6.

Вот так кончаются поэты –

Прозой.

Всегда одной и той же.

В двух словах

Увидел Якки злополучный остров,

Шлюпку спустил,

Готовился бежать.

Неслышной тенью вор пробрался к капитану,

Стянул ключи, бутылку доброго вина,

Но слишком чуток был прожжённый Джеффри-Сабля –

Рука прикрыла голенище сапога.

Ещё секунда – воздух взрезан свистом,

Бутылка разлетается, а страх

Хватает Якки за трепещущее горло

И заставляет, словно столб, стоять…

Подрагивает рукоять кинжала,

Пронзившего каюты дверь,

А Джеффри, приподнявшись на кровати,

С улыбкой изрекает: «Сто чертей!

Пират крадёт вино пирата!

Такого я не слышал никогда!

Ты знаешь, что бывает с крысой?

Ну, отвечай мне, матросня!»

«Я знаю», — бормотал невнятно Якки.

«А если знаешь, так зачем же…

А! – махнул рукой, — Вы все одно.

Эй! Слышите?! Повесить!

Под килем протащить!

Удобрим крысой дно…»

Якки пытался отбиваться,

Кому-то даже выбил глаз,

Но устоять против десятка

Отпетых молодцов не смог и наш буян.

Казалось, что до смерти шаг – не больше,

Казалось, что спасенье не придёт,

Но кто-то крикнул:

«Капитан! Я вижу остров!»

И Якки был забыт, сиречь, спасён.

Он времени терять не стал: он прыгнул

В манящую морскую глубину

И мощными рывками прочь от брига

Уверенно поплыл, смеясь во тьму.

Часть экипажа села в шлюпку Якки

И к острову направилась,

В друг грянул залп,

И то, что было шлюпкой,

Стало костром,

Могилой для солдат.

Кружили чайки над дымящейся трапезной,

Ошмётки тел поразбросало, унесло.

Трубку за трубкой курил бедняга Джеффри.

— Где чёртов Якки?

— Он повешен был, милорд…