9.

0.00
 
9.
Наконец-то, конец

Обитатели подземелий

 

Очередной труп шлёпнулся на пол, в сторону разлетелись комки свалявшейся пыли и обрывки истлевших тряпок. Мартль сжала руки, выставив большие пальцы вперёд, чтобы подцепить болт. Люциус уже целился в следующего.

— Щас… подойди поближе, красавчик… — приговаривал он. – Сколько ж вас там, сволочей, нычется… ближе, ближе… Та краш! – в последнюю секунду мертвяк пошатнулся, и болт вместо того, чтобы разнести его тупую башку, улетел куда-то в пыльную темноту.

— Я её уже не достану, — пробормотала девушка. – У тебя много ещё в запасе?

Мертвяки тихонько ползали по коридорам и залам, безо всякой определённой траектории. Раз в пять-десять минут один из них попадал в поле зрения стрелка. Но с последним мертвяком Люци возился минут двадцать, а следующий «пациент» так и не появился.

— Мне это уже надоело, — объявил орк, разделавшись с особо упорным зомби. – Придётся идти им навстречу.

Мартль перепугалась, но что поделаешь? Надо сжечь всех этих зомбяков, а потом бежать за орком, освещать ему путь, в случае чего лечить… нет, лечить лучше и не пытаться. Ну, хотя бы защитить и вытащить на поверхность. В случае чего. «Ах, какая романтика!», — томно прокудахтал внутренний голос. – «Работай давай!»

— Как дела? – жизнерадостно вопросил Райк, без стука врываясь в её размышления. – Чё-то ничего интересного. Где реки крови, горы трупов и прочие радости жизни? Ладно-ладно, можешь не отвечать. Я тебя на карте вижу. А ты не можешь поставить маркер на входе, а то что-то не хочется круги нарезать по поверхности, пока ты в коридоре блуждаешь.

Мартль кивнула и постаралась отрешиться от окружающего. В этот раз сложностей не возникло: она и так почти ничего не видела и не слышала. Только слабеющий светлячок шнырял по полу, высвечивая выступы и ямы в полу. Древний слой пыли, несмотря на старания мертвяков, оставался толстым и заглушал шаги.

— Чего задумалась? – спросил беловолосый орк.

— А? – спохватилась она. – Да нет, ничего. А что?

— Я спрашиваю, можешь поисковик сделать?

— Ну, ты объясни, что тебе нужно, — девушка сжала внезапно задрожавшие руки. – Я попробую!

— Ну, как вы это обычно делаете, — орк раздражённо передёрнул плечами. Он весь был на нервах. Люциус изо всех сил вглядывался и вслушивался в вязкую пыльную темноту, но ничего, кроме новых оттенков чёрного, не мог разобрать. И всё же это задание было самым последним, и если до сих пор он справлялся, то и теперь должен. С другой стороны, самое последнее задание всегда самое сложное. «Нет, это не конец», — оборвал он себя. – «В конце я убью его».

— Хочешь музычку послушать? – предложил Райне. Девушка отчаянно замотала головой. – Ну и правильно, — согласился орк. – Отвлекаться только. А хочешь, новость расскажу? Тут у нас, на поверхности, война намечается. Файке обвиняют Мюреллей в нападении на своего главного. Из Оршахана прислали патруль, на каждом углу по полицаю с радаром. Нас с пацанами даже выпускать не хотели, пришлось Тильмана вызывать. Ты бы видела, как он из себя строил! Я чуть не прослезился.

Люциус внезапно остановился и замер, задержав дыхание. Мартиша потрясла головой, чтобы выкинуть оттуда надоевшего братца. Она ничего не могла расслышать, так сильно стучала кровь в висках. И дыхание у неё такое шумное, а воздуха всё равно не хватало. Беловолосый орк медленно вытащил Краш Возмездия и поднял его повыше.

Мартль сжала кулаки и заставила светлячка загореться ярче. Ей даже удалось разделить его пополам. Два желтоватых огонька разлетелись к разным стенкам коридора, и в тот же миг между ними из темноты вышла чёрная фигура. И хотя ходячий мертвец усох так, что даже не вонял, он всё равно был ростом выше девушки.

— Хооосссс, — просипел мертвяк. Люциус отскочил назад и резко замахнулся на него. — Ххххоссс…

— Почему он разговаривает? – шёпотом спросила Мартль. Беловолосому отвечать было некогда, зато неожиданно вмешался Дитрих:

— Если он ещё способен говорить, значит, это был шаман. Если бы он хотел напасть, он начал бы кидать огненные шары, так что вам стоит выслушать его.

— Я не понимаю, что он говорит, — Мартль чуть не плакала. Мертвяк шёл медленно, но её ноги словно к полу прилипли. Ужас парализовал девушку, даже в голове внезапно стало пусто и просторно.

— Ну, он же древний орк, должен говорить на древнеорочьем, — степенно рассуждал Тиль. – Подожди, погромче сделаю. Не трясись, он уже остановился. Так… Ну, он просит его выслушать. Ответь ему что-нибудь. Хотя бы поклонись. Сложи руки и поклонись, не укусит.

— Ты что делаешь? – прошипел Люциус, схватив девушку за рукав. Она вырвала руку, крепко сжала ладони и согнулась в поклоне. Покойный шаман умолк, переваривая информацию. Через минуту его шипение раздалось снова. Преисполненный энтузиазма молодой маг взялся переводить. Зря, что ли, в самом деле, десять лет учил мёртвый язык.

— Люди снова пришли, он недоволен.

— Я не человек, — Мартль замотала головой. – Я – орк. Как это сказать?

— Ихь бин дер орк, — ответил Тиль. – Хотя я не думаю, что он поверит. Надо же. Хотя у него, наверно, глаза уже не работают. Так, он рад, что орки снова вернулись на свою землю. Он хочет, чтобы вы очистили осквернённый храм. Люди осквернили храм. Они проводили здесь свои обряды. Здесь полно мёртвых людей. Вы должны уничтожить всех людей, которые остались здесь.

— Яволь! – Мартиша снова поклонилась.

— Он говорит, что останется и будет ждать здесь. Может, кто-нибудь ещё придёт, — задумчиво добавил маг. – Кажется, Райне действительно собирался нагрянуть вместе со своими дружками. Правда, мне не показалось, что они очень уж торопятся. Но всё равно, надо его предупредить.

Люциус чуть заметно поклонился мертвяку и схватил Мартль за шиворот:

— О чём это вы трепетесь?

Девушка торопливо пересказала просьбу шамана.

— Убить всех человеков? Ха! – фыркнул орк. – А ты не можешь спросить у него, насколько опасны люди, которые бродят здесь?

Тило перевёл вопрос на орочий, и Мартин оставалось только повторять за ним. Выяснилось, что впереди их ждут и ходячие мертвецы, и ползуки, и маги-скелеты.

— Скелеты-гоблины – не проблема, — уверенно напутствовал Тило. – А орки-нежить примут вас за своих, если будете вежливо здороваться и кланяться. Хочешь, я вместе с Райне приду?

— Не стоит, — еле слышно шепнула девушка, отвернувшись к стене. – Ты же человек.

 

Дитрих и представить не мог, насколько всё просто. Достаточно научиться правильно терять сознание, и перед магом открываются почти бесконечные возможности. В древности подобные фокусы казались непостижимой магией избранных. Тило, давно и плотно подсев на компьютерные игры, самой большой проблемой счёл отсутствие справочной информации. Всё приходилось делать самому, даже кнопки придумывать. Здесь-то некрон и окопался. Теория о правильном порядке действия и обдумывания, невзирая на свою банальность, неожиданно подтвердилась.

«Что, сдулся, геймер длинношёрстный?» — прошелестел где-то далеко Кортум. – «Сейчас скину тебе карту готовую. Ты такую ещё лет десять собирать будешь, и всё равно напортачишь!»

«Благодарю, учитель», — вздохнул Тиль. – «А когда мы займёмся демоном?»

«Разумеется, в полночь. И переоденься во что-нибудь приличное. Чёрная мантия с капюшоном подойдёт. Всё-таки демона воплощать будем, а не грядки полоть».

«Надо смотаться домой за косметичкой», — подумал молодой маг.

 

По мнению Мартль, давным-давно настало время чем-нибудь подкрепиться.

Все эти ходячие мертвецы были отвратительны, при виде случайно попавшегося ползука она вообще заверещала так громко, что уши заложило, а после того, как они разделались с каким-то белёсым плеснеобразным слизняком размером со свинью, руки тряслись ещё долго. Омерзительные снаружи, внутри твари оказывались ещё гаже. Вываливающиеся внутренности, брызжущие в стороны жидкости, слизь, растекающаяся по каменным плитам скользкими лужицами, всё это должно было бы отбить аппетит у человека со столь расшатанными нервами. Но есть всё равно хотелось.

Гудели ноги, непривычные к таки долгим прогулкам, болели многочисленные ушибы. Больше всего пострадали руки. Мартиша использовала магический огонь так часто, что казалось, будто у неё внутри сплошные ожоги. Будущей некромантке не хватало ни опыта, ни умения, большая часть энергии уходила в выброс.

— Сейчас зачистим этот зал, и надо будет устроить привал, — Люци словно читал её мысли. – Устал я уже махаться.

Зал на первый взгляд ничем не отличался от двух соседних, но каждый, кто прошёл хотя бы две главы «Третьей Эпохи», должен был догадаться: среди n одинаковых помещений (пещер, нор, альковов) всегда есть один с потайной дверью, запертым сундуком, особо свирепым зверем, в общем, какой-то особой начинкой. А остальные, числом (n-1), построены исключительно для отвода глаз. И, хотя Мартль сомневалась, что древние строители вообще заморачивались на такие вещи, на душе было неспокойно.

— Ну чё, — торопил орк, — запускаем туда свет?

— Подожди, — Мартиша сунула руку в карман и достала пачку свитков. Большинство составляли бесполезные чистящие заклинания, но кое-что могло пригодиться. Например, Свечение Души: обычно с его помощью определяли местонахождение насекомых и мелких животных, чтобы потом удобнее уничтожать было. Острая игольчатая печать прошла сквозь кожу и впитала несколько капель крови. Светящаяся пыль разлетелась во все стороны. Люциус чихнул и смахнул прозрачные крупинки с лица.

— Но ведь мертвяков так вычислить нельзя? – уточнил он.

— Нет, но здесь и живых хватает.

Девушка на всякий случай заглянула в уже зачищенные залы. Хорошо ещё, там никого не осталось. Но впереди, в вихре светящихся пылинок вырисовывалось что-то действительно огромное, и наёмнику даже думать не хотелось, что же это такое. Из угла бросились сразу два ползука. Крупные, высотой около полутора метров, они резво перемещались на шести ногах, выставив вперёд две массивные клешни. Завидев людей, монстры вскинули относительно маленькие головы, защёлкали челюстями и глухо зашипели.

Издав боевой вопль перепуганной кошки, Мартиша швырнула в одного огненный шар и бросилась бежать со всех ног. Люциус не стал корчить из себя героя и потрусил следом. Рано или поздно один ползук догорит, и тогда можно будет доставать краш и крошить второго.

— Уже трое, — обернувшись, крикнула Мартль.

— Я заметил, — пропыхтел Люци. – Второй шар ты в него захреначить не сможешь?

— Не сейчас, мне надо стоять.

— Ну так встань!

— Они же догонят! – взвизгнула магичка. – Они же меня съедят!

— Они тебя и так догонят, — рассудил орк. И оказался прав. Он-то мог бежать и быстрее, и дольше, а девчонка совсем выдохлась. Она налетела на стену, не вписавшись в поворот, еле успела выставить перед собой руки. Холодный камень обжёг пылающую кожу, мана, накопленная в земле за сотни лет, хлынула в опустошённое тело. Мартль заскулила сквозь зубы, медленно развернулась и швырнула всё, что удалось захватить, в приближающихся тварей.

Наёмник бросился на пол. Огненный шторм с рёвом пронёсся над ним. Ползуки скорчились, почернели и грохнулись на пол, подрыгивая дымящимися конечностями.

— А второй раз ты так сможешь? – спросил Люциус, вскакивая на ноги.

— Не-е-е, — простонала Мартль. – Не сегодня!

— Сможешь-сможешь, — поощрил Кортум. – Вот как надо вас учить, ты смотришь, пудель? А то шко-ола, акаде-емия… тьфу! Жить захочешь – и не таки фокусы освоишь.

— Ну да, ну да, — голос Тило подразумевал сомнение. – Моя помощь точно не требуется?

— Ещё как требуется, — прикрикнул некромант. – Иди давай, ондатр печального образа, дебилам корм задать надо и лоток почистить. Это тем, которых один твой лопоухий друг дрессировать должен, — милостиво разъяснил магистр. – Кстати, береги этого альбиноса, он мне ещё очень и очень пригодится.

 

Райнхард вёл свой отряд, следуя меткам на карте. Уверенность, с которой он ориентировался в совершенно незнакомом и очень тёмном месте, вызывала много вопросов, но самозваный капитан отмахивался и обещал объяснить всё как-нибудь в другой раз. Рупрехт знал своего братца уже восемнадцать лет и привык к подобному поведению. Диега сильно нервничал, принюхивался и вертел головой во все стороны. Хайке пытался подбодрить себя пивом, но пиво кончилось быстро, а подземный ход продолжался.

В свете факела внезапно показались три аккуратные кучки пепла.

— Здесь кто-то был совсем недавно, — заметил Диега.

— Да, и даже зачистил коридор, — согласился Рупи. – Райне, а мы сейчас идём кому-то на помощь или наоборот, преследуем?

— Ну, сначала надо помочь, а потом арестовать, — развёл руками капитан Шеер. – В общем, ничего сложного. А где Гросс?

— Тут, — отозвался толстяк откуда-то из темноты. – Мне отлить надо.

— Тебе пить меньше надо, — огрызнулся черноглазый орк с альвейскими корнями. – Ванну тебе принять не надо?

— Заткнитесь, — шикнул Райк. – Кто-то идёт.

Кто-то огромный выполз из бокового прохода и встал перед разом побелевшим Диегой. Орк шмыгнул носом и приготовился защищаться до последнего. Глава экспедиции тут же вылез вперёд и зарычал что-то на своей версии орочьего языка. Как ни странно, его речь была воспринята благосклонно. Здоровенный мертвяк, увешанный камнями, цепями и лоскутками полысевшего меха, прорычал в ответ длинную прочувствованную тираду и отступил вглубь коридора.

Райк вытер пот со лба, жестом приказал остальным уходить и приложился к фляжке. В отличие от тупого толстяка, находчивый Шеер запасся зелёным чаем с повышенным содержанием кофеина.

— Я так понял, ты сказал, что мы – орки, и он поверил — сказал Рупрехт, когда капитан вновь возглавил поход. – Он чё, слепой?

— У него глаза сгнили сто лет назад, небось, — фыркнул братец орк. – Ему что угодно можно сказать.

— А уши, значит, остались?

 

— А нам точно надо туда идти? – Мартль потёрла виски, потом шею, руки. Словно хотела смыть с себя что-то. У неё действительно жгло всё, что только могло, но не снаружи, а внутри, там, где снова и снова пробегали магические разряды. Чесать бесполезно, только кожу раздерёшь. Впереди, в какой-то сотне шагов, под тонким слоем светящейся пыли вырисовывалось самое огромное чудовище, которое девушке когда-либо приходилось видеть. Хотя, если подумать, до сих пор встречные монстры разнообразием форм и размеров не поражали.

Пора было дать волю фантазии, напрячь скудную память и привлечь зачатки логического мышления. На худой конец сгодится ассоциативное, главное – распознать, что же это такое огромное и неподвижное. Мартль уже совсем, совсем не хотелось ввязываться в драку. Люциус мысленно сравнил свои семьдесят килограмм с несколькими тоннами не то жира, не то мяса, и тоже приготовился отказаться от политики тотального геноцида. В конце концов, им велели перебить всех людей, а не непонятных чудовищ. Не может же человек выглядеть как гигантская гусеница с клешнями.

— Вспомнила! – вскрикнула девушка. И тут же зажала рот руками.

— Нет, — простонал орк. – Не может быть! В «Третьей Эпохе», первая часть.

— Ага, королева ползуков, — кивнула магичка.

— Не очень похоже, но сходство есть. Там она ползать не могла, — рассудил наёмник – Да и сейчас никуда не торопится. Смысл нам её убивать?

Мартль горячо поддержала эту проникнутую истинным гуманизмом мысль.

 

Некроманты – свои и чужие

 

Ученица некроманта сдала пост наёмнику и попыталась заснуть. Её беспокоило долгое отсутствие названного брата. Казалось, они с наёмником теряют слишком много времени на догонялки с ползуками и захоронение мёртвых стражников и мародёров. Где же вся эта весёлая компания незваных помощников? И что будет, если они заявятся, пока она будет спать?

Вспышка, сопровождающая маячковую телепортацию (то есть с использованием предмета-маячка, очень энергозатратный способ), была бы незаметна днём. В поле, и желательно летом. Но даже в городе никто бы не отреагировал: мало ли, очередной выброс энергии. В свет ушло, и ладно, не в звук ведь и не в тепло. Но в тёмном подземелье, где оттенки серого, бурого и чёрного преобладали, а жалкий светлячок норовил забиться в угол и освещать какой-нибудь червеход, появление нового действующего лица эффектно, как световая граната.

— Кто здесь? – крикнул орк, на всякий случай подняв оружие. Мартиша на секунду испугалась, что к ним заявился Тиль, и только потом поняла, что не стал бы он пропускать такой крутой некромантский ритуал ради того, чтобы охранять их мирный сон.

— Здравствуй, здравствуй, Люциус — забормотал маг. Он тоже ничего не видел, да и слышал плоховато, поэтому бормотал громко. Девушка поняла, что второго шанса не будет, и, погасив светлячок, приготовилась бежать.

Раздался громкий хруст, треск, невообразимый горловой рык, и вся эта симфония ночных подземелий завершилась падением обмякшего тела на пол. Кто-то чиркнул спичкой, и красноватое пламя осветило место преступления.

— Я крут, — довольный, как обожравшийся кот, Райнхард поставил ногу на тело поверженного противника. – Да я просто форпост борьбы с мировым злом! Второй некромант на моём счету!

Беловолосый опустил краш и глубоко вздохнул.

— Это я должен был убить его, капитан Шеер.

— Ну, кто не успел, тот, извиняюсь, опоздал! – назидательно произнёс лопоухий капитан. Немного растерянный отряд поддержал своего главаря смешками. Мартиша подбежала к Райку и встала рядом, задрав голову и стиснув руки от избытка чувств:

— Слушай, вы там ползучью королеву не убивали?

— Нет, — удивлённо ответил орк. – А что, она там где- то была?

— Забей, это не по пути, — девушка махнула рукой. – А чего ты его так сходу… как ты вообще… зажмурился, что ли?

— Нет, наугад рубил, — рассмеялся Райне. – На слух. Так, Люцик, мальчик мой, ты арестован. Тебя ждёт уютный карцер в родовой башне моего почтенного нанимателя. Меня, соответственно, ждёт полновесный мешочек кругляшек из благородного металла. Впрочем, ты всегда можешь назвать свою цену.

Люциус всё ещё изучал своего бывшего хозяина.

— Сжечь его, что ли? – подал голос Диега. – Или пусть остаётся здесь как экспонат?

— Прихватим с собой, — решил капитан. – Рупи, доставай мешки. Мартиша, собирай манатки, мы валим отсюда ко всем чертям. Люцик, не стой, как неродной, я ведь и связать могу. Оружие можешь не сдавать, но тогда иди первым. Так, на всякий случай. Хотя я уже почти рассчитывал на спасибо.

— Ты не представляешь, как он меня достал, — с омерзением в голосе поведал освобождённый орк. – Как я мечтал открутить ему голову!

— А что, — спохватилась Мартль, — очищать храм и всё такое мы уже не будем?

Орки задумались. Илиар слушал музыку и не особенно вникал в происходящее. В остальных боролись лень, голод, усталость, чувство долга и некоторая амбициозность. Но они были молоды, и чувство долга победило:

— Хрен с вами, — тяжело вздохнул Райне. – Отложим торжественный банкет на послезавтра. Что, собственно, надо сделать?

— Уничтожить всех людей, которые здесь были.

— А мы этого ещё не сделали? – вскинулся Люциус.

— Да, а на той стороне? – Мартль показала в сторону невидимого провала. – Тут есть мост, на нём мы одного уже сбили, значит, и дальше должны быть.

— Наконец-то! – потёр руки Диега. – А я уж думал, у нас пробежка по пересечённой местности.

— Хайке, ты будешь охранять пленных, — распорядился капитан.

— Да пожалуйста, — отмахнулся Люциус и принялся снова расстилать спальник. Гросс тоже не возражал. Мартль умоляюще посмотрела на Райка, но ей подобных приказов не поступало. «Правильно», — согласился внутренний голос, — «Это ведь ты подписалась очищать святые места от нечестивых, вот и очищай!»

 

Погребальный огонь пожрал тела ещё тридцати с лишним людей, и орки (и один илиар) сочли свою миссию выполненной. В порыве чувств Райк даже поставил на место опрокинутые статуи, которые ещё можно было поставить, и прочитал коротенькую молитву на орочьем языке. Он щедро сдабривал священные тексты хоринисским акцентом, который подразумевает раскатистое «ррр» даже в тех местах, в которых эльфы и орки произносят нечто картавое.

И тут появились они.

Когда в полу открываются десять люков, и оттуда разом выползают десять платформ, на которых застыли в боевых стойках шаманы с боевыми посохами, ничего хорошего ждать не приходится. Райнхард, Диега, Рупрехт и Мартль сгрудились возле разбитого алтаря и приготовились к обороне, хотя и не понимали, в честь чего их собираются убить. Оставалось надеяться, что враг озвучит свои претензии и, может быть, дело даже разрешится миром.

— Подлые людишки, — зашипел самый здоровый. На нём столько бус, браслетов и прочей позвякивающей дребедени, что расслышать за этим звоном слова непросто. Райнхард уставился на говорящего в упор и нахмурил лоб, словно это помогло бы ему читать по губам.

— Мы – орки! – возразил он. – Ну и один илиар, но он наш.

— Вы – жалкие потомки тех, кто когда-то пытался обмануть нас, — говорящий мертвец изобразил зловещий хохот. Получилось действительно зловеще. – Неужели вы думали, что мы попадёмся на ваши примитивные уловки?

— Мы сделали, что вы просили, — возразил капитан Шеер.

— Да-а-а… — протянул полусгнивший оратор, оглядываясь на свою группу поддержки. – Люди всегда были такими. Они готовы убивать друг друга, пожирать мясо своих братьев, отрывать головы собственным детям… и их дети учатся поступать также. Эти юнцы, отрекающиеся от своей крови, как они ничтожны! Я презираю вас! Я не позволю позорить имя орка по вашей прихоти! Орки никогда не отрекаются от своих отцов!

— Конечно, — рявкнул Райк, перекрикивая раздражающее дзиньканье и звяканье. – Сложно отречься от отца, когда его нет! Сложно выказать неуважение родителям, которые бросают детей на пороге чужого дома и уходят в поход, из которого больше не возвращаются! Что же удивляться, если потом по всему острову полукровки бегают?

— Где он такого набрался? – удивился Диега.

— В «Третьей Эпохе – 4», — шёпотом объяснил Рупи. – Как раз предисловие.

— Ты говоришь, что во мне только человеческая кровь, так докажи это! – продолжал храбриться капитан.

— Райне! – Мартль в ужасе спрятала лицо в ладонях.

Нет, не время скулить, одёрнула она себя. Тут кругом камень, из него можно выжать довольно много маны. Правда, этих ребят десять, и у них посохи, которые действуют всяко эффективнее, чем маг-недоучка. Да какое там недоучка, она почти и не начинала! Но нельзя же просто так стоять, так и свихнуться можно. Надо что-то делать, что-то придумать, как-то убить время, пока огненный шар не прилетел прямо в лицо.

— Сразись со мной, один на один! – Райк сделал шаг вперёд.

— Ты глуп, человеческий детёныш, — проскрежетал шаман. – Нам не нужны новые доказательства. Ты выглядишь, как человек, действуешь, как человек и, значит, ты человек. Людям здесь не место. Люди должны умереть.

— Ложись! – взвыл Рупи, бросаясь куда-то в сторону. Мартль почему-то подпрыгнула, хотя собиралась пригнуться, и бросилась вперёд, прямо между двумя огненными шарами. Всех остальных ослепило яркое пламя, и ей удалось подбежать к уцелевшей статуе и спрятаться за ней. Одной рукой девушка вцепилась в каменный выступ, вторую сложила в виде пистолетика и направила на ближайшего шамана. Мартиша успела швырнуть в него подряд три шара. Возможно, он всё-таки сгорел, но этого она уже не видела.

Физический предел всё же существует, и магичка приблизилась к нему вплотную. От боли руки сводило судорогой, она больше не могла ни прицелиться, ни сосредоточиться. В статую, за которой она пряталась, ударили сразу два шара, и камень мгновенно впитал ману. «Ею можно было бы воспользоваться, не будь ты такой размазнёй», — напомнил внутренний голос. Толку от его напоминаний!

Мартль выглянула посмотреть, что там происходит. Противников стало меньше, одного подпалила она, другого забили Диега и Райне. Рупи пытался отобрать посох у третьего, просто повис на нём и болтался, как бельё на верёвке. Девушка подобрала оружие ближайшего упокоенного и помчалась на подмогу. Тактика Рупи себя оправдала, но так удачно повиснуть ещё надо умудриться. Мертвяки медлительны, но любое, даже случайное попадание грозило смертью.

Новая вспышка, куда более яркая, сопровождалась таким выбросом тепла и звука, что местами оплавились металлические украшения, а с потолка что-то посыпалось. Тило возник посреди хаоса и, мысленно вздохнул, принялся наводить порядок. Орков в один угол, шаманов – в другой. Закончив с уборкой, молодой маг подпалил стопку шевелящихся трупов и демонстративно вытер руки влажной салфеткой.

— Привет, — Райнхард, как ни в чём не бывало, подошёл и ткнул Тило в плечо. – Ты чё здесь делаешь?

— Тебя спасаю, как всегда, — без тени юмора ответил новый ученик некроманта. – Представишь меня своим друзьям?

— Весь подвиг мне испортил, — наигранно всплакнул ушастый. – Э, парни!

Все остальные смотрели на Тиля с неподдельным восхищением. Их не смущали его ритуальное облачение, броский макияж и блестящие от лака волосы, и правильно, всё это великолепие призвано было шокировать исключительно ВБА. Рупрехт заподозрил в балахонистой мантии что-то общее с илиарским традиционным облачением. Диега, правда, выразил недоумение:

— Вы мне не объясните, капитан, каким принципом руководствуетесь для оценки магов? В смысле, кого лупить по башке сразу, а кого погодя?

Тило вскинул бровь и обернулся к напарнику.

— Тут, пока тебя не было, я ещё одного некроманта ущучил, — похвалился Райне. – Вообще, магия ваша – это всё фигня. Тяжёлым тупым предметом можно забить кого угодно. Особенно, если он не следит за тылами. Так что сразу совет: чаще оборачивайся. А чё это ты в таком непотребном виде?

— Вообще-то у нас там ритуал проходит, — Тиль потёр руки, будто мыл их без мыла. Мартиша узнала этот жест, в ней зашевелилось виноватое сочувствие. А она уже почти решила, что разбираться с озлобленными шаманами так просто. Что же ему, бедняге, приходится испытывать, если даже его терпение на исходе? По лицу не скажешь, но воображение девушки мгновенно преобразило бесстрастное лицо мага в маску мученика. Это несложно, если мученик заранее нарисовал на нём чуть треснувшую посмертную маску с чёрными кругами вокруг глаз. Ему даже шло.

Голос Дитриха оставался спокойным, холодным и высоким. Он поведал, что товарищ Кортум уже заждался, добывать легендарный меч не представляется магистру Тёмной Лиги таким уж необходимым, и что собственные ресурсы Тиль исчерпал только что полностью. Райк заикнулся было о связи, которая должна бы подпитывать гаснущие силы начинающего некроманта, но тот покачал головой и повторил:

— Сейчас идёт ритуал.

— Значит, уже полночь? – переспросила Мартль.

— Что за ритуал? – меланхолично поинтересовался Рупи. Он вспомнил, где именно видел этого мага. Вывод напрашивался сам собой: неизвестным науке способом младший братец укротил того, кто был рождён помыкать и править, и теперь нагло им пользуется. Беспрецедентный случай, но чего ещё ждать от Райнхарда? Ему дай волю, он и законы физики нарушать начнёт. Кто такая девчонка, он даже не спрашивал.

— А когда нам заплатят? – Диега всегда оставался меркантильным реалистом. Его не беспокоили сословные условности, ему требовалось чистое, нетронутое магическим налётом, золото.

— Пошли на выход, — скомандовал капитан. – Надо захватить пленных и убитых.

 

Встреча с демоном

 

— Что столпились? – неприветливо буркнул магистр. – Собрались, как стервятники на пепелище. Руки хоть помыли? Натопчут сейчас, нанесут всякой заразы, надышат, напотеют, хоть бери вас сейчас и кипяти в стерилизаторе. Чё припёрлись, иначе говоря? Вас кто звал?

— Вы хотели видеть вот этого орка, — Тило легонько шевельнул пальцами. Беловолосый, оторвавшись от пола, подплыл к старику в инвалидной коляске и завис в двух шагах от него, едва не задевая головой низкий потолок. – Знакомьтесь, Люциус Вайс.

— Вижу, — согласился Кортум. – Крашеный? Или будешь утверждать, что это твой натуральный цвет? Ладно, что поделать, где теперь взять парня, чья косметичка весит меньше, чем у его девушки?

Перед ним стояли четыре орка (и один илиар), у которых не водилось ни девушек, ни косметичек, но возражений не последовало. Молодой маг делал вид, что намёков не понимает.

— Все – в душ, — приказал некромант. – И только потом – в приёмную.

— А труп? – Райк пнул большой чёрный пакет, стоящий рядом с ним.

— Оттащи в холодильник, потом разберусь. И сразу в душ! Так, пекинес прямоходящий, ты показываешь гостям, где тут удобства. Недоросль пусть ещё и переоденется. И чтоб через полчаса все стояли у меня в приёмной по стойке смирно!

 

— Добрый он у вас, — сказал Люциус, выходя из душевой кабинки. Райк покивал.

— Только жадный.

— Мой бы никогда не дал помыться, — он взял с крючка сухое полотенце и принялся вытирать длинный белый хвост. – Кстати, у нас в семье такие волосы по мужской линии передаются.

— Это эльфийский ген, — сообщил Рупи. – Вот у нас на острове чётко выражена орочья наследственность. Посмотри на Райне – вот типичное лицо. Старший наш почти такой же, но помельче. А я вот в дедушку.

— А мне вот говорят, что я с альвейской примесью, — сказал Диега. – Но на самом деле у меня прабабка из Гицдзаня, там когда-то гоблы с гоулями жили. А так все с острова. Просто не повезло, вылезло что-то гоульское.

— Вот орки меня за своего не приняли, — вздохнул Райк, пытаясь рассмотреть в маленьком зеркальце почти орочий профиль. – Не, как ни крути, а человеческого в нас девяносто девять процентов, не меньше.

— Обидно, — поддержал брата илиар. – Проклятые гены оказываются важнее убеждений и желаний.

— Возможно, наши убеждения и желания обусловлены именно этими генами, — рассудил Люци. – Были бы мы орками на пятьдесят процентов – что тогда?

— А тебя предки искать не будут? – спросил Диега. Пришлось рассказать ему печальную историю «персонального» орка, и все хоринисцы дружно согласились, что им повезло не только с нанимателем, но и с городскими магами.

«Если Кортум действительно решит захватить мир», — подумал Райк, — «надо будет оставить Хориниса на его месте. Хороший мужик».

 

Приёмную магистр использовал редко. Тило пришлось на скорую руку приводить в порядок унылое пропылённое помещение, но с тем же успехом мог бы и не убираться. Страсть к чистоте неожиданно оставила величайшего некроманта всех времён и народов. Он стащил из кухни остатки вчерашнего пирога, поэтому пол вокруг его кресла был усыпан крошками.

— Ну куда тебя понесло? — выговаривал старик, разъезжая от окна к двери и обратно, как будто решил одним пирогом загадить весь пол. — Детские комплексы, знаешь ли, надо перебарывать. Котики, орки — это всё, конечно, замечательно, но если ты будешь и дальше срываться с места во время серьёзного ритуала и мчаться на помощь, как супергерой с пушечным ядром в заднице, успеха не добьёшься. Посади уж тогда своего любимого Райне на цепь, то есть за комп, и пусть из дома выходит только под твоим присмотром. Ведь ты подумай: если ты будешь его постоянно вытаскивать, он же привыкнет! Он же сам ничему не научится, будет полагаться только на тебя! А ну как ты не успеешь?

Дитрих сжимал зубы в борьбе с длинным монологом, который просто сам с языка рвался.

Гвоздь программы лежал в коляске, глядя в потолок младенческими голубыми глазами. Отряд капитана Шеера вместе с военнопленным выстроился вдоль стены, уступив единственный стул, очень жёсткий и расшатанный, присутствующей даме. Мартль попыталась избежать этой чести, но места возле стены не осталось, а место в дверях занял маг.

— Что стоишь? – прошамкал Кортум. – Подойди, полюбуйся. Всё-таки часть твоей души, можно сказать. Этакая раковая опухоль, получившая возможность развиваться самостоятельно.

Девушка подошла к коляске и заглянула внутрь.

— А как же то тело, которое вы нам показывали? – не удержавшись, спросила она. И уставилась на переносицу учителя, хотя внутри неё всё трепетало при одной мысли о собственной дерзости. – Оно же было уже взрослое! А этот младенец пока вырастет…

— Вот же молодёжь, — магистр стряхнул крошки с колен и вытер руки о подол мантии. – Всё вам не терпится, всё надо сейчас и сразу. Никакой выдержки. Где люди, готовые положить годы на алтарь науки? Нет, эти ничтожные личности ищут сиюминутной выгоды. Они не способны к длительному планированию!

Излив печаль, он с нежностью посмотрел на бессмысленно хлопающего глазами демона. Всё-таки это был не настоящий ребёнок. Он ещё ни разу не издал ни звука, не куксился, не пытался пошевелиться. Этой «душевной опухоли» требовалось время, чтобы привыкнуть к своему новому положению и получить полный контроль над телом.

 

Монолог Кортума-3

 

— Да, было бы логичнее создать демона сразу взрослым, — начал Кортум, не обращая внимания на слушателей, которые валились с ног от усталости. – Но эксперименты на десятке дебилов показали, что при внедрении посторонней души во взрослое тело возникают серьёзные проблемы. Я пока не нашёл способа переписывать память. Невозможно адаптировать чужие воспоминания, даже если речь идёт о простейших вещах. Каждый мозг настолько уникален, что процессы, протекающие в нём, невозможно воспроизвести в каком-то другом. Есть, конечно, общие принципы, но память и мышление должны развиваться самостоятельно. Переписать не получится, повторяю. Придётся воспитывать демона, как мамаши воспитывают младенцев.

Наш бравый капитан Лопоух до сих пор отбрыкивается от почётной обязанности по воспитанию десяти дебилов, и я его в чём-то даже понимаю. Никто не хочет кормить с ложечки дылду с себя ростом. Чтобы хоть кто-нибудь согласился воспитать моего демона, пришлось придать ему наиболее привлекательный облик. Как вы успели убедиться, это человеческий младенец, причём здоровый, без малейших отклонений, мечта любой мамаши. Оставалось только найти эту счастливицу и вручить ей главный приз.

Не полагаясь на вас, поскольку все вы – продукты современного воспитания, я бы сказал, отбросы мировой эволюции и шлак человеческой расы, я уже выбрал три кандидатуры. Все трое – магички, и это правильно, потому что для демона я выбрал гены двух магов. Наиболее подходящим телом для демона является то, в котором он зародился, но в данном случае я вижу несколько изъянов. Во-первых, отягощённая наследственность. Во-вторых, пагубное влияние привычек, окружающей среды и различных травм. В-третьих, и, честно говоря, это главная причина, это женское тело. Поэтому я взял половину генов у Мартиши, чтобы создать благоприятные условия для переселения демона в тело, а вторую половину пришлось добавить мужскую. Подчистил кое-что по мелочам, чтобы избежать дурной наследственности, это само собой.

В общем, демон должен расти в семье магов. Я выбрал три семьи, и каждая имеет свои плюсы и минусы.

— Извиняюсь, а как ты собираешься им этого младенца впарить? – вежливо осведомился капитан Шеер. – У них своих полно.

— Очень просто, вы подмените того, который там уже есть.

— А куда его, второго, девать? В ведре топить – я не согласен.

— А его подбросить в семью ботов, разумеется, — раздражённо фыркнул Кортум. – И добавить денег. Никто не откажется. Просто скажите, что если они возьмут ребёнка, получат триста голдов, а если не возьмут или попробуют избавиться, умрут страшной смертью в самый неожиданный момент. Вот же кровожадный зверь, меньше надо в ваши эти самые стрелялки играть. Всё бы тебе топить да вешать. Магов убивать нельзя! Во всяком случае, пока они маленькие и безвредные.

Слушайте дальше, и чем больше вы будете меня перебивать, тем позже я вас отпущу.

— Тогда можно сразу вопрос? – Диега поднял руку. – Вот вы говорили, что взяли гены у двух магов. А чьи ещё вы использовали? Не то, чтобы мне это было важно, — тут же поправился орк, — просто интересно.

Старый некромант уничижающее посмотрел на смуглолицего наёмника:

— Что за глупые вопросы? Ты что, бабка-сплетница? Итак, о трёх кандидатках. Первая – мамаша Леманн. Ты, породистый, ты там как, не подавился? А жаль, я надеялся тебя поразить.

— Да я знал, что они собираются ещё ребёнка заводить, — пожал плечами Дитрих. – Кстати, если в демоне случайно оказалась моя составляющая, я бы посоветовал остановиться именно на этом варианте. Фамильное сходство, знаете ли. Будет кстати.

— Есть ещё третья жена лорда Винзбор, — продолжил магистр, чуть повысив голос. – У этого идиота уже третья жена, а наследника нет. Если так пойдёт и дальше, он возьмёт четвёртую, которая, надеюсь, догадается забеременеть от какого-нибудь троюродного кузена, иначе последует номер пять.

— Тоже неплохо, — поддержал Райк. – А вы думаете, он не заметит, что ребёночек слишком внезапно появился? А как же девять месяцев и всё такое?

— В стазисе подержать, а симулировать беременность несложно, — предположил Дитрих.

— Ты пробовал, что ли? – огрызнулся орк.

— Вариант номер три – жена мелкотравчатого чиновника по фамилии Локк.

— Не, мелкотравчатый не подойдёт, — Райне решительно отмёл недостойного кандидата. – Наш демон…

— Мой демон, — возмущённо поправил Кортум. – Ты тут вообще не при делах!

— Достоин большего.

— С этим я согласен. В итоге я выбрал Леманнов. Тем более, что вам проще будет осуществить мой план на уже знакомой территории.

— То есть завоевание мира откладывается? – Мартль выглядела разочарованной. Столько мучились, а в результате вместо могучего и неубиваемого демона лупоглазый детёныш сомнительного происхождения.

— Нет, конечно, — отмахнулся Кортум. – Я прибегаю к традиционным методам. Вчера вечером случилась небольшая заварушка на заседании Совета, и теперь десять разных локаций объявили о независимости. Грядёт время Смуты и Беспорядков. Кроме того, под ногами постоянно путаются конкуренты. Ладно, Иеронимус – я сам его выучил на свою голову. Но тот, которого вы притащили, до недавнего времени считался законопослушным провинциалом. Сейчас эта шваль попрёт из всех щелей, только успевай давить. Так что мой совет: вернётесь домой, предупредите родителей, пусть скупают соль, спички и макароны. Я объявляю начало Новейшей Эпохи!

И в этом месте должен был прозвучать гром среди ясного неба, а лучше – гонг, созывающий измученных наёмников за пиршественный стол. Пусть бы демон голос подал, на худой конец, а то лежит себе и моргает, как рыба. Но мир остался равнодушен к заявлению своего будущего повелителя, и заполнять тишину пришлось слушателям. Они выпрямились, как ученики на линейке, и дружно зааплодировали.

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль