* 5 *

0.00
 
* 5 *

 

Она не убежала, слава Создателю. Хотя Логейн уже не был уверен в том, что не убежит при первом удобном случае, и что он сумеет ее потом поймать. Он вообще ни в чем не был уверен, и прежде всего — в том, что способен понять эту женщину. Этого Серого Стража.

Серые Стражи. Проклятье. Надо же было так ошибиться! Весь год он был уверен, что мэрикова ублюдка прибрал к рукам или Эамон со своими орлейцами, или Хоу — со своими тевинтерцами. С Хоу бы сталось заказать Воронам собственную спешку просто для отвода глаз, лишь выбрать исполнителя поплоше и предупредить о засаде… а оказалось — вот так. Дани Кусланд. Если бы он мог хотя бы предположить, что она жива! Если бы посмел надеяться! Скольких ошибок можно было бы избежать. И этот мериков ублюдок мог бы принести Ферелдену пользу. И принесет. Лишь бы только он не ошибся снова, поверив ей. Дани. Рыжей лисичке Кусланд.

Довольная лисичка снова спала. Замучил малышку.

Он усмехнулся: вот не думал, что еще способен на постельные подвиги. Что вообще на них способен. Когда сопровождал Мэрика по дамам-с, больше интересовался расположением окон-дверей-убийц, чем прелестями дам. А тут… как мальчишка, право слово. Последний ум потерял. Если б леди Кусланд хотела его убить, возможностей было до демона. И стражу зря послал нужники чистить, не успели бы они. Проклятье. Надо скорее кончать с Хоу.

Осторожно, чтобы не потревожить лисичку, Логейн слез с кровати и полез в сундук за старым добрым кожаным доспехом. Непарадным. Следом — выбирать для Дани клинки, длинный легкий и пару кинжалов, пусть сама выберет. Подумалось — обзавелся новой привычкой. Даже двумя: относить ее в кровать на руках и ходить вокруг на цыпочках. Точно мальчишка. Но как хорошо быть мальчишкой! Прав был все же Мэрик, когда говорил: ты родился стариком, Ло. Он тогда морщился и требовал не называть его этим дурацким именем. А потом позволил ей — малышке Кусланд. Она, наверное, и не помнит, как карабкалась на него с писком «дядя Ло, скажи сказку!» Года так в три.

Лишь полностью одевшись и положив на кровать легкий доспех и клинки для Дани, он склонился над ней.

— Вот теперь пора вставать, леди Мак-Тир.

Она открыла сонные глаза, а ему стало любопытно: снова будет спорить и доказывать, что она все еще Кусланд? Или смирится с причудами старого солдата? Вот нравится ему называть ее леди Мак-Тир, и все тут. И не будет он ей рассказывать, что первая леди Мак-Тир ненавидела свою фамилию и вытребовала с него обещание никогда не называть ее так наедине. Он и не возражал — ему было все равно. И видел он ее по три раза в год.

Дани спорить не стала, улыбнулась, пробормотала:

— Как будет угодно моему лорду.

Выбралась из-под одеяла, поежилась. Посмотрела на доспех и оружие, потом на него — благодарно, потянулась к сорочке.

— Пойдем к… моим друзьям?..

— Непременно. Пока одеваешься, расскажи хоть, что у тебя за друзья. И чем вы занимались целый год…

Он осекся. Очень хотелось спросить: и какого демона ты ждала целый год? Я с ума сошел в этом клятом Остагаре, думая, что ты мертва. Я и Серых возненавидел потому, что этот шакал Дункан видел, как Хоу убивал моих друзей, но не помог. Ни Брайсу. Ни Эли. Ни тебе.

Вместо этого он сказал:

— Про гномов уже слышал. Великолепная работа.

Она засопела. Очень довольно. Зачем-то потискала поддоспешник.

— Еще были маги. Там демоны знают что творилось, в Башне Киннлоха. И еще заключили союз с долийскими лучниками. А до этого, совсем до этого, прожили в Коркари целый месяц, пока не поправились после Ишаллы, спасибо старой Флемет… — нырнула в поддоспешник. Голос стал невнятным. — Я хотела тебе написать, ты знаешь? все время хотела написать, даже начала, в Орзаммаре. И не написала. Спалила письмо. Потому что… думала, ты знаешь, что я Страж, что король тебе сказал, и — ты же меня видел в Остагаре. Мы тогда отправлялись в Коркари, и… И тут — Вороны. С контрактом от твоего имени. Я все пыталась понять — за что. И не поняла. Вот и пришла… спросить.

Перевела дыхание. Села на кровать, принялась застегивать поножи — старательно глядя вниз.

— Я рад. Что пришла. — Он заставил себя улыбнуться, хотя больше всего ему хотелось выкопать Кайлана и Дункана, воскресить, а потом убить их собственноручно. Медленно убить. Очень медленно. — А там, в Остагаре… если бы я знал, что ты жива, все было бы иначе. Совсем иначе.

— Теперь — будет. — Дани подняла голову. Посмотрела на него вопросительно. — Будет же, да?

— Будет. Уже, — ответил он, подавая ей руку. Помог подняться, притянул к себе и сказал, глядя в прозрачные зеленые глаза. — Я люблю тебя, леди Мак-Тир.

— И я тебя люблю, мой лорд.

Поднялась на цыпочки, поцеловала в подбородок.

Отступила — надеть доспех, закрепить перевязи.

Закашлялась.

— Ну, и наш отряд… Алистера ты знаешь, Зеврана видел. А еще у нас есть Морриган, она дочь Флемет, Лель — бард, и Стэн. Он кунари.

— Кунари… — повторил Логейн, пытаясь понять: она шутит так? Или нет — так не шутят. Она действительно провела по всему Ферелдену двух шпионов, кунари и орлесианку. И дочь Флемет… ладно. Должно быть, Морриган сильная ведьма. — Расскажи об Алистере. Я видел его всего несколько раз, он… похож на Мэрика. — Вспомнилось, с каким восторгом этот щенок вертелся вокруг Дункана, носил поноску и скулил, если с ним не играли. Бедная Анора. Ей придется его дрессировать. — Он нужен нам.

— Он… — Дани задумалась. Потерла лоб. — Он хороший человек. Добрый, благородный. Честный. Был наивный, а теперь… — смущенно улыбнулась. — Теперь повзрослел. Стал жестче. Быстро всему учится, и… он похож на отца. Правда. Он умеет заставлять себя любить, понимаешь?.. — Развела руками. — Вот такой он.

— Любить — это хорошо. Мэрик умел. — Логейн кивнул, подумав про Анору: сможет ли она полюбить этого щенка? Быть может, ей будет легче, если полюбит. — А ты, Дани, кто он тебе?

— Мой принц, — ответила сразу, не раздумывая. Посмотрела прямо в глаза. — Будущий король. Будущий муж моей королевы.

Логейн невольно улыбнулся: она отвечала, как на уроке стратегии. Тот же тон, то же желание похвалы — которое никак нельзя показать.

— Я горжусь, Дани. — Он взял ее руку, склонился и поцеловал. — Еще немного, и мне придется учиться у тебя.

Она покраснела. Видно было — рада похвале. Счастлива.

— Я… Ты самый лучший учитель, — улыбнулась лукаво. — Мой любимый дядя Ло. Пойдем? Пока еще на тебя не обрушились очень важные дела.

Любимый и Ло — звучало хорошо. Замечательно звучало, как лето, солнце и вишня. Дядя — не так замечательно, но она же это не всерьез. Очень хотелось верить, что не всерьез.

Он грозно сдвинул брови.

— Разве я тебя не учил, что в бой нельзя идти на голодный желудок? — Он указал на столик около кресла: свежий хлеб, нарезанное холодное мясо, кувшин с молоком и кувшин с разбавленным вином, большое красное яблоко. — Быстро завтракать, юная леди.

Дани покосилась на завтрак почему-то с сомнением, но уговаривать себя не заставила. Схватилась в первую очередь за яблоко. Разрезала кинжалом, уложила два ломтика на кусок хлеба, добавила мяса. И еще два яблочных ломтика сверху. Облизнулась. И вгрызлась в получившееся.

А Логейн про себя отметил: кинжал в ее руках летает, словно акробатка на канате. За этот год она многому научилась. Что ж, должно быть в этом Море хоть что-то хорошее?

— Приятного аппетита, леди Мак-Тир, — сказал он, прежде чем заняться своим завтраком.

Пожалуй, можно завести еще одну привычку: завтракать вместе. Лишь бы Создатель не решил, что дал слишком много счастья одному старому солдату.

 

***

 

Караульные у дверей, — уже другие, — встретили выскользнувшего из собственных покоев отца-командира плохо спрятанными ухмылками; как только разглядели неприметный кожаный доспех и плащ с капюшоном — ухмылки стали еще более понимающими. Мол, и тейрны тоже люди, ходят в самоволку из этого клятого дворца.

Логейн оглядел длинный прямой коридор, освобожденный от всяческих статуй, гобеленов и прочих столь любимых шпионами укрытий, и едва слышно приказал:

— Пост не покидать. Для всех — сказал не будить, а то повешу. Рожи сажей намажьте, что ли, чтоб не так сияли. И отвернитесь к стене на сто ударов сердца.

— Так точно, милорд, — отозвались солдаты. Рожи сиять не перестали, зато перекосились от попыток выглядеть серьезно.

— Пора, — позвал Логейн в приоткрытую дверь.

Взял бесшумно выскользнувшую Дани за руку и повел прочь, к ряду вделанных в стену ростовых щитов. Остановился у самого старого, с гербом Каленхада, нажал на левый край, затем на верхний — и щит повернулся на хорошо смазанных петлях, открывая узкий, низкий и пыльный лаз.

— Прошу, леди Мак-Тир, — не удержался от распускания хвоста: можно ж позволить себе маленькую слабость? Совсем маленькую и только перед любимой женой. Ну, почти женой.

Об этом ходе не знал никто: Логейн нашел его на одном из древних планов дворца, а тот план подарил ему сам Мэрик. Вспомнилась светлая улыбка этого вечного ребенка: «Смотри, что я нашел в прадедовом дневнике! Ты ж любишь эти пыльные бумажки». Интересно, этот Алистер улыбается так же? Зря не познакомился с ним ближе. Все откладывал. Дооткладывался: Мэрик погиб, королевского ублюдка забрал в Стражи другой ублюдок, Кайлан тоже погиб… Нет. Логейн не жалел. Он все сделал правильно. Вот только Дани слишком старательно молчала о том, что думает Алистер о виновнике смерти своего обожаемого Дункана и не менее обожаемого брата. Договориться будет непросто — но этому щенку он не позволит дурить… и не позволит погибнуть. Им нужна Мэрикова кровь на троне.

Секундное размышление прервал звук шагов: ровно в тот момент, как щит встал на место, кто-то вывернул из-за угла. Плохо. Если кто-то из дворцовой стражи, еще ничего, а если из слуг — совсем плохо. Все они запуганы Хоу до колик и докладывают о каждом чихе королевы и регента.

Дани, похоже, не услышала: она шла впереди, не смущаясь почти полной темноты. Редкие светящиеся слизняки на сводах давали ровно столько света, чтобы различать стены в шаге от себя. Но, по крайней мере, она могла идти в полный рост. Логейну же приходилось пригибаться, а местами протискиваться боком.

— Лестница, осторожно, — нарушил он молчание после девятого поворота.

— Я вижу, — шепнула она.

Обернулась через плечо. Глаза у нее, показалось, светятся в темноте зеленоватым.

— Хорошо. Ты запомнила, как открывается?

— Да. А… — она спустилась на три ступени и только потом продолжила: — А куда он ведет?..

— За этой лестницей ниша и рычаг, выход в галерею над тронным залом. Дальше — несколько дверей заложено. И последняя — за дворцовую стену, на задний двор главного храма. — Логейн усмехнулся. — Надеюсь, преподобная мать не слишком испугается ранних гостей.

Она все-таки споткнулась. Покачнулась, но на ногах удержалась. Логейн поймал ее за руку, поддержать.

— Я думала, — пробормотала растерянно и отняла руку, — Что мы идем… идем туда, где мы остановились.

— Если леди, наконец, скажет, где именно вы остановились — туда и пойдем. Заглянем только к преподобной матери… — он замялся, вспомнив о том, сколько значения девушки придают всяким церемониям, гостям и прочим фейерверкам. — Надеюсь, ты согласна подождать с торжествами до после Мора?

Дани очень отчетливо хихикнула.

— Зевран говорит, что ничего не надо откладывать на завтра — мало ли что до этого завтра случится? Думаю, в чем-то он прав. Только вот если об этом узнают… эрл Хоу, например...

— Он узнает рано или поздно. Но мы постараемся, чтобы поздно. Для него. Не так ли, моя леди?.. — и добавил, не дожидаясь ответа: — Тихо. В галерее могут быть люди.

Она кивнула. Замолчала и даже, кажется, дышать перестала. Слилась со стеной.

Лишь когда миновали кишащий пауками подвал под храмом и поднялись в последний коридор, прорубленный в базальтовом фундаменте, он взял ее за руку и шепнул:

— Возможно, нам придется удирать из храма по одному. Где твоя банда? Я должен знать, где тебя найти.

Она замялась. Тихо кашлянула.

— В порту. Знаешь таверну "Селедка"?

— Знаю. — Не дождавшись больше ни слова, вздохнул. — Леди, или вы мне доверяете полностью, или не доверяете никак. Если никак — то можете выйти одна и катиться ко всем демонам. Искать не буду.

Она помолчала еще. Передернула плечами.

— Нужно сказать трактирщику, что хочешь поговорить с капитаном "Грифона". Он позовет или передаст записку.

— Грифона. Весьма оригинально, — кивнул он и надавил на два из семи выступающих из стены камней. — Здесь — молчи и не показывай лица. Послушницы не так разумны, как преподобная мать.

Пока кусок стены проваливался, открывая выход за одной из статуй, Логейн молился: только бы послушницы не вышли во двор раньше, чем обычно; только бы преподобная мать оказалась одна; только бы там, в коридоре, их не заметил один из верных Хоу рыцарей или баннов; только бы…

Риск превышал все разумные пределы. Полным безумием было идти одному сначала в церковь, потом к банде Стражей, мечтающих его убить. Безумием было доверять леди Кусланд: как бы сладко она ни отдавалась, как бы нежно ни назвала его «Ло» — она скрылась от него в Остагаре, она за целый год ни разу не написала, не попыталась встретиться. За этот год она могла выучиться не только ловко орудовать кинжалом, тем более с таким наставником, как Антиванский Ворон. Логейн бы поклялся, что Ворон — ее любовник, если бы не прошлая ночь. Но чему только не научит Ворон…

Проклятье. Старость, осторожность. Еще немного, и пора будет сдавать Ферелден Орлею в обмен на почетную пенсию.

— Домик преподобной — за углом налево. Идем, — велел он и, взяв ее за руку, шагнул в узкий проем.

Боялся он не того. Бояться надо было не врагов — а друзей. Как всегда.

Задний двор они преодолели без приключений: единственная послушница с ведрами на коромысле лишь скользнула по паре путников сонным взглядом и исчезла в одной из хозяйственных построек. Логейн даже услышал, как Дани облегченно выдохнула. Боялась. Правильно боялась — она рисковала еще сильнее. Если б она спросила его, прежде чем лезть к медведю в пасть, запретил бы. Еще бы и розгами пригрозил.

Друзья показали себя во всей красе, едва они с Дани завернули за угол и прошли три шага. Из-за другого угла выскочил отряд стражи — его собственной стражи, лично набранных сукиных детей! — под командованием Кэти. Разумеется, Кэти его узнала — много ли бродит по Денериму громил в его старом плаще? Разумеется, бросилась навстречу с видом счастливой наседки, нашедшей цыпленка. Дерьмо.

Дани вздрогнула, попыталась вырвать руку.

— Тихо, леди Мак-Тир, — приказал он, сжимая ее ладонь сильнее, и потянул за собой.

— Милорд! — обрадовалась дура Кэти, побежала навстречу; десяток стражи загромыхал за ней. — Милорд, мы…

— Стоять! Сукины дети, — прошипел он. — Кругом, и чтоб духу не было!

— Но, милорд, вы один, и эта девка… вы сами приказали не спускать с вас глаз! — Она сделала еще два шага навстречу. — Прошу вас, милорд!

Еще шаг — и вдруг бросилась к Дани.

Логейн замешкался лишь на мгновение: Кэти! Она не может пойти против приказа, не может причинить ему вред! — и этого мгновения хватило, чтобы она сорвала с Дани капюшон.

— Кусланд?! — Кэти отшатнулась и тут же выхватила меч. — Предательница!

— Твою мать, — выдохнула Дани.

Отшатнулась, схватилась за кинжал. Левой рукой — правую Логейн так и не отпустил.

— Стоять! — заорал он, краем глаза заметил какое-то движение слева, в боковом переулке — и что-то горячее ударило его в руку; вверх рванула волна боли: яд, дерьмо! Уже падая куда-то в темноту, он успел приказать: — Кэти, стой! Не трогай ее…

И — провалился в Тень.

 

***

 

Логейн упал. Крикнул невнятно: "не трогать" — и рухнул. Блеснул упавший кинжал, вороний. Отравленный.

Проклятье.

Коутрен, разумеется, не подчинилась, скомандовала: "Взять!" — и кинулась вперед.

Дани увернулась — чудом. Отпрыгнула назад. В плечо вцепилась рука, дернула прочь.

— Беги, ну! — выдохнул Зевран и без замаха пырнул ближнего стражника кинжалом.

Рядом упал еще один; стрела в горле. Лель.

Зев толкнул ее в сторону, на бегу. Свист стрелы, хруст, короткий мат сквозь зубы.

— Быстрее!

Дани неслась, не смея оглянуться.

Узкий короткий проулок, воняет крысами. Еще проулок: кучи отбросов, ноги скользят. Позади ругается по-орлейски Лель. Живая.

Безлюдная улочка — к порту.

Мачты над крышами доков, запах моря, водорослей, тревожный гул прибоя — будет шторм.

Закуток за складом шерсти, воняет овцой.

Можно отдышаться.

Дани согнулась, уперлась руками в колени, вдохнула-выдохнула несколько раз. Исподлобья глянула на «спасителей».

— Зев. Лель. Какого демона?

— Полосатого, — хмыкнул Зевран, прислоняясь к стене склада, и сосредоточил все свое внимание на плече, из которого торчал обломок стрелы.

Лелиана только пожала плечами и кивнула на Ворона.

— Проклятье! — Дани ударила кулаком по колену. — Ты все испортил! Мы только договорились, а теперь… — Стиснула зубы. — Из Денерима придется уходить. Где Алистер?

— Испортил? — Ворон поднял на нее прозрачные от боли глаза. — Очень интересно, что же я такое испортил. Твой поход по борделям? Или, быть может, ты решила наняться к Мак-Тиру горничной, а я испортил собеседование?

— Зев, перестань! — не выдержала Лелиана. — Дани!

— Проклятье, — повторила Дани. Объясняться посреди улицы не хотелось. — В "Селедку". Поговорю с Алом. Сегодня уйдем, — помолчала и добавила: — Зев — что было на твоем кинжале?

Сердце кольнуло — выживет ли он?.. Создатель с их планами, можно придумать что-то еще, только пусть выживет...

— Паралитико-сифилитико, — ответил Зевран и, шипя, вытащил из плеча стрелу; тут же Лель плеснула в рану из фиала и замотала рану тряпкой. — Мало ли, откуда… тебя вытаскивать. Милая, — закончил он, жмурясь в небо.

Выживет. От облегчения слегка зазвенело в ушах.

— Идем в "Селедку" — повторила Дани. — Быстро. Нужно поговорить с Алистером.

— Точно. Его Высочество обрадуется, — хмыкнул Зевран и отлепился от стены.

— Зев, перестань уже, — вздохнула Лелиана.

— Наш Ворон перестанет, только когда заработает несварение от собственного яда, — бросила Дани.

И зашагала к таверне, не оглядываясь.

— Тебе, между прочим, тоже не стоило так. С ним. — Лель поравнялась с Дани и пошла рядом; Ворон, видимо, шел следом — по крайней мере, впереди его не было, а шагов она бы все равно не услышала. — Мы полночи ходили тут кругами, ждали непонятно чего. А потом — стража, Логейн…

— Лель, я знаю, что делаю, — буркнула Дани под нос. — Мы договорились с Логейном. Он бы отменил… охоту. Помог бы. А теперь… — Она скривилась. — А теперь нам придется идти к Эамону. Отвратительно.

— Вообще-то было похоже не на «договорились», а на «поймали сволочь, убьем или сначала выпытаем где остальные?» — тихо пояснила Лелиана. — Видишь ли, когда на одного из нас бросаются с мечом, мы как-то не привыкли тихо стоять в стороне и ждать спасения от Создателя.

— Не стоит, Лель, — еще тише сказал из-за спины Зевран. — Миледи не сочла нас достойными посвящения в ее планы. Мы отвратительны миледи. Нам стоит знать свое место и не тявкать.

Дани глубоко вдохнула. Медленно выдохнула.

— Прошу прощения, что заставила вас беспокоится. Это были личные дела. В основном. Лель, где остальные? Не придется их искать?

— Морриган обещала вернуться с рассветом, — уже нормальным тоном ответил Зевран. — Винн два часа назад собиралась выяснять, в какой пропорции надо смешивать какое-то там зелье с элем, чтобы на утро не было похмелья. Огрен вызвался добровольцем на испытания. Ал весь вечер пил со Стеном. Ал — вино, Стен — молоко. Мы с Лель — гуляем вдоль моря и любуемся рассветом и кораблями.

— Они не знают про дворец, — добавила Лелиана и отстала; рядом с ее шагами послышались шаги Зеврана: похоже, они, наконец, перестали делать вид, что их объединяет только профессионально-шпионский интерес.

— Спасибо, — искренне сказала Дани. И проворчала под нос: — Надеюсь, Алистер в сознании. Мне нужно с ним поговорить. А вам собраться. И, Зев… я поговорю с Алистером и напишу записку. Мне нужно, чтобы ее получил Логейн, как только придет в себя. Ты сможешь это сделать для меня?

— Я постараюсь, Дани. Но учти — во дворец я не пойду. Не сомневаюсь, что милорд Мак-Тир и сэр Коутрен будут очень рады видеть некоего Ворона и предложат ему милый номер со всеми удобствами. В форте Драккон.

Она кивнула.

— Понимаю. Но ты найдешь способ… не приходя во дворец, я уверена.

Ворон буркнул что-то утвердительное и замолк.

Лель тоже помалкивала. Дани мысленно поблагодарила друзей — нужно было обдумать предстоящий разговор, а времени на это почти не было. Она даже пошла медленнее, но таверна все равно показалась раньше, чем Дани успела придумать, как убедить Алистера в необходимости союза с Мак-Тиром.

"Селедка" была самой обычной портовой таверной — грязная, шумная, пропахшая потом, дымом, дешевой выпивкой, рыбой и клопами. Отвратительное место, особенно по вечерам.

Дани вздохнула, поморщилась и шагнула через порог. В общем зале, по случаю утра, было почти чисто и пусто, лишь хозяин дремал на высоком стуле за стойкой — но беспокоиться не стоило, вряд ли Ал ушел в одиночку погулять по Денериму. Скорее, отсыпается.

Нашелся Алистер, действительно, в комнате. Лежал на кровати, закинув руки за голову и смотрел в потолок.

Дани кашлянула.

— Альс?

— Угу, — отозвался он, не меняя позы.

Дани решила считать это приглашением и плюхнулась на соседнюю кровать: Огрен, похоже, перебрался испытывать эль в комнату Винн.

— Помнишь, мы с тобой говорили о Логейне и Остагаре?

В Коркари он говорил об Ордене, Дункае и Остагаре чуть не каждый день. В лотерингской таверне, когда она попыталась сказать, что отвести резерв было единственно верным решением — швырнул в стену кружку и ушел спать в дальний угол сеновала, а потом обиженно молчал два дня. В Орзамаре — нехотя согласился, что возможно, сестра по Ордену в чем-то права. А в Брессилиане, ни к кому, собственно, не обращаясь, сообщил что может и придется договариваться с этим… тейрном.

— Ты обещал подумать над… возможностью союза. Подумал?

— Подумал.

— И что?

— Союза с Мак-Тиром нам не видать как собственных ушей, пока мы не сможем разговаривать на равных. Пока же — он регент, а мы… — Алистер сморщился и проглотил что-то нецензурное. — Или у леди Кусланд есть оракул в рукаве?

Дани недоуменно подняла брови.

— Наследник престола. Будущий законный король Ферелдена. Мы же говорили.

— Предатель, братоубийца, орлейский шпион и что там еще про нас писал твой дядюшка? Давай уж будем честными, Дани. Меня не греет мысль о престоле. Из меня король… плохой король, короче. Кровь Мерика — наш единственный товар. Насколько мне известно...

Альс посмотрел на нее неожиданно трезво и испытующе.

Дани поежилась.

— Да. Но это сейчас самый желанный товар. Анора — хорошая королева, но не от крови Каленхада. А ты...

— А ты считаешь меня щенком, который дальше своего носа не видит.

Альс грустно усмехнулся.

— Хм?..

— Вот и я думаю: хм? Куда это полетел наш Ворон с таким легкомысленным видом и полным поясом ядов и зелий? А с ним — Лель. И откуда у нашего командира новенький доспех образца королевской гвардии? Клинок-то покажи, хоть хороший?

Дани пожала плечами. Протянула ему кинжал.

— Логейн обещал отозвать контракт. И помочь. А потом Зев его ранил и нам пришлось уносить ноги. Вот так.

— Любопытно. И с чего это Ворон его ранил, если все так хорошо?

— Не разобрался. Мак-Тир держал меня за руку. И Зев решил, что меня поймали. На самом деле мы шли… в храм. А теперь придется уносить ноги из города.

— Хм… — Словно потеряв всякий интерес к беседе, Альс повертел кинжал, подбросил пару раз и протянул клинок обратно. — Твой лучше.

Дани тяжело вздохнула.

— Альс, так что ты решил?

— Тебе вежливо или правду?

— Вежливую правду, — решительно сказала она.

Мысленно выругалась. Ну неужели Альс решил воевать со всем миром, включая возможных союзников?!

— Ха-ха, смешно. — Он снова уставился в потолок, немного помолчал. — Я не верю Логейну с Хоу и всей их шайке. Ни на медяк. И мне надоело быть бараном на веревочке. Ты ж уже все решила, Дани, обо всем договорилась с Логейном, так какой смысл спрашивать? Или, может, ты поставила вопрос вежливо, а не как есть? Что-то типа "или ты сотрудничаешь с Логейном, или гниешь в Дракконе".

Дани ударила кулаком по одеялу.

— Хорошо, что ты предлагаешь? Вот ты, мой принц — предложи хоть что-нибудь!

— Для начала я предлагаю миледи прекратить действовать за нашими спинами. Можно еще рассказать, о чем именно вы договорились, чем нам придется за это платить, и так далее. Из тебя надо каждое слово тянуть клещами? Странно, знаешь ли, требовать от меня решения, не соизволив поделиться разведданными.

— Подчиняюсь, мой принц. Вкратце дело обстоит так: Хоу забрал слишком большую власть. У него союзники, деньги и отряд в треть ферелденской армии. Сейчас он мостит задницу на трон, как я думаю. Логейн от этого не в восторге, королева тем более. Если ты заявишь права на корону и предложишь жениться на Аноре, то сможешь распоряжаться армией, как король. — Она покусала губы. — А если нет… То будет гражданская война. Будет непременно. А нам только ее и не хватало.

— Вот как. Альянс Мак-Тир — Хоу у нас дутый? — задумчиво спросил у потолка Алистер. — И Мак-Тир уверен, что из мерикова ублюдка выйдет послушная куколка и племенной жеребец. Чудно. Ворон был прав, бастарды высоко ценятся как шлюхи.

— Мак-Тир уверен, — сказа Дани холодно, — что из ублюдка выйдет хороший король. Со временем.

— То есть Хоу для него опасен. Всерьез. Ясно.

Алистеру надоел потолок, и он повернулся к Дани. Даже сел на кровати, ничуть не смущаясь упавшим одеялом и собственной голой грудью.

— Одно но, Дани. Хороший король не приходит как нищий. Я готов говорить с Мак-Тиром. Мало того, я готов помочь ему решить разногласия с Эамоном. Это, кстати, входило в ваш договор? Если нет — пусть будет подарок. От нас, ага, в честь дружбы и все такое. Так вот. Мой дядюшка, — Алистер подчеркнул слово "мой", — мой дядюшка Эамон весьма честолюбив. И, по слухам, очень желает видеть у себя Серых Стражей и оказать им всяческую поддержку. В Остагар дядюшка явиться не смог, одолела старческая немощь, так что его дружина не пострадала. Рыцарей у него изрядно, ополчения тоже. И на Собрании Земель дядюшка имеет немалый вес.

Дани вскочила. Вцепилась себе в волосы.

— Эамону нельзя доверять, Альс! Этот старый лис всегда был себе на уме! Он может быть полезен, не спорю, но доверять ему — самоубийство!

— Доверять?! — Алистер засмеялся. — Дани, твои уроки не пропали даром, не беспокойся. Я не собираюсь больше доверять. Особенно дядюшкам. Но кто нам мешает сделать наивные морды, попросить помощи и внимать мудрости, открыв рот?

Он подмигнул расхаживающей взад-вперед по маленькой комнатушке Дани.

— Альс?! — она замерла и уставилась на незнакомца, целый год притворявшегося мягким, недалеким и доверчивым щенком.

— Чш-ш, не делай такие глаза. Да, я терпеть не могу принимать решения, отвечать за что-то и вообще предпочитаю жить спокойно. Просто жить. Дядюшка, между прочим, был очень убедителен, когда объяснял мне: непослушные ублюдки живут плохо, зато мало. — Алистер скривился, потер щетинистый подбородок. — Политика — нажье дерьмо. Ненавижу эту вонь.

Дани сглотнула. Ущипнула себя за руку. И низко поклонилась.

— Я подчиняюсь, ваше высочество. Мы отправимся в Редклиф и попросим помощи. Но… — она тряхнула головой. Посмотрела прямо. — Что насчет королевы, Альс?

— А что не так с королевой? Она хороший политик и красивая женщина. Надеюсь, год семейной жизни не привил ей отвращения к Тейринам, и мы все же сделаем наследника. Мой дорогой брат был, без сомнения, очаровательной сволочью. Знаешь, я думаю, ты была права. Армию нужно было отвести, даже если Его Героическое Величество желало биться насмерть. И еще я думаю, Дани, что был полным придурком. Любовь не всегда взаимна, как бы этого ни хотелось. И надеяться, что Создатель снизойдет с небес и оделит тебя счастьем, не стоит. — Алистер снова подмигнул ей, правда, совсем не весело. — Либо ты добиваешься всего сам, либо идешь на корм гарлокам. А на корм гарлокам я не хочу, — закончил он и упал обратно на кровать. — Хочу я, Дани, просто спать.

— Отоспимся на привале, — усмехнулась она. — А сейчас быстро уходим, а то нас сцапает Коутрен, и это будет совсем не весело.

— Ненавижу политику. Спать мешает, — буркнул Алистер, зевнул и соскочил с кровати. — Что сидим, кого ждем?

Через пять минут Дани вручила Ворону записку из одной строчки:

«Едем в гости к дядюшке, жди подарка для дочки. Люблю».

А еще час невыспавшаяся и помятая банда, рассредоточившись, пробиралась между застрявших в воротах подвод: за руганью с селянами и требованием медяка с каждого куля репы городская стража вовсе не замечала отдельных неприметных личностей, покидающих город. Уходят — и скатертью дорожка, без них воздух чище. Стражу куда больше волновала толпа беженцев, не имеющих и медяка, чтобы заплатить за проход через ворота, но настырно рвущихся в столицу — и в порт, к отплывающим в Вольную Марку и Антиву кораблям.

  • К чему приводит толерантность / Вы нам не подходите / Хрипков Николай Иванович
  • Комиссия / Ограниченная эволюция / Моргенштерн Иоганн Павлович
  • Сегодня снова дождь / Мочульская Татьяна Леоновна
  • Накануне 2013го / "Зимняя сказка - 2" - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / ВНИМАНИЕ! КОНКУРС!
  • Глава 11. Первые признаки грозы / Орёл или решка / Meas Kassandra
  • Провал резидента / Курорт "Шервудские дубы и румынский розарий" / Shiae Hagall Serpent
  • Rudolf Steiner, антропософский календарь души, 38 / Рудольф Штайнер, АНТРОПОСОФСКИЙ КАЛЕНДАРЬ ДУШИ / Валентин Надеждин
  • Афоризм 201. Об остром. / Фурсин Олег
  • Ошибка второго сорта / Салфеточно - одуванчиковое / Маруся
  • Авторское описание мира Ландории / Конкурс «Легенды Ландории» / Кочетов Сергей
  • I. Тихие воды (часть 2) / Гетценбургские истории / Дорн Алиса

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль