Ватару Цуруми

Красивая за окном ситуация: пикники соединялись покрывалами, квадратами, создавая гильдию, а над ними вязь тенистый. Всё зелено, всё ярко разукрашено весеннею кистью.

Из уважения, женщину стоит назвать девушкой. Девушка была в жёлтом, с чёрными крапинками, платье, находилась в середине тишины и, одновременно, внимания нескольких людей, которые читали. Люди расположились в основном на полу, сидели, раскрыв перед собою книги (хоть это место нельзя назвать библиотекой).

У каждого из них свой жанр, свои мысли по этому поводу. Кое-кто чаще смотрел в окно, чем в книгу. Кое-кто жалел, что пришёл сюда.

Девушка заметила лёгкое прикосновение некоего мужчины к своим бёдрам. Она искоса посмотрела на него, не сдвинулась. Мужчина вновь к ней притронулся, его холодные пальцы мысленно изображали на её коже круги отчаяния, которые могут произойти. У девушки началась паранойя: ей казалось, что мужчина неприлично двигается на месте, как бы взлетая вверх, а после конвульсивно опускаясь, так, что гремели памятные тарелочки на стенах. Другие люди этого не замечали, или, как оно бывает, не хотели этого замечать; тоже ощущая нелепый страх и пот, стекающий по спине вязко. Один мужчина заговорил со своей подругой о «Кошмарах аиста марабу», подруга затараторила о «Плоском мире».

Мужчина перестал существовать на очень короткий промежуток времени, являя собой настенное ружьё. Девушка вытерла нос рукавом, у неё поднялись давление и температура, опали сопли. Страшнейший озноб медленно обволок девушку — она отложила книгу в невероятном отрешении от этого мира. В её глазах застывала ртуть, мороз распадался на более мелкие частицы. Мужчина был без лица. Она не видела его лица. Мужчина схватил девушку за упитанную ляжку, и схватил так, как черепаха, выбрасывая свою шею, хватает половинчатую, плавающую мышь. Аналогия упрощается: мужчина сжал её ногу до покраснения и вскрика. Девушка попыталась встать, однако каблуки и облегающая юбка перекрестили ей ноги.

Люди закрыли свои книги. Они покинули здание.

Девушка лежала на полу, а рядом находилось первое издание книги Ватару Цуруми.