего кабинета Оксаны, открылась дверь приемной

— Наверно моя секретарша Валерия — возбужденным голосом, ответила, сладко постанывая Оксана, ощущая внутри себя крепкий член мужчины, что входил всего наполовину — Приперлась с кафетерия

— Вот блин — огорчился Костя начал медленно высовывать член из Оксаны

«О… нет, ты так просто Костя от меня теперь не отделаешься, мне плевать кто там за дверью, но я от тебя свое получу»

— Подожди — схватилась кончиками пальцев за головку пениса, край которой еще все находился во влагалище Оксаны — Не так скора дорогой мой Костя — заявила она, состроив хитрое возбужденное лицо

— Что еще?! — по его лицо было видно, как сильно волновался Костя, когда за дверью кабинета Оксаны услышал стук приближающихся женских каблуков

— Я еще не получила чего хотела — оставляя ноги за его спиной скрестив их, возразила Оксана, обвивая руками мощные плечи Кости, вынудила прижаться к своему телу

— Ну Оксана за дверью кто-то есть

— Да мне похуй — грязно выругалась Оксана, разозлившись, почувствовала, как член внутри влагалища стал терять свою мощь — Ты, что больше не можешь?

— Я не могу, когда за дверью ходят твои люди

— Ну, пиздец блядь — прошипела недовольно Оксана, услышав, как в дверную скважину замка вошел чей-то ключ

— Прижмись ко мне

— Зачем? — удивился Костя

— Блядь ты, что такой тупой — оскорбила Оксан своего мужчину, насильно прижала его к себе

Вялая, ослабшая головка члена Кости, медленно вышла из влагалища Оксаны, нежностью приятной вязкой смазки скользила по её мокрым половым губам. Дверь тихо со скрипом отворилась, Оксана скрывала развращенный взгляд за плечом Кости, прижималась к нему, лежа под ним на мягком диване. Улыбнувшись шикарной формой алых губ, Оксана заметила в проходе замлевшей от удивления и полного смятении Валентину, что встала, как будто увидела дикий ужас в открытых дверях. Рыжеволосая девушка в белом длинном халате, буквально обомлела, выронив из рук бумажный планшет вместе с ручкой пол, прикрыла голубые глаза ладонью руки.

— Оксана Владимировна что это?! — начала она, сразу же с обстановки творившейся в рабочем кабинете больницы — Вы хоть совесть имейте, это же все-таки больница

— Моя рыжая радость — ласково говорила Оксана, румянец на щечках, выдавала лишь частичку той скромности, что она испытала, находясь под телом Кости, абсолютно голой — Мне ведь тоже иногда требуется снять напряжение, тем более из-за этого дела, я чуть не потеряла своего мужчину

— Но вы ведь сами взяли это дело

— Ну и что?

— Оксана Владимировна! — продолжала возмущаться Валентина, медленно вошла в кабинет перешагивая высокий порог открытой двери, прекрасным изгибом согнула ногу в колено, отразив ей упругость белоснежной кожи бедер — Вы сами взяли это дело, превратили кабинет в бордель и к тому же занимаетесь сексом, в ваше рабочее время

— Ну, это мне решать, когда и чем я буду заниматься — оставаясь лежать под телом Кости, Оксана тешилась в мягкости подушки под спиной — А ты чего собственно пришла?

— Я пришла вам сообщить — гордой интонацией голоса, ответила Валентина, оставаясь стоять пораженной дикому разврату, прижалась спиной к закрытой двери — Что сердце для нашего пациента уже доставили в больницу

— Ну, пиздец Костя — используя ненормативную лексику, выругалась Оксана, выражая свои эмоции на лице, прекрасным очертанием скул, отражавшим раздражение — Все блядь, вот теперь мне уже нужно работать

— Ты что собираешься делать пересадку сердца?! — удивился он так, будто понимая всю серьезность и сложность операции

— Вот поэтому я хотела получить от тебя все, чтоб во время операции не поддаться эмоциям

— Оксана Владимировна?! — обратилась Валентина, нагнувшись, подняла с пола планшет и ручку, что выронила из рук

— Готовьте пациента к операции — выползая из-под тела Кости, распорядилась Оксана, прижимаясь к нему сидя, поджала под себя ноги — И закрой блядь дверь с той стороны

— Советую вам лучше сосредоточиться на работе

— Советую тебе, просто выйди нахуй!!! — повысив голос, грубо выразилась Оксана

— Как пожелаете! — недовольно от обиды фыркнула Валентина, быстро открыв дверь, покинула в спешке кабинет, громко хлопнув за собой дверью

— Ну что же Костя — прижимаясь лицом к его груди, говорила Оксана, когда за дверью слышались удаляющиеся шаги Валентины, по приемной, после закрылась и её входная дверь — Мне нужно работать, ты меня отпускаешь?

— Твоему пациенту нужно было сердце — был поражен Костя — Что же ты раньше не могла сказать, что все было так серьезно?!

— А какое это отношение имеет теперь?

Распущенной улыбкой, улыбнулась Оксана, поцеловав его в щеку, медленно сидя на диване, свесила с него ноги, коснувшись ими прохладного линолеума.

— Ты знаешь, твоя мама с твоим отцом, просили тебе передать, что будут ждать тебя вечером в твоем доме

— Чего они хотели? — выгнув спину, спросила, мурлыкала сладкой нота голоса Оксана, вставая с дивана, выставила перед Костей всю красоту эластичных бедер

— Не знаю — пожал плечами Костя, поднимая с пола, сидя на диване нагнувшись, поднял с пола черные трусы — Наверно что-то про свадьбу твоей сестры

— И слышать об этом не хочу

— Что будешь делать?

— А чего хотел бы ты сам?

— Провести с тобой эту ночь

— С твоей сестрой или без? — удивилась такому предложению Оксана, обольщая его прелестью лазурного взгляда, села в мягкое кожаное кресло возле компьютера

— Ну, это как ты сама уже решишь

— Ты предоставляешь мне выбор?!

— Иначе ты меня просто убьешь

— Верно, убью в постели — коварно развратила его Оксана, похотью развращенной улыбки, положив красивым жестом ногу на ногу, взяла с края стола черные кружевные трусики

 

***

Отблеск яркого света от белой кафельной плитки операционной отразился на стеклах очков Оксаны, как только, она открыв одну створку двери вошла в помещение. Воздух данной обстановки был пропитан поразительно чистый, помещение тщательно вентилировалось, приток приходящего воздуха был во много раз больше, чем его отток. Створки дверей тут же плотно захлопнулись за спиной Оксаны, создавая в помещении поразительно изолированную обстановку от внешнего мира. Свет операционных ламп, над операционным столом достаточно ярко освещал обстановку над операционным столом.

— Оксана Владимировна — обратилась Валентина, встав возле операционного стола, выражая под стеклами надетых на глазах очков явное недовольство

— Оксана Владимировна пациента уже сейчас привезут — доложил Эдуард Иннокентиевич — Вы знаете я впервые буду на такой сложной операции, не знаю, как Тихонову удалось выбить для вас сердце, но уверен после такой операции наша больница….

— Эдуард Иннокентиевич вы мне льстите

Возразила Оксана, сделав пару шагов, как в сопровождении двух санитаров, что её везли в двери плавно въехала каталка с лежащим на ней пациентом.

— Отнюдь нет Оксана — выразила несогласие Вероника, подготавливая аппарат искусственного кровообращения к работе — Операции по трансплантации донорского сердце реципиенту, считается самой сложной в кардиологии на мой счет, после успеха операции жди репортеров на свою голову

— Самой сложной — прикусила, насмехаясь краешек губы Оксана — Да ну бросьте, не для меня

— Вы так уверенны Оксана Владимировна?!

Удивилась Валентина, обрабатывая хирургические инструменты асептическим раствором «ТЕФЛЕКСА КОНЦЕНТРАТА». Препарат для стерилизации и дезинфекции инструмента, обладает антимикробной активностью в отношении различных грамотрицательных и грамположительных микроорганизмов.

— Эдуард Иннокентиевич — обратилась Оксана, игнорируя пустые нотации Валентины — Помогите разместить, нашего пациента на столе и накрыть его операционным бельем

— Оксана Владимировна — коснулся холодной рукой мужчина, что лежал еще на каталке, как только Оксана подошла к ней — Не знаю, зачем вы это делаете, но спасибо вам

— Спасибо скажите своей жене тогда, когда проснетесь

Не желая больше общаться с этим мужчиной, Оксана кивнула двум санитаром, чтобы быстрее его переложили на операционный стол.

— Вероника искусственное кровообращение на тебе — заявила Оксана, обратив внимание, как Вероника подготавливала аппарат к работе — Эдуард Иннокентиевич будите мне ассистировать

— Подготовлю «гепарин» и вазодилататоры — выразила желание Валентина

— Оксана Владимировна — обратился Леонов снова, лежащим на операционном столе, когда его тело накрывали двое санитаров стерильным темно-синим операционным бельем — Спасибо!

«Блядь еще чуть-чуть и я сама его убью нахрен», засмущалась Оксана, скрывая бурные эмоции под стерильной маской на лице, держа в руке маску с анестезией.

— Хватит болтать чепуху — заткнула она этого мужчину, прислонив к его лицу маску с газообразным раствором — Валентина вольешь через канюлю ему дозу анестезии, как только он уснет, операция будет часов пять не меньше

— И так он уснул — доложила Валентина

— Гепарин 300 ЕД/кг и «вазодилататоры» быстро! — заявила Оксана, убирая маску с лица пациента, когда он уснул, взяла в руки пинцет зажав в нем пинцет с тампоном

Обрабатывая грудную клетку, тампоном, смоченным в растворе «бетадина», Оксана производила дезинфекцию операционного поля. Эдуард Иннокентиевич начал интубировать трахею пластиковой, одноразовой трубкой для интубации, тщательно обработанной специальным асептическим раствором. Положив тампон специальную миску, с асептическим раствором, Оксана взяла электронож «ЭХВЧ-500», предназначен для резания и коагуляции мягких тканей и кровеносных сосудов токами высокой частоты в МОНО и БИ режимах. Медленно и очень плавно, Оксана произвела срединный разрез от вырезки грудины, до середины «эпигастральной области», область непосредственно под мечевидным отростком, соответствующая проекции желудка на переднюю брюшную стенку. Рассекая электроножом ткани «фасции» и «надкостницы грудины», Оксана тут же произвела коагуляцию ткани, пока Валентина, тщательно обрабатывала разрез тампоном асептика.

Методика срединной «стернотомии», хирургическая операция, заключающаяся в рассечении грудины; выполняется для обеспечения доступа к органам. Взяв в руки «стернотом», марки System 6 Stryker, Оксана выполнила разрез грудины, в месте рассечения тканей электроножом. Валентина, пользуясь специальными хирургическими крючками, поэтапно развела рассеченные концы в стороны. Эдуард Иннокентиевич пользуясь специальным хирургическим воском, произвел гемостаз из краев разрезанной грудины. Используя «ранорасширитель», хирургический инструмент, облегчающий доступ к «органу» путем разведения краев «раны» и удерживания их в определенном положении, Эдуард Иннокентиевич полностью раздвинул края грудины.

— Начинаем «канюляцию» полых вен и восходящей аорты — отдала распоряжение Оксана, когда пространство плевральной полости мужчины, было полностью готово к операции

— Аппарат для искусственного кровообращения готов — отчиталась Вероника

Оксана принялась использовать технику бикавальной канюляции, метод по которому будет пересажено сердце донора «реципиенту». Перед началом канюляции Оксана аккуратно, пользуясь скальпелем, вскрыла перикард, после чего края раны накрыла стерильным полотенцем. Пальпируя пальцами верхнюю и нижнюю полую вену, для исключения в месте предполагаемой канюляции, для исключения атероматозной бляшки, хроническое заболевание артерий эластического и мышечно-эластического типа. Пальпируя пальцами в резиновых перчатках, нижней и верхней полой вены, Оксана нашла наиболее подходящей интраперикардиальный участок, так как он более устойчив к разрыву и диссекции. Пользуясь хирургическими ножницами, Оксана произвела рассечения тканей сердца, пока Эдуард Иннокентиевич пользуясь электроотсосом, откачивал образовавшуюся кровь в месте раны, тут же обрабатывая её асептическим раствором. Подготавливая двойной кисет нитью 4/0 с площадью, но не более одного квадратного сантиметра, Оксана накладывать трубку турникета, старалась, чтобы игла при наложении кисетного шва, не проникала на всю толщину стенок аорты, таким образом, Оксана выполнила первый кисетный шов. Второй кисетный шов, Оксана наложила на 1-2 см выше устья нижней полой вены, стараясь чтобы венозные канюли не «перекрестились» между собой. Осторожно приподнимая правое предсердие левой рукой, Оксана наложила треугольный кисетный шов 2 кв.см. в месте, которое выглядело достаточно прочным по толщине, чтобы удержать фиксирующий шов с канюлей.

— Насосная функция сердца заметно снижается — доложила, испугавшись Вероника, наблюдая за сердцебиением в монитор, размещенный над операционным столом

— Знаю — уверенно, согласилась Оксана, предполагая заранее дальнейшее действия

Освобождая от зажимов сердце, Оксана дала ему возможность восстановить собственную гемодинамику тока крови. Накладывая на нити шва трубку турникета, Оксана зафиксировала его зажимом, типа москит, но не затягивала. Затем Оксана аккуратно разомкнула зажим, освобождая магистрали контура искусственного кровообращения. Пользуясь сосудистыми зажимами, Оксана наложила его на корпус двух артериальных канюль. Установив одну артериальную канюлю в верхнюю полую вену, а другую в нижнюю половую вену, Оксана расположила их на 1см глубже устья, фиксируя при этом, кисетные швы турникетами. Произведя проверку на наличие пузырьков воздуха внутри канюли и кровеносной магистрали, Оксана зафиксировала её деталям стернотомного ранорасширителя. Только после этого этапа для подтверждения правильности установки можно выполнить измерение давления в артериальной линии контура аппарата искусственного кровообращения, а также выполнить нагнетание небольшого количества раствора из объема первичного заполнения в просвет аорты под контролем давления.

— Убираю зажимы с верхней и нижней полой вены — доложила Оксана — Скора перейдем на искусственное кровообращение, Эдуард Иннокентиевич, подготовьте сердце донора

Удостоверившись в надежном закреплении обеих канюль в нижней и верхней полой вене, а так же в отсутствии пузырьков воздуха и кровеносной магистрали, Оксана внимательно следила за изменением давления в кровеносном контуре аппарата искусственного кровообращения. Производя нагнетаиия небольшого количества раствора в полость канюляции полых вен, Вероника следила за показаниями изменениями давления на аппарате.

— Постепенно будем нагнетать давление в течение двух-трех минут до 2,2-2,4 л/м2/мин — заявила Оксана — После чего переходим только на искусственное кровообращение

— В дальнейшем я сама смогу производить регулировку артериального насоса и «оксигенатора», руководствуясь определенными критериями функции заменяемого сердца — отчиталась Вероника о готовности продолжать работу по искусственному кровообращению самой

Вентиляция оксигинатора осуществляется таким образом, чтобы РС02 и Hb02 (или Р02) артериальной крови, соответствовала их нормальному значению: рСО-, = 35-45 мм рт. ст., Hb>95%; Р02 > 80 мм рт. ст. Производительность артериального насоса поддерживается на уровне, обеспечивающим нормальную концентрацию кислорода в плазме крови, оттекающей из тканей капилляров. Р02 в смешанной венозной крови равно температуре 35-40 мм рт. ст., что при нормальных цифрах рН в венозной крови соответствует 65-72% Hb02.

— Данная методика свойственна для того, чтобы добиться баланса между притоком крови в аппарат и её оттоком из него — пояснила Оксана, суть данной техники

— Поддерживаю время перфузии 50-60 мм ртутного столба — доложила Вероника, наблюдая за показаниями давлениями артериального насоса

— Но для нормального кровообращения нам нужно не менее 100 мм ртутного столба — возразил Эдуард Иннокентиевич

— Совершенно верно — согласилась с этим утверждением Оксана

— Поднятием артериального давления до нужного нам уровня — вставляя в установленную канюлю шприц, объясняла Вероника — Мы добивается вазодилататорами

— Начинаем пересадку по бикавальной методике — заявила Оксана — Эдуард Иннокентиевич, подготовьте, пожалуйста, сердце донора к пересаживанию

Взяв в руки скальпель, Оксана принялась делать рассечение тканей правого желудочка, отсекая его от предсердия до нижнего края межпредсердной перегородки на 1-2 мм выше предсердно-желудочковой борозды. Аккуратно хирургически ножницами, Оксана отсекла правое ушко, для профилактики образования тромбов. Как можно ближе, Оксана пересекла хирургическими ножницами аорту и легочную артерию, аккуратно отсекла левый желудочек от левого предсердия. От левого края до нижнего края межпредсердной перегородки, Оксана скальпелем отсекла ушко левого предсердия, после чего пересекла саму межпредсердную перегородку. Внимательно сквозь стекла тонких очков, надетых на глазах, Оксана изучила полость овального отверстия, затем начала тщательно его ушивать. Наложение два шва держалки, что Оксана наложила на верхние и нижние стыки левого и правого предсердия с межпредсердной перегородкой.

— Оксана Владимировна — обратился Эдуард Иннокентиевич, стоя перед Оксаной с сердцем донора, которое располагалось на специальной миске, покрытое асептическим раствором — Вот сердце донора

— Спасибо Эдуард Иннокентиевич — душевно поблагодарила Оксана, кивнула поставить хирургический поднос с сердцем на столик для хирургических инструментов, что находился возле неё — Начинаю трансплантацию сердце реципиента с сердцем донора

Первый шов, Оксана наложила на левое предсердие, в области отсеченного ушка сердце реципиента, и левого ушка трансплантанта. Одним из концов этой нити, Оксана выполнила обвивной непрерывный шов нижних краев предсердий изнутри их полостей до нижней держалки, на межпредсердной перегородке, при этом нить выкалывают наружу и связывают с держалкой. Затем другим концом нити шва, наложенного в области ушек левых предсердий, Оксана сшила верхние края левых предсердий, эту линию шва выполняют снаружи от полостей предсердий. Достигнув верхнего шва на межпредсердной перегородке, Оксана связала нити между собой. Обратив внимание на образование рыхлых тканей, Оксана наложила второй ряд обвивного шва, по точно такой же методике. Концом одной из связывающих нитей Оксана сшила стенку левого предсердия трансплантанта с межпредсердной перегородкой сердца реципиента.

— Поразительно — заметил Эдуард Иннокентиевич немало важный факт — Сердце трансплантанта соответствует размером с сердцем реципиента, что бывает крайне редко

— Что бывает пиздец как невозможно — грязно выругалась Оксана — Но в нашем случае периметр сердца трансплантанта схож с периметром сердца реципиента

— Никогда не думал что такое возможно

— Чудеса иногда случаются — пожала плечами, веселым голосом согласилась Вероника, сверкнув отблеском падающего света на стекла очков в сторону Оксаны

«Блядь сейчас разведут лирику, мне ведь работать нужно», уныло вздохнула Оксана, ощущая жуткую изматывающую слабость в ногах, напряжение в ногах и непокорность собственных рук.

Перед анастомозированием правых предсердий, Оксана приняла во внимание тот факт, что сердца трасплантанта, соответствует периметру сердцу реципиента, что случилось почти невозможной редкостью для этого случая. Пользуясь таким случаем, Оксана аккуратно сшила края правого предсердия трансплантанта с межпредсердной перегородкой сердца реципиента.

— Перехожу к анастомозиорованию аорты — пояснила Оксана, оценивая соотношения диаметра аорты трансплантанта и реципиента — Как видите соотношение размера аорты трансплантана и реципиента равно 1:2 поэтому будем выполнять клиновидное иссечение

— Постоянно ведь везти не может да Оксана Владимировна — злорадно насмехаясь выразила свое мнение выражая горькую обиду Валентина, стоя за спиной у Оксаны

— Знаешь Валюша — проявляя абсолютное хладнокровие и безразличие к насмешкам рыжеволосой девушки, заявила Оксана — Для того у кого есть мозги, я не считаю это слишком уж большой проблемой

— Как громко сказано!

«Твою мать она, что меня теперь за это выбесить решила!», раздраженно подумала Оксана, сжимая в руках скальпель, испытывая переизбыток эмоций.

— Валентина прекрати! — упрекнула Вероника

— Валентина Владимировна прекратите немедленно! — вступился Эдуард Иннокентиевич

— Вот видишь моя рыжеволосая бестия — насмехаясь говорила Оксана, скрывая истинную подлость улыбки, безупречных алых губ, под стерильной марлевой повязкой — Прикрыла бы ты свой ротик

— Вам это Оксана Владимировна просто так с рук не сойдет!

— Блядь да выведите вы эту дуру нахуй отсюда!!! — не сдержавшись, крикнула на всю операционную, испытывая раздражение громко Оксана

— Валентина Владимировна угомонитесь сейчас же — грозно крикнул Эдуард Иннокентиевич

Не придавая дальше никакого значения пустым возникшим ссорам, взяв в руки хирургические ножницы, Оксана начала выполнять клиновидное иссечение участка верхней стенки аорты. Оксана старалась так, чтобы больший диаметр аорты был с наложением на края разреза обвивного непрерывного шва. После чего наложив два шва-держалки на боковые края срезов аорты, Оксана пользуясь хирургической иглой, сшивала, делая это так, чтобы задние стенки аорты донора и реципиента были изнутри их просветов. Передние стенки аорты трансплантата и реципиента, Оксана сшивала снаружи от их просвета. Закончив анастомозирования аорты донора и реципиента, выше линии шва для профилактики воздушной эмболии в просвет аорты, Оксана ввела «Дюфо иглу».

— Перехожу к сшиванию легочной артерии реципиента с трансплантантом

Пояснила Оксана, пользуясь хирургической иглой, произвела дальнейшую методику, аналогично с сшиванием аорты. Сначала наложила два шва-держалки, затем изнутри Оксана произвела сшивание задней стенки, после чего снаружи — передние стенки легочных артерий. Используя дальше хирургические электроды дефибриллятора, Оксана произвела небольшой разряд через него, реанимировав пересаженное сердец, добившись тем самым самостоятельной сократительной способности сердца.

— Есть синусовый ритм — заметила Валентина

— Вижу — прикусывая губу, согласилась Оксана

— Потрясающе — восхитился Эдуард Иннокентиевич — Ну Оксана Владимировна репортеры вкам после такого проходу не дадут

— Вероника начинаем переходить на параллельное кровообращение — доложила Оксана — Следи за давлением в артериальном контуре искусственного кровообращения

— Хорошо, включаю подогрев крови — подтвердила Вероника, нажав на аппарате искусственного кровообращения функцию теплообменника

— Убирая зажимы с восходящей аорты и легочной артерии — докладывала Оксана, снимая хирургические зажимы с аорты и легочной артерии

Через несколько минут после восстановления самостоятельных сокращений катетер, введенный через верхушку ушка левого предсердия в левом желудочке трансплантата, удаляют. Перевязывая ушко у основания. Искусственное кровообращение прекратилось, Оксана начала удалять венозные и аортальные канюли.

Приступив выполнять послойное ушивание раны перикарды с оставлением дренажей под задней поверхностью сердца и в переднем средостении.

— Приступаю к закрытию грудины — распорядилась Оксана — Эдуард Иннокентиевич помогите мне

— В чем будет заключаться моя помощь?

— Будите производить дренаж грудины

Перед закрытием грудины, Эдуард Иннокентиевич через отдельное отверстие начал производить дренаж грудины, с удалением «гемоторакса», скопление крови в плевральной полости, что являлось следствием проведенной операции на сердце. Используя для этого синтетическую трубку длинной около 40 сантиметров, установив дренаж в самой высокой точке плевральной полости, во второе межреберье по средней ключичной линии.

Валентина аккуратно извлекла ранорасширитель из грудины, позволяя дальше проводить сращивание грудины хирургу, по методу срединной стернотомии. После чего Оксана шилом проколола шесть отверстий, на края рассеченной грудины, через которые начала проводить толстую нержавеющую проволоку. Начав проводить проволоку, через межреберья обеих сторон, Оксана вдевала проволоку в ушко толстой иглы, которую тут же проводила через грудину. Тщательно начала потом щипцами скручивать концы толстой проволоки на четыре витка, Оксана снова их потом приподнимала щипцами и снова скручивала. Пытаясь добиться таким сложным методом плотного сращения грудины, после этого Оксана стала загибать концы проволоки, укоротив их до нужной длинны, она погрузила их в ткани кожи пациента. Используя частые швы, Оксана надежно сшивала «надкостницу», соединительнотканная пленка, окружающая кость снаружи. Кожу и «подкожную клетчатку», начала сшивать узловыми швами.

— Валентина, пожалуйста, обработай рану раствором «ПОВИДОНОМ-ЙОДА» — распорядилась Оксана, завершив последний узловой шов, срастив полностью ткани кожи и подкожной клетчатки

— Оксана Владимировна вам нужно отдохнуть — распорядился Эдуард Иннокентиевич

— Просто невероятно

Заметила Валентина, обрабатывая рану тампоном, смоченным в асептическом растворе, обратила внимание на монитор снимающий показания сократительной способности пересаженного сердца.

— Сердце что-то вот-вот должно было умереть бьется даже получше моего — продолжила высказывать впечатление Валентина

— А ты как думала — ухмыльнулась Оксана к выходу из операционной — Современный метод бикавальный пересадки работает, он еще нас с вами переживет

— Вам ведь теперь проходу тут не дадут — рассмеялся Эдуард Иннокентиевич хриплым голосом

— Это кто еще кому не даст

Коварством улыбки улыбнулась Оксана, скрывая поразительное очертание скул, под стерильной повязкой на лице, покинула операционную, плотно закрыв за собой створку двери.

«Блядь пиздец, как я устала», облокотившись спиной на кафельную стенку, подумала Оксана оказавшись в предоперационном помещении, наедине с самой собой, под тихое мерцание одной герметично закрытой лампы в светильнике.

— Надо срочно принять душ — ощущая, как на лбу и на лице всплыли мелкие капельки пота, Оксана медленно направилась к дверям, ведущим в коридор

— Оксана, Оксана! — сразу же побежала Леонова к дверям операционной, как только Оксана их покинула, оказавшись в коридоре

— Оксана Владимировна! — обратился Тихонов, встав за её спиной — Ну как все прошло?

— Операция прошла как по плану — ухмыльнулась Оксана, снимая окровавленными перчатками стерильную повязку с лица — Пациент будет жить

— Ну, слава богу — глубоко и изнуренно вздохнул Тихонов, облокотившись на стену в коридоре

— Боже Оксана! — слезы радости и неописуемого счастья вспыхнули на глазах этой женщины

— Он ведь пытался отравить себя карвалолом — тихо произнес Тихонов, когда Оксана не давая себя обнять этой женщине, прошла мимо неё с пустым взглядом в глазах — Иначе вы бы не давали бы ему бемегрид при поступлении, зачем он хотел себя убить? — обратился он к Леоновой

— Да какая блядь разница!!!

Прошипела с ненавистью Оксана, обернувшись в пол оборота, встала над мерцающим над головой светильником в коридоре, окутанном сумрака ночного мрака за пластиковым окном.

— Пациент будет жить и теперь, мне он больше не интересен, лучше найдите мне новое дело

— В этот раз — с угрозой голосе сказал Тихонов, затаив какой-то скрытый план мести — Считайте, что вам повезло, но вам все равно придется ответить за тот случай, что вы обманули нас, поставили под угрозу необдуманно репутацию больницу и мою собственную карьеру

— Ой Валерий Валерьевич — придавая на лице хладнокровное радушие к проблемам Тихонова, застенчиво улыбнулась Оксана — Да плевала я на вашу карьеру, меня интересуют только головоломки, проблема решена и теперь мне до неё нет дела

— Я прослежу Оксана Владимировна — говорил, угрожая Тихонов в даль коридора по которому уходила Оксана — Чтобы этот факт, вам просто так с рук не сошел, вам за него придется ответить

— Отвечу — продолжая строить очаровательную улыбку глубокого безразличия, улыбнулась Оксана, подходя к массивной лестнице, что вела на первый этаж — Но не перед вами

Выразила Оксана свое мнение, не спеша, начиная спускаться уставшими ногами по ступенькам огромной лестницы.

  • Мне с удачей по пути. / Берген Анна
  • Юмореска / Резиновый автобус / Хрипков Николай Иванович
  • Крохи Или / Олива Ильяна
  • Плавний розвиток думки депресивного соціофоба / Nerd
  • № 2 Валерий Филатов / Сессия #4. Семинар января "А если сценарий?" / Клуб романистов
  • Лес заболел / Взрослая аппликация / Магура Цукерман
  • Так земли возвращаются в Россию / Тебелева Наталия
  • Художник Хэллоуина (Джилджерэл) / Лонгмоб "Байки из склепа-3" / Вашутин Олег
  • Пусть так будет / Валевский Анатолий
  • О вороне и Васе (Армант, Илинар) / По крышам города / Кот Колдун
  • Когда-нибудь... / Бестолковые стихи / Зауэр Ирина

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль