Знатная Жемчужина

Осторожнее с желаниями

10 февраля 2019, 17:52 /
+8

— B думать забудьте о том, чтобы склянчить этот артефакт у профессора Седоуса и использовать для всякой ерунды! – стращал Чёрный-Чёрный Препод, — Да, мисс Ренжер, ходить на все одновременно идущие уроки – это ерунда! Нет, вы объясните мне, зачем Вам эти лишние знания?  

— Вот и я её спрашивал – зачем… — сделал невинное лицо ледяной Джон, за что тут же получил от Троионы локтем в бок.

— Не подлизывайся к старшим! – шикнула она.

— Да, именно. Зачем? – вопрошал Чёрный-Чёрный Препод. – Неужели, Вам не известна одна простая истина: меньше знаешь – крепче спишь!

— Намекаете, что баба должна быть необразованной? – вспылила Троиона. А про себя подумала: «Прямо как мой папочка… Один из…» — Крепче спишь, говорите? Это чтобы Вашему отцу – Кромешнику, было удобнее подсылать мне ночные кошмары?

— Зачем ты ему дерзишь, Троиона? — испуганно шикнул ей на ухо Ледяной Джон, — Зачем ты нарываешься…

— Потому что я его терпеть ненавижу! — повернувшись к Ледяному Джону, вскипела Троиона, — Между прочим, и ты должен бы ненавидеть! Разве не с Кромешником ты сражался, пока тебя не вышибли из лиги Хранителей?

— Но ведь вышибли же! – возмутился Ледяной Джон, пожав плечами, — Так что профессионального у меня не то чтобы к сыну Кромешника, а даже к самому Кромешнику не осталось, а личного ничего нет и никогда не было…

— Ой ли! – фыркнула Троиона, — Разве не этот самый сын Кромешника исключил тебя из Запретной Школы несколько лет назад и пытается это сделать снова сейчас?

— Но я не настолько злопамятный… — пожал плечами Ледяной Джон.

— А по мне ты просто трус! – фыркнула Троиона. – Трус и тюфяк!

— Я вам не мешаю? — тактично и с ехидцей осведомился Чёрный-Чёрный Препод, деликатно постукав Троиону по плечу, — Между прочим, у нас приняли новый закон, согласно которому теперь можно наказывать учащихся за издевательство над преподами.

— И Вы трус! — выпалила Троиона Чёрному-Чёрному Преподу в лицо. — Как и Ваш папенька! Прикрываетесь этим вашим законом! А слабо было раньше, пока закона не было?

— Раньше вы не давали повода, Мисс Ренжер… Раньше вы не помышляли заполучить редкий и опасный артефакт и расходовать его силу на то, что совершенно этого не стоит! А ведь чем больше времени проходит, тем больше артефакту нужно сил, чтобы сработать. Кто знает, может быть, факт преждевременной кончины Вёдора Пасынка и Дрована Ранлоха выяснится только через триста лет!

— И тогда Вам припечёт включить этот артефакт? – тут же взвелась Троина, — Да через триста лет Вы уже сами умрёте!

— Через триста лет я не умру, — повернувшись в профиль, принялся цедить Чёрный-Чёрный Препод, — Мне, как порождению тьмы, век отпущен не малый! Но даже если вдруг несчастный случай, я завещаю своим потомкам…

— Но у Вас нет и никогда не будет детей! — тут же выдала Троиона, размахивая указательным пальцем.

— Вы опять хамите, Мисс Рейнжер? – взвёлся Чёрный-Чёрный Препод, — Намекаете, что я — импотент? Феминистка!

— Я намекаю на черноту Вашего сердца! — тут же дерзко ответила Троиона, — Кто и когда Вас полюбит?

— Вот это уже удар ниже пояса, — процедил Чёрный-Чёрный Препод.

— Нет. Это удар в область груди. Грудь – выше пояса. То, как вы поняли и о чём подумали, красноречиво говорит о мере Вашей испорченности! И характеризует прежде всего не меня, а Вас!

— Клянусь, Мисс Рейнжер, если Вы сей же час не перестанете мне хамить, я сделаю себе детей при помощи Вас. Здесь. Сейчас. Под этой самой партой! — он элегантно ткнул указательным пальцем назад, куда-то за застывшего покорно, как мышь, Седоуса, — И никто не посмеет мне возразить!

— И лишитесь своей магии? – тут же каверзно встрял Ледяной Джон, и принялся водить носочком по полу, словно ни в чём не бывало.

Чёрный-Чёрный Препод достал из нагрудного кармана магический контракт, подписанный кровью и скреплённый печатью и поднёс к самому лицу Троионы:

— Вам не говорили, что Ваша большая и дружная кроличья семья заключила пакт о перемирии с моим отцом — Кромешником…

— Неправда! – обиженно возмутился тут же Ледяной Джон. — Мы Кромешника победили и побили! – Вас не тронули только потому, что Вы, как и подобает трусу, за трон закатились да и затихли аки мышь! Потому мы Вас и не нашли. Но я прекрасно это помню… Вы тогда были сопливым карапузом, гуляющим под стол и пускающим пузыри, а я был – вот такой же как щас. Просто я не старею… И не взрослею… И…

— Ну заливать! – хмыкнул Чёрный-Чёрный Препод, — Если Вы помните, как я за троном прятался, чё гоните, что не нашли? – он сделал твёрдый голос: — Да потому что не помните Вы нифига, этого не было! – и снова покосился на Троиону: — Да, Кромешника победили. Но мой отец потом пришёл чтобы отыграться. И после второго пришествия его никто не смог победить потому, что Жабелю очень понравились его кошмарные аццкие лошади…

— Между прочим — хорошие лошади! — завыл в этом месте Седоус, нервно перебирая пальцами, — Очень удобно запрягать в кареты в отсутствии пегасов… И они более выносливы…

— Зато питаются учащимися Запретной Школы! — тут же нашлась на это Троиона, — А вы удивляетесь, что кого-то теперь не хватает!

— Вы сами всё видите, Мисс Рейнжер, — с утомлённым ехидством сказал Чёрный-Чёрный Препод, — Жабель приметил лошадок, Седоус решил, что их можно выгодно использовать в хозяйстве, и чтобы получить дорогих скакунов, оба стали помогать Кромешнику.

Седоус виновато потупил глазки, А Чёрный Чёрный Препод продолжил:

— Чтобы расплатиться за лошадей, Жабель пошёл к Кромешнику наёмником, и ещё по договору купли-продажи в случае необходимости должен был использовать в военных действиях половину своего атомного арсенала. Для Сил Света остался один выход — заключить пакт о ненападении! И в этом пакте есть одно интересное условие: кто бы то ни было из рода Кромешника может взять себе в жёны совершенно любую девушку из рода Бой-Кролика! И она не будет иметь права сделать аборт без согласия мужа. Фактом заключения брака можно считать факт соития.

Троиона побледнела, а потом позеленела.

— Ваша судьба исключительно в руках моего великодушия, Мисс Ренжер, — с нотками победившего ехидства закончил свою пламенную речь Чёрный-Чёрный Препод, — И советую вам на нём не играть. А то я решу воспользоваться возможностью, предоставленной мне этим магическим контрактом!

— Педофил! — выпалила Троиона.

— Ну почему же? — спокойно возразил Чёрный-Чёрный Препод, сворачивая контракт в трубочку и пряча обратно в карман, — Вам, Мисс Рейнжер, уже есть двенадцать лет, а по средневековым меркам это — совершеннолетие… В общем, ведьмы становятся совершеннолетними годом позже, но Вы, Мисс Рейнжер, не ведьма… Вы же не будете утверждать, что ваш характер скверен, как норов нечестивца, а душа – черна как адская сковорода?

Троиона мигом притихла и заткнулась на замок.

— Вашему другу Вёдору двенадцать лет исполняется только через четыре с половиной дня, — продолжил Чёрный Чёрный Препод, — а Дрону — даже через два месяца. Из всех троих — Вы одна не только самая старшая, но ещё и совершеннолетняя. А значит, как человек взрослый, отвечаете за своих друзей! Как Вы могли бросить их одних? Ради того чтобы не опоздать на торжественное мероприятие и не получить замечание с вычитанием очков, вы допустили ещё большую халатность! — Он задумчиво перевёл взгляд на Ледяного Джона: — Или это Ваши происки, Мистер Мороз? Даром вы явились сюда вместе? В общем, с Вами пускай разбирается Ваш дедушка.

Чёрный-Чёрный Препод сцепил руки замком и важно отошёл в сторону, передавая контроль над ситуацией профессору Седоусу.

* * *

— Не знаем, что нам делать после того погрома. С тех пор Троиона сама не своя, и тоже к Ужасателям хочет. Мы с ней даже план разрабатывали, как при помощи Грибов с Левой и Правой сторонами, да только… Пока у нас ничего не получилось, но Троиона собирается дальше над этим думать. Мы и тебя, и Ледяного Джона собирались с собой брать…

— Вёдор, куда ты такой добрый! — возмутился Дрон, — По всему выходит, что Ледяной Джон устроил нам все эти подставы! А ты его с нами на Тёмную Сторону приглашаешь! Он ведь и девчонку нашу увёл! Подкатил на крутой тачке, вот Троиона и растаяла… Прям принц на белом посохе!

— Ну да… Растаять при виде ледяного посоха — это круто! – вздохнул Вёдор, — Но у меня теперь ещё круче, у меня — не белый посох, у меня чёрный дракон! Теперь Троиона от него тает, я точно знаю, ты уж мне поверь…

— Тогда почему она сейчас не с тобой?

— Потому что есть трудности, которые мешают нам быть вместе. Но начну по порядку. Всё случилось на церемонии вызова фамильяров, на которую ты не попал. Сначала она… Она призвала самого кавайного, самого сильного, самого красивого… В общем, тебе это не понравится. Он не зверюшка, он – эльф. И, кажется, Троиона по уши в него в любилась.

— По его уши? – осторожно спросил Дрон.

— Не отвлекайся на второстепенное… В общем, следующим был Ледяной Джон. Он вызвал кролика… Да не простого. Бой-Кролика. Троиониного отца. Прикинь? В нашу Запретную Школу! Этого домашнего тирана и домостройера!

— Чего? Э-э… Подожди… А разве Бой-Кролик — не зайка и лапочка? Разве это не он дарит детям конфетки, натирает на тёрки яблочко для Тёмы, приносит под ёлку подарки вместе с Дедом Мо…

— С профессором Седоусом, ты хочешь сказать? – очень может быть. Но… Думаешь, они это от всей души делают? Работа у них такая, вот и приносят подарки. А сами сквозь зубы шипят и мечтают, как бы нас, деток неразумных, прибить бы! И вот Бой-Кролик в нерабочее время… Это кошмар и ужас! Да-да, он всех нас выстроил! Всех! И Джона, и меня… А Троиону – так он вообще задёргал! Ты можешь это представить? Этот зайка и лапочка превратил нашу комнату в колонию строгого режима! Устроил тюрьму! Сладкое — нельзя, читать перед сном — нельзя, сами сны смотреть — нельзя, шаг влево, шаг вправо — расстрел! А уж как он Троиону тиранит… С мальчиками дружить — нельзя, джинсы носить — нельзя, кавайных эльфов любить — нельзя… Даже хорошо учиться — и то нельзя, типа девочка не должна быть слишком умной… И в спортзал нельзя — слишком сильной она тоже быть не должна… И это притом, что мужики все — клинически трусы, когда женщин бьют и насилуют, они по кустам сидят! Скажи мне, Дрон, чего тогда можно?

Дрон пожал плечами.

— Он Троиону словно специально в подстилки готовит… Чтобы ни высокую должность не могла бы занять, ни защитить себя в случае чего… Чтобы всякая похотливая туша, которая трахает всё, что движется, могла на неё грохнуться, и Троиона лежала бы под ней и не рыпалась! С такой подготовкой только на панель… Врагу не пожелаешь! Теперь я понимаю, почему Троиона хочет быть парнем… В общем, отец Троионы — вот настоящий кошмар! А не Чёрный-Чёрный Препод. Между прочим, он читает мысли Ледяного Джона, как и мой фамильяр читает мои… Но ты видишь, чтобы мне раздавали оплеухи? Хотя мысли у меня порой самые паскудные! А вот Ледяному Джону так раздают, что он всерьёз занялся медитациями, чтобы вообще ни о чём не думать! И скажи мне после этого, что мой фамильяр — плохой!

— Да уж, — вздохнул Дрон.

— И ещё Бой-Кролик в девчачью спальню каждые двадцать минут бегал… Всё следил, чем там Троиона занимается… Даже вообразить боюсь все масштабы этого родительского контроля! Поверь мне, Дрон, Троиона очень, очень, очень страдает! И от тирании отца страдает, и от издевательств учащихся, и ещё от насмешек Жабеля! Жабель как увидел её в кроличьей ипостаси, так давай издеваться… Мол, «у-сю-сю, пушистики!», «Кролики — это не только ценный мех...», «Я такими кормлю василисков!» А ещё чего-то про девчячьесть и настоящие мужские фетиши… Ты не представляешь, как она страдает…

— Гад этот Жабель! Сначала он чуть не убил меня, потом так унизил её…

— Да… Бедная Троиона, — продолжал Вёдор, и отец её тиранит, и Жабель унижает, и девки в комнате издеваются… Троиона сама себя ненавидит. Презирает свою женскую природу и кроличью ипостась… Бедняжка уже хочет быть как он… — Вёдор кивнул в сторону Чёрного-Чёрного Препода, который толкал какой-то тост и пытался сам с собой выпить на брудершафт.

— Что? Латентным алкоголиком? — удивился Дрон, — А ещё нелюдимым грубияном и педагогом-садистом?

— Дро-о-он… — укоризненно протянул Вёдор, — Ну во всём ты видишь только плохое! Взгляни на него с другой стороны! Он суровый мужик… Его все боятся… Значит – уважают… В общем, Троиона сказала, что всегда хотела быть чёрной, страшной и мужиком…

— Чего? Прямо так и сказала? — офигел Дрон.

Вёдор молча согласительно кивнул.

— Но… Зачем? — пришёл Дрон в полнейшее недоумение. — Зачем ей быть чёрной, страшной, угрюмой и агрессивной?

— Это защитная реакция, — спокойно пояснил Вёдор, — На окружающий мир. Когда он с тобой вот так, как я только что рассказал… Надо быть чёрной, страшной и агрессивной…

* * *

Забравшись под одеяло, Троиона долго плакала в подушку, вспоминала разговор в кабинете директора первого сентября, тот самый злосчастный пакт о перемирии, и продолжала всхлипывать. Сейчас она была на всё согласна. Вот только сейчас она не сомневалась: всё, сказанное Чёрным-Чёрным Преподом в кабинете директора было пустым блефом, попыткой поставить на место и не более того… На самом деле, Препод на это не пойдёт, уж больно он дорожит своей магией… И не расстанется с ней ради смазливой зайки…

Это только в сказках драконы мечтают жениться на Василисах. Никогда Троиона этих сказок не понимала, всегда считала, что драконам должны нравиться такие же гребнистые и зубастые крокодилицы…

— Троиона… Ты здесь? — осторожно нарушил тишину робкий голос, — Гм… Это вообще — ты? В смысле… Это вообще кто? — в голосе проскользнули нотки испуга: — Эм… Вы кто? — а потом сменились подобострастной вежливостью: — Э-э… С кем имею честь?

Троиона нехотя потянулась под одеялом, изображая, будто её оторвали от сладких снов, да так и замерла: что-то было не так. В кровати стало тесно. Может, это последствия первого обращения? Не превратилась окончательно в человека, и прямо в таком виде вернулась в девичью спальню…

Ну ладно, положим, Ледяному Джону удастся что-то объяснить, он тоже оборотень, значит, поймёт… Может, даже, подскажет, чего с этим делать. А вот соседки по комнате, эти мнительные курицы…

Только бы они сейчас не проснулись! Сто пудов решат, что в койке чудовище, поднимут панику, позовут охрану… И даже проклятущий умильный вид пушистого белого зайчика не поможет! Особенно учитывая, что зайчик этот антропоморфный, мускулистый, величиной со шкаф, и наполовину уже не зайчик, а промежуточные стадии — они всегда кошмар и ужас. Как бы Джона подготовить, чтобы он не закричал, когда это увидит? Он вообще про кроличью ипостась ещё не знает ничего от слова совсем…

— Ну кто там, — попыталась Троиона изобразить заспанный голос, но вместо этого вышел сип ушибленного профессора по зельеварению. — Джон, это ты? — она замолчала, с ужасом осознавая, что привычный альт понизился хорошо если до тенора, а то и до баритона: — Уходи, кажется, я плохо выгляжу… Не хочу, чтобы ты это видел…

А в мыслях взмолилась: спроси, спроси, в чём дело!

Но вместо этого Ледяной Джон робко выдал совсем другое:

— Но я уже всё видел ещё вчера…

— Чего ты вчера видел! — в раз забыв о свой стратегии, Троиона резко выглянула из-под одеяла, и застыла, с ужасом смакуя послевкусие незнакомого металла в, теперь уже, вне всяких сомнений, незнакомом голосе.

Ледяной Джон всхлипнул, отшатнулся, а потом, заикаясь, промямлил:

— М… А Троиона…

— Что? Всё действительно так плохо? В смысле, я так ужасно выгляжу?

— Я бы не сказал… — застывшими губами выдал Ледяной Джон. — Лучше чем вчера… Намного лучше…

— Зачем ты мне льстишь, Джонни! Ты же сам прекрасно знаешь, этого просто не может быть! Чьёрд! Пол-магической башни за зеркало! Мой батя решил, что я тупая вертихвостка, и отобрал у меня этот предмет первой необходимости, прикинь?

— А может… — робко продолжил Джон, — Своей грубостью он прикрывает заботу? Боится, как бы зеркало не разбилось к несчастью…

— Потрясающе! — всплеснула словно ватными руками Троиона, — Мой папик считает, что я — неуклюжая корова! В общем… Теперь, кажется… — она озадаченно посмотрела на свои конечности.

Вместо ожидаемых полузверячьих лап — вполне человеческие руки, с изящными пальцами. Вот только, кажется, не вполне изящными для девушки. И остатки шерсти, вроде, не до конца вылезли, только ворсинки почему-то не белые, а какие-то чёрные…

— И это, по-твоему, лучше, чем вчера? — вопросила Троиона.

Ледяной Джон пожал плечами, и робко добавил:

— А что, ни ссадин, ни ушибов, ни синяков под глазами…

Приятель явно льстил. Как не может быть синяков под глазами, если всю ночь проплакала?

— По-твоему, ссадин нет — уже предел мечтаний? — возмутилась незнакомым голосом Троиона, — А ничего другого не замечаешь? Чего похуже? — она обвела себя незнакомой рукой. — Ты хоть понимаешь, что всё это значит?

— П-понимаю, — оторопело кивнул Ледяной Джон. — Я ничего не видел. — А потом спешно добавил: — И ничего об этом не думал… — он мелко затрясся, оторопело поджал губы, а потом испуганно выдал: — И Бой-Кролик из Лиги Хранителей по этому поводу моих мыслей не читал… — он приложил левую ладонь к правой стороне рта и вкрадчивым шёпотом добавил: — Он мой фамильяр…

— А то я не знаю! — хмыкнула Троиона, да закашлялась от того, насколько по-чужому звучал собственный голос.

Про фамильяра мог бы и не напоминать, кому как ни Троионе не знать об этом, ведь всё случилось под её чутким руководством: Джон не мог ни заклинания призыва сочинить, ни палочкой правильно взмахнуть. Пришлось помогать. И вуаля: вызвала Бой-Кролика — своего собственного отца и бывшего наставника Ледяного Джона, который с Джоном в Лиге Хранителей не сработался… И вот Ледяной Джон и Бой-Кролик снова связаны, теперь не служебным, а магическим контрактом! И самое пакостное в этой связи, что папенька теперь свободно читает мысли Джона, на любом расстоянии, теперь со старым приятелем и не посекретничаешь!

— Так ты мне не поможешь… С этим? — с надеждой спросила Троиона, и для убедительности кашлянула, чтобы подчеркнуть, что и с голосом тоже надо помочь.

— Да-да… Я ничего не видел… Ни вчера, ни сегодня… И в кабинете директора ничего не слышал…

— Э-м… В кабинете директора? — опасливо переспросила Троиона, чувствуя, что друг намекает на куда как более серьёзную проблему, нежели полузвериный внешний вид. — А чего такого ты там не слышал?

— Ну как… — пожал плечами Ледяной Джон, — Ну вот этого самого, чего ужас как не понравится Бой-Кролику…

— Чего такого ты не слышал в кабинете директора? — строго повторила свой вопрос Троиона.

На лице Ледяного Джона застыла паника.

— Ну что ты вылупился, словно Чёрного-Чёрного Препода увидел! — потеряла терпение Троиона.

Приятель аж подпрыгнул, отшатнулся, закрываясь руками, а потом робко выглянул поверх локтя, нерешительно принял прежнее положение. Троиона машинально оглянулась, а потом снова уставилась на Ледяного Джона и с нажимом повторила:

— Чего. Ты. Не. Слышал. В. Кабинете. Директора.

— Любопытное условие из пакта перемирия…

— Стоп! Цыц! Молчи. Этого ты правда не слышал.

Троиона вздохнула. Совпадение ли? Только что вспоминала этот магический контракт, а тут ещё Джон с чего-то о нём вспомнил. Не надо, чтобы отец об этом знал. Вдруг у Чёрного-Чёрного Препода реально совсем плохо с невестами, и можно будет пойти и ему отдастся. Пусть папочка на себе рвёт свои кроличьи волосы… Пусть оба папочки их на себе рвут! И пусть уплачутся!

— Я не про первое сентября! — постучала себе по лбу Троиона. — Вчера чего в кабинете директора было? Ну, тебя же вызывали туда вчера, разве нет?

— А вчера ничего такого не было, — пожал плечами Ледяной Джон, — Чего я, как бы, должен был не слышать и не видеть… Вкатили мне за погром… Посадили под усиленный конвой… Но Троиону ищут.

Троиона хмыкнула. Видимо, папик правда так усердно ищет в другом месте, так уверен, что дочь после учинённого безобразия где-то в бегах, что сюда, на законное место, не потрудился заглянуть.

— Так я и сбежал… — развёл руками Ледяной Джон, — Из-под усиленного конвоя… А вот по поводу интересного условия из пакта о перемирии, использованного в качестве угрозы и попытки давления…

— Цыц! — гаркнула Троиона, и сама вздрогнула от своего голоса. Нет, к этому металлу никогда не получится привыкнуть.

— Я хочу на Тёмную Сторону, — вкрадчиво шепнул Ледяной Джон. — Хочу быть Ужасателем…

— Молчать! — шикнула Троиона, выставив перед собой указательный палец, непривычно не свой, — Это секрет… Гм… Был…

— Да ладно, ни для кого не секрет, — хихикнул Ледяной Джон, — Все прекрасно знают, что Вас на этом рабочем месте держат только по факту пакта о перемирии, а на деле Вы из Ужасателей…

— «Вы»? — задумчиво повторила Троиона, — Джонни, с каких это пор мы на «Вы»?

— С тех пор, как знакомы…

— И с какой радости я уже из Ужасателей? Меня ещё никуда не приняли…

— Как? — озадачился Ледяной Джон, — Ваш батя не позаботился? По наследству это не переходит? То-то я думаю, почему Вы здесь, а не там, со своим папочкой…

— Э-м… Так погоди, ты что, меня не узнал? — Троиона почувствовала, как внутри едва всё не запело: если батя её ищет сейчас в другом месте, а Джон думает, что тут сейчас не она…

Но Ледяной Джон мигом спустил с небес на землю:

— Э-м… Узнал… Мне вслух Вас назвать, или всё-таки оставим Бой-Кролика в неведенье касаемо с кем я тут встретился? — в раз растеряв всю свою робость, с вызовом спросил он.

— А с кем ты мог встретиться в комнате для девочек у кровати Троионы? — подозрительно прищурившись, спросила Троиона, начиная подозревать, что всё куда серьёзнее, чем не восстановившаяся после обращения человеческая ипостась.

— И то верно! — подхватил Ледяной Джон, — И с тем, кого я тут обычно встречаю, я обычно на «ты»… Ничего личного.

— Ты говоришь загадками, Джонни…

— Женщина и должна быть загадкой, разве нет? — он как-то странно замигал глазками, словно намекая, что имел в виду вовсе не то, что сказал. — Но по-любому, тебе не надо тут находиться. Бой-Кролик Вас… М-м-м… Тебя за такое попросту убьёт…

— Он сейчас ищет свою дочь, а это всяко важнее, чем наказывать всяких узурпаторов её ложа… — она совсем вкрадчиво спросила: — Кто я?

Ледяной Джон приложил палец ко рту, а потом с укоризной вымолвил:

— Ну что ж Вы так палитесь… Сами посудите, кто и зачем может залезть к Троионе в койку… Если только речь не об условии из пакта о перемирии…

— Так… Сейчас ты мне объясняешь, причём здесь этот дурацкий пакт! — взвилась Троиона.

— Ой, только не говорите, что перебрали вчера горячительной браги и влезли сюда спьяну… Хотя… Чего-то мне подсказывает, что именно так всё и было! Когда я Вас видел вчера, Вы были уже поддатый… Но только кто в это поверит? А даже если и поверят – оно Вас совсем не извиняет! Советую Вам как будущему союзнику… Одевайтесь и бегите, пока Бой-Кролик не вернулся… Вы в койке его обожаемой дочери и совсем голый…

Троиона бросила касательный взгляд на свою грудь, да так и взвизгнула, натянув одеяло по самую шею:

— Что с моей ночнушкой? Она же была на мне… Ну всё, папик подумает, что я — не только вертихвостка и неуклюжая корова, но ещё и развратная шлюха… — она повысила голос: — Чего ты пялишься, Джонни! А ну отвернись!

Джон покорно развернулся на своих босых ледяных пятках, смирно уткнулся носом в стену:

— Как Вашему Темнейшеству будет угодно…

— Боги… Что с моей грудью… — в ужасе бормотала Троиона, — Она на два размера меньше… А точнее — её нет вообще… — ещё раз зыркнув в сторону застывшего у стены друга, повысила голос: — Джон, не подслушивай! Я о своём, о женском…

Потянувшись к тумбочке, где вечера сложила все свои вещи, Троиона ухватила какую-то пространную чёрную тряпицу:

— Боги, это не моё!

— Стесняетесь брать чужие вещи? Я бы сейчас не был таким разборчивым! На улице, вообще-то, холодно!

— Да-да, и к посоху твоему голым задом в раз примёрзнешь…

— Посоха нет, — громко крикнул в ответ Ледяной Джон, — После вчерашнего погрома, в который мы из-за Вёдора влипли, Бой-Кролик отобрал! Так что я и без средства передвижения, и без артефакта для колдовства… Вяжем простыни и лезем в окно по-старинке! Если только Вы не оборотень, тогда можно спрыгнуть, как раз о землю треснитесь и обернётесь… Бежать удобнее будет… Если только, конечно, Вы не рыба и не черепаха…

— Джонни, ты издеваешься?

— Да боги с Вами! Я переживаю… Черепаха, мало того, что ползает медленно, так и хладнокровная к тому же, на такой погоде просто замёрзнете… А может… Вы — дракон? Я ж не просто так видел Вас с Вёдором вместе… Вёдор дракона на церемонии вызвал… Вот с тех пор и ходите парой по сомнительным закоулкам…

— Нет. Ты издеваешься. Ты нарочно подбросил мне эти тряпки! — взвилась Троиона, спешно напяливая на себя чужие, явно мужские вещи, пленительно пахнущие чужим мужским одеколоном: штаны, сапоги, рубаху, кожаный ремень… — И обращаешься ко мне на «Вы» — нарочно? Это прикол такой? Смешно ведь?

— Да боги с Вами! Какие тут приколы могут быть в такой-то ситуации? Ничего я не подбрасывал! По всему похоже, Вы в этом сюда пришли… Одевайтесь уже и бегите… И да, без меня, чтобы Бой-Кролик не выследил…

* * *

Едва Троиона успела приладить чёрную, как пещерный мрак, мантию и подумать о том, что именно так, нацепив на себя полный комплект тряпья, явно спёртого у Чёрного-Чёрного Препода, она чувствует себя словно защищённой, не ясно только от чего, дверь с грохотом распахнулась, и в девичью спальню на всех парах влетел Бой-Кролик, грозно тормозя пушистыми пятками о пол.

— Попался, извращенец! — заорал Бой-Кролик не своим голосом, — Как ты посмел сюда влезть и смущать здесь девиц?

— Вообще-то, девицы спят и ничего не видят, — стараясь сохранять невозмутимость, ответила Троиона, решительно заслоняя собой Ледяного Джона.

Да только сверление папенькиного взгляда в упор Троиона ощущала почему-то на себе. Шерстистая грудь отца вздымалась и опадала, резцы прикусили нижнюю губу — ушки торчком нервно дёргались.

— Ты против нашей с Джоном дружбы? — развела руками Троиона, чувствуя, что должна что-нибудь сказать.

— Ещё как против! — взревел Бой-Кролик, — Особенно против вашей дружбы здесь! Нашли где ради этого встречаться! — он посмотрел на Ледяного Джона: — Хоть ты и старался не думать, но зацепок мне дал предостаточно, ренегат! И я ещё откликнулся на твой призыв, когда тебе был нужен фамильяр! Сам к Ужасателям намылился, и мою дочь за собой тащишь? Да таким способом, что вслух сказать стыдно… Попользуешься и бросишь! Зачем тебе дети-кролики?

— Ой… — всхлипнула Троиона, — Да если хочешь знать, это была, вообще-то, целиком и полностью моя идея! И не надо гнать на Джона!

— Не стал гнать на подельника? — хмыкнул Бой-Кролик, — Как благородно! Как неожиданно для порождения Тьмы!

— Ну что ты так смотришь? — Троиона обвела себя рукой, — Мне кроме этого надеть было нечего!

— Ой, удивил! Да тебе всегда надеть нечего, каждый день мозолишь глаза в одном и том же прикиде!

— Это ты меня до такой жизни довёл! — взвилась Троиона, не слушая, что вытворяет теперь не подконтрольный ей голос: — Всего один комплект одежды на все случаи жизни!

— Ну да, я виноват… По-моему, это твоя фирменная фишка, Мрак Мазутный… Скажи ещё, что я виноват в том, что тебя деканом до сих пор не сделали!

— Как-как ты меня назвал? — прищурилась Троиона, — Па, ты меня ни с кем не перепутал?

— Па? — прищурился в ответ Бой-Кролик, — Хочешь сказать… Что ты уже… Мне зятёк?

Джон настолько выпал в осадок, что оглядываться по сторонам и созерцать высунувшиеся, словно по команде «подъём», физиономии сожительниц пришлось Троионе. Встревоженные девушки сидели в кроватях, смущённо натянув одеяла по самые свои верхние округлости и осатанело таращились повылазившими из орбит глазами.

Уже могли бы и привыкнуть, что сюда и Ледяной Джон наведывается, и папочка, Бой-Кролик, каждые двадцать минут врывается без предупреждения со своим родительским контролем, со своими претензиями.

Невольно, Троиона оглянулась, может, их так напугал кто-то сзади? Но сзади, в открытом окне, только рассвет озарял своими лучами небосвод.

— Ну вот ты и дал мне повод, Мрак Мазутный! — потирая кроличьи лапы, зацедил Бой-Кролик. — Или, мне лучше называть тебя ласково, Смолик? А может… Мямля? Как в детстве? — он ехидно улыбнулся плоской улыбкой своей немного приплюснутой кроличьей головы.

Троиона с недоумением посмотрела на застывшего в углу Ледяного Джона. Кажется, он что-то умолчал из своей, несомненно, богатой биографии.

— Я, конечно, помню о нашем магическом контракте, — продолжая ехидно потирать лапы, ядовито цедил Бой Кролик, — Но я был уверен, что ты не посмеешь! Но ты не только посмел, ты ещё и в женскую спальню ради этого влез!

Ледяной Джон мучительно сглотнул и мелко затрясся.

— А что на этот счёт говорит контракт? — продолжал цедить Бой Кролик, глядя, почему-то, не на Джона, а на Троиону: — В смысле, насчёт женской спальни? О, ничего? Ну надо же! — Кролик самодовольно засмеялся. — Ты совершил бесчестье, влезая сюда! Значит, я могу на основаниях чести выпустить тебе кишки прямо на этом самом месте! — он оглянулся на застывших в ужасе девушек: — Отвернитесь, барышни, это зрелище не для дам!

Ледяной Джон начал нервно вертеться, не зная, куда ему деваться.

— Па, это ли не перебор? — перепугалась Троиона, неуверенно шагнув по направлению к Ледяному Джону и снова вставая между ним и своим отцом.

— Чего ты всё «па», да «па»? — прищурился Бой Кролик, — Уже успел напортачить… — следующее слово он выцедил с особым ядом: — Зятёк! И это у меня-то под носом? Но ничего, я прерву эту нежелательную беременность, моя дочь не будет порождать на свет исчадий ада! Ты поломал девке всю жизнь!

— Да он только пальчиком потрогал… — глядя на Ледяного Джона, взмолилась Троиона, — За плечико… Чтобы меня разбудить только… И отвернулся, пока я… — она обвела рукой чужие шмотки, — Кто… Зятёк? Па, ты не смотри, я так выгляжу… А чё мне было надеть? На тумбочке лежало только это!

— Хорошо, что на тумбочке, а не по всей комнате! — кипел Бой-Кролик, — Хочешь сказать, страстных срываний шмоток под эротическую музыку и разбрасываний их по самым неожиданным местам — не было? А если я у свидетелей спрошу? — он оглянулся на попрятавшихся под одеяла девушек.

— Нет… Мы… — Троиона заглохла задумавшись.

Да, похоже, вся эта история с одеждой была не просто чьей-то шуткой, а настоящей диверсией! Кто-то на то и рассчитывал — устроить такую подставу, чтобы отец невесть чего подумал про свою дочь. И про своего хозяина, вернее — подневольного — Ледяного Джона. План на славу сработал! Весь вопрос только в том, кто на такое сподобился? Уж вряд ли Бяко Фуфлой, хоть он и Бяко, но не до такой же степени!

— И думаешь, я поверю? — нёсся Бой-Кролик, — Кажется, я тебя предупреждал, что мне плевать на этот контракт, тронешь мою дочь — убью!

— Чё? Па да ты… — офигела Троиона, заботливо погладила Джона по его растрёпанной голове. — Ты же его фамильяр! Да и… Говорю тебе, это было всего лишь невинное дружеское прикосновение…

— Не прикрывайся Джоном! Тамбовский волк тебе па! — выругался Бой Кролик, — Мало мы тебя в детстве по заднице драли?!

— Что? — пришла в окончательную панику Троиона. — Ты опять?

На глазах сами собой наклюнулись слёзы, сердце учащённо затрепыхалось в груди. Детство… Худшие годы всей жизни! Годы позорных унижений! «Троиона, не разбрасывай свои вещи, ты ж девочка...», «Троиона, не лазай по деревьям, ты ж девочка...», «Троиона, не говори таких слов, ты ж девочка...», «Троиона, не играй в машинки...»…

— Па, не позорь меня при всех! — разревелась Троиона, чувствуя, что больше не может.

— Ещё как буду позорить! И не тыкай мне! — взвился Бой Кролик, — Да ты себя и без моей помощи прекрасно позоришь! Вон, ревёшь прямо как в детстве!

От этих слов поток слёз просто принял катастрофические масштабы. Разве женщина не имеет право хотя бы иногда устроить истерику?.. Но хорошо, большую истерику! Но должны же быть у дамы маленькие женские слабости… И чтобы никто за это не упрекал, вот как сейчас, не требовал быть мальчиком…

Однако, что-то подсказывало, что почтенные джентльмены не кинутся подставлять свои нежные руки, свои сильные плечи. Опасаясь примёрзнуть, как когда-то в коридоре у кабинета директора, Троиона неуверенно отступила на шаг от Ледяного Джона.

— Все узнают о твоей трусливой, подлой мелочной душонке! — нёсся Бой Кролик, — Ты только выглядишь страшно, а на деле — всё такая же сопливая дрянь!

— Ненавижу тебя! — с желчью выкрикнула Троиона.

Незнакомый голос с металлом превратился в плаксивое нытьё, и перепуганные девчонки принялись коситься из-под своих одеял, с любопытством уставившись на это зрелище.

Это стало последней каплей: схватив в охапку Ледяного Джона, Троиона сиганула в открытое окно. Как хорошо, что папик боится высоты!

Со свистом летя с отвесной магической башни вниз, Троиона пересадила Ледяного Джона себе на плечи, только бы не ударился оземь при падении: кажется, в звериной ипостаси он большой, грузный, неповоротливый полярный медведь, а полярные медведи покрупнее бурых! И если уж бежать без оглядки, то лучше на себе тащить хрупкого мальчика, а не заплывшую жиром звериную тушу в полторы тонны весом, даже если ты мускулистый суперкролик размером со шкаф!

Как она и ожидала, хлопнулась плашмя на живот, да так и растянулась по вымощенному камнем двору. Подождав, пока расплющенная фигура примет отчётливые очертания, попыталась одним рывком вскочить на задние лапы, да только принять вертикальное положение не вышло: круп подпрыгнул, а передняя часть туловища так и осталась лежать на земле, никак Джон всё же превратился при падении в медведя и придавил плечи.

Попытавшись приподняться на руках, Троиона почувствовала, что с телом снова что-то не то, лапы проскальзывали, хвост, почему-то не пупочкой, а длинный, как хлыст, бился об окрестные стены и что-то там громил, а ещё, кажется, из-под контроля вышел не только он, а какие-то лишние конечности на спине.

Не долго думая, Троиона схватила Ледяного Джона за ногу, стянула его со своих плеч, и, наконец-то привстав на второй передней лапе, принялась рассматривать.

— А-а-а, не ешьте меня… — заорал Ледяной Джон, — Животик отморозите, я же ледяной… Знаете, как я с одного удара левой ноги замораживаю крокодилов? — он повернулся куда-то вглубь двора и заорал ещё более не своим голосом: — Вёдор! Я нашёл твоего дракона! Приструни его, пока он меня не съел!

Троиона волчком обернулась, самого дракона не увидела, но чёрное, как мужской зонтик, крыло, определённо мелькнуло в поле зрения.

— Смолик, лапочка… — стараясь говорить как можно ласковее, вымолвила Троиона, рассчитывая прокатиться нахаляву, — Иди, поглажу… Пожрать у меня нет… — она спешно сунула Ледяного Джона за спину, — А вот погладить могу… Или за ушком почесать… — она приветливо помахала свободной лапкой.

Да только вместо собственного голоса, да даже вместо незнакомого баритона с металлом, вышел какой-то то ли рёв, то ли свист, то ли слоновий горн.

Ещё раз издав подобный звук, Троиона с ужасом схватилась лапами за рот, забыв, что в одной из них держит Ледяного Джона, а потом выставила барахтающегося мальчишку перед собой и принялась рассматривать. Да так и офигела: вместо мягкой, белой, пушистой кроличьей лапки, его сжимало что-то чёрное, чешуйчатое и с длинными изогнутыми, как у раптора, когтями.

Ещё раз издав испуганный рёв, Троиона посмотрела на вторую свою лапу — та была ничем не лучше.

— Так-то вы собирались разрывать мою магическую связь с Кроликом! — исходил в истерике Ледяной Джон, — Решили меня сожрать? Но я всем расскажу, что Вы — препод… В смысле, дракон… — он повернулся наверх, сложил руки рупором и ещё раз истошно заорал: — Кро-о-олик! Помоги!

Троиона тоже задрала вверх голову. И как раз в аккурат увидела, как из окна робко выглядывает её папаша, нервно перебирая губами. Всё никак не преодолеет свою боязнь высоты… Видимо, потому он никогда в жизни не перекидывался в человека, слабо вот так сигануть с верхотуры!

— Нет, извини меня, Джон, но только не Кролик! — сказала Троиона, снова испустив вместо речи дикий звериный рёв, а потом таким же голосом добавила: — Прости меня, Джонни, но это для общего блага! — и что есть сил треснула Джона о землю.

Парень сплющился, а потом собрался в комок и оформился в того самого полярного медведя.

— Ой, что я наделала, — Троиона в ужасе схватилась лапами за лицо, точнее, за морду, порядком её оцарапав, — Ты должен был потерять сознание!

С этими словами она встала на все четыре лапы, выгнула спину дугой, как разъярённая кошка, и так же нервно замахала хвостом и зарычала:

— Вона какая я грозная! Тебе всё ещё не страшно?

Голос снова вышел похожий на рёв, но на сей раз именно такого эффекта Троиона и добивалась.

Но не добилась: вместо того, чтобы хлопнуться в обморок, Ледяной Джон, усиленно махая лапами, заревел что-то в ответ.

— Чего ты ревёшь, Джон, я по-медвежьи не понимаю! — подпрыгивая от злости и жестикулируя в прыжке когтистыми чешуйчатыми лапами, выругалась Троиона, — Или тебя ещё раз кинуть, чтобы ты снова человеком стал? Вырубайся уже, или я тебя не достаточно напугала?

Но кинуть Троиона не успела, продолжая что-то реветь, Ледяной Джон тыкнул таким же огроменным, почти как у Троионы, чёрным изогнутым когтем куда-то назад.

— Думаешь, я на это куплюсь? — ревела звериным голосом в ответ Троиона.

— Попался, Мрак Мазутный! — с победным криком выбежал откуда-то сзади Бой-Кролик, взмыленный, явно после спешного спуска по винтовой лестнице.

Троиона с перепугу подпрыгнула на всех четырёх лапах, перекувырнулась в воздухе, бухнувшись на круп, и, перебирая задними ногами, отъехала, врезавшись спиной в стену. И припечатала отведённой в сторону передней лапой Ледяного Джона.

— Я всегда знал, что ты — дракон! — орал Бой-Кролик, усиленно тыча в Троиону морковкой, — Но у меня доказательств не было! А теперь я просто не сомневаюсь, я всё видел! Хотя, доказательств по-прежнему нет… Но если я тебя пришью в этой ипостаси, никто мне слова не скажет! Ведь ты же — дракон! Ути-пути, какой у тебя славненький мишка, когда ты в этой ипостаси, ты с ним спишь?

Троиона оглянулась на Ледяного Джона, и вскипела, вспоминая все изречения Жабельа о белых пушистиках.

— Не зли меня, батя! — взвилась Троиона, принимая позу разгневанного берсеркера, вздувая могучие бицепсы и трицепсы на плечах и выпуская толстенный огненный столб из пасти.

Бой-Кролик едва успел отскочить и спрятаться за каменным ларьком с магическими печенюшками, откуда потом робко выглянул, опасливо прикрываясь лапкой и тыча острой кроличьей морковкой:

— Я убью тебя, дракон! — цедил Кролик сквозь зубы, — Не равные у нас весовые категории, а ты всю свою мощь на слабого обрушил? Дракон во дворе Магической Школы… Имею право убить! Иди сюда, и сражайся!

— Да что ты, дочь родную не узнаёшь! — шипела в ответ Троиона, словно змея, — Или, если я дракон — то отречёшься от меня? — на глаза снова навернулись слёзы.

Развернувшись резко на чёрных кожистых драконьих пятках, и процарапав при этом когтями брусчатку двора так, что искры во все стороны полетели, Троиона цапнула Ледяного Джона за его густую, меховую медвежью шкирку, и, как следует подпрыгнув, взмыла в небо.

— В этом ты весь, трус проклятущий! — выругался вслед Бой-Кролик: — Метлу! Пол-Магической Школы за метлу! За рыцарскую! — он преодолел в себе рвотные позывы. — Да-да, знаю, я боюсь высоты… Но чтобы загасить Мрака Мазутного, я на это пойду! Ради собственной дочери! Седоус! Где ты, маразматик старый! Ночная Гарпия только что утащила твоего внука! Седлай свой ковёр-вертолёт, собирай погоню!

* * *

Троиона потерянно опустила лапы. Под брюхом морская гладь рассекалась на две ровные дорожки брызг от невероятной скорости, а на глаза наворачивались здоровенные слёзы, ветер сдувал их и уносил куда-то вдаль.

— Драконов мой папик не любит, — сама себе под нос проворчала Троиона, и ещё раз всхлипнула. И про себя добавила: «Тогда я полечу туда, где уж наверняка любят драконов! Любых… Всех видов и мастей! Даже самых кошмарных и тошнотворных!»

Благо, дорогу к Всхлипингу Протяжённому Троиона ещё помнила, ведь именно там пришлось разыскивать Вёдора и вызволять с женитьбы… Но уж лучше дикие варвары с их политическими браками, чем папик, способный наговорить немыслимых гадостей при всех, да ещё и порывающийся убить.

Ледяной Джон в лапе опять что-то заревел. Ох уж этот Джон… Ведь увидит остров боевых викингов, подумает что-то на этот счёт, даст в мыслях зацепку, и привет папан! Ведь в раз вычислит! Раз папан заведует людскими праздниками и сновидениями, то может найти любой континент по Волшебному Глобусу, что в Ведомстве.

Усиленно зажимая Ледяному Джону глаза лапой, Троиона стремительно приближалась к острову, показавшемуся из-за горизонта. Прямо по курсу встал высоченный терем с высоченными дверями и деревянной драконьей головой в углу крыши. С грохотом врезавшись лбом в эти двери, Троиона влетела внутрь, хлопнулась на длинный праздничный стол и по инерции поехала по нему на брюхе, словно приземлившийся самолёт. Благо, от всяких закусок и деликотесов кто-то здесь всё уже очистил. Да и гостей, кому все эти закуски могли достаться по морде лица, вызвав праведный гнев, чего-то не наблюдалось.

Затормозила только у самого изголовья стола, опасливо приоткрыла один глаз и лицом к лицу столкнулась там с Чёрным-Чёрным Преподом, задумчиво ковыряющим мечом в тарелке с объедками.

Чёрный-Чёрный Препод вяло и медленно поднял заторможенный взгляд. А потом с ним начались метаморфозы. Сначала у Чёрного-Чёрного Препода отвисла челюсть, потом с дзыньком выпал сервировочный меч, а потом хлопнулся и он сам, прямо со стулом, потрясённо выдав:

— Это же Ночная Гарпия!

Поморщив кожаный нос, Троиона чуть привстала на лапах и аккуратно заглянула за край стола. Неужели, она превратилась во что-то настолько страшное, что даже Чёрный-Чёрный Препод, который, судя по всему, тоже оборотень-дракон, и, судя по всему, именно та самая Ночная Гарпия, грохнулся в обморок? Или, посчитав его драконом, Троиона ошиблась в выводах?

С этой мыслью, она села и принялась на передних лапах загибать пальцы и пересчитывать зацепки, бормоча версии себе под нос. Видела, как Вёдор вызвал Ночную Гарпию на церемонии вызова фамильяров, видела эту самую Гарпию когда Чёрный-Чёрный Препод выпал из окна, но ни разу не видела сам момент превращения. Хотя, Вёдор после всех этих событий стал ошиваться по всяким подозрительным местам.

Чёрный-Чёрный Препод, тем временем, вылез из-под стола, куда свалился, медленно вытащил из-под плаща чёрный-чёрный магический монокль, оторопело протёр его чёрной-чёрной салфеткой на чёрном-чёрном магическом спирту, и ещё раз посмотрел на Троиону, потом спрятал свою оптику и гостеприимно протянул раскрытую ладонь:

— Ну здравствуй, брат!

— Тамбовский волк тебе брат! — выругалась Троиона, ощутив досаду, что её больше не боятся.

И снова получился невнятный зверячий рёв, но, кажется, на этот раз её поняли.

— Ну-ну, не надо так! — по-дружески укорил Чёрный-Чёрный Препод, — Мы же сородичи! Я тоже дракон… Мрак Мазутный… М-да, дурацкое имечко, но не я выбирал… Для своих — Смолик… Для людей… Зубастик… Для учащихся Запретной Школы — Чёрный-Чёрный Препод… По-другому им, остолопам, не запомнить!

— Кого ты остолопом назвал! — взвилась Троиона.

— Так ты кто-то из моих пустоголовых учеников и есть? Тогда ясно, чего перекидываться не хочешь… Боишься, что узнаю!

— Где все? — выругалась Троиона, а потом медленно и членораздельно добавила: — Где. Все. Боевые. Викинги.

— Они пошли меня искать, — с каким-то сожалением вымолвил Чёрный-Чёрный Препод, а потом перешёл на повышенные тона: — Не надейся, что я забуду о заданном вопросе! Это только у вас в голове пусто, как в порожнем котле из-под зелий! Кто ты? отвечай! Сам перекинешься, или помочь?

Троиона всем телом отпрянула назад.

— И лучше бы тебе сказать, потому что назад, в Запретную Школу, тебя в таком виде не пустят! Особенно после того, как там прописался Бой-Кролик!

Троиона оттолкнулась лапами, съезжая на заду немного назад.

— Человечьи наследники монархов, вождей, представителей местного самоуправления целовали? — обходя Троиону вокруг, докапывался Чёрный-Чёрный Препод, — Отвечай! Если на тебе заклятье… — он провёл по гладкой чешуе Троионы пальцем, потом облизнул его, пытаясь что-то распробовать, — В смысле, снятое проклятье… То ты застрял в одной ипостаси, и кидать бесполезно! Не перекинешься, только все кости сломаешь! В общем, у меня есть от этого лекарство, хлебнёшь?

Чёрный-Чёрный Препод сунул руку под плащ и вытащил оттуда пробирку с серебристой жижей.

— Что это за пойло! — взвилась Троиона, — Не буду я это пить! — она смачно плюнула в пробирку, да вместо слюны с губ сорвался маленький синий шарик.

Чёрный-Чёрный Препод спешно отдёрнул руку, да вот только его пробирке повезло меньше, она разлетелась на мелкие кусочки, обрызгав всё вокруг серебристой субстанцией.

— Ну всё, теперь я злой! — Чёрный-Чёрный Препод одёрнул на себе свои чёрные одеяния, с силой сжал кулаки друг о друга, нахохлил плечи и прямо на глазах начал увеличиваться в размерах, меняя очертания.

Уже через секунду прямо перед Троионой предстал чёрный как ночь разъярённый дракон с оскаленными редкими зубами, будто их кто-то пытался посчитать. Этот дракон с яростью впился передними лапами в Троионины подмышки, загребая когтями набрал там побольше кожаных складок, вцепился в них со всей силы, после чего вздёрнул Троиону вверх, да так и замер:

— О, Ледяной Джон! — сказал Чёрный-Чёрный Препод, глядя куда-то вниз: — Ну точно ты из нашей Запретной Школы! Мне с такими талантами не преподом надо работать, а частным детективом! — он двумя коготками задней лапы подобрал за шкирку безжизненную тушку Ледяного Джона, принявшую человеческую форму, ловко перебросив назад, обвил хвостом, а потом угрожающе зашипел сквозь зубы: — Ну всё, молись студент, чтобы с тебя не было снято проклятье оборотня, потому что иначе будешь лежать в яме, пока все кости сами не срастутся! Заживляющего пойла я тебе не дам! Ты сам только что его укокошил!

С этими словами он с чувством швырнул Троиону о дубовый стол, и та почувствовала, как растеклась по нему эластичной лужицей, а потом собралась в вертикальный столбик и начала принимать новую форму.

— Сейчас узнаем, кто тут у нас! — с желчью цедил Чёрный-Чёрный Препод, обходя вокруг и плавно, вместе с Троионой, принимая снова человеческие очертания, взяв из исчезающего хвоста Ледяного Джона рукой и небрежно опуская его на пустующий стул. — О, да это же я! — С этим возгласом Чёрный-Чёрный Препод остановился напротив Троионы, озадаченно взялся пальцами за подбородок, потом вытащил из-под плаща артефакт обращения времени, взглянул на его циферблат: — Нет, похоже, не я… — он сделал вокруг Троионы ещё несколько шагов: — У меня есть брат-близнец? Или клон? Кто-то меня клонировал?

Троиона так и замерла от удивления, не зная, спалиться, или продолжать молчать: происходящее начинало интриговать. А чё, пусть ещё какую-нибудь версию толкнёт, самой интересно, что вообще такое произошло!

— Чорд! Чего же я мыслю-то категориями современного мира, — воскликнул Чёрный-Чёрный Препод, — здесь, в условном-то средневековье? Какие, нафиг, клоны? Нужна другая версия… — он снова сделал строгое лицо: — Может, ты выпил оборотного зелья? Ты вообще понимаешь, как только что поиздевался над растрёпанными чувствами старого одинокого дракона? Я уже было подумал, что у меня отыскался родич…

— Я… — замялась Троиона, вспоминая весь предшествующий скандал, странную реакцию Ледяного Джона, чужие подозрительные шмотки, а главное — папенькин ураган негодований. А ещё названные им имена: Мрак Мазутный, Смолик… Те самые, которыми сейчас Чёрный-Чёрный Препод представился! Кажется, всё начинало становиться на свои места, неотвеченным оставался только один вопрос: кто это так поиздевался, а главное — каким образом? Ведь для того, чтобы превратиться в другого человека, действительно нужно выпить оборотного пойла, а такое не сделаешь незаметно для себя… Да и само это пойло надо где-то добыть… Сварить его не просто, студент средней успеваемости с этим точно не справится…

— А может, это всё Ваши происки? — выпалила Троиона, ткнув пальцем в Чёрного-Чёрного Препода, — Вы же у нас по зельям!

— Кто бы ты ни был, ты понимаешь, что это очень серьёзное обвинение? — с готовностью выдал в ответ Чёрный-Чёрный Препод.

В этот момент скрипнула чудом оставшаяся в петлях входная дверь, впустив во мрак Зала Вождей слепящего дневного света.

— Уверен, это Троиона! — раздался со входа знакомый мальчишеский голос.

— Она прилетела к нам! — вторил другой. — Невероятно!

Услышав своё имя, Троиона повернулась в прыжке, уставившись на вновь вбежавших. Это были Вёдор и Дрон, прячущие руки за спинами.

— Привет… — растерянно выдал Дрон.

— Отлично выглядишь, — неуверенно добавил Вёдор.

— Вы издеваетесь? — взвилась Троиона. — С Джоном сговорились?

— Да ты сама посмотри! — хором выпалили друзья, расступились и достали из-за спин большой металлический лист: — Извини, нормального зеркала на весь остров не нашлось, но мы его всё утро натирали и полировали…

Они слаженными движениями, словно несколько раз отрепетировали это действо, привели лист в вертикальное положение. Забыв, что где-то за спиной остался разъярённый Чёрный-Чёрный Препод, и неподвижная тушка Ледяного Джона, Троиона медленно и опасливо подошла к зеркалу, заглянула в него и так и остолбенела. На неё из натёртого на славу металлического листа смотрел Чёрный-Чёрный Препод в лучшие годы своей жизни. Сердце сковала ностальгическая тоска по тем временам, когда папик ещё не успел утащить и ликвидировать находящееся в девичьей комнате зеркало. Троиона невольно начала поворачиваться, разглядывая свой новый облик со всех сторон, пригладила выбившуюся из причёски прядку, как делала это всегда.

— Ну что, нравится? — с предвкушением спросил Вёдор, — Ты ведь этого хотела?

Троиона медленно повернулась и уставилась на Вёдора, не зная, чего и сказать. Нет, какой осталоп! Думает, если девушка поведала ему о своих тайных мечтах, то значит, в буквальном смысле хочет их прямейшей и незамедлительной реализации!

— Да ты не представляешь, Вёдор, во что ты меня втравил! — вскипела Троиона, — Вместо того, чтобы проснуться в его постели с его документами, я просыпаюсь в своей, но с его телом и его одеждой! А тут мой папенька… Ты вообще представляешь, чего он себе вообразил!

— Я хотел поменять тебя и Препода телами, — встрял на этом месте Дрон, — Как знал, что это будет правильно… Но Вёдор настоял не отнимать у Чёрного-Чёрного Препода его тело, а сделать тебе его копию… И без травм, без болячек…

— Ах, ну да… — укоризненно хмыкнула Троиона, — Вёдор у нас, конечно, мудрейшая и правильнейшая голова!

— Вот и я считаю, что Вёдор принял не правильное решение! Как мы теперь их различать будем?

— Бантик повяжете! — вышел из мрака Зала Вождей Чёрный-Чёрный Препод.

— Предложившему! — тыкая в него пальцем, капризно взъелась Троиона.

— Э-э, нет, — философски потирая руки, словно мыл их под краном, возразил Чёрный-Чёрный Препод, — Бантики — девочкам! А мужчин будем украшать истинно мужскими украшениями – шрамами.

— Сам напросился! – Троиона выпустила когти и как следует проехалась ими по физии Чёрного-Чёрного Препода.

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль