5

0.00
 
5
Райне упрям

Домашние ссоры

 

Провалявшись в постели почти до полуночи, маг с внезапным энтузиазмом схватился за учебник по теории магии. Только поэтому он вообще смог сдать следующим утром зачёт. Потом пришлось бежать на кафедру городского управления, чтобы сдать реферат – предмет для заклинателей непрофильный, так что преподаватель сам предпочёл упростить процедуру сдачи. Потом длинная очередь на защите курсовых по Закону Магии. Зануда женского пола, в очках и строгом деловом костюме, выслушивала каждого и задавала по три-четыре вопроса. Выдержка мага-юриста поражала. Шёл уже шестой час, а она всё ещё понимала, о чём говорят студенты.

 

Вернувшись домой, Тило почувствовал, будто внезапно оглох. Он хлопнул дверью, протопал по лестнице, нарочито тяжело наступая на ступеньки, но это не помогло избавиться от навязчивой удушающей тишины. Маг заглянул во все комнаты, спустился в кухню. Мартль сидела за столом, опустив голову на руки, в окружении учебников и тетрадей.

— Спишь?

— Неа, — она приподняла голову и подпёрла подбородок руками.

— А что есть поесть? – Тило направился было к холодильнику, но слова девушки остановили его:

— Да ничего у нас нет! – сердито воскликнула она. – Ты что-нибудь приготовил, чтобы оно было?

— Я думал, ты приготовишь, — маг взял привычный отстранёно-вежливый тон. – Ты ведь дома сидишь.

— Само собой! – Мартль хлопнула ладонями по столу. – Я целыми днями сижу дома! У меня нет никаких грёбаных уроков, никаких грёбаных контрольных, в школу ходить вообще не надо…

— Потише, пожалуйста, — поморщился парень.

— Что, ни слова сказать нельзя, да? Я только и должна, что всё мыть и готовить, да?! У меня своих дел нет, да?!

— Да в чём дело? Если у тебя не было времени, надо было так и сказать.

— Как это – у меня не было времени? – издевательски шипела девушка, терзая подвернувшуюся под руку ложку. «Кажется, одной ложкой скоро станет меньше», — отметил про себя маг.

— Да у меня уйма времени, — Мартль швырнула остатки ложки в Тиля и, к своему глубокому сожалению, не попала. Дитрих лёгким движением двух пальцев отправил мусор на полагающееся место – в ведро.

— Мне же не надо ни спать, ни есть, — девушка принялась за салфетки. Она методично разрывала их на мелкие кусочки, не сознавая, что делает. Ей нужно было высказать, наконец, всё, о чём она молчала всё последнее время. А также предпоследнее, и до того, и вообще всю сознательную жизнь. – Училки воображают, что я прям ни хрена не делаю, так что мне не сложно сделать всю их грёбаную домашку. И каждая, каждая уверен, что только она нам домашку задаёт! Кортум воображает, что я вообще ни хрена не делаю, только играю, и заставляет возиться с дохлыми хомячками. Почему, вот скажи, — она неожиданно прервала свои обвинения, и в её голосе зазвучало любопытство, — обязательно надо упражняться с дохлыми зверями, когда то же самое можно делать с любым куском дерева? Они же мерзкие!

— Видимо, он полагает, что тебе надо привыкнуть к виду мёртвых существ. Не лишено логики, знаешь ли.

— Да? Вот сволочь. Ну, он хотя бы за это платит, и вообще, если хорошенько подумать, я ему жизнью обязана. Звучит просто ужасно, — пожаловалась Мартиша, и тут же начала снова: — А ты, значит, считаешь, что я должна готовить с утра до веч… нет, до другого утра. Это несправедливо!

Тиль едва уклонился от скомканного полотенца.

— Ну что ты молчишь?! – не выдержала девушка. Её рука нащупала кухонный нож, но остатки разума приказали пальцам разжаться. Вместо того, чтобы швыряться острыми предметами, Мартль попыталась пнуть стол. Взгляд тут же наткнулся на недопитый чай и тетрадь для самостоятельных работ по алгебре, лежащую в опасной близости от чашки. Разбить, что ли, пару тарелок? А из чего потом есть, спрашивается, их всего пять.

В отчаянии Мартиша изо всех сил ударила кулаком по стене. Это оказалось очень, очень больно, кожа на костяшках лопнула, рука безвольно повисла. Девушка села на пол, обхватила голову руками, плечи у неё тряслись, но слёз не было. Им просто неоткуда было взяться. Зато кончики волос у неё начали светиться и искрить, а с пальцев сорвалось несколько разноцветных молний.

— Скажи уже хоть что-нибудь, — потребовала она плаксивым тоном. – Ты что, пропустил всё мимо ушей?

— Это так забавно, — искренне признался Тило. В этот раз не пришлось ничего изображать, он говорил чистую правду.

— Что? – опешила девушка.

— Твои эмоции. Как ты их выражаешь. Видишь, полотенце загорелось.

— Я их не выражаю, — всхлипнула Мартль. – Они сами.

— Тебе следовало бы научиться их сдерживать. Ты же всё-таки маг, — напомнил Тило.

— Блин! Ты что, вообще ничего не понял?!

— Я понял, — спокойно произнёс он. – Сегодня обед делаю я.

Мартиша подняла голову, сложила руки на коленях и задумчиво уставилась на мага. Он тупой, притворяется или действительно такой нечеловек? Забавно ему, видите ли. Клоуна нашёл!

— Где мой учебник? – резко спросила она.

— Какой?

— Зелёный, толстый! – Мартль захлопнула «Основы права» и снова вцепилась в еле отросшие волосы. – Ну не помню я, как он там называется! В нём ещё пентаграммы в конце.

— У меня, — признался маг. – Правда, до пентаграмм я ещё не дошёл.

Девушка фыркнула:

— А ведь мастер предлагал тебе стать его учеником. Может, хочешь поменяться?

— Нет уж, — решительно отказался Тиль. – Лучше он будет на тебя рычать. Кстати, я скачал пару модов к «Хаотам». Кролики с сюрпризом и карты с кроличьими норами. А ещё доспехи в стиле «Третьей Эпохи». Интересует?

— Кроличьи норы! – Мартль поняла, что все её обиды были мелочными и несущественными, и изобразила жест ликования, ударив кулаки друг о друга.

 

Орки и эльфы

 

— Шеер, стой!

По коридору, помахивая тросточкой, быстро шёл маг в полосатой тигровой мантии. Райне застыл, склонив голову. Не то, чтобы из вежливости, просто господин Калари не доставал своему бывшему студенту до плеча.

— Я не знаю, как ты это сделал, крысёныш, — холодно проговорил профессор, ткнув тростью в грудь Райка.

— Я готовился, — возмущённо ответил орк. – И ведомость уже подписали!

— Твои оценки меня не волнуют, — процедил Калари. – Где ты взял свиток Страха?

— Какой свиток? – огрызнулся Райне.

— Признаюсь, я не ожидал этого от бота…

— Чего?

— И я этого так не оставлю, — Калари опустил трость и вздёрнул подбородок ещё выше. – С этого момента я слежу за тобой, понял?

Райнхард сверху вниз уставился на чертёжника. Тому, кажется, стало неуютно. Или просто надоело в гляделки играть. Пробормотав что-то угрожающее на прощание, Калари понёсся дальше по коридору.

— Нет, ну а я что сделал? – пожал плечами Райк. Игра на публику: за их разговором наблюдали девчонки из компании Хельги. Так, надо найти Франка и Хайке и сваливать отсюда. Алгебру ему всё равно сегодня не поставят, придётся второй раз тащиться.

— Ё, это ты! – раздался знакомый возглас. Орк развернулся на каблуках и чуть не столкнулся с длинным эльфом. Оранжевые полосы на впалых щеках, стразы на волосах, ногтях, белых тонких штанишках – как только ничего себе не отморозил? – и обесцвеченные волосы, заплетённые в сотню косичек.

— Глеродейл из клана Солнечного Ясеня, — в очередной раз представился эльф, церемонно раскланиваясь. – Вызываю тебя на бой!

— Когда, где? – оживился Райнхард.

— В этот выходной, город Ютте, локация Хайзинь. Там есть развалины крепости, сразу за городом, будет битва за сокровища.

— А сокровища будут?

— Будут, все участники сдают по двадцать голдов. Можно что-нибудь ценное вместо денег, — тут же поправился Глеродейл.

— Вот, — Райне выгреб из кармана горсть мелкого мусора и извлёк тонкое колечко с потемневшей от частого использования яшмовой руной. Что за заклинание там содержалось, орк не смог определить. Кольцо он снял с трупа, ни размер, ни стиль ему не подходили. – Дай только свой номер.

Глеродейл достал из сумки чёрный потёртый кошель, сложил туда взнос и сделал аккуратную пометку в своём блокноте. Орк подумал и добавил ещё пару невзрачных на вид серебряных серёжек. Их бы почистить, конечно, но всё лень, лень.

— Запиши ещё двоих, — торопливо попросил он. – Имена пока не скажу, надо договориться. Просто со мной будут двое.

— Как скажешь, исчадие тьмы, — эльф выдал будущему противнику самопальный билет и поспешил откланяться.

— Бывай, длинноухий! – напутствовал его Шеер. Нет, бывают в жизни и хорошие моменты, кто ж спорит.

 

Так, осталось обрадовать этих двоих идиотов, где они ходят, мать их! Райне попытался дозвониться до Франка, но ничего не вышло. Гросс и Хингелл как сквозь землю провалились. Как оказалось, в прямом смысле: Райк нашёл обоих в подвальной кафешке, буквально на месте преступления.

— Так, значит! – долговязой тучей навис он над столиком. – Без меня, значит! А я-то вам хорошую новость нёс!

Он демонстративно сел за соседний стол, скрестил руки и надулся.

— Да хорош тебе, — Хайке подёргал приятеля за рукав, но вместо ответа получил по рукам. Франк попытался сгладить свой проступок:

— Мы и тебе оставили!

— Оставили! – передразнил Райне. Его такой подход категорически не устраивал. – Мне, можно сказать, своему капитану! Сколько вы мне оставили, два глотка?

— Целую, — Хайке пошарил рукой в рюкзаке и сунул под стол Райку бутылку тёмного стекла.

— А с каких пор ты у нас капитан? – спохватился Франк. Шеер достал из кармана мятую бумажку с изображением золотого дерева и помахал перед носом кудрявого соплеменника.

— Я заплатил за троих – считай, вас нанял, — довольно сказал он. – В этот выходной!

Райк сделал большой глоток, поморщился и отобрал у зеленохвостого Хайке половину пирожка с мясом. Что-то не слышно радостных возгласов и хвалебных речей.

— Если у кого-то запланирован день рождения мамочки, надо было предупреждать заранее, — проворчал самозваный капитан.

— А с каких это пор мы участвуем в боях за деньги? – негромко спросил кудрявый орк. При этом он смотрел так возмущённо, словно Шеер покусился на его компьютер, не меньше. Зеленохвостый Гросс тяжело сопел, морально поддерживая друга. – Там же отморозки полные, не убьют, так покалечат.

— Да там нормальные парни, — Райк размашисто махнул рукой, чуть не выплеснув содержимое бутылки. – Я их главного знаю. Он меня тогда чуть не убил.

Франк попытался сделать своё молчание ещё более убедительным, для чего выпучил глаза и поджал губы.

— Вот видишь, — наконец подал голос Хайке. – Как минимум он плохо зачаровывает оружие. К тому же наверняка притащит стрелков, это же эльфы.

— Чё ты мне глазки строишь? – немедленно окрысился Шеер на Хингелла. – Струсили, да?

Поразмыслив хорошенько, он бы вряд ли согласился на такое рискованное развлечение, но отступать от уже принятого решения не хотелось. Мероприятие обещало много острых ощущений… и по-настоящему острого оружия. Скрытые магические способности, которые Райк предпочитал отрицать, спасли бы орка от множества мелких проблем, но что, если стрела попадёт в сердце? Или, что более вероятно, в бою приложат затылком о камень, уронят со стены, отобьют какие-нибудь там жизненно важные потроха?

— Всё решаемо, — уверенно произнёс он. Очередной глоток браги «Общажной» поспособствовал оптимистичному состоянию духа. – Кожаные доспехи у нас, считай, есть. У меня есть маг, который их зачарует. Ещё зельями затариться надо будет. Не знаю, смогу ли добыть рецепт… хотя на кафедре алхимиков он же должен быть?

— Алхимики лечилки меняют, — Хайке начал колебаться. – Ну, официально они ещё не имеют лицензии, но ты же не побежишь в общество потребителей? Я только не знаю, что они берут взамен.

— Деньги? Голды? – предположил Шеер.

— Нет, тогда им могут впаять торговлю.

— Разберёмся, — Райк решительно стукнул бутылкой по столу. Франк с опаской посмотрел на приятелей:

— И вроде только пить начали, — с сомнением произнёс он, — а уже последние мозги растеряли. Что это за маг, который нам доспехи зачарует забесплатно? Такая роскошь не меньше трёх сотен голдов обойдётся, никакие сокровища не окупят. И на что вы собрались выменивать зелья, если нас даже в лабораторию нашей кафедры не пускают? Да вы ни одной руны пока не сделали!

— Это ты зря, — надулся Райк. – Я такую руну забацал на днях, вы все удавились бы! – тут он сообразил, что сболтнул лишнего, и закончил гораздо громче: — И вообще, хватит нудить, не мужское это занятие. Я и так уже понял, что от вас толку никакого, пойду искать других бойцов. Деньги-то уже плочены.

— Ищи! – Франк встал и через стол наклонился к ушастому орку. – Только если тебе шею сломают, я тебе дров на костёр собирать не буду! Краш та, Райк, ты же в рейтинге десятый! А мозгов всё равно нет!

— Уже десятый? – удивился Шеер. – Ох, скотина Калари, я бы мог в тройку войти!

— Ты мог бы меня послушать, — Хингелл потащил Хайке к выходу. – Мой тебе совет, найдёшь бойцов – продай им это приглашение, и деньги вернёшь, и жив останешься.

 

Легко сказать – найду новых! Орков, конечно, немало, но не будешь же ко всем подходить! Райк съездил в общагу, побродил по соседям, посидел в сети, потрепался со знакомыми орками, но желающих биться с ним в одной команде не нашлось. Те, что хотели бы принять участие, не желали объединяться с Шеером, у них своя компания имелась. Райнхард расстроился и завалился спать. Франк и Хайке появились часов в пять, довольные, как свиньи, которым вместо помоев по ошибке вылили шарповый суп. Это ещё можно было бы пережить, но ведь они принялись уговаривать полусонного Райне отказаться от участия в битве.

У Райка раскалывалась голова, на лице проступил нездоровый румянец. Поглядев на себя в половину зеркала (верхняя половина выпала, когда кто-то из прежних жильцов с разгона врезался в него головой), орк решил померить температуру и пошёл искать градусник. Зашёл к соседкам, Тайде и Мао, девчонкам на курс старше. Те проявили поистине трогательную заботу об умирающем орке. Ему не только одолжили градусник и слабое зелье лечения, но и заварили какого-то якобы целебного чая с ягодами, накормили позавчерашними щами и поставили диагноз: сезонная лихорадка.

— Если можешь, езжай домой, — серьёзно сказала Тайде, полная алхимичка с короткими крашеными волосами. – Тебе надо хотя бы сутки отлежаться в тепле. И хорошо бы показаться врачу, а то вдруг у тебя что-то серьёзное.

Про тепло она прямо мысли орка угадала. В общаге топили плохо, экономили, а обогреватели ставить запрещали. И вообще, болеть лучше там, где за тобой кто-нибудь может присмотреть. Принести чаю, включить какой-нибудь дурацкий фильм, взбить подушки и ходить на цыпочках, когда ты спишь. К сожалению, домой он поехать не мог, ведь завтра опять тащиться в универ. Зато можно было нагрянуть к Тило, пусть лечит своего единственного и неповторимого напарника, пока тот его самого не заразил.

 

«В крайнем случае можно взять того типа с первого курса», — размышлял Райне, сидя на вокзале. До отправления поезда оставалось полчаса, а денег не хватало даже на дрянной пирожок с капустой. Да краш с ней, с капустой, ещё отравиться не хватало. Главное, что Райне даже имени этого типа не знал, и оставалось только пролистывать списки первокурсников в надежде, что фотография хоть немного похожа на оригинал. Первокурсников традиционно было много; раз в пять больше, чем выпускников. И не на каждой кафедре студентов вносили в список до первой сессии.

Чем дальше, тем хуже. Начался мерзкий сухой кашель, буквально раздирающий глотку. Пассажиры в поезде оглядывались на орка и старались пересесть подальше. Когда народу опять набилось, как сельдей в бочку, отсаживаться было некуда, но все исправно кривили морды. На первой же станции вошли контролёры. Какое-то время орк пытался игнорировать приставания тётки в синем форменном пальто, изображая спящего, но потом появился сопровождающий контролёршу охранник. Пришлось идти и вместе с остальными перебегать из вагона в вагон на ближайшей станции. Но коварные служители порядка и тут его надули! В этот раз они шли не навстречу друг другу с разных концов поезда, а друг за другом с разницей в один вагон. Завидев очередное синее пальто, Райне принялся проталкиваться к дверям.

На следующей станции толпа хлынула из дверей и понеслась по платформе. Забраться в дверь предыдущего вагона оказалось гораздо сложнее. Половина так и осталась мёрзнуть под моросящим дождём, и среди них – несчастный, голодный, невыспавшийся и очень злой Райнхард. Рослый мужик, ещё и в костюме, сволочь, оттолкнул тощего орка и пролез вперёд него в уже закрывающиеся двери. Теперь Шееру оставалось только ждать следующего поезда и гадать, не промокнут ли под этим пакостным дождиком тетрадки в рюкзаке.

Народ топтался под козырьком, но косой дождь доставал всех. Рядом с Райне всхлипывала какая-то истеричная барышня. К ней тут же докопалась злющая на весь свет бабка с тремя сумками. Оказалось, что у девушки есть все основания переживать – во-первых, она тут единственная, кто садился на этой станции и покупал билет, так что не попасть на поезд из-за «зайцев» ей было обидно вдвойне. Во-вторых, хотя в зимней куртке это было плохо заметно, она ждала ребёнка, так что боялась участвовать в драке за право ехать в следующем, не менее полном, поезде.

— Куда ж тебя несёт в такое время? – почему-то бабка не прониклась сочувствием ни в малейшей степени. – Все с работы едут! И вообще, с пузом надо такси нанимать, если на свой ковёр денег нет! А то ишь ты, да куда тебе ехать-то, дура? Дома сидеть надо!

— Я и еду с работы, — огрызнулась девушка.

Народ столпился вокруг них: какое-никакое, а развлечение. Райнхард воспользовался моментом, чтобы пробраться к расписанию. Железный лист выглядел так, как будто кто-то специально подпрыгивал и бил по нему ногами. Часть надписей невозможно было прочитать из-за каких-то уродов с баллончиком краски и пониженным содержанием мозгов в голове. Но если верить тому, что ещё можно было разобрать, ждать поезда, который останавливался в Хаммене, пришлось бы часа полтора.

Райне вздохнул и достал мобильник. Тиль ответил не сразу, а потом ещё и ругался, что его отвлекают от работы.

— Знаем мы твою работу, карты раскладывать, — принялся защищаться Райк. – И вообще, люди вон уже с работы едут. Забирай меня отсюда. Нет, понятия не имею, но станция называется «Сокостры».

— Я не могу телепортировать фиг знает куда, — возмутился Тило. – Там рядом хоть есть телепорт стационарный? Ну должен быть, ты же ещё в черте Оршахана?

— Не, это уже Пригород, — помотал головой Райк, хотя увидеть его собеседник всё равно не мог.

— Ладно, я посмотрю по карте, — смилостивился маг. – И что тебе в общаге не сидится?

— Я болею, — орк старательно покашлял в динамик. – Меня лечить надо.

— Совесть у тебя есть? У меня сессия, а ты заразный.

— Тебе полезно, иммунитет надо укреплять, — попытался отмазаться орк.

— Голову тебе надо укреплять, гвоздями! Вбить десяток, может, поумнеешь.

— Ух ты! Ты рассердился! – блаженно закатил глаза Райне.

— Я просто пытаюсь говорить с тобой на языке, который ты понимаешь.

— Ну я всё равно уже на полпути застрял.

— Ну ладно, — смилостивился Тило. – В общем, так. У тебя там недалеко должен быть крупный торговый центр, называется «Юдо». Иди туда. Там стоит грузовой телепорт. Поищи его координаты, скажешь мне, я тебя заберу.

 

По дороге к телепорту Райк останавливался возле каждой витрины, в которой видел ломаный крест. Символ орков-наёмников притягивал парня, как запах крови – акулу. Даже там, где продавали сплошь декоративную дребедень, он застревал минут на пять. Начался холодный ветер, который не разогнал туч, но зато обжигал воспалённые дыхательные пути. Сухие платки кончились, а сопли не иссякали. «Охренеть я сейчас выгляжу, наверно», — подумал Райне.

— Я смотрю, капитан, вам в гробу не лежится, — раздался насмешливый голос откуда-то сбоку. Райк резко развернулся на каблуках. Белобрысая скотина с арбалетом, так называемый Люциус, имел наглость предлагать пачку бумажных платков. Ну что, Шеер никогда не отказывался от халявы, хотя и зря, наверное. Он тут же высморкался сразу в три платочка и сунул остальные в карман.

— У вас, капитан, глаза, как будто в них луковицу выдавили, — продолжал изгаляться Люциус. – Как же вы в выходной драться будете?

— Пошёл та хор да, а то обчихаю, — мрачно пообещал Райк. Белобрысый пожал плечами. Райнхард проводил его взглядом до поворота. Кажется, стрелок шёл в сторону железной дороги. Ну, живёт он, скорее всего, в Пригороде. Или ездит к кому-нибудь?

 

Охота за душами

 

Мартиша шлёпнула тряпку на край раковины и потянулась за полотенцем. Тиль развернул фольгу, и аппетитный запах запечённого мяса разнесся по всему дому. В дверь заглянул Райк.

— Обед! – довольно произнёс орк, усаживаясь на подоконник. – Так, мне дайте самую большую порцию. У меня завтра ожидается повышенная физическая активность.

— А как ты догадался? – спросила Мартиша.

— Фиг тебе, — добавил Тило, — всем будет поровну.

Райнхард забрал себе обе горбушки хлеба и принялся надкусывать их по очереди:

— Что ты меня пугаешь, мелочь? – обратился он к названной сестрице. – Неужели меня хотят заставить делать что-то общественно полезное?

— Наоборот, — Мартль сочла уместным улыбнуться, хотя ей было совсем не весело. – Это такое очень нехорошее с моральной точки зрения деяние, тебе должно понравиться.

— Я уже задумал одно нехорошее деяние, — фыркнул Райне и, не в силах вынести всеобщую неосведомлённость, продолжил: — В выходной состоится битва за сокровища, мы с парнями сегодня осматривали место, и завтра надо вернуться туда с лодкой. Слышь, Лютик, ты не знаешь, где взять надувную лодку так, чтобы бесплатно, и возвращать не пришлось?

— На помойке.

— Не, не пойдёт, — орк сморщил нос, при этом уши у него смешно дёрнулись.

— Где эти твои сокровища? – спросила Мартиша, желая сменить тему.

— Есть одно такое мегапоганое место, — Райнхард заёрзал на подоконнике, чуть не смахнув на пол горшок с цветком. – Там какой-то дурной замок, так, одни развалины, его немного затопило. По идее, сокровища сложат внутри замка. Будем надеяться, эти дурные эльфы не засунут их в сундук и не пустят на дно.

— А где этот твой затопившийся замок?

— В локации Хайзинь, — с отвращением выговорил орк. – Мерзкое эльфийское логово. Столько голодной мошкары я в жизни не видел!

— Хайзинь? – Тило отвлёкся от собственных мыслей. – Затопленный замок в Хайзинь? Какой идиот рискнёт туда сунуться?

— Ай-яй-яй, — орк зацокал языком, — господин маг, вы сказали плохое слово при ребёнке! Краш та, Лютик, я и сам видел, что место гиблое.

— Тогда с чего тебя туда несёт, ты мне объясни?

— Да достали! – взорвался Райне. – Ты что, думаешь, первый, кто меня отговаривает? Да пошли вы все! Я – орк, у меня, можно сказать, потребность в насилии и грабежах…

— Сказал бы я тебе, в чём у тебя потребность, — проворчал Тило, покосившись на девчонку.

— Так что радуйтесь, пока я реализую свои потребности социально приемлемым путём! – пафосно завершил капитан Шеер.

— По поводу насилия, — вставила Мартиша. – Как раз хотела попросить твоей помощи, а то Тиль отказывается…

— А что это господин маг отказывается? – издевательским тоном спросил орк. Бледный маг встал. Все выжидательно уставились на него.

— Надо чайник поставить, — сказал Дитрих. Мартль тут же вскочила, опрокинув стул, и бросилась к плите. Райк поставил мебель на место.

— Я не буду тебя отговаривать, — Тиль обратился к напарнику, — но и помогать тебе свернуть шею не собираюсь.

— Подожди-подожди, — миролюбиво произнёс Райне. – Ты услышал про этот крашный…

— Райк! – предостерегающе прошипела Мартиша, с грохотом водрузив чайник на конфорку.

— Про этот эльфийский замок, взбеленился, как варг, а всё из-за чего? Ты что-то о нём знаешь?

— Это тот, на который Люэллин Аусвальд наслал метеоритный дождь?

— Похоже, — согласился орк.

— Ну так вот, сокровища там, конечно, есть. Только они в подземелье. А замок не эльфийский, его построили уже некроны из переродившихся. Так что представляешь себе содержимое их подземелий. Не удивлюсь, если там зомби косяками бродят. За столько лет даже самый завалящий призрак мог разъесться до верховного лича.

— Упс, — Райк пересел на стул и тут же принялся на нём раскачиваться. Ева поспешила сделать ему замечание, но парень был не в том настроении. Прикрыв глаза, капитан Шеер попытался представить, кому и зачем могло потребоваться собирать столько активных придурков в одном очень небезопасном месте.

— Не понимаю, почему маги дали разрешение.

Это сказала Мартиша, хотя подумали все трое.

— Возможно, у меня паранойя, но мне кажется, что здесь замешан хотя бы один некромант, — решил Дитрих.

— У тебя паранойя, — живо согласился напарник, — это только Кортум думает, что без него нельзя обойтись.

— А, может, тут и не обошлось. Почему, например, тебя пригласили? Если всё придумал Кортум, он мог специально это приказать.

— А если это не он? Глеродейла я не в первый раз видел.

— Может, спросить? – предположила девушка, но парни дружно покачали головами.

— Наорёт, как всегда, и наврёт с три короба, — объяснил Райк.

— Может, не ходить?

— Ага! – возмущённо воскликнул орк. – Да за кого ты меня держишь?

— А если пойти вместе? – Мартль не могла больше ничего придумать. – Блин! Два дня осталось! Даже меньше. Почему ты раньше не сказал?

— Я говорил, — надулся Райк. – Кто бы меня ещё слушал. Так, Лютик, ты ещё не сказал, почему ты не можешь помочь Мартиша?

— У меня завтра экзамен, — отрезал Тило. – Так что мне сейчас надо вернуться в Академию.

— Хитрая сволочь, — вздохнул орк. – Ну, мелочь, чё там у тебя за проблемы?

 

— Отделение души от тела, конечно, можно трактовать, как убийство, — согласился Райне. – А заключение души вот в этот замечательный монокристалл – это вообще некромантия какого-нибудь трёхсотого уровня. Так что, как ни крути, действие действительно асоциальное.

Мартиша печально шмыгнула носом.

— Но с другой стороны, — развивал свою мысль орк, — что в этом плохого? Плохо лишить человека жизни, возможности ходить, жрать, пялиться в шарик и покупать всякое ненужное барахло. Но ведь Кортум обещает засунуть эти души в другие тела. Молодые и здоровые.

— Но ведь это только опыт…

— Ну, ты подумай, сколько стариков с радостью поменяли бы старческие тела на маленький шанс заполучить позвоночник без грыжи, желудок без язвы и всё такое.

— Да, но, — Мартиша заломила руки, мысль никак не хотела формулироваться. – Но, но, но, слушай! Есть же куча родственников. И им никто ничего не объяснит. Просто внезапно возьмёт человек и помрёт. Как-то не очень радостно.

— Смотря какой старик, — не согласился Райне. – Может, чья-то смерть окажется сплошным праздником.

— Ну, как мы это узнаем? – девушка принялась обкусывать кожицу с обветрившихся губ. Занятие, что и говорить, захватывающее, но говорить стало сложновато. – А мне надо как можно скорее!

— А к чему спешка? – удивился орк. – Этот хрыч столько месяцев ждал, и ещё подождёт!

— Нет, мне надо сейчас! – капризно прохныкала Мартль. – Я и так вся на нервах, я свихнусь просто, если он и дальше будет мне напоминать, что я не сделала. Может, найти где-нибудь сумасшедший дом для стариков?

— Не думаю, что нас туда пустят. А если впустят, то выпустят ли?

Орк зябко передёрнул плечами.

— Давай лучше подойдём с другой стороны. Смерть каких людей больше всего порадует окружающих?

— Ну-у-у, — задумалась Мартиша, — каких-нибудь извращенцев. Садистов там. Наркоманов, алкоголиков… кто ещё… короче, уродов всяких.

— Эти кротокрысы тоже могут маскироваться, — вздохнул братец. – Все эти извращенцы в половине случаев выглядят, как приличные люди. А вполне безобидные уроды могут показаться извращенцами. Нет, нам нужны такие, что и не жалко, и не перепутаешь.

Они стояли возле калитки. На другой стороне улицы, вдоль кладбищенской стены, тянулся магический барьер. На высоте примерно пяти метров барьер смыкался, образуя неровный купол, на верхушке лежал снег. Внизу, под куполом, не было ни снега, ни луж, только высохшая земля и надгробия, присыпанные пеплом.

— Я придумал, — Райне хлопнул себя по карманам штанов. – Пошли!

— Куда?

— На станцию!

 

— Вот он, рассадник зла, — страшным голосом провозгласил Райнхард, глядя, как подползает к платформе зелёная гусеница поезда. – Сейчас я тебе всех их покажу! Значит, так, — зашептал он, наклонившись к девушке, — будем держаться в тамбуре. Эти уроды будут переть через весь поезд, пройдут через вагон, мы их рассмотрим, пропустим, а потом пойдём следом. В переходе между вагонами я хватаю, ты нажимаешь кнопку. И не перепутай!

— Не перепутаю, — заверила Мартль. – Там надо иглу вставлять, если что, ты заметишь, а только потом нажимать. То есть ввести дозу, а потом заклинание.

— Это детали. Пошли, нам надо в первый вагон.

Они зашли в конец первого вагона. Люди предпочитали толпиться за дверью, в обогреваемом отсеке. В тамбуре было холодно, в щели вокруг окон и под дверями наметало снег, мелкий, похожий на манную крупу. Мимо них прошли трое парней из второго вагона. Орк занервничал:

— Если сейчас ещё кто-нибудь пойдёт, значит, контролёры в поезде, — предупредил он с видом человека, измученного многолетней борьбой с паразитами.

Больше зловещих признаков, однако, не было. На полпути между Хамменом и Эрстла из-за стеклянных дверей послышался пронзительный голос продавца.

— Уважаемые пассажиры, вашему вниманию предлагается, календари перекидные, отрывные, на следующий год, есть со скелетонами, пейзажи, исторические памятники, путеводители, все локации, включая острова, закладки для книг, открытки с забавными пожеланиями…

— У неё язык не заплетается постоянно одно и то же повторять? – сердито проворчал Райк.

— Это наш клиент? – поинтересовалась девушка.

— Нет, — после некоторого раздумья решил он. – Это ещё ничего. Отстой, конечно, и по завышенным ценам, но всё-таки обмен товара на деньги – не преступление.

В Эрстла сел торговец книгами («Красочные картинки, сказки из детства, история для самых маленьких, всего три голда») и женщина, изображающая глухонемую, которая молча раскладывала свой товар (какая-то религиозная бижутерия) на сиденьях, в расчёте, что кто-нибудь заинтересуется. Пассажиры первого вагона проигнорировали обоих. Мартль снова уставилась в окно. С этой стороны шли мелкие фермы и дачные посёлки вперемешку с квадратными серыми зданиями фабрик. Следующая станция находилась в промышленной зоне, на ней село очень много людей, и многим пришлось остаться в тамбуре. Девушка испуганно посмотрела на орка, но тот только пожал плечами:

— Никто ничего не увидит, я прям уверен.

Пассажиры действительно прикладывали максимум усилий, чтобы не увидеть и не услышать ничего, что творится вокруг. Глаза, не отрываясь, смотрят в окна, в ушах наушники. Компания подростков с пивом собралась в тесный кружок в углу, они громко разговаривали и не смотрели по сторонам. Кое-кто играл в червяка на мобильнике.

Из-за стеклянных дверей донеслись приглушённые звуки музыки. Райне и Мартиша дружно скривились.

— Если я захочу послушать музыку, — раздражённо сказала девушка, — я включу плеер. Да сейчас у всех есть плееры! Кто им вообще денег даёт, я не понимаю!

— Бабки всякие, — Райк снова пожал плечами и потянулся. – Ладно, этих тоже оставим в покое. У этой скотины с собой усилки, он с ними между вагонами не пролезет. Хотя, по сути, он и есть один из этих паразитов, которые только и делают, что отравляют жизнь и клянчат денег.

— Не, — Мартль вынуждена была не согласиться. – Нам, конечно, они жизнь отравляют, но всё-таки они что-то делают за эти деньги. Хотя бы играть научились.

— Ну, этот так и не научился.

— Я про то, что не такие уж они и плохие.

Мужик с побитой лютней и звукоаппаратурой, прикрученной к обычной сумке-тележке, выполз в тамбур, и там сразу стало очень тесно. Райк прислушался к происходящему в вагоне. По его лицу медленно расползалась самая невинная в мире улыбка:

— А вот и наша пты-ычка, — детским голоском пропищал орк. Мартиша встрепенулась и попыталась развернуться лицом к стеклянным дверям. Скоро, еле протискиваясь сквозь плотную толпу, за ними появилась невысокая толстая женщина. Она горбилась, подволакивала одну ногу, на шее у неё висела картонка с просьбой подать денег на операцию. Корявые буквы и грамматические ошибки должны были усилить впечатление отчаяния, но Мартль этот штрих мгновенно вывел из равновесия. Почерк ещё можно простить, но ошибки, ошибки… как будто обязательное среднее образование только вчера ввели!

Райк взял сестру за плечо и потащил к узкой железной двери, ведущей в переход между вагонами. Там было очень шумно, из щелей дул мокрый ветер. Нищенка приблизилась к ним, и девушка брезгливо наморщила нос. Она передвигалась почти как зомби во «Второй Эпохе», и Мартль начинало трясти от одной мысли, что придётся дотронуться до этой жирной горбуньи. «Если она не притворяется», — подумала девушка, — «то должна нам ещё и спасибо сказать, что мы вытащим её из этого тела!»

Железная дверь с лязгом ударилась о стенку, орк первым вошёл в узкий тёмный проход, нищенка двинулась следом. Мартиша вскочила последней, за её спиной снова раздался лязг и скрежет захлопывающейся двери. Рука нащупала в кармане куртки душеуловитель, небольшой приборчик, похожий на степлер с огромным искусственным кристаллом. Впереди послышался шорох, невнятный вскрик, жирное тело несколько раз дёрнулось.

— Давай, — прошипел Райк. Мартль натянула на левую руку перчатку. Она просто не могла заставить себя дотронуться до отвратительного уродливого тела. Игла «степлера» вошла в мясистую ладонь легко, почти без всякого сопротивления.

— Уколола, — предупредила девушка.

— Давай быстрее!

Так, сначала голубую кнопку. Лампочка замигала. Когда перестанет мигать, нажать красную. Вот и всё.

— Долго её держать? – резко спросил орк.

— Сейчас.

Жёлтая полоска индикатора так и норовила застрять. Казалось, ей потребовалась целая вечность, чтобы доползти до ста процентов. Раздался еле слышный писк, и девушка поспешила выдрать прибор. Трясущимися руками она вытащила из пачки бумажный платок и вытерла иглу, едва не распоров себе пальцы.

— Так, — хрипло выдохнул Райк, когда тело горбуньи резко осело у него на руках. – Оставляем это здесь, перелезай ко мне. Нам надо выйти на ближайшей станции.

 

— Ты не боишься, что кто-нибудь поднимет тревогу? – спросила она, глядя вслед уползающему поезду.

— Вряд ли, — пожал плечами орк. – Кто будет её рассматривать? Сложат в уголок, на вокзале передадут полиции. Пока доедут, мы как минимум трёх успеем окучить. А потом двинемся обратно, итого восемь. Тебе сколько надо?

— Десять.

— Ну, если действовать быстрее, можно и десять, — прикинул Райне. – Сейчас все с работы едут, так что поезда ходят часто.

 

Кресло стояло возле высокого окна, из-за высокой спинки торчала жёлтая макушка с редкими седыми волосами. Мартиша внезапно охватило привычное тоскливое ожидание. Вот он сейчас повернётся, резко, с жутким скрипом, уставится своим тусклым незрячим глазом ей в лицо, и на её голову обрушится громогласный поток брани. Она уже почти увидела и услышала всё это, уже съёжилась, в горле застыл комок. Кортум ещё не успел повернуться к гостям, а его ученице уже стало плохо. Тут же ей вспомнилось, что бояться тоже нельзя, что надо быть спокойной, держать себя в руках, и Мартль погрузилась в ещё более глубокое отчаяние.

— Ну что, бездари, лентяи, допрыгались? Что вам опять от старого инвалида потребовалось, а, среднестатистическое?

Кажется, магистр был в хорошем настроении. Мартиша вцепилась руками в пояс, чтобы они не тряслись.

— Я сделал то, что вы просили, — невнятно пробормотала она и, быстро сделав несколько шагов, почти швырнула душеуловитель в учителя. Корявые пальцы жадно схватили прибор и поднесли к зрячему глазу. Кортум внимательно оглядел кристалл, зачем-то обнюхал, только что на зуб не попробовал.

— Замечательно, — сказал он. – Просто великолепно. Работы-то оказалось на полдня, а тянул ты сколько, почти неделю?

Мартль почувствовала, как на щеках появляются очень горячие пятна. Она никогда не краснела, так сказать, сплошным слоем, всегда только пятна, словно при лихорадке.

— Я хотел бы продолжить нашу прошлую беседу, — молодой маг прошёл вперёд, нашёл достаточно устойчивый шкаф с надписью «Стекло» и прислонился к нему. – Вы предложили мне найти прочитать кое-какие книги, и сейчас у меня есть несколько вопросов.

— Понятно, — буркнул некромант. – Как всегда, наглый неуч, выскочка, спиногрыз породистый, моими руками хочет себе плюшки таскать. Всё бы тебе разжевать и в клювик положить, кусач ощипанный, падальщик, блин, недоразвитый.

— А хочешь, я тебе кошака подарю? – подал голос Райне. Он нагло освободил себе край лабораторного стола, сдвинув в сторону миску с какими-то кишками и стеклянную банку с опарышами. – А то, я смотрю, тебе поорать-то не на кого целый день, на каждом углу повод ищешь.

— Заткнись, грязный нечестивец! – возопил некромант, потрясая кулаком. – Что за молодёжь пошла, никакого уважения, я не говорю даже, что к старшим… среди старших идиотов хватает, хотя, если идиот дожил до моих лет, не такой уж он и идиот, если подумать. Но между собой и магистром Тёмной Лиги ты разницу что, не понимаешь? Тебе за всю жизнь не достигнуть того, что я уже мог в твои годы!

— О да, конечно, — произнёс орк саркастически. – А тебе больше мохнатые нравятся коты или лысые?

— Выйди вон, шакал ползучий, — приказал Кортум. – Мартиша, раз ты здесь, сходи в кладовую номер восемьдесят два и принеси сюда… правильно, правильно, записывай, я же понимаю, память у современных подростков никакая, стихов вы в школе не учите, да вообще вы там ничего не учите, вы только в игрушках всяких разбираетесь, а в реальной жизни дуб дубом, как такие только аттестат получают…

Он перевёл дыхание и продиктовал длинный список необходимых ингредиентов. Мартиша сунула бумажку в карман и, поклонившись, выбежала вон из лаборатории, чуть не врезавшись в двери, которые еле успели разойтись перед ней.

— Помчался, — процедил магистр, то ли насмехаясь над своей нервной ученицей, то ли гордясь произведённым на неё впечатлением.

— Никуда я не пойду, — орк потянулся и повертел головой, разминая мышцы. – Ты сам меня звал, сам и мучайся.

— Тогда перестань хамить! – потребовал Кортум. – Так, ты, далматинец, заткнись со своими прожектами, мне надо сначала со своими делами разобраться. Ты, ушастенький, разворачивай локаторы в мою сторону и внемли голосу высшего разума. Хочешь себе личную гвардию?

— О я, я! – взвыл Райк, подражая порноактрисам. – Я, майн фюрер, ихь виль филе зольдатен!

Тило мысленно закатил глаза и подавил зевок. Нет, скучно ему пока не было, но спать, как всегда, хотелось жутко.

— Тогда остаёшься сегодня дежурить. Там и обезьяна в маразме справится, так что уж постарайся, не опозорь в этот раз свой биологический вид. Будешь следить за показаниями приборов, вести графики, чуть что – вызывай меня. Я понимаю, ты всё равно будешь дрыхнуть, так что таймер себе хотя бы ставь. Всё, пятнадцатая лаборатория, третий этаж, направо от лифта, иди, располагайся. Если всё пройдёт гладко, к утру у тебя будет десять отборных дебилов, которых ты сможешь дрессировать, сколько душе угодно.

— А если не всё пройдёт идеально?

— Тогда их определённо будет меньше десяти, так что старайся.

— А чё это ты такой щедрый? – подозрительно спросил Райне, сползая со стола.

— Должна же быть от тебя какая-то польза, — меланхолично заметил Кортум и развернул кресло на двадцать градусов, обозначая окончание аудиенции

 

Райне на острове

 

Он долго стоял, разглядывая солнце. Глаза слепило от яркого света, небо казалось совсем белым, словно отражалось от хрустящего чистого снега. Холода Райнхард не чувствовал. Он стоял босиком на дорожке, ведущей от дома к сараю, в одних домашних штанах до колена, и самозабвенно дышал свежим морозным воздухом, особую прелесть которому придавали запахи рыбных отбросов, керосина, лака и гниющих водорослей.

— Райне, солнышко, — окликнула мать из окна. – Простудишься ведь опять! Иди обедать!

— Ага, — отозвался орк, потянулся и затрусил к дому. Он всегда становился очень послушным и почтительным сыном, стоило произнести что-нибудь вроде «обед». Домашние обеды не шли ни в какое сравнение с тем, чем ему приходилось питаться весь семестр. Стоило открыть входную дверь, как нос Райне атаковали восхитительно мясные ароматы. Младший Шеер приезжал достаточно редко, чтобы каждый его приезд становился праздником, а к празднику здесь не было принято подавать рыбу.

Средний брат, меланхоличный Рупрехт, был помощником местного мага-алхимика. Его чуть сгорбленная фигура болталась внутри свободного чёрного балахона, украшенного заплатами и серебряными цепочками, на которых висели амулеты и мешочки с какими-то снадобьями. В длинную толстую косу чёрных жирных волос Рупи вплетал чёрные ленты, свисающие почти до пола. Жиденькую бородку он не стриг и подвязывал кокетливым чёрным бантиком. Знающий человек с первого взгляда угадывал в Рупрехте средневекового илиара.

— Привет, — замахал он левой рукой. В правой братец держал хлебный нож. – Ты уже встал? Надолго приехал?

— Не, — Райне почесал одной ногой другую. – Мне послезавтра опять тащиться в Оршахан. Закрывать сессию.

Братец кивнул и положил на разделочную доску длинный батон.

— Я тебе музыки скину, — оживлённо пообещал он. – А ещё я мультов накачал, про Сайдам.

Райнхард одобрил такую щедрость и принялся заглядывать под все крышки. Стащил кусок жареной свинины, зачерпнул ложку салата, и тут же был застигнут на месте преступления.

— Солнышко, — твёрдо произнесла госпожа Шеер, — помоги мне накрыть на стол. Должна придти бабушка Ханна с Полиной, и ещё тётя Сара собиралась заскочить, так что надо принести ещё стульев.

Юнона Шеер была настоящей женщиной-орком: крупной, загорелой, сильной, и красивой, впрочем, последнее для женщины-орка совсем необязательно. Пребывая в хорошем настроении, всех своих трёх сыновей она называла солнышками и зайчиками, хотя гораздо больше они походили на чудовищ, исчадий, крокодилов и упырей. Придя в плохое расположение духа, Юнона немедленно прозревала, и принималась бороться с окружающей её нечистью. Так что Райне весь день пребывал в своей «солнечной» ипостаси, хотя ему и пришлось вытерпеть визит бабушки Ханны, тёти Полины, тёти Сары и какой-то там подруги этих трёх почтенных дам.

Застольная беседа протекала под мелодичное звяканье посуды и мурлыкание всех трёх толстых домашних кошек, развалившихся на спинках диванчиков. Хозяйка дома распорядилась подать медовый хворост и чай со сливками. Рупи немедленно поскакал на кухню, размахивая широкими рукавами балахона, а Райк принялся строить из себя замученного учёбой и дальней дорогой. Ему задали несколько привычных вопросов насчёт универа и столичной жизни, потом принялись перечислять все местные события, достойные упоминания, с точки зрения пожилых дам.

О действительно важных вещах вспомнил только Рупрехт, когда прекратил бегать по дому с подносом и присел на край дивана с крошечной чашкой чая в руке. Не обращая внимания на родственниц, он тихо принялся рассказывать:

— У нас тут нехорошие вещи начались, в общем, — он сделал таинственное лицо. – Короче, знаешь, кое-кто берёт что-нибудь – а оно не берётся. Вообще. Ну, как будто нет его, в общем. Но видно же! Или стоит на столе тарелка с едой, а взять и съесть её не получается, и представляешь, уже тухнет, уже мухи летают, а с места сдвинуть невозможно, только вместе со столом выкинуть.

— Охренеть, — поддакнул Райнхард.

— Ну, такое и раньше, говорят, бывало, — вмешалась бабушкина подруга. – Мне мать рассказывала, у их соседей как-то дверь в доме заклинило. Ни войти, ни выйти, и, причём дверь-то открыта, что самое интересное. И сквозь неё ветер, и дождь, и снег спокойно проходят, а живой твари дороги нет. В общем, снесли дом тот, а дверь так и стояла, пока щебнем не засыпали от греха.

— Но сейчас что-то очень часто, — матушка Шеер охотно поддержала обсуждение. – У меня клиентка одна не может свой костыль взять, а чтобы новый сделать, ей надо ещё полгода очередь отстоять.

— А папа, в общем, рассказывал на той неделе, они ходили испытывать новый радар, так он показал каких-то здоровых летающих тварей, только этих тварей никто вроде и не видел. Решили, что он так птиц показывает, или магические возмущения какие-нибудь. А потом кто-то начал всяких мелких собак и кошек жрать, а кости прямо на головы сыпались, — продолжил Рупрехт. – И потом с помощью радара этих тварей нашли и пожгли из огнемёта. Они сразу большой заказ получили, — добавил он, имея в виду, конечно, фирму, где трудился папа Шеер, а не жареных невидимок.

Бабушкина подруга вклинилась в разговор и принялась повествовать о собачке своей знакомой.

— А у нас на работе начальница полезла в шкаф и застряла, — хихикнула тётя Сара. Она была довольно молодой и смешливой девушкой, но страшной, как настоящий орк. – Вызвали мага, он полдня провозился. Теперь она в отпуске по болезни, а нас всех распустили на праздники.

— Что-то мне это напоминает, — задумчиво произнёс Райне, чуть растягивая слова. – В Файке похожая фигня творится с прошлого лета, хотя и не такой ужас-ужас, как здесь.

— А что ты делал в Файке? – удивилась Юнона. – Это случайно не тот город, где было крысиное нашествие прошлым летом?

— Тот, — признал орк. – У меня там просто приятель один живёт. В общем, там это началось из-за того, что какие-то дурные сектанты построили алтарь, поправ все нормы и правила техники безопасности. А потом всё это ещё и рвануло. У вас тут ничего такого не было?

Собравшихся тут же заинтересовали сектанты и религия вообще. Немедленно возник спор между тётей Сарой, поклонницей Священного Треугольника, и бабушкиной подругой, ярой приверженкой орочьего культа Звериной Лапы. Парни смылись во двор, где Рупи принялся расчищать дорожки, а Райне, взяв вторую лопату, принялся атаковать ни в чём не повинный манекен в углу возле кустов малины.

— Я всё хотел в этот выходной поучаствовать в битве, — сказал он, отдышавшись после того, как чуть не отрубил самому себе пальцы на ноге. – О, блин, кровища-то как хлещет.

— У меня есть мазь, — тут же спохватился средний братец и помчался в сарай своими странными скачками. Райне поскакал за ним на одной ноге. В сарае, в одном из ледников, Рупрехт устроил себе склад. Среди прочего нашёлся и тюбик ядовито-розовой пасты с запахом клубники.

— А у тебя тут навалом всего, я смотрю, — Райнхард размазал мазь по пальцу и принялся наматывать сверху бинт. – Что, на работе дела хорошо идут?

— Угу, — промычал Рупи. – Я тут кое-что притаскиваю. Пацаны иногда просят, или маме требуется что-нибудь. Кстати, — оживился он, — недавно турнир был у паладинов, я им, в общем, продал половину запасов, и купил себе арбалет. Новенький, полная копия, пружина просто зверская стоит, а болты можно хоть самому настрогать. Если бы не заклятие, в общем, им бы убить можно было.

— А что, они его уже зачарованный продают?

— Ну да, а как же.

Райк осторожно встал.

— Зверская штука! А мне не отсыплешь?

— Да, пожалуйста, — братец махнул рукой, шлёпнув Райне рукавом по лицу. – А что, намечается хорошая драчка?

— Да вроде как намечается, — глядя на «домашнюю аптечку», орк всё больше и больше проникался уверенностью в своей победе в грядущий выходной. – Хочешь поучаствовать?

— Ага! Ты команду собираешь?

— Да вроде как, — небрежно отмахнулся младший, разглядывая окровавленную ногу.

— А давай возьмём ещё Диегу?

— А кто это?

— А, есть тут один чел, в общем, — балахон снова заколыхался, словно от сильного ветра. – Он к нам в лабу пришёл месяц назад.

— Он стрелок или мечник? – уточнил Райне.

— Он универсал, — восхищённо воскликнул Рупи. – Обычно ходит с двуручником.

Губы орка сами собой разъехались в улыбке.

— Тогда завтра с утра собираемся, и гоним на разведку, — велел он, мгновенно входя в роль капитана. – Чур, я главный!

— Да понятно, — быстро кивнул средний брат. – Будто я тебя не знаю прям.

 

Разведка на местности

 

Райнхард и Рупрехт встали довольно рано. Добираться до города Ютте, что в локации Хайзинь, было решено телепортом. Спустившись с чердака, Райне тихонько прокрался на кухню и постарался как можно тише налить в чайник воды. Ему показалось, что грохот, раздавшийся, когда он ставил чайник на плиту, перебудит весь дом. Рупи выполз из своей комнаты, когда Райк уже заливал заварку. По дороге братец-илиар прихватил несколько вчерашних пирожков с творогом и кусок свиного пирога. Они молча позавтракали, оделись и вышли из дома.

Небо было тёмным, но на белом снегу всё было отчётливо видно. Диега, невысокий худощавый орк в усиленных кожаных доспехах и меховой шапке, ждал их у станции телепорта. В нём чувствовалась примесь альвейской крови: смуглая кожа, тёмные глаза, вздёрнутый нос. За спиной на перевязи он носил краш каррок, и первые две минуты знакомства Райне посвятил именно этому оружию. Он взвешивал двуручник в руках, пытался изобразить простые приёмы, внимательно осмотрел рукоять и лезвие. Владелец уже привык к подобному отношению. Живые чёрные глаза с насмешкой смотрели на очередного ламуха, который, кроме простого грубого меча, ничего в жизни не видел.

Телепортация заняла около часа, но им показалось, что гораздо больше. Здесь солнце уже встало и приступило к своим основным обязанностям. Зима в провинции Хайзинь не означала холода, скорее, это были лёгкие утренние заморозки и, изредка, очень мокрый снег.

Сверяясь с картой, которую Райне скачал со странички клана Солнечного Ясеня, они немного поплутали по славному городу Ютте. Местность напоминала лес, облюбованный партизанами. Дорог для пешеходов и воздушных потоков для ковров никто не предусматривал. Дома напоминали землянки или шалаши из ветвей, большая часть поверхности отошла под огороды и фруктовые сады, деревья росли, где им вздумается, а среди всего этого копошился разнообразный животный мир.

Райк вывел свою команду из города через Южные ворота, и перед ними открылся потрясающий вид на поля. На Орочьем острове всякие там злаки были сплошь привозными, так что парни даже не пытались угадать, что на них такое растёт. Было понятно главное: поле это им на фиг не нужно. Никто не станет устраивать боёв на поле, потому что за такие проделки можно очень и очень огрести.

— Там должна быть котловина, — Райне ткнул пальцем в карту. – Где она, спрашивается?

— Может быть, там? – Рупи показал в сторону то ли леса, то ли очередного садика. – Ну, с другой стороны.

Других предложений не поступило, и троица двинулась напрямик через неопознанные злаковые насаждения. Райне расстегнул куртку и протёр лицо немного запылившимся в кармане платком. Солнце припекало всё сильнее, перед глазами постоянно мелькали мелкие мушки. Самые наглые уже попытались отгрызть по кусочку от незваных гостей. Рупрехт потёр укус и принялся что-то бормотать.

— Ты же брал брызгалку? – строго спросил капитан Шеер.

— Угу, — промычал алхимик. Обшарив все карманы и мешочки, он обнаружил в одном из них небольшой круглый пузырёк из мягкого пластика и потребовал намотать на палку пучок травы. Диега протянул ему эту пародию на факел и предусмотрительно зажал нос. Рупи опрыскал траву дурно пахнущей настойкой и помахал им в воздухе. К ним тут же ринулись целые тучи мошек, привлечённые усиленным запахом человеческого пота, они не понимали, что перед ними всего лишь презренная растительная масса. Пришлось поднять шейные платки на пол-лица, чтобы защититься от тошнотворного амбре.

— Да, мы теперь совсем как контрабандисты, — радостно воскликнул илиар.

Внезапно Диега дёрнулся и потянулся за крашем.

— Чё там? – спросил Райне, чуть обернувшись, так как шёл первым.

— Показалось, — орк опустил руки и размашисто зашагал за капитаном.

— Чё те показалось?

— Да так, фигня, — отмахнулся Диега.

— Чё-то в последнее время многовато фигни кажется, вы не находите, господа? – заметил Рупрехт. – Что в Холмах, что на Острове…

Многозначительная пауза осталась без ответа, но каждый то и дело оглядывался по сторонам.

Лес оказался всего лишь узкой полосой деревьев. Самые высокие стволы находились примерно на одинаковом расстоянии друг от друга, но между ними в полнейшем беспорядке и небрежении росли молодые деревца и низкий кустарник с крупными белыми ягодами. Никаких тропинок, ничего, похожего на дорогу.

— Кажется, местные здесь не ходят, — огласил очевидный факт Рупи.

— Конечно, — хмыкнул Диега. – А то бы и в поле уже что-нибудь протоптали. Что там, кстати, такого интересного?

Рупрехт перебросил свою вонючую приманку в другую руку и, сорвав несколько ягод, растёр их между пальцев.

— Первый раз такие вижу, — глухо пробубнил он сквозь платок. – Чую, не просто так здесь деревья посадили.

— Ой, кто бы сомневался, — фыркнул Райк.

Он проломился прямо через кусты, оставив после себя сломанные ветки и давленые ягоды, которыми тут же занялись оголодавшие насекомые. Защитная полоса тянулась от силы на десять метров, дальше начиналось почти такое же поле, как и то, где они уже потоптались. Но здесь поверхность земли уже сложно было назвать абсолютно гладкой, скорее, было похоже на какую-то очень старую воронку от падения метеорита или взрыва. Со временем края изгладились, на дне образовалось небольшое мутное озерцо. Правда, для парней с Острова даже такое озеро показалось огромным: ещё бы, ведь посреди него как-то помещались остатки давно разрушенной крепости, и даже оставалось место, чтобы объехать эти замшелые руины на небольшой лодке.

— Вот он, рассадник малярии, — объявил Рупрехт, обмахиваясь вонючей палкой.

— Более гадского места они найти, конечно, не могли, — Диега пнул пустую пластиковую бутылку, и та приземлилась чуть ниже по склону, зацепившись за травяную кочку. – И ведь кто-то здесь пикники устраивает, — он с отвращением оглядел черные подпалины на ярко-зелёной траве. Остатки костров, бутылки, разноцветные обёртки и рваные пакеты, шуршащие и раздувающиеся при малейшем дуновении ветра, недвусмысленно свидетельствовали о том, что какие-то извращенцы действительно приходят сюда в выходной, жарят шашлык и предаются своим, несомненно, жутко извращённым удовольствиям, потому что ни одно нормальное удовольствие не может быть сопряжено с таким количеством насекомых. В траве наверняка таятся полчища красных муравьёв и прочих злобных существ.

— Зато здесь можно хоть пожар устроить, всем начхать!

Райнхард напустил на себя беззаботный вид и принялся спускаться к озеру. Чем ближе к воде, тем чаще он натыкался на тонкие цепкие чёрные нити, оплетающие стебли травы. Они рвались не так легко, как можно было ожидать, но орк не усмотрел в этом ничего необычного. Природа вообще всегда была коварна и обманчива. Он остановился, только когда Рупи во второй раз что-то промычал.

— Ну чё? – раздражённо рявкнул капитан Шеер, утирая со лба капли пота вместе с наглыми мошками.

— Это чентара, — Рупрехт подпрыгивал на месте, размахивая руками. Облако насекомых, собравшееся вокруг палки-приманки, недовольно жужжало и постепенно расползалось.

— Стой, ты их сейчас на нас разгонишь, — Диега придержал своего коллегу за широкий рукав и опустился на корточки.

— Эй, алхимики, краш та орхой, — рассердился самозваный капитан. – Долго вы там будете свой гульбарий собирать?

— Если бы ты в этом разбирался, ты бы всю эту лужайку исползал, — рассмеялся Рупи, растопыривая пальцы, между которыми трепетали чёрные нити. – Чёрный вьюн, ну? Ничё не напоминает?

Он развернул ладонь так, чтобы орк увидел несколько полупрозрачных листочков и роскошный бледно-розовый махровый цветок с чёрной серединкой.

— Чё, он ядовитый? – Райне подошёл и ткнулся носом в цветок. – Чё-то он у вас не пахнет. Или из него что-нибудь весёленькое можно набодяжить? А? Сознавайтесь, сознавайтесь, господа контрабандисты.

— Угадал, — криво ухмыльнулся Диега. – Ядовитая пакость. Только сам по себе он безвредный, хоть ты его мешок выкопай и вместе с корнями жри. Он из земли магию тянет и воду травит. В этом озере, небось, рыбы меньше, чем с тремя головами уже не плавают.

— Значит, — Райне напустил на себя глубокомысленный вид, — есть, что тянуть.

— Есть, — закивали оба алхимика.

— Кто выбирал место? – пробормотал себе под нос Рупи.

— Было написано, что вроде как Солнечный Ясень, — Райк потёр лоб и вытер раздавленных мух о штаны. – Эльфийский клан. Они сами откуда-то отсюда.

— Оно заметно, — сплюнул Диега. – Чёртовы эльфы. Вечно какую-нибудь гадость придумают. Они, главное, местные, все эти приколы знают, а с остальных просто денег содрать решили. Им достаточно засесть вон в тех кустиках, — он мотнул головой в сторону лесополосы, — и расстреливать всех на подходе.

Они продолжили спуск. У берега трава была затоплена, по поверхности воды плавал всё тот же мусор. Из камыша торчали чёрные остатки сгнивших стволов. От крепости осталось не так уж много. Над водой возвышалась половина квадратной башни с узкими бойницами, фрагменты внешней стены, даже можно было различить ворота, точнее, узкий проход, в котором когда-то были и ворота, и решётки, и все полагающиеся механизмы. Рупрехт поинтересовался, где эльфы собирались прятать сокровища.

— С этих долбоклюев станется проплыть внутрь крепости, — мрачно предположил Диега. – Вот туда-то мне совсем не хочется соваться. Во-первых, тащить с собой лодку мы не можем.

— Есть же надувные.

— У тебя есть, что ли?

— Не, — илиар замотал головой. – У нас была старая лодка, но мы её продали.

— И у меня тоже никакой нет, — кивнул его коллега. – Надо же, живем ведь на острове, а на воду, наверно, со школы никто не спускался.

— У всех есть деньги на телепорт.

Райне задумчиво смотрел на тёмную воду, в которой отражались позеленевшие камни и чёрные гнилые деревья. «Я – маг по крови», — думал он. – «Если я войду в эту воду, мне же ничего не будет? Может быть, станет даже лучше». Надо было с кем-то посоветоваться, хотя бы с Лютиком, но не мог же он разговаривать сам с собой на глазах у команды.

— Там кто-то есть, — закричал Рупи, оглядываясь наверх. – Райне, смотри!

— Конкуренты? – спросил капитан Шеер, в очередной раз утирая лицо. – Краш та, ну и жара здесь. Как они тут живут, эти эльфы?!

Сверху к ним приближалась компания примерно из десяти орков. Вооружены они были довольно примитивно, но в данном случае количество решало. Диега поправил шапку и вытащил из-за спины краш. Райне зашагал навстречу сородичам, на ходу доставая меч. Их действительно было десять, самому младшему в лучшем случае исполнилось тринадцать, старший выглядел лет на двадцать-двадцать пять.

Орки сочли дистанцию в двадцать шагов вполне достаточной для первого знакомства. Вперёд вышел самый старший, и Райк сразу отметил его нашивки и эмблему с руной «юги» на куртках у всей команды.

— Капитан Шеер, — представился он, вскидывая свободную, левую руку.

— Капитан Юссе, — орк с нашивками поприветствовал Шеера тем же жестом. Остальные молча стояли и смотрели на капитанов. Райне не знал, что сказать, поэтому сразу спросил:

— Чё вы здесь делаете?

— А вы?

Райк пожал плечами и уставился на Юссе. Тот не казался таким уж сильным, и тонкая куртка вряд ли могла защитить руки и туловище от ударов меча, но у него был арбалет. К хорошему стрелку мечника не подпустят, для этого в команде были двое совершенно гориллоподобных монстра. Остальные – так, любители прогуляться на свежем воздухе и выпендриться перед одноклассниками. Одна-единственная девушка с коротким луком производила именно такое впечатление. Она очень ответственно подошла к своему маскарадному костюмчику и тщательно загримировалась, но у неё были длинные ногти, тонкие ручки и почти такие же тонкие ножки. А ещё эта серёжка в носу… ну кто, кто учил их вставлять кольца в нос? Это ж любой может за него схватить и дёрнуть.

— Так, ладно, — Юссе тряхнул белобрысой чёлкой. – Некогда мне тут дипломатию разводить, давайте сразу. Здесь в выходной будет…

— Битва за сокровища, — продолжил Райне. – Ну, здравствуй, мой потенциальный противник.

— Вас всего трое, — судя по голосу, орк не столько насмехался, сколько удивлялся. – Впрочем, если хотите, можете присоединиться к нашей команде.

Рупрехт закатил глаза. Он лучше всех знал своего братца-орка, и понимал, что тот в жизни не согласится отказаться от звания капитана, если уж смог его заполучить.

 

Они обошли озеро по периметру, плевались, ругались и, в конце концов, решили в следующий раз собрать плот и добраться на нём до внутренностей крепости. Солнце жарило, мухи грызли всё, до чего могли добраться, приманка выдохлась, конкуренты прибывали. Несколько орочьих отрядов и стайка совсем молодых эльфов так же нарезали круги, не рискуя сунуться в воду.

— Этих, наверно, ясеневцы всерьёз не приняли, — Рупи показал пальцем на бедолаг в разноцветных драпировках, отбивающихся от насекомых ветками. – Видишь, нормальных эльфов здесь нет.

— Они могли придти и в другой день.

— Всё равно, — настаивал илиар. – Почему мы пришли, вон те орки тоже пришли, а эльфов нет? Они, скорее всего, объединились. Или, ещё более вероятно, Ясень больше никого не приглашал.

— Разумно, — рассмеялся Диега. – Тут не так уж много деревьев, и так, небось, на каждом по трое висеть будут. То есть сидеть, — поправился он.

По дороге к телепорту им попалась ещё одна компания орков. Нашивками у них щеголяла девушка соответствующих габаритов, в лёгких доспехах. Шлем заменяли толстые косы, уложенные вокруг головы. За ней шли шестеро бойцов с топорами, среди которых Райне разглядел бывшего одноклассника. Парни сделали вид, что незнакомы, но девушка-капитан остановилась и весело поздоровалась с Шеером.

— Меня зовут Марта, — сообщила она. – Марта Литтберг, с Орочьего Острова. Мне кажется, я вас там видела.

Парни признали, что это вполне возможно.

— Ходили смотреть руины? – продолжила капитан Литтберг. – Я там вчера уже оглядывалась, гиблое местечко, ничего не скажу. В общем, чтоб не разводить лишнюю дипломатию, сразу предлагаю: раз мы с одного Острова, будем держать нейтралитет. Если доберёмся до главного приза, тогда другое дело, но поначалу надо будет остальных вынести. Сейчас все сговариваются, — добавила она, заметив сомнение на лице собеседника. – Вы первый раз участвуете? Ну, в общем, это обычная практика. Да, и советую вам не слишком надеяться на успех. Если кто-то будет серьёзно ранен, бросайте всё, оно того не стоит. А то опять кто-нибудь помрёт, начнётся шумиха, выяснения, поднимут вопрос о запрете оружия… в общем, будьте благоразумны.

Ощущение грядущих неприятностей снова всплыло на поверхность, и в этот раз загнать его куда поглубже не получалось. Райне почти злобно смотрел на своего братца и его приятеля, которые, похоже, относились к битве за сокровища весьма легкомысленно. Совсем как он несколько дней назад. Но с тех пор его уже столько раз предостерегали, что, если бы события разворачивались в среднестатистической компьютерной игре, он бы весь обвешался оружием и сохранялся каждые две минуты. Более того, если бы действие действительно происходило в игре, опасность должна была быть неожиданной. Например, одна из команд пойдёт против правил и явится с незаклятым оружием. Или в дело вмешаются маги. Они, конечно, дали разрешение, но как дали, так и заберут. Вдруг им чьи-нибудь родители пожалуются, в новостях что-то такое было в начале лета.

Райнхард чуть отстал от своей команды и шёл, расстегнув куртку и обмахиваясь сломанной веткой дерева. Алхимики обсуждали что-то по работе, и на капитана им было наплевать. Орк машинально пошевелил своими оттопыренными ушами и сосредоточился на вызове.

  • Восемьдесят пятый километр / Бунингит
  • Реальность / Воронина Валерия
  • Три дня от февраля / Стихи / Капустина Юлия
  • Афоризм 044. О мнении. / Фурсин Олег
  • Ты ушел, а я тебя ждала… / Стихи / Панина Татьяна
  • Бесы / Веталь Шишкин
  • Список «Чайки» на 1 апреля 1799 / Карибские записи Аарона Томаса, офицера флота Его Королевского Величества, за 1798-1799 года / Радецкая Станислава
  • Зеркало Спайка - часть 01 / Сказки старой черепахи / Валевский Анатолий
  • Главный / СТОСЛОВКИ / Mari-ka
  • Отражение / Wargoshi
  • Мнение жюри. Берендеев Кирилл / Купальская ночь 2017 - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Зима Ольга

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль