Глава 11. Часть 4

0.00
 
Глава 11. Часть 4

Ослепительно яркие лучи дневного солнца, вынудили Оксану проснуться в одинокой теплой и поразительно мягкой как перо птицы кровати. Постельное белье, белая простыня, была смята буграми прошедшей сексуальной страсти, впитала в себя аромат тела рыжеволосой девицы и естественный запах тела Оксаны. Воздух в комнате насытил бодрящий запах приготовленного кофе капучино, стойкий аромат которого заслужил господстве в это атмосфере. Толстое бамбуковое одеяло, что скрывало красоту обнаженного тела Оксаны, согревало её в это прохладное деревенское утро. Из открытой двери комнаты, со стороны гостиной слышалась бурная оживленная непонятными репликами речь Валентины. Медленно открывая глаза, Оксана ощутила под своей спиной мягкую подушку, пока голова утопала в глубинной мягкости второй

— Что?! — услышала Оксана взволнованный голос Валентины, что доносился с гостиной — Вы уверены, что у неё начались точно такие же симптомы, как и у нашей пациентки

— У неё сильная утомляемость, головная боль, тошнота и тоже рвота кровью — разъясняла Вероника по громкой связи телефонного разговора — Так же у этой женщины особо выражается такие нарушения как «атаксия», «психомоторное возбуждения», отмечается проявление бреда связанного с галлюцинациями и вспышки гнева

— Следователь Нечаев передал вам вчера ночью образцы собранной плесени, что мы нашли в доме наших сестёр? — поинтересовалась Валентина

— Да Марина Викторовна лично занялась их исследованием — пояснила Вероника — Хотя я не уверена что это плесень или какой-нибудь другой вид разновидности грибка

— Аспергилёз мог объяснить часть симптомов — настаивала Валентина

— Да но никак не объясняет аорт-митральный порок сердца у нашей первой пациентки — возразила Вероника — Скорее всего тут играет роль какой-то очень очевидный ревматоидный фактор

«Тупые курицы, хотя очевидно, если у двух сестёр одинаковые симптомы, тока у одной из них, аорто-митральный порок сердца и она в коме», размышляла Оксана, сползая довольной кошкой с кровати, отразила в зеркале напротив шикарный изгиб спины и эластичность собственных бёдер.

Медленно виляя шикарной красотой бёдер, Оксана прошла по комнате, мимо лежащего на полу голубого платья рыжеволосой львицы, с которой она встретила насыщенный сексуальной страстью рассвет. Снимая со спинки кровати кружевное белое платье, Оксана встала напротив зеркало, что висело над парфюмерным комодом хозяйки дома, извиваясь в танце страсти как кобра, медленно надела его на себя, пользуясь обольщением его нежного и приятного на ощупь материала. Расположившись у открытой двери шкафа, с одеждой рыжеволосой искусительницы, Оксана взяла с полки нижнего белья её новые белые трусики, виляя подобию дикой королевской кобры бёдра, в танце искушенной страсти медленно держась кончиками пальцев за резинку, натянула их до талии. Приводя волосы в порядок, встав у зеркала над комодом, Оксана придавала им бурную вьющуюся страсть волн, что бурной стихией переплетались между собой.

— Это может быть как отравление какими-то ядами — вынесла предположения Вероника

— Нам нужно знать наверняка, от чего лечить

Твердостью голоса изъявила своё желание Валентина, когда Оксана, положив расческу на комод, проследовала к отрытой входной двери в комнате.

— Я знаю, где найти то — заявила Оксана, выходя из комнаты, виляя шикарной красотой бёдер, сгибая ногу в колено, перешагнула высокий порог открытой двери — От чего лечить

— Оксана Владимировна?! — удивилась Валентина, положив телефон в гостиной на кофейный столик

Рыжеволосая красотка была одета в черный короткий нейлоновый халатик, что облегающей прелестью отражал в ней скромную пикантную эротическую силу её хрупкого тела. Распущенные каштановые волосы, выразительным объёмом подчеркивали прошедшую недавнюю сексуальную страсть. Обнаженные ноги, чья кожа эластичность которых, подчеркивали черные туфли на высоком каблуке придавшую образу Валентины, эротическую неотразимость в глазах Оксаны.

— Я не слышала, как вы проснулись — была встревожена Валентина — Думаю, стоит приготовить вам кружку бодрящего чая

— Я тоже так думаю — согласилась Оксана, улыбаясь сонной улыбкой, прошла по гостиной, посмотрела любознательным взглядом в сторону Валентины

— Оксана как ты? — поинтересовалась взволнованным голосом Вероника — Валентина рассказала мне, что с тобой случилось вчера, ты наверно пережила…..

— Рыжая сука — прошипела недовольно Оксана, не став дальше слушать высказывания девушки, сгорая от стыда перед коллегой — Придумывала там себе

— Так же и сказал это вчера Нечаев, что завез взятые из дома образцы — пояснила Вероника

— Блядь! — смутилась Оксана, грязно выругавшись — В конце концов, я твой начальник

— Как ты себя чувствуешь? — взволнованно спросила Вероника — Ты наверно пережила сильнейший шок

— Блядь а как я себя могу чувствовать после секса с Валентиной — со злостью в голосе ответила Оксана, громко подняв голос — Эта рыжая сучка оттрахала меня, естественно вот теперь я чувствую себя просто как в сказке — присаживаясь на диван, говорила она держа в руке упаковку снотворного

— Хм… тебе не кажется, что такие доводы не стоит так громко высказывать — застенчивым радостным голосом предупредила Вероника — А вдруг я тут не одна, ты же ведь не знаешь на, кто еще с тобой ведёт разговор по ту сторону трубки сотового телефона

— Я примерно полчаса слушала твой милый разговор с Валентиной — гордо заявила Оксана, расположившись сидя на диване, открыла крышку пластиковой упаковки снотворного — И за всё это время, я не услышала даже отзвуки эха постороннего голоса

— Может он решил не выдавать себя

— Может

Доставая три таблетки, Оксана раскрыла их пластиковую пилюли и высыпала содержимое её порошка всех трёх пилюль в кружку с чаем Валентины, что стояла на кофейном столике.

— Его просто там нет!

— Ты слишком проницательна

— Я такая какая есть — ухмыльнулась Оксана закрывая упаковку снотворного поставила его тут же на столик рядом с диваном и как ни в чем не бывало, сидела на нём, поджав под себя ноги — И мне порой это дико нравиться — услышала она стук женских каблуков со стороны коридора, откуда шла Валентина, покидая кухню

— О…. это несомненно — с сарказмом подметила Вероника — Наша Оксана всегда такая недоступная и индивидуальная личность

— А тебе моя дорогая кудряшка что-то не нравиться — восхищаясь движениями бёдер рыжеволосой девушки, когда Валентина так пленительно виляя ими, вошла в гостевую комнату с кружкой чая в руке — Среди образцов что доставили вам в больницу, был образец краски, хотя бы взятый с картин нашей пациентки?

— Да вот именно им мой отец уже занимается — ответила Валентина — А что ты так прицепилась к этой краске

— Такой естественный цвет

Рассуждала Оксана, поддаваясь влиянию чар искушающей её рыжей львицы, что передала кружку с приятным ароматом заваренного чая «Greenfield  Spring Melody».

— Наверняка может быть токсичен

— Господи Оксана Владимировна! — изнывая, выказывая недовольство и обиду во взгляде, посмотрела недовольно Валентина на Оксану — Но почему вы думаете, что это токсин, мы еще не исключили ни отравление ядами, ни плесень на грибковую инфекцию, нам ровным счетом не известно ничего из того, что убивает этих девушек

— Яды можно исключить — возразила Оксана, ощущая завораживающий вкус чая, стойкость которого пленила разум оттенками сладостью аромата — Кто бы стал убивать сразу двоих, да и зачем, повсюду столько много домов, да и место у них невзрачное, хотя сам дом стоит довольно хорошо

— И всё же я возьму кровь на анализ — твердила Вероника

— Блядь да их десятки смертельно опасных для человека ядов! — чуть не поперхнулась Оксана, отпивая чай с кружки — Ты что собираешься проверять на все?

— Я помогу тогда Марине Викторовне — изъявила желание Вероника

— Мне нужно попасть в этот дом — твердо заявила Оксана своё требование, отпивая чай с кружки, что держала в руке

— Нет! — возразила Валентина, взяв в руки кружку с чаем

— Я твой начальник и я сама это сделаю — гордо распорядилась Оксана

— Следователь — отпивая большой глоток на удивление Оксане, с кружки с чаем, говорила Валентина — Запретил вам проводить какой-либо обыск дома наших пациенток

— М…. — урчала недовольно Оксана, скрепя зубами от ненависти, вцепилась когтями пальцами одной руки в мягкую обивку дивана

«Давай пей сука ты этот грёбаный чай, а я всё сделаю сама», размышляла Оксана, продолжая смотреть на рыжеволосую обидчицу обиженным взглядом безупречно голубых лазурных глаз.

— Как же ты не понимаешь — упорствовала на своём Оксана — Я должна сама посмотреть состав краски, что использует эта девушка

— Краска! — словно заикаясь, произнесла Валентина, положив руку на свою грудь

— Ну и?! — вопросительно посмотрела на неё Оксана

— Вы…. вы — твердила, держась за грудь Валентина, преодолевая большое усилие, передавая кружку в руку Оксане, упала, уткнувшись лицом в диван

— Что там у вас происходит? — взволнованно спросила Вероника

— Ничего — ухмыльнулась Оксана подлостью коварной улыбки, поставив обе кружки на кофейный столик, медленно встала с дивана — Просто кое-кто возомнил, что может мне приказывать!

— Оксана! — крикнула возмущенно Вероника по громкой связи сотового телефона — Оксана ты тут!

— Да моя дорогая — обходя кофейный столик, виляя изящной прелестью упругих бёдер — А ты сейчас исчезнешь, но мне будет нужен сотовый телефон…..

— Оксана нет, стой, подожди! — умоляла Вероника одуматься — Что ты задумала?!

— Спасаю, чью-то жизнь — взяв телефон в руку, она провела по сенсору экрана большим пальцем, прерывая телефонный разговор

Держа в руке сотовый телефон, Оксана проследовала к выходу из гостиной, выказывая в каждом шаге красоту изгиба собственного тела. Золотистые, волнистые пряди волос, переливались самыми разными загадочными оттенками золота, при падении на них ярких солнечных лучей, что проникали через окно в гостиной. Обувая на ноги красные туфли, что стояли возле входа, Оксана взяла с полки, слева от входной двери, на которой был расположен радиотелефон, сумочку рыжеволосой хозяйки дома, повесив её на плечо. Касаясь кончиками пальцев блестящей ручки входной лакированной двери, Оксана нажимая на неё, медленно потянула на себя. .

Насыщенный природной цветущей силой аромат зелени завораживающей природной страстью утренней прохлады, охватил тело Оксаны. Воздух был пропитан сеном, травой, искушающей силой яблоневого дерева, костром, дым которого клубом валил с соседнего участка, когда соседи живущие справа от дома Валентины, подготавливали мангал к готовке шашлыка. Журчание деревенской речки было вполне естественным в этом районе деревни, шум шелеста листьев красиво распустившихся берез. Огромный тополь, что раскрылся во всей своей красе, между кустов сирени и черемухи, на этой деревенской улице, больше не излучал из себя пышные комки летающего воздухе пуха, зато был так же прекрасен по своему природному составу. Выстроенные дома, от деревянного мощного бруса, до кирпичных строений, расположились по обе стороны просторной улицы. Спускаясь по крыльцу дома Валентины, Оксана, касаясь каблуками красных туфель его деревянных ступенек издавая легкой поступью глухой звук по дереву. Наступая на каменную цветную плитку, Оксана прошла, по ней, между растущих распустившихся садовых кустов вишен и смородины, в саду рыжеволосой львицы, прищурив чуть глаза от попадания в них яркого света, что пробивался чрез тернии густых зеленых зарослей.

 

***

Завораживающая гармония деревенской зелени витала в воздухе, под безупречным красивым голубым небом покрытым двумя огромными по своими необъятным размером перистыми облаками, застывшими в просторах деревенского неба. Шум деревенской речки, а так же мелодия шелеста хвойного леса, на деревенской опушки, успешно нашли гармонию, сплетаясь воедино создавая природную мелодию тихой песни. Трепетание птиц, что летали над головой, порхание бабочек и мошки, над мокрой пропитанной в сырости травы растущей на обочине проезжай гравийной дороги. Огромные дома, подобию выстроенных дворцов окружали деревенский район этой местности, подобию периметра кирпичных стен замка возвышались их каменные, кирпичные заборы. Большие дубы, распустившиеся березы, естественная красота ясеня, окружали местность пролегающей улицы, плавно идущей в параллель по течению с деревенской речкой, журчание и плеск воды которой придавали хорошее настроение и сказочную бодрость духа.

— Надеюсь, я найду ключ в одном из шкафчиков с нижним бельем этой стервы! — подходя к большим воротам нужного дома, тихо произнесла Оксана

— Милочка, а вы куда собрались? — услышала Оксана голос женщины, что вылезла из машины, остановившегося напротив дома — Постой, ты же вчера тут была

Темноволосая женщина была одета в черное платье, материл которого по своему свойству и внешнему виду напоминал шифон. Шикарное декольте отражало за счет прекрасных чашечек в морфе листа, объем пикантной груди этой брюнетки, блестящий пояс, с позолоченной бляшкой подчеркивал осиную талию, выражая особую изящность манящих взгляду, скрытых под тонкой материей платья, бёдер. Направляясь к Оксане, она позволила раскрыть секрет своего парфюма под названием «versace bright crystal», базовые ноты которого манили красотой запаха красного дерева, потрясающей гармонией амбры и мускус. Слияние стойких нот сердца, вызывали страсть при одном тока вздохе такого изысканного сочетания, как малина, пион и лотос сокрушали разум окружающих людей перед обладательницей такого парфюма. Прекрасные стройные ноги, тридцати летней женщины, украшали черные босоножки на высоком каблуке придающим ей образ сексуальной строптивой львице, та эффектно щеголяя, ставя ноги крест, накрест.

— Проведать свою подругу — ответила Оксана, игнорируя последнее заявление со стороны этой женщины, открывая маленькую дверь больших ворот, переступая высокий железный порог

— Какую такую подругу? — возмутилась темноволосая женщина, закрывая за собой дверь черного седана — Валерию Скворцову увезли вчера ночью на скорой помощи, вам нужно срочно в больницу, если вы её подруга

— Ах…. да-да — мило улыбнулась Оксана — Она просто попросила забрать одну вещь у неё из шкафчика и я сразу же уйду

— Какую такую вещь? — недоверчиво спросила женщина, направляясь в сторону к Оксане — Постой я где-то тебя еще видела, вот прям точно мы с тобой где-то, встречались, твоё лицо мне откуда-то знакомо, мы с тобой нигде не встречались?

— А вот это уж извините не ваше дело — огрызнулась Оксана, закрывая перед лицом этой женщины входную дверь больших ворот

— Я вызову полицию — прокричала она оказавшись за воротами

«Блядь до чего же настойчивая дура», подумала про неё Оксана, оказавшись в пучине тени больших яблонь в саду.

Тернии, густых пышных яблонь только начинающих набирать естественную силу цветения скрывали сад от палящих лучей яркого деревенского солнца. Стойки аромат грушевого дерева, сливовых кустов и кустов вишен, удачно гармонировали во всем этом природном искусственном многообразии. Цветочные клумбы сказочно украшали сад рядом с двухэтажным кирпичным большим домом сестёр Скворцовых.

— Блядь если эта сука собралась вызвать полицию

Грязно шепотом выругалась Оксана, поднимаясь по деревянному крыльцу, стукая каблуками красных туфель по его ступенькам.

— То надеюсь времени у меня не так много, как мне к сожалению этого хотелось — касаясь ручки входной двери, шепотом рассуждала Оксана потянув большую массивную дверь на себя

Большая гостиная была погружена во мрак, закрытых на больших окнах красных бархатных штор, скрывающий от ярких лучей. В воздухе стоял аромат спелых фруктов, пучина сказки винограда, сладость кислого вкуса апельсина, Небольшой стол так и остался стоять рядом с одним из диванов с бархатной алой тигровой окраской, прямо под картиной темноволосой хозяйки этого дома. Раскрытый ноутбук с подцепленным к нему зарядным устройством тихо урчал в тишине мраком окутанного дома, отображая интернет страничку почтового ящика Анны Скворцовой.

Оксана прошла по гостиной, стукая каблуками красных туфель, пока дверь за её спиной, издавая скрип петель, с эхом бьющегося дерева плавно захлопнулась

— Наверняка она хранит ключ от подвала под какой-нибудь из стопок нижнего белья или под вазой искусственных роз, что я вчера видела — рассуждала Оксана, подходя к массивной лестнице, ведущей на второй этаж — Мне нужно попасть в подвал

Поднявшись на второй этаж, Оксана прошла по красной ковровой дорожке, ведущей в комнату темноволосой женщины. Входя медленно в открытую двустворчатую дверь, атмосфера которой все еще сохранила прошедшую ночную трагическую драму. Проходя мимо кровати, Оксана подошла к темному, словно шоколад комоду, что стоял слева от большой постели. Продолжительные несколько минут, Оксана перебирала вещи в комоде, обошла по комнате, поднимая вазы с цветами. Спустя еще несколько минут, Оксана, обыскивая шкаф с одеждой, смогла найти на его полке с драгоценностями странный ключ, сражу же схватила его, направляясь к выходу из комнаты, чувствуя на душе странное чувство необъяснимой для неё тревоги.

— Блядь только бы эта сука не вызвала полицию — проходя по красной ковровой дорожке, взволнованно произнесла Оксана, подходя к лестнице ведущей на первый этаж

Спускаясь быстро по ступенькам большой лестнице, Оксана стремительно старалась быстро попасть вниз. Проходя по гостиной к двери ведущей в подвальное помещение, обернувшись Оксана в испуге посмотрела на закрытую входную дверь, касаясь блестящей медной ручки подвальной двери. Вставляя ключ в его замочную скважину, Оксана поворотом ключа, открыла её потянув на себя, переступая тут же в порог открытой двери. Серые окутанные мраком стены, в проёмах кирпичных стен которых скопилась сырость, плесень и мох, напоминало само по себе дикое место из фильма ужасов, погружённое в пучину мрака. Доставая телефон из сумочки на плече, Оксана кончиками пальцев, включала на его дисплее функцию фонарика, после чего стала спускаться по бетонным ступенькам.

Стеллажи и полки с книгами, после чего картины, деревянные подготовленные рамки для них, все это хранилось в этой темной темнице, пропитанной сыростью. Посреди подвального помещения стоял мольберт на котором был натяну холст с изображением на нём темноволосой женщины, что лежала обнаженной в постели, находящейся за ним, тёмная атмосфера теней отражала средневековые стены замка на фоне белых скомканных волнами страсти простыней. На полу стоял ассортимент железных банок с нужной краской, одну из которых Оксана взяла в руку, направляя на неё свет фонарика телефона, что держала в другой руке, пыталась с трудом без очков разглядеть его состав.

— Да блядь кого-то там еще принесло?! — грязно шепотом почувствовав ужасный испуг выругалась Оксана, услышав разговорную речь и шаги наверху в гостиной

Повернув банку, Оксана разглядела в составе железной банки химический токсический элемент свинец, что и был причиной токсического отравления. Свинцовые белила — с античных времен и до наших дней европейские художники не могли без них обойтись. Не было, и нет ничего лучше для грунтовки холста, для приглушения тонов, для нанесения световых бликов. Без сияния свинцовых белил глаза на портретах выглядели бы тусклыми, серебряные кувшины — нечищеными, зубы — гнилыми, а зернышки граната — засохшими. О ядовитых свойствах белой краски художники, конечно, знали, да что толку. Во-первых, равноценной замены ей все равно не было, а во-вторых, жить вообще вредно, так что угрозу свинцовых белил никто особо не принимал всерьез.

Отравление свинцом объясняло токсичный миокардит, что впоследствии развился в сложный совокупный митрально-аортальный порок, почечную и печеночную недостаточность. Из-за сильного ослабления иммунной системы организма, на фоне почечной недостаточности, что обострилась в хронический пиелонефрит, которое объясняло снижение клубочковой фильтрации и низкий удельный вес мочи. Запустившаяся цепочка событий, вызвала кровохарканье и рвоту, недомогание, слабость во всём теле, депрессивное состояние, а так же угрожающие вспышки гнева и необъяснимую агрессивную панику, что наблюдала Оксана у старшей сестры, когда она хотела её убить поясом от халата.

— Оксана надеюсь это ты — послышался голос Вероники, когда Оксана набрала по телефону её номер — Тебе есть что сказать?

— Начинайте гемодиализ и проведите «плазмаферез» — распорядилась Оксана, поставив банку на место услышала спускающиеся по лестнице шаги — У меня нет времени, после того как прейдёт, в себя, начинайте лечение, у неё отравление свинцом, что и запустила цепочку всех событий, дайте ей «активированный уголь» и сульфат магния

— Полиция стоять на месте!!! — крикнул, ворвавшись в подвал полицейский, держа фонарик в одной руке, другой рукой навел пистолет на Оксану — Поднимите руки, так чтоб я их видел!

— Сделайте ангиографию, определите, какой порок в совокупности убивает нашу пациентку, после чего снимки ко мне на стол — распорядилась Оксана — Дальше дождитесь меня

— Вы куда?!

— Руки! — повторил своё требование офицер, лица которого Оксана в темноте разглядеть не смогла, на сводил с неё направленный ствол пистолета — Так, чтоб я их видел!

— Что там у тебя происходит? — взволнованно спросила Вероника

— Позвони Нечаеву — предупредила Оксана, поднимая руку с телефоном вверх, вставая с колен, отошла на шаг назад, опасаясь выстрела со стороны офицера полиции — Я не могу больше говорить, просто предупреди следователя, он мне вроде как еще должен

— Хватит говорить — приказным тоном потребовал офицер полиции, приближаясь к Оксане — Руки за голову, так чтоб я их видел, телефон положите сюда — указал он на полку стеллажа рядом с которым она стояла

— Ладно-ладно — прерывая телефонный разговор, Оксана провела по сенсору большим пальцем, положив телефон на полку стеллажа рядом с которым стояла, заводя руки медленно за голову

— Колян, что там у тебя? — послышался голос сверху из гостиной

— Да вот задержал воровку, что пробралась в этот дом

— Я не воровка — возмутилась Оксана, надув от обиды губы — Вы не понимаете я….

— Заткнись! — распорядился полицейский, надевая на руки Оксане полицейские браслеты

— Она была в комнате госпожи Скворцовой — послышался мужской голос, офицера полиции, с гостиной — Там вещи все разбросаны по полу, а на полке с драгоценностями, словно кто-то копался

— Взяли по горяченьким следам — ухмыльнулся офицер полиции, лица которого в темноте этого помещения Оксана разглядеть не смогла

— Я не воровка вы не понимаете, я врач! — пыталась убедить офицеров в своей невиновности, испуганным голосом твердила Оксана

— Сейчас в отделении разберемся, какой ты врач

— Документики надеюсь у тебя с собой?! — обратился он, к Оксане заметив на полу сумочку, с которой Оксана пришла — Стой здесь сейчас проверим, кто ты такая

«Пиздец, это же сумка Валентины!», испугалась Оксана, когда офицер полиции открыл сумочку, присев на одно колено, другой рукой навел пистолет на неё.

— Так ты у нас — продолжая скверно улыбаться, говорил мужчина полицейский — Львова Валентина Владимировна, тока вот волосы и лицо совершенно не твоё так ведь

— Послушайте — уверяла испуганно Оксана, переступая с ноги на ногу, чувствовала как её охватывает паника, с которой она совладать не могла — Это….

— Толян забираем её в участок — отдал распоряжение своему напарнику, офицер что копался в сумочке Валентины — Взяли на горяченьком, сейчас не отвертеться

— Что тут у нас — говорил другой полицейский спускаясь в подвальное помещение — А… вот и наша воровка, что обчищает этот район, на тебе уже столько краж весит, как хорошо что мы её взяли

— Толян отведи её в машину, а я пока возьму сумочку, которую она своровала у гражданки Львовой Валентины Владимировны— обратился он к своему напарнику

— Пошла — схватил мужчина за предплечье Оксаны, дернул на себя — Допрыгалась воровка

— Я не воровка — обиженно надула губки Оксана — Сообщите немедленно следователю Нечаеву, он вам всё объяснит

— В участке послушаем твои сказки — возразил полицейский, держа крепко Оксану за руку, стал подниматься с ней по ступенькам лестницы, что вела в подвальную комнату

— Господа полицейские — узнала Оксана по голосу женщину, которую встретила у ворот этого дома — Я её еще вчера издалека тут приметила, ходила тут ошивалась, воровка наглая

— Я не воровка — прошипела на неё Оксана, когда полицейский вывел её на свет в гостиной, где яркие лучи солнца врывались из открытых входных дверей в гостиную — Я врач — прищурила она глаза, боясь яркости озаряющих её лучей

— Да-да врач — с усмешкой недоверчиво, выражая сарказм в голосе, говорил полицейский, проходя с Оксаной по гостиной — Сейчас узнаем какой ты врач

— Дайте мне один звонок — заверила Оксана — Я всё объясню, сестры хозяйки этого дома мои пациентки — уверяла она, подходя к отрытым большим входным дверям

— В отделении поговорим

Выволок, как игрушку он из дома Оксану, позволяя воздушной прохладе деревенского ветра окутать свежестью природной силе ветра всё её тело, тормоша золотистые пряди волос.

— Там и расскажешь, кто ты и откуда такая взялась тут у нас в деревне

— Я Орлова Оксана Владимировна — прокричала Оксана

— Стойте, я ведь знаю её! — прокричала темноволосая женщина, выбегая из гостиной — Я вспомнила, где я тебя видела, в нашей больнице ты та врач, о которой все там говорят

— В отделении разберемся — сурово заявил полицейский, спускаясь с Оксаной по ступенькам деревянного крыльца — Колян давай собирайся улик предостаточно, чтобы закрыть эту воровку

— Так получается ты врач сестёр Скворцовых? — была поражена до сих пор темноволосая женщина, выбегая следом на крыльцо дома

— Послушайте её — уверяла Оксана, проходя с полицейским в природной зелени красе, под тенью густых распустившихся яблонь — Я ведь правда врач

— Заткнись, я сказал!

Открывая дверь красных ворот, огрызнулся полицейский, выталкивая Оксану на деревенскую улицу, где рядом с железными красными воротами стоял полицейский уазик с надписью ППС.

— Такая королева, даже прям жалко садить тебя сзади

— Пускай едет — рассмеялся его напарник, спускаясь по ступенькам деревянного крыльца

— Слышала, что тебе сказали — продолжая некрасиво улыбаться, заявил мужчина полицейский, открывая заднюю дверь уазика, на которой была прикреплена запаска — Залезай крошка

— Давай-давай — ухмыльнулся его напарник, покидая ограду дома — Для таких принцесс как ты место только в нашем уазике

— Вы не понимаете что делаете — возмущалась Оксана, садясь в тесное твердое место, где сразу же за ней захлопнулась большая дверь

— В отделении запоешь — ответил грубо в ответ полицейский, обходя машину, открыл дверь с водительской стороны — Колян возьми показания у этой тётки, пропусти её по делу как свидетельницу и как понятую, по факту, того что мы видели в доме, а так же вызови опергруппу

— Почему вся грязная работа достается именно мне — возмутился неприятным для Оксаны голосом офицер полиции, оставаясь стоять у раскрытых ворот дома

— Вы еще пожалеете об этом — прошипела с ненавистью Оксана, тихим шепотом сквозь зубы, выражая свой гнев

Машина плавно тронулась с места, благодаря жесткой подвеске, Оксана чувствовала всю неровность деревенской гравийной дороге, когда её трясло сзади салона полицейского автомобиля. Мотор грубо урчал, мощные его колеса швыряли грязь, сырой гравий, наезжая на лучи на проезжей части кабина этой машины так неуклюже колебалась из стороны в сторону. Через заднее стекло Оксана видела отдаляющиеся крыши деревенских домов, густую их растительность, что росла в каждом из их садов. Опустив голову, Оксана смотрела грустным взглядом в пол трясущегося на ходу автомобиля. Ощущая себя сильно подавленной, Оксана пыталась на мгновение отвлечься от этих проблем, медленно закрыла глаза, под шум ревущего бурной страсти двигателя полицейского уазика.

 

***

Потертые серые стены, бетонный пол, железный стол, рядом с которым сидела Оксана пристегнутая наручниками к поручням стула. В комнате для допросов было всего одно окну, зарешеченное решеткой с внешней стороны, через которое проникал тусклый луч направленного солнечного света. Спёртая атмосфера, вызывала духоту и томила легкой головокружительной нехваткой воздуха. Эхо в это комнате разносился с удвоенной силой, за стеной было слышно голоса полицейских, шаги офицеров правоохранительных органов, а так же закрытие или открытие железных решетчатых дверей. Стул, на котором сидела Оксана, был ужасно твердым, пристегнутые к его поручням наручники не давали ей даже пошевелиться, чтобы размять тело.

По другую сторону стола ходила женщина в синей форме из районной прокураторы, подобию строптивой хищнице она ходила, виляя шикарной красотой бёдер. Изящный синей пиджак, отлично отражал силуэт тела её поистине выражающего в себе женского тела, подчеркивая шикарную грудь, подчеркивал талию и очертания привлекательных бёдер. Короткая синяя юбка открывала всю пикантность стройных ног этой женщины, отлично сочеталась с сними туфлями на высоком каблуке. Держа в руке раскрытую черную папку, она поправила кончиками пальцев прекрасные пряди кашемировых манящих оттенков волос, продолжая ходить вокруг стола кругами, зачитывая обвинения Оксане. Сокрушающую разум стихию парфюма «Caron Parfum Sacre», смогла распознать Оксана находясь с этой женщиной, наедине в камере для допроса. Пленительный аккорд сочетал в себе букет запахов, подобающему вкусу ванили, мирра и кедра, соединились воедино с оттенками взрывающими страсть такими, как: «флёрдоранж», роза, жасмин и волшебного, поистине сказочного аромата «палисандра»

— Значит, вы утверждаете, что вы врач — обратилась прокурор к Оксане — Тогда как же вы объясните, что вы копались в личных вещах гражданке Скворцовой, всё перевернули там верх дном, пытаясь что-то найти, вы проникли в дом незаконно, вошли в подвальное помещение, где вас и обнаружили

— Поймите! — уверяла Оксана

Железная дверь этой камеры открылась и на пороге Оксана увидела следователя Нечаева и заведующего больницей Тихонова. Двое мужчин медленно вошли в камеру, выражая еще большую и необъятную гордость, улыбался Тихонов, посмотрев беглым взглядом на Оксану.

— Вот постановление судьи — говорил Нечаев, положив бумагу на стол перед прокурором — В нём сказано, что вы немедленно должны отпустить эту девушку и снять с неё всё обвинения о причастности незаконного проникновения с целью хищения и порчей имущества семьи Скворцовой

— Что вы себе позволяете?! — прошипела женщина оскалившись на Нечаева — Это моя задержанная, покиньте пожалуйста комнату для допроса

— Вы что будите оспаривать решение судьи? — грозно спросил Нечаев, посмотрев в лицо этой женщине, встав с ней лицом к лицу

— Господин Нечаев! — возмутилась прокурор, надувшись, как пустынная гадюка в момент опасности, придавая хищный змеиный оскал своими безупречно красивыми карими, подобно цвету волос глазами — Вы, что покрываете преступницу?!

— Я пытаюсь спасти девушку, которую лечит вот этот врач — гордо произнес Нечаев — Оксана Владимировна врач сердечнососудистой диагностики и хирургии, с целью спасти жизнь своей пациентки она пробралась в её дом и прошу заметить недаром

— Скворцова оклемалась после комы — пояснил Тихонов — Начинаем терапию по лечению отравлению тяжелыми металлами, кто бы мог подумать Оксана Владимировна, благодаря своему безумию и наплевательскому отношению к закону опять спасла да не одну и целых две жизни, сестры Скворцовы в неоплатном долгу будут перед вами

— Эта девушка проникла незаконно в дом Скворцовых, чтобы уточнить причину токсического отравления тяжелыми металлами, а конкретно свинцом — разъяснял Нечаев, отстегивая наручники с рук Оксаны — Гражданка Скворцова Анна художник и пользовалась свинцовой краской, если бы не Оксана Владимировна обе эти сестры, возможно, были бы уже мертвы

— В их доме мы обнаружили много картин с изображением старшей Скворцовой, которая позировала вашей пациентке в обнаженном виде, что объясняет причину её отравления тоже — рассказывал Тихонов, помогая медленно держа Оксану за запястье, подняться со стула, на котором она сидела

«Блядь я это и так знала, что она ей позировала, мне только была тогда не ясна причина их отравления», посмотрела Оксана на Тихонова, заранее зная уже подробности того, что он ей рассказывал.

— Ларионов и его команда начали делать ангиографию — пояснил Тихонов — Снимки принесут к вам на стол, вот только одному я недоволен, что же вы ради пациентки себя-то не жалеете

— Гражданку Орлову Оксану Владимировну проткнули ножом на свадьбе сестры — объяснил Нечаев для прокурора, что встала напротив Оксаны, закрывая кожаную папку, что держала в руке — Ради здоровья и благополучия сестёр Скворцовых, она не жалея сил, поставила диагноз и нашла причину, что их убивала

— У меня просто нет слов — раскрыв рот, продолжала стоять как вкопанная прокурор — Вы врач?!

— Полагаю мне больше добавить нечего — застенчиво ухмыльнулась Оксана, скрывая застенчивый взгляд сказочно красивых лазурно голубых, подобию самородку топазу глаз — Если только что спросить, я могу быть свободна?

— А как же сумочка принадлежащей гражданке Львовой, что была обнаружен при вас? — возразила прокурор, остановив, схватив Оксану за запястье руки, когда она проходила мимо неё

— Вы что украли сумочку Валентины Львовой? — ужаснулся Тихонов

— Валентина Львова сотрудница Оксаны Владимировны, наверняка она просто одолжила ей эту сумочку — разъяснил, утруждаясь, Нечаев — Непременно Орлова при встрече вернет сумочку со всем её содержимым гражданке Львовой

— А что если я сама спрошу это у гражданки Львовой, дала ли она разрешения, вашей Орловой носить с собой её сумочку — не согласилась, не поверив убеждениям Нечаева, упорствовала, продолжая стоять на своём прокурор

— Просто моя сумочка осталась в больнице — глубоко изнуренно вздохнула Оксана — И чтобы не видеться со своими предками, что мне до ужаса уже заебали, я сбежала от них, а Валентина одолжила мне свою сумочку и телефон, что вы обнаружили при моём задержании

— Гражданка Львова в курсе всего здесь происходящего? — своим вопросом, прокурор поставила всех в тупиковое положение

— Наверняка проснётся после снотворного, что я ей подсыпала в кружку с чаем, всё сама узнает

— Оксана Владимировна! — придавая шокирующие выражения лица, продолжал быть удивленным Тихонов

— Гражданка Львова пыталась помешать Оксане Владимировне, преступить закон — рассказывал Нечаев, вступая вновь за Оксану — Но только лишь безумия Орловой удалось спасти Скворцовых, разве вам непонятно

— Что же Орлова — ёрзая губами, на вид кривила душой прокурор — Можете идти под подписку о не выезди, из деревни не на шаг, вас в любой момент могут вызвать к следователю, дело которое в последующим направят в суд

— Я просто уверен, оно даже из кабинета следователя никуда не выйдет, я уж не говорю про суд

— Господин Тихонов — сделала замечание Оксана, сморщив от обиды губки — Так то тут решается моя судьба

— Господин Романов, прежде чем зайти сюда уже всё решил — ответил на вопрос Тихонов, успокаивая этим Оксану — У вас нет улик против моего ведущего в больнице специалиста, я всеми силами, поверьте, не отдам его в лапы вашего правосудия

— Орлова деревню не покидать! — гордо закрывая черную кожаную папку, направляясь к выходу заявила прокурор — Не дай бог, если показания Львовой не совпадут с вашими, я вас упеку так долго за решетку, что время проведенное там вам покажется вечностью

— Я тоже на это надеюсь — прикусывая губу, Оксана была готова раздавить её взглядом, искоса с ненавистью посмотрев на женщину, покидающую камеру для допроса

«Сука блядь ненормальная, почему ты такая дура то блядь, насосала, что ли на погоны майора», подумала Оксана, извращая грязные отвратительные мысли в своей голове.

— Не желаете что-либо еще мне сообщить Оксана Владимировна? — недоверчиво спросил Тихонов, взяв Оксану под руку

— Только то что я ужасно сильно голодна и желаю уже что-нибудь выпить

— Да и вам нужно срочно сделать перевязку — распорядился Тихонов выходя вместе с Оксаной через открытую дверь камеры для допросов

— Я отвезу вас в больницу — заявил Нечаев — Ох… Оксана Владимировна это же каким вы чудом мне как снег на голову свалились

— Наверно самым приятным — вильнув перед Нечаевым прекрасным очертанием собственных бёдер, уверяла Оксана, застенчивой сказочной красоты улыбкой улыбаясь в ответ

— Да уж приятней некуда — бурчал недовольно себе под нос Нечаев

— Главное что всё хорошо закончилось

— По-другому или как вы любите говорить по закону, могло всё закончиться лишь гробовой доской для обеих Скворцовых — направляясь по коридору отделения полицейского деревенского здания, некрасиво выразилась Оксана

— Господи Оксана Владимировна! — ужаснулся вновь Тихонов — Что вы такое говорите

— Вы безумны Оксана Владимировна

Рассмеялся Нечаев, направляясь следом за Оксаной по коридору полицейского здания между камер предварительного заключения. Стены данного помещения были покрыты до половины зеленой пошарпанной краской, а сверху потускневшей от времени и потерявшей свой белоснежный цвет, побелкой. Раздражающий свет светильников диодных ламп, раздражительно влиял на глаза Оксане, заставляя её прищуриться, когда она проходила мимо них.

— Особенно когда дело касается лечения вашего пациента

— И не говорите — застенчиво улыбнулась Оксана, гордо проходя мимо офицеров полиции что разинув рты от удивления стояли в узком коридоре полицейского участка

Обшитые панельные стены, древесными большими плитами и белым пластиковым материалом стены, с офисной отделкой, с кабинетами по обеим сторонам, а так же окошечком выдачи изъятого при задержании вещей. Из открытых дверей, что вели сразу же на улицу, доносился приятный яркий свет деревенских лучей летнего солнца. Приятный завораживающий холодок пронизывал Оксану лаской касания окутывая лаской рук её тело, тормоша её золотистые волосы, подобию ветру раскачивающим волны в океане. Воздух был пропитан цветущей прелести кустов сирени, что росли рядом с каменным крыльцом здания деревенского полицейского участка.

— Вы идите в машину — распорядился Нечаев — А я заберу кое-какие вещи по предписанию, что нашли при задержании у Оксаны Владимировны

— Я так-то могу, сама их забрать — возмутилась Оксана надув губки, встав в коридоре у стены, рядом с входом в полицейский участок, напротив окошечка выдачи вещей

— Оксана Владимировна! — не одобрил Тихонов пожелание Оксаны, состроив строгий взгляд начальник — Вы уже достаточно наломали дров, вам лучше сейчас вернуться в машину

«Поговори мне тут еще старый пердун!», грубо подумала Оксана, выражая свои мысли в сторону своего начальника.

— Хорошо проводите меня до вашей машины господин Тихонов — согласилась пойти на уступки Оксана, глубоко отчаянно вздохнула, хватая воздух ртом

— До машины следователя Нечаева — пояснил Тихонов, проследовав за Оксаной в сторону выходу парадным дверям входа в полицейский участок

— Ну раз вам так будет удобно — ухмыльнулась Оксана, покидая стены полицейского участка, вышла на улицу, проходя мимо входящей девушки в офицерской форме и короткой юбке — То до машины следователя Нечаева

— Вот так бы и сразу — скрыто улыбнулся Тихонова

Яркий свет ослепительных лучей деревенского солнца, вынудил Оксану прищурить глаза, прикрывая их ладонью руки. Прекрасные кусты сирени распустились во всей своей стороны по обе стороны крыльца полицейского деревенского здания, расположенного на холме. Шум деревенской речки, вой ветра с опушки хвойного леса, изобилие берёз, огромного тополя и ясеня преобладали возле полицейского участка. Стоянка для машин вмещала в себе лишь несколько машин служебного пользования персонала правоохранительных органов. Голубой небосвод насытил себя лишь двумя крупными облаками что зависли в воздухе над деревней. Вдалеке слышался трезвон колокольчика пасущихся на пастбище коров, лай собак и трепетание птиц.

— Только не думайте что я теперь вам этим должна — набравшись наглости заявила Оксана, спускаясь по ступенькам каменного крыльца полицейского здания, обращаясь к Тихонову

— По крайней мере — хитрой ухмылкой улыбнулся Тихонов, поправляя воротник черного, надетого на нём пиджака — Всё обошлось самым наилучшим для вас образом

— Ой, как я надеюсь — изнуренно вздохнула Оксана — Зная Романова, я просто уверена, я для чего-то ему очень нужна, как будто он чего-то боится — предположила она, проходя по стоянке между полицейских двух машин автомобилей ВАЗ 21014

— С чего такой весомый довод такое предполагать? — поинтересовался Тихонов, как только Оксана подошла к известной ей машине черной Лада Гранта

— Просто, зачем Романову, вытаскивать меня из тюрьмы, когда я сама туда попала

Усомнилась Оксана, виляя шикарной красотой ягодиц, обошла машину спереди, стукая каблуками красных туфель, встала у передней пассажирской двери.

— Я просто уверена, он что-то задумал, для чего-то он меня оберегает — размышляла в своих выдуманных фантазиях Оксана, заметив, на крыльце здания полиции следователя Нечаева

— Это просто сказки

Недоверчиво возразил Тихонов, дождавшись пока Нечаев пультом сигнализации откроет автомобиль, рядом с которым они с Оксаной стояли, открыл заднюю правую дверь.

— Ничем не обоснованный детский лепет — добавил он садясь на заднее сиденье

— Оксана Владимировна — обратился Нечаев к Оксане, когда она открывая переднюю дверь с пассажирской стороны, выгнула спину, выставив изящную красоту бёдер, озабоченной кошкой забралась в теплый прогретый в лучах солнечного света салон автомобиля — Удалось вернуть ваш телефон, сумочку с которой вас арестовали, придёт и заберёт лишь её хозяин

— И на том спасибо — взяла Оксана из рук Нечаева телефон, что был при ней когда её задержали в доме сестёр Скворцовых — Чувствую Валентина не обрадуется, тому как я с ней поступила

— Еще бы — возмутился с воспитательной интонацией голоса, сидя сзади Тихонов — Вы её накачали, бросили лежать на диване, как она теперь после этого должна к вам относиться

— Как вы себя чувствуете Оксана Владимировна?! — поинтересовался Нечаев закрывая за собой дверь, вставляя другой рукой ключ в замок зажигания, легким поворотом ключа, двигатель автомобиля под черным капотом тихо заурчал — Вам нужно передохнуть

— Как только проведу операцию — возразила Оксана — Сразу же возьму отпуск на месяц

— Я вам не позволю приблизиться к операционной в таком состоянии — не согласился с таким доводом Тихонов — И вообще я снимаю вас с дела

— Это пока еще моя пациентка! — выражая несогласие, Оксана, нахмурив от обиды шикарным изгибом губки — Я не могу просто так и взять бросить её

— Да вы ели на ногах стоите!

— Вот не надо только этого Валерий Валерьевич — возмутилась Оксана, положив ногу на ногу, отразила перед Нечаевым шикарную красоту собственных бёдер

— Чего вот этого?! — ухмыльнулся Нечаев

— Вот этого вашего — добавила Оксана, когда её начальник состроил вопросительное выражение лица — Я сказала, я сама проведу операцию

— Я хоть не врач — рассмеялся Нечаев, сдавая назад автомобилем, плавно выруливая, вывел машину передом на проезжую часть — Но даже я понимаю, что в вашем то сейчас состоянии Оксана Владимировна операцию вам никак нельзя проводить

— Даже в таком состоянии — гордо заявила Оксана, прищуривая глаза от яркого света солнечных лучей — Я лучший хирург в этой больнице — набравшись наглости, высказала своё мнение она

— С этим отнюдь — медленно спуская машину по склону, двигаясь по асфальтированной дороге, Нечаев, включил на пониженную передачу — Не поспоришь, хотя бы учитывая те ситуация, где я фигурировал между вами и вашими бритоголовыми пациентами

— Ой, господи господин Нечаев!

Смутилась Оксана, ощущая через открытое окно с передней двери, пассажирской стороны, приятный запах цветущей летней зелени, приятной свежести чистого деревенского воздуха, пропитанного соломой и мокрой травой.

— Да забудьте вы уже про них — была недовольна Оксана — И в конце концов это ведь они помогли вам получить повышение

— Только не думайте, что я теперь этим вам буду по гроб жизни должен

Возразил Нечаев радушно пойти на уступки, проезжая параллельно течению деревенской речки, где особо чувствовался запах влаги, чудесной силы деревенской воды. Медленно выворачивая руль, черная Лада Гранта выехала на проселочную дорогу, сведущую вниз по склону на деревенскую равнину, где сотни деревенских домов были как на ладони. Прекрасный вид опушки леса, завораживал слух, утонченной леса шелеста хвойных веток утонченностью природного завывающего аккорда. Сказочная красота природной зелени, распустившиеся родные берёзы, огромные дубы и ясени, все это природное многообразие сохранило в достатке истинную красоту, прекрасно гармонируя между домов, на деревенских улицах, создавая волшебную гармонию.

 

***

Чарующая сладость кофе капучино, витала в воздухе рабочего кабинета Оксаны, манящие ароматы супа и мясных блюд господствовали в атмосфере этого помещения. Расположившись на одном из стульев с краю, Оксана, положив ногу на ногу, держа в руке пластиковый стаканчик с кофе, утоляла жажду после сытного борща. За пластиковыми окнами, жалюзи на которых были наполовину прикрыты, не позволяли безжалостным лучам заходящего за горизонт солнца лазурной яркостью заката освещать столь неприятно кабинет. Пара работающих на потолке диодных светильников создавали притемненную обстановку в кабинете, заката солнца, что вырисовывал на небе лучезарную зябь приближающейся ночи. Держа в другой руке над пустым пластиковым контейнером из-под борща сочный эклер, Оксана кончиком языка смачно провела по его сахарной посыпанной застывшей глазури.

Ларионов ходил по кабинету, держа в руке снимок проделанной рентгенографии, внимательно сквозь стекла надетых на глазах очков, рассматривал область левого желудочка. Вероника расположившись на стуле напротив Оксаны, рассматривала проделанные последние взятые анализы крови и мочи, взятые после того, как девушка вышла из комы. Марина Викторовна сидела за столом, на котором был расположен стационарный компьютер, внимательно изучая проделанные записи врачей московских клиник. Снимок проделанной ангиографии, что лежал на столе перед Оксаной, на которой она смотрела сквозь тонкие стёкла надетых на глазах очков, показывал регургитацию передней створки митрального клапана. Стеноз устья аорты, что заметила Оксана дальше на снимке, вынуждал провести операцию пациентке в два этапа.

— Операция будет проходить в два этапа — предположил Ларионов — На первом этапе….

— На первом этапе мы сделаем пластику митрального клапана — договорила за него Оксана, отпивая глоток бодрящего кофе с пластикового стаканчика — Сколько у нас фракция выброса крови и конечно-систолический размер? — поинтересовалась она откусывая кусочек сладкого эклера

— Фракции выброса больше 30% и конечно-систолическом размере больше 55 мм — пояснила Вероника — На снимке рентгенографии видно выраженная левожелудочковая дилатация

— Будем делать пластику митрального клапана по методу срединной стернотомии — заявила Оксана облизывая сладкие покрытые глазурью губы — Учитывая его пролапс за счет пролабирование створок, будем увеличивать площадь смыкания передней створки, для этого мы применим особую технологию, хорда с задней створки переносится на свободный край пораженной передней створки

— Достаточно интересный подход — ухмыльнулся Ларионов — Операцию придётся выполнять в условиях искусственного кровообращения и фармакохолодовой кардиоплегии

— Мы увеличим площадь передней створки — рассуждала вслух Оксана, надевая на глаза очки, смотрела в проделанный снимок ангиографии — Выполним, таким образом, подшивание задней створки, задняя створка реконструируется, как при операции резекции створки

Пластика митрального клапана — пластическая реконструкция двустворчатого клапана между левым предсердием и желудочком при его пролапсе с помощью биологических или искусственных материалов. Целью пластической коррекции является устранение митральной регургитации путем восстановления запирательной функции митрального клапана.

— А что предложишь на втором этапе? — поинтересовалась Вероника, медленно вставая со стула на котором сидела

— Аортокорнарное шунтирование — ответила на вопрос Оксана, постукивая коготками по стеклянному столу — Операция так же будет проводиться в условиях искусственного кровообращения

— В чём будет заключаться данная методика? — проявила свой интерес Марина Викторовна, отпивая глоток черного кофе с белой керамической кружки

— Мы будем использовать венозный шунт, взятый из вены голени девушки, для создания перфузии отдела миокарда подвергшегося ишемической атаки — объяснила Оксана, откусывая смачный кусок эклера, таким образом, что белая помадка, что была внутри него, сахарной частью попала ей на губу

Аортокоронарное шунтирование (АКШ) — кардиохирургическая операция, что производиться в условиях искусственного кровообращения, направленная на создание обходного пути кровотока при стенозе коронарных артерий и восстановление перфузии ишемизированного отдела миокарда. Для обхода стенозированного участка коронарной артерии используются венозные или артериальные шунты (подкожная вена голени, лучевая артерия), которые одним концом фиксируются к аорте, другим — к пораженной артерии ниже участка стеноза. Операция аортокоронарного шунтирования может выполняться на неработающем сердце с использованием аппарата «сердце-легкие», обеспечивающего экстракорпоральный газообмен и искусственное кровообращение.

— После чего — распорядилась Оксана, состроив гордый выраженный взгляд — Ты Вероника, будешь заниматься последствиями токсичного миокардита

— Почему я?! — удивилась Вероника, отразив шикарными карими глазами, через стекла надетых на глазах очков, взгляд полного удивления и возмущения

— Потому что я так сказала — сурово заявила Оксана

Дверь кабинета плавно открылась, когда на её пороге был Тихонов, поправляя рукав черного надетого на нём пиджака, заведующий больницей медленно вошёл в кабинет. В руках он держал какой-то листок, с виду, по мнению Оксаны, был похож на какой-то документ.

— Старшая сестра Скворцовых пришла в себя — говорил Тихонов медленно входя в кабинет, словно как будто чего-то утаивал — Прейдя в себя, я ей рассказал, про случай с вами и про то как вы рискуя своей свободой пытались спасти их жизни и да она перевела часть своих средств в качестве оплату на предстоящую операцию для её сестры

— Как же она успела? — удивилась Оксана, когда Тихонов положил перед ней на стол квитанцию о переводе личных сбережений на счёт больницы — Ведь её телефон…..

— Её телефон следователь Нечаев только передал — пояснил Нечаев — операция оплачена, хотя я весьма удивлен накопительным семейным фондом сестёр Скворцовых, что они так достаточно быстро и не раздумывая оплатили свою операцию

— Ничего удивительного — прикусывая краешек губы, ответила холодно без эмоций Оксана, всё еще продолжая злиться на старшую сестёр Скворцовых — Просто девушки тратят деньги, доставшиеся им по наследству от родителей

— Это ведь не имеет значения — возразил Тихонов — Деньги пошли на операцию Анны Скворцовой

— Я сама проведу операцию — заявила гордо Оксана, взяв пластиковый стаканчик с кофе

— Вы?! — удивился Тихонов, не соглашаясь с утверждением Оксаны — Да ни в коем случае, вы же еще не оправились, мы же с вами договаривались, что вам нужен отдых

— И перевязка!

Добавила Вероника, подходя к окну за спиной Оксаны, медленно задернула жалюзи, позволяя освещению диодных светильников в кабинете полностью взять верх света над обстановкой.

— Да кстати — хитрой ухмылкой, улыбнулся Тихонов — Львова пришла в себя и уже в больнице, желает с вами поговорить, по поводу вашего необдуманного поступка

«Блядь ну вот совсем не к месту», смутилась Оксана, такого неожиданного факта, отражая румянец на блеклых щечках.

— М…. может не стоит — хотела возразить Оксана, прикусывая от волнения губу

— Как раз именно стоит — направляясь к отрытой двери кабинета, распорядился Тихонов — Вы на перевязку, а ваша команда Оксана Владимировна, подготовит пациентку к операции

— Которую я сама и проведу — продолжая упорствовать заявила Оксана своё требования, медленно вставая со стула

— Валерий Валерьевич — повысив голос, обратилась Марина Викторовна, когда Тихонов, покидая кабинет, вошел в приёмную — Я всё еще лечащий врач Оксаночки, с гордостью вам заявляю, что только она сможет провести данную операцию, показав нам методику её качественного выполнения

— Хм… раз уж Марина Викторовна — ухмыльнулся недоверчиво Тихонов, делая вид будто кривил душой — То тогда вам и отвечать за последствия, как лечащему врачу вашего начальника, за его оплошность там на операционном столе

— И я отвечу — вставая со стула, на котором сидела, гордо заявила Марина Викторовна

«Ну это просто пиздец какой-то», прикусывая краешек губы, подумала Оксана, посмотрев то на Тихонова, то на Марину Викторовну.

— Но только после перевязки — согласился пойти на уступки, вздохнув отчаянно Тихонов — Не хватало чтобы Оксана Владимировна или пациентка подхватили сепсис в операционной из-за нестерильной повязки хирурга — закрывая за собой дверь, высказывал он своё недовольство

— Что же — застенчиво ухмыльнулась Оксана, продолжая нервно кусать свою губу — Пойду делать перевязку, заодно проверю самочувствие своей пациентки

— Пациенток — пояснила Вероника — Обе сестры находятся в одной палате интенсивной терапии

— Ах… ну-да, ну-да пациенток — приняла Оксана это утверждение к своему сведению, вставая со стула, отразила перед Вероникой что прошла за её спиной, роскошную красоту собственных бёдер

— Думаю стоит назначить операцию на завтра — предложил Ларионов — С утра проведем операцию

— Мы можем её провести и сейчас — возразила Оксана, подходя к закрытой входной двери — Тем более я пока еще ваш начальник и вы подчиняетесь именно мне

— Сейчас мы все устали, вы выглядите не лучшим образом — выражая протест, упорствовал Ларионов

— И тем не менее — кончиками пальцев касаясь дверной ручки, не согласилась Оксана — Раз уже старшая сестра произвела оплату в размере трёх сот тысяч рублей, мы обязаны провести эту операцию — открывая дверь говорила она, переступая через высокий порог открытой двери, вошла в приёмную

— Я подготовлю для нас операционную — заявила Вероника

— Хорошая девочка — подмигнула Оксана, закрывая следом за собой дверь

Приятной свежестью отдавал аромат парфюма Валерии в приемной, гармоничная страсть которого спуталась с запахом черного кофе, что витала в атмосфере воздуха этого помещения. Компьютер на рабочем столе секретарши был включен, однако её белый плащ, все еще висел на вешалке справа от входа. Растущий большой фикус, распустившейся красотой больших сказочных листьев, удачно вписывался в интерьер кофейного покрытия древесных панельных стен. Папки с распечатанными документами, выстроены в ряд на полке шкафа, что находился сразу за спинкой черного кресла, слева от пластикового кона, закрытого белого занавесками. Тусклый свет диодного светильника горевшего на потолке, создавал легкий полумрак в приёмной, среди окутавшей, сумрачной тенью пространство деревенского неба за окном.

Оксана прошла по приёмной, виляя шикарной красотой бёдер, стукая каблуками красных туфель по паркету пола к входной двери. Касаясь дверной ручки, легким поворотом открыла её, ощущая сразу же приток прохладного воздуха, что веял в коридоре больничного здания. Легкостью касания прохлады ночного завораживающим трением окутывало тело Оксаны, колыхая её волосы, воздух был насыщен ароматом кустов сирени, что росли за окном. Словно подобию парусу колыхающемуся на мачте корабля, тормошились занавески на пластиковых окнах больничного коридора. Пустота и мрак этого помещения, простиралась почти по всей его протяжённости, лишь освещение фонарных деревенских уличных столбов были единственным светом в этом больничном коридоре. Подобающей горсти царицы Оксана шла по коридору среди окрашенных в синей цвет стен, направилась в сторону отделения реанимации, стукая каблуками красных туфель по бетонному полу больничного помещения.

 

***

Отблеск падающего света с горевших светильников на потолке, ярко отсвечивал от белых кафельных стен палаты интенсивной терапии, куда открывая дверь, вошла Оксана. Воздух был пропитан санитарными асептическими средствами, которыми регулярно проводили уборку в этом помещении. Напротив двери, у стены слева и справа, с отступом метр, находились больничные койки реанимационной палаты. Приборы жизненных показателей фиксировали и выводили на экран показания пульса, сердцебиения и артериального давления, постоянно непрерывно пикая, контролируя без устали ритм сердца обеих пациенток. Аппарат гемодиализа тихо урчал, проводя фильтрацию, очищая кровь от зараженного токсина, пропуская её через фильтр, а затем, снова возвращая её обратно пациентке.

— Полагаю это ты Оксана Владимировна — обратилась сразу же старшая сестра Скворцовой, едва только Оксана переступила порог открытой двери, касаясь каблуками белых туфель белого кафельного пола — Мне ужасно стыдно перед вами, за своё поведение, я даже не знаю, как можно искупить мне свою вину

Белый медицинский колпак скрывал объём пышных золотистых, цвета спелой соломы, волос Оксаны, а стерильная марлевая повязка, таила за собой застенчивую мимику лица, от чего она от волнения покусывая губу, чувствовала себя взволнованно. Такой же белоснежный по цвету халат врача, прорисовывал скрытый под тонкой тканью силуэт прекрасного изгибом тела Оксаны, отражая пикантную прелесть скромным объемом эротических форм, груди, бёдер и талии.

«Блядь да что же ей сказать, конечно, эта сука душила меня, хотела убить, но я вломилась к ней в дом и она теперь это знает и как же мне найти себе оправдание», размышляла Оксана, подбирая в голове нужные слова, чтобы завязать беседу.

— Не самый удачный момент чтобы завязать разговор — словно выдавила из себя Оксана, закрывая тихо за собой дверь, чем разбудила Анну, что спала на больничной койке слева от входа

— Послушайте….

— Оксана Владимировна! — сонным радостным голосом произнесла Анна, открывая медленно уставшие веки глаз — Рада вас видеть

Хриплым голосом произнесла рыжеволосая девушка, выражая все еще отдышку и затруднённость дыхания. Цвет мочи, что стекала по трубке уретра в мочеприёмник, уже стал более просвечивающим и естественным, но признаки гематурии всё еще сохранялись, это смогла заметить Оксана глядя на мочеприёмник, прикрепленный к кровати девушки. Частота её пульса и выраженность высокого АД, указывала на легочную гипертензию, следствием которого служила дилатация левого желудочка, которая была вызвана аортальным стенозом. Перегруз левого желудочка Оксана заметила сразу же по частоте и ритмичности пульса, на шкале монитора прибора, снимающего жизненные показатели. Левожелудочковая дилатация указывала на недостаточность митрального клапана, а так же пролабирование его передней створки из-за чего происходил отток крови в обратном направлении, увеличивая в целом нагрузку на миокард.

— Взаимно — продолжая нервно кусать губу, застыла Оксана, оставаясь стоять в проходе, когда дверь тихо закрылась за её спиной — Пришла сообщить, что скора мои подчинённые, начнут готовить тебя к операции, которую я сама лично проведу

— Спасибо — выражая искренность уставшим голосом, поблагодарила Анна, выраженно взглядом пленяя сознание Оксаны

— Я слышала, вы ради нас пробрались в наш дом, в тот момент, когда я была уже на грани комы, страдая сильной поясничной болью, утомляемостью, тошнотой

— Мне пришлось так сделать — испытывая неприязнь к старшей сестре Скворцовых, ответила Оксана, медленно прошла по палате, к больничной койке Анны — Вы волнуетесь Анна?

— Нет — возразила Анна

— Подождите Оксана Владимировна — попросила старшая сестра Скворцова — Ты ведь знала о свинцовых белилах и всё равно пыталась ими рисовать?

— Любой художник знал об опасности свинцовых белил — пояснила Оксана — Но всё равно пыталась ими рисовать, потому как ставила свою цель или цель того, что она делает, намного выше своего здоровья

— Я выкину все твои банки к черту — заявила старшая Скворцова — Больше не потерплю эту краску в нашем доме

— Нет! — возразила Анна, поджав от обиды нижнюю губу

— Что же — прикусывая краешек губы, выразила своё мнение Оксана — Деньги заплачены, операцию я проведу при любом обстоятельстве, вы будите жить Анна, как и ваши картины, может быть, а вот как вы будите жить решать, несомненно, именно вам, хотите жить по чьим-то указаниям и прихотям, пожалуйста, а если хотите жить, как вам хочется, советую хоть иногда прислушаться к зову собственного сердца

— К голове ей своей стоило бы прислушаться

— А вы — возмутилась Оксана, посмотрев возмущенно на старшую Скворцову — Вместо своей критики распутного блядского поведения, в которое вы сами между прочим пали, задумались о прихотях и желаниях своей сестры

— Я…. я….

— Я про тоже — согласилась Оксана с этой женщиной — Мне нужно на перевязку, а пока мои сотрудники подготовят вас к операции

— Сейчас ведь почти ночь — взяла в руки телефон старшая Скворцова, что лежал у неё на подлокотнике больничной койке, на которой она лежала — Вы, что собрались проводить операцию ночью

— Именно когда наша операционная, наконец окажется свободной — ухмыльнулась Оксана, скрывая истинную красоту улыбки под стерильной марлевой повязкой на лице

— Оксана Владимировна — обратилась Анна, когда Оксана повернулась лицом к входной двери, касаясь пальцами в резиновых перчатках пластиковой ручки — Спасибо — душевно и от чистого сердца поблагодарила она

«Блядь я наверно должна сорвать всех собак на её старшую сестру, да нет, может просто выключить аппарат гемодиализа и пусть она сдохнет от токсина, что еще в её организме», раздумывала Оксана, нажимая пальцами на пластиковую ручку двери, открывая её, перешагнула через высокий порог.

— Оксана Владимировна — услышала Оксана голос Валентины, что стояла у поста дежурной медсестры в реанимационном отделении — А я вас ищу

«Блядь ну вот как так?!», раскрыла рот от удивления Оксана, скрывая своё состояние и чудесный изгиб губ за стерильной марлевой повязкой.

— Вы меня накачали! — выражая глубокое недовольство, посмотрела она на Оксану

— Мне пришлось — заявила Оксана, не обращая на рыжеволосую девушку никакого внимания, спокойно мимо прошла, стукая каблуками красных туфель, на которых были медицинские бахилы, по белой кафельной плитке помещения — По-другому ты меня просто не поняла

Рыжеволосая девица была в белом длинном халате врача, её огненные, сияющие оттенком каштана волосы, были скрыты под плотным белым колпаком. Красоту выражения прекрасных розовых губ, скрывала за собой стерильная марлевая повязка, а сказочный голубой оттенок глаз, был спрятан за тонкими стеклами надетых на глазах очков. Естественный впечатляющей взгляду силуэт стройных ног, был скрыт за зелеными медицинскими штанами, что полностью прятал их красоту.

— Я знаю — согласилась Валентина — Свинцовые белила, кто бы мог подумать

— Вот именно — ухмыльнулась скрыто Оксана, проходя мимо своей сотрудницы

— Вашему безумию нет цены — рассмеялась застенчиво Валентина, проследовав следом за Оксаной к выходу из реанимационного отделения

— Именно моё безумие спасло жизнь этим девушкам

Гордо заявила Оксана, проходя мимо медсестры, что направлялась с планшетом прикрепленным к нему листами бумаг в одну из палат интенсивной терапии двери которых были пластиковые но с большим стеклом для полного обзора.

— А сейчас извини мне нужно на перевязку — заявила Оксана, подходя к двустворчатой двери, чтов ела к выходу из реанимационного отделения

— Которую, именно я вам и проведу — гордо заявила Валентина

— Ты?! — удивилась Оксана, открывая дверь, встав в проходе, обернувшись удивленно посомтрела на эту девушку — Но…..

— Вы же сами назначали меня на эту должность

— И как я могла такое забыть — повернулась Оксана, вильнув перед ней изящной красотой бёдер, направилась дальше по больничному коридору

— Да и как мне теперь забрать мою сумочку?

«Пиздец, вот что тут ей ответить», прикусывая краешек губу, нервно раздумывала Оксана,

— Ну я думаю что местный прокурор её с радостью тебе отдаст как только ты к ним придёшь

— Ты были мои права и паспорт, а так же документы на машину

— Ну, кто виноват!

Коварством наглого голоса выразила Оксана своё мнение, направляясь по больничному коридору, прошла мимо двух идущих навстречу по направлению к реанимации медсестёр.

— Что у тебя мозги, как у курицы — оскорбила Оксана, позволяя себе эту дерзость по отношению к своей сотруднице

— Да… — потерялась в словах Валентина, не зная, что и ответить на такой довод — Как у вас вообще язык поворачивается такое говорить мне, я постоянно вечно вас прикрываю, выгораживаю, рискуя своей репутацией как врача и как женщины

«Хм…. ну почему я именно перед тобой так таю», скрывая за марлевой повязкой дикое возмущение, нахмурила губки Оксана.

— Просто признай — остановившись рядом с окном, касаясь пальцами белой занавески, что висела на нём — Ты ведь это делаешь это не напрасно или ты забыла, как мы с тобой встретили рассвет?

— Тише! — смутилась Валентина, быстро подходя к Оксане, что пальцами в резиновых тонких перчатках, теребила занавеску на окне — Нас могут услышать

— И ты думаешь, я этого боюсь?! — ухмыльнулась Оксана, делая шаг навстречу, пропуская между пальцев занавеску на окне — Девочка моя, если хоть кто-то посмеет вякнуть, я раздавлю его и ты прекрасно это знаешь, потому что я могу себе это позволить

— Порой мне кажется вашей гордости, нет придела — согласилась Валентина

— Не гордости — возразила Оксана, встав рядом обвивая рукой талию девушки — А чувства собственного достоинства

— Вот поэтому— выражая застенчивость, рыжеволосая девица, отвернула свой смущенный взгляд в сторону окна, за стеклом которого наступила глубокая деревенская ночь — Я всегда буду на вашей стороне

— По-другому просто быть не может — одобрила это Оксана, касаясь пальцами бёдер рыжеволосой девушки — А теперь, если ты не возражаешь мне нужно сменить повязку и обработать рану

— Да-да конечно — радушно согласилась Валентина, когда Оксана убрала руку с её бёдер — И я конечно вам в этом помогу

— Просто у тебя нет другого выбора

Рассмеялась озорным смехом Оксана, направляясь по больничному коридору, проходя под светом диодных светильников на потолке, отражая за девушкой идущей сзади красоту изгиба собственного тела, выраженную в каждом шаге.

 

***

Омывая тщательно руки под струей теплой воды, Оксана, смывала с них толстый слой пены, покрывающий их кожу. В воздухе предоперационной, пахло раствором асептика, которым совсем недавно проводили уборку, подготавливая помещение к оперативному вмешательству пациента. Белые кафельные стены отсвечивали ярким отблеском падающих на них света диодных, плотно закрытых герметично закрытых светильников на потолке. Валентина стояла, облокотившись, спиной на кафельную стенку, сзади Оксаны, продолжая сквозь стекла надетых на глазах очков, так любопытно на неё глядеть.

— Что ты так на меня смотришь? — ухмыльнулась Оксана, глядя на возмущенное выражение лица Валентины, красота веснушек которого была скрыта за стерильной марлевой повязкой, надетой на нём — Да я переспала с медсестрой во время перевязки, что тут такого?

— Вы спали с медсестрой! — прошипела шепотом Валентина — Когда же вы угомонитесь, не понимаю, чего вам в жизни не хватает?!

— Я живу так! — гордо заявила Оксана, посмотрев в сторону открывшихся дверей в предоперационную, когда двое санитаров закатывали в это помещение каталку с рыжеволосой пациенткой, что лежала на ней — Как считаю нужным для себя самой

— А что разве наши отношения для вас ничего не значат? — жалобным голосом спросила Валентина

— А что я разве что-то не так сказала? — удивилась Оксана, входя следом за санитарами в операционную

— Оксана Владимировна! — обратился Ларионов, как только Оксана вошла на кафельную плитку пола операционной — Операция как я понимаю, будет проходить в два этапа, на первом этапе мы проведем пластику митрального клапана подшивание его передней створки, для этогом ы будем использовать…..

— Я думаю Оксаночка — возразила Марина Викторовна, что ты сама на всё покажешь во время операции — Что мы сами всё увидим во время операции

— Оксана Владимировна — обратилась рыжеволосая пациентка, намекая Оксане подойти к операционному столу на который её располагали — Я хотела поблагодарить вас

— Было бы за что — неловко почувствовала себя Оксана — Я еще ничего для вас не сделала

— Вы фактически уже спасли мне жизнь — не согласилась с этим утверждением Анна Скворцова

— Бред! — посчитала это за глупость Оксана — Валентина общий наркоз, Вероника подготовь АИК к использованию, доктор Ларионов, где снимки проделанной ангиографии?

— Да-да конечно вот они — повесил Ларионов снимки ангиографии на белую просвечивающую светом доску, что была расположена напротив операционного стола

— Ага — ухмыльнулась Оксана, сияя блеском отраженного света на стеклах, надетых на глазах очков — Пролапс передней створки клапана

— Мы займемся искусственным кровообращением бедренной артерии — изъявила своё желание Марина Викторовна

Бедренная артерия, наиболее подходящее место для искусственного кровообращения, потому что, оттуда ретроградно кровь поступает в брюшную и грудную аорту, затем в ее дугу, проходя в сосуды, питающие мозг и сердце (коронарные сосуды).

— Валентина — обратилась Оксана, к девушке, после того как она прислонила маску к пациентке, погружая её под наркоз — Обработай место проведения операции и больше никуда не лезь, в твоём состоянии я бы выгнала бы тебя отсюда

— Это по вашей вине! — возмутилась обиженно Валентина, убирая маску анестезии, как только девушку уснула

— Вот именно поэтому ты еще здесь — нагло заявила Оксана — Потому что это я тебя накачала, в следующий раз, если кто придёт пьяный или обдолбанный к дверям операционной и близко не подпущу

— Начинайте Оксана Владимировна — распорядился Ларионов

Проведя тщательную обработку тампоном раствором «Бетадина», места предполагаемой хирургической операции. Оксана, пользуясь электроножом «ЭХВЧ-500», отводя грудь девушки в сторону, выполнила разрез по складке под молочной железой. Аккуратно не касаясь кожи пациентки, Оксана высокочастотным ножом выполнила нежный изгиб разреза в направлении подмышечной впадины пациента; этот изгиб разреза кожи коррелирует с естественным изгибом грудной клетки. Кожа, подкожная жировая клетчатка, и мышцы грудной стенки, Оксана рассекла, чтобы обнажить ребра и межреберный промежуток, пользуясь при этом электроножом, производя тем самым коагуляцию (свёртываемость) крови, в момент разреза. Дальше пользуясь электроножом, Оксана рассекла межреберные мышцы и париетальная плевра как один слой, только после этого, тщательно развела мышцы вдоль верхнего края ребра, чтобы избежать повреждения межреберного сосудистонервного пучка. Используя «стернотом», марки System 6 Stryker, Оксана произвела рассечение подготовленной грудины. Только после этого входа в грудину, Валентина, вставила ранорасширитель Finochietto, так, чтобы ручка была направлена вниз, к подмышечной впадине. Размещение ручки по направлению к кровати, а не к грудине позволяет преобразовать левостороннюю торакотомию в чрездвухплевралную, не изменяя положения ранорасширителя. Диаметр открытого отверстия составлял всего 6 см, что обеспечивал бы минимальные болевые послеоперационные ощущения пациентке, а так же нормальный доступ для манипуляции рук хирурга. Направленный падающий свет камеры, что фиксировала записью область разреза и открытую плевральную полость.

— Переходим к канюляции полых вен и восходящей аорты — пояснила Оксана, взяв в руки хирургический скальпель

— Жизненные показатели в норме — отчиталась Марина Викторовна — Начинаю введение гепарина и вазодилататоров, АИК-5 готов к работе, как только скажешь, можем переходить на искусственное кровообращение

Оксана начала широко рассекать перикард, начиная от верхушки сердца и продолжая разрез по направлению к вырезке грудины, впереди и параллельно диафрагмальному нерву. Пользуясь зубчатыми пинцетами, Вероника подняла стенки перикарда вверх, пока Оксана, пользуясь ножницами, быстро вскрыла их.

— Тампонада сердца! — повысив голос разъяснила Марина Викторовна — Показатели быстро растут, ритм увеличивается

— Вероника отсос быстро — распорядилась Оксана — Нужно откачать всю кровь и сгустки из перикарда

— Показатели пришли в норму — доложила Марина Викторовна

— Кровь и сгустки пришли в норму

— Как вы видите — говорила Оксана, обращая внимание своих коллег на монитор, куда выводилась картинка одной из камер, на место оперативного вмешательства — Сердце теперь полностью освобождено от перикарда

— Подготовьте кардиоплегическую линию, заполненную кардиоплегическим раствором для установки её в корень аорты — распорядилась Оксана

— Кардиоплегия готова — доложила Марина Викторовна

Кардиоплегия (cardioplegia; кардио— + греч. plege удар, поражение) — комплекс мер, направленных на защиту миокарда во время основного этапа кардиохирургического вмешательства, включающих в себя остановку сердца (асистолию), кровяную, либо фармакохолодовую протекцию миокарда. Кардиоплегия применяется при операциях на сердце с использованием «аппаратов искусственного кровообращения».

Произведя пальпацию аорты, в месте предполагаемой канюляции, Оксана старалась исключить возможность возникновения атеромозной бляшки. Следующим этапом Оксана выбрала предполагаемое место на внутренней кривизне интраперикардиального участка аорты, так он более устойчив, чем большая кривизна или внеперикардиальный участок восходящей аорты к диссекции и разрыву. Производя установку кардиоплегиеской канюли дальше от синотубулярного соединения, Оксана старалась тем самым избежать повреждения структур аортального клапана, а так же поближе к точке, которая как бы является наивысшей точкой аорты, чтобы можно было в дальнейшем проводить эвакуацию (дренаж) воздуха из просвета аорты. Убедившись, что задняя стенка аорты не повреждена, Оксана пользуясь двойным кисетным швом нитью 4/0, с площадью внутри него около 1 кв.см, закрепила канюлю фиксирующими швами, только после этого извлекла стилет-троакар.

— Валерий Николаевич — обратилась Оксана — По сколько вы у нас на должности перфузиолога начинайте введение перфузионного раствора

— Перфузия пошла — ответил Ларионов

— Давление в норме — доложила Марина Викторовна

— Подготовьте двухуровневую канюлю для канюляции полых вен — распорядилась

Медленно, Оксана ввела двустороннюю канюлю «Ross basket» в верхнюю полую вену, глубже её устья, так чтобы её носик входил в нижнее устье нижней полой вены. После чего, Оксана зафиксировала канюлю к турникету, пользуясь при этом кисетными швами, внимательно следила за тем, чтобы не попали пузырьки воздуха.

— Турникеты готовы — заявила Оксана — Доктор Ларионов, мы можем переходить на искусственное кровообращение? — обратилась она к перфузиологу

— Оксана Владимировна можете накладывать зажимы — ответил Ларионов

Пользуясь поперечными зажимами, Оксана наложила их на восходящую аорту на 1 см проксимальнее аортальной канюли аппарата искусственного кровообращения.

— Начинайте кардиоплегию — распорядилась Оксана

— Введение кардиолегического раствора пошло — доложил Ларионов

— Переходим на искусственное кровообращение — распорядилась Оксана, спустя несколько минут совместной работы сердца с аппаратом АИК — Произвожу накладку зажимов

Добившись чтобы синхронно увеличилась производительность насоса и величину венозного притока, в течение 1-2 минут, только после этого доводят объемную скорость перфузии до расчетной, которая должна составлять 2,2-2,4 л⁄мин на 1 м2 поверхности тела.

— Состояние левого желудочка в норме — разъяснила Оксана — Накладываю зажимы

Пользуясь скальпелем, Оксана рассекла правое предсердие и крышку левого предсердия, обеспечивая тем самым доступ к митральному клапану, делая мелкий разрез межпредсердной перегородки. Выполняя скальпелем резекцию здоровой хорды задней створки митрального клапана, Оксана аккуратно перенесла её на пораженный участок хорды передней створки, выполняя тщательное её подшивание. Производя при этом реконструкцию задней створки клапана. Убедившись в надёжности закрытого состояния створок, без просвета между ними при смыкании створок, Оксана наложила хирургические швы на межпредсердную перегородку, только после чего, закрыла швами крышку правого и левого предсердия.

— Перед тем как начнём аортокоронарное шунтирование, придётся мне убрать зажимы, так как искусственное кровеобращение, свыше 1 часа, целесообразно сочетать его с общим охлаждением организма — заявила Оксана, снимая зажимы с аорты и полых вен

Степень охлаждения может быть различной и определяется условиями операции. В большинстве случаев достаточна умеренная гипотермия (температура в пищеводе не ниже 28°). Глубокая гипотермия до 15-10° применяется крайне редко, в случае необходимости временной полной остановки кровообращения (коррекция редких аномалий развития сердца, устранение неполадок в перфузионной аппаратуре).

— Валерий Николаевич, вы как перфузиолог используйте теплообменник с теплой водой, дальнейшую операцию будем проводить на работающем сердце — разъяснила Оксана свои действия как главный кардиохирург

— Обеспечиваю нагнетания теплой воды — доложил Ларионов, включая функцию теплообменника, после чего аппарат АИК, стал нагнетать теплую воду в организм девушки вместе с кровью

— Запускаем сердце — распорядилась Оксана, касаясь хирургическими электродами тканей сердца, обеспечивая его запуск, после проведения импульса — Сердце работает, ритм, нормальный, АД в нормально, ЧСС норма

— Дальше можем обойтись без канюли в корне аорты — выразила своё мнение Валентина

— Она нам еще пригодиться — возразила Оксана — Перед тем как подшивать шунт, мы снова пережмем аорту зажимами, кардеоплегия солевым раствором должна сохраняться, вместе с раствором гепарина, что идёт по трубкам АИК

— Для аортокоронарного шунтирования, насколько я знаю, применяется канюляция нижней и верхней полой вены

— Насколько я знаю! — грубо выразилась Оксана на довод Валентины — Ты сегодня здесь в операционной просто зритель

— По вашей вине — сморщила недовольно губки Валентина

— А что я разве что-то говорю против — скрывая красивую подлую улыбку за марлевой стерильной повязкой, ответила Оксана — Возьмем вену с грудной полости

— Вы же хотели взять вену голени

— Я передумала — не согласилась с этим утверждением Оксана — Поскольку грудная полость у нас вскрыта хоть и миниатюрным разрезом

Пережимая зажимами область выделенной брюшной артерии, с обеих сторон, что Оксана, вывела пальцами для манипуляции, используя для этого хирургические ножницы, она отрезала нужную длину кровеносного сосуда. Грудная артерия, по мнению Оксаны, имела хороший кровоток и не страдала не одной из форм ишемических заболеваний. Пережимая аорту зажимом, Оксана при сохранении кардиоплегии, солевым охлаждающим раствором в сочетании гепарина. После чего Оксана выполнила, кончиком скальпеля небольшой разрез, затем выполнила подшивание одним концом к аорте, а другим концом к участку венечной артерии дистальнее места стеноза, для обеспечения надежного хорошего кровотока. Следующим этапом Оксана выполнила подшивание артерии места взятого шунта, только после этого сняла с неё зажим, а так же убрала зажим с аорты, восстанавливая кровоток работающего сердца.

Действие гепарина нейтрализуется введением «протамина». Оксана начала постепенно начала вынимать канюли, подшивая постепенно место их установки. Сердце перешло на собственный медленный ритм работы, перфузия крови была слишком низкой, а ЧСС намного ниже работающей нормальной нормы.

— АД слишком низкое — пояснила Марина Викторовна — ЧСС ниже нормы

— Два кубика адреналина — заявила Оксана

— Ты уверены?! — удивилась Вероника такому решению со стороны Оксаны

— Я сказала быстро

— Швы могут разойтись

— Не разойдутся — не согласилась с этим утверждением Оксана — Быстрой дай мне два кубика адреналина, чтобы обеспечить нормальную перфузию

— Надо делать что-нибудь — в панике подняв голос, обратилась ко всем Валентина

— Блядь! — грязно громко выругалась Оксана — Я же сказала пару кубиков адреналина!!!

— Пару кубиков адреналина быстро — подтвердил Ларионов, соглашаясь с мнением Оксаны, глядя на низкое АД (артериальное давление) и ЧСС (частота сердечных сокращений)

Словно выхватив из рук Вероники нужный шприц, Оксана ввела иглу в левый желудочек, постепенно надавливая на поршень, влила содержимое внутрь. Артериальное давление стало постепенно расти, усиливая перфузию крови, постепенно ЧСС пришло в норму. Убедившись в нормальной работе сердца, Оксана стала производить зашивание прочными швами вскрытый перикард, пока Валентина пользуясь медицинским отсасывателем «Аксион ОМХ-5/80-01». Проверив надёжность швов сумки перикарда, Оксана перешла к аспирации грудной полости, пользуясь синтетической трубкой длинной 40 сантиметров, установила её в самой высокой точке вскрытой брюшной левосторонней полости, выполнила её удаление скопившейся крови, сгустков и газов.

Валентина, аккуратно извлекла рано расширитель из раны, позволяя Оксане скреплять грудину прочной хирургической проволокой. Тщательно скручивая щипцами, концы введённой проволоки, Оксана полностью, надёжно и достаточно крепко, соединила грудную полость. Убедившись в надежном и прочном сшивании грудной полости, Оксана стала выполнять, частыми швами рассеченную кожу и «подкожную клетчатку», пользуясь методикой узловых швов.

— Обработайте рану «повидономйода», наложите повязку — отдавая указания, распорядилась Оксана — Эндотрахеальную трубку можно вынимать, её в реанимационное отделение дней на десять, а я в отпуск на месяц — гордо заявила она, убирая хирургическую иголку с медицинской нитью на железный столик рядом с инструментами для операции

— Вы в отпуск?! — возмутилась Валентина

— Ну, так-то да — холодно с ухмылкой ответила Оксана, направляясь к выходу из операционной — Я ведь теперь имею полное право восстановить своё здоровье, так ведь Марина Викторовна?!

— Учитывая, то как ты достойно выполнила операцию в своём тяжелом состоянии — согласилась Марина Викторовна — Как твой лечащий врач, то не меньше месяца отпуска я выбью для тебя у Тихонова

— Вы думаете, после этого он её отпустит? — удивилась Вероника, обрабатывая хирургическую рану тампоном, смоченным в растворе асептика

— Сама убегу! — озорным смехом рассмеялась Оксана, открывая дверь, покидая помещение операционной

Чувствую чрезмерную усталость во всём теле, после проведенной четырех часовой операции, Оксана уставшей походкой прошла по предоперационной. Касаясь пальцами окровавленных медицинских хирургических перчаток белой кафельной плитки стен, Оксана медленно подошла к двустворчатым дверям. Открывая их створку, Оксана чуть прищурила глаза от яркого направленного света люминесцентных ламп, что висели на потолку, в герметично закрытых пластиковых светильников. За окном в дальнем конце коридора начинались проблески рассвета, его лучезарная края зябь озаряла неистовым ярким светом деревенское окутанное ночным мраком небо. Снимая с рук перчатки, Оксана выбросила их в урну, стоящую рядом в коридоре, замечая в конце коридора сестру Скворцовых.

Женщина была одета в черный длинный халат, что эффектно скрывал и в то же время прорисовывал пикантный силуэт её сексуального тела. Черные пышные волосы, волной необузданности были в хаотичном порядке, не имеющей никакой укладки. Монотонный уставший пристальный взгляд, наводил Оксану на мнение, что за все время, что пока её сестра была в операционной она не сходила с места. Нижняя губы была поджата в ожидании, заметив Оксану выходящей из дверей операционной, она несколько прибодрилась, глаза, словно засветились миллионами отраженных в них искорок падающих в них света со светильника с потолка. Положив ногу на ногу и облокотившись, спиной на стену, она словно всем своим состоянием выражала беспомощность и бессилия утомительных часов проведенных на одном месте. Стройные, притягивающие взгляду ноги этой женщины, украшали черные туфли, именно их высокий каблук, подчеркивал явным очерком эротический образ Скворцовой.

— Оксана Владимировна — сидя на скамейки, облокотившись на синюю стенку коридора, вскрикнула она, заметив тут же вышедшую Оксану из дверей операционной — Как она, Анна будет жить?

— Жить может быть и будет — ухмыльнулась Оксана, встав возле урны, сняла с лица стерильную марлевую повязку — А вот что вы будите делать со свинцовыми белилами, что являлись причиной сложной сочетанной формой порока аортального стеноза и митральной недостаточностью, решать несомненно вам

— Ох…. спасибо вам — изображая лживую, по мнению Оксаны, иронию вздохнула эта женщина, отражая на лице полное утешение и глубокую радость — Я выкину все её белила и картины

— Думаю, не стоит! — возразила Оксана — Картины лучше сохранить, а вот лучше краску заменить на что-нибудь другое, хотя как художник, я на миллион процентов уверена, ваша сестра вас не поймёт

— Но ведь эта настырная девчонка в конец убьет себя ради своего искусства

— В котором вы между прочим тоже замешаны — не согласилась с утверждением этой женщины Оксана — Большинство картин в вашей гостиной с вашим изображением, вы ей позировали в обнаженном виде

— Чего тут скажешь — нахмурила губы застенчиво Скворцова, продолжая сидеть на деревянной скамейке — Оксана Владимировна! — обратилась она к Оксане, когда она холодно уставшей походкой прошла мимо неё, даже не посмотрев в её сторону

— Что-то еще?! — обернулась Оксана, встав в пол оборота к этой женщине, положив руку на бедро, отразила через зелёные, надетые на ногах штаны, красивый силуэт собственных бёдер

— Я конечно понимаю, что не смею вас не о чем просить — душевно выражая какое-то скрытое, как показалось Оксане на тот момент, сочувствие, говорила Скворцова — Но как я могу вас отблагодарить, хотя бы за то что мы обе с сестрой до сих пор живы

— Учитывая тот факт, что вы связали меня и хотели убить поясом от халата — ухмыльнулась Оксана, прикусывая от волнения краешек губы — То не попадайтесь мне на глаза, хотя бы на тот период пока я еще жива — застенчиво улыбнулась она, пожав плечами, направилась, в сторону длинного больничного коридора

 

***

Пелена скопившегося плотного пара, собралась в душевой пластиковой кабинки, в которой щедро покрывая густой пеной, обнаженное тело Оксана. Переступая с ноги на ногу, Оксана, стукая каблуками красных туфель, по кафелю пола, щедро покрывала своё тело сахарной вязкостью пены, что крупными каплями повиновались рельефу её телу, скатываясь внизу. Медленно, почти едва дотрагиваясь, Оксана протирала место на животе, где совсем недавно Валентина сделала ей перевязку, повязку которой она сорвала в раздевалке медицинского персонала. Будоражащая струя водопада потоком миллионов капель теплой воды омывала тело Оксаны, смывая с него изобилия аромата дамасской дикой розы, что поистине королевским оттенком редчайшего запаха пропиталось тело Оксаны. Запрокинув голову назад, чуть наклонив свой взгляд возбужденных жаждущих глаз, безупречно лазурных, подобно самородку редчайшего топаза, Оксана смотрела через пелену плотного пара на пластиковую стенку, душевой кабинки, на которой собрались сотни мельчайших капель душевой воды. Потёки обильной густой пены, стекали с золотистых волос, обволакивая кожу плеч, скользя по сочной груди Оксаны, падая вниз, придавая всему телу завораживающую утонченную сказочную стихию оттенка вкуса дикой розы.

Дверь душевой кабинки плавно открылась за спиной у Оксаны, на что она сама не обратила внимания, как в кабинку, кто-то вошел, звонко стукнув каблуком женских туфель по кафельной плитке пола. Будоражащая силы бесчисленным покровом воды, покрывала тело Оксаны, омывая кожу и волосы, тонким слоем влаги, смывая сахарную вязкость геля. Медленно закрывая глаза, Оксана поддалась сильному искушению, позволяя собственным мыслям вкусить дольку страстного порока. Неожиданной приятной лаской, манящей лаской женские руки обвили сочную грудь Оксаны, быстро сковав её в оковах нежных тонких пальцев.

— М…… Валюша — сразу же узнала Оксана ласку приятных нежных рук, запрокинув голову к ней на плечо, поддаваясь влиянию её щепетильных пальцев, что разминали грудь

— Я просто не хочу с вами расставаться — жалкой шепотной речью приятного ноткой голоса произнесла Валентина, жарким поцелуя целую нежную кожу шеи Оксаны — Вы ведь собрались в отпуск

— Исключительно только ради того — сладко мурлыкала Оксана, ощущая жар пламенного дыхания с губ Валентины на своей шее — Чтобы поправить своё здоровье в объятиях своего мужчины

— Р…. — выражая недовольство, прорычала ревностно Валентина, чуть сильнее сжимая пальцами груди Оксаны — Я не хочу вас не с кем делить?

— М…… — простонала тихо Оксана, стерпев давление пальцев рыжеволосой искусительницы на своей груди — И не придётся, я тебя как не крути ни на кого не променяю — соврала она, получая наслаждения от ревности рыже бестии

— Может, отметив ваш успех и заодно ваше выздоровление? — предложила Валентина

«Рыжая сука получает удовольствие от того, что трахает меня, мне все-таки пиздец, как интересно, что она мне может предложить», ухмыльнулась Оксана, ощущая поразительную ласку и настойчивость пальцев Валентины на своей груди.

— И что ты предлагаешь? — удивилась Оксана такому предложение, прижимаясь спиной к телу рыжеволосой девицы

— Ну мы ведь взрослые женщины — тянула с ответом Валентина, чаруя нежностью шепота под ухо Оксане — И вполне имеем полное право расслабиться

— И….?! — вопросительно с развращенной улыбкой на губах спросила Оксана, отпустив мочалку, позволила ей упасть на пол

— А чего бы вы сами хотели? — растерявшись в правильности ответа, спросила Валентина

«Блядь ну еще чуть настойчивее Валюш и я тогда возможно тебе не откажу, а так я очень соскучилась по Аришке и не хочу её менять ради какого-то блядского секса с женщиной», думала Оксана, скрывая похоть под маской лживой улыбки.

— Хм… ну не знаю, тут на выбор столько вариантов, прям не знаю какой выбрать — набивала себе цену Оксана, искушая себя лаской рук Валентины — Но я все же хочу увидеть свою дочь — заявила неожиданно Оксана

— Вы можете её увидеть и завтра

— Да, но тогда — высвобождаясь от объятий Валентины, возразила Оксана, нагнувшись подняла мочалку с пола, вдыхая ртом скопившуюся сладкую атмосферу пара, что пропиталась ароматом геля для душа — Кем я сама себя буду считать?

— Ну же Оксана Владимировна — уговаривала Валентина, жалобным голосом, словно цепляясь за последнюю соломинку — Обещаю, я превращу вашу ночь в сказку

— Превратить в сказку я и сама могу — нахмурила губки Оксана, сжима пальцами поднятую мочалку с пола, выжимая из неё все сгустки пены

— Ну, Оксана Владимировна — умоляла Валентина, когда Оксана спокойно прошла мимо неё, сняв с двери белое махровое полотенце, взяв в руку с мочалкой флакон геля для душа — Я прошу вас, я просто не хочу вас терять

Мокрые пряди волос Оксаны, моросили касание нежную покрытую каплями воды кожу, вызывая при соприкосновении беглую дрожь порывом импульса по всему телу. По телу стекали мельчайшие капли влаги, скользя прохладой нежностью, повинуясь плавностью изгиба пикантных сексуальных форм тела Оксаны.

— И не потеряешь — заверила Оксана, покидая душевую кабинку, легонько толкнула дверь пальцами, переступила её открытый порог, звонко стукнув каблуками красных туфель по белому кафелю — У нас с тобой всё еще впереди — покидая душевую кабинку, говорила она, оставляя там рыжеволосую распутную девицу

— Я сохранила вам ваши отношения с вашим парнем и более того вернула доверие его старшей сестры — выбежала она вслед за Оксаной из душевой кабинки — И вот моя благодарность?! — устраивая драму, иронизировала Валентина

«А ведь она права, возможно, стоит её взять с собой к Кости, так это что же это придётся и в постель с собой взять, хотя ладно будь что будет», ухмыльнулась Оксана, предпочла не показывать свои переживая, лишь от волнения прикусила краешек губы.

— Ладно, хорошо — изнурённо вздохнула Оксана, соглашаясь на уговоры рыжеволосой распутницы

— Что хорошо?! — словно как вкопанная встала Валентина у Оксаны за спиной, раскрыв от удивления широко веки влагой сочувствия покрытия глаз

— Я могу хотя бы увидеться с дочерью? — стукая каблуками мокрых туфель по покрытому каплями воды кафелю душевых помещений, Оксана подошла к вешалке, где висело её второе бело полотенце — Сегодня может у нас будет сказочная ночь

«Ну не знаю, как у тебя, а у меня-то она точно будет», ухмыльнулась, раздумывая Оксана, кончиками пальцев одной руки, сняла с вешалки свободное полотенце, поставив флакон с гелем для душа на полку, что была у стены справа от входа.

— Правда?! — жалким подобием голоса со слезами душевной горечи на глазах, спросила Валентина

— Ну конечно правда — обматывая мокрые золотистые пряди волос полотенцем, солгала Оксана, ухмыляясь при этом красивой формы улыбки — Ты ведь не думаешь ведь правда, что я тебя могу жестко наебать?!

— Нет

Дрожащим взволнованным голосом ответила Валентина, встав посреди душевых помещений полностью обнаженные, когда по её белоснежной коже стекали мелкие капли душевой воды.

— Даже и в мыслях не было такого — добавила потом Валентина

— Вот и я о том же? — продолжая улыбаться лживой ухмылкой, Оксана взяла флакон и мочалку в руки, виляя шикарной красотой мокрых бёдер подошла к входной двери

— Вы точно приедете?

— А куда же я денусь — касаясь пластиковой ручки входной двери, кончиками пальцев свободной руки, Оксана легонько нажала на неё

— Я буду вас ждать

Говорила Валентина, когда в этот момент Оксана вильнув бедрами, перешагивая через высокий порог открытой двери, вышла из помещения душевых, тут же закрывая за собой дверь.

Помещения комнаты отдыха медицинского персонала, значительной частью была освещена, светом надвигающегося на деревню рассветом яркого солнца, пока другая её часть томилась в собственной сумрачной тени. Воздух был пропитан смешанным ароматом парфюма, которым пользовались медсестры и прекрасной силы вкуса чая с каркаде. Диван, на который Оксана сразу же посмотрела, как вошла в эту комнату, заметила разбросанные вещи, что она сняла с себя, простирались по полу чередой ковровой дорожки до двери душевых.

— Рада тебя видеть Оксанка — напугала своей неожиданностью Катерина

Темноволосая девушка, была одета в фиолетовый необычайный оттенок летного платья, материал которого напоминал атлас, выражал все самые естественные привлекательности силуэта её тела.

— Мариша сама позвонила мне — рассказывала Катерина, задергивая жалюзи на большом пластиковом окне в комнате, создавая легкий в помещении полумрак

— Ну и сука твоя Мариша — грубо выразилась Оксана, нахмурив от обиды губки — Зачем приехала?

— За тобой — ухмыльнулась Катерина, повернувшись лицом, отразила всю пышность роскошных угольных волос — Аришка ждёт тебя

— А как же Костя?

— А ты не знаешь? — удивилась Катерина, виляя шикарной красотой бёдер, направилась на встречу Оксане

— Ну не тяни с ответом — ворчала Оксана, направляясь к шкафчику со своей номерной табличкой

— А у кого как ты думаешь, мы собираемся? — ответила риторическим вопросом Катерина — Нет-нет не сюда, твоя мама велела мне одеть тебя в её одежду — подходя к Оксане схватила её за запястье руки

— Что?! — возмутилась Оксана, надувшись как дикая кобра, посмотрела на наглую брюнетку, что держала её за руку — Ты что это сейчас серьезно?

— Твоя мать хотела одеть тебя самой, но я сказала, что с этим я сама справлюсь

— Ты же не думаешь, что я пойду в её тряпках?!

— Как раз это и думаю

— Ты совсем охуела? — грязно в грубой форме выругалась на неё Оксана, пытаясь выхватить свою руку из рук наглой брюнетки — Ты не будешь мне диктовать что мне одевать

— Я кое-как уговорила твою мать, чтобы она разрешила тебе надеть юбку — заверила Катерина, держа крепко за руку Оксану — Вместо штанов и колготок, что она для тебя приготовила

— И где же те вещи, которые мне придётся надеть? — обиженно прошептала шепотом Оксана, глядя с оскалом неистовой злобы в глаза Катерины

— Так-то лучше — радушно улыбаясь, отпуская руку Оксаны, ответила Катерина

«Сука ебучая, еще будет под эту выдру мне подстраиваться», со злостью подумала Оксана, прошла по комнате, виляя шикарной красотой прекрасных ягодиц, при каждом шаге выражая пикантность их очертания.

— Ты пока одевайся — говорила Катерина, снимая сумочку, что висела на плече — Я выйду мне Романов, что-то звонит — пояснила она, доставая из неё трезвонящий сотовый телефон, направляясь к закрытой входной двери

— Слушаюсь моя госпожа — сморщив губки, вредничала Оксана, направляясь к дивану на котором стоял черный полиэтиленовый пакет — Что же мне еще остается делать

— Ты даже не представляешь, какой сказочный вечер, тебе приготовили — хвасталась Катерина, открывая входную дверь

— Я блядь уже представляю — прикусывая краешек губы, испытывая злобу, ответила Оксана

— Я буквально на пять минут выйду поговорить

Перешагивая через порог открытой двери, заверила Катерина, когда её телефон продолжал трезвонить, тут же закрыла за собой дверь, умолкая его гулкий звон.

— Ебливая блядь — прошипела Оксана, стиснув от ненависти к ней зубы, присаживаясь мокрыми бёдрами на бежевый диван, рядом с большими черными пакетами, украдкой кончиками пальцев раздвинула его края, заглянула туда — Хм…. возможно стоит и посмотреть

Спустя продолжительные двадцать минут, Оксана потратила, на то чтобы привести свой внешний облик в полный порядок. Опираясь каблуком зеленых весенних сапог, на поверхность пластикового подоконника, Оксана, выгнув спину, кончиком стрежня помады, подводила губы, щедро покрывая их слоем алого цвета. Золотистые пряди роскошных волос, волной сокрушимой страсти окутывали шею Оксаны, плавно ложась к ней на плечо. Черная тонкая кофточка, элегантно облегало тело Оксаны, вырисовывая эластичностью её изогнутую спину, отражая в достаточности естественного размера формы чашечек надетого под ним черного кружевного бюстгальтера. Угольного цвета, юбка, облегала шикарные ягодицы Оксаны, придавая им сексуальную притягивающую постороннему взгляду форму. Черного цвета чулки, обволакивали ноги Оксаны, эротический рисунок резинки которых пленял красотой очертания кружевного узора, лоснились приятным свечением, при попадании на них ярких лучей дневного деревенского солнца. Белая сумочка стояла на полке рядом пластиковым окном, там же Оксана разложила свои тени и пудру.

— Оксана Владимировна?!

Вопросительной интонацией голоса обратилась Валентина, открывая дверь душевых помещения, рыжеволосая девушка была обвернута в белое махровое полотенце. Прекрасный изумительный огненный оттенок каштана, мокрых волос Валентины, были скрыты под белым другим махровым полотенцем. Перешагивая высокий порог открытой двери, подобающей гордой львице, вошла в комнату отдыха рыжеволосая девица, возмущенно продолжая смотреть на спину Оксаны.

— Вы куда-то собрались?

«Блядь любопытная, ну почему ты всегда так вовремя!», сдержала Оксана дикий порыв эмоций при себе, медленно кончиками пальцев задвигая помаду в тюбик.

— Извини моя дорогая — изумилась в улыбке Оксана — Планы сильно изменились — заявила она, взяв в руки раскрытые тени

— Но вы же обещали

— И я выполню это — едва контролируя свои эмоции, рявкнула Оксана повысив голос на любопытную рыжеволосую девушку, что встала за её спиной

— Когда?

— Хватит мне мозг ебать Валентина! — закрыла коробочку с тенями Оксана, с психу убирая её в раскрытую сумочку — Я же сказала тебе, у нас с тобой всё будет, но чуточку позже, мне нужно увидеть свою дочь

— И когда вас ждать

— Обещаю что не так долго — заверила Оксана, взявшись за белый летний плащ, что висел на краю полки, на которой стояла её белая сумочка —

— Знаю я ваше не так долго

— Это не твоё дело — повесив белый плащ на согнутую руку, огрызнулась Оксана, взяв в другую руку свою сумочку, направляясь к выходу, гордой выраженной походкой, прошла мимо рыжеволосой влюблённой девицы — И вообще не доставай меня попусту

— Но ведь…..

— И слушать не хочу — возразила Оксана, касаясь кончиками пальцев ручки входной двери, комнаты медицинского персонала, легким нажатием потянула её на себя

Завораживающая пленительная сила прохлады, что веяла в больничном коридоре, волной необузданного потока хлынула на тело Оксаны, обвивая её тело необъятными руками пропитанного ароматом цветущей зелени воздуха. Яркие лучи дневного солнца пробивались через листья растущего за окном могучего тополя, тени огромных веток и листьев которого вырисовывали на синих стенах танец природной страсти. За окном слышались разговорная речь молодых людей, собачий лай, урчание двигателя, проезжающей на улице газели скорой помощи, звон колокольчика пасущихся рядом на лужайке коров. Белые занавески на пластиковых окнах в коридоре колебались в такт проникающей прохлады деревенского чистого воздуха. Прищуривая чуть лазурные сияющие блеском отраженного света голубые глаза, Оксана виляя пикантной красотой бёдер прошла по коридору, мимо идущих навстречу двух медсестёр, приветливо им кивая в ответ.

Вестибюль, в который вошла Оксана, выходя из коридора слева от стойки регистратуры, вмещал в себе достаточное количество пациентов. Молодая девушка уточняла у медсестры, работающей в регистратуре, график работающего терапевта, пока женщина, лет сорока пяти на вид, интересовалась записью на приём кардиолога. В зоне ожидания сидя на железных скамейках, сидели несколько пациентов, мужчина рассматривал интернет странички своего сотового телефона, молодой парень достав планшет играл в какое-то приложение. Большой жидкокристаллический телевизор, что висел на стене рядом со входом в коридор ведущий к кафетерию и в отделение скорой помощи, показывал дневной выпуск новостей, на который совсем никто из находящихся в фойе здания людей не обращал никакого внимания.

— Хватит со мной ругаться женщина! — возразила медсестра, повысив голос на темноволосую, женщину, тёмные густые волосы которой длинной до плеч — Вот Орлова у неё и спрашивайте когда, она будет вести приём своих пациентов

— Орлова постойте! — крикнула женщина за спиной у Оксаны, когда она прошла мимо регистратуры, стараясь не обращать на этот бардак никакого внимания

— Всё только в приёмные часы

Не желая общаться с этой женщиной, Оксана прошла мимо медсестры, что несла в руках стопку медицинских карт. Легким касанием пальцев Оксана стряхнула стопку так, чтобы она рассыпалась, падая прямо на пол ноги идущей следом за ней женщины.

— Что вы наделали! — испугавшись, вскрикнула медсестра, пытаясь схватить на лету рукой падающую из рук карту пациента

— Ох… простите пожалуйста — с сарказмом выражая застенчивость Оксана продолжила направляться в сторону парадных больших двустворчатых деревянных дверей — Я так нерасторопная, простите мою оплошность

Выражая подлостью характера улыбку на алых щедро накрашенных помадой губах, Оксана подошла к дверям парадного входа. Открывая одну из её створок, схватившись за большую ручку в форме шара, всей пятерней пальцев, Оксана толкнула её от себя, проходя в тамбур, шикарным очертанием сгибая ногу в колену. Скопившейся там воздух был душным, свет моргающей лампочки дневного света без устали моргал, то зажигаясь ярким светом, то потом тут же тухла, придавая атмосферу этого узкого помещения мрак.

Открывая входную дверь, ведущую на улицу, Оксана, прищуривая слегка глаза ощущая влияние лучей яркого солнца. Воздух был пропитан ароматом сирени, кусты которых распустились в шикарной естественной природной красоте рядом с большим каменным крыльцом главного входа в больничное здание. На крыльце стояли две молодые медсестры, в белых коротких халатиках, они уткнулись, весело хихикая, девушки обсуждали комментарии одной из странички одноклассников в социальных сетях. Прямо возле входа, что особо удивило Оксану, стоял черный лимузин, сверкающий в падающих на него лучах солнечного света. Шикарный автомобиль принадлежал семейству Романовых, от чего Оксана заметила и самого Романова, что общался с Катериной, стоя у отрытой задней двери. Поправляя рукав черного, надетого на нем пиджака, Романов с весьма хитрой улыбкой, о чем-то непонятном радостно общался с Катериной. В салоне изумительного дорого автомобиля сидела Виктория, в красном обворожительном платье, девушка, облокотившись на спинку кожаного сиденья, высунула одну ногу из машины, касаясь красным каблуком туфель разбитого тротуара, рядом с которым остановился черный лимузин.

— Ну, надо же какая встреча

Спускаясь по ступенькам, изумилась в красивой улыбке Оксана, ставя ноги крест накрест, прищурила немного глаза от яркого направленного в них солнечных лучей.

— Оксана Владимировна — приветливо хитрой улыбкой, ответил Романов — Садитесь в машину, пожалуйста, хочу лично поздравить вас с выздоровлением и то как вы гениально распутали ваше первое дело сестёр Скворцовых

— Да я вообще-то на своей, хотела поехать

— Садитесь, Оксана Владимировна! — настойчиво повторил Романов, уже серьезным тоном голоса

— Надеюсь, это много времени не займет — предположила Оксана, спускаясь со ступенек на тротуар

— Романов тока прошу тебя — умоляющим голосом, говорила Катерина, обращаясь к Романову, продолжая столь взволнованно смотреть в сторону Оксаны — Верни её не сильно пьяной и не поддавайся на её уловки у неё сегодня ночь с любимым человеком, правда ведь Оксана?

— Мы всего лишь прокатимся немного по деревни, после чего я верну Оксану Владимировну в целости и сохранности на то место, откуда я её взял — заверил Романов, держа заднюю дверь перед Оксаной открытой, в тот момент, когда Виктория пересела на другое его сиденье

— Ну если мне сам Сергей Викторович предлагает — ухмыльнулась Оксана подходя медленно к отрытой задней двери, чарую прелестью движения при каждом шаге — Как я могу ему отказать

— Оксанка! — упрекнула Катерина, вцепившись в руку Оксаны, вынудила её остановиться, когда она проходила рядом с ней — Не испорть всё Кости, они с Еленой так долго старались чтобы устроить тебе праздник в день твоей выписки

— Я уж как-нибудь постараюсь — улыбаясь хитрой восторженной улыбкой, Оксана, выгнув спину перед Романовым, когда Катерина отпустила её руку, озабоченный кошкой влезла в теплый салон роскошный салон лимузина, расположившись на заднем сиденье — Сама в этом разобраться

— Здравствуй Оксана — поприветствовала Виктория

Молодая девушка имела весьма расплывчатый цвет волос, между белым и золотистым, цвета соломы волос. Откровенное красное платье, подчеркивала изящность и притягательность скромных сексуальных форм её хрупкого тела. Выраженная грудь, была в чашечках этого платья, что придавали её пикантной объёму форму. Тело привлекательной блондинки пахло искушающей силой парфюма «English Lavender Yardley», что сказочном слиянии веяли запахом бергамота, розмарин и конечно же чарующего оттенком необычайного вкуса лаванда, необычайной страстью герани, а так же потрясающей свойственной природному запаху белого кедра.

— М… моя дорогая Виктория — блистательной красоты улыбки ответила Оксана, облокотившись, спиной на спинку приятного черного кожаного сидения — Ты даже не представляешь, как я рада тебя видеть — положив справа от себя белый плащ, поставила на него свою белую сумочку

— Я же сказал, что привезу Оксану Владимировну к намеченному месту — повторил своё заявление Романов — А пока у меня есть к ней более личный разговор

— Я могу присутствовать при нём?! — спросила разрешения Катерина, когда Романов влез в салон роскошного лимузина, расположившись на сиденье слева от Оксаны — Поскольку я отлично понимаю, куда ты повезешь нашу Оксанку

— Если только Оксана Владимировна это сама пожелает — посмотрел Романов в ожидании ответа на Оксану

— А о чем пойдёт разговор? — поинтересовалась Оксана, положив ногу на ногу, отразив перед этим мужчиной прекрасный силуэт эластичных бёдер

— О ваших встречах с гражданином Нечаевым у меня за спиной — пояснил Романов, отвечая на вопрос Оксаны, чем очень сильно удивил этим — Нет-нет не пугайтесь так, дело ваше конечно

— Оксанка о чем он говорит? — наглым образом, без приглашения, влезла Катерина в салон черного роскошного лимузина — Мне тоже самой интересно, что за ты протокол составила вместе с районным местным следователем? — закрывая за собой дверь, она села на одном сиденье, рядом с Оксаной

— У меня что не должно быть своего выбора? — рассердилась Оксана, грозно это выкрикнув, заволновалась, увидела знакомый протокол, составленный Нечаевым, подписанный её рукой

— Хорошо поступим так — протянул он Оксане в руке протокол — Мне всё равно это ваша семья и ваши родители, поступайте так, как сочтёте нужным или можете на основании этого сегодня выдвинуть свои требования своему отцу

— И вам абсолютно всё равно, если я засажу эту дуру в психушку? — удивилась Оксана такому суждению, когда автомобиль плавно тронулся с места

— Ваш отец Оксана Владимировна этому сильно не обрадуется — предупредил Романов, словно восхищаясь внешностью Оксаны

— Оксанка! — удивилась Катерина подлости со стороны Оксаны, когда она убрала этот листом бумаги, свернув, положила его в сумку — Тебя что совсем не заботит судьба твоего отца

— А его моя судьба хоть когда-нибудь беспокоила? — суровым голосом нахмурив от обиды губки, спросила Оксана

— Но так же нельзя! — упрекнула Катерина

— Вы можете поставить ему этой бумагой суровой ультиматум, если он вам так нужен, уверен вот перед вами могучий Рамазанов, преклонит колени

— Пожалуй, именно так я и поступлю — заверила Оксана

— Ты не можешь! — возразила Катерина, не соглашаясь с мнением Оксаны — Твой отец столько сделал для тебя, подумай и о нём — коснулась она приятной нежностью пальцев кисти её руки

— Вот именно я могу — гордо заявила Оксана — Господин Романов, а что это мы просто так сидим, может, вы угостите меня бокальчиком хорошего вина или шампанского

«Я всегда должна получать, то что сама хочу», подумала Оксана с хищной страстью посмотрела на Романова, чаруя этого мужчину прелестью лазурного прекрасных голубых глаз взгляда.

Оставила Оксана сумочку лежать на сиденье, плавно двигающегося автомобиля, что медленно выехал на дорогу, двигался уже напротив крытого деревенского рынка, подсела на сиденье к Романову, оставив Катерину сидеть одну.

— Что если нам распить бутылочку одну на двоих?

Предложила Оксана, настойчиво садясь на колени к этому мужчине, обвивая рукой его шею, прижалась к его телу, ощущая столь стойкий аромат парфюма от его тела.

— Или я могу испить бутылочку из ваших рук — предложила Оксана, ластясь к нему как кошка, поражала этого мужчину своей настойчивостью

Манящий стойкий одеколон «Acqua di Parma Colonia Oud Eau de Cologne Concentree», пленил рассудок Оксаны. Верхние нотами такого изысканного вкуса служило сочетание ароматов таких как апельсин и бергамот. Базовой комплекцией столь естественного вкуса были кедр, «агаллоховое дерево» сплелись воедино в гармонии с кориандром. Поражающей утонченностью стихии бесподобных ароматов служили сандаловое дерево, мускус пачули и запах кожи, преобладание столь сильных запахов, вызывающих у женщин дикую головокружительную страсть

— У вас такой вкусный одеколон — похвалила Оксана, ощущая руку Романова на своих бёдрах, ответила ему взаимной прекрасной улыбки

— Виктория дорогая — обратился Романов к девушке, что сидела на сиденье напротив — Ты не подашь нам с Оксаной Владимировной бутылочку вина и два бокала, пожалуйста

— Оксанка нет! — не согласилась с этим утверждением Катерина — Романов ты сказал, если вы уладите свой вопрос, то ты вернешь туда, откуда ты нас взял, она после такой тяжелой травмы просто ищет способ расслабиться

— Заткнись! — прошипела, выражая недовольство Оксана — Я сама решаю, что мне нужно!

— Я тебе сейчас дам заткнись! — треснула Катерина, замахнувшись, Оксану ладонью по бедру

— М…… — стиснув зубы, стерпела Оксана жгучий шлепок, обвивая пальцами подбородок мужчины, направляя его взгляд на себя — Р…. — прорычала она дикой необузданной кошкой перед его губами

— Вы всегда знаете, чего хотите Оксана Владимировна

— Оксанка прекрати вести себя как шлюха — упрекнула Катерина, когда Оксана опираясь коленями обеих ног, на сиденье, сидела на коленях мужчины, прижимаясь к нему своим телом

— Я веду себя, как подобает королеве — гордо заявила Оксана, положа руки на плечи Романова, обернулась, посмотрела возбуждённым недовольным взглядом на Катерину — Получаю и даже требую то чего сама хочу

— Правильно — согласился Романов, обхватив пальцами, обеих рук, выставленные ягодицы Оксаны

— Сергей Викторович — разливая из открытой бутылки вино в бокалы, обратилась Виктория — Не желаете ли показать своей королеве ваш новый участок земли, что вы купили недалеко от деревни

— Вы купили себе землю?!

Удивилась Оксана, обвивая лицо Романова, терлась озабоченной кошкой о её тело, позволяя его необузданным губам, что излучали пламенный жар, касаться через черную кофточку пышной выставленной груди.

— Зачем вам участок?

— Скажем это охотничье угодье — пояснила Романов — Там есть чистый пруд, где как раз рыбачат сейчас ваш отец и ваш парень, и именно туда мы направляемся

— И ты сука ты такая знала это и молчала об этом? — обернулась снова Оксана, обращаясь в грубой форме к Катерине

— Я просто не могла раскрывать всю тайну этого вечера — застенчиво улыбнулась Катерина, положив ногу на ногу, отразила эластичность собственных бёдер — Только давай, чтобы Костя не знал о твоём распутном поведении

— И не узнает — продолжая прижимать ладони обеих рук к щекам Романова, ощущая колкость его щетины, Оксана глядя в глаза мужчины от сильного возбуждения прикусила краешек губы

— Я надеюсь, ты знаешь что делаешь — была недовольно Катерина, глядя на распутство Оксаны

— Оксана — обратилась Виктория, когда Оксана уже поднесла раскрытые алые губы к губам мужчины, ожидая от него поцелуя — Выпей немного вина расслабься

«Блядь как ты не вовремя со своим вином», нахмурила Оксана недовольно губки, отпрянула от тела мужчины.

— Спасибо Виктория — прикусывая от сильной раздражительности краешек губы, ответила Оксана, взявшись пальцами за тонкую ножку хрустального бокала — Ты так любезна по отношению ко мне

— Оксанка сядь и угомонись — посчитала это некультурным, возразила Катерина, указывая взглядом недовольным серо-голубых глаз нам место рядом с Романовым

— Посмотрите, какая здесь красивая природа — обратил Романов внимание Оксаны, когда Виктория что сидела на сиденье напротив опустила окно, пока другой рукой передала второй бокал ему в руки — Должен признать пришлось поторговаться с одним из прошлых хозяев, чтобы его выкупить

— Наверно вы заплатили за это несусветную цену — рассмеялась Оксана, поднося бокал с вином, к алым жаждущим поцелуя губам

— Вы даже не представляете какую — поддержал чертовски привлекательной улыбки этот мужчина

Автомобиль двигался по склону вверх, вымощенная дорога, была посыпана гравием, однако шикарный лимузин преодолевал с легкостью неровности израненного ямами полотна. Могучие стволы хвойных деревьев возвышались вверх, закрывая огромными ветками от просвета, разыгравшегося над местностью яркого солнца. Аромат естественной природной силы хвои, преобладал в воздухе, справа по движению лимузина вверх по склону, протекал горный лучей, спускающейся с гор тихо играл мелодию плеска, бьющуюся о камни воды. Местность казалась в одно время дикой, густой хвойный лес, однако гравийное полотно было почти идеально ровным, учитывая столь суровые природные условия.

  • Йеночка / Анекдоты и ужасы ветеринарно-эмигрантской жизни / Akrotiri - Марика
  • Лисенок и Капелька / Мостовая Юлия
  • Токсоплазма. Адреналиновое равновесие. 2-17 / Абов Алекс
  • Пролог / Секретный-икс / Чиловег Саундрыг
  • В моем календаре живёт печаль / По картинкам рифмы / Тори Тамари
  • Даниэль. / Нарисованные лица / Алиэнна
  • Осень / Времена года / Петрович Юрий Петрович
  • Пожар - ПФ / СТОСЛОВКИ / Mari-ka
  • Сила колдовства / По ту сторону реальности / Katriff
  • №18 / Тайный Санта / Микаэла
  • Правь долго и счастливо, моя королева, Зима Ольга / В свете луны - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Штрамм Дора

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль